Начала в мессенджерах переписываться с подругами, но острых тем для обсуждения не было и разговор увял. Несколько раз писали коллеги, «сочувствуя» ее отпуску, пока они горят на «любимой» работе. Предлагали поменяться местами. Это отвлекло, но ненадолго. Наконец Вета не выдержала и, собравшись с духом, набрала смс.
«Костя, привет! У вас все хорошо?»
Понимая, что у мужчин много дел, в том числе поиск нападавших и обеспечение безопасности, она ни капли не рассчитывала на быстрый ответ. Просто написала и уже как будто стало легче. Наверное, Костя подумает, что она назойливая паникерша. Ну, и пусть, лишь бы ответил, даже если много позже. Как ни удивительно, телефон пискнул ответным сообщением практически мгновенно.
«Привет, Кудряш! Все хорошо. Почему спрашиваешь?»
«Прости. Какое-то внутреннее беспокойство. Волнуюсь»
«А мне приятно! Спасибо. Хочешь, пришлю фото своей улыбающейся рожи, чтобы тебе стало легче?»
«Твои дивные эльфийские ушки будут на фоне злого Демонюки?»
«Без меня, меня же и обсуждаете?» - судя по всему злой шеф заинтересовался перепиской. И отнял телефон у друга. Отчего-то на ее губах расцвела глупая улыбка.
«Уважаемый, Демонюка! Верните аппарат хозяину. У нас разговор на интимные ушные темы».
«Я имею право знать, о чем вы шепчетесь за моей спиной».
«Разумеется – плетем интриги. И еще: я хотела отчитаться, что охранники слопали все утренние блинчики».
«Что? Уволю всех к чертям собачьим»
«Вас утром не было. И гора блинов оказалась беззащитна перед превосходящими силами противника».
«:)). Разберемся. Малышка, извини. Много дел. Будем поздно».
«Берегите себя».
Счастливо вздохнув, Вета с довольной улыбкой прижала телефон к груди. Короткая переписка, словно ластиком стерла тяжесть смутного беспокойства, которое, как оказалось, не давало дышать полной грудью. Значит у них все хорошо, и она просто отчего-то себя накрутила. Буйная писательская фантазия – не иначе. Ух, как же здорово, когда все хорошо! Словно крылья расправились за спиной.
Телефон пикнул очередным сообщением. От кого? Вета посмотрела на экран, номер был незнакомый.
«Если захочешь побеспокоиться обо мне – пиши сюда. И охрану не корми, разжиреют».
Демон? Самолично написал ей со своего телефона? Что это – обыкновенное желание пообщаться? Но он не похож на болтуна. Тогда зачем? Щелкнуть Костю по носу? Так они – друзья, а к ней Костя ничего кроме дружеского участия не испытывает. Тем более – зачем? Или это очередное желание все контролировать? Или…?
«Хорошо. А письма «В ад, до востребования» уже не доходят?».
«Новые технологии осваивают даже здесь, маленькая язвочка».
«Не злите автора, Демон. Иначе суккубы станут трансвеститами. А украденный скипетр…».
«Ах ты, затейница! Приеду – отшлепаю».
«Это – непедагогично».
«Зато – заводит. Хочешь поговорить об этом?»
«Р-р-р-р».
Вета отбросила телефон, пытаясь успокоить внезапно участившееся дыхание. Щеки горели пунцовыми пятнами. Вот как он это делает? Пошлое создание с неимоверными зелеными глазами? Хотя как делает - она слышала. Эта губошлепина орала и визжала так, что даже с головой под подушкой было слышно. И обидно. Причем за него: что он пользуется таким откровенно дешевым экземпляром. Девушка зябко передернула плечами, кожа мгновенно вспыхнула, вспомнив прикосновения его пальцев ночью.
Иван действительно испугался за нее, когда стянул с перил балкона. И не притворялся, она видела всполохи беспокойства в зеленых глазах. Отчего-то это рождало в душе глупую, неубиваемую здравым смыслом радость. И даже оправдывался, решив, что это из-за Анжелы она решила сигануть. Нет, ну надо же – какое самомнение! Решил, что Вета услышала вопли шлюхи в его спальне и решила сигануть? «И пучина сия поглотила ее». Ага, сейчас! Все-таки нельзя мужчине быть настолько красивым, у него молниеносно портится характер и раздувается эго. А у этой секс-машины не только эго, судя по визгливым воплям грудастой.
Было уже за полночь, когда Грозный добрался до дома. Его ребята устроили несколько показательных акций на объектах противника, которые болезненно ударили по главной эрогенной зоне Маркова – кошельку. Сидеть и отмалчиваться уже за два выпада в свою сторону было для Грозного по меньшей степени – непрофессионально.
Костя поехал еще на какую-то встречу. Этот паук дергал ниточки, собирая данные в самых неожиданных местах. Сейчас любая информация была на вес золота.
Иван устал, как черт. Хотелось в душ и отрубиться хоть на несколько часов, оставив за бортом допросы, стрельбу, звонки, переговоры.
На ходу стягивая пиджак, Грозный прошел через холл. В доме было темно, через окна проникал неяркий свет уличных светильников. Как ни удивительно, в гостиной горела одинокая настольная лампа. Кто-то из охраны забыл выключить? И то – спасибо, не впотьмах о мебель спотыкаться. Выпить или поискать чего на кухне? Хоть бы и тех блинов, про которые Веснушка писала утром. Надо же, беспокоилась она. Причем не потому, что у нее деньги на карте кончились или ноготь сломался. «Просто так» – как в старом мультике. От ее обеспокоенного смс на душе стало так тепло, что они с Костей разулыбались как два идиота, остановив допрос нападавших. А Грозный еще и отобрал телефон у друга, чтобы переброситься парой фраз с кудрявой язвой.
Иван, не глядя, отбросил пиджак, который соскользнул с подлокотника и в тишине дома громогласно шлепнулся на пол. Мужчина был так поглощен мыслями, что не сразу заметил хрупкую фигурку, сонно приподнявшую голову с диванной подушки.
- Привет, - с еще не прошедшим сном в глазах улыбнулась Вета.
- Ты что тут делаешь? – привычно хмурил брови, а сам с жадностью осматривая фигурку в мешковатой майке и шортах. Какие длинные ноги! А уж если стянуть эти шорты…
- Ждала.
- Костика? Так он…
- Тебя, - неожиданно, с улыбкой, перебила она.
- Зачем? Что-то случилось? – губы сжались в тонкую линию. Неужели и тут проблемы?
- Нет. Почему-то мне кажется, что нужнее, чтобы ждали именно тебя, - она легко поднялась на ноги и бесстрашно подошла ближе, - а еще – я просто волновалась. Ты – голодный?
Он спросила это так легко и буднично, но у него отчего-то ком подкатил к горлу. В первый раз кто-то бескорыстно интересовался именно ИМ. Как он? Голоден? Устал? Интересовался искренне, по-человечески тепло, без ужимок. Ничего не требуя взамен. Почему он все эти годы не замечал, насколько безвкусно купленное за деньги женское внимание? Словно дешевый суповой концентрат в яркой упаковке.
- Наверное, - растерянно произнес Грозный, оглушенный мыслью.
- Пойдем на кухню? – Вета небрежно скрутила кудряшки на затылке и зашагала вперед. А он послушно тащился позади, уставившись на беззащитную шею и гордую посадку головы. Что происходит? Что происходит с ним? Настолько устал?
- Может я сам? – не выдержал он гнетущей тишины.
- Так я все равно проснулась. Помой руки в мойке и садись. Тебе мяса?
- Не знаю. А что в кастрюле? – кивнул на плиту, подставив руки под воду.
- А… не обращай внимания. Там борщ. Ребята попросили.
- Борщ? – спросил он с таким благоговением, что Вета вынырнула из недр холодильника и с удивлением уставилась на него. - Малышка, скажи, что это – настоящий красный-красный борщ.
- Красный-красный и чесночный-чесночный. Неужели будешь? – растерялась она.
- Не поверишь, я тысячу лет не ел домашнего борща.
Крылья ровного носа втянули парок, исходящий от поставленной перед ним тарелки, и он почувствовал, как кровь быстрее побежала по жилам, подстегиваемая ни с чем не сравнимым ароматом. А после первой проглоченной ложки он понял – вот оно, счастье. Сбросить весь этот долбанный день за порогом и съесть тарелку борща, приготовленную заботливыми женскими ручками. Никогда, ни одна домработница не приготовит еду так, как если ее будут делать с душой, чтобы порадовать родных и домочадцев. Попытался разозлиться на себя за мягкотелость – и не смог. Слишком тепло и уютно было на кухне в компании девушки и ее светлой улыбки. И слишком вкусно. Не удержался и застонал от удовольствия, вызвав тихий смех.
- Это же просто вкус детства!
- Это просто борщ, - она с улыбкой присела рядом, подперев голову ладошкой, - как у вас день прошел? Ой, простите, мне не стоило…
- Нет, все нормально. Поехали утром задержать тех, кто нам ворота попортил.
- О! И как?
- Троих взяли, один, их главный, убит.
- Намеренно?
- Ты тоже об этом подумала? – он с удивлением посмотрел на девушку.
- Простите, я опять со своими идеями… Но это слишком удачно для совпадения.
- Вот и мы с Костей так думаем. А кроме того, там была очень удачно спланирована засада.
- Кто…? - испуганно расширила глаза Вета.
- Все живы, успокойся. Пострадал только наш неудачный стрелок. Весь день с этим разбирались. Пока – тупик. Бесит. Кто-то очень умело водит нас за нос.
- Если… - задумчиво протянула девушка, - кто-то знает и действует, как вы привыкли, возможно он из вашей среды, а значит и на ваши действия он будет действовать по тем же лекалам. Мне кажется, вам надо сделать так, как он не ожидает.
- Возможно. Но сейчас у меня совершенно башка не варит. Болит, как тварь, - Грозный устало откинулся на спинку стула, - вискаря накачу, и пойду спать.
- Думаю, в вас за весь день было залито столько кофе и алкоголя, что передоз не за горами. Нельзя так себя загонять. Поэтому, так и быть, помогу. Пойдемте, - протянула она руку.
- Только не говори, что у тебя есть волшебная пыльца фей от головной боли, - ухмыльнулся мужчина.
- Лучше, - девушка за руку вывела его в гостиную, села по-турецки в изголовье дивана и положила на ноги подушку, - ложитесь.
- Веснушка, это зачем? – подозрительно прищурился мужчина.
- Ложитесь. Должна же я вас как-то отблагодарить за героическое спасение с балкона.
- Твоего борща более чем…
- Ложитесь, кому говорю! - прикрикнула она на него.
Грозный в очередной раз ошалел от ее самоуправства. Думал привычно рявкнуть, но слишком устал, чтобы препираться. Послушно лег, поерзал, устраиваясь поудобнее.
- Я же сейчас отрублюсь.
- Значит – быстрее голова пройдет, - Вета осторожно погрузила пальцы в его шевелюру, начав массировать подушечками пальцев, - моя подруга как-то записалась на курсы массажа. А подопытным кроликом была я. Сейчас проверим, как хорошо кролик помнит опыты.
Со вздохом удовольствия, Грозный закрыл глаза, поддаваясь расслабляющей магии ее пальцев. Хрен с ним, потом подумает, зачем малышка это делает. Но, Боже, как же хорошо она это делает! Мягко, нежно, именно там, где надо.
- Веснушка, ты – клад, - прошептал он.
- Ага. Зарытый и забытый, - усмехнулась она, - можно я одну пуговицу на рубашке расстегну? Шею нужно тоже размять.
- Могу даже полностью заголиться, если надо.
- О, нет! – тихонько засмеялась она. - Ваш стриптиз мне точно не по карману.
- Договоримся, - промурлыкал Грозный, почувствовав горячие ладошки на задней стороне шеи. Девушка склонилась чуть ниже, непослушный локон шаловливо погладил его щеку.
- Совсем вы себя запустили. Как можно жить с такой перенапряженной шеей?
- Вот такой я, усталый и заброшенный. Вся надежда на тебя.
- Демонов я еще не спасала, - усмехнулась она.
- А кого спасала?
- Как все дети: котята, птенчики… Но я шла дальше: мне было жаль даже муравьев, если на них наступали. Ужасная плакса была в детстве.
- И что, - спросил он, поглядывая на ее сосредоточенное лицо сквозь ресницы, - не было мальчика-рыцаря во дворе, чтобы защитил всех муравьев в округе?
- Нет, - тихо улыбнулась она, сосредоточенно разминая крепкую шею, - у нас был двор без рыцарей. Или девочки, или ботаники в очках из музыкальной школы. А потом мы переехали. Как-то так получалось, что мы часто переезжали. Как ваша голова?
- Полегче.
- Сейчас станет еще лучше: я от шеи поднимусь вверх, немножечко подергаю за уши и еще разворошу вашу прическу. Расслабьтесь, вы - дома.
Она так нежно и ласково массировала его голову, что незаметно для себя Грозный заснул. Вета поняла это когда окончательно расслабилось породистое лицо, разгладилась морщинка между бровями, а дыхание стало глубоким и размеренным. И можно было совершенно безнаказанно его разглядывать, чем она и занялась. Даже в полумраке гостиной, с графичной игрой теней на лице, он казался хищником: сильным, опасным, непредсказуемым. Крылья идеального носа слегка подрагивали, словно даже во сне он продолжал принюхиваться к опасности. Ну, до чего же хорош Демонюка! Ох, не зря еще в кофейне сердце невольно екнуло и забилось быстрее – это ОН!
Вета осторожно погладила кончиками пальцев виски, спустилась по темной колючей щетине на твердую линию челюсти. Красивые губы, когда не были плотно сжаты, манили еще больше. Она торопливо перевела взгляд на мерно вздымавшуюся грудную клетку, чтобы не наделать глупостей, которые вдруг закружились в голове. Лежащий был красив так, что дух захватывало. Не изнеженной, а мужественной красотой, за которой стоит сила.
Вместе с силой она вдруг остро почувствовала его одиночество. Из разговоров Паши и ребят девушка поняла, что после увольнения из армии, Иван создал маленькое охранное агентство и упрямо прогрызал себе дорогу, давая работу таким же растерянным, оставшимся без опоры парням. Которые умели только профессионально убивать. Он яростно отбивался от конкурентов, заставив уважать себя даже в криминальных кругах, хотя туда принципиально не лез. Паша говорил, что все ребята готовы за шефа глотку перегрызть, потому что не дал им спиться или пойти по наклонной.
- Ну, и какой ты после этого Демон? – прошептала она, осторожно вытаскивая ноги из-под подушки, - признавайся: ты - Архангел в аду. На задании.
Стоя рядом со спящим Грозным, не удержалась, и нежно коснулась губами щеки. Короткая щетина царапнула губы. Красивый, сильный, одинокий - хорошо, что он никогда не узнает о ее самоуправстве. Вета аккуратно сняла с него туфли и накрыла пледом. Пусть поспит, слишком многое тащит на своих могучих плечах. Подумав, девушка все же выключила лампу, чтобы ему уже точно ничего не мешало.
- Спокойной ночи, Иван, - едва слышно прошелестел ее голос, после чего медленно, на ощупь пошла в сторону лестницы, стараясь не шуметь. Если бы в этот момент она оглянулась, то увидела, как внимательно, из-под темных ресниц ее провожают настороженные зеленые глаза.
- Что же тебе от меня нужно, девочка? – подумал он и снова смежил веки, - покемарю пять минут и пойду наверх.
Утром его разбудил свет в глаза и хмыканье друга:
- Малышка, а почему наш благодетель спит тут?
- Тихо ты, - зашипела на него Вета, - спит и спит. Устал вчера очень. Поел и прилег. Я не стала будить. Не шуми, а то без вкусного оставлю.
- Ух, суровая ты. Знаешь, как на больное надавить.
- Пошли на кухню, - строго скомандовала девушка.
Когда их шаги затихли в глубине дома, Грозный сполз с дивана и пошлепал босыми ногами по лестнице. Тело затекло от неудобной позы, но тем не менее он чувствовал себя отдохнувшим. Холодный душ мгновенно взбодрил мозги, свежая рубашка, брюки – и, не понимая собственной торопливости, быстрым шагом он ворвался на кухню.
- Доброе утро, - протянул хозяин дома, не сводя внимательного взгляда с девушки. Та смущенно опустила голову, пряча улыбку, и отвернулась к плите.
«Костя, привет! У вас все хорошо?»
Понимая, что у мужчин много дел, в том числе поиск нападавших и обеспечение безопасности, она ни капли не рассчитывала на быстрый ответ. Просто написала и уже как будто стало легче. Наверное, Костя подумает, что она назойливая паникерша. Ну, и пусть, лишь бы ответил, даже если много позже. Как ни удивительно, телефон пискнул ответным сообщением практически мгновенно.
«Привет, Кудряш! Все хорошо. Почему спрашиваешь?»
«Прости. Какое-то внутреннее беспокойство. Волнуюсь»
«А мне приятно! Спасибо. Хочешь, пришлю фото своей улыбающейся рожи, чтобы тебе стало легче?»
«Твои дивные эльфийские ушки будут на фоне злого Демонюки?»
«Без меня, меня же и обсуждаете?» - судя по всему злой шеф заинтересовался перепиской. И отнял телефон у друга. Отчего-то на ее губах расцвела глупая улыбка.
«Уважаемый, Демонюка! Верните аппарат хозяину. У нас разговор на интимные ушные темы».
«Я имею право знать, о чем вы шепчетесь за моей спиной».
«Разумеется – плетем интриги. И еще: я хотела отчитаться, что охранники слопали все утренние блинчики».
«Что? Уволю всех к чертям собачьим»
«Вас утром не было. И гора блинов оказалась беззащитна перед превосходящими силами противника».
«:)). Разберемся. Малышка, извини. Много дел. Будем поздно».
«Берегите себя».
Счастливо вздохнув, Вета с довольной улыбкой прижала телефон к груди. Короткая переписка, словно ластиком стерла тяжесть смутного беспокойства, которое, как оказалось, не давало дышать полной грудью. Значит у них все хорошо, и она просто отчего-то себя накрутила. Буйная писательская фантазия – не иначе. Ух, как же здорово, когда все хорошо! Словно крылья расправились за спиной.
Телефон пикнул очередным сообщением. От кого? Вета посмотрела на экран, номер был незнакомый.
«Если захочешь побеспокоиться обо мне – пиши сюда. И охрану не корми, разжиреют».
Демон? Самолично написал ей со своего телефона? Что это – обыкновенное желание пообщаться? Но он не похож на болтуна. Тогда зачем? Щелкнуть Костю по носу? Так они – друзья, а к ней Костя ничего кроме дружеского участия не испытывает. Тем более – зачем? Или это очередное желание все контролировать? Или…?
«Хорошо. А письма «В ад, до востребования» уже не доходят?».
«Новые технологии осваивают даже здесь, маленькая язвочка».
«Не злите автора, Демон. Иначе суккубы станут трансвеститами. А украденный скипетр…».
«Ах ты, затейница! Приеду – отшлепаю».
«Это – непедагогично».
«Зато – заводит. Хочешь поговорить об этом?»
«Р-р-р-р».
Вета отбросила телефон, пытаясь успокоить внезапно участившееся дыхание. Щеки горели пунцовыми пятнами. Вот как он это делает? Пошлое создание с неимоверными зелеными глазами? Хотя как делает - она слышала. Эта губошлепина орала и визжала так, что даже с головой под подушкой было слышно. И обидно. Причем за него: что он пользуется таким откровенно дешевым экземпляром. Девушка зябко передернула плечами, кожа мгновенно вспыхнула, вспомнив прикосновения его пальцев ночью.
Иван действительно испугался за нее, когда стянул с перил балкона. И не притворялся, она видела всполохи беспокойства в зеленых глазах. Отчего-то это рождало в душе глупую, неубиваемую здравым смыслом радость. И даже оправдывался, решив, что это из-за Анжелы она решила сигануть. Нет, ну надо же – какое самомнение! Решил, что Вета услышала вопли шлюхи в его спальне и решила сигануть? «И пучина сия поглотила ее». Ага, сейчас! Все-таки нельзя мужчине быть настолько красивым, у него молниеносно портится характер и раздувается эго. А у этой секс-машины не только эго, судя по визгливым воплям грудастой.
Было уже за полночь, когда Грозный добрался до дома. Его ребята устроили несколько показательных акций на объектах противника, которые болезненно ударили по главной эрогенной зоне Маркова – кошельку. Сидеть и отмалчиваться уже за два выпада в свою сторону было для Грозного по меньшей степени – непрофессионально.
Костя поехал еще на какую-то встречу. Этот паук дергал ниточки, собирая данные в самых неожиданных местах. Сейчас любая информация была на вес золота.
Иван устал, как черт. Хотелось в душ и отрубиться хоть на несколько часов, оставив за бортом допросы, стрельбу, звонки, переговоры.
На ходу стягивая пиджак, Грозный прошел через холл. В доме было темно, через окна проникал неяркий свет уличных светильников. Как ни удивительно, в гостиной горела одинокая настольная лампа. Кто-то из охраны забыл выключить? И то – спасибо, не впотьмах о мебель спотыкаться. Выпить или поискать чего на кухне? Хоть бы и тех блинов, про которые Веснушка писала утром. Надо же, беспокоилась она. Причем не потому, что у нее деньги на карте кончились или ноготь сломался. «Просто так» – как в старом мультике. От ее обеспокоенного смс на душе стало так тепло, что они с Костей разулыбались как два идиота, остановив допрос нападавших. А Грозный еще и отобрал телефон у друга, чтобы переброситься парой фраз с кудрявой язвой.
Иван, не глядя, отбросил пиджак, который соскользнул с подлокотника и в тишине дома громогласно шлепнулся на пол. Мужчина был так поглощен мыслями, что не сразу заметил хрупкую фигурку, сонно приподнявшую голову с диванной подушки.
- Привет, - с еще не прошедшим сном в глазах улыбнулась Вета.
- Ты что тут делаешь? – привычно хмурил брови, а сам с жадностью осматривая фигурку в мешковатой майке и шортах. Какие длинные ноги! А уж если стянуть эти шорты…
- Ждала.
- Костика? Так он…
- Тебя, - неожиданно, с улыбкой, перебила она.
- Зачем? Что-то случилось? – губы сжались в тонкую линию. Неужели и тут проблемы?
- Нет. Почему-то мне кажется, что нужнее, чтобы ждали именно тебя, - она легко поднялась на ноги и бесстрашно подошла ближе, - а еще – я просто волновалась. Ты – голодный?
Он спросила это так легко и буднично, но у него отчего-то ком подкатил к горлу. В первый раз кто-то бескорыстно интересовался именно ИМ. Как он? Голоден? Устал? Интересовался искренне, по-человечески тепло, без ужимок. Ничего не требуя взамен. Почему он все эти годы не замечал, насколько безвкусно купленное за деньги женское внимание? Словно дешевый суповой концентрат в яркой упаковке.
- Наверное, - растерянно произнес Грозный, оглушенный мыслью.
- Пойдем на кухню? – Вета небрежно скрутила кудряшки на затылке и зашагала вперед. А он послушно тащился позади, уставившись на беззащитную шею и гордую посадку головы. Что происходит? Что происходит с ним? Настолько устал?
- Может я сам? – не выдержал он гнетущей тишины.
- Так я все равно проснулась. Помой руки в мойке и садись. Тебе мяса?
- Не знаю. А что в кастрюле? – кивнул на плиту, подставив руки под воду.
- А… не обращай внимания. Там борщ. Ребята попросили.
- Борщ? – спросил он с таким благоговением, что Вета вынырнула из недр холодильника и с удивлением уставилась на него. - Малышка, скажи, что это – настоящий красный-красный борщ.
- Красный-красный и чесночный-чесночный. Неужели будешь? – растерялась она.
- Не поверишь, я тысячу лет не ел домашнего борща.
Крылья ровного носа втянули парок, исходящий от поставленной перед ним тарелки, и он почувствовал, как кровь быстрее побежала по жилам, подстегиваемая ни с чем не сравнимым ароматом. А после первой проглоченной ложки он понял – вот оно, счастье. Сбросить весь этот долбанный день за порогом и съесть тарелку борща, приготовленную заботливыми женскими ручками. Никогда, ни одна домработница не приготовит еду так, как если ее будут делать с душой, чтобы порадовать родных и домочадцев. Попытался разозлиться на себя за мягкотелость – и не смог. Слишком тепло и уютно было на кухне в компании девушки и ее светлой улыбки. И слишком вкусно. Не удержался и застонал от удовольствия, вызвав тихий смех.
- Это же просто вкус детства!
- Это просто борщ, - она с улыбкой присела рядом, подперев голову ладошкой, - как у вас день прошел? Ой, простите, мне не стоило…
- Нет, все нормально. Поехали утром задержать тех, кто нам ворота попортил.
- О! И как?
- Троих взяли, один, их главный, убит.
- Намеренно?
- Ты тоже об этом подумала? – он с удивлением посмотрел на девушку.
- Простите, я опять со своими идеями… Но это слишком удачно для совпадения.
- Вот и мы с Костей так думаем. А кроме того, там была очень удачно спланирована засада.
- Кто…? - испуганно расширила глаза Вета.
- Все живы, успокойся. Пострадал только наш неудачный стрелок. Весь день с этим разбирались. Пока – тупик. Бесит. Кто-то очень умело водит нас за нос.
- Если… - задумчиво протянула девушка, - кто-то знает и действует, как вы привыкли, возможно он из вашей среды, а значит и на ваши действия он будет действовать по тем же лекалам. Мне кажется, вам надо сделать так, как он не ожидает.
- Возможно. Но сейчас у меня совершенно башка не варит. Болит, как тварь, - Грозный устало откинулся на спинку стула, - вискаря накачу, и пойду спать.
- Думаю, в вас за весь день было залито столько кофе и алкоголя, что передоз не за горами. Нельзя так себя загонять. Поэтому, так и быть, помогу. Пойдемте, - протянула она руку.
- Только не говори, что у тебя есть волшебная пыльца фей от головной боли, - ухмыльнулся мужчина.
- Лучше, - девушка за руку вывела его в гостиную, села по-турецки в изголовье дивана и положила на ноги подушку, - ложитесь.
- Веснушка, это зачем? – подозрительно прищурился мужчина.
- Ложитесь. Должна же я вас как-то отблагодарить за героическое спасение с балкона.
- Твоего борща более чем…
- Ложитесь, кому говорю! - прикрикнула она на него.
Грозный в очередной раз ошалел от ее самоуправства. Думал привычно рявкнуть, но слишком устал, чтобы препираться. Послушно лег, поерзал, устраиваясь поудобнее.
- Я же сейчас отрублюсь.
- Значит – быстрее голова пройдет, - Вета осторожно погрузила пальцы в его шевелюру, начав массировать подушечками пальцев, - моя подруга как-то записалась на курсы массажа. А подопытным кроликом была я. Сейчас проверим, как хорошо кролик помнит опыты.
Со вздохом удовольствия, Грозный закрыл глаза, поддаваясь расслабляющей магии ее пальцев. Хрен с ним, потом подумает, зачем малышка это делает. Но, Боже, как же хорошо она это делает! Мягко, нежно, именно там, где надо.
- Веснушка, ты – клад, - прошептал он.
- Ага. Зарытый и забытый, - усмехнулась она, - можно я одну пуговицу на рубашке расстегну? Шею нужно тоже размять.
- Могу даже полностью заголиться, если надо.
- О, нет! – тихонько засмеялась она. - Ваш стриптиз мне точно не по карману.
- Договоримся, - промурлыкал Грозный, почувствовав горячие ладошки на задней стороне шеи. Девушка склонилась чуть ниже, непослушный локон шаловливо погладил его щеку.
- Совсем вы себя запустили. Как можно жить с такой перенапряженной шеей?
- Вот такой я, усталый и заброшенный. Вся надежда на тебя.
- Демонов я еще не спасала, - усмехнулась она.
- А кого спасала?
- Как все дети: котята, птенчики… Но я шла дальше: мне было жаль даже муравьев, если на них наступали. Ужасная плакса была в детстве.
- И что, - спросил он, поглядывая на ее сосредоточенное лицо сквозь ресницы, - не было мальчика-рыцаря во дворе, чтобы защитил всех муравьев в округе?
- Нет, - тихо улыбнулась она, сосредоточенно разминая крепкую шею, - у нас был двор без рыцарей. Или девочки, или ботаники в очках из музыкальной школы. А потом мы переехали. Как-то так получалось, что мы часто переезжали. Как ваша голова?
- Полегче.
- Сейчас станет еще лучше: я от шеи поднимусь вверх, немножечко подергаю за уши и еще разворошу вашу прическу. Расслабьтесь, вы - дома.
Она так нежно и ласково массировала его голову, что незаметно для себя Грозный заснул. Вета поняла это когда окончательно расслабилось породистое лицо, разгладилась морщинка между бровями, а дыхание стало глубоким и размеренным. И можно было совершенно безнаказанно его разглядывать, чем она и занялась. Даже в полумраке гостиной, с графичной игрой теней на лице, он казался хищником: сильным, опасным, непредсказуемым. Крылья идеального носа слегка подрагивали, словно даже во сне он продолжал принюхиваться к опасности. Ну, до чего же хорош Демонюка! Ох, не зря еще в кофейне сердце невольно екнуло и забилось быстрее – это ОН!
Вета осторожно погладила кончиками пальцев виски, спустилась по темной колючей щетине на твердую линию челюсти. Красивые губы, когда не были плотно сжаты, манили еще больше. Она торопливо перевела взгляд на мерно вздымавшуюся грудную клетку, чтобы не наделать глупостей, которые вдруг закружились в голове. Лежащий был красив так, что дух захватывало. Не изнеженной, а мужественной красотой, за которой стоит сила.
Вместе с силой она вдруг остро почувствовала его одиночество. Из разговоров Паши и ребят девушка поняла, что после увольнения из армии, Иван создал маленькое охранное агентство и упрямо прогрызал себе дорогу, давая работу таким же растерянным, оставшимся без опоры парням. Которые умели только профессионально убивать. Он яростно отбивался от конкурентов, заставив уважать себя даже в криминальных кругах, хотя туда принципиально не лез. Паша говорил, что все ребята готовы за шефа глотку перегрызть, потому что не дал им спиться или пойти по наклонной.
- Ну, и какой ты после этого Демон? – прошептала она, осторожно вытаскивая ноги из-под подушки, - признавайся: ты - Архангел в аду. На задании.
Стоя рядом со спящим Грозным, не удержалась, и нежно коснулась губами щеки. Короткая щетина царапнула губы. Красивый, сильный, одинокий - хорошо, что он никогда не узнает о ее самоуправстве. Вета аккуратно сняла с него туфли и накрыла пледом. Пусть поспит, слишком многое тащит на своих могучих плечах. Подумав, девушка все же выключила лампу, чтобы ему уже точно ничего не мешало.
- Спокойной ночи, Иван, - едва слышно прошелестел ее голос, после чего медленно, на ощупь пошла в сторону лестницы, стараясь не шуметь. Если бы в этот момент она оглянулась, то увидела, как внимательно, из-под темных ресниц ее провожают настороженные зеленые глаза.
- Что же тебе от меня нужно, девочка? – подумал он и снова смежил веки, - покемарю пять минут и пойду наверх.
Глава 13.
Утром его разбудил свет в глаза и хмыканье друга:
- Малышка, а почему наш благодетель спит тут?
- Тихо ты, - зашипела на него Вета, - спит и спит. Устал вчера очень. Поел и прилег. Я не стала будить. Не шуми, а то без вкусного оставлю.
- Ух, суровая ты. Знаешь, как на больное надавить.
- Пошли на кухню, - строго скомандовала девушка.
Когда их шаги затихли в глубине дома, Грозный сполз с дивана и пошлепал босыми ногами по лестнице. Тело затекло от неудобной позы, но тем не менее он чувствовал себя отдохнувшим. Холодный душ мгновенно взбодрил мозги, свежая рубашка, брюки – и, не понимая собственной торопливости, быстрым шагом он ворвался на кухню.
- Доброе утро, - протянул хозяин дома, не сводя внимательного взгляда с девушки. Та смущенно опустила голову, пряча улыбку, и отвернулась к плите.
