Снежана была права, участь этой девушки была предрешена, что она не сможет очнуться и рассказать полицейским о нем, но то, что он сделал с ней, было его непростительной ошибкой, она должна была умереть мгновенно. Мысль об этом до сих пор не давала ему покоя и необходимо было продумать о дальнейшей стратегии.
Он сидел на кухне, с открытым ноутбуком за столом и ел овсяные хлопья с молоком. Он был в короткой майке, на запястье висела цепочка Снежаны. Он хотел его отдать ей, но позже, когда он ее увидит. Сейчас ему нравилось носить вещь, которая принадлежала его любимой женщине.
Денису предстояло освоить особую технику, причем это мало чем отличалось от обучения скалолазанию. Особое внимание он уделял именно практике, ведь прочтя книгу нельзя было научиться убивать, равно как нельзя было научиться плавать или ездить на велосипеде. Везде нужна была практика.
Первой задачей было спрятать ледоруб под пальто, держа его в прорези кармана левой рукой, но, чтобы потом можно было быстро и незаметно перекинуть его в правую руку. Смерть Фингера, по его мнению, была мгновенной, равно как и сутенера, тогда как девушка задержалась на шесть дней. И он пришел к выводу, что удар со спины, по-видимому, проникает в более чувствительную область черепа, и решил больше не атаковать спереди, лоб в лоб.
Денис взял со стола кухонный нож, сделал несколько быстрых шагов по кухне, улыбнулся, затем быстро развернулся и нанес удар. Улыбка, он считал, была необходима, чтобы усыпить бдительность идущего навстречу человека и проявить доброжелательность. Но не бить спереди, как он это раньше делал, а подождать пока жертва пройдет мимо, развернуться и нанести смертельный удар уже со спины.
Затем Денис снова сел за стол и написал на листке бумаги слово «Обувь». Наступали холода, и ему следовало бы уделить внимание легким ботинкам, но на резиновой подошве, которая обеспечивала бы гораздо лучшее сцепление и устойчивость.
Еще во время первого убийства, Денис сразу обработал кожаную ручку ледоруба, аккуратно протерев ее мелкой наждачной бумагой. Это сработало тогда достаточно хорошо, но он все равно не был до конца удовлетворен. Теперь он купил пару черных замшевых перчаток – довольно распространенный предмет одежды в позднюю осень. Захват между замшевой перчаткой и шероховатой кожей рукоятки ледоруба был тем, о чем можно было только мечтать.
Конечно это были просто детали, и дилетант, никогда не поднимавшийся в горы, отмахнулся бы от них, но Денис был опытным альпинистом и знал, что хорошее восхождение зависело именно от таких деталей. Если оборудование было бы неисправно, или его техника была бы неправильной, то он был бы мертв.
Следующим пунктом, который Денис выделил на своем листке, это была погода. Он исключил дождливые и слякотные ночи, чем обычно славился октябрь. Ему нужен был достаточно сухой тротуар, чтобы осуществить быстрый поворот, после того как он минует свою жертву. Лучше всего подходила облачная и безлунная ночь, без сильного ветра, которое могло бы распахнуть его расстегнутое пальто.
Следующее слово, которое Денис выделил на своем листке бумаги, это было «Документы». Он никогда не брал и не собирался брать с собой паспорт или любое другое удостоверение личности, чтобы оно случайно не выпало на месте происшествия.
Пятым пунктом на листе Денис написал «Сила». Он тренировался по несколько часов в день, в основном у себя в квартире, но дважды в неделю он также посещал и тренажерный зал. Еще он каждый вечер он делал упражнения на растяжку, так что с силой не было проблем. Он знал, что находится в отличной физической форме. Он легко отжимался от пола, приседал, сгибался, возможно даже лучше спортсменов, которые были лет на десять младше чем он. Он всегда следил за своей диетой, и его реакция была по-прежнему молниеносной.
Также, всегда и во всем пунктуальный, Денис решил полностью изменить распорядок дня, чтобы даже консьерж в его доме не заметил бы ничего странного. До этого времени, его расписание было расписано вплоть до секунды, и на работу он всегда выходил минута в минуту, но здесь он решил полностью изменить всем своим принципам.
Несмотря на то, что с каждым днем на улице становилось все холоднее, Денис решил отказаться от головного убора, предпочитая носить только парик. Он представил, что одел бы под пальто шляпу, и если бы очередная попытка убийства не увенчалась бы успехом, то его жертва запомнила бы наличие шляпы сильнее, чем ее отсутствие. Поэтому, все что можно было запомнить, это его светлый парик, и это Дениса абсолютно не волновало, потому что опознать его в данном контексте было невозможно, потому что днем он носил черный парик.
Записав все важные пункты, по его мнению, Денис еще раз взглянул на свой список и улыбнулся. Осталось отточить навыки, и применить их на практике.
Денис из кухни перешел прямо на балкон и посмотрел вниз, с высоты своего этажа. Он обратил внимание, что очень много одиноких людей гуляют вечером по улицам города. Улицы были просто заполнены потенциальными жертвами. Стояла холодная, но сухая погода, без дождя. Треть луны слегка виднелась сквозь облачное небо. Денис набрал полную грудь воздуха. Ветер мог подняться в любую минуту, и в воздухе были слабые намеки на то, что пойдет дождь. Но в целом вечер обещал быть тихим, только очень холодным. Денис был на балконе в одной футболке и зябко поежился. Кожа слегка болела от соприкосновения с холодом, он старался растереть плечи, чтобы разогнать кровь, вспоминая о теплом халате, оставленном в гостиной.
Он быстро вернулся обратно, закутался в халат и включил вечерние новости по телевизору, хотя ничего нового для себя он не услышал. Весь мир убивал друг друга. История показала, что человек не смыслит своего существования без убийств. И почему-то, когда он отправил на тот свет любовника своей девушки, сутенера и проститутку, все считают, что это неправильно и сразу осуждают в новостях. В новостях, которые очень быстро исчезают из повестки дня, словно это какая-то ерунда. В подтверждение своей мысли, Денис снова залез в интернет, чтобы прочитать про погибшую девушку. Новость уже исчезла из списка самых главных и ему пришлось набрать в поисковике необходимые слова, чтобы снова прочитать ее.
Пришла пора напомнить о себе с более серьезными намерениями.
Он приготовил небольшой ужин из жареной телячьей печени и салата из эндивия, после чего он принес кофе в гостиную, и поставил запись Бранденбургского концерта.
Он разделся и посмотрел на часы. Было чуть больше девяти. Он одел черный костюм, белую рубашку и не слишком строгий галстук. Он надел ботинки на креповой подошве. Он надел пальто, натянул черные замшевые перчатки, левой рукой, через прорезь кармана, он держал ледоруб под пальто. Кожаный ремешок, прикрепленный к рукоятке топорика, обвивал его левое запястье.
Консьерж в подъезде был на своем месте. Денис даже попытался вспомнить, как его зовут, и пришел к выводу, что все жильцы в подъезде звали его «дядя Гена». Этот уже немолодой человек улыбнулся ему такой искренней улыбкой, что Бондареву тут же захотелось поступить также. Он даже решил вступить с ним в разговор.
- Геннадий, - как можно дружелюбнее обратился к нему Денис. – Я решил прогуляться вечером в кино. Ты не знаешь, на что сейчас можно сходить?
- Простите, но не могу вам подсказать, - консьерж как будто бы извинялся за это. – Вся моя жизнь проходить здесь, мистер Бондарев, и поверьте, это мой сознательный выбор уже на склоне лет.
- Тогда, может быть, я просто прогуляюсь, - как можно небрежнее сказал Денис.
Он действительно зашел в кинотеатр, посмотрел расписание вечерних сеансов, купил билет и положил его в правый карман брюк. Затем он прошел в полупустой темный зал, так как фильм уже начался, и сел на заднем ряду в одиночку, не снимая пальто и перчаток. Он не собирался смотреть фильм, ему нужно было время.
Через десять минут он покинул зал, выйдя через служебный вход, по пути, не встретив никого из сотрудников кинотеатра. Если по невероятной случайности его будет опрашивать полиция, то он смотрел в это время фильм, корешок от билета, которого так удачно лежал у него в кармане.
Он пошел на восток, к набережной, просунув обе руки в карманы пальто. Когда на улице в какой-то момент никого не оказалось, он осторожно снял кожаную петлю с левого запястья. Левой рукой он держал ледоруб за рукоятку. Он расстегнул пальто, но не позволил, чтобы его полы слишком сильно распахнулись, прижимая их к телу и не вынимая рук из карманов.
Теперь началось время, которое ему очень нравилось. Денис шел легкой походкой, с хорошей осанкой, с высоко поднятой головой. Когда он увидел, что кто-то идет ему навстречу, он улыбнулся и небрежно перешел на другую сторону улицы, даже ни разу не обернувшись. Еще было слишком рано, он хотел, чтобы это необыкновенное чувство продлилось подольше. Он знал только, что в любом случае, сделает это сегодня ночью. Если в случае с Фингером он еще не знал, чем все закончится, то теперь был уверен наверняка.
С таким же настроением он восходил в горы. Он помнил свой первый раз, свою неуверенность, он даже помнил, что не был уверен, что он останется в живых. Но с каждым новым покорением очередной горы он чувствовал все большую силу в самом себе, и потом понял, что это часть его жизни, и как-то ее менять уже смысла не было. Так и сейчас, он был уверен, что все пройдет успешно, и уже поздно поворачивать назад. Он снова хотел ощутить тот самый момент возвышенного счастья, когда все вечное было в нем и он соединялся со Вселенной.
Теперь, с учетом опыта, он знал, что почувствует перед этим последним моментом. Первое, это власть. Выбор стоял за ним, он выбирал душу, он окончательно решал это будет этот человек или тот. Во-вторых, удовольствие, полученное от близости, и любви, которая подарит ему потом Снежана. Это было нечто тонкое, но настолько прекрасное, что он не мог это выразить словами, а просто плыл по улице в восторге.
Денис повернул на запад на параллельную улицу, и внезапно резко остановился. Перед его глазами стояла машина ГИБДД. Впереди нее стоящий инспектор проверял права у какого-то бедолаги.
Почему бы и нет, пронеслось в голове у Дениса.
То, что он сейчас собирался сделать был неимоверный риск, но это было именно то, к чему он стремился. Ничто так больше не подстегивает, как чувство опасности, и он знал, что в случае успеха он получит наслаждение, о котором можно было только мечтать.
Машины появлялись на этом перекрестке, хоть и не так часто, но Денис все равно не хотел быть пойманным. Он решил выждать время, спрятавшись за декоративным деревом, которое росло рядом с дорогой, предварительно проверив не попал ли он в объектив какой-либо видеокамеры.
Ждал Денис не больше десяти минут. Инспектор остановил еще одну машину, потом решил сделать перерыв. Он отошел немного в сторону и достал сигарету, встав к Бондареву спиной. Тот посчитал это небывалой удачей и потихоньку выдвинулся к нему.
Он осмотрелся. Других пешеходов не было. Машин пока тоже. Луна слабо светила за облаками. Тротуар был сухой, и дождя не намечалось.
Денис слегка сжимал ледоруб кончиками пальцев левой руки под расстегнутым пальто. Правая рука в перчатке свободно раскачивалась из стороны в сторону.
Когда до инспектора оставалось всего несколько шагов, тот внезапно повернулся назад и уставился на Дениса. Тлеющий окурок сигареты догорал в его пальцах.
Денис не растерялся и улыбнулся своей самой добродушной улыбкой, на какую только был способен. И это подействовало.
Инспектор был среднего роста, широк в груди и плечах. Он не был красавцем, а скорее каким-то потрепанным жизнью. На вид ему было лет тридцать пять. Но улыбка Дениса сработала. Он расслабился, дружелюбно кивнул, не улыбаясь и выкинул окурок прямо на землю. Посчитав, что Денис решил сходить по-маленькому за остановку, он перестал на него смотреть и прошел мимо него в обратную сторону.
Потом все произошло практически мгновенно. Левая рука ринулась в распахнутое пальто. Плавная, отработанная передача ледоруба в свободную правую руку. Вес Дениса был на левой ноге. Потом подобно балерине в развороте он перенес вес на правую ногу. Потом правая рука поднялась для удара.
Ледоруб пронзил фуражку инспектора и ворвался в его череп. Денис услышал хруст, а затем и сладкий стук, от которого задрожало его запястье. Проникновение! Экстаз! В серое вещество и тайну этого человека.
Денис выдернул ледоруб, после чего тело упало, а душа взлетела в облачное небо. О, нет. Душа вошла в него, в Дениса Бондарева, становясь единым целом с его душой, они соединились как два заблудших астронавта в космосе, обнимающихся и плывущих сквозь неизмеримое время.
Для него это было как наркотик, к которому он уже начал привыкать.
Он резко нагнулся, глядя на раздробленный череп. Теперь его это не отпугивало. Он скорее наслаждался тем, что видел. Покопавшись в карманах убитого, он нашел его документы, в том числе и его служебное удостоверение. Валентин Крайнов, старший инспектор ГИБДД. Он положил удостоверение к себе в карман. Это был не трофей, это был подарок жертвы.
Потом Денис резко выпрямился и посмотрел по сторонам. По-прежнему на улице не было ни машин, ни людей. Сегодня ему катастрофически везло. Покидая место преступления, он еще раз обратил внимание на полицейскую машину. Она смотрела совершенно в другую сторону, и если навигатор был включен, то он не должен был попасть на него. Но на всякий случай Денис пошел в другую сторону.
На обратном пути он еще заскочил в круглосуточное кафе, чтобы время его прибытия домой совпадало в реальном времени с окончанием фильма, с учетом дороги назад.
Он пил горячий кофе и думал о том, что как же просто все сложилось., несмотря на то, что он повысил ставки и риск в своей игре, убив человека в форме. Никаких свидетелей и криков. Все произошло в абсолютной тишине, если не считать звука самого удара.
- Как вам фильм? – спросил консьерж Геннадий, когда Денис переступил порог своего подъезда.
- Мне очень понравилось. Я решил почаще выбираться на такие мероприятия вечером.
Консьержа явно устроил его энергичный ответ и попрощавшись с ним, Денис вошел в свою квартиру.
Он проделывал опять знакомую процедуру по мытью и смазыванию ледоруба маслом. Все было, как всегда, осталось только придумать, куда спрятать документы. Он стал бродить по квартире в поисках лучшего укрытия. Его первой идеей было прикрепить удостоверение под одним из зеркал, но так как вместе они составляли одну большую зеркальную стену, он побоялся нарушить эту конструкцию.
Тогда он выдвинул ящик своего комода. Между дном и направляющими колесиками было небольшое углубление. Удостоверение легко поместилось в небольшой белый конверт, который он приклеил скотчем на дно ящика. Если скотч высохнет, то самое страшное, что может случиться, это то, что конверт упадет во второй ящик комода, в то время как он будет закрыт.
Сбросив одежду, Денис одел халат и снова вышел на балкон со стаканом коньяка на руках. Ночь успокаивала его, и в последнее время приносила удовлетворения гораздо больше, чем если бы это был просто сон. Несмотря на то, что он сейчас не спал, каждая клеточка его тела была расслаблена и находилась в эйфории.
Он сидел на кухне, с открытым ноутбуком за столом и ел овсяные хлопья с молоком. Он был в короткой майке, на запястье висела цепочка Снежаны. Он хотел его отдать ей, но позже, когда он ее увидит. Сейчас ему нравилось носить вещь, которая принадлежала его любимой женщине.
Денису предстояло освоить особую технику, причем это мало чем отличалось от обучения скалолазанию. Особое внимание он уделял именно практике, ведь прочтя книгу нельзя было научиться убивать, равно как нельзя было научиться плавать или ездить на велосипеде. Везде нужна была практика.
Первой задачей было спрятать ледоруб под пальто, держа его в прорези кармана левой рукой, но, чтобы потом можно было быстро и незаметно перекинуть его в правую руку. Смерть Фингера, по его мнению, была мгновенной, равно как и сутенера, тогда как девушка задержалась на шесть дней. И он пришел к выводу, что удар со спины, по-видимому, проникает в более чувствительную область черепа, и решил больше не атаковать спереди, лоб в лоб.
Денис взял со стола кухонный нож, сделал несколько быстрых шагов по кухне, улыбнулся, затем быстро развернулся и нанес удар. Улыбка, он считал, была необходима, чтобы усыпить бдительность идущего навстречу человека и проявить доброжелательность. Но не бить спереди, как он это раньше делал, а подождать пока жертва пройдет мимо, развернуться и нанести смертельный удар уже со спины.
Затем Денис снова сел за стол и написал на листке бумаги слово «Обувь». Наступали холода, и ему следовало бы уделить внимание легким ботинкам, но на резиновой подошве, которая обеспечивала бы гораздо лучшее сцепление и устойчивость.
Еще во время первого убийства, Денис сразу обработал кожаную ручку ледоруба, аккуратно протерев ее мелкой наждачной бумагой. Это сработало тогда достаточно хорошо, но он все равно не был до конца удовлетворен. Теперь он купил пару черных замшевых перчаток – довольно распространенный предмет одежды в позднюю осень. Захват между замшевой перчаткой и шероховатой кожей рукоятки ледоруба был тем, о чем можно было только мечтать.
Конечно это были просто детали, и дилетант, никогда не поднимавшийся в горы, отмахнулся бы от них, но Денис был опытным альпинистом и знал, что хорошее восхождение зависело именно от таких деталей. Если оборудование было бы неисправно, или его техника была бы неправильной, то он был бы мертв.
Следующим пунктом, который Денис выделил на своем листке, это была погода. Он исключил дождливые и слякотные ночи, чем обычно славился октябрь. Ему нужен был достаточно сухой тротуар, чтобы осуществить быстрый поворот, после того как он минует свою жертву. Лучше всего подходила облачная и безлунная ночь, без сильного ветра, которое могло бы распахнуть его расстегнутое пальто.
Следующее слово, которое Денис выделил на своем листке бумаги, это было «Документы». Он никогда не брал и не собирался брать с собой паспорт или любое другое удостоверение личности, чтобы оно случайно не выпало на месте происшествия.
Пятым пунктом на листе Денис написал «Сила». Он тренировался по несколько часов в день, в основном у себя в квартире, но дважды в неделю он также посещал и тренажерный зал. Еще он каждый вечер он делал упражнения на растяжку, так что с силой не было проблем. Он знал, что находится в отличной физической форме. Он легко отжимался от пола, приседал, сгибался, возможно даже лучше спортсменов, которые были лет на десять младше чем он. Он всегда следил за своей диетой, и его реакция была по-прежнему молниеносной.
Также, всегда и во всем пунктуальный, Денис решил полностью изменить распорядок дня, чтобы даже консьерж в его доме не заметил бы ничего странного. До этого времени, его расписание было расписано вплоть до секунды, и на работу он всегда выходил минута в минуту, но здесь он решил полностью изменить всем своим принципам.
Несмотря на то, что с каждым днем на улице становилось все холоднее, Денис решил отказаться от головного убора, предпочитая носить только парик. Он представил, что одел бы под пальто шляпу, и если бы очередная попытка убийства не увенчалась бы успехом, то его жертва запомнила бы наличие шляпы сильнее, чем ее отсутствие. Поэтому, все что можно было запомнить, это его светлый парик, и это Дениса абсолютно не волновало, потому что опознать его в данном контексте было невозможно, потому что днем он носил черный парик.
Записав все важные пункты, по его мнению, Денис еще раз взглянул на свой список и улыбнулся. Осталось отточить навыки, и применить их на практике.
Денис из кухни перешел прямо на балкон и посмотрел вниз, с высоты своего этажа. Он обратил внимание, что очень много одиноких людей гуляют вечером по улицам города. Улицы были просто заполнены потенциальными жертвами. Стояла холодная, но сухая погода, без дождя. Треть луны слегка виднелась сквозь облачное небо. Денис набрал полную грудь воздуха. Ветер мог подняться в любую минуту, и в воздухе были слабые намеки на то, что пойдет дождь. Но в целом вечер обещал быть тихим, только очень холодным. Денис был на балконе в одной футболке и зябко поежился. Кожа слегка болела от соприкосновения с холодом, он старался растереть плечи, чтобы разогнать кровь, вспоминая о теплом халате, оставленном в гостиной.
Он быстро вернулся обратно, закутался в халат и включил вечерние новости по телевизору, хотя ничего нового для себя он не услышал. Весь мир убивал друг друга. История показала, что человек не смыслит своего существования без убийств. И почему-то, когда он отправил на тот свет любовника своей девушки, сутенера и проститутку, все считают, что это неправильно и сразу осуждают в новостях. В новостях, которые очень быстро исчезают из повестки дня, словно это какая-то ерунда. В подтверждение своей мысли, Денис снова залез в интернет, чтобы прочитать про погибшую девушку. Новость уже исчезла из списка самых главных и ему пришлось набрать в поисковике необходимые слова, чтобы снова прочитать ее.
Пришла пора напомнить о себе с более серьезными намерениями.
Он приготовил небольшой ужин из жареной телячьей печени и салата из эндивия, после чего он принес кофе в гостиную, и поставил запись Бранденбургского концерта.
Он разделся и посмотрел на часы. Было чуть больше девяти. Он одел черный костюм, белую рубашку и не слишком строгий галстук. Он надел ботинки на креповой подошве. Он надел пальто, натянул черные замшевые перчатки, левой рукой, через прорезь кармана, он держал ледоруб под пальто. Кожаный ремешок, прикрепленный к рукоятке топорика, обвивал его левое запястье.
Консьерж в подъезде был на своем месте. Денис даже попытался вспомнить, как его зовут, и пришел к выводу, что все жильцы в подъезде звали его «дядя Гена». Этот уже немолодой человек улыбнулся ему такой искренней улыбкой, что Бондареву тут же захотелось поступить также. Он даже решил вступить с ним в разговор.
- Геннадий, - как можно дружелюбнее обратился к нему Денис. – Я решил прогуляться вечером в кино. Ты не знаешь, на что сейчас можно сходить?
- Простите, но не могу вам подсказать, - консьерж как будто бы извинялся за это. – Вся моя жизнь проходить здесь, мистер Бондарев, и поверьте, это мой сознательный выбор уже на склоне лет.
- Тогда, может быть, я просто прогуляюсь, - как можно небрежнее сказал Денис.
Он действительно зашел в кинотеатр, посмотрел расписание вечерних сеансов, купил билет и положил его в правый карман брюк. Затем он прошел в полупустой темный зал, так как фильм уже начался, и сел на заднем ряду в одиночку, не снимая пальто и перчаток. Он не собирался смотреть фильм, ему нужно было время.
Через десять минут он покинул зал, выйдя через служебный вход, по пути, не встретив никого из сотрудников кинотеатра. Если по невероятной случайности его будет опрашивать полиция, то он смотрел в это время фильм, корешок от билета, которого так удачно лежал у него в кармане.
Он пошел на восток, к набережной, просунув обе руки в карманы пальто. Когда на улице в какой-то момент никого не оказалось, он осторожно снял кожаную петлю с левого запястья. Левой рукой он держал ледоруб за рукоятку. Он расстегнул пальто, но не позволил, чтобы его полы слишком сильно распахнулись, прижимая их к телу и не вынимая рук из карманов.
Теперь началось время, которое ему очень нравилось. Денис шел легкой походкой, с хорошей осанкой, с высоко поднятой головой. Когда он увидел, что кто-то идет ему навстречу, он улыбнулся и небрежно перешел на другую сторону улицы, даже ни разу не обернувшись. Еще было слишком рано, он хотел, чтобы это необыкновенное чувство продлилось подольше. Он знал только, что в любом случае, сделает это сегодня ночью. Если в случае с Фингером он еще не знал, чем все закончится, то теперь был уверен наверняка.
С таким же настроением он восходил в горы. Он помнил свой первый раз, свою неуверенность, он даже помнил, что не был уверен, что он останется в живых. Но с каждым новым покорением очередной горы он чувствовал все большую силу в самом себе, и потом понял, что это часть его жизни, и как-то ее менять уже смысла не было. Так и сейчас, он был уверен, что все пройдет успешно, и уже поздно поворачивать назад. Он снова хотел ощутить тот самый момент возвышенного счастья, когда все вечное было в нем и он соединялся со Вселенной.
Теперь, с учетом опыта, он знал, что почувствует перед этим последним моментом. Первое, это власть. Выбор стоял за ним, он выбирал душу, он окончательно решал это будет этот человек или тот. Во-вторых, удовольствие, полученное от близости, и любви, которая подарит ему потом Снежана. Это было нечто тонкое, но настолько прекрасное, что он не мог это выразить словами, а просто плыл по улице в восторге.
Денис повернул на запад на параллельную улицу, и внезапно резко остановился. Перед его глазами стояла машина ГИБДД. Впереди нее стоящий инспектор проверял права у какого-то бедолаги.
Почему бы и нет, пронеслось в голове у Дениса.
То, что он сейчас собирался сделать был неимоверный риск, но это было именно то, к чему он стремился. Ничто так больше не подстегивает, как чувство опасности, и он знал, что в случае успеха он получит наслаждение, о котором можно было только мечтать.
Машины появлялись на этом перекрестке, хоть и не так часто, но Денис все равно не хотел быть пойманным. Он решил выждать время, спрятавшись за декоративным деревом, которое росло рядом с дорогой, предварительно проверив не попал ли он в объектив какой-либо видеокамеры.
Ждал Денис не больше десяти минут. Инспектор остановил еще одну машину, потом решил сделать перерыв. Он отошел немного в сторону и достал сигарету, встав к Бондареву спиной. Тот посчитал это небывалой удачей и потихоньку выдвинулся к нему.
Он осмотрелся. Других пешеходов не было. Машин пока тоже. Луна слабо светила за облаками. Тротуар был сухой, и дождя не намечалось.
Денис слегка сжимал ледоруб кончиками пальцев левой руки под расстегнутым пальто. Правая рука в перчатке свободно раскачивалась из стороны в сторону.
Когда до инспектора оставалось всего несколько шагов, тот внезапно повернулся назад и уставился на Дениса. Тлеющий окурок сигареты догорал в его пальцах.
Денис не растерялся и улыбнулся своей самой добродушной улыбкой, на какую только был способен. И это подействовало.
Инспектор был среднего роста, широк в груди и плечах. Он не был красавцем, а скорее каким-то потрепанным жизнью. На вид ему было лет тридцать пять. Но улыбка Дениса сработала. Он расслабился, дружелюбно кивнул, не улыбаясь и выкинул окурок прямо на землю. Посчитав, что Денис решил сходить по-маленькому за остановку, он перестал на него смотреть и прошел мимо него в обратную сторону.
Потом все произошло практически мгновенно. Левая рука ринулась в распахнутое пальто. Плавная, отработанная передача ледоруба в свободную правую руку. Вес Дениса был на левой ноге. Потом подобно балерине в развороте он перенес вес на правую ногу. Потом правая рука поднялась для удара.
Ледоруб пронзил фуражку инспектора и ворвался в его череп. Денис услышал хруст, а затем и сладкий стук, от которого задрожало его запястье. Проникновение! Экстаз! В серое вещество и тайну этого человека.
Денис выдернул ледоруб, после чего тело упало, а душа взлетела в облачное небо. О, нет. Душа вошла в него, в Дениса Бондарева, становясь единым целом с его душой, они соединились как два заблудших астронавта в космосе, обнимающихся и плывущих сквозь неизмеримое время.
Для него это было как наркотик, к которому он уже начал привыкать.
Он резко нагнулся, глядя на раздробленный череп. Теперь его это не отпугивало. Он скорее наслаждался тем, что видел. Покопавшись в карманах убитого, он нашел его документы, в том числе и его служебное удостоверение. Валентин Крайнов, старший инспектор ГИБДД. Он положил удостоверение к себе в карман. Это был не трофей, это был подарок жертвы.
Потом Денис резко выпрямился и посмотрел по сторонам. По-прежнему на улице не было ни машин, ни людей. Сегодня ему катастрофически везло. Покидая место преступления, он еще раз обратил внимание на полицейскую машину. Она смотрела совершенно в другую сторону, и если навигатор был включен, то он не должен был попасть на него. Но на всякий случай Денис пошел в другую сторону.
На обратном пути он еще заскочил в круглосуточное кафе, чтобы время его прибытия домой совпадало в реальном времени с окончанием фильма, с учетом дороги назад.
Он пил горячий кофе и думал о том, что как же просто все сложилось., несмотря на то, что он повысил ставки и риск в своей игре, убив человека в форме. Никаких свидетелей и криков. Все произошло в абсолютной тишине, если не считать звука самого удара.
- Как вам фильм? – спросил консьерж Геннадий, когда Денис переступил порог своего подъезда.
- Мне очень понравилось. Я решил почаще выбираться на такие мероприятия вечером.
Консьержа явно устроил его энергичный ответ и попрощавшись с ним, Денис вошел в свою квартиру.
Он проделывал опять знакомую процедуру по мытью и смазыванию ледоруба маслом. Все было, как всегда, осталось только придумать, куда спрятать документы. Он стал бродить по квартире в поисках лучшего укрытия. Его первой идеей было прикрепить удостоверение под одним из зеркал, но так как вместе они составляли одну большую зеркальную стену, он побоялся нарушить эту конструкцию.
Тогда он выдвинул ящик своего комода. Между дном и направляющими колесиками было небольшое углубление. Удостоверение легко поместилось в небольшой белый конверт, который он приклеил скотчем на дно ящика. Если скотч высохнет, то самое страшное, что может случиться, это то, что конверт упадет во второй ящик комода, в то время как он будет закрыт.
Сбросив одежду, Денис одел халат и снова вышел на балкон со стаканом коньяка на руках. Ночь успокаивала его, и в последнее время приносила удовлетворения гораздо больше, чем если бы это был просто сон. Несмотря на то, что он сейчас не спал, каждая клеточка его тела была расслаблена и находилась в эйфории.
