- Ал, хорош истерить!
- Вы двое...
- Она ушла, - Кира остановилась в проходе подбоченившись и злобно стреляя глазами.
- Вот зараза, я её прибью, - я сорвался с места и ринулся на выход.
- Дэн, мы не закончили! – гаркнул Ал.
- Вы для начала между собой разберитесь.
Я запрыгнул в Крузак и дал по газам, едва ворота успели открыться. Далеко уйти она не успела, догоню, мало не покажется. На перекрёстке ударил по тормозам. Эмма взвизгнула и отскочила в сторону.
- Придурок! Ты меня чуть не сбил!
Я выскочил из машины, подлетел, схватил её за плечо и хорошенько тряхнул.
- Я тебя сейчас вообще перееду! Что ты наплела моему брату?!
- Ничего я не говорила. Я с Кирой беседовала, Алекс неожиданно вошёл и услышал. Я не специально.
- А мне плевать специально ты или нет! Не хрен лезть в мою жизнь только потому, что своя не задалась.
- Ты ничего не знаешь о моей жизни, а мне нет дела до твоей.
- Вот и займись своими делами. В мире и так проблем хватает.
- Мир – говно, вопрос только в том, как ты с этим справляешься.
- О, да ты, блин, философ! Только твой способ решения заключается в том, чтобы забить огромный болт и надеется, что на этот раз пронесёт!
- Это лучше, чем молча страдать, делая вид что тебе всё равно!
- Ты рамсы не попутала?!
- Оставайся и продолжай рефлексировать, мальчик с разбитым сердцем. А я пойду и буду дальше пытаться быть сильной!
Он вырвалась и зашагала по дороге.
- Ты просто злобная сука!
Она обернулась и показала средний палец. Я смотрел ей вслед, разрываемый противоречиями.
Эмма
Я шла вдоль дороги, спрятав руки в карманы и пиная комья грязного снега. Я смотрела прямо перед собой и по второму кругу хрипло напевала Пинк, не обращая внимание на ехавшего рядом Дэна.
- But just because it burns
Doesn't mean you're gonna die
You've gotta get up and try try try
Gotta get up and try try try...
- Хорош голосить на всю улицу.
Я остановилась и злобно посмотрела ему в глаза.
- Езжай домой, мальчик с разбитым сердцем.
- И это говорит жертва реаниматора, для которой даже запчастей одинаковых не хватило.
- Обнови файл с подколами, твой устарел уже лет как сто.
- Не думал, что ты такая старая. Я бы больше полсотни не дал.
- Нравится выводить меня из себя? А как тебе это?
Я нагнулась, схватила ком снега и запустила в салон. Не дожидаясь ответной реакции, пустилась прочь. Дэн догнал, сбил с ног и повалил в сугроб.
Снег забивался под одежду, обжигая оголённые участки тела, пока мы барахтались и визжали, как пятилетние дети. Дэн опрокинул меня на спину и завёл руки за голову. Тёмные чёлка намокла и свисала неряшливыми сосульками, глаза поблёскивали в свете тусклых фонарей, а румянец на щеках делал его похожим на мальчишку. Я дернула ногой, и снежная волна взлетела вверх, осыпая нас снежинками. Дэн так забавно скорчился, когда белый ком попал ему за шиворот, я прыснула со смеху. Он поднялся на ноги и подал мне руку. Я встала и начала отряхивать налипший снег.
- Пойдём, отвезу.
Я не стала спорить. Брюки насквозь промокли, низ свитера покрылся заледеневшими кусками, а слечь с воспаление лёгких я не горела желанием. Дэн включил обогрев на полную и повернул обратно.
- Мой дом в другой стороне.
- А я не говорил, что поедем к тебе.
Ну, всё. Сейчас меня привезут назад и устроят святую инквизицию. Но Дэн свернул в другую сторону и остановился у высокого забора. Он нажал кнопку на брелке и ворота открылись. Я посмотрела на трёхэтажный особняк больше напоминающий средневековый замок.
- Ничего себе усадьба! Ты здесь живёшь?
- Нет, у меня будка во дворе, - он усмехнулся вытащил ключ из замка зажигания и убрал в карман.
Дэн проводил меня в ванну и принёс свою толстовку, чтобы переодеться. Я развесила на батарее мокрые вещи и прошла в огромную гостиную. Босые стопы погрузились в мягкий ворс ковра с замысловатым узорам. Я окинула взглядом вызывающе богатую мебель и опустилась на диван, обитый коричневой кожей.
Дэн принёс бутылку и пару тарелок с нарезкой.
- Красивый у тебя дом. Один здесь живёшь?
Он бросил скупое «угу», разлил крепкий, ароматный алкоголь и протянул мне рюмку.
- Твоё здоровье.
Молчание затянулось, и никто не спешил его нарушать. Я пробежалась глазами по стенам, увешанным картинами в дорогих рамах. Не нужно быть искусствоведом, чтобы понять их подлинность. Я узнала одно из полотен Рембрандта, которое считалось похищенным и усмехнулась. Знал бы бостонский музей, где сейчас шедевр.
- Могу подарить, если понравилась.
- Что? – я повернулась к Дэну.
- Картина.
- В моей квартире она не будет так органично смотреться. К тому же, мне такие яркие образы приходят, любой художник позавидует.
- И на сколько ярким было вчерашнее?
Неожиданный вопрос поверг меня в ступор. Знал бы он, что это не моё видение.
- Ты мне в голову залезла?!
Я вздрогнула от его крика и вжалась в спинку. Как я могла забыть, что он тоже слышит мои мысли.
- Я не специально.
- Кто тебе дал право копаться в моих мозгах?!
- Копаться особо не пришлось, всё лежало на поверхности.
- Я охреневаю!
- Извини! Я не всегда могу контролировать свои способности.
- Давай договоримся раз и навсегда. С другими делай что хочешь, в мою башку лезть не смей!
- Считай, что договорились.
- Если тебе что-то интересно, просто спроси.
- Ну, ладно.
Я поразилась, как легко он успокаивается. Минуту назад загрызть был готов. Если я спрошу про их отношения с Кирой он ответит?
- У нас не было отношений с Кирой. Никогда. У меня не было шансов, я не стал и пытаться.
- Но дело не только в этом, - я прикусила язык, опасаясь, что он снова взбесится. - Извини, я обещала не лезть тебе в голову.
- Ты права не только. Будучи демоном, я творил ужасные вещи. Я бы тебе тогда не понравился.
- Ты мне и сейчас не нравишься.
- Да неужели.
- Разве что чуть-чуть.
Мы чокнулись и выпили. Я указала пустым бокалом на портрет молодая женщина с рыжими развевающимися волосами и серыми проницательными глазами.
- Красивая. Твоя мать?
- Нет, мать Алекса.
- А твои родители?
- Я в некотором роде приёмный.
Я уставилась на него раскрыв рот и не знала, что сказать. Но я понимала его как никто другой. Это больно, когда собственная семья от тебя отказалась.
- Ой, не надо делать такие глаза. Всё не так, как ты себе напридумывала. Меня никто не бросал.
Чёрт, я опять громко подумала.
- У ангелов один отец – Создатель. Борис привёл меня в этот мир, так что можно назвать его приёмным отцом.
- То есть твой настоящий отец – Бог?!
- Да.
- Так ты что, ангел?
- Я был ангелом. Падшим ангелом.
- А твой брат?
- Он наполовину демон.
- А Кира – наполовину ангел?
- Можно и так сказать.
- Интересная у вас семейка.
- Уж какая досталась.
- Она у тебя хотя бы есть.
- Сирота?
- Можно и так сказать. Отец ушёл, когда мне было шесть. Мать умерла.
- Соболезную.
- Не стоит, я её почти не знала.
- Попахивает незакрытым гештальтом.
- Сказал человек, у которого не закрыт свой.
- Ладно, Ройсс, я закрою свой гештальт, если ты закроешь свой.
- Что если я не хочу его закрывать. Мне может нравится её ненавидеть. Из-за неё я не могу… - я осеклась, Дэну это точно знать не обязательно. – Единственное о чём я жалею, что не могу сказать ей об этом в лицо.
- Почему нет? – Дэн пожал плечами.
- Она умерла, если ты забыл.
- Тоже мне проблема. Ты медиум или кто? Мы можем вызвать её призрак.
- Я не умею вызывать призраков, обычно они сами приходят.
- Я научу. На каминной полке есть свечи.
- Ты серьёзно?
Он не ответил, но по его взгляду поняла, что не шутит. Я подошла к камину и нашла на полке колоду Таро Висконти, состоящую только из старших арканов.
- Развлекаешься на досуге?
- Это мачехи. Она тоже медиум.
- Может её попросим?
- Я не знаю, где она. Она пропала полгода назад. Странно, что она их не забрала, они были ей особенно дороги.
- У нас когда-то были такие же.
- Хочешь забирай.
Я покачала головой, вернула колоду на место, взяла свечи и положила их на стол.
- Я принесу спички.
- У меня есть зажигалка.
- Зажигалка не подойдёт, - сообщил Дэн.
Он отогнул ковёр, начертил мелом круг, и принялся выводить в центре кудрявые линии, сплетая в замысловатые символы. Дэн разложил по окружности семь камней, чередуя серые с чёрными и зажёг четыре свечи. Пламя дрожало и отбрасывало на тёмный паркет рыжие блики. Картинка напоминала сцену из сна. Я поёжилась и обняла себя руками, чувствуя, как стынут кончики пальцев.
- Для человека, который имеет дело с духами ты слишком волнуешься.
Я тяжело вздохнула. Для человека, который не видел мать десять лет, я слишком спокойна. На плечо опустилась рука Дэна.
- Я тоже волнуюсь. Мне редко доводится знакомиться с родителями.
Его дурашливая улыбка приободрила, и я кивнула в знак благодарности.
- Что дальше?
- Зови.
Я сделала пару глубоких вдохов и сжала кулаки.
- Илона Ройсс, я вызываю тебя.
- Громче и твёрже, - подсказал, стоящий за спиной Дэн.
- Илона Ройсс, я Эмма Ройсс – твоя дочь, вызываю тебя.
По полу прокатилась лёгкая вибрация. Я повторила, на этот раз громче. Собственный голос казался грубым и чужим. Свечи затрещали и заплевались красными искрами. Воздух стал спёртым и густым, наполняясь запахом сырой земли и гнила. В центе круга скользнула тень. Она разрасталась и поднималась вверх. Знакомый загробный холод окутал тело. Стук сердца отдавал в барабанных перепонках. Тень уплотнилась и сформировалась в женский силуэт. Лицо посветлело, обретая знакомые тонкие черты матери. Я разлепила ссохшиеся губы и задала главный вопрос.
- Почему ты бросила меня?
Призрак открыл карие глаза, подёрнутые мутной пленкой, и склонил голову набок, словно пытаясь понять кто перед ним.
- Я твоя дочь. Отвечай! Почему ты бросила меня? Почему, мама?!
Она заглянула мне за спину, вытянула руку и выставила указательный палец. Из её рта вырвались противные внутриутробные звуки.
- Помоги… Защити… Спаси…
- Гори в Аду! Ненавижу тебя!
Ноги стали ватными. Я почувствовала, как заваливаюсь назад, словно подрезанный колос. Абсолютная, мёртвая тьма укрыла, как непроницаемый кокон.
Резкий запах аммиака привёл в чувства. Я подняла тяжёлые веки и осмотрелась. Дэн успел навести порядок и сидел рядом, сжимая пальцами кусок ваты с нашатырём.
- Ну ты как?
- Трудно сказать.
Он придержал за плечи и помог удобнее устроиться на диване.
- Ты дочь Илоны?
- Ты знал мою мать?
- Она была моей мачехой.
- Так мы оказывается родственники, - я нервно хихикнула.
- Не знал, что у неё есть дочь.
- Да. Она меня скрывала.
- Может у неё были причины.
Он окинул меня взглядом с ног до головы.
- Она сдала меня в школу интернат, когда мне было десять. Я там восемь лет провела. И за всё это время моя мать ни разу не приехала.
Я предпочла умолчать об одном единственном разе, как о причине того визита. Мне было 16, я была напугана и нуждалась в поддержке. Перед глазами возник холёный образ матери, так гротескно смотревшийся на фоне унылых больничных стен. Волна негодования накрыла с безумной силой.
- Она променяла меня вот на это! - я обвела рукой комнату, которая могла посоревноваться с музеем. – Я не могу её простить. Не могу и не хочу.
- Держи, - Дэн наполнил бокал и протянул мне.
- Извини, накипело.
- Тебе не за что извиняйся.
- Меня убьют, как тех девушек? – неожиданно спросила я.
- Мы этого не допустим, - твёрдо сказал Дэн, глядя прямо в глаза.
- Я должна была умереть ещё полгода назад. Меня должна была размазать газель по автобусной остановке. Такое чувство, что с моей жизнью играются. Кто-то пытается убить, а кто-то постоянно спасает.
- Предлагаю выпить за твоего ангела хранителя.
Мы разлеглись на диване и смотрели боксёрский матч по спортивному каналу. Я устроила голову на плече Дэна, чувствуя на затылке его размеренное дыхание. Его рука лежала у меня на животе. Мне давно не было так спокойно. Глаза закрылись сами собой.
Дэн
Я проснулся от грубого тычка в бок и свалился с дивана. Перебирая в уме все известные маты, я приподнялся на локте и уставился на Эмму. Она поднесла палец к губам и метнула взгляд к камину. Я посмотрел в ту сторону. Забившись в угол, на корточках сидел шишига и таращил жёлтые глазищи, сузив продольные зрачки. Острые уши с длинными, как у рыси кисточками были тревожно приподняты. Он теребил темную густую шерсть на груди, шевеля короткими когтистыми пальцами. Я схватил подушку и запустил в нечистого.
- Пшёл вон отсюда! Когда надо не дозовёшься, а тут нарисовался хрен сотрёшь.
- Это кто?
- Шишига, он мне служит.
- У тебя домовой на посылках?
- Скот он. Время восемь утра.
Я посмотрел на экран мобильного и присел на край дивана. Ройсс засуетилась и встала.
- Мне пора собираться, не хочу опоздать на работу.
- Тебе же к часу? Ещё вагон времени.
- Мне нужно заскочить домой.
- Даже кофе не выпьешь?
- На кофе, пожалуй время есть.
- Ну, отлично, иди ставь чайник.
Я привалился спиной к косяку, наблюдая, как Ройсс хозяйничает на кухне. Она открыла холодильник и наклонилась к нижней полке. Короткая толстовка задралась, представляя моему взору подтянутые ягодицы, упакованные в чёрные трусы. Возникло естественное желание оценить остальные части тела.
- Ещё раз так нагнёшься, и я сочту это за приглашение.
Она достала кусок сыра, пачку масла и выпрямилась.
- Я обычно уведомляю лично.
Я приблизился.
- Как на счёт уведомить прямо сейчас?
- Я раньше 20:00 такими вопросами не занимаюсь. Пойду оденусь, чтобы тебя не искушать.
Я проводил Ройсс взглядом и занялся завтраком. Она вернулась спустя пару минут переодетая в своё, без намёка на сексуальность, но мысль затащить её в кровать плотно засела в голове. Ройсс намазала кусок хлеба толстым слоем масла, положила его на тарелку и поставила её на пол.
- И кого мы подкармливаем?
- Твоего питомца.
- У меня нет питомцев.
- Я имела в виду домового. Как его зовут?
- Эй-ты-иди-сюда.
Она присела на корточки рядом с бутербродом.
- Пушок. Пушок, иди кушать.
- Пушок?!
- Я же должна его как-то позвать.
- Он в жизни на такое погоняло не откликнется.
Появился этот, блин, пушок, схватил хлеб, злобно на меня зыркнул и испарился.
- Ты его избалуешь, потом уйдёшь, а мне мучайся.
- Я его с собой заберу.
- Разбежалась.
Её телефон коротко звякнул. Она взглянула на экран и посмотрела на меня.
- Такси приехало. Спасибо за кофе. Я позвоню вечером.
- Можешь просто приехать.
- Ну, ладно.
Она игриво улыбнулась. И после этого будет утверждать, что я ей не нравлюсь? Я проводил Эмму до двери, взял кофе и пошёл в гостиную. Удивлению не было предела, когда я увидел сидящую на диване Киру.
- Я смотрю, у вас всё хорошо, – она растянула губы в улыбке, но в голосе проскользнули язвительные нотки.
- А тебя благоверный из дома выгнал, не перенёс позора? И когда мне ждать картель?
- Дэн, перестань паясничать.
- Я шут я паяц и что же... Так чем обязан?
- Нужно поговорить.
- Ал знает, что ты здесь?
- Нет.
- Я так и думал. Ладно, говори.
- Ты должен помириться с Алексом.
- Во-первых, я никому ничего не должен, а во-вторых, с братом я сам как-нибудь разберусь.
- Зайди и поговори с ним. Желательно без Эммы.
- А что так, она вам больше не нравится? Быстро же вы переобулись.
- Вы двое...
- Она ушла, - Кира остановилась в проходе подбоченившись и злобно стреляя глазами.
- Вот зараза, я её прибью, - я сорвался с места и ринулся на выход.
- Дэн, мы не закончили! – гаркнул Ал.
- Вы для начала между собой разберитесь.
Я запрыгнул в Крузак и дал по газам, едва ворота успели открыться. Далеко уйти она не успела, догоню, мало не покажется. На перекрёстке ударил по тормозам. Эмма взвизгнула и отскочила в сторону.
- Придурок! Ты меня чуть не сбил!
Я выскочил из машины, подлетел, схватил её за плечо и хорошенько тряхнул.
- Я тебя сейчас вообще перееду! Что ты наплела моему брату?!
- Ничего я не говорила. Я с Кирой беседовала, Алекс неожиданно вошёл и услышал. Я не специально.
- А мне плевать специально ты или нет! Не хрен лезть в мою жизнь только потому, что своя не задалась.
- Ты ничего не знаешь о моей жизни, а мне нет дела до твоей.
- Вот и займись своими делами. В мире и так проблем хватает.
- Мир – говно, вопрос только в том, как ты с этим справляешься.
- О, да ты, блин, философ! Только твой способ решения заключается в том, чтобы забить огромный болт и надеется, что на этот раз пронесёт!
- Это лучше, чем молча страдать, делая вид что тебе всё равно!
- Ты рамсы не попутала?!
- Оставайся и продолжай рефлексировать, мальчик с разбитым сердцем. А я пойду и буду дальше пытаться быть сильной!
Он вырвалась и зашагала по дороге.
- Ты просто злобная сука!
Она обернулась и показала средний палец. Я смотрел ей вслед, разрываемый противоречиями.
Эмма
Я шла вдоль дороги, спрятав руки в карманы и пиная комья грязного снега. Я смотрела прямо перед собой и по второму кругу хрипло напевала Пинк, не обращая внимание на ехавшего рядом Дэна.
- But just because it burns
Doesn't mean you're gonna die
You've gotta get up and try try try
Gotta get up and try try try...
- Хорош голосить на всю улицу.
Я остановилась и злобно посмотрела ему в глаза.
- Езжай домой, мальчик с разбитым сердцем.
- И это говорит жертва реаниматора, для которой даже запчастей одинаковых не хватило.
- Обнови файл с подколами, твой устарел уже лет как сто.
- Не думал, что ты такая старая. Я бы больше полсотни не дал.
- Нравится выводить меня из себя? А как тебе это?
Я нагнулась, схватила ком снега и запустила в салон. Не дожидаясь ответной реакции, пустилась прочь. Дэн догнал, сбил с ног и повалил в сугроб.
Снег забивался под одежду, обжигая оголённые участки тела, пока мы барахтались и визжали, как пятилетние дети. Дэн опрокинул меня на спину и завёл руки за голову. Тёмные чёлка намокла и свисала неряшливыми сосульками, глаза поблёскивали в свете тусклых фонарей, а румянец на щеках делал его похожим на мальчишку. Я дернула ногой, и снежная волна взлетела вверх, осыпая нас снежинками. Дэн так забавно скорчился, когда белый ком попал ему за шиворот, я прыснула со смеху. Он поднялся на ноги и подал мне руку. Я встала и начала отряхивать налипший снег.
- Пойдём, отвезу.
Я не стала спорить. Брюки насквозь промокли, низ свитера покрылся заледеневшими кусками, а слечь с воспаление лёгких я не горела желанием. Дэн включил обогрев на полную и повернул обратно.
- Мой дом в другой стороне.
- А я не говорил, что поедем к тебе.
Ну, всё. Сейчас меня привезут назад и устроят святую инквизицию. Но Дэн свернул в другую сторону и остановился у высокого забора. Он нажал кнопку на брелке и ворота открылись. Я посмотрела на трёхэтажный особняк больше напоминающий средневековый замок.
- Ничего себе усадьба! Ты здесь живёшь?
- Нет, у меня будка во дворе, - он усмехнулся вытащил ключ из замка зажигания и убрал в карман.
Дэн проводил меня в ванну и принёс свою толстовку, чтобы переодеться. Я развесила на батарее мокрые вещи и прошла в огромную гостиную. Босые стопы погрузились в мягкий ворс ковра с замысловатым узорам. Я окинула взглядом вызывающе богатую мебель и опустилась на диван, обитый коричневой кожей.
Дэн принёс бутылку и пару тарелок с нарезкой.
- Красивый у тебя дом. Один здесь живёшь?
Он бросил скупое «угу», разлил крепкий, ароматный алкоголь и протянул мне рюмку.
- Твоё здоровье.
Молчание затянулось, и никто не спешил его нарушать. Я пробежалась глазами по стенам, увешанным картинами в дорогих рамах. Не нужно быть искусствоведом, чтобы понять их подлинность. Я узнала одно из полотен Рембрандта, которое считалось похищенным и усмехнулась. Знал бы бостонский музей, где сейчас шедевр.
- Могу подарить, если понравилась.
- Что? – я повернулась к Дэну.
- Картина.
- В моей квартире она не будет так органично смотреться. К тому же, мне такие яркие образы приходят, любой художник позавидует.
- И на сколько ярким было вчерашнее?
Неожиданный вопрос поверг меня в ступор. Знал бы он, что это не моё видение.
- Ты мне в голову залезла?!
Я вздрогнула от его крика и вжалась в спинку. Как я могла забыть, что он тоже слышит мои мысли.
- Я не специально.
- Кто тебе дал право копаться в моих мозгах?!
- Копаться особо не пришлось, всё лежало на поверхности.
- Я охреневаю!
- Извини! Я не всегда могу контролировать свои способности.
- Давай договоримся раз и навсегда. С другими делай что хочешь, в мою башку лезть не смей!
- Считай, что договорились.
- Если тебе что-то интересно, просто спроси.
- Ну, ладно.
Я поразилась, как легко он успокаивается. Минуту назад загрызть был готов. Если я спрошу про их отношения с Кирой он ответит?
- У нас не было отношений с Кирой. Никогда. У меня не было шансов, я не стал и пытаться.
- Но дело не только в этом, - я прикусила язык, опасаясь, что он снова взбесится. - Извини, я обещала не лезть тебе в голову.
- Ты права не только. Будучи демоном, я творил ужасные вещи. Я бы тебе тогда не понравился.
- Ты мне и сейчас не нравишься.
- Да неужели.
- Разве что чуть-чуть.
Мы чокнулись и выпили. Я указала пустым бокалом на портрет молодая женщина с рыжими развевающимися волосами и серыми проницательными глазами.
- Красивая. Твоя мать?
- Нет, мать Алекса.
- А твои родители?
- Я в некотором роде приёмный.
Я уставилась на него раскрыв рот и не знала, что сказать. Но я понимала его как никто другой. Это больно, когда собственная семья от тебя отказалась.
- Ой, не надо делать такие глаза. Всё не так, как ты себе напридумывала. Меня никто не бросал.
Чёрт, я опять громко подумала.
- У ангелов один отец – Создатель. Борис привёл меня в этот мир, так что можно назвать его приёмным отцом.
- То есть твой настоящий отец – Бог?!
- Да.
- Так ты что, ангел?
- Я был ангелом. Падшим ангелом.
- А твой брат?
- Он наполовину демон.
- А Кира – наполовину ангел?
- Можно и так сказать.
- Интересная у вас семейка.
- Уж какая досталась.
- Она у тебя хотя бы есть.
- Сирота?
- Можно и так сказать. Отец ушёл, когда мне было шесть. Мать умерла.
- Соболезную.
- Не стоит, я её почти не знала.
- Попахивает незакрытым гештальтом.
- Сказал человек, у которого не закрыт свой.
- Ладно, Ройсс, я закрою свой гештальт, если ты закроешь свой.
- Что если я не хочу его закрывать. Мне может нравится её ненавидеть. Из-за неё я не могу… - я осеклась, Дэну это точно знать не обязательно. – Единственное о чём я жалею, что не могу сказать ей об этом в лицо.
- Почему нет? – Дэн пожал плечами.
- Она умерла, если ты забыл.
- Тоже мне проблема. Ты медиум или кто? Мы можем вызвать её призрак.
- Я не умею вызывать призраков, обычно они сами приходят.
- Я научу. На каминной полке есть свечи.
- Ты серьёзно?
Он не ответил, но по его взгляду поняла, что не шутит. Я подошла к камину и нашла на полке колоду Таро Висконти, состоящую только из старших арканов.
- Развлекаешься на досуге?
- Это мачехи. Она тоже медиум.
- Может её попросим?
- Я не знаю, где она. Она пропала полгода назад. Странно, что она их не забрала, они были ей особенно дороги.
- У нас когда-то были такие же.
- Хочешь забирай.
Я покачала головой, вернула колоду на место, взяла свечи и положила их на стол.
- Я принесу спички.
- У меня есть зажигалка.
- Зажигалка не подойдёт, - сообщил Дэн.
Он отогнул ковёр, начертил мелом круг, и принялся выводить в центре кудрявые линии, сплетая в замысловатые символы. Дэн разложил по окружности семь камней, чередуя серые с чёрными и зажёг четыре свечи. Пламя дрожало и отбрасывало на тёмный паркет рыжие блики. Картинка напоминала сцену из сна. Я поёжилась и обняла себя руками, чувствуя, как стынут кончики пальцев.
- Для человека, который имеет дело с духами ты слишком волнуешься.
Я тяжело вздохнула. Для человека, который не видел мать десять лет, я слишком спокойна. На плечо опустилась рука Дэна.
- Я тоже волнуюсь. Мне редко доводится знакомиться с родителями.
Его дурашливая улыбка приободрила, и я кивнула в знак благодарности.
- Что дальше?
- Зови.
Я сделала пару глубоких вдохов и сжала кулаки.
- Илона Ройсс, я вызываю тебя.
- Громче и твёрже, - подсказал, стоящий за спиной Дэн.
- Илона Ройсс, я Эмма Ройсс – твоя дочь, вызываю тебя.
По полу прокатилась лёгкая вибрация. Я повторила, на этот раз громче. Собственный голос казался грубым и чужим. Свечи затрещали и заплевались красными искрами. Воздух стал спёртым и густым, наполняясь запахом сырой земли и гнила. В центе круга скользнула тень. Она разрасталась и поднималась вверх. Знакомый загробный холод окутал тело. Стук сердца отдавал в барабанных перепонках. Тень уплотнилась и сформировалась в женский силуэт. Лицо посветлело, обретая знакомые тонкие черты матери. Я разлепила ссохшиеся губы и задала главный вопрос.
- Почему ты бросила меня?
Призрак открыл карие глаза, подёрнутые мутной пленкой, и склонил голову набок, словно пытаясь понять кто перед ним.
- Я твоя дочь. Отвечай! Почему ты бросила меня? Почему, мама?!
Она заглянула мне за спину, вытянула руку и выставила указательный палец. Из её рта вырвались противные внутриутробные звуки.
- Помоги… Защити… Спаси…
- Гори в Аду! Ненавижу тебя!
Ноги стали ватными. Я почувствовала, как заваливаюсь назад, словно подрезанный колос. Абсолютная, мёртвая тьма укрыла, как непроницаемый кокон.
Резкий запах аммиака привёл в чувства. Я подняла тяжёлые веки и осмотрелась. Дэн успел навести порядок и сидел рядом, сжимая пальцами кусок ваты с нашатырём.
- Ну ты как?
- Трудно сказать.
Он придержал за плечи и помог удобнее устроиться на диване.
- Ты дочь Илоны?
- Ты знал мою мать?
- Она была моей мачехой.
- Так мы оказывается родственники, - я нервно хихикнула.
- Не знал, что у неё есть дочь.
- Да. Она меня скрывала.
- Может у неё были причины.
Он окинул меня взглядом с ног до головы.
- Она сдала меня в школу интернат, когда мне было десять. Я там восемь лет провела. И за всё это время моя мать ни разу не приехала.
Я предпочла умолчать об одном единственном разе, как о причине того визита. Мне было 16, я была напугана и нуждалась в поддержке. Перед глазами возник холёный образ матери, так гротескно смотревшийся на фоне унылых больничных стен. Волна негодования накрыла с безумной силой.
- Она променяла меня вот на это! - я обвела рукой комнату, которая могла посоревноваться с музеем. – Я не могу её простить. Не могу и не хочу.
- Держи, - Дэн наполнил бокал и протянул мне.
- Извини, накипело.
- Тебе не за что извиняйся.
- Меня убьют, как тех девушек? – неожиданно спросила я.
- Мы этого не допустим, - твёрдо сказал Дэн, глядя прямо в глаза.
- Я должна была умереть ещё полгода назад. Меня должна была размазать газель по автобусной остановке. Такое чувство, что с моей жизнью играются. Кто-то пытается убить, а кто-то постоянно спасает.
- Предлагаю выпить за твоего ангела хранителя.
Мы разлеглись на диване и смотрели боксёрский матч по спортивному каналу. Я устроила голову на плече Дэна, чувствуя на затылке его размеренное дыхание. Его рука лежала у меня на животе. Мне давно не было так спокойно. Глаза закрылись сами собой.
Глава 6
Дэн
Я проснулся от грубого тычка в бок и свалился с дивана. Перебирая в уме все известные маты, я приподнялся на локте и уставился на Эмму. Она поднесла палец к губам и метнула взгляд к камину. Я посмотрел в ту сторону. Забившись в угол, на корточках сидел шишига и таращил жёлтые глазищи, сузив продольные зрачки. Острые уши с длинными, как у рыси кисточками были тревожно приподняты. Он теребил темную густую шерсть на груди, шевеля короткими когтистыми пальцами. Я схватил подушку и запустил в нечистого.
- Пшёл вон отсюда! Когда надо не дозовёшься, а тут нарисовался хрен сотрёшь.
- Это кто?
- Шишига, он мне служит.
- У тебя домовой на посылках?
- Скот он. Время восемь утра.
Я посмотрел на экран мобильного и присел на край дивана. Ройсс засуетилась и встала.
- Мне пора собираться, не хочу опоздать на работу.
- Тебе же к часу? Ещё вагон времени.
- Мне нужно заскочить домой.
- Даже кофе не выпьешь?
- На кофе, пожалуй время есть.
- Ну, отлично, иди ставь чайник.
Я привалился спиной к косяку, наблюдая, как Ройсс хозяйничает на кухне. Она открыла холодильник и наклонилась к нижней полке. Короткая толстовка задралась, представляя моему взору подтянутые ягодицы, упакованные в чёрные трусы. Возникло естественное желание оценить остальные части тела.
- Ещё раз так нагнёшься, и я сочту это за приглашение.
Она достала кусок сыра, пачку масла и выпрямилась.
- Я обычно уведомляю лично.
Я приблизился.
- Как на счёт уведомить прямо сейчас?
- Я раньше 20:00 такими вопросами не занимаюсь. Пойду оденусь, чтобы тебя не искушать.
Я проводил Ройсс взглядом и занялся завтраком. Она вернулась спустя пару минут переодетая в своё, без намёка на сексуальность, но мысль затащить её в кровать плотно засела в голове. Ройсс намазала кусок хлеба толстым слоем масла, положила его на тарелку и поставила её на пол.
- И кого мы подкармливаем?
- Твоего питомца.
- У меня нет питомцев.
- Я имела в виду домового. Как его зовут?
- Эй-ты-иди-сюда.
Она присела на корточки рядом с бутербродом.
- Пушок. Пушок, иди кушать.
- Пушок?!
- Я же должна его как-то позвать.
- Он в жизни на такое погоняло не откликнется.
Появился этот, блин, пушок, схватил хлеб, злобно на меня зыркнул и испарился.
- Ты его избалуешь, потом уйдёшь, а мне мучайся.
- Я его с собой заберу.
- Разбежалась.
Её телефон коротко звякнул. Она взглянула на экран и посмотрела на меня.
- Такси приехало. Спасибо за кофе. Я позвоню вечером.
- Можешь просто приехать.
- Ну, ладно.
Она игриво улыбнулась. И после этого будет утверждать, что я ей не нравлюсь? Я проводил Эмму до двери, взял кофе и пошёл в гостиную. Удивлению не было предела, когда я увидел сидящую на диване Киру.
- Я смотрю, у вас всё хорошо, – она растянула губы в улыбке, но в голосе проскользнули язвительные нотки.
- А тебя благоверный из дома выгнал, не перенёс позора? И когда мне ждать картель?
- Дэн, перестань паясничать.
- Я шут я паяц и что же... Так чем обязан?
- Нужно поговорить.
- Ал знает, что ты здесь?
- Нет.
- Я так и думал. Ладно, говори.
- Ты должен помириться с Алексом.
- Во-первых, я никому ничего не должен, а во-вторых, с братом я сам как-нибудь разберусь.
- Зайди и поговори с ним. Желательно без Эммы.
- А что так, она вам больше не нравится? Быстро же вы переобулись.
