Нина довольно хмыкнула про себя: ничего, пусть подумает, ему полезно. Может, что интересное надумает.
Сама Нина тоже погрузилась в размышления. Природа за окном ее не интересовала, – Нина не особо любила природу – карету трясло не очень сильно. Можно было и немного поразмышлять о ситуации, о будущем, о родственниках.
Если в родне Нины действительно были боги, то, значит, или мать, или отец, прямые потомки? Или же даже дети богов? И в то, и в другое Нине верилось слабо. Оба детдомовские, они, по мнению Нины. Сошлись только на этой почве, сделали ребенка, поняли, что не могут жить вместе, слишком мало общего, и разбежались через несколько лет брака. Никакой информации об их родителях не имелось. Обоих подкинули в младенчестве. Фамилии были простыми, не диковинными. В общем, зацепиться не за что. Да и не хотели ни мать, ни отец пытаться разыскивать родню.
Нина настолько погрузилась в свои мысли, что не заметила, как уснула. Проснулась она от встряски, несильной, но чувствительной.
- Приехали, просыпайтесь, - послышался над головой голос жениха.
Ах, так вот кто ее тряс…
- Отпустите, - пробормотала Нина, борясь с зевотой.
Тихий смешок. И руки исчезли с плеч.
Нина открыла глаза, сонно поморгала немного, осознала, что карета стоит, а дверца открыта, и выглянула наружу. Они стояли на мощенной крупном камнем площадке возле здания, построенного наполовину из камня, наполовину из дерева.
«Русалочий омут», - гласила вывеска. Постоялый двор, что ли?
Нина вылезла из кареты, огляделась. Рядом – только жених. Охрана и кучер куда-то сбежали. Напротив здания – ворота и забор. Да, похоже, действительно местный аналог кафе, то бишь постоялый двор.
- Поедим, и можно будет искать ваших рабочих, - сообщил с легкой иронией в голосе жених.
Поесть? Да, поесть надо было. Как же без еды? Вот только Нина, приученная к правилам гигиены, сильно сомневалась в чистоте местной посуды и качестве блюд. Она и в замковой еде сомневалась, а уж в этой…
Желудок протестующе заурчал, словно уточняя, не сошла ли с ума его хозяйка: думать о гигиене, когда они не ели с самого утра! А из здания, между прочим, доносились умопомрачительные ароматы!
Нина вздохнула: что ж, остается надеяться, что магия этого мира лечит многие заболевания.
- Вы идете? – уточнил жених, все это время внимательно за ней наблюдавший. – Или вернетесь в карету?
Идет, куда ж она денется. Есть-то надо. Пусть и на постоялом дворе.
Постоялый двор «Русалочий омут» ничем не отличался от десятков дворов, на которых Эрик бывал во время службы в армии. Те же грубо сколоченные столы и лавки, тот же запах мясной похлебки – единственного блюда, которое готовилось практически по одинаковому рецепту во всех уголках империи. Даже вышибалы-тролли, и те почти что братья-близнецы виденным ранее, в других тавернах.
Официант, высокий зеленокожий парень с выступающими из-под передней губы клыками, явно полуорк-полувампир, принял заказ, уважительно склонился перед Эриком и удалился. Нейну он даже не удостоил взглядом, сразу по внешнему виду оценив платежеспособность их обоих. В этот раз он, конечно, ошибся: у плохо одетой аристократки деньги были. Непонятно, правда, откуда, но были.
Впрочем, чужие взгляды ее не интересовали: она сама с интересом рассматривала все вокруг. Как будто первый раз на постоялый двор попала. И этот факт еще раз убедил Эрика в том, что перед ним не сама Нейна, а женщина из другого мира. Истеричная невеста, та, настоящая, должна была несколько раз, но побывать в городе за всю свою жизнь. Эта же не скрывала своего любопытства.
Горячая мясная похлебка вместе с ломтями белого хлеба и плескавшимся в кружке сидром утолила голод на следующие три-четыре часа. Потом можно будет наведаться сюда повторно. Пока же…
Эрик посмотрел на свою спутницу:
- Вы наелись?
Она уверенно кивнула:
- Да, здесь сытная еда.
- Отлично.
Три серебрушки и семь медяков – плата за стол – перекочевали в руки зеленокожему пареньку. Через несколько минут Эрик с Нейной в сопровождении двоих охранников вышли со двора и направились вглубь города.
Нанимали работников в провинции обычно на главной площади города. Правда, везде существовало свое расписание, нельзя было появиться в городе в любой день и тут же заполучить себе нужных существ. И Эрик понятия не имел, какое расписание в этом городе. Но молчал. Шел и молчал. Пусть дражайшая невестка сама шишки набьет. Так уроки жизни лучше учатся. А то словам Эрика она может не поверить, решит, что он намеренно ей препятствует. Вот и пускай разбирается со всем сама. А Эрик всего лишь проследит, чтобы наследство не уплыло в загребущие руки местной знати.
Как и ожидал Эрик, на площади сегодня было пусто. Невеста покрутилась на месте, затем буквально поймала за рукав местного жителя и уточнила, где все. Ей, видите ли, рабочих нанять надо, а вокруг никого.
- Так завтра же, рисса, - любезно просветил ее житель, сухонький мужичок старше Эрика. – Завтра с восхода солнца.
Невеста отпустила рукав мужика и повернулась к Эрику:
- Вы знали.
Не вопрос. Обвинение.
- Откуда? – удивился он. – Я в этих местах никогда раньше не появлялся.
Если бы взгляд мог убивать, от Эрика остался бы только пепел.
А так невеста всего лишь развернулась и отправилась обратно, к постоялому двору.
Сволочь! Скотина! Наглец! Самовлюбленный урод! Нина последними словами крыла жениха, чуть ли не печатая шаг по каменной мостовой. Он ведь знал! В этом Нина была твердо уверена! Он знал, что ничего не получится с набором рабочих! Но поехал с ней, как надсмотрщик! Ну ничего, пусть, пусть порадуется несколько минут! Нина так легко сдаваться не собиралась! Завтра? Будет вам завтра. Они останутся на ночь в этом средневековом городе и переночуют на постоялом дворе без удобств! А завтра Нина, с самого утра, выберет нужных ей существ и вернется в замок!
С такими мыслями Нина подошла к постоялому двору. Жених шел рядом с ней, но его она предпочла не замечать. Обойдется!
- Хозяин! – буквально гаркнула выведенная из себя Нина, едва переступив порог заведения.
Хозяином оказался высокий мускулистый тролль, насколько Нина успела выучить местные расы. Этакая гора мускулов, стоявшая перед ней в светло-коричневой форме и широком кожаном фартуке мясника. При виде Нины он лишь склонил голову, давая понять, что в его иерархии она находится между служанкой и дочерью небогатого торговца. Если бы не сволочной жених за спиной, на Нину вообще могли не обратить внимания.
Раздраженная классовыми предрассудками, Нина приказала резче, чем намеревалась:
- Две комнаты, мне и моему спутнику, на ночь. И обустройте моих слуг.
- Как прикажете, рисса, - и ни малейшего намека на уважительность в голосе. Сволочи! Уроды!
- Приказываю, - дернула плечом Нина, взбешенная всей ситуацией в целом. – Куда идти? Где я могу отдохнуть?!
Тролль вызвал служанку, та, веселая, бойкая девица, проводила Нину по скрипучей деревянной лестнице наверх, в одну из скудно обустроенных комнат.
Нина с размаху уселась на кровать и мрачно выругалась.
- В местном обществе аристократы так не выражаются. – иронично сообщили ей от двери.
Нине не нужно было даже поворачиваться, чтобы узнать говорившего.
- Пусть сначала уважать научатся этих самых аристократов,- отрезала Нина.
- А я говорил: вы слишком скромно одеты.
У Нины зачесался язык выругаться вторично. Но вместо этого она спросила:
- Есть здесь магазин или лавка готового платья?
- Есть, хотя такие наряды популярностью здесь не пользуются.
- А найти там одежду лучше этой можно?
- Думаю, да. Сейчас пойдете?
Нина поднялась.
- Именно. Достали, сволочи.
- Вы же отдохнуть хотели? – издевка в голосе.
Нина обернулась, смерила наглого жениха с ног до головы внимательным взглядом:
- С вами рядом это не отдых, а пытка.
- Если вы отправитесь одна, работники лавки вызовут сотрудников правопорядка, и вас посадят, как воровку, - а в голосе – сарказм пополам с довольством. Вот же урод! Ему явно нравится все происходящее!
Нина все же выразилась повторно, не особо цензурно.
Эрику доставляло удовольствие подначивать женщину из другого мира. Он все ясней представлял себе ее характер: не особо приветливый, замкнутый, может, даже нелюдимый. Что ж, она вела себя так, как и должна была вести самоуверенная старая дева-синий чулок. Никто ей не указ, все должны подчиняться, и вообще, откуда столько препятствий на пути?
Такие существа очень редко просят о помощи. И если бы не наследство, Эрик, пожалуй, не стал бы вмешиваться – позволил бы стражам схватить ее, как самозванку. Но увы, сад починялся ей. Значит, она почти вступила в права наследования. И Эрику необходимо было жениться на ней, если он хотел исполнить свою мечту.
В провинциальных городках лавок готовой одежды было мало, в данном городке – всего одна. За ее прилавком стояла молодая симпатичная эльфийка, одетая модно и ярко. Декольте ее синего платья так и притягивало взгляд Эрика. Но надо было одевать невеста, стоявшую рядом злобной ведьмой.
- Модные платья для моей невесты, – наконец-то оторвавшись от груди не меньше четвертого размера, приказал Эрик.
В глазах эльфийки появилось разочарование.
- Как прикажете, рисс, - промурлыкала она. И уже невесте, тем же нежным тоном, чтобы не дай боги не оскорбить, - прошу за мной, рисса.
Девушки ушли в соседнее помещение. Эрик отвернулся и уставился в окно. Глубокая провинция. Наверное, и магические шары по ночам на улицах не зажигают – экономят магически заряды. Для чего Торну понадобилось перенести сюда женщину из другого мира? Что он хотел этим сказать? И кому? Ей или Эрику? Слишком много вопросов. Слишком мало данных. Эрик вполне мог предположить, что предок решил наказать его за разгульную жизнь и поэтому вселил в невесту другую женщину. Но тогда почему этой женщине починялось чужое имущество? И что, Бездна всех подери, вообще происходит?!
- Рисс, - послышалось робкое за спиной.
Эрик повернулся. Эльфийка вывела невесту. Все же наряды могут легко изменить разных существ! Серая мышка, наглая и лишь немного миловидная, сейчас, сняв свою древнюю тряпку, превратилась практически в красавицу. Вот только Эрику не нравился выбор, ею сделанный. На его взгляд, декольте было чересчур глубоким, длина не доставала и до середины икры, рукав заканчивался у локтя. Его невесте следовало одеваться намного скромней. В остальном же нежно-голубое платье сидело идеально.
Эрик посмотрел в лицо невесте, увидел в глазах упрямство, понял, что она в этот раз точно не отступится, и приказал:
- Готовьте счет.
Хочется ей в этой срамоте ходить – пожалуйста. После свадьбы Эрик все равно сможет настоять на своем. А пока… Пусть развлекается.
К платью прилагались голубой ободок и такого же цвета пояс.
«Вышедшая из воды русалка», - хмыкнул про себя Эрик, оглядывая похорошевшую невесту с головы до ног.
Не то чтобы Нина совсем не любила наряжаться. Как многие женщины, она ценила качественную и дорогую одежду. Но у нее постоянно не хватало денег, чтобы купить то, что по душе. А потом, чтобы не травить себе душу, Нина старалась как можно реже ходить в торговые центры и появлялась только в гипермаркетах. Там она и оставляла большую часть зарплаты.
В этом мире, попав в тело вынужденной экономить хозяйки поместья, она и не рассчитывала найти и купить дорогие наряды. Да и в лавке собиралась платить сама. Но раз уж жених внезапно проявил инициативу, то почему нет? С паршивой овцы, как известно, хоть шерсти клок.
Выбранное платье понравилось Нине с первого взгляда. Нежно-голубая ткань сразу же приняла форму тела, подчеркивая достоинства и скрывая недостатки. У Нины аж глаза загорелись, когда она увидела себя в зеркале, услужливо предоставленном продавщицей. Да, о подобных нарядах она всегда и мечтала.
Жених тоже оценил ее выбор. Его взгляд прошелся по ее фигуре, в глазах мелькнула и исчезла похоть. Нине почему-то стало приятно его внимание. Казалось бы, первый и основной соперник в вопросе наследования. А поди ж ты, все же в Нине проснулась женщина, любящая нравиться мужчинам.
А потом Нина услышала сумму. И порадовалась, что платить будет не она. Пять золотых! Целых пять золотых за один наряд! Да это же настоящее обдиралово!
- Теперь, надеюсь, вы довольны, - когда они вышли из лавки, повернулся к Нине жених. Его взгляд то и дело нырял в довольно откровенное по местным меркам декольте.
- Сейчас – да, - честно ответила Нина. – А завтра буду просто счастлива, когда найму рабочих.
- Мало вам для счастья надо, - хмыкнул жених.
- Это на первых порах, - «успокоила» его Нина.
Так, пикируясь, они шли по мощеной мостовой назад, на постоялый двор. На душе у Нины было легко и спокойно. Теперь она точно была уверена, что завтра у нее все получится.
Поздний обед Нине принесли в комнату. Устав за день, она не желала выходить в общую залу. Пусть там жених клеит всех служанок подряд. Нина видела, каким взглядом он поедал продавщицу в магазине. Бабник. Нина радовалась тому, что жизнь постепенно начинала входить в нужную колею. Осталось только разобраться с необходимостью выйти замуж. Да еще, может, родственников найти.
- Упорная, - зашелестел в воздухе знакомый голос. – Зачем тебе родственники? Выходи за своего спутника, и живите вместе.
- Здравствуйте, - вежливо поздоровалась Нина. – А вы только подслушиваете или еще и подглядываете?
Голос весело расхохотался.
- Что я там не видел. Нужно мне подглядывать.
И тишина. Нина пожала плечами и вернулась к еде.
Ночь прошла отвратительно. Последний раз Эрик ночевал таким образом в армии. Продавленный матрас на кровати, необходимость мыться в тазу, невозможность затащить в постель служанку, скудный ужин, да еще и кошмары во сне. Проснулся Эрик злой, готовый прибить всех и каждого.
В дверь стучали. Громко и требовательно. Высказавшись на тролльем языке, Эрик открыл дверь, в чем был, то есть в трусах до середины бедра. За порогом оказалась невеста, одетая в купленное вчера платье.
Смерив Эрика внимательным взглядом, она спросила:
— А что, поменьше размера не было? Или вам подходит?
Эрик в кои-то веки покраснел.
— Приличные женщины по комнатам холостых мужчин рано утром не ходят, — раздраженно буркнул он.
— Значит, я неприличная, и вы на мне не женитесь, — безразлично сообщила невеста. — Вы собираетесь идти на главную площадь? Или мне одной?..
Эрик представил ее на площади, в окружении мужиков, возможных работников, не стесняясь, выдал пару фраз на языке орков и сообщил:
— Пять минут. Дождитесь меня.
Захлопнул дверь перед ее носом и начал спешно собраться. Сам! Он сам одевался, не дожидаясь служанки! Он, племянник императора!
В голову опять пришло сравнение с армией. Эта… невеста вечно заставляла его ощущать себя на плацу, в строю, перед смотром!
Одевшись и плюнув на этот раз на камзол, Эрик выскочил из комнаты в рубашке, брюках и туфлях. Столичный этикет такой вольности не позволял. В провинции на это нарушение никто и внимания не обратит. Не голый? И то хорошо.
Невеста уже спустилась по лестнице на первый этаж и пила компот, жуя при этом кусок хлеба. Обслуживал ее сам хозяин двора, с вожделением глядевший ей в декольте.
Сама Нина тоже погрузилась в размышления. Природа за окном ее не интересовала, – Нина не особо любила природу – карету трясло не очень сильно. Можно было и немного поразмышлять о ситуации, о будущем, о родственниках.
Если в родне Нины действительно были боги, то, значит, или мать, или отец, прямые потомки? Или же даже дети богов? И в то, и в другое Нине верилось слабо. Оба детдомовские, они, по мнению Нины. Сошлись только на этой почве, сделали ребенка, поняли, что не могут жить вместе, слишком мало общего, и разбежались через несколько лет брака. Никакой информации об их родителях не имелось. Обоих подкинули в младенчестве. Фамилии были простыми, не диковинными. В общем, зацепиться не за что. Да и не хотели ни мать, ни отец пытаться разыскивать родню.
Нина настолько погрузилась в свои мысли, что не заметила, как уснула. Проснулась она от встряски, несильной, но чувствительной.
- Приехали, просыпайтесь, - послышался над головой голос жениха.
Ах, так вот кто ее тряс…
- Отпустите, - пробормотала Нина, борясь с зевотой.
Тихий смешок. И руки исчезли с плеч.
Нина открыла глаза, сонно поморгала немного, осознала, что карета стоит, а дверца открыта, и выглянула наружу. Они стояли на мощенной крупном камнем площадке возле здания, построенного наполовину из камня, наполовину из дерева.
«Русалочий омут», - гласила вывеска. Постоялый двор, что ли?
Нина вылезла из кареты, огляделась. Рядом – только жених. Охрана и кучер куда-то сбежали. Напротив здания – ворота и забор. Да, похоже, действительно местный аналог кафе, то бишь постоялый двор.
- Поедим, и можно будет искать ваших рабочих, - сообщил с легкой иронией в голосе жених.
Поесть? Да, поесть надо было. Как же без еды? Вот только Нина, приученная к правилам гигиены, сильно сомневалась в чистоте местной посуды и качестве блюд. Она и в замковой еде сомневалась, а уж в этой…
Желудок протестующе заурчал, словно уточняя, не сошла ли с ума его хозяйка: думать о гигиене, когда они не ели с самого утра! А из здания, между прочим, доносились умопомрачительные ароматы!
Нина вздохнула: что ж, остается надеяться, что магия этого мира лечит многие заболевания.
- Вы идете? – уточнил жених, все это время внимательно за ней наблюдавший. – Или вернетесь в карету?
Идет, куда ж она денется. Есть-то надо. Пусть и на постоялом дворе.
Глава 22
Постоялый двор «Русалочий омут» ничем не отличался от десятков дворов, на которых Эрик бывал во время службы в армии. Те же грубо сколоченные столы и лавки, тот же запах мясной похлебки – единственного блюда, которое готовилось практически по одинаковому рецепту во всех уголках империи. Даже вышибалы-тролли, и те почти что братья-близнецы виденным ранее, в других тавернах.
Официант, высокий зеленокожий парень с выступающими из-под передней губы клыками, явно полуорк-полувампир, принял заказ, уважительно склонился перед Эриком и удалился. Нейну он даже не удостоил взглядом, сразу по внешнему виду оценив платежеспособность их обоих. В этот раз он, конечно, ошибся: у плохо одетой аристократки деньги были. Непонятно, правда, откуда, но были.
Впрочем, чужие взгляды ее не интересовали: она сама с интересом рассматривала все вокруг. Как будто первый раз на постоялый двор попала. И этот факт еще раз убедил Эрика в том, что перед ним не сама Нейна, а женщина из другого мира. Истеричная невеста, та, настоящая, должна была несколько раз, но побывать в городе за всю свою жизнь. Эта же не скрывала своего любопытства.
Горячая мясная похлебка вместе с ломтями белого хлеба и плескавшимся в кружке сидром утолила голод на следующие три-четыре часа. Потом можно будет наведаться сюда повторно. Пока же…
Эрик посмотрел на свою спутницу:
- Вы наелись?
Она уверенно кивнула:
- Да, здесь сытная еда.
- Отлично.
Три серебрушки и семь медяков – плата за стол – перекочевали в руки зеленокожему пареньку. Через несколько минут Эрик с Нейной в сопровождении двоих охранников вышли со двора и направились вглубь города.
Нанимали работников в провинции обычно на главной площади города. Правда, везде существовало свое расписание, нельзя было появиться в городе в любой день и тут же заполучить себе нужных существ. И Эрик понятия не имел, какое расписание в этом городе. Но молчал. Шел и молчал. Пусть дражайшая невестка сама шишки набьет. Так уроки жизни лучше учатся. А то словам Эрика она может не поверить, решит, что он намеренно ей препятствует. Вот и пускай разбирается со всем сама. А Эрик всего лишь проследит, чтобы наследство не уплыло в загребущие руки местной знати.
Как и ожидал Эрик, на площади сегодня было пусто. Невеста покрутилась на месте, затем буквально поймала за рукав местного жителя и уточнила, где все. Ей, видите ли, рабочих нанять надо, а вокруг никого.
- Так завтра же, рисса, - любезно просветил ее житель, сухонький мужичок старше Эрика. – Завтра с восхода солнца.
Невеста отпустила рукав мужика и повернулась к Эрику:
- Вы знали.
Не вопрос. Обвинение.
- Откуда? – удивился он. – Я в этих местах никогда раньше не появлялся.
Если бы взгляд мог убивать, от Эрика остался бы только пепел.
А так невеста всего лишь развернулась и отправилась обратно, к постоялому двору.
Сволочь! Скотина! Наглец! Самовлюбленный урод! Нина последними словами крыла жениха, чуть ли не печатая шаг по каменной мостовой. Он ведь знал! В этом Нина была твердо уверена! Он знал, что ничего не получится с набором рабочих! Но поехал с ней, как надсмотрщик! Ну ничего, пусть, пусть порадуется несколько минут! Нина так легко сдаваться не собиралась! Завтра? Будет вам завтра. Они останутся на ночь в этом средневековом городе и переночуют на постоялом дворе без удобств! А завтра Нина, с самого утра, выберет нужных ей существ и вернется в замок!
С такими мыслями Нина подошла к постоялому двору. Жених шел рядом с ней, но его она предпочла не замечать. Обойдется!
- Хозяин! – буквально гаркнула выведенная из себя Нина, едва переступив порог заведения.
Хозяином оказался высокий мускулистый тролль, насколько Нина успела выучить местные расы. Этакая гора мускулов, стоявшая перед ней в светло-коричневой форме и широком кожаном фартуке мясника. При виде Нины он лишь склонил голову, давая понять, что в его иерархии она находится между служанкой и дочерью небогатого торговца. Если бы не сволочной жених за спиной, на Нину вообще могли не обратить внимания.
Раздраженная классовыми предрассудками, Нина приказала резче, чем намеревалась:
- Две комнаты, мне и моему спутнику, на ночь. И обустройте моих слуг.
- Как прикажете, рисса, - и ни малейшего намека на уважительность в голосе. Сволочи! Уроды!
- Приказываю, - дернула плечом Нина, взбешенная всей ситуацией в целом. – Куда идти? Где я могу отдохнуть?!
Тролль вызвал служанку, та, веселая, бойкая девица, проводила Нину по скрипучей деревянной лестнице наверх, в одну из скудно обустроенных комнат.
Нина с размаху уселась на кровать и мрачно выругалась.
- В местном обществе аристократы так не выражаются. – иронично сообщили ей от двери.
Нине не нужно было даже поворачиваться, чтобы узнать говорившего.
- Пусть сначала уважать научатся этих самых аристократов,- отрезала Нина.
- А я говорил: вы слишком скромно одеты.
У Нины зачесался язык выругаться вторично. Но вместо этого она спросила:
- Есть здесь магазин или лавка готового платья?
- Есть, хотя такие наряды популярностью здесь не пользуются.
- А найти там одежду лучше этой можно?
- Думаю, да. Сейчас пойдете?
Нина поднялась.
- Именно. Достали, сволочи.
- Вы же отдохнуть хотели? – издевка в голосе.
Нина обернулась, смерила наглого жениха с ног до головы внимательным взглядом:
- С вами рядом это не отдых, а пытка.
- Если вы отправитесь одна, работники лавки вызовут сотрудников правопорядка, и вас посадят, как воровку, - а в голосе – сарказм пополам с довольством. Вот же урод! Ему явно нравится все происходящее!
Нина все же выразилась повторно, не особо цензурно.
Глава 23
Эрику доставляло удовольствие подначивать женщину из другого мира. Он все ясней представлял себе ее характер: не особо приветливый, замкнутый, может, даже нелюдимый. Что ж, она вела себя так, как и должна была вести самоуверенная старая дева-синий чулок. Никто ей не указ, все должны подчиняться, и вообще, откуда столько препятствий на пути?
Такие существа очень редко просят о помощи. И если бы не наследство, Эрик, пожалуй, не стал бы вмешиваться – позволил бы стражам схватить ее, как самозванку. Но увы, сад починялся ей. Значит, она почти вступила в права наследования. И Эрику необходимо было жениться на ней, если он хотел исполнить свою мечту.
В провинциальных городках лавок готовой одежды было мало, в данном городке – всего одна. За ее прилавком стояла молодая симпатичная эльфийка, одетая модно и ярко. Декольте ее синего платья так и притягивало взгляд Эрика. Но надо было одевать невеста, стоявшую рядом злобной ведьмой.
- Модные платья для моей невесты, – наконец-то оторвавшись от груди не меньше четвертого размера, приказал Эрик.
В глазах эльфийки появилось разочарование.
- Как прикажете, рисс, - промурлыкала она. И уже невесте, тем же нежным тоном, чтобы не дай боги не оскорбить, - прошу за мной, рисса.
Девушки ушли в соседнее помещение. Эрик отвернулся и уставился в окно. Глубокая провинция. Наверное, и магические шары по ночам на улицах не зажигают – экономят магически заряды. Для чего Торну понадобилось перенести сюда женщину из другого мира? Что он хотел этим сказать? И кому? Ей или Эрику? Слишком много вопросов. Слишком мало данных. Эрик вполне мог предположить, что предок решил наказать его за разгульную жизнь и поэтому вселил в невесту другую женщину. Но тогда почему этой женщине починялось чужое имущество? И что, Бездна всех подери, вообще происходит?!
- Рисс, - послышалось робкое за спиной.
Эрик повернулся. Эльфийка вывела невесту. Все же наряды могут легко изменить разных существ! Серая мышка, наглая и лишь немного миловидная, сейчас, сняв свою древнюю тряпку, превратилась практически в красавицу. Вот только Эрику не нравился выбор, ею сделанный. На его взгляд, декольте было чересчур глубоким, длина не доставала и до середины икры, рукав заканчивался у локтя. Его невесте следовало одеваться намного скромней. В остальном же нежно-голубое платье сидело идеально.
Эрик посмотрел в лицо невесте, увидел в глазах упрямство, понял, что она в этот раз точно не отступится, и приказал:
- Готовьте счет.
Хочется ей в этой срамоте ходить – пожалуйста. После свадьбы Эрик все равно сможет настоять на своем. А пока… Пусть развлекается.
К платью прилагались голубой ободок и такого же цвета пояс.
«Вышедшая из воды русалка», - хмыкнул про себя Эрик, оглядывая похорошевшую невесту с головы до ног.
Не то чтобы Нина совсем не любила наряжаться. Как многие женщины, она ценила качественную и дорогую одежду. Но у нее постоянно не хватало денег, чтобы купить то, что по душе. А потом, чтобы не травить себе душу, Нина старалась как можно реже ходить в торговые центры и появлялась только в гипермаркетах. Там она и оставляла большую часть зарплаты.
В этом мире, попав в тело вынужденной экономить хозяйки поместья, она и не рассчитывала найти и купить дорогие наряды. Да и в лавке собиралась платить сама. Но раз уж жених внезапно проявил инициативу, то почему нет? С паршивой овцы, как известно, хоть шерсти клок.
Выбранное платье понравилось Нине с первого взгляда. Нежно-голубая ткань сразу же приняла форму тела, подчеркивая достоинства и скрывая недостатки. У Нины аж глаза загорелись, когда она увидела себя в зеркале, услужливо предоставленном продавщицей. Да, о подобных нарядах она всегда и мечтала.
Жених тоже оценил ее выбор. Его взгляд прошелся по ее фигуре, в глазах мелькнула и исчезла похоть. Нине почему-то стало приятно его внимание. Казалось бы, первый и основной соперник в вопросе наследования. А поди ж ты, все же в Нине проснулась женщина, любящая нравиться мужчинам.
А потом Нина услышала сумму. И порадовалась, что платить будет не она. Пять золотых! Целых пять золотых за один наряд! Да это же настоящее обдиралово!
- Теперь, надеюсь, вы довольны, - когда они вышли из лавки, повернулся к Нине жених. Его взгляд то и дело нырял в довольно откровенное по местным меркам декольте.
- Сейчас – да, - честно ответила Нина. – А завтра буду просто счастлива, когда найму рабочих.
- Мало вам для счастья надо, - хмыкнул жених.
- Это на первых порах, - «успокоила» его Нина.
Так, пикируясь, они шли по мощеной мостовой назад, на постоялый двор. На душе у Нины было легко и спокойно. Теперь она точно была уверена, что завтра у нее все получится.
Поздний обед Нине принесли в комнату. Устав за день, она не желала выходить в общую залу. Пусть там жених клеит всех служанок подряд. Нина видела, каким взглядом он поедал продавщицу в магазине. Бабник. Нина радовалась тому, что жизнь постепенно начинала входить в нужную колею. Осталось только разобраться с необходимостью выйти замуж. Да еще, может, родственников найти.
- Упорная, - зашелестел в воздухе знакомый голос. – Зачем тебе родственники? Выходи за своего спутника, и живите вместе.
- Здравствуйте, - вежливо поздоровалась Нина. – А вы только подслушиваете или еще и подглядываете?
Голос весело расхохотался.
- Что я там не видел. Нужно мне подглядывать.
И тишина. Нина пожала плечами и вернулась к еде.
Глава 24
Ночь прошла отвратительно. Последний раз Эрик ночевал таким образом в армии. Продавленный матрас на кровати, необходимость мыться в тазу, невозможность затащить в постель служанку, скудный ужин, да еще и кошмары во сне. Проснулся Эрик злой, готовый прибить всех и каждого.
В дверь стучали. Громко и требовательно. Высказавшись на тролльем языке, Эрик открыл дверь, в чем был, то есть в трусах до середины бедра. За порогом оказалась невеста, одетая в купленное вчера платье.
Смерив Эрика внимательным взглядом, она спросила:
— А что, поменьше размера не было? Или вам подходит?
Эрик в кои-то веки покраснел.
— Приличные женщины по комнатам холостых мужчин рано утром не ходят, — раздраженно буркнул он.
— Значит, я неприличная, и вы на мне не женитесь, — безразлично сообщила невеста. — Вы собираетесь идти на главную площадь? Или мне одной?..
Эрик представил ее на площади, в окружении мужиков, возможных работников, не стесняясь, выдал пару фраз на языке орков и сообщил:
— Пять минут. Дождитесь меня.
Захлопнул дверь перед ее носом и начал спешно собраться. Сам! Он сам одевался, не дожидаясь служанки! Он, племянник императора!
В голову опять пришло сравнение с армией. Эта… невеста вечно заставляла его ощущать себя на плацу, в строю, перед смотром!
Одевшись и плюнув на этот раз на камзол, Эрик выскочил из комнаты в рубашке, брюках и туфлях. Столичный этикет такой вольности не позволял. В провинции на это нарушение никто и внимания не обратит. Не голый? И то хорошо.
Невеста уже спустилась по лестнице на первый этаж и пила компот, жуя при этом кусок хлеба. Обслуживал ее сам хозяин двора, с вожделением глядевший ей в декольте.
