Я сейчас продемонстрировал ей отвращение, неприязнь и недоверие, а она отнеслась к этому холодно и отстраненно или вообще не заметила.
- Нужно звонить Астару, пусть приводит группу зачистки и специалистов по ликвидации проходов, слишком близко он от пещеры, - сказала она и достала из бокового кармана рацию.
Долго она разговаривать не стала, назвала код опасности, сказала, что один труп и закончила разговор, потом отошла на небольшое расстояние сняла свой рюкзак и, прислонившись к стене, присела на корточки. Я наблюдал, как она достала галеты и банку с паштетом, и быстро открыв её начала есть. И как это возможно, тут же труп рядом? Развернувшись, я пошел к бойцам, которые внимательно рассматривали монстра.
Астар и три незнакомых мне оборотня прибывают очень быстро. Они внимательно рассматривают монстра, а потом осторожно перекладывают его в специальный мешок и кладут на носилки с колесами, которые принесли с собой. Кровь засыпают каким-то порошком, а потом сгребают образовавшуюся жидкую массу в совок и заворачивают его в другой мешок. Я наблюдаю за Астаром, он пытается увидеть проход, точно так же как говорила мне Мадина, смотрит глазами зверя на уступ и немного скашивает их, у него получается с первого раза, кивает головой, как будто подтверждая свои выводы, и подзывает одного из оборотней. На оборотнях защитные комбинезоны без знаков отличия, все они псы и я их точно никогда не видел в пещере, и даже запаха их никогда не чувствовал. А дальше происходит самое интересное, из рюкзака оборотень достает баллончик с жидким пластиком и начинает поливать место прохода, потом достает ещё один и опять полностью выливает его. Но ведь невозможно заделать пространственный проход пластиком, это же прокол в оболочке мира, если он сквозь горные породы прошел, то пластик ему вообще нипочем.
- Это чтобы отметить место, - тихо произносит Астар, подходя ко мне, - завтра прибудут ученые и поставят заплатку на оболочку, у нас нет ни материалов, ни специалистов.
Теперь мне все понятно. Монстра увозят на носилках, мы медленно идем по туннелю. Разговаривать не хочется. Я никогда не сомневался, что монстры существуют, что они периодически появляются в горах, но пока собственным глазами не увидел, не осознал, какую опасность они представляют. Один такой зверь может убить несколько десятков оборотней, он сильнее нас, его костяные наросты не пробивают простые пули, только специальные из прочного сплава и разрывные или холодное оружие из специального сплава, но, только если воткнуть его в живот, где костяные наросты тоньше. И судя по его когтям и зубам, он страшный хищник, который питается всем что движется, а ещё у него нет сострадания и жалости, а только инстинкты и он будет убивать любыми доступными способами, грязными, подлыми и жестокими.
- Таир, - тихо прошептал Бенед, - как она может чувствовать смерть? Разве смерть пахнет или шумит или ещё как-то проявляет себя, это же просто слово?
- Мы ничего не знаем о людях, может, они много чего чувствуют, но нам было всегда это неинтересно, - ответил я, - может и хорошо, меньше знаешь, легче живется.
Когда мы выходим из туннеля, Астар отдает приказ всем отдыхать, а к вечеру переслать ему отчеты о выполнении учебного задания, а Мадине говорит, что она знает, что нужно делать. Она не отвечает, пожимает плечами и улыбается. И все эмоции, мимолетная улыбка и пожатие плеч, взгляд как был равнодушным и холодным таким и остался. А мне становится интересно, какое событие может вывести её из себя, может устроить провокацию? Но я тут же отметаю эту идею, она просто достанет пистолет и выстрелит, без эмоций, с холодными равнодушными глазами.
Два дня спустя. Мадина.
Отчеты составлены, отдых закончен и начинаются трудовые будни. Сегодня мы будем разбирать ошибки при выполнении учебной задачи на полевых учениях. Астар все так же гоняет отряд на тренировках, я все так же наблюдаю за ними из окна. Что касается прохода, то ученые прибыли на следующий день и Астар ушел вместе с ними в туннели, они пробыли там до вечера, а потом сразу улетели, прихватив с собой тело монстра. В этот день вечерней тренировки у бойцов не было, Астар отдыхал, я же занялась вязанием, ещё один толстый и теплый свитер не помешает. Скоро опять полевые учения, теорию они практически прошли, осталось только довести на учениях их действия до автоматизма, чтобы не раздумывали, а действовали на рефлексах. Этот год будут одни полевые учения разбор ошибок подготовка к новой операции и опять учения, а ещё тестирование по тактике, стратегии, физическая и военная подготовка. Азалия так и не вернулась в пещеру, но Астар как-то проговорился, что никуда служба от неё не денется, её отправили на переподготовку и она вернется сюда обязательно, в другое место её уже не пошлют, доверие утеряно и будет она служить в пещере до самого ухода на заслуженный отдых.
Я зашла в учебный класс, когда все бойцы были уже в сборе, Астар настраивал аппаратуру для просмотра видеоматериала по полевым учениям, все молчали и ждали. Передав анализ проведенной учебной операции Астару, я ещё набросала тесты для бойцов, пусть немного подтянут теорию по стратегии. Нет, сами учения прошли вполне прилично, если не считать того, что будь это настоящий бой, половина отряда бы лежала мертвой. Я понимаю, что они знали о том, что в захватываемом объекте нет никого и потому не боялись поднимать во весь рост, но так они и в бою могут забыть об этом и принять его за учебный. Даже если это учения, то действовать бойцы должны как в боевой обстановке, чтобы выработался нужный рефлекс, иначе толку от полевых учений никакого.
А потом начался разбор ошибок, Астар останавливал запись, вставал и громко озвучивал ошибки, оборотни периодически пытались оправдываться, возмущаться и даже рычать, но он их доводы и оправдания игнорировал и опять напоминал им об ошибках. Я делала заметки в блокноте, и замечала, как бойцы косились в мою сторону. Одни прожигали меня злыми взглядами, а Таир и Бенед смотрели с любопытством. И что их вдруг любопытство пробрало?
- Почему бы наблюдателю не пойти в следующий раз с нами и сразу не указывать на наши ошибки? – Спросил Таир, когда Астар закончил с видеоматериалами.
- А в бой она тоже с вами ходить будет и на патрулирование и на разведку и каждый раз указывать на ваши ошибки? – Спросил Астар, - так не пойдет, вы должны сами их видеть и исправлять если не будет слишком поздно, а лучше не совершать, для того и приставлен наблюдатель со стороны, чтобы во время учебного процесса указать вам на ошибки. Потом будет поздно, ошибетесь, погибнете либо сами, либо ваши товарищи.
- Хорошо, но во время учебного боя можно же подсказать, чтобы мы поняли, что делаем не так? – Опять спросил Таир и повернулся ко мне.
- Можно, но не с вами, - ответила я, - с вами такая тактика не сработает, вы исправитесь сейчас, но в следующий раз сделаете те же ошибки. Вы должны сами их видеть, а не ждать когда я увижу и укажу на них.
- Откуда ты можешь знать, какая тактика с нами сработает, а какая нет? – Воскликнул Дан.
- Но с тобой же моя тактика сработала и у тебя больше даже мысли не возникает сделать мне непристойное предложение, - пожав плечами, ответила я.
Дан зарычал и принял угрожающую стойку, глаза его стали волчьим, клыки удлинились. Я достала пистолет и направила ему в грудь.
- Если скажешь, что я не выстрелю, получишь пулю в грудь, если скажешь, стреляй, получишь пулю в живот - спокойно сказала я.
Таир загородил Дана своей спиной и тихо произнес:
- Мадина опусти пистолет….
При этом глаза у него были волчьи, и клыки выглядывали из-под губ. Он проверял меня. Что хотел узнать, что проверить, в чем убедится? Но манипулировать собой я не позволю никому, иначе меня никогда не будут воспринимать всерьез. За мозги в стаях оборотней ценят мало, большую ценность имеет твердость духа и сила. И я выстрелила ему в ногу, там где нет кости, через два часа он будет как новенький. Он пошатнулся, но Дан придержал его, и осторожно посадил на стул.
- Проверил, узнал, что хотел? – Спросила я, вставая с места и направляясь к двери.
- Узнал, - зарычал он.
- Сегодня усиленная тренировка до самого отбоя и ночной подъем по тревоге, - услышала я голос Астара, когда закрывала дверь класса.
Спасибо ему за заступничество, пусть оборотни побегают, и ночь не поспят, может добрее станут. Хотя я точно знаю, что эффект будет противоположным.
Две недели спустя. Мадина.
Завтра опять начнутся полевые учения теперь двухдневные, я взяла на складе одноместную специальную палатку, два одеяла и сухой паек на трое суток, мало ли вдруг проголодаюсь. Выходить мне нужно в полночь, отряд выйдет рано утром. Неделю мы готовили план операции, в этот раз ошибок при планировании практически не было, мелкие недочеты не в счет. Бойцы после того выстрела меня игнорировали, видимо Таир обиделся, а они из солидарности с ним делали вид, что меня нет. Такая обстановка даже радовала, я сидела в углу класса, делала заметки, а потом передавала их Астару. Он такое поведение бойцов не приветствовал, но им претензий не высказывал, понимал, что бесполезно, зато отрывался на тренировках. Гонял их и утром и днем и даже пару раз устраивал учебную тревогу по ночам, но бойцы упрямились. Астар тоже умел быть настойчивым, а ещё он не хотел упасть лицом в грязь перед Кауром и готов был в лепешку расшибиться, но сделать из этих бойцов идеальных солдат. Я же наблюдала со стороны за битвой характеров и делала заметки, кстати, очень интересное занятие наблюдать за молчаливым противостоянием. Молодые волки против старого опытного пса, хоть диссертацию по психологии пиши, очень занимательная тема, нужно будет переправить свои наблюдения моему учителю по психологии и психоанализу в закрытой школе, он просил не забывать о нем, присылать свои наблюдения, они пригодятся для будущих учебных занятий. Теория и научные изыскания это прекрасный материал для изучения, а практика это бесценный опыт и изучать его нужно обязательно.
Последний раз проверив снаряжение, оружие и карты местности, я закрыла дверь своей комнаты и пошла ко входу в туннель. Мне опять придется идти по подземным коридорам, а потом по поверхности, ещё предстоит восхождение на вершину. Склон у неё почти пологий и специальные приспособления не понадобятся, но наблюдение я буду вести из небольшой пещеры, которая укроет меня от ветра и снега, в данный момент это очень актуально, на поверхности сезон лавин и снегопадов, погода будет непредсказуемой. Сейчас у отряда задача сложная, но выполнимая, если они будут действовать согласно, разработанному плану. Они знают только квадрат, где может находиться объект и им предстоит сначала провести разведку, а потом захватить объект, если его обнаружат. Астар поставил специальный маяк и сигнальные мины и если бойцы не снимут предохранители и не разминируют подходы к объекту, то маяк будет уничтожен, объект условно взорван и задание провалено. Взрыва, конечно, не будет, но как мины детонируют, я услышу и увижу, поднимется небольшой столб снега. Надеюсь, что все-таки Астар их чему-то научил, несмотря на их отчаянное сопротивление впитыванию знаний.
Мадина.
Пока дошла до пещеры взмокла, слишком много оборудования и снаряжения пришлось нести на себе, пришлось внутри пещеры ставить палатку и переодеваться в сухое белье. Потом я устанавливала наблюдательное оборудование, потом кушала и у меня осталось ещё два часа на отдых, оборотни подойдут к назначенному квадрату примерно в это время и это я ещё убавила немного, вдруг они решат бежать до места учений, физическая подготовка у них на высшем уровне, благодаря Астару….
Разведку отряд провел грамотно, от плана не отступали, внесли на месте небольшие коррективы, но так всегда бывает. Объект они обнаружили к вечеру, долго присматривались, изучали подходы, в общем не торопились, что стратегически верно. Когда спустились сумерки, они отошли за гору и с подветренной стороны установили палатки. Дальше я наблюдать не стала, меня знобило, будет снег или буря, я всегда так реагировала на погоду, а может на меня так влияет горный воздух, в пещере же нет ни сквозняков, ни ветра и температура там поддерживается оптимальная для жизни, а тут полный набор и ветер, и снег и холод. Завернувшись в два одеяла, я заснула, нужно встать с рассветом и приготовится к наблюдению.
Таир.
Задание мы провалили, сработало две мины, и маяк был уничтожен. То, что вечером выпал снег, все разведанные нами проходы завалило и пришлось искать новые, не оправдание. Это, только победителей не судят, а проигравших наказывают строго. Мы сидели в снегу, смотрели на сгоревший маяк и думали, чем нам это грозит? То, что Астар увеличит нагрузки на тренировках, такие мелочи. Старый пес будет изгаляться над нами пока мы не завоем, он будет давить и физически и морально, опять будут тесты, опять полевые учения и ночные тревоги, удавится что ли? Ещё целый год, нет, чуть меньше, но ему хватит времени, насладится своей властью и местью. Вот интересно, ему не жалко нас? Самого же так гоняли в молодости, наверно, ещё и хлеще, а сколько теории ему пришлось выучить? Нет у него сострадания к молодым оборотням.
- Таир, - тихо спросил Орес, - ты чувствуешь её.
- Чувствую, она совсем рядом только…- я замолчал и начал прислушиваться к своим ощущениям, что-то не так, совсем не так в прошлый раз было по-другому. Достав рацию, я набрал Астара.
- Что случилось? - Послышался его голос.
- Скинь мне координаты наблюдателя и посмотри, она двигается, - потребовал я.
Несколько минут молчания, а потом взволнованный голос отвечает:
- Она на месте, но что-то не так датчик здоровья на маячке зашкаливает, сейчас зачитаю координаты места наблюдения, - я разворачиваю карту, прижимаю к уху рацию и отмечаю специальным карандашом точку. Потом вбиваю координаты в навигатор и прокладываю маршрут.
- Таир посмотри на запад! – Отвлекает меня Гриор.
Поворачиваю голову и вижу темную тяжелую тучу, которая медленно плывет на нас и уже усилился ветер.
- Астар мы за наблюдателем. Похоже нам придется задержаться, идет буря или снегопад, лучше нам пересидеть это время.
- Докладывай, как доберешься до места, - приказывает он и отключается.
- Он что и датчик здоровья в её маячок поставил, так заботится, - усмехаясь, проговорил Дан.
- Я знаю почему ты так злишься, бери пример с меня, я тоже получил от неё пулю, но не злюсь, - ответил я и, подхватив рюкзак двинулся в сторону горы, - быстрее, до пещеры наблюдателя три километра, а туча плывет быстро.
- Ты другое дело, а меня она с первой встречи невзлюбила, - проворчал Дан.
- А ты думаешь, я ей нравлюсь, ошибаешься, она холодная как льдина, непрошибаемая, даже улыбается скупо, только губами, глаза всегда холодные и равнодушные, ей никто не нравиться, должность не позволяет проявлять эмоции. Она должна быть беспристрастным наблюдателем, холодной, отрешенной куклой, механически делая свою работу, - ответил я.
- Ты не прав Таир, - сказал, подслушивающий наш диалог Орис, - она просто хорошо себя контролирует, её так психологически настроили в школе.
- Нужно звонить Астару, пусть приводит группу зачистки и специалистов по ликвидации проходов, слишком близко он от пещеры, - сказала она и достала из бокового кармана рацию.
Долго она разговаривать не стала, назвала код опасности, сказала, что один труп и закончила разговор, потом отошла на небольшое расстояние сняла свой рюкзак и, прислонившись к стене, присела на корточки. Я наблюдал, как она достала галеты и банку с паштетом, и быстро открыв её начала есть. И как это возможно, тут же труп рядом? Развернувшись, я пошел к бойцам, которые внимательно рассматривали монстра.
***
Астар и три незнакомых мне оборотня прибывают очень быстро. Они внимательно рассматривают монстра, а потом осторожно перекладывают его в специальный мешок и кладут на носилки с колесами, которые принесли с собой. Кровь засыпают каким-то порошком, а потом сгребают образовавшуюся жидкую массу в совок и заворачивают его в другой мешок. Я наблюдаю за Астаром, он пытается увидеть проход, точно так же как говорила мне Мадина, смотрит глазами зверя на уступ и немного скашивает их, у него получается с первого раза, кивает головой, как будто подтверждая свои выводы, и подзывает одного из оборотней. На оборотнях защитные комбинезоны без знаков отличия, все они псы и я их точно никогда не видел в пещере, и даже запаха их никогда не чувствовал. А дальше происходит самое интересное, из рюкзака оборотень достает баллончик с жидким пластиком и начинает поливать место прохода, потом достает ещё один и опять полностью выливает его. Но ведь невозможно заделать пространственный проход пластиком, это же прокол в оболочке мира, если он сквозь горные породы прошел, то пластик ему вообще нипочем.
- Это чтобы отметить место, - тихо произносит Астар, подходя ко мне, - завтра прибудут ученые и поставят заплатку на оболочку, у нас нет ни материалов, ни специалистов.
Теперь мне все понятно. Монстра увозят на носилках, мы медленно идем по туннелю. Разговаривать не хочется. Я никогда не сомневался, что монстры существуют, что они периодически появляются в горах, но пока собственным глазами не увидел, не осознал, какую опасность они представляют. Один такой зверь может убить несколько десятков оборотней, он сильнее нас, его костяные наросты не пробивают простые пули, только специальные из прочного сплава и разрывные или холодное оружие из специального сплава, но, только если воткнуть его в живот, где костяные наросты тоньше. И судя по его когтям и зубам, он страшный хищник, который питается всем что движется, а ещё у него нет сострадания и жалости, а только инстинкты и он будет убивать любыми доступными способами, грязными, подлыми и жестокими.
- Таир, - тихо прошептал Бенед, - как она может чувствовать смерть? Разве смерть пахнет или шумит или ещё как-то проявляет себя, это же просто слово?
- Мы ничего не знаем о людях, может, они много чего чувствуют, но нам было всегда это неинтересно, - ответил я, - может и хорошо, меньше знаешь, легче живется.
***
Когда мы выходим из туннеля, Астар отдает приказ всем отдыхать, а к вечеру переслать ему отчеты о выполнении учебного задания, а Мадине говорит, что она знает, что нужно делать. Она не отвечает, пожимает плечами и улыбается. И все эмоции, мимолетная улыбка и пожатие плеч, взгляд как был равнодушным и холодным таким и остался. А мне становится интересно, какое событие может вывести её из себя, может устроить провокацию? Но я тут же отметаю эту идею, она просто достанет пистолет и выстрелит, без эмоций, с холодными равнодушными глазами.
Глава 9
Два дня спустя. Мадина.
Отчеты составлены, отдых закончен и начинаются трудовые будни. Сегодня мы будем разбирать ошибки при выполнении учебной задачи на полевых учениях. Астар все так же гоняет отряд на тренировках, я все так же наблюдаю за ними из окна. Что касается прохода, то ученые прибыли на следующий день и Астар ушел вместе с ними в туннели, они пробыли там до вечера, а потом сразу улетели, прихватив с собой тело монстра. В этот день вечерней тренировки у бойцов не было, Астар отдыхал, я же занялась вязанием, ещё один толстый и теплый свитер не помешает. Скоро опять полевые учения, теорию они практически прошли, осталось только довести на учениях их действия до автоматизма, чтобы не раздумывали, а действовали на рефлексах. Этот год будут одни полевые учения разбор ошибок подготовка к новой операции и опять учения, а ещё тестирование по тактике, стратегии, физическая и военная подготовка. Азалия так и не вернулась в пещеру, но Астар как-то проговорился, что никуда служба от неё не денется, её отправили на переподготовку и она вернется сюда обязательно, в другое место её уже не пошлют, доверие утеряно и будет она служить в пещере до самого ухода на заслуженный отдых.
Я зашла в учебный класс, когда все бойцы были уже в сборе, Астар настраивал аппаратуру для просмотра видеоматериала по полевым учениям, все молчали и ждали. Передав анализ проведенной учебной операции Астару, я ещё набросала тесты для бойцов, пусть немного подтянут теорию по стратегии. Нет, сами учения прошли вполне прилично, если не считать того, что будь это настоящий бой, половина отряда бы лежала мертвой. Я понимаю, что они знали о том, что в захватываемом объекте нет никого и потому не боялись поднимать во весь рост, но так они и в бою могут забыть об этом и принять его за учебный. Даже если это учения, то действовать бойцы должны как в боевой обстановке, чтобы выработался нужный рефлекс, иначе толку от полевых учений никакого.
А потом начался разбор ошибок, Астар останавливал запись, вставал и громко озвучивал ошибки, оборотни периодически пытались оправдываться, возмущаться и даже рычать, но он их доводы и оправдания игнорировал и опять напоминал им об ошибках. Я делала заметки в блокноте, и замечала, как бойцы косились в мою сторону. Одни прожигали меня злыми взглядами, а Таир и Бенед смотрели с любопытством. И что их вдруг любопытство пробрало?
- Почему бы наблюдателю не пойти в следующий раз с нами и сразу не указывать на наши ошибки? – Спросил Таир, когда Астар закончил с видеоматериалами.
- А в бой она тоже с вами ходить будет и на патрулирование и на разведку и каждый раз указывать на ваши ошибки? – Спросил Астар, - так не пойдет, вы должны сами их видеть и исправлять если не будет слишком поздно, а лучше не совершать, для того и приставлен наблюдатель со стороны, чтобы во время учебного процесса указать вам на ошибки. Потом будет поздно, ошибетесь, погибнете либо сами, либо ваши товарищи.
- Хорошо, но во время учебного боя можно же подсказать, чтобы мы поняли, что делаем не так? – Опять спросил Таир и повернулся ко мне.
- Можно, но не с вами, - ответила я, - с вами такая тактика не сработает, вы исправитесь сейчас, но в следующий раз сделаете те же ошибки. Вы должны сами их видеть, а не ждать когда я увижу и укажу на них.
- Откуда ты можешь знать, какая тактика с нами сработает, а какая нет? – Воскликнул Дан.
- Но с тобой же моя тактика сработала и у тебя больше даже мысли не возникает сделать мне непристойное предложение, - пожав плечами, ответила я.
Дан зарычал и принял угрожающую стойку, глаза его стали волчьим, клыки удлинились. Я достала пистолет и направила ему в грудь.
- Если скажешь, что я не выстрелю, получишь пулю в грудь, если скажешь, стреляй, получишь пулю в живот - спокойно сказала я.
Таир загородил Дана своей спиной и тихо произнес:
- Мадина опусти пистолет….
При этом глаза у него были волчьи, и клыки выглядывали из-под губ. Он проверял меня. Что хотел узнать, что проверить, в чем убедится? Но манипулировать собой я не позволю никому, иначе меня никогда не будут воспринимать всерьез. За мозги в стаях оборотней ценят мало, большую ценность имеет твердость духа и сила. И я выстрелила ему в ногу, там где нет кости, через два часа он будет как новенький. Он пошатнулся, но Дан придержал его, и осторожно посадил на стул.
- Проверил, узнал, что хотел? – Спросила я, вставая с места и направляясь к двери.
- Узнал, - зарычал он.
- Сегодня усиленная тренировка до самого отбоя и ночной подъем по тревоге, - услышала я голос Астара, когда закрывала дверь класса.
Спасибо ему за заступничество, пусть оборотни побегают, и ночь не поспят, может добрее станут. Хотя я точно знаю, что эффект будет противоположным.
Две недели спустя. Мадина.
Завтра опять начнутся полевые учения теперь двухдневные, я взяла на складе одноместную специальную палатку, два одеяла и сухой паек на трое суток, мало ли вдруг проголодаюсь. Выходить мне нужно в полночь, отряд выйдет рано утром. Неделю мы готовили план операции, в этот раз ошибок при планировании практически не было, мелкие недочеты не в счет. Бойцы после того выстрела меня игнорировали, видимо Таир обиделся, а они из солидарности с ним делали вид, что меня нет. Такая обстановка даже радовала, я сидела в углу класса, делала заметки, а потом передавала их Астару. Он такое поведение бойцов не приветствовал, но им претензий не высказывал, понимал, что бесполезно, зато отрывался на тренировках. Гонял их и утром и днем и даже пару раз устраивал учебную тревогу по ночам, но бойцы упрямились. Астар тоже умел быть настойчивым, а ещё он не хотел упасть лицом в грязь перед Кауром и готов был в лепешку расшибиться, но сделать из этих бойцов идеальных солдат. Я же наблюдала со стороны за битвой характеров и делала заметки, кстати, очень интересное занятие наблюдать за молчаливым противостоянием. Молодые волки против старого опытного пса, хоть диссертацию по психологии пиши, очень занимательная тема, нужно будет переправить свои наблюдения моему учителю по психологии и психоанализу в закрытой школе, он просил не забывать о нем, присылать свои наблюдения, они пригодятся для будущих учебных занятий. Теория и научные изыскания это прекрасный материал для изучения, а практика это бесценный опыт и изучать его нужно обязательно.
Последний раз проверив снаряжение, оружие и карты местности, я закрыла дверь своей комнаты и пошла ко входу в туннель. Мне опять придется идти по подземным коридорам, а потом по поверхности, ещё предстоит восхождение на вершину. Склон у неё почти пологий и специальные приспособления не понадобятся, но наблюдение я буду вести из небольшой пещеры, которая укроет меня от ветра и снега, в данный момент это очень актуально, на поверхности сезон лавин и снегопадов, погода будет непредсказуемой. Сейчас у отряда задача сложная, но выполнимая, если они будут действовать согласно, разработанному плану. Они знают только квадрат, где может находиться объект и им предстоит сначала провести разведку, а потом захватить объект, если его обнаружат. Астар поставил специальный маяк и сигнальные мины и если бойцы не снимут предохранители и не разминируют подходы к объекту, то маяк будет уничтожен, объект условно взорван и задание провалено. Взрыва, конечно, не будет, но как мины детонируют, я услышу и увижу, поднимется небольшой столб снега. Надеюсь, что все-таки Астар их чему-то научил, несмотря на их отчаянное сопротивление впитыванию знаний.
***
Мадина.
Пока дошла до пещеры взмокла, слишком много оборудования и снаряжения пришлось нести на себе, пришлось внутри пещеры ставить палатку и переодеваться в сухое белье. Потом я устанавливала наблюдательное оборудование, потом кушала и у меня осталось ещё два часа на отдых, оборотни подойдут к назначенному квадрату примерно в это время и это я ещё убавила немного, вдруг они решат бежать до места учений, физическая подготовка у них на высшем уровне, благодаря Астару….
***
Разведку отряд провел грамотно, от плана не отступали, внесли на месте небольшие коррективы, но так всегда бывает. Объект они обнаружили к вечеру, долго присматривались, изучали подходы, в общем не торопились, что стратегически верно. Когда спустились сумерки, они отошли за гору и с подветренной стороны установили палатки. Дальше я наблюдать не стала, меня знобило, будет снег или буря, я всегда так реагировала на погоду, а может на меня так влияет горный воздух, в пещере же нет ни сквозняков, ни ветра и температура там поддерживается оптимальная для жизни, а тут полный набор и ветер, и снег и холод. Завернувшись в два одеяла, я заснула, нужно встать с рассветом и приготовится к наблюдению.
***
Таир.
Задание мы провалили, сработало две мины, и маяк был уничтожен. То, что вечером выпал снег, все разведанные нами проходы завалило и пришлось искать новые, не оправдание. Это, только победителей не судят, а проигравших наказывают строго. Мы сидели в снегу, смотрели на сгоревший маяк и думали, чем нам это грозит? То, что Астар увеличит нагрузки на тренировках, такие мелочи. Старый пес будет изгаляться над нами пока мы не завоем, он будет давить и физически и морально, опять будут тесты, опять полевые учения и ночные тревоги, удавится что ли? Ещё целый год, нет, чуть меньше, но ему хватит времени, насладится своей властью и местью. Вот интересно, ему не жалко нас? Самого же так гоняли в молодости, наверно, ещё и хлеще, а сколько теории ему пришлось выучить? Нет у него сострадания к молодым оборотням.
- Таир, - тихо спросил Орес, - ты чувствуешь её.
- Чувствую, она совсем рядом только…- я замолчал и начал прислушиваться к своим ощущениям, что-то не так, совсем не так в прошлый раз было по-другому. Достав рацию, я набрал Астара.
- Что случилось? - Послышался его голос.
- Скинь мне координаты наблюдателя и посмотри, она двигается, - потребовал я.
Несколько минут молчания, а потом взволнованный голос отвечает:
- Она на месте, но что-то не так датчик здоровья на маячке зашкаливает, сейчас зачитаю координаты места наблюдения, - я разворачиваю карту, прижимаю к уху рацию и отмечаю специальным карандашом точку. Потом вбиваю координаты в навигатор и прокладываю маршрут.
- Таир посмотри на запад! – Отвлекает меня Гриор.
Поворачиваю голову и вижу темную тяжелую тучу, которая медленно плывет на нас и уже усилился ветер.
- Астар мы за наблюдателем. Похоже нам придется задержаться, идет буря или снегопад, лучше нам пересидеть это время.
- Докладывай, как доберешься до места, - приказывает он и отключается.
- Он что и датчик здоровья в её маячок поставил, так заботится, - усмехаясь, проговорил Дан.
- Я знаю почему ты так злишься, бери пример с меня, я тоже получил от неё пулю, но не злюсь, - ответил я и, подхватив рюкзак двинулся в сторону горы, - быстрее, до пещеры наблюдателя три километра, а туча плывет быстро.
- Ты другое дело, а меня она с первой встречи невзлюбила, - проворчал Дан.
- А ты думаешь, я ей нравлюсь, ошибаешься, она холодная как льдина, непрошибаемая, даже улыбается скупо, только губами, глаза всегда холодные и равнодушные, ей никто не нравиться, должность не позволяет проявлять эмоции. Она должна быть беспристрастным наблюдателем, холодной, отрешенной куклой, механически делая свою работу, - ответил я.
- Ты не прав Таир, - сказал, подслушивающий наш диалог Орис, - она просто хорошо себя контролирует, её так психологически настроили в школе.
