Хранитель Книги тумана. Визуализация

Всем доброго времени!
Я решила "легализовать" визуализацию к циклу "Хранитель Книги тумана" и подобрала образы на различных хостингах. Безусловно, визуализация стала в разы меньше, но, надеюсь, все же осталась симпатичной)

Подробнее книгах можно прочесть здесь:
https://prodaman.ru/Anna-Nedelina/series/Tumany-Lodelya

Книги на Призрачных Мирах:
Хранитель Книги Тумана: https://feisovet.ru/магазин/Хранитель-Книги-тумана-Анна-Неделина?utm_source=prodaman&utm_medium=shoplink&utm_campaign=pr0420
Любовь - это волшебство: https://feisovet.ru/магазин/Любовь-это-волшебство-Анна-Неделина?utm_source=prodaman&utm_medium=shoplink&utm_campaign=pr0420

Обложки книг:


А теперь, собственно, визуализация)
Итак, тарам-пам-пам, Ольден Марн (для друзей просто Олли), последний наследник дара Отменяющих проклятья:

Начинаю понимать, почему король Елизар однажды предложил мне придумать историю о предках отца, прибывших якобы из северных стран. Видите ли, я темноволосый и светлокожий – сойду за северянина, особенно если отпущу косу и научусь орудовать секирой… ну, хотя бы повешу на стенах парочку топориков с серебряными рукоятями… Я думал, это было шуточное предложение: Елизар был в подпитии и крайне неустойчивом настроении, вроде и весел, но в глазах – раздражение. Выходит, его величество не шутит даже когда предлагает подобные глупости. Напустить тумана и рассказывать, что предки отца были связаны с какими-нибудь героями Севера, а то и покровителем-Волком, от которого, говорят, на Севере рождаются ведуны, по силе равные разве что эльфийским предсказателям.

Далее хранители:
Вурдалак Таро, помощник-хранитель Книги тумана

Словно почувствовав мои сомнения, Таро взглянул прямо на меня и злорадно оскалился. В полном смысле слова, обнажив острые чуть изогнутые клыки. Левый был значительно длиннее правого и высовывался из-под верхней губы, а я сразу не понял, что меня настораживает. Наверное, я побледнел.
– Это… он же…
– Вурдалак, – закончил за меня призрак.

Эльф Дюрандаль Амариль из клана мечей. Он же Даль, телохранитель Ольдена:

Уверенность моя еще пошатнулась, когда я увидел Даля, облаченного в пышный национальный костюм: широкие штаны темно-синего цвета, белая рубаха с высоким – под самое горло – воротником. Сверху была надета еще одна рубаха, более плотная, из дорогой плотной ткани с просторными рукавами, чуть коротковатыми и украшенными серебряными кистями. Отложной воротник верхней рубахи был обшит серебристой лентой. На кожаном поясе крепились ножны, кожаные же, с тисненным рисунком – переплетенье листьев и цветов. Эльфы же! Рукоять меча была украшена драгоценными камнями, а в поясе еще были едва заметные карманы – для «шепота леса». На этот раз Даль не стал прикрывать уши. Наоборот, заплел волосы в косу и еще – нацепил серебряные серьги с подвесами, украшенные сапфирами. Пальцы эльфа украшали перстни…
От Даля просто веяло важностью и уверенностью в себе. Он словно стал кем-то совершенно другим. Или наоборот, позволил увидеть себя настоящего. Я ведь догадывался, что Даль – аристократ, но раньше меня это не беспокоило. А сейчас… на его фоне даже в дорогом костюме я наверняка смотрелся деревенщиной.


Загадочная девушка Стелла, которая пока появлялась только во сне Ольдена

... За ним действительно нет города. Только обожженные руины. Поначалу мне кажется – город мертв. Но нет. Среди почерневших остовов зданий, босая, в платье из простого некрашеного полотна, стоит Стелла. Она похожа на каменную статую, которую не тронул огонь. Только ее рыжие волосы – сами как сполохи огня – развеваются на ветру, гоняющему пепел над обломками. Стелла смотрит на меня, а я страшусь приблизиться и обнаружить в ее глазах страх…

Кир Роэн, инквизитор второй ступени

– Позвольте узнать, откуда вы? – в голосе гостя за непринужденностью скрывалась цепкая настороженность.
– Издалека, – А Таро и вовсе почти шипел в ответ.
– Но Олли знаете хорошо.
– Близки, как никто.
– Ага… должно быть, разлука оказалась тяжелым испытанием для вас, – протянул гость. Я решил, что необходимо вмешаться. Пока эти двое не вцепились друг другу в глотки по незнанию.
– Таро, прости, Роэн интересуется потому, что беспокоится.
Стоявший ко мне спиной вурдалак не шелохнулся. Спина, кстати, была напряжена.
– О! Я вижу, Олли уже вернулся, – ехидно заметил Роэн.
– Радость-то какая! – в тон ему ответил Таро. Я заметил замершего на лестнице Даля. Рука его лежала на рукояти меча… Но еще минуту назад он не был вооружен? Беда…
– Таро, Дюрандаль, это мой друг, – снова заговорил я.
– Он инквизитор, – прервал вурдалак. Кир не был в привычном для инквизитора черном с серебряной отделкой облачении. Но о его профессиональной принадлежности красноречиво говорил висевший на цепочке на его шее серебристый круг, в котором было изображено пламя. Знак инквизиционного корпуса, он же служебный защитный амулет на случай столкновения с нечистью.


Глана:

Это оказалась спальня. Тяжелые шторы были задернуты только наполовину. У стены стояла широкая кровать с балдахином. Вокруг нее клубился туман. На кровати, раскинув руки, лежал Милар Вион. А рядом с ним на смятых простынях – сидела девушка в мокром платье. В подоле запуталась тина. Серая ладонь была развернута над Миларовым лицом, и с тонких пальцев на губы парня стекала по каплям черная стылая вода. Тягуче, совершенно неправдоподобно. Губы Милара затянуло коркой инея.
– Убирайся! – закричал за моей спиной граф Вион. – Чего еще ты хочешь от моего сына?!
Девушка не пошевелилась, но я вдруг понял, что она смотрит прямо на меня. Черными, безжизненными глазами. Губы ее раздвинулись в немом крике.
«Предатель», – разобрал я, хотя ни одного слова так и не было произнесено.

Милар Вион:

Милар был странным, не таким, как другие люди его круга. Не похож на своего отца и уж тем более – строгого, даже страшного деда-инквизитора. Тот раз приходил с внуком на ярмарку и смотрел сквозь Гланку. Она для него была – все равно что пустое место. А Милар ее видел. Для него она существовала.
И от этого пела душа.
У них было место для встреч. На берегу, покрытом нежной травой, там, где плакучие ивы макали ветви в собственные отражения... К вечеру там собирались светлячки, а от воды, в которой растворялось серебро лунного света, исходило волшебное сияние.
Глаза Милара были похожи на эту воду – отливали серебром, и в них Гланка видела себя, прекрасную, будто сказочная принцесса.

И, конечно, Дом-в-тумане:
Когда обижен на Ольдена:

В Доме-в-тумане всегда холодно. Осенью, когда беспощадные ветра заставляют стены стонать от страха перед стихией (смахнет ведь с холма), в зимнюю стужу, весной, когда таящий снег сочится сквозь доски чердака – в коридорах на втором этаже всегда выстраивается армия кадок, ведер и раритетных жестяных тазиков с гнутыми ручками в виде ощерившихся змеевидных драконов (по два дракона с каждой стороны держат в зубах металлические бруски)…
Дом-в-тумане будто нависает над городом. Помню, первое мое впечатление было таково, будто дом на самом деле фальшивый. Было в нем что-то такое, ускользающее, присутствующее незримо. Понимаете, я ведь никогда не рассчитывал жить в Дом-в-тумане, а жилища в Бугорках, может, не такие просторные, но зато… не отрицают саму жизнь.
В нередкие туманные утра, когда молочная пелена обволакивает Дом до самой крыши, меня иногда посещает мысль, что, если я выйду за дверь, окажусь в совершенно незнакомом мне городе. В другом мире.

И когда ему получше)) :

Дом-в-тумане, освещенный солнцем, избавился от затянувшего его стены сухого вьюна. Крыша казалась новенькой, а окна не выглядели темными провалами, в стеклах играли солнечные блики и непривычно выделялись свежевыкрашенные синие рамы… Но если я еще мог представить, что кому-то пришло в голову за ночь обновить все рамы в Доме, то что случилось с крыльцом оказалось за пределами моего понимания. Мрамор сверкал свежей шлифовкой, а вековой прогиб ступеней выправился, будто его и не было вовсе.
На этом неожиданно умиротворяющем фоне весьма зловеще смотрелся старый колодец, земля вокруг которого была вся изрыта. Орудие – старая лопата, заляпанная комьями грязи – валялась тут же, в грязи.