Поздоровавшись, девочка устроилась за столом. Сэлли поставила перед лисой мисочку с куриной похлёбкой. Та с недоверием посмотрела на угощение и неохотно принялась есть. Все ещё вчера все поразились, как быстро затянулись её раны — будто их и не было. Мудрец и Елена сочли это крайне странным, но решили пока не обсуждать.
— Фу, опять каша? Терпеть не могу! — Сигга брезгливо поморщилась, отодвигая тарелку.
— Ты не дома, Сигга, ешь, что дают! — строго сказала Елена.
— Не буду эти помои!
— Кашу готовила Сэлли, — тихо заметил Рауст.
Услышав это, Сигга замолчала и посмотрела на Сэлли. Та расстроилась так, что вот-вот готова была расплакаться. Девочка тут же почувствовала себя виноватой, пододвинула тарелку обратно и попробовала ложку. Сначала её лицо скривилось, но затем озарилось удивлённой улыбкой.
— Вкусно! — воскликнула она.
— Вот видишь, — фыркнула Елена. Сэлли сияла от счастья, а Рауст обнял её за талию.
— Кстати, вы ведь не собираетесь уезжать? — обратился он к компании. — Сегодня вечером начинается Морской фестиваль. Праздник в честь духов моря, чтобы те оберегали корабли и моряков. Ему уже много веков. Могли бы сходить вместе.
— Да, это чудесный праздник! — всплеснула руками Сарга. — Помню, как мы с отцом ходили туда каждый год. Обязательно пойдём!
— Должно быть, очень красиво, — задумчиво протянула Сигга.
— Отличная мысль, — одобрительно кивнул Мудрец. — Духов нужно почитать. Да и праздник действительно хорош.
— Значит, решено — сегодня идём на фестиваль!
С наступлением вечера Сэйлон преобразился. Улицы и дома украсили сине-голубыми флажками, фигурками морских коньков, звёзд и диковинных рыб. Торговцы выложили украшения из кораллов, ракушек и жемчуга, повара готовили деликатесы из даров моря. Жители нарядились в карнавальные костюмы, а танцовщицы в костюмах русалок кружились в хороводах. По улицам шествовали ряженые, изображая морских тварей и духов. После гуляний предстояло совершить ритуал и принести дары морским духам, чтобы те хранили корабли от бурь и чудовищ. Воздух был напоен свежим запахом морской соли.
Сарга, гуляя с друзьями, не могла нарадоваться. Арт уплетал жареного моллюска и бутерброд с красной икрой (чёрная была не по карману), а Лалли с любопытством пробовала морскую капусту. Сигга блистала в платье серебристо-голубого оттенка, похожем на чешую, с украшениями из ракушек. Рауст в знак любви подарил Сэлли изящные коралловые бусы. Куда подевались Мудрец с Еленой, никто не знал.
— Сарга, а ты почему ничего не берёшь? — спросила Лалли.
— Зачем? Мне и так хорошо — ведь вы все рядом, — улыбнулась та.
Арт и Лалли переглянулись, понимающе улыбнувшись. Сигга же задумалась над этими словами. Пусть у неё теперь были друзья, настоящую дружбу ей ещё предстояло познать.
— Смотрите, какая страшная рыбина! — Арт указал на платформу с огромным чучелом.
— Это акула, Арт. Большая морская хищница, — пояснила Сарга.
— На волка смахивает, — фыркнула Лалли.
— Эй, вы! Живо сюда, ритуал начинается! — раздался властный голос Елены. Четверо друзей послушно поспешили на зов — гнева волшебницы никто не хотел.
На главной площади собралась толпа. Все в нетерпении ждали главного события фестиваля. И вот зазвучала тихая, мелодичная музыка, и в центр вышли танцовщицы в костюмах русалок. Они закружились в плавном, завораживающем танце, выражая покорность и благодарность морским духам. Зрители смотрели, затаив дыхание. Ничто не предвещало беды.
Но вдруг…
— Люди! Караул! Полундра!
Идиллию разорвал истошный крик. Растолкав толпу, на площадь вбежал бледный как полотно паренёк, дрожа от ужаса.
— Что случилось? — послышались встревоженные голоса.
— Спасайтесь! На нас напал монстр!
Оглушительный рёв и грохот подтвердили его слова. На площади возникло чудовище — огромное, словно гора, покрытое косматой шерстью, с громадными рогами, длинными клыками и пылающими красными глазами.
Толпа в панике закричала, люди бросились врассыпную. Чудовище, рыча, двинулось вперёд. Мудрец и Елена стали поторапливать народ, уводя его подальше. Рауст увёл Сэлли в укрытие. Арт подхватил Сиггу, и они вскочили на Лалли.
— А где Сарга? — беспокойно спросила лошадь.
— Я её не вижу! — крикнул Арт, вглядываясь в мечущуюся толпу.
Тем временем Сарга, отрезанная от друзей, металась среди бегущих людей. Внезапно кто-то сильно толкнул её, и она упала.
Монстр приблизился к ней. Из его пасти капала слюна. Глядя в его кровожадные красные глаза, Сарга поняла: он хочет её съесть.
"Что же делать?" — пронеслось в голове.
И вдруг она увидела её. Белая лиса спокойно шла через площадь прямо к ним.
— Стой! Не подходи! — закричала ей Сарга. Но лиса встала между ней и чудовищем, на мгновение одарила девочку странным взглядом и повернулась к монстру.
"Что она задумала?" — с изумлением подумала Сарга. К несчастью, слабость и нарастающая головная боль не позволяли ей даже подняться.
Лиса фыркнула, и в этом звуке сквозило такое презрение, будто монстр был никчёмным ничтожеством. Тот, кажется, понял это и с яростным рёвом занёс когтистую лапу.
В тот же миг вокруг лисы вспыхнул и закрутился вихрь чёрно-синего пламени. Монстр отшатнулся, а Сарга в испуге зажмурилась, чувствуя жар, исходящий от огня. Когда же пламя угасло, она открыла глаза и остолбенела.
На месте лисы стояла высокая, прекрасная женщина в роскошном кимоно, расписанном цветами, с изящным поясом. За её спиной веером распушились девять белоснежных хвостов. Длинные волосы цвета первого снега развевал ветер, а большие заострённые уши слегка подрагивали. Строгое лицо с тонкими чертами и аметистовые глаза, прищуренные с знакомым выражением, завершали образ.
"Женщина-лиса, синее пламя… Это кицунэ!" — пронеслось в голове у Сарги.
Женщина усмехнулась и, скинув с плеча прядь волос, произнесла низким бархатным голосом:
— Ну и переполох устроили. Никакого покоя.
Монстр зарычал, но кицунэ лишь фыркнула в ответ:
— Знай своё место, ничтожество!
Она протянула руку с длинными когтями, и в ладони вспыхнул тот самый синий огонь. Пламя охватило чудовище, и вскоре от него осталась лишь горстка пепла.
"Невероятно…" — это была последняя мысль Сарги, прежде чем сознание покинуло её.
Пробуждение было тяжёлым. Голова гудела, тело не слушалось, в памяти всплывали обрывки ужасных событий. Чей-то голос настойчиво звал её, вытягивая из тьмы.
— Сарга, не смей снова засыпать! Ты должна всё объяснить!
— Что объяснить? — Сарга наконец открыла глаза и полностью пришла в себя.
Она лежала на диване в маленькой гостиной. Вокруг стояли друзья и наставники, а Рауст, нависая над ней, смотрел суровым взглядом.
— А то не знаешь? Откуда взялась эта дева? — он указал в угол комнаты.
Сарга посмотрела и ахнула. На стуле, полулёжа, восседала та самая женщина-кицунэ, помахивая цветным веером. Тот прикрывал половину её лица, и лишь прищуренные тёмно-фиолетовые глаза внимательно наблюдали за всеми.
— Объясни, Сарга, откуда здесь лиса-оборотень? — не унимался Рауст. — Стоило тебе принести эту лису, как начались сплошные проблемы!
— Я ни при чём! — возразила девочка. — И монстра я не вызывала!
— Он пришёл сам, — раздался бархатный голос кицунэ, привлекая всеобщее внимание. — То был они — демон-людоед. Но шёл он по мою душу.
— Ты ведь одна из тех кицунэ, о которых рассказывала Сарга? — спросила Сигга.
— Меня зовут Тамаи, — фыркнула женщина-лиса. — И да, я кицунэ. Остались вопросы?
— Я… спасибо, что спасла меня, — выдохнула Сарга.
— Не благодари, — резко парировала Тамаи. — Я сделала это по двум причинам. Во-первых, ты спасла меня первой, а я не привыкла быть в долгу. А во-вторых, этот урод явился сюда из-за меня, и мне следовало с ним разобраться. Всё просто.
Со щелчком сложив веер и спрятав его в рукав, Тамаи поднялась и сделала изящный, но отстранённый поклон.
— Благодарю за спасение и кров. А теперь прощайте.
С этими словами она направилась к выходу.
— Какая гордая, — тихо заметил Мудрец.
В тот же миг Сарга вскочила с дивана и, не слушая окликов, бросилась вслед за кицунэ.
Она догнала Тамаи уже на окраине города. За короткое время та успела пересечь весь Сэйлон и теперь направлялась к лесу, где её когда-то нашла Сарга.
— Тамаи, постой! — окликнула её девочка, едва переводя дух. — Я хочу поговорить!
— Мне не о чем с тобой говорить, — холодно бросила кицунэ, не оборачиваясь. — Что тебе нужно, смертная?
Она повернулась, и Сарга увидела её взгляд — злой, дикий, готовый разорвать в клочья. Девочка невольно отступила, почувствовав ледяной страх.
— Ты боишься меня, я чувствую твой ужас. Но раз не убегаешь — значит, дело серьёзное. Говори, чего ты хочешь? — выражение лица Тамаи смягчилось, но лишь на чуток.
Собрав волю в кулак, Сарга начала:
— Понимаешь, до того как я нашла тебя, мне приснился сон. В нём со мной случилось всё то же, что и с тобой. Мудрец сказал, что это был знак. Что нас свела судьба!
Тамаи усмехнулась. В её смехе звучала насмешка и многолетняя усталость.
— Судьба? Наивное дитя! Как ты думаешь, сколько мне лет?
— Ну… лет двадцать пять, наверное.
— Мне больше тысячи лет, — голос её стал тише и суровее. — Каждый век у нас отрастает новый хвост, принося силу и мудрость. Я уже и не помню, когда родилась. Я видела, как меняются миры и народы. Люди живут, борются, верят в свою судьбу — и умирают. Вы слабы и телом, и духом. Вы — лишь мимолётная тень для таких, как я.
— Может, люди и не вечны, но не все слабы! — твёрдо возразила Сарга. — Ты просто никогда не пыталась понять нас! Мы можем быть сильнее, чем ты думаешь!
— У меня был… есть… близкий человек. Он в беде, и я должна его спасти. Мне некогда вести эти бессмысленные споры, — резко оборвала её Тамаи.
— А ты, как я погляжу, всё в том же репертуаре, Тамаи, — раздался вдруг насмешливый женский голос.
Тамаи резко обернулась, издавая низкое рычание.
В нескольких шагах от неё стояла другая женщина, облачённая в чёрно-красное кимоно. Девять чёрных как смоль хвостов колыхались за её спиной, а алые глаза с хищным прищуром были устремлены на белую лису. Её улыбка напоминала оскал.
"Ещё одна кицунэ?" — с изумлением подумала Сарга.
— Давно не виделись, Тамаи, — протянула незнакомка.
— Курохимэ, — прошипела Тамаи. Шерсть на её хвостах встала дыбом, отчего те казались ещё больше.
— Уже водишься с людьми? — Курохимэ скользнула взглядом по Сарге. — Как низко ты пала.
— Я не опустилась до твоего уровня! — отрезала Тамаи. Она шагнула вперёд, заслоняя собой девочку, и тихо бросила через плечо: «Беги, если жизнь дорога».
Но Сарга не могла сдвинуться с места, заворожённая происходящим.
Тамаи метнула в соперницу шар чёрно-синего пламени, но та парировала своим, алым огнём. На поляне развернулась неистовая битва. Синие и красные всполохи пронзали воздух, сталкиваясь с грохотом. Сарга, отступив подальше, следила за поединком, сердце её бешено колотилось.
"Она защитила меня, даже не желая этого. Я не могу её бросить!"
— Водяной хлыст! — крикнула девочка, и струя воды, подобная бичу, ринулась на чёрную кицунэ.
Та с лёгкостью отбила атаку, но это отвлекло её на долю секунды. Этого мгновения хватило Тамаи — в её руке возникла серебряная катана. Молниеносный удар срезал несколько чёрных прядей, и Курохимэ отпрыгнула.
— Решила воспользоваться мечом? — с насмешкой подняла бровь чёрная лиса.
В ответ Тамаи лишь достала вторую катану.
И вновь бросилась в бой, её движения слились в смертоносный танец двух клинков. Сарга, не в силах уследить за ними, могла лишь восхищаться яростной грацией кицунэ.
"Стиль двух мечей… Невероятно!"
— Грозовая стрела!
В лисиц внезапно ударила молния, но те успели отскочить в стороны. Оказалось, и у Курохимэ был клинок, хоть и один. Сарга обернулась и увидела Сиггу в боевой стойке, а рядом — Арта на Лалли и Елену.
— Сарга, что здесь происходит? — строго спросила волшебница.
— Что, без помощи этих червей уже не можешь? — Курохимэ выпрямилась, убирая катану. — Если хочешь настоящей битвы — возвращайся в Кицуне-Би. Там всё порешим.
Вспышка багрового пламени — и чёрная кицунэ исчезла.
Тамаи лишь устало вздохнула, убирая свои клинки.
— Ну, и зачем вы меня вернули? — с нескрываемым раздражением спросила Тамаи, скрестив руки на груди. Её уши нервно подрагивали, а хвосты метались из стороны в сторону, выдавая гнев. Все предпочли держаться от неё на почтительном расстоянии.
"От этих оборотней одни проблемы, — подумал Арт. — Ушастым верить нельзя."
— Объясни, что это было? Откуда взялась твоя чёрная сестрица? — напустилась на неё Сигга, не боясь оказаться поджаренной на лисьем огне.
— Сигга, успокойся! — попыталась вмешаться Сарга.
— Она мне не сестра! — фыркнула Тамаи. — Её имя Курохимэ.
— Дорогая Тамаи, расскажи, пожалуйста, что происходит, — мягко попросил Мудрец.
Тамаи на мгновение задумалась, затем с поражённым вздохом пробормотала: «Делать нечего…» — и начала свой рассказ:
— Давным-давно, на самом востоке мира, был основан город Кицуне-Би. Легенды гласят, что создал его великий демон-кицунэ. И по сей день там живут ёкаи, а правят ими потомки того самого лиса-основателя. Я сама оттуда родом. Много веков в Кицуне-Би царили мир и процветание.
Но случилось непредвиденное. Все правители города рождались со светлыми или белыми волосами. А когда у последней правящей пары родилась дочь, волосы её были черны как ночь. Ужас охватил город — многие требовали смерти младенца. Но её пощадили, нарекли Курохимэ.
Шли века. Курохимэ, как единственная наследница, готовилась принять трон. Она была умна, сильна, прекрасна… идеальна во всём. Но за её спиной всегда шептались, попрекая тёмными волосами. И никто не заметил, как в её сердце проросла чёрная, всепоглощающая ненависть.
С годами Курохимэ становилась всё жесточе, высокомернее и властолюбивее. Её имени боялся шептаться даже ветер. Родители тщетно пытались вразумить дочь — всё было напрасно.
И однажды она решила захватить власть в Кицуне-Би. К счастью, заговор раскрыли, а саму Курохимэ изгнали из города навеки. Уходя, она поклялась вернуться и покорить не только город, но и весь восток.
Тамаи замолчала, давая словам отлежаться.
— И что же было потом? — тихо спросила Сарга.
— Прошли сотни лет. Я тогда служила в городской страже. И вот Курохимэ вернулась — во главе армии оками, демонов-волков, и инугами, демонов-псов. Она убила своих родителей и самых сильных воинов, захватив трон.
— Понятно, но почему она преследует именно тебя? — не унималась Сигга.
— У меня есть брат. Курохимэ воспылала к нему любовью, но он отверг её. Тогда она, ослеплённая яростью, взяла его в плен, пытаясь сломить. А чтобы добиться полной мести, решила убить и меня. Вот я и бежала.
— Судя по всему, Курохимэ не только сильна, но и одержима своей местью, — заметила Елена.
— Мне всё равно на её мотивы. Я просто хочу спасти брата, — с холодным отчаянием произнесла Тамаи.
— Мы поможем тебе, — твёрдо заявила Сарга. — Ты спасла нас, и теперь наша очередь. Мы поможем спасти твоего брата.
