- Но в прошлый раз именно этот фонарик прогнал тебя. - Я демонстративно расстегнула рюкзак и запустила туда руку. Которая тут же нащупала что-то подходящей формы.
- Не меня, - сказал... Нулло! Точно! Так. И что мне это даёт? И почему он всё ещё на меня не напал? Почему ведёт себя не как антагонист? И почему сказал, что...
- Не тебя? - Я скептично вскинула бровь. Всегда, когда встречала в тексте такой штамп, мечтала попробовать. - Разве не ты местный лорд Тьмы, Пустоты и Проклятых Пустошей?
- Это ты скажи. Ты хотела знать, как моё имя. Но в том-то и дело, что его нет. И не было. Ты забыла дать мне его. Как забыла всё обо мне. - Он шагнул, заставляя отпрянуть к окну. - Сколько бы я не звал. Почему ты не спасла меня, Странница? Как могла сбиться с пути?
Я снова вспомнила отрывок песни из дневника. Наброски моей истории. Почему же я не могу вспомнить?
Рука стиснула фонарик, палец нажал на кнопку...
Это было похоже на калейдоскоп - картинки и образы сменяли друг друга.
Девочка у окна проводит пальцем по морозному узору. И что-то тихо напевает.
Девочка верит в волшебство, любит читать сказки, особенно, когда ей одиноко. А это бывает часто.
Девочка кусает кончик ручки, щека её в чернилах, но она увлечённо пишет что-то в ежедневнике с зелёной обложкой. Новую историю. Старую историю. Ведь бывали уже сказки о мальчиках, похищенных злыми колдуньями и об отважных девочках, которые должны их спасти. И это будет такая история. Но всё же чуть другая.
Девочка пройдёт долгий путь, она вырастет, станет красивой и сильной и однажды найдёт тот замок, где всё это время томился её верный друг. Став Пленником Пустоты.
Девочка хмурится - злодею нужно имя. Она записывает несколько вариантов, перечёркивает их, рисует ноль на странице. Вспоминает, как учительница математики смешно называла его «нуль». Героиню пусть зовут так же, как её, а героя...
Девочка краснеет, ей уже нравится кое-кто, но не давать же будущему рыцарю имя одноклассника? Пусть так. Пустота забрала мальчика и стёрла его имя из её памяти, и теперь она обречена странствовать, слыша зовущий её голос, видя во снах замок, ставший тюрьмой.
- Это просто детская сказка! - крикнула я, выныривая из цветных волн памяти. - Которую я даже не написала!
- Как и множество других историй. Других миров. Они не исчезают бесследно. Поселяются внутри, ждут своего часа, но если он так и не наступает... Приходят к тебе бессонницей и тоской, забирают силу, разрастаются червоточиной. И каждая пустая, фальшивая строчка, написанная поперёк сердца, делает только хуже!
- Не понимаю, - прошептала я. - Ты говоришь, что во мне много нерассказанных историй, но откуда тогда берётся пустота? Холод?
- А что делаю люди, когда становится больно? Безнадёжно? Одиноко? Они закрываются, хотят перестать чувствовать. И страдать. Вспомни, что ты сделала со мной? Тебе было самой так одиноко, но своего героя ты заперла на долгие годы в пустом замке.
- Но я же хотела спасти тебя! И себя...
- И ты спасла. - Он неожиданно улыбнулся. Больше он не казался мне чужим и зловещим.
- Ага, не прошло и века, - привычно фыркнула я, а потом немного поникла. Совершенно не понимая, что делать дальше.
Мы молчали. Он, наверное, привык к этому. А я просто не знала, что ещё тут сказать.
Замок разрушен, пленник на свободе, магия слова восстановлена... А я?
- Что мне нужно сделать, чтобы вернуться домой? Понять? Простить? Поблагодарить?
- Хотел бы я сказать - не язвить... - он закатил глаза, снова напоминая мне Корицу. - Но я скажу другое. Нужно просто захотеть.
- Ну спасибо. Я и так хочу. Хочу. Домой.
- Ты не поняла. Захотеть всего. Разного. Быть собой, радоваться, праздновать. Переживать, иногда разочаровываться, даже плакать. И писать, конечно. Но опять же - то, что искренне хочешь!
- Звучит так просто, - покачала я своей бедовой, полной скепсиса, головой.
- А это и есть просто. Просто прислушайся.
- Но...
- Считай это подарком. - Он приложил палец к своим губам и подмигнул.
И тут же замигал свет, да так, что я закрыла глаза. А потом раздался мелодичный звук. Колокольчики? Здесь?
Дзынь-дзынь-дзынь-дзынь.
Всё ближе, всё сильнее, всё настойчивее...
Дзынь-дзынь-дзынь-дзынь.
Я шагнула в окно с морозной картой, прошла на кухню, мечтая о маннике, встала с кровати, подняла табуретку, вытерла пролитый кофе, закрыла окно поплотнее, спасаясь от порывов метели, потёрла поясницу, встала из-за стола, закрыла ноутбук, уставилась в мерцающий монитор, напечатала: «А потом раздался громкий стук в дверь. Не дожидаясь ответа, дверь распахнулась и... На пороге стоял...»
Дзынь-дзынь-дзынь-дзынь...
Я шагнула в окно с морозной картой, прошла на кухню, мечтая о маннике, встала с кровати, подняла табуретку, вытерла пролитый кофе, закрыла окно поплотнее, спасаясь от порывов метели, потёрла поясницу, встала из-за стола, закрыла ноутбук, уставилась в мерцающий монитор, напечатала: «А потом раздался громкий стук в дверь. Не дожидаясь ответа, дверь распахнулась и... На пороге стоял...»
Дзынь-дзынь-дзынь-дзынь...
Я подняла голову и потёрла лицо. Вытерла влажную щёку, нащупала очки. Ничего себе сон мне приснился! Целый роман написать можно. Впервые за долгое время я почувствовала прилив вдохновения. И кое-что ещё. Уверенность. Я не просто могу, я хочу писать!
Дзынь-дзынь-дзынь-дзынь...
Не может быть! Тот звук из сна? Или не сна? Но я же должна была вернуться! Я удивлённо огляделась. Это мой дом. Только в нём стало теплее и светлее. И наряженная ёлка уже не кажется здесь чужой. И... я.
ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ
Да что же это? А, точно! Это в книге в дверь стучат, а в жизни у меня же звонок есть. В форме жемчужины. Как давно никто в него не звонил!
- Иду! - Я встала, натянула слезшие следики и, позёвывая, пошлёпала в коридор. И кому я так понадобилась? Обычно я звонки игнорирую, но если что я и усвоила во сне, так это то, что зов приключений может быть самым разным...
ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ
Даже таким.
Я резко распахнула дверь, и взгляд мой сразу упёрся в чей-то свитер. С пандами!
Хмыкнув, я чуть отступила и подняла глаза, чтобы оценить всю картину.
На пороге стоял недавно перехавший в наш дом сосед с небольшой коробкой в руках. Последние дни из его квартиры только и слышались, что звуки ремонта. Имени я его не помнила, а может, и не знала вовсе. Пока.
- Отвёртку? Шуроповёрт? - Я посмотрела на коробку. - Скотч?
- Так сразу? - Сосед улыбнулся. - Тогда мне со льдом.
Игру слов я заценила, но вздрогнула, отгоняя образ заледенелого мира. Нет уж. Только горячительные. Но думаю, что глинтвейн тоже сойдёт. Тьфу ты! Мы даже ещё не знакомы! Я вернула внимание соседу, который как раз что-то говорил:
- ...не ваш?
- Что?
- Котёнок, говорю, не ваш? Под дверью был.
И протянул коробку. Я успела только разглядеть рыжий пушистый рогалик, услышать тихое сопение, а сама уже отвечала:
- Мой!
Ведь у меня даже имя уже для него было. Точнее, для неё. В том, что это девочка, я была почему-то уверена.
Я взяла в руки коробку и, заметив замешательство на лице соседа, гостеприимно предложила:
- Кофе? Но только молоко кончилось. И сахара нет.
- А что есть? - спросил он, переступая порог.
- Корица.
- Не меня, - сказал... Нулло! Точно! Так. И что мне это даёт? И почему он всё ещё на меня не напал? Почему ведёт себя не как антагонист? И почему сказал, что...
- Не тебя? - Я скептично вскинула бровь. Всегда, когда встречала в тексте такой штамп, мечтала попробовать. - Разве не ты местный лорд Тьмы, Пустоты и Проклятых Пустошей?
- Это ты скажи. Ты хотела знать, как моё имя. Но в том-то и дело, что его нет. И не было. Ты забыла дать мне его. Как забыла всё обо мне. - Он шагнул, заставляя отпрянуть к окну. - Сколько бы я не звал. Почему ты не спасла меня, Странница? Как могла сбиться с пути?
Я снова вспомнила отрывок песни из дневника. Наброски моей истории. Почему же я не могу вспомнить?
Рука стиснула фонарик, палец нажал на кнопку...
Это было похоже на калейдоскоп - картинки и образы сменяли друг друга.
Девочка у окна проводит пальцем по морозному узору. И что-то тихо напевает.
Девочка верит в волшебство, любит читать сказки, особенно, когда ей одиноко. А это бывает часто.
Девочка кусает кончик ручки, щека её в чернилах, но она увлечённо пишет что-то в ежедневнике с зелёной обложкой. Новую историю. Старую историю. Ведь бывали уже сказки о мальчиках, похищенных злыми колдуньями и об отважных девочках, которые должны их спасти. И это будет такая история. Но всё же чуть другая.
Девочка пройдёт долгий путь, она вырастет, станет красивой и сильной и однажды найдёт тот замок, где всё это время томился её верный друг. Став Пленником Пустоты.
Девочка хмурится - злодею нужно имя. Она записывает несколько вариантов, перечёркивает их, рисует ноль на странице. Вспоминает, как учительница математики смешно называла его «нуль». Героиню пусть зовут так же, как её, а героя...
Девочка краснеет, ей уже нравится кое-кто, но не давать же будущему рыцарю имя одноклассника? Пусть так. Пустота забрала мальчика и стёрла его имя из её памяти, и теперь она обречена странствовать, слыша зовущий её голос, видя во снах замок, ставший тюрьмой.
- Это просто детская сказка! - крикнула я, выныривая из цветных волн памяти. - Которую я даже не написала!
- Как и множество других историй. Других миров. Они не исчезают бесследно. Поселяются внутри, ждут своего часа, но если он так и не наступает... Приходят к тебе бессонницей и тоской, забирают силу, разрастаются червоточиной. И каждая пустая, фальшивая строчка, написанная поперёк сердца, делает только хуже!
- Не понимаю, - прошептала я. - Ты говоришь, что во мне много нерассказанных историй, но откуда тогда берётся пустота? Холод?
- А что делаю люди, когда становится больно? Безнадёжно? Одиноко? Они закрываются, хотят перестать чувствовать. И страдать. Вспомни, что ты сделала со мной? Тебе было самой так одиноко, но своего героя ты заперла на долгие годы в пустом замке.
- Но я же хотела спасти тебя! И себя...
- И ты спасла. - Он неожиданно улыбнулся. Больше он не казался мне чужим и зловещим.
- Ага, не прошло и века, - привычно фыркнула я, а потом немного поникла. Совершенно не понимая, что делать дальше.
Мы молчали. Он, наверное, привык к этому. А я просто не знала, что ещё тут сказать.
Замок разрушен, пленник на свободе, магия слова восстановлена... А я?
- Что мне нужно сделать, чтобы вернуться домой? Понять? Простить? Поблагодарить?
- Хотел бы я сказать - не язвить... - он закатил глаза, снова напоминая мне Корицу. - Но я скажу другое. Нужно просто захотеть.
- Ну спасибо. Я и так хочу. Хочу. Домой.
- Ты не поняла. Захотеть всего. Разного. Быть собой, радоваться, праздновать. Переживать, иногда разочаровываться, даже плакать. И писать, конечно. Но опять же - то, что искренне хочешь!
- Звучит так просто, - покачала я своей бедовой, полной скепсиса, головой.
- А это и есть просто. Просто прислушайся.
- Но...
- Считай это подарком. - Он приложил палец к своим губам и подмигнул.
И тут же замигал свет, да так, что я закрыла глаза. А потом раздался мелодичный звук. Колокольчики? Здесь?
Дзынь-дзынь-дзынь-дзынь.
Всё ближе, всё сильнее, всё настойчивее...
Дзынь-дзынь-дзынь-дзынь.
Я шагнула в окно с морозной картой, прошла на кухню, мечтая о маннике, встала с кровати, подняла табуретку, вытерла пролитый кофе, закрыла окно поплотнее, спасаясь от порывов метели, потёрла поясницу, встала из-за стола, закрыла ноутбук, уставилась в мерцающий монитор, напечатала: «А потом раздался громкий стук в дверь. Не дожидаясь ответа, дверь распахнулась и... На пороге стоял...»
Дзынь-дзынь-дзынь-дзынь...
Глава 12. Дом, милый дом
Я шагнула в окно с морозной картой, прошла на кухню, мечтая о маннике, встала с кровати, подняла табуретку, вытерла пролитый кофе, закрыла окно поплотнее, спасаясь от порывов метели, потёрла поясницу, встала из-за стола, закрыла ноутбук, уставилась в мерцающий монитор, напечатала: «А потом раздался громкий стук в дверь. Не дожидаясь ответа, дверь распахнулась и... На пороге стоял...»
Дзынь-дзынь-дзынь-дзынь...
Я подняла голову и потёрла лицо. Вытерла влажную щёку, нащупала очки. Ничего себе сон мне приснился! Целый роман написать можно. Впервые за долгое время я почувствовала прилив вдохновения. И кое-что ещё. Уверенность. Я не просто могу, я хочу писать!
Дзынь-дзынь-дзынь-дзынь...
Не может быть! Тот звук из сна? Или не сна? Но я же должна была вернуться! Я удивлённо огляделась. Это мой дом. Только в нём стало теплее и светлее. И наряженная ёлка уже не кажется здесь чужой. И... я.
ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ
Да что же это? А, точно! Это в книге в дверь стучат, а в жизни у меня же звонок есть. В форме жемчужины. Как давно никто в него не звонил!
- Иду! - Я встала, натянула слезшие следики и, позёвывая, пошлёпала в коридор. И кому я так понадобилась? Обычно я звонки игнорирую, но если что я и усвоила во сне, так это то, что зов приключений может быть самым разным...
ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ
Даже таким.
Я резко распахнула дверь, и взгляд мой сразу упёрся в чей-то свитер. С пандами!
Хмыкнув, я чуть отступила и подняла глаза, чтобы оценить всю картину.
На пороге стоял недавно перехавший в наш дом сосед с небольшой коробкой в руках. Последние дни из его квартиры только и слышались, что звуки ремонта. Имени я его не помнила, а может, и не знала вовсе. Пока.
- Отвёртку? Шуроповёрт? - Я посмотрела на коробку. - Скотч?
- Так сразу? - Сосед улыбнулся. - Тогда мне со льдом.
Игру слов я заценила, но вздрогнула, отгоняя образ заледенелого мира. Нет уж. Только горячительные. Но думаю, что глинтвейн тоже сойдёт. Тьфу ты! Мы даже ещё не знакомы! Я вернула внимание соседу, который как раз что-то говорил:
- ...не ваш?
- Что?
- Котёнок, говорю, не ваш? Под дверью был.
И протянул коробку. Я успела только разглядеть рыжий пушистый рогалик, услышать тихое сопение, а сама уже отвечала:
- Мой!
Ведь у меня даже имя уже для него было. Точнее, для неё. В том, что это девочка, я была почему-то уверена.
Я взяла в руки коробку и, заметив замешательство на лице соседа, гостеприимно предложила:
- Кофе? Но только молоко кончилось. И сахара нет.
- А что есть? - спросил он, переступая порог.
- Корица.
