– Как прикажете.
Это было так странно – давать сейчас какие-то распоряжения. После того, как я думала, что жить больше незачем… после того, что со мной сделали… Но теперь… у меня была причина. Я больше не могла отрицать, что мне придётся измениться. И измениться очень сильно. Выжечь из себя все моральные принципы, подавить страхи, жалость… Забыть о тех, кто был мне так дорог в той – другой жизни. И если и плакать, то так, чтобы этого никто не видел. Стать другой… ради ребёнка Кая. Ради него Милена Бэлоу должна исчезнуть. Отныне, здесь было место только для Милены Кавэлли.
«Нет… Мне предстоит не только измениться. Но и… смириться. Смириться с тем, что прошлого не вернуть. Не вернуть того, что было. Когда-то… кажется, в другой жизни… Бернард Займер сказал: «А если горький кофе – единственный источник воды, что у тебя есть? И ты можешь пить только его? Ведь, иногда, бывает так, что ты не можешь ничего поменять. И тогда, тебе остаётся только смириться». Я тогда так отчаянно с ним спорила… Говорила, что невозможно изменить только прошлое, а остальное – в наших руках. Займер назвал меня глупой… И он был прав. Прав во всём».
Теперь у меня был только горький чёрный кофе, и мне предстояло его пить – большими и жадными глотками, если я не хочу захлебнуться в нём…
Владыка Ада – Люцифер – находился в главной библиотеке своего дворца. Сегодня, помещение напоминало гостиную какого-нибудь особняка. Небольшая комната с ками-ном, в котором потрескивал огонь, и двумя креслами перед ним. Несколько шкафов из красного дерева, заполненных книгами и массивный стол с письменными принадлежностями. Когда Люцифер придёт сюда в следующий раз, библиотека изменится кардинально. Она постоянно менялась: в ней, сами собой, возникали новые стеллажи, шкафы с не-известными книгами, новые помещения, закоулки… В один день библиотека могла соперничать размером со всем дворцом, а в другой – быть такой, как сегодня. Даже её обстановка не была постоянной. Дерево, металл, золото… всё это сменялось, иногда, в один миг.
Люцифер изучал древние трактаты, надеясь найти в них ответ о том, как смогла Ада-лисса переродиться в чужом теле. Но, ответа не находил. По всему выходило, что это – невозможно. Не было ни одного способа совершить подобное. По крайней мере, он не был известен ни демонам, ни ангелам, ни драконам.
«Что же ты сделала, Адалисса? Как ты смогла вернуться? И, самое главное, для че-го? Как я понимаю, ты не собираешься… или не можешь активно вмешиваться в жизнь Милены Кавэлли. Или… делаешь вид, что не можешь?».
– Зачем ты хотел встретиться со мной, Люцифер? – в библиотеку зашёл повелитель драконов. – Я думал, что мы все вопросы обсудили.
– Возникли новые обстоятельства, – демон отложил бумаги в сторону, жестом пригласил дракона сесть в одно из двух кресел у камина, и сел во второе сам.
– И какие же? – с интересом спросил Ферокс, садясь.
– Милена ждёт ребёнка.
– Что? Откуда такие сведения? С одного раза… – Ферокс усмехнулся, – это слишком уж быстро.
– Отец ребёнка не ты, а смертный, которого ты убил.
– Человек? – разговор сразу перестал представлять для дракона интерес. – Тогда, этот ребёнок мне не нужен. Я, сегодня же, избавлюсь от него. Единственное, что меня теперь интересует… когда ты узнал об этом? Когда её привели к нам?
– Нет, я узнал об этом только сегодня. И я бы советовал тебе не прерывать беремен-ность Милены.
Ферокс нахмурился:
– Это ещё почему?
– Он нужен Милене, – ответил Люцифер. – Во всяком случае, так кое-кто считает. Ещё я узнал, что Милена не хотела жить. Как я понимаю, из-за того, что ты убил её человека?
– Моей жене не нужна привязанность к смертному, – рыкнул дракон. – Может, назовёшь мне, наконец, своего информатора?
– Адалисса рассказала мне. И о беременности, и о том, что Милена хотела сделать. И она же считает, что Милену не стоит лишать этого ребёнка.
– Адалисса? – тут уже было чему удивляться даже повелителю целого мира. – Как я слышал, ты безуспешно искал эту богиню последние две сотни лет. Неужели, поиски за-вершились успехом? Но, какое ей дело до Милены?
– Нет, я не нашёл её. А ты же никогда не видел Адалиссу, верно?
– Не пришлось, – Ферокс хмыкнул. – В то время, когда я начал править, она уже давно не интересовалась судьбой своих… детей.
– Да, заботливой богиней Адалиссу не назовёшь, – согласился Люцифер. – Но, как она выглядела, я могу тебе показать.
Между повелителями, словно из воздуха, возник образ девушки.
– Милена? – и, тут же, Ферокс сам ответил. – Нет, не она. Выглядит чуть старше и… волосы темнее. Хочешь сказать, что это – Адалисса?
– Верно, – кивнул демон. – Но они поразительно похожи. Когда я впервые увидел Ми-лену, её внешнее сходство с Адалиссой меня изумило, но… я думал, что на этом всё. Ни по магии, ни по крови, Милена с Адалиссой никак не связана – я проверял не один раз. И на этом успокоился. Как оказалось, зря. Я не знаю, что произошло с Адалиссой, но сейчас она делит с Миленой одно тело. Хотя, личность Милены и является основной. Но сегодня именно Адалисса пришла ко мне. Чтобы рассказать о том, что происходит с Миленой. На данный момент, это всё, что мне известно. Поиски информации даже в запретных заклинаниях, – Люцифер покосился на бумаги на столе, – результатов не дали. А сама Адалисса отказалась говорить о себе и объяснять, как оказалась в нынешнем положении. Един-ственное, что я понял из этого разговора, Адалиссе требуется много времени, чтобы накопить достаточно сил для управления телом, хотя бы, на пару часов. Исходя из этого… вряд ли кто-то из нас увидит её в ближайшее время.
– Значит, вместе с Миленой мне досталась и древняя богиня, – было видно, что эта новость Ферокса совсем не обрадовала. – С учётом того, что ты не знаешь, как Милена и Адалисса оказались в одном теле, ты, также, не знаешь, чем это может грозить?
– Не знаю. Но, если смотреть на то, чего Адалисса хотела… не похоже, что она собирается активно участвовать в жизни Милены. Только…
– Только от столь древнего создания можно ожидать, что угодно, – закончил за демона дракон. – Так, что она хочет?
– Чтобы ты позволил Милене родить ребёнка смертного.
– Адалиссе-то это зачем?
– Она считает, что это отвернёт Милену от желания лишить себя жизни.
– Допустим. Но причина не очень-то веская. Я, в любом случае, не позволю Милене убить себя.
– Всё это так. Но ты кое о чём забываешь. Пусть и формально, но девочка является правительницей Зиградена. Даже ты не можешь полностью лишить её свободы. А это может оказаться единственным способом, чтобы предотвратить попытки Милены. Кроме того… даже если Милена не будет реально править, магия Зиградена завязана на ней. На её состоянии. А если состояние правителя нестабильно… Ты и сам должен знать послед-ствия этого. Да, ты хочешь этот город… но хочешь ли ты его в том состоянии, до которого его может довести Милена?
Ферокс какое-то время молчал, а затем ответил:
– Нет, не хочу. В этот ты прав. Да и постоянно контролировать Милену, у меня желания нет.
– Тогда, позволь ей оставить этого ребёнка. Что для тебя девять месяцев? Ты ничего не теряешь.
– Но этот ребёнок, всё равно, не выживет, – заметил дракон. – Как только он родится, кто-нибудь да убьёт его. Ребёнок человека… Ему нет места ни в Нирг-Драгааре, ни в Преисподней.
– А это уже проблемы его матери. Ещё кое-что. Ты же не будешь возражать, если я сделаю Милену своей любовницей?
Дракон несколько секунд сверлил собеседника взглядом. И Люциферу даже подумалось, что сейчас он получит отказ. Но…
– Мне плевать, с кем она спит, пока она может родить моего наследника, – ответил, наконец, Ферокс. – Но, в прошлую нашу встречу мне казалось, что в этом плане ты в ней не заинтересован. Что-то изменилось?
– Она похожа на Адалиссу, – кратко ответил демон.
Дракон усмехнулся:
– Хочешь трахать Милену, представляя свою богиню?
– Почему бы нет?
– Что ж, ладно. Но, что мы будем делать, если ребёнок человека родится, погибнет… и Милене опять придёт в голову, что она не хочет жить? Или само наличие беременности в этом не поможет? Женщины – существа непредсказуемые.
– У меня уже есть решение этой проблемы. И оно тебе понравится.
***
Я вижу сон. Очень… светлый сон и оттого, невыносимо тяжёлый. В нём светит солнце, поют птицы… Сине-зелёные бабочки вспархивают в воздух то тут, то там… Юная девушка с белыми волосами чувствует себя такой беззаботной. Она идёт на встречу со своим любимым. В тайне ото всех, никому ничего не сказав. Она знает, что рано или поздно, придётся рассказать о нём, но… не сейчас.
Она выходит на поляну. Там её ждёт он. Тот, кого она любит. Ради которого даже согласилась на обман любимой мамы.
Она счастлива… И от этого мне – Милене – невыносимо больно…
Это было так странно – давать сейчас какие-то распоряжения. После того, как я думала, что жить больше незачем… после того, что со мной сделали… Но теперь… у меня была причина. Я больше не могла отрицать, что мне придётся измениться. И измениться очень сильно. Выжечь из себя все моральные принципы, подавить страхи, жалость… Забыть о тех, кто был мне так дорог в той – другой жизни. И если и плакать, то так, чтобы этого никто не видел. Стать другой… ради ребёнка Кая. Ради него Милена Бэлоу должна исчезнуть. Отныне, здесь было место только для Милены Кавэлли.
«Нет… Мне предстоит не только измениться. Но и… смириться. Смириться с тем, что прошлого не вернуть. Не вернуть того, что было. Когда-то… кажется, в другой жизни… Бернард Займер сказал: «А если горький кофе – единственный источник воды, что у тебя есть? И ты можешь пить только его? Ведь, иногда, бывает так, что ты не можешь ничего поменять. И тогда, тебе остаётся только смириться». Я тогда так отчаянно с ним спорила… Говорила, что невозможно изменить только прошлое, а остальное – в наших руках. Займер назвал меня глупой… И он был прав. Прав во всём».
Теперь у меня был только горький чёрный кофе, и мне предстояло его пить – большими и жадными глотками, если я не хочу захлебнуться в нём…
***
Владыка Ада – Люцифер – находился в главной библиотеке своего дворца. Сегодня, помещение напоминало гостиную какого-нибудь особняка. Небольшая комната с ками-ном, в котором потрескивал огонь, и двумя креслами перед ним. Несколько шкафов из красного дерева, заполненных книгами и массивный стол с письменными принадлежностями. Когда Люцифер придёт сюда в следующий раз, библиотека изменится кардинально. Она постоянно менялась: в ней, сами собой, возникали новые стеллажи, шкафы с не-известными книгами, новые помещения, закоулки… В один день библиотека могла соперничать размером со всем дворцом, а в другой – быть такой, как сегодня. Даже её обстановка не была постоянной. Дерево, металл, золото… всё это сменялось, иногда, в один миг.
Люцифер изучал древние трактаты, надеясь найти в них ответ о том, как смогла Ада-лисса переродиться в чужом теле. Но, ответа не находил. По всему выходило, что это – невозможно. Не было ни одного способа совершить подобное. По крайней мере, он не был известен ни демонам, ни ангелам, ни драконам.
«Что же ты сделала, Адалисса? Как ты смогла вернуться? И, самое главное, для че-го? Как я понимаю, ты не собираешься… или не можешь активно вмешиваться в жизнь Милены Кавэлли. Или… делаешь вид, что не можешь?».
– Зачем ты хотел встретиться со мной, Люцифер? – в библиотеку зашёл повелитель драконов. – Я думал, что мы все вопросы обсудили.
– Возникли новые обстоятельства, – демон отложил бумаги в сторону, жестом пригласил дракона сесть в одно из двух кресел у камина, и сел во второе сам.
– И какие же? – с интересом спросил Ферокс, садясь.
– Милена ждёт ребёнка.
– Что? Откуда такие сведения? С одного раза… – Ферокс усмехнулся, – это слишком уж быстро.
– Отец ребёнка не ты, а смертный, которого ты убил.
– Человек? – разговор сразу перестал представлять для дракона интерес. – Тогда, этот ребёнок мне не нужен. Я, сегодня же, избавлюсь от него. Единственное, что меня теперь интересует… когда ты узнал об этом? Когда её привели к нам?
– Нет, я узнал об этом только сегодня. И я бы советовал тебе не прерывать беремен-ность Милены.
Ферокс нахмурился:
– Это ещё почему?
– Он нужен Милене, – ответил Люцифер. – Во всяком случае, так кое-кто считает. Ещё я узнал, что Милена не хотела жить. Как я понимаю, из-за того, что ты убил её человека?
– Моей жене не нужна привязанность к смертному, – рыкнул дракон. – Может, назовёшь мне, наконец, своего информатора?
– Адалисса рассказала мне. И о беременности, и о том, что Милена хотела сделать. И она же считает, что Милену не стоит лишать этого ребёнка.
– Адалисса? – тут уже было чему удивляться даже повелителю целого мира. – Как я слышал, ты безуспешно искал эту богиню последние две сотни лет. Неужели, поиски за-вершились успехом? Но, какое ей дело до Милены?
– Нет, я не нашёл её. А ты же никогда не видел Адалиссу, верно?
– Не пришлось, – Ферокс хмыкнул. – В то время, когда я начал править, она уже давно не интересовалась судьбой своих… детей.
– Да, заботливой богиней Адалиссу не назовёшь, – согласился Люцифер. – Но, как она выглядела, я могу тебе показать.
Между повелителями, словно из воздуха, возник образ девушки.
– Милена? – и, тут же, Ферокс сам ответил. – Нет, не она. Выглядит чуть старше и… волосы темнее. Хочешь сказать, что это – Адалисса?
– Верно, – кивнул демон. – Но они поразительно похожи. Когда я впервые увидел Ми-лену, её внешнее сходство с Адалиссой меня изумило, но… я думал, что на этом всё. Ни по магии, ни по крови, Милена с Адалиссой никак не связана – я проверял не один раз. И на этом успокоился. Как оказалось, зря. Я не знаю, что произошло с Адалиссой, но сейчас она делит с Миленой одно тело. Хотя, личность Милены и является основной. Но сегодня именно Адалисса пришла ко мне. Чтобы рассказать о том, что происходит с Миленой. На данный момент, это всё, что мне известно. Поиски информации даже в запретных заклинаниях, – Люцифер покосился на бумаги на столе, – результатов не дали. А сама Адалисса отказалась говорить о себе и объяснять, как оказалась в нынешнем положении. Един-ственное, что я понял из этого разговора, Адалиссе требуется много времени, чтобы накопить достаточно сил для управления телом, хотя бы, на пару часов. Исходя из этого… вряд ли кто-то из нас увидит её в ближайшее время.
– Значит, вместе с Миленой мне досталась и древняя богиня, – было видно, что эта новость Ферокса совсем не обрадовала. – С учётом того, что ты не знаешь, как Милена и Адалисса оказались в одном теле, ты, также, не знаешь, чем это может грозить?
– Не знаю. Но, если смотреть на то, чего Адалисса хотела… не похоже, что она собирается активно участвовать в жизни Милены. Только…
– Только от столь древнего создания можно ожидать, что угодно, – закончил за демона дракон. – Так, что она хочет?
– Чтобы ты позволил Милене родить ребёнка смертного.
– Адалиссе-то это зачем?
– Она считает, что это отвернёт Милену от желания лишить себя жизни.
– Допустим. Но причина не очень-то веская. Я, в любом случае, не позволю Милене убить себя.
– Всё это так. Но ты кое о чём забываешь. Пусть и формально, но девочка является правительницей Зиградена. Даже ты не можешь полностью лишить её свободы. А это может оказаться единственным способом, чтобы предотвратить попытки Милены. Кроме того… даже если Милена не будет реально править, магия Зиградена завязана на ней. На её состоянии. А если состояние правителя нестабильно… Ты и сам должен знать послед-ствия этого. Да, ты хочешь этот город… но хочешь ли ты его в том состоянии, до которого его может довести Милена?
Ферокс какое-то время молчал, а затем ответил:
– Нет, не хочу. В этот ты прав. Да и постоянно контролировать Милену, у меня желания нет.
– Тогда, позволь ей оставить этого ребёнка. Что для тебя девять месяцев? Ты ничего не теряешь.
– Но этот ребёнок, всё равно, не выживет, – заметил дракон. – Как только он родится, кто-нибудь да убьёт его. Ребёнок человека… Ему нет места ни в Нирг-Драгааре, ни в Преисподней.
– А это уже проблемы его матери. Ещё кое-что. Ты же не будешь возражать, если я сделаю Милену своей любовницей?
Дракон несколько секунд сверлил собеседника взглядом. И Люциферу даже подумалось, что сейчас он получит отказ. Но…
– Мне плевать, с кем она спит, пока она может родить моего наследника, – ответил, наконец, Ферокс. – Но, в прошлую нашу встречу мне казалось, что в этом плане ты в ней не заинтересован. Что-то изменилось?
– Она похожа на Адалиссу, – кратко ответил демон.
Дракон усмехнулся:
– Хочешь трахать Милену, представляя свою богиню?
– Почему бы нет?
– Что ж, ладно. Но, что мы будем делать, если ребёнок человека родится, погибнет… и Милене опять придёт в голову, что она не хочет жить? Или само наличие беременности в этом не поможет? Женщины – существа непредсказуемые.
– У меня уже есть решение этой проблемы. И оно тебе понравится.
***
Я вижу сон. Очень… светлый сон и оттого, невыносимо тяжёлый. В нём светит солнце, поют птицы… Сине-зелёные бабочки вспархивают в воздух то тут, то там… Юная девушка с белыми волосами чувствует себя такой беззаботной. Она идёт на встречу со своим любимым. В тайне ото всех, никому ничего не сказав. Она знает, что рано или поздно, придётся рассказать о нём, но… не сейчас.
Она выходит на поляну. Там её ждёт он. Тот, кого она любит. Ради которого даже согласилась на обман любимой мамы.
Она счастлива… И от этого мне – Милене – невыносимо больно…
