- Куда?
- Ставить следственный эксперимент. Шампанское любишь?
- Д-да…
- Отлично. Я видел в холодильнике бутылку.
- Я могу пойти сама.
- Конечно. Но мне оказывается не только нравится дарить подарки, но и носить тебя на руках.
Пройдя с уцепившейся за него словно обезьянка девушкой, он усадил ее на кухонную стойку. Мысль о том, что однажды ее на эту стойку уложит, вызвала активное шевеление в штанах. «Не время, - одернул он себя, - пока не время». Закатав рукава рубашки, достал бутылку шампанского и пару фужеров, после чего тщательно вымыл руки. Поцеловал краснеющую девушку в губы, легко подхватив свою ношу.
- Бери бокалы, я понесу самое вкусное – тебя и шампанское. Причем шампанское – это фон.
Поднимаясь по лестнице, подумал на мгновение и свернул в сторону ее комнаты. Там ее территория, девочке будет комфортнее. Вета доверчиво положила голову на его плечо, нервно дыша в крепкую шею.
Когда вошли в ее комнату, малышка вздрогнула и испуганно покосилась в сторону кровати. «Вот урод», - пронеслось в голове, - «Найду и руки поотрываю утырку».
Пройдя мимо постели, сел в кресло, устроив малышку на своих коленях. В обеих хозяйских спальнях камер не было, так что бояться посторонних глаз не стоило.
- Что мы будем делать? – испуганным шепотом спросила Вета.
- Для начала – пить шампанское, - мягко улыбнулся он, - не пугайся. Я не сделаю ничего, что тебе не понравится.
Ловко открыл и разлил пенный напиток по бокалам.
- А повод для шампанского?
- Я встретил самую потрясающую девушку на свете. Разве этого мало? За тебя, моя капелька радости, - он слегка отпил, тогда как девушка, нервничая сделала два больших глотка.
- Вкусно. Что теперь?
- Поцелуй. Скажешь, какой вкус тебе больше нравится, - твердый мужской рот прижался к ее. Он осторожно провел языком по ее губам, словно предлагая ей повторить и смаковать сладкий вкус напитка на нем. Мягко посасывал ее губы, потом заманил ее юркий язычок к себе в рот и начал осторожно ласкать. Помня о ее фобии со шрамами, гладил только затылок и плечи.
Девочка оказалась отзывчивой. На незамысловатую ласку негромко застонала ему прямо в рот. Мгновенно открыв испуганные глаза.
- Все хорошо, родная. Не сдерживайся. Давай я поцелую тебя в шейку, а ты скажешь нравится или нет? - борясь с собой и своей застенчивостью, она отвернула пунцовое лицо, подставляя шею для новой ласки. Грозный осторожно прикасался губами к нежной коже, нежно ласкал языком, чутко улавливая каждый удивленно-радостный вздох. Прошелся цепочкой влажных поцелуев вниз, до ключицы, радостно отмечая, как ее пальцы судорожно стиснули рубашку на его плечах.
Чувствуя, что сам завелся, мужчина, тем не менее резко одернул себя, понимая, что может испортить все своей необузданностью.
- Веснушка, посмотри вниз, - она с трудом открыла затуманенные удовольствием глаза, - я всего лишь поцеловал тебя. А у тебя уже соски торчат, видишь?
Она стыдливо покраснела и попыталась отодвинуться. Но мужчина не позволил.
- Ты понимаешь, что это значит? Что ты – чуткая и страстная девочка, которая получает удовольствие от ласки. Тебе ведь сейчас хорошо?
- Д… да…
- Не следует стыдиться своих ощущений. Я очень хочу дать тебе еще немного удовольствия. Позволишь?
- А что ты хочешь сделать? – она с трудом могла говорить оглушенная ощущениями и бешенным блеском зеленых глаз. Черты красивого лица заострились, словно Грозного изнутри сжигал бешенный огонь, который он с трудом удерживал.
- Для начала я хочу снять вот эту футболку, - он медленно, давая ей возможность передумать, стянул с нее майку. Под ней был обычный белый бюстгальтер, в котором девичья грудь смотрелась нежными аппетитными персиками. Вета попыталась закрыться руками, но он не позволил. Перехватил запястья и завел их ей за спину.
- Я сейчас с ума сойду, какая ты красивая, - прохрипел Грозный и с усилием втянул в себя воздух,- у тебе охрененная грудь, Веснушка. Поставь ладошки мне на колени.
- Мне так стыдно, – прошептала она, зажмуривая глаза.
- Останови меня, как только тебе что-то не понравится, - он завел руку ей за спину и расстегнул крючки. Избавив зажатую девушку от предмета туалета, он застонал. Розовые соски с аккуратными ореолами манили заласкать их до безумия.
- Сдохну, если не прикоснусь, - Грозный осторожно лизнул одну вершинку языком. Потом чуть смелее провел по кругу и втянул твердую горошинку в рот. Хотелось прикусить до ее крика, но он сдержался. Его девочка пока не готова для таких активных ласк. Начал посасывать, играя языком и едва надавливая зубами. Вета судорожно всхлипнула, вцепившись в его колени изо всех сил.
Оторвался, накрыв пальцами второй сосок. Покрутил его между пальцами, сжал чуть сильнее. Девочка ахнула и часто задышала
- Как тебе больше нравится, малышка?
- Я… Я не знаю…
- Тогда давай еще раз, - ухмыльнулся он, втянув влажно блестевшую вишенку в рот. При этом активно лаская второй пальцами. Вета громко застонала и прогнувшись, инстинктивно вцепилась в его волосы. Грозный ласкал ее грудь, убыстряя темп, чередуя свой рот и пальцы. Девочка, не сдерживаясь, стонала в голос, елозя на нем бедрами. Он почувствовал, как малышка повлажнела, отчего член едва не порвал ткань штанов. Хотелось ее до безумия. А движения округлых бедер никак не содействовали его спокойствию.
- Детка, ты такая мокрая. Я хочу тебя приласкать. Позволишь? – спросил, изо всех надеясь, что хватит выдержки. Осторожно накрыл ее шорты пальцами и надавил, - хочешь?
- Да-а! -захныкала она, подаваясь навстречу его руке.
- Привстань, я помогу снять твои шортики.
Аккуратно снял и зашвырнул ее шорты с трусиками куда подальше. Судорожно сглотнул, жадно глядя на плотно сжатые лепестки промежности. Ох, как же он хотел уложить ее на спину и медленно ласкать, разглядывая свое сокровище. Раскрыть эти лепестки одной рукой и накрыть влажные складочки языком… Позже, все позже. Нужно приучить это тело к тому, что оно может получать удовольствие от ласк. Его ласк. Чтобы даже не вспомнила ерунду про фригидность.
Грозный вернул девушку на колени и накрыл губы поцелуем. Он целовал ее жадно, глубоко, яростно. Делясь с ней своей страстью и выпивая ее желание. Не давая дурману удовольствия развеяться. Девочка начал отвечать активнее, жадно посасывая его язык. Заставляя Грозного мечтать о том, что в следующий раз ее рот будет у него между бедер. Взбудораженная, она рычала ему в губы, терлась кошкой, инстинктивно требуя еще больше удовольствия. Потом рванула на нем рубашку, заставив пуговицы разлететься в стороны.
- Какая страстная девочка, - ухмыльнулся Грозный, когда тонкие ручки нырнули под рубашку, царапая шею и плечи, - шире ножки, милая.
Его указательный палец, нырнув во влажные складочки, размазывал обильную влагу. Девушка беспомощно всхлипнула, подаваясь ему навстречу. Большой палец нашел горошинку клитора и легонько надавил, заставив вскрикнуть.
- Вот так, малыш. Не зажимайся, - в ответ она начала подмахивать бедрами. Сам не замечая, Грозный двигался ей навстречу, представляя, как проникает туда, где сейчас его пальцы. Глубже, еще глубже. Тело жадно рвалось в нее, но он исступленно держал себя в руках. Пообещав самому себе, что только малышка сегодня получит удовольствие.
Поигрывая ее клитором, то сжимая его, то постукивая подушечкой пальцев, он высекал из нее новые звуки и дарил новые грани удовольствия. Заставляя то кричать, то всхлипывать.
- Я хочу… пожалуйста…
- Чего ты хочешь, солнышко?
- Я не знаю! – простонала она, откидывая голову назад. Он втянул один сосок в рот и не смотря на обилие влаги с трудом ввел в нее палец, - Да-а-а!
Девушка привстала и начала активно двигать бедрами, стараясь насадиться еще глубже, получить еще больше. Грозный ускорил темп, поглаживая припухший клитор. Она кричала, и эти крики простреливали его в позвоночник. До темных кругов перед глазами хотелось ворваться в нее, в тесную жаркую глубину.
Я… пожалуйста! Мне так странно, - она бессвязно бормотала, а тело уже начало потряхивать. Грозный чуть согнул внутри нее пальцы, ускорил нажим на клитор. Через несколько секунд надавил сильнее и она взлетела. Широко распахнулись изумленные глаза, ни с чем не сравнимый вскрик замер на округлившихся припухших губах. Ее внутренние мышцы так плотно сжали его пальцы, что он сам едва не кончил.
Грозный осторожно вынул из нее пальцы и прижал к себе подрагивающее от удовольствия тело. Вета покорно положила ему голову на плечо, пока он поглаживал хрупкие лопатки и выпирающие косточки позвоночника.
- Детка, все хорошо? Или мне начать волноваться? - низкий голос с нотками довольства, прошелся по ее нервам бархатным смычком.
- Я, кажется, еще не вернулась.
Раздался тихий мужской смех.
Подумав, что он над ней смеется, девушка попыталась сползти с его колен.
- Малышка, если ты не прекратишь на мне елозить, я опозорюсь.
Она испуганно замерла. Не зная, что делать дальше. Она же абсолютно голая! Мамочки!
- Солнышко мое, я тебя сейчас на кроватку отнесу. Полежи под одеялом, передохни, хорошо? Если что-то не так, сразу зови меня. Точно все хорошо?
- Да, - он плечом почувствовал ее пунцовую щеку. Начала стесняться. Как застенчивая ему попалась!
Грозный закутал свою малышку в одеяло и осторожно уложил драгоценную ношу.
- Точно все хорошо? – присел рядом на корточки и погладил нежную щеку.
- Если хорошо – это взлетать к звездам, то да, - синие глаза смотрели одновременно растерянно и с восхищением.
- Тогда я пойду.
- Почему?
- Потому что я тогда точно не сдержусь. Слишком ты сладкая. А ты, сокровище мое, пока не готова ко взрослым играм. Отдыхай, родная.
Грозный вышел через балкон, оставив девушку в растерянных чувствах. С одной стороны, ей было обидно что он не остался. С другой – понимала, что чувствует мужчина, не получивший никаких крох удовольствия. Ведь она чувствовала себя очень плохо, когда Вадик пользовался ее телом, не давая ничего взамен. Теперь была очевидна разница между мужчиной, нацеленным на удовольствие женщины, и тем, кто действует только для себя, не думая о партнерше. Стало понятно, почему все вокруг говорят о сексе с придыханием и восторгом. Это же лучше, чем во всех прочитанных книгах! А главное, что оргазма у нее не было вовсе не потому, что она - ущербная. Просто попался никудышный мужчина. Получается, Вадик целенаправленно взращивал ее комплексы и паразитировал на них, повышая собственную самооценку.
Представила на секунду, если бы одна получила удовольствие, как бы он начал визжать и канючить про свои потребности и что «она должна»… А Демон – он ведь ни единым звуком не выдал, что остался неудовлетворенным. Просто сделал ей «хорошо» и ушел, чтобы не давить на совесть. И не смущать.
Получается, что она воспарила к небесам, только от его пальцев? А если бы это был настоящий секс? Щеки мгновенно опалило румянцем. И ведь даже ее смазки хватило! С Вадиком она всегда пользовалась лубрикантами, потому что ничего подобного с ней не было. Да он и не целовал ни разу так, как это сделал Грозный. Чтобы голова кругом и ноги подкосились.
Наверное, следует помыться? Но в крови еще играли пузырьки удовольствия. Так не хотелось смывать с себя прикосновения опытных пальцев своего искусителя.
Вета осторожно села на кровати. С удивлением ощущая, как внутри пульсируют отголоски удовольствия. Поднялась на ноги, подхватила разбросанную одежду и тут ее взгляд упал на открытую бутылку шампанского. А каково это, когда его пьют с горла? Воровато оглянувшись, взяла в руки бутылку и сделал глоток сладкого напитка. И еще. Хм... а что-то в этом есть. Что-то запретное.
Кажется у нее сегодня вечер откровений и сюрпризов. И только ей решать – будет ли шампанское последним.
Быстро споласкиваясь под душем, Вета думала о том, хватит ли ей духу решиться. Но ведь пока она молчала и сдерживалась, в ее жизни ничего не происходило. Или был слизняк-Вадик. Что еще хуже, чем ничего. А как только она набралась храбрости и подошла в кофейне к незнакомому мужчине - в ее жизни все началось кардинально меняться. Так почему бы не осмелеть еще раз? И перестать врать самой себе? Она хочет этого мужчину – несомненно. Хочет его страсть, его силу, его руки и губы? Еще больше удовольствия? Да! Тогда почему она должна себе отказывать? Раз я – его девушка, то пойду и получу свое! Своего мужчину.
Натянув тонкую морковную футболку, которую обычно использовала как ночнушку, Вета сделал еще пару глотков из бутылки. Прихватив ее с собой, пока не оставили крупицы смелости, девушка открыла балконную дверь и шагнула на воздух. Несколько шагов – и она открывает аналогичную дверь в погруженную в полумрак комнату. Испорченная ею мужская рубашка и брюки сброшены на кресло, из ванной раздается шум воды. Который мгновенно прекращается. Пара секунд и Грозный, вытирая голову небольшим полотенцем выходит из ванной. Второе узкое полотенце обмотано вокруг узких бедер. Почувствовав постороннее присутствие в комнате, он инстинктивно вскидывает голову.
- Что за...?
В это время Вета жадно и беззастенчиво поедает его глазами. Крепкие мускулистые руки, широкую грудную клетку, переходящую в суховатые кубики пресса. Темная дорожка волос от пупка сбегает вниз, под кромку полотенца. Грозный откидывает влажные волосы со лба и переводит взгляд с бутылки шампанского на девушку. Та, понимая, что отступать поздно, делает еще один глоток напитка. Эта невинно-порочная картинка едва не взорвала ему мозг.
Поставив бутылку на первую попавшуюся поверхность, Вета шагает к мужчине. Он сумрачен, точеные скулы резко обозначены, красивые губы плотно сжаты. Зеленые глаза потемнели и кажутся почти черными под густыми ресницами. Но она не боится. Не испугалась тогда и не будет бояться теперь. Подходит вплотную и вскидывает на него глаза.
- Я хочу увидеть твое удовольствие. Хочу взять все, что ты можешь мне дать.
- Ты уверена? - рокочет он, сдерживаясь из последних сил, - а если я захочу тебя вылизать и смотреть на это? Если захочу вытрахать твой рот?
Она знает, что Грозный нарочно провоцирует, пытается заставить струсить. Но она не вернется в свою раковину. Слишком одиноко и тоскливо.
- Мне слишком понравилось, что ты со мной делал. И я хочу еще. Хочу сделать так, чтобы ты тоже кричал мое имя.
- На кровать. Сними белье, - командует он, опасно блестя глазами.
- А его нет, - она шаловливо смотрит через плечо, делая пару шагов в сторону постели. В эту же секунду Грозный прижимается к ней всем телом впечатывая ее бедра в себя. Она поясницей чувствует, насколько тот заведен. Одна мужская рука пробирается под майку, накрывая грудь. Заставляя ее сладко всхлипнуть. Вторая рука накрывает лобок, поглаживая все еще припухшие, но еще влажные складочки.
- Долгой прелюдии не будет. Я слишком заведен.
Она чуть шире раздвигает ноги, откидывая голову ему на плечо.
- Дай мне свой язык, - требует Вета и в эту же секунду он прижимается к ней губами, отдавая свой язык в ее полное распоряжение. Она сосет его язык так жадно и яростно, так призывно стонет, что у него кровь начинает бухать в ушах глухими толчками. Грозный ускоряет движение пальцев, стремясь быстрее завести ее. Остервенело хочется ворваться в нее и сорваться в бешенный темп. Член стоит колом, чувствуя желанное тело так близко.
- Ставить следственный эксперимент. Шампанское любишь?
- Д-да…
- Отлично. Я видел в холодильнике бутылку.
- Я могу пойти сама.
- Конечно. Но мне оказывается не только нравится дарить подарки, но и носить тебя на руках.
Пройдя с уцепившейся за него словно обезьянка девушкой, он усадил ее на кухонную стойку. Мысль о том, что однажды ее на эту стойку уложит, вызвала активное шевеление в штанах. «Не время, - одернул он себя, - пока не время». Закатав рукава рубашки, достал бутылку шампанского и пару фужеров, после чего тщательно вымыл руки. Поцеловал краснеющую девушку в губы, легко подхватив свою ношу.
- Бери бокалы, я понесу самое вкусное – тебя и шампанское. Причем шампанское – это фон.
Поднимаясь по лестнице, подумал на мгновение и свернул в сторону ее комнаты. Там ее территория, девочке будет комфортнее. Вета доверчиво положила голову на его плечо, нервно дыша в крепкую шею.
Когда вошли в ее комнату, малышка вздрогнула и испуганно покосилась в сторону кровати. «Вот урод», - пронеслось в голове, - «Найду и руки поотрываю утырку».
Пройдя мимо постели, сел в кресло, устроив малышку на своих коленях. В обеих хозяйских спальнях камер не было, так что бояться посторонних глаз не стоило.
- Что мы будем делать? – испуганным шепотом спросила Вета.
- Для начала – пить шампанское, - мягко улыбнулся он, - не пугайся. Я не сделаю ничего, что тебе не понравится.
Ловко открыл и разлил пенный напиток по бокалам.
- А повод для шампанского?
- Я встретил самую потрясающую девушку на свете. Разве этого мало? За тебя, моя капелька радости, - он слегка отпил, тогда как девушка, нервничая сделала два больших глотка.
- Вкусно. Что теперь?
- Поцелуй. Скажешь, какой вкус тебе больше нравится, - твердый мужской рот прижался к ее. Он осторожно провел языком по ее губам, словно предлагая ей повторить и смаковать сладкий вкус напитка на нем. Мягко посасывал ее губы, потом заманил ее юркий язычок к себе в рот и начал осторожно ласкать. Помня о ее фобии со шрамами, гладил только затылок и плечи.
Девочка оказалась отзывчивой. На незамысловатую ласку негромко застонала ему прямо в рот. Мгновенно открыв испуганные глаза.
- Все хорошо, родная. Не сдерживайся. Давай я поцелую тебя в шейку, а ты скажешь нравится или нет? - борясь с собой и своей застенчивостью, она отвернула пунцовое лицо, подставляя шею для новой ласки. Грозный осторожно прикасался губами к нежной коже, нежно ласкал языком, чутко улавливая каждый удивленно-радостный вздох. Прошелся цепочкой влажных поцелуев вниз, до ключицы, радостно отмечая, как ее пальцы судорожно стиснули рубашку на его плечах.
Чувствуя, что сам завелся, мужчина, тем не менее резко одернул себя, понимая, что может испортить все своей необузданностью.
- Веснушка, посмотри вниз, - она с трудом открыла затуманенные удовольствием глаза, - я всего лишь поцеловал тебя. А у тебя уже соски торчат, видишь?
Она стыдливо покраснела и попыталась отодвинуться. Но мужчина не позволил.
- Ты понимаешь, что это значит? Что ты – чуткая и страстная девочка, которая получает удовольствие от ласки. Тебе ведь сейчас хорошо?
- Д… да…
- Не следует стыдиться своих ощущений. Я очень хочу дать тебе еще немного удовольствия. Позволишь?
- А что ты хочешь сделать? – она с трудом могла говорить оглушенная ощущениями и бешенным блеском зеленых глаз. Черты красивого лица заострились, словно Грозного изнутри сжигал бешенный огонь, который он с трудом удерживал.
- Для начала я хочу снять вот эту футболку, - он медленно, давая ей возможность передумать, стянул с нее майку. Под ней был обычный белый бюстгальтер, в котором девичья грудь смотрелась нежными аппетитными персиками. Вета попыталась закрыться руками, но он не позволил. Перехватил запястья и завел их ей за спину.
- Я сейчас с ума сойду, какая ты красивая, - прохрипел Грозный и с усилием втянул в себя воздух,- у тебе охрененная грудь, Веснушка. Поставь ладошки мне на колени.
- Мне так стыдно, – прошептала она, зажмуривая глаза.
- Останови меня, как только тебе что-то не понравится, - он завел руку ей за спину и расстегнул крючки. Избавив зажатую девушку от предмета туалета, он застонал. Розовые соски с аккуратными ореолами манили заласкать их до безумия.
- Сдохну, если не прикоснусь, - Грозный осторожно лизнул одну вершинку языком. Потом чуть смелее провел по кругу и втянул твердую горошинку в рот. Хотелось прикусить до ее крика, но он сдержался. Его девочка пока не готова для таких активных ласк. Начал посасывать, играя языком и едва надавливая зубами. Вета судорожно всхлипнула, вцепившись в его колени изо всех сил.
Оторвался, накрыв пальцами второй сосок. Покрутил его между пальцами, сжал чуть сильнее. Девочка ахнула и часто задышала
- Как тебе больше нравится, малышка?
- Я… Я не знаю…
- Тогда давай еще раз, - ухмыльнулся он, втянув влажно блестевшую вишенку в рот. При этом активно лаская второй пальцами. Вета громко застонала и прогнувшись, инстинктивно вцепилась в его волосы. Грозный ласкал ее грудь, убыстряя темп, чередуя свой рот и пальцы. Девочка, не сдерживаясь, стонала в голос, елозя на нем бедрами. Он почувствовал, как малышка повлажнела, отчего член едва не порвал ткань штанов. Хотелось ее до безумия. А движения округлых бедер никак не содействовали его спокойствию.
- Детка, ты такая мокрая. Я хочу тебя приласкать. Позволишь? – спросил, изо всех надеясь, что хватит выдержки. Осторожно накрыл ее шорты пальцами и надавил, - хочешь?
- Да-а! -захныкала она, подаваясь навстречу его руке.
- Привстань, я помогу снять твои шортики.
Аккуратно снял и зашвырнул ее шорты с трусиками куда подальше. Судорожно сглотнул, жадно глядя на плотно сжатые лепестки промежности. Ох, как же он хотел уложить ее на спину и медленно ласкать, разглядывая свое сокровище. Раскрыть эти лепестки одной рукой и накрыть влажные складочки языком… Позже, все позже. Нужно приучить это тело к тому, что оно может получать удовольствие от ласк. Его ласк. Чтобы даже не вспомнила ерунду про фригидность.
Грозный вернул девушку на колени и накрыл губы поцелуем. Он целовал ее жадно, глубоко, яростно. Делясь с ней своей страстью и выпивая ее желание. Не давая дурману удовольствия развеяться. Девочка начал отвечать активнее, жадно посасывая его язык. Заставляя Грозного мечтать о том, что в следующий раз ее рот будет у него между бедер. Взбудораженная, она рычала ему в губы, терлась кошкой, инстинктивно требуя еще больше удовольствия. Потом рванула на нем рубашку, заставив пуговицы разлететься в стороны.
- Какая страстная девочка, - ухмыльнулся Грозный, когда тонкие ручки нырнули под рубашку, царапая шею и плечи, - шире ножки, милая.
Его указательный палец, нырнув во влажные складочки, размазывал обильную влагу. Девушка беспомощно всхлипнула, подаваясь ему навстречу. Большой палец нашел горошинку клитора и легонько надавил, заставив вскрикнуть.
- Вот так, малыш. Не зажимайся, - в ответ она начала подмахивать бедрами. Сам не замечая, Грозный двигался ей навстречу, представляя, как проникает туда, где сейчас его пальцы. Глубже, еще глубже. Тело жадно рвалось в нее, но он исступленно держал себя в руках. Пообещав самому себе, что только малышка сегодня получит удовольствие.
Поигрывая ее клитором, то сжимая его, то постукивая подушечкой пальцев, он высекал из нее новые звуки и дарил новые грани удовольствия. Заставляя то кричать, то всхлипывать.
- Я хочу… пожалуйста…
- Чего ты хочешь, солнышко?
- Я не знаю! – простонала она, откидывая голову назад. Он втянул один сосок в рот и не смотря на обилие влаги с трудом ввел в нее палец, - Да-а-а!
Девушка привстала и начала активно двигать бедрами, стараясь насадиться еще глубже, получить еще больше. Грозный ускорил темп, поглаживая припухший клитор. Она кричала, и эти крики простреливали его в позвоночник. До темных кругов перед глазами хотелось ворваться в нее, в тесную жаркую глубину.
Я… пожалуйста! Мне так странно, - она бессвязно бормотала, а тело уже начало потряхивать. Грозный чуть согнул внутри нее пальцы, ускорил нажим на клитор. Через несколько секунд надавил сильнее и она взлетела. Широко распахнулись изумленные глаза, ни с чем не сравнимый вскрик замер на округлившихся припухших губах. Ее внутренние мышцы так плотно сжали его пальцы, что он сам едва не кончил.
Грозный осторожно вынул из нее пальцы и прижал к себе подрагивающее от удовольствия тело. Вета покорно положила ему голову на плечо, пока он поглаживал хрупкие лопатки и выпирающие косточки позвоночника.
- Детка, все хорошо? Или мне начать волноваться? - низкий голос с нотками довольства, прошелся по ее нервам бархатным смычком.
- Я, кажется, еще не вернулась.
Раздался тихий мужской смех.
Подумав, что он над ней смеется, девушка попыталась сползти с его колен.
- Малышка, если ты не прекратишь на мне елозить, я опозорюсь.
Она испуганно замерла. Не зная, что делать дальше. Она же абсолютно голая! Мамочки!
- Солнышко мое, я тебя сейчас на кроватку отнесу. Полежи под одеялом, передохни, хорошо? Если что-то не так, сразу зови меня. Точно все хорошо?
- Да, - он плечом почувствовал ее пунцовую щеку. Начала стесняться. Как застенчивая ему попалась!
Грозный закутал свою малышку в одеяло и осторожно уложил драгоценную ношу.
- Точно все хорошо? – присел рядом на корточки и погладил нежную щеку.
- Если хорошо – это взлетать к звездам, то да, - синие глаза смотрели одновременно растерянно и с восхищением.
- Тогда я пойду.
- Почему?
- Потому что я тогда точно не сдержусь. Слишком ты сладкая. А ты, сокровище мое, пока не готова ко взрослым играм. Отдыхай, родная.
Глава 26.
Грозный вышел через балкон, оставив девушку в растерянных чувствах. С одной стороны, ей было обидно что он не остался. С другой – понимала, что чувствует мужчина, не получивший никаких крох удовольствия. Ведь она чувствовала себя очень плохо, когда Вадик пользовался ее телом, не давая ничего взамен. Теперь была очевидна разница между мужчиной, нацеленным на удовольствие женщины, и тем, кто действует только для себя, не думая о партнерше. Стало понятно, почему все вокруг говорят о сексе с придыханием и восторгом. Это же лучше, чем во всех прочитанных книгах! А главное, что оргазма у нее не было вовсе не потому, что она - ущербная. Просто попался никудышный мужчина. Получается, Вадик целенаправленно взращивал ее комплексы и паразитировал на них, повышая собственную самооценку.
Представила на секунду, если бы одна получила удовольствие, как бы он начал визжать и канючить про свои потребности и что «она должна»… А Демон – он ведь ни единым звуком не выдал, что остался неудовлетворенным. Просто сделал ей «хорошо» и ушел, чтобы не давить на совесть. И не смущать.
Получается, что она воспарила к небесам, только от его пальцев? А если бы это был настоящий секс? Щеки мгновенно опалило румянцем. И ведь даже ее смазки хватило! С Вадиком она всегда пользовалась лубрикантами, потому что ничего подобного с ней не было. Да он и не целовал ни разу так, как это сделал Грозный. Чтобы голова кругом и ноги подкосились.
Наверное, следует помыться? Но в крови еще играли пузырьки удовольствия. Так не хотелось смывать с себя прикосновения опытных пальцев своего искусителя.
Вета осторожно села на кровати. С удивлением ощущая, как внутри пульсируют отголоски удовольствия. Поднялась на ноги, подхватила разбросанную одежду и тут ее взгляд упал на открытую бутылку шампанского. А каково это, когда его пьют с горла? Воровато оглянувшись, взяла в руки бутылку и сделал глоток сладкого напитка. И еще. Хм... а что-то в этом есть. Что-то запретное.
Кажется у нее сегодня вечер откровений и сюрпризов. И только ей решать – будет ли шампанское последним.
Быстро споласкиваясь под душем, Вета думала о том, хватит ли ей духу решиться. Но ведь пока она молчала и сдерживалась, в ее жизни ничего не происходило. Или был слизняк-Вадик. Что еще хуже, чем ничего. А как только она набралась храбрости и подошла в кофейне к незнакомому мужчине - в ее жизни все началось кардинально меняться. Так почему бы не осмелеть еще раз? И перестать врать самой себе? Она хочет этого мужчину – несомненно. Хочет его страсть, его силу, его руки и губы? Еще больше удовольствия? Да! Тогда почему она должна себе отказывать? Раз я – его девушка, то пойду и получу свое! Своего мужчину.
Натянув тонкую морковную футболку, которую обычно использовала как ночнушку, Вета сделал еще пару глотков из бутылки. Прихватив ее с собой, пока не оставили крупицы смелости, девушка открыла балконную дверь и шагнула на воздух. Несколько шагов – и она открывает аналогичную дверь в погруженную в полумрак комнату. Испорченная ею мужская рубашка и брюки сброшены на кресло, из ванной раздается шум воды. Который мгновенно прекращается. Пара секунд и Грозный, вытирая голову небольшим полотенцем выходит из ванной. Второе узкое полотенце обмотано вокруг узких бедер. Почувствовав постороннее присутствие в комнате, он инстинктивно вскидывает голову.
- Что за...?
В это время Вета жадно и беззастенчиво поедает его глазами. Крепкие мускулистые руки, широкую грудную клетку, переходящую в суховатые кубики пресса. Темная дорожка волос от пупка сбегает вниз, под кромку полотенца. Грозный откидывает влажные волосы со лба и переводит взгляд с бутылки шампанского на девушку. Та, понимая, что отступать поздно, делает еще один глоток напитка. Эта невинно-порочная картинка едва не взорвала ему мозг.
Поставив бутылку на первую попавшуюся поверхность, Вета шагает к мужчине. Он сумрачен, точеные скулы резко обозначены, красивые губы плотно сжаты. Зеленые глаза потемнели и кажутся почти черными под густыми ресницами. Но она не боится. Не испугалась тогда и не будет бояться теперь. Подходит вплотную и вскидывает на него глаза.
- Я хочу увидеть твое удовольствие. Хочу взять все, что ты можешь мне дать.
- Ты уверена? - рокочет он, сдерживаясь из последних сил, - а если я захочу тебя вылизать и смотреть на это? Если захочу вытрахать твой рот?
Она знает, что Грозный нарочно провоцирует, пытается заставить струсить. Но она не вернется в свою раковину. Слишком одиноко и тоскливо.
- Мне слишком понравилось, что ты со мной делал. И я хочу еще. Хочу сделать так, чтобы ты тоже кричал мое имя.
- На кровать. Сними белье, - командует он, опасно блестя глазами.
- А его нет, - она шаловливо смотрит через плечо, делая пару шагов в сторону постели. В эту же секунду Грозный прижимается к ней всем телом впечатывая ее бедра в себя. Она поясницей чувствует, насколько тот заведен. Одна мужская рука пробирается под майку, накрывая грудь. Заставляя ее сладко всхлипнуть. Вторая рука накрывает лобок, поглаживая все еще припухшие, но еще влажные складочки.
- Долгой прелюдии не будет. Я слишком заведен.
Она чуть шире раздвигает ноги, откидывая голову ему на плечо.
- Дай мне свой язык, - требует Вета и в эту же секунду он прижимается к ней губами, отдавая свой язык в ее полное распоряжение. Она сосет его язык так жадно и яростно, так призывно стонет, что у него кровь начинает бухать в ушах глухими толчками. Грозный ускоряет движение пальцев, стремясь быстрее завести ее. Остервенело хочется ворваться в нее и сорваться в бешенный темп. Член стоит колом, чувствуя желанное тело так близко.
