Тревожная атмосфера усугублялась грозной тишиной, и воздушные арки, ажурные столбики колонн и узкие стрельчатые окна с цветными витражами удивленно взирали на напряженную компанию, двумя небольшими лагерями застывшую друг против друга.
Мит стоял с гордым и независимым видом, перекинув через руку мантию и вздернув подбородок, весь такой неприступный и красивый, что хотелось его немедленно придушить – руки так и чесались. За ним, стараясь во всем подражать наставнику, аккуратненькой кучкой толпились шестикурсники с мрачным Микулой во главе. Мал грозно пыхтел, как забытый на печке чайник, и то и дело сжимал пудовые кулаки, обиженно жуя нижнюю губу. Маланья, вцепившись в мое плечо, беззвучно ревела, используя кончик косы вместо платка. Я рассеянно разглядывала нахальную птицу, сидящую на подоконнике раскрытого окошка и в свою очередь насмешливо разглядывающую меня. В голове, пустой и звонкой, как медный кувшин, не трепыхалось ни одной мысли.
Напротив расположилась пятерка архимагов, двое из них, мне незнакомых, с неприкрытым ужасом взирали на нас, словно на неизвестный вид особо опасных чудовищ. Калериана едва сдерживалась, чтобы не расхохотаться, Багиус злорадно потирал ладони, Респот с философским выражением умиротворенного лица перебирал нанизанные на крепкую нить крупные черные камушки, и это меня более всего переполошило, аж коленки затряслись. Лучше бы орал...
Попали мы на этот раз крепко. Мне-то не привыкать, Миту, судя по нагловатой позе и многочисленным байкам из бурной студенческой жизни, тоже, а вот наши ребятки... Шестикурсники до сей поры жили тихо-мирно и проблем не имели, мои же рыжие бестии просто еще не успели ничего натворить и не привыкли к подобному. Хотя, надо признать, дебют у них грандиозный: первая крупная пакость в стенах Школы – и вместо разгневанных директора, наставника и прочих школьных персонажей их распекает целая охапка грозных архимагов Межрасового...
– Ну? – негромко, с поразительным благодушием, вопросил Респот.
Я вымученно улыбнулась и пробормотала:
– Вот...
Мысль, не родившись, сдохла, и я снова нацепила невинную улыбку, слишком хорошо известную наставнику.
– Что ж, – вздохнул он. – Раз так, то мы просто вынуждены наказать ваших воспитанников, так как они разрушили принадлежащее Межрасовому Совету здание, где располагалась исследовательская лаборатория...
– А-а, так вот почему так громыхнуло! – протрубил Мал и ойкнул – я со всей силы наступила ему на ногу, прошипев:
– Умолкни, дурень!
– Только вот какое наказание полностью будет соответствовать содеянному? – в раздумьях протянул Респот.
– Исключить всех! – полыхнул глазами Багиус, и я вздрогнула, сжав губы.
– Вариант, – прищурился наставник.
Мал побелел, шестикурсники от ужаса дышать перестали, Маланья икнула, тараща заплаканные глазищи и судорожно вцепившись в меня уже обеими руками.
– Я подготовлю документы об отчислении, – ухмыльнулся Багиус.
Калериана возмущенно выдохнула и приготовилась отстаивать адептов, но тут в голове потемнело, и я, далее не задумываясь, понеслась по бездорожью, отбросив все сомнения и мысли, дав полную свободу длинному языку:
– Не надо документы! Не надо исключать! Это я вашу хибарку по бревнышкам раскатала! А они, – я ткнула пальцем в адептов, – меня не пускали, уговаривали успокоиться! И вообще, я в состоянии аффекта была, скажите спасибо, что эту гмаррову Акульку не прихлопнула, это она, бесовка, довела до греха! А нечего было моего жениха, – тычок в бок чуть не свалил Мита с ног, – обхаживать! Он-то что, дурак дураком, мужик, одним словом, что с него, кота мартовского, взять, но она-то зараза та еще!.. Я ей по-хорошему говорила, а она язык показала и бежать, я за ней, а она в дом, да еще и змей этот...
– К-какой?! – выпучили глаза архимаги.
– Огнедышащий! Дракон громадный, зубастый и кровожадный! К Акульке повадился летать, потому что она – истинно так – демоница в человеческом обличье! – вспомнила я слова Мала. – И не было бы ничего, да сама эта дура орать начала, чтоб от дракона спасли ее, ну я и... спасла! Не рассчитала немного! А нечего было... – я взмахнула руками, и здание опасно тряхнуло. Смутившись, спрятала руки за спину, всем своим видом показывая, что я здесь ни при чем.
– Ярослава! – простонал знакомый с моим стилем оправданий Багиус, таращась на меня как на того самого дракона.
Калериана кусала губы, сдерживая смех; неизвестные мне архимаги находились в полной растерянности – на залы Палат, как обычно, накладывалась антимагическая блокировка, дабы избежать несчастных производственных случаев. Респот понимающе ухмылялся, адепты на всякий случай отодвинулись подальше, Мит переваривал новость, что он – мой жених, и пытался вспомнить, когда сие случилось.
– Дальше продолжать? – деловито осведомилась я, но архимаги дружно замотали головами, а Багиус указал дрожащим перстом на дверь и прохрипел, вероятно, припомнив свою башню:
– Вы с-свободны.
– А наказание? – заартачилась я, вновь махнув рукой.
Пол чуть дрогнул, архимаги (кроме Респота и Калерианы) тихо взвыли, а Багиус выпалил:
– Не будет наказания! За случайности не наказывают! Магистр Росная, идите уже, ваши воспитанники нервничают! И вы, магистр Аверон, у вас же занятия! Идите, и давайте забудем этот инцидент!
– А... – открыла было рот я, но тут меня подхватили под белы руки и поволокли к выходу, вежливо улыбаясь архимагам и старательно прощаясь.
Последнее, что я услышала, пока портал не захлопнулся за нами, был громовой хохот моего наставника.
* * *
– Благодетельница ты наша! – ревел Мал, пытаясь подхватить меня на руки.
Я бегала от него по школьному парку под хохот парней с шестого курса, счастливые песенки Маланьи и едкие комментарии Микулы:
– Справа заходи, дружище, там кустарник, никуда не денется!
– А неуд по заклинаниетворчеству не хочешь?! – шипела я, грозя кулаком и призывая Мита на помощь.
Но Микула только хохотал, ссылаясь на то, что я у них уже не преподаю, а коварный Мит все просил уточнить, когда это я согласилась быть его невестой и не повторю ли я свои обязательства снова, дабы никаких сомнений больше не возникало и чтоб на попятный уже не пошла.
– Катись к гмарру! – вопила я, а бессовестные адепты, ценой моей репутации спасенные из цепких лапок Багиуса, ржали, не проявляя ни капли почтения к преподавателям.
Наконец мы утомились, уселись на длинную парковую скамейку, причем я устроилась между Митом и Микулой, стараясь посильнее толкнуть их, в результате чего меня чуть не придушили при попытке защекотать. Я сопротивлялась, Маланья визжала от восторга, под предлогом помощи дорвавшись-таки до Мита, Мал требовал отпустить «уважаемую наставницу», пока он кое-кому бока не намял, остальные откровенно веселились, советуя все-таки придушить «злобную ведьму» и по-тихому прикопать в кустиках, потому как такой шикарной возможности может больше и не представиться... Я аж умилилась от такой всеобщей любви, в порыве этого самого умиления разметав пакостников по парку и, поднявшись на ноги, грозно поинтересовалась, кому приходят в голову подобные умные мысли. Ребятки согнулись пополам от хохота, и оставшуюся половину вечера уже я гоняла их по парку, пытаясь достать неопасными, но обидно жалящими заклинаниями, а они ставили щиты, блоки, кидались нейтрализующими и контратакующими заклятиями.
В общем, веселились от души.
Кажется, мой преподавательский авторитет умер, не успев родиться. Но было совершенно все равно – слишком давно я не чувствовала себя настолько счастливой, свободной... живой. Разве может с этим хоть что-то сравниться?
Курица не птица, дракон не кошка,
однако в хозяйстве пригодится!
Из рассуждений директора Школы Магических Искусств
– Неучи, – с усмешкой щелкнула я Мала по веснушчатому носу. Он обиженно засопел и надулся. – Вы где такого дракона видели?
– Чего ж ты тогда на него купилась? – проворчал рыжий.
– А мне простительно, я за вас испугалась, – поморщилась я, вспомнив собственный промах. – Ну так что, будет ответ на мой вопрос?
– Это не мы, это магистр Аверон, – вздохнула Маланья, сидя у распахнутого настежь окна, из которого доносились стрекот сверчков и ароматы цветов.
– И магистр Аверон – тоже неуч, – мстительно отбрила я, уловив в голосе ученицы мечтательные нотки. – Неуч, авантюрист и бабник!
– Неправда! – пискнула Маланья, а Мал захихикал, потешаясь над сестрой:
– Да втюрилась она в него, вот и все дела! Ты бы видела, Ярослава, как моя ненормальная сестричка на него смотрела!
– Замолчи, – гневно стукнула кулачком по столу девушка. – Ты ничего не понимаешь!
– Куда уж мне, – хмыкнул Мал и, не поленившись подняться из-за стола, весьма натурально изобразил, как Мит отработанным движением откидывает с лица волосы.
Маланья побагровела, я подавилась смешком. Придушить так называемого друга хотелось все сильнее, жаль, без свидетелей не получится.
– Маланья, – строго сказала я, – запрещаю тебе даже подходить к магистру Аверону. Увижу – не поздоровится ни тебе, ни ему.
– Почему?! – возмутилась адептка прямо-таки до слез.
– Дурочка, – обреченно констатировала я. Маланья обиженно отвернулась к стене. Я вздохнула и, улыбнувшись, предложила: – А хотите, я вам настоящего дракона покажу?
Маланья вмиг забыла о смертельной обиде, Мал так и вовсе рот открыл от изумления:
– И его можно будет потрогать?
– Можно, – кивнула я. – Ну, хотите?
– Еще бы, – выдохнули близнецы, сияя васильковыми глазами.
– Тогда собирайтесь, – махнула рукой я.
– Прямо сейчас? – растерялась Маланья. – Ведь ночь уже!
– Ну и что? – пожала плечами я. – Пойдем пешком, к утру будем на месте. Не так уж далеко. Три дня – выходные, успеете отоспаться! Но если не хотите...
– Да не слушай ты ее, – всполошился Мал, дергая сестру за косу. Она ойкнула и пихнула брата в бок, он в долгу не остался и сцапал Маланью за вторую косу, за что получил в ухо и немедленно выпустил шевелюру сестры из загребущих ручек. – Мы идем!
Я кивнула, поднялась в свою комнату, сменила ботинки на высокие сапоги со шнуровкой, накинула старенькую, но теплую и уютную куртку, заправила выбившиеся из-за ворота Светоч и обручальное колечко и бросила взгляд на кольцо Повелителя душ, которое так и не сняла – на всякий случай, вдруг и впрямь удачу приносит, чем леший не шутит! Близнята оказались запасливыми и собрали в дорогу мешок с едой, рассчитанный на недельное путешествие большой голодной компанией. Я возражать не стала – все равно не мне тащить, – посмотрела на их оживленные веснушчатые лица, хмыкнула и вышла на улицу. Мгновением позже, топоча словно семейка ежиков, ко мне присоединились Мал да Маланья.
После светлой комнаты тьма летней ночи показалась непроницаемой, и мы немного постояли, привыкая к ней. Ребята, держась за руки и тихо перешептываясь, крались следом, им все это наверняка казалось необычным приключением, а до всякого рода авантюр они были весьма и весьма охочи. Ничего, скоро практика – будет где развернуться. Бедная нежить, однако...
Проходя мимо домика Мита, я услышала сдавленный возмущенный шепот Мала и, нахмурившись, обернулась. Маланья, застывшая напротив широкого окна и совершенно круглыми глазами взирающая на безмятежно прохлаждающегося в уютном кресле с чашкой чая в руках магистра Аверона, вызвала истерический смешок. Хвала Создателю, этот нахальный красавчик не считал нужным любоваться природой, иначе подавился бы ко всем гмаррам. А потом бы непременно привязался к нам. А я видеть его не могу! По крайней мере, сейчас. Я схватила Маланью за рукав и потащила дальше, Мал подталкивал ее в спину, и общими усилиями мы смогли-таки увести впавшую в транс адептку с нежелательного места.
– Маланья, ау! – пропела я, помахав ладонью перед мечтательным личиком рыжей.
– А? – счастливо улыбнулась она, и я еле удержалась, чтобы не отвесить ей хорошего подзатыльника. Не для профилактики – слишком поздно, момент упущен, – уже для лечения.
– Бэ! – передразнила я. – Тебе дракон или Мит нужен?
– Можно выбрать? – оживилась Маланья, и я поняла, что у меня скоро пар из ушей пойдет от возмущения.
– Нельзя! – отрезала я, и, глядя на огорченно вытянувшуюся мордашку, добавила: – Потому что дракон однозначно лучше!
– Во! Свой человек! – обрадованно хлопнул меня по спине Мал, как и все парни (кроме шестого курса факультета боевой магии) недолюбливающий Мита. Я закашлялась, предпочитая быть не своим человеком, а просто живым. Мал виновато пожал плечами.
Отдышавшись, я вновь возглавила нашу маленькую процессию, все еще надеясь, что нам удастся добраться до места. Чуть не дойдя до закрытых на ночь ворот, я свернула с дороги, оказавшись по пояс в мягкой прохладной траве, и направилась к заросшему кустами черемухи участку стены.
– Голова кружится, – пролепетала Маланья, полной грудью вдыхая одуряюще-сладкий аромат. Над нами самозабвенно заливались трелями соловьи, так, словно и их опьянило нежное черемуховое дыхание ночи.
– А она у тебя есть? – искренне удивился Мал, за что был ткнут веткой черемухи в лицо. – Гадость какая, – скривился он, отплевавшись от «букета».
– Сухой бесчувственный чурбан, – не поскупилась на комплимент Маланья.
– Ага! А магистр Аверон – мокрый чувствительный лопух! – хихикнул Мал. Завязалась небольшая потасовка, предсказуемо окончившаяся совместным полетом в заросли крапивы.
– Тихо, – шикнула я. – Немедленно прекратите, иначе обоих дома оставлю!
Угроза возымела действие, и близняшки покорно притихли. Я немного повозилась, отыскивая нужные выступы на шероховатой поверхности каменной стены. Этот ход я нашла еще в первый день пребывания в Школе, не без помощи заговора, которому когда-то давно научила Ядвига. Тогда же и к дракоше хотела сходить, но усталость победила... Тем лучше, будет чем подопечных порадовать.
Бесшумно отъехала в сторону массивная плита, и через получившуюся дыру мы благополучно выбрались за пределы Городка. Повторив те же действия с другой стороны, я закрыла потайной ход, не забыв предупредить ребятушек:
– Никому об этом ни слова!
Те дружно кивнули и сложили пальцы правой руки в знак вечной клятвы. Я хихикнула – неплохо же они выучили мой урок!
– Идем дальше, – кивнула на узкую тропинку, теряющуюся в густой траве и ночной темноте. Насколько помнила висящую в кабинете Калерианы карту местности, именно она и была нам нужна.
Я шла впереди, наслаждаясь прохладой и тишиной. Легкий ветерок, видимо, тоже нанюхавшийся черемухи, время от времени игриво шевелил волосы и заставлял покачиваться ветви вишен и яблонь, в изобилии произрастающих вдоль тропки. На темном, но ясном небе появились яркие звезды, и я, задрав голову, пыталась обнаружить как можно больше созвездий, в результате чего раза три чуть не растянулась на земле.
– А куда мы идем? – шепнула Маланья, кутаясь в куртку.
– От тебя, дуреха, избавляться, – зловеще провыл Мал, перекидывая мешок с провизией с одного плеча на другое. Он и впрямь походил на очень нехорошего сказочного персонажа – согнувшийся под тяжестью поклажи, со встрепанными рыжими волосами и ядовито-предвкушающей улыбочкой на губах. – В темный лес, в глухую чащу, где кикиморы живут, в избу к старой страшной ведьме деву юную ведут...
Мит стоял с гордым и независимым видом, перекинув через руку мантию и вздернув подбородок, весь такой неприступный и красивый, что хотелось его немедленно придушить – руки так и чесались. За ним, стараясь во всем подражать наставнику, аккуратненькой кучкой толпились шестикурсники с мрачным Микулой во главе. Мал грозно пыхтел, как забытый на печке чайник, и то и дело сжимал пудовые кулаки, обиженно жуя нижнюю губу. Маланья, вцепившись в мое плечо, беззвучно ревела, используя кончик косы вместо платка. Я рассеянно разглядывала нахальную птицу, сидящую на подоконнике раскрытого окошка и в свою очередь насмешливо разглядывающую меня. В голове, пустой и звонкой, как медный кувшин, не трепыхалось ни одной мысли.
Напротив расположилась пятерка архимагов, двое из них, мне незнакомых, с неприкрытым ужасом взирали на нас, словно на неизвестный вид особо опасных чудовищ. Калериана едва сдерживалась, чтобы не расхохотаться, Багиус злорадно потирал ладони, Респот с философским выражением умиротворенного лица перебирал нанизанные на крепкую нить крупные черные камушки, и это меня более всего переполошило, аж коленки затряслись. Лучше бы орал...
Попали мы на этот раз крепко. Мне-то не привыкать, Миту, судя по нагловатой позе и многочисленным байкам из бурной студенческой жизни, тоже, а вот наши ребятки... Шестикурсники до сей поры жили тихо-мирно и проблем не имели, мои же рыжие бестии просто еще не успели ничего натворить и не привыкли к подобному. Хотя, надо признать, дебют у них грандиозный: первая крупная пакость в стенах Школы – и вместо разгневанных директора, наставника и прочих школьных персонажей их распекает целая охапка грозных архимагов Межрасового...
– Ну? – негромко, с поразительным благодушием, вопросил Респот.
Я вымученно улыбнулась и пробормотала:
– Вот...
Мысль, не родившись, сдохла, и я снова нацепила невинную улыбку, слишком хорошо известную наставнику.
– Что ж, – вздохнул он. – Раз так, то мы просто вынуждены наказать ваших воспитанников, так как они разрушили принадлежащее Межрасовому Совету здание, где располагалась исследовательская лаборатория...
– А-а, так вот почему так громыхнуло! – протрубил Мал и ойкнул – я со всей силы наступила ему на ногу, прошипев:
– Умолкни, дурень!
– Только вот какое наказание полностью будет соответствовать содеянному? – в раздумьях протянул Респот.
– Исключить всех! – полыхнул глазами Багиус, и я вздрогнула, сжав губы.
– Вариант, – прищурился наставник.
Мал побелел, шестикурсники от ужаса дышать перестали, Маланья икнула, тараща заплаканные глазищи и судорожно вцепившись в меня уже обеими руками.
– Я подготовлю документы об отчислении, – ухмыльнулся Багиус.
Калериана возмущенно выдохнула и приготовилась отстаивать адептов, но тут в голове потемнело, и я, далее не задумываясь, понеслась по бездорожью, отбросив все сомнения и мысли, дав полную свободу длинному языку:
– Не надо документы! Не надо исключать! Это я вашу хибарку по бревнышкам раскатала! А они, – я ткнула пальцем в адептов, – меня не пускали, уговаривали успокоиться! И вообще, я в состоянии аффекта была, скажите спасибо, что эту гмаррову Акульку не прихлопнула, это она, бесовка, довела до греха! А нечего было моего жениха, – тычок в бок чуть не свалил Мита с ног, – обхаживать! Он-то что, дурак дураком, мужик, одним словом, что с него, кота мартовского, взять, но она-то зараза та еще!.. Я ей по-хорошему говорила, а она язык показала и бежать, я за ней, а она в дом, да еще и змей этот...
– К-какой?! – выпучили глаза архимаги.
– Огнедышащий! Дракон громадный, зубастый и кровожадный! К Акульке повадился летать, потому что она – истинно так – демоница в человеческом обличье! – вспомнила я слова Мала. – И не было бы ничего, да сама эта дура орать начала, чтоб от дракона спасли ее, ну я и... спасла! Не рассчитала немного! А нечего было... – я взмахнула руками, и здание опасно тряхнуло. Смутившись, спрятала руки за спину, всем своим видом показывая, что я здесь ни при чем.
– Ярослава! – простонал знакомый с моим стилем оправданий Багиус, таращась на меня как на того самого дракона.
Калериана кусала губы, сдерживая смех; неизвестные мне архимаги находились в полной растерянности – на залы Палат, как обычно, накладывалась антимагическая блокировка, дабы избежать несчастных производственных случаев. Респот понимающе ухмылялся, адепты на всякий случай отодвинулись подальше, Мит переваривал новость, что он – мой жених, и пытался вспомнить, когда сие случилось.
– Дальше продолжать? – деловито осведомилась я, но архимаги дружно замотали головами, а Багиус указал дрожащим перстом на дверь и прохрипел, вероятно, припомнив свою башню:
– Вы с-свободны.
– А наказание? – заартачилась я, вновь махнув рукой.
Пол чуть дрогнул, архимаги (кроме Респота и Калерианы) тихо взвыли, а Багиус выпалил:
– Не будет наказания! За случайности не наказывают! Магистр Росная, идите уже, ваши воспитанники нервничают! И вы, магистр Аверон, у вас же занятия! Идите, и давайте забудем этот инцидент!
– А... – открыла было рот я, но тут меня подхватили под белы руки и поволокли к выходу, вежливо улыбаясь архимагам и старательно прощаясь.
Последнее, что я услышала, пока портал не захлопнулся за нами, был громовой хохот моего наставника.
* * *
– Благодетельница ты наша! – ревел Мал, пытаясь подхватить меня на руки.
Я бегала от него по школьному парку под хохот парней с шестого курса, счастливые песенки Маланьи и едкие комментарии Микулы:
– Справа заходи, дружище, там кустарник, никуда не денется!
– А неуд по заклинаниетворчеству не хочешь?! – шипела я, грозя кулаком и призывая Мита на помощь.
Но Микула только хохотал, ссылаясь на то, что я у них уже не преподаю, а коварный Мит все просил уточнить, когда это я согласилась быть его невестой и не повторю ли я свои обязательства снова, дабы никаких сомнений больше не возникало и чтоб на попятный уже не пошла.
– Катись к гмарру! – вопила я, а бессовестные адепты, ценой моей репутации спасенные из цепких лапок Багиуса, ржали, не проявляя ни капли почтения к преподавателям.
Наконец мы утомились, уселись на длинную парковую скамейку, причем я устроилась между Митом и Микулой, стараясь посильнее толкнуть их, в результате чего меня чуть не придушили при попытке защекотать. Я сопротивлялась, Маланья визжала от восторга, под предлогом помощи дорвавшись-таки до Мита, Мал требовал отпустить «уважаемую наставницу», пока он кое-кому бока не намял, остальные откровенно веселились, советуя все-таки придушить «злобную ведьму» и по-тихому прикопать в кустиках, потому как такой шикарной возможности может больше и не представиться... Я аж умилилась от такой всеобщей любви, в порыве этого самого умиления разметав пакостников по парку и, поднявшись на ноги, грозно поинтересовалась, кому приходят в голову подобные умные мысли. Ребятки согнулись пополам от хохота, и оставшуюся половину вечера уже я гоняла их по парку, пытаясь достать неопасными, но обидно жалящими заклинаниями, а они ставили щиты, блоки, кидались нейтрализующими и контратакующими заклятиями.
В общем, веселились от души.
Кажется, мой преподавательский авторитет умер, не успев родиться. Но было совершенно все равно – слишком давно я не чувствовала себя настолько счастливой, свободной... живой. Разве может с этим хоть что-то сравниться?
ГЛАВА 3. ДРАКОНИЙ ПЕРЕПОЛОХ
Курица не птица, дракон не кошка,
однако в хозяйстве пригодится!
Из рассуждений директора Школы Магических Искусств
– Неучи, – с усмешкой щелкнула я Мала по веснушчатому носу. Он обиженно засопел и надулся. – Вы где такого дракона видели?
– Чего ж ты тогда на него купилась? – проворчал рыжий.
– А мне простительно, я за вас испугалась, – поморщилась я, вспомнив собственный промах. – Ну так что, будет ответ на мой вопрос?
– Это не мы, это магистр Аверон, – вздохнула Маланья, сидя у распахнутого настежь окна, из которого доносились стрекот сверчков и ароматы цветов.
– И магистр Аверон – тоже неуч, – мстительно отбрила я, уловив в голосе ученицы мечтательные нотки. – Неуч, авантюрист и бабник!
– Неправда! – пискнула Маланья, а Мал захихикал, потешаясь над сестрой:
– Да втюрилась она в него, вот и все дела! Ты бы видела, Ярослава, как моя ненормальная сестричка на него смотрела!
– Замолчи, – гневно стукнула кулачком по столу девушка. – Ты ничего не понимаешь!
– Куда уж мне, – хмыкнул Мал и, не поленившись подняться из-за стола, весьма натурально изобразил, как Мит отработанным движением откидывает с лица волосы.
Маланья побагровела, я подавилась смешком. Придушить так называемого друга хотелось все сильнее, жаль, без свидетелей не получится.
– Маланья, – строго сказала я, – запрещаю тебе даже подходить к магистру Аверону. Увижу – не поздоровится ни тебе, ни ему.
– Почему?! – возмутилась адептка прямо-таки до слез.
– Дурочка, – обреченно констатировала я. Маланья обиженно отвернулась к стене. Я вздохнула и, улыбнувшись, предложила: – А хотите, я вам настоящего дракона покажу?
Маланья вмиг забыла о смертельной обиде, Мал так и вовсе рот открыл от изумления:
– И его можно будет потрогать?
– Можно, – кивнула я. – Ну, хотите?
– Еще бы, – выдохнули близнецы, сияя васильковыми глазами.
– Тогда собирайтесь, – махнула рукой я.
– Прямо сейчас? – растерялась Маланья. – Ведь ночь уже!
– Ну и что? – пожала плечами я. – Пойдем пешком, к утру будем на месте. Не так уж далеко. Три дня – выходные, успеете отоспаться! Но если не хотите...
– Да не слушай ты ее, – всполошился Мал, дергая сестру за косу. Она ойкнула и пихнула брата в бок, он в долгу не остался и сцапал Маланью за вторую косу, за что получил в ухо и немедленно выпустил шевелюру сестры из загребущих ручек. – Мы идем!
Я кивнула, поднялась в свою комнату, сменила ботинки на высокие сапоги со шнуровкой, накинула старенькую, но теплую и уютную куртку, заправила выбившиеся из-за ворота Светоч и обручальное колечко и бросила взгляд на кольцо Повелителя душ, которое так и не сняла – на всякий случай, вдруг и впрямь удачу приносит, чем леший не шутит! Близнята оказались запасливыми и собрали в дорогу мешок с едой, рассчитанный на недельное путешествие большой голодной компанией. Я возражать не стала – все равно не мне тащить, – посмотрела на их оживленные веснушчатые лица, хмыкнула и вышла на улицу. Мгновением позже, топоча словно семейка ежиков, ко мне присоединились Мал да Маланья.
После светлой комнаты тьма летней ночи показалась непроницаемой, и мы немного постояли, привыкая к ней. Ребята, держась за руки и тихо перешептываясь, крались следом, им все это наверняка казалось необычным приключением, а до всякого рода авантюр они были весьма и весьма охочи. Ничего, скоро практика – будет где развернуться. Бедная нежить, однако...
Проходя мимо домика Мита, я услышала сдавленный возмущенный шепот Мала и, нахмурившись, обернулась. Маланья, застывшая напротив широкого окна и совершенно круглыми глазами взирающая на безмятежно прохлаждающегося в уютном кресле с чашкой чая в руках магистра Аверона, вызвала истерический смешок. Хвала Создателю, этот нахальный красавчик не считал нужным любоваться природой, иначе подавился бы ко всем гмаррам. А потом бы непременно привязался к нам. А я видеть его не могу! По крайней мере, сейчас. Я схватила Маланью за рукав и потащила дальше, Мал подталкивал ее в спину, и общими усилиями мы смогли-таки увести впавшую в транс адептку с нежелательного места.
– Маланья, ау! – пропела я, помахав ладонью перед мечтательным личиком рыжей.
– А? – счастливо улыбнулась она, и я еле удержалась, чтобы не отвесить ей хорошего подзатыльника. Не для профилактики – слишком поздно, момент упущен, – уже для лечения.
– Бэ! – передразнила я. – Тебе дракон или Мит нужен?
– Можно выбрать? – оживилась Маланья, и я поняла, что у меня скоро пар из ушей пойдет от возмущения.
– Нельзя! – отрезала я, и, глядя на огорченно вытянувшуюся мордашку, добавила: – Потому что дракон однозначно лучше!
– Во! Свой человек! – обрадованно хлопнул меня по спине Мал, как и все парни (кроме шестого курса факультета боевой магии) недолюбливающий Мита. Я закашлялась, предпочитая быть не своим человеком, а просто живым. Мал виновато пожал плечами.
Отдышавшись, я вновь возглавила нашу маленькую процессию, все еще надеясь, что нам удастся добраться до места. Чуть не дойдя до закрытых на ночь ворот, я свернула с дороги, оказавшись по пояс в мягкой прохладной траве, и направилась к заросшему кустами черемухи участку стены.
– Голова кружится, – пролепетала Маланья, полной грудью вдыхая одуряюще-сладкий аромат. Над нами самозабвенно заливались трелями соловьи, так, словно и их опьянило нежное черемуховое дыхание ночи.
– А она у тебя есть? – искренне удивился Мал, за что был ткнут веткой черемухи в лицо. – Гадость какая, – скривился он, отплевавшись от «букета».
– Сухой бесчувственный чурбан, – не поскупилась на комплимент Маланья.
– Ага! А магистр Аверон – мокрый чувствительный лопух! – хихикнул Мал. Завязалась небольшая потасовка, предсказуемо окончившаяся совместным полетом в заросли крапивы.
– Тихо, – шикнула я. – Немедленно прекратите, иначе обоих дома оставлю!
Угроза возымела действие, и близняшки покорно притихли. Я немного повозилась, отыскивая нужные выступы на шероховатой поверхности каменной стены. Этот ход я нашла еще в первый день пребывания в Школе, не без помощи заговора, которому когда-то давно научила Ядвига. Тогда же и к дракоше хотела сходить, но усталость победила... Тем лучше, будет чем подопечных порадовать.
Бесшумно отъехала в сторону массивная плита, и через получившуюся дыру мы благополучно выбрались за пределы Городка. Повторив те же действия с другой стороны, я закрыла потайной ход, не забыв предупредить ребятушек:
– Никому об этом ни слова!
Те дружно кивнули и сложили пальцы правой руки в знак вечной клятвы. Я хихикнула – неплохо же они выучили мой урок!
– Идем дальше, – кивнула на узкую тропинку, теряющуюся в густой траве и ночной темноте. Насколько помнила висящую в кабинете Калерианы карту местности, именно она и была нам нужна.
Я шла впереди, наслаждаясь прохладой и тишиной. Легкий ветерок, видимо, тоже нанюхавшийся черемухи, время от времени игриво шевелил волосы и заставлял покачиваться ветви вишен и яблонь, в изобилии произрастающих вдоль тропки. На темном, но ясном небе появились яркие звезды, и я, задрав голову, пыталась обнаружить как можно больше созвездий, в результате чего раза три чуть не растянулась на земле.
– А куда мы идем? – шепнула Маланья, кутаясь в куртку.
– От тебя, дуреха, избавляться, – зловеще провыл Мал, перекидывая мешок с провизией с одного плеча на другое. Он и впрямь походил на очень нехорошего сказочного персонажа – согнувшийся под тяжестью поклажи, со встрепанными рыжими волосами и ядовито-предвкушающей улыбочкой на губах. – В темный лес, в глухую чащу, где кикиморы живут, в избу к старой страшной ведьме деву юную ведут...
