Он знал, что в этот момент очень нужен ей, что ей больно, и это сводило с ума похлеще всех пыток, что были применены к нему. Как бы он не рвался, он не мог освободиться, а тюремщики, посмеиваясь, прикладывали к его телу раскалённые кочерги, клещами вырывали ногти из пальцев и молотками дробили суставы.
Ко всему прочему веселью, оковы, что надежно удерживали его на месте, были частью дыбы или подобного механизма. Время от времени цепи натягивались с сокрушительной силой, выдергивая конечности из и без того поврежденных суставов. Но эльфийское целительство было сведуще и в этом, заставляя снова и снова проходить этот круг ада.
Жгучая, невыносимая агония стала его спутником, заставляя глаза вылезать из орбит, а рот отчаянно ловить так стремительно ускользающий воздух из легких. До скрежета стискивая зубы, он раз за разом проигрывал, и дикие нечеловеческие вопли разрывали мрачную тишину, что то и дело разбавлялась скрипом цепей и лязгом металла, шипением горелой плоти и хрустом ломаемых костей.
Боль перебросила Шейна за край реальности. Он не мог осознать, сколько времени прошло, жив он или уже достиг преисподнии. Лишь в те моменты просветления, когда его возвращала в действительность вода или магия, в его мозгу словно раскаленной молнией вспыхивало одно имя: "Скайлер"…
- Это неправильно! Чудовищно!! Мы должны помочь! Что-то сделать!
- Дафна, успокойся! И брось метаться из угла в угол! У меня уже в глазах двоится! – Рявкнул Райл, пытаясь урезонить воительницу, что мерила шагами пустующую казарму.
Остальных солдат он выпроводил отсюда на внеплановую тренировку. Райл чувствовал себя так же скверно, как и его напарница. Что сделает с ними князь, за то, что они не уследили за его любимицей?
- Это я во всем виновата! Моя вина! Моя!! – Не унималась Дафна, заламывая руки. Слезы струились по ее решительному и волевому лицу, и это испугало Райла больше, чем ее метания. Дафна всегда была жесткой и не позволяла эмоциям брать вверх над собой. Но сейчас он видел в ней женщину, а не воина. Это заставляло его сердце отчего-то колотиться быстрее. Он хотел прижать ее к себе, утешить.
- Да в чем твоя вина?! – Не выдержал Райл, подрываясь с места и хватая ее за дрожащие руки.
- Я знала об их встречах! Я все знала… И доложила! - Выпалила Дафна, вглядываясь в его глаза в поисках поддержки.
- Дафна… - Райл пораженно выдохнул.
Он знал, что нечто подобное должно рано или поздно случиться. Он подозревал, что кицуне неспроста сбегает от них в лес, но решил не вмешиваться. Он ждал, что Тайли когда-нибудь взбунтуется, но не предполагал, что князя настолько сильно будет сжигать ревность.
Райл устало вздохнул и тихо произнес:
- Ты выполняла свой долг, Дафна. Ты ни в чем не виновата. Тайли знала, во что ввязывается. Мы не можем ей помочь…
- Но нельзя же пытать и мучать за любовь… Они никому не сделали зла, они просто хотели быть вместе, и я разрушила их счастье… - Дафна выглядела такой подавленной, что Райл разозлился.
- Перестань! Они оба знали, что подобная связь не имеет будущего! Она – собственность князя! Два века – слишком большой срок, чтобы он отпустил ее на волю. Ты выполнила свой долг. Все, конец истории!
- Да… я исполнила долг перед князем. – В ее глазах вдруг сверкнула решимость, что очень не понравилась Эраилу. – Но еще я обязана и ей.
- О чем ты? Ты ничего ей не должна, Дафна! – Встряхнул ее Райл, пытаясь выкинуть бредовые мысли из ее головы.
- Должна! Тайли спасла мне жизнь в бою с троллями…
- Но ты не можешь спасти Тайли!! Князь не позволит… У тебя нет таких сил, чтобы противостоять ему…
- Возможно, я не могу помочь ей. – Она высвободилась из его рук и твердо встретила его взволнованный взгляд. – Но я могу спасти ее любовь. Я вызволю его…
- Нет, Дафна! Нет!! – выпалил Райл в отчаянии, пытаясь ее образумить. Он видел ее целеустремленность, и знал, что не сможет ее остановить.
- Райл. Ты или помогаешь мне, или не мешаешь. Я не отступлю. Если Тайли суждено сегодня умереть, то его Смерть не получит. Хватит с нее и одной души. Я верну долг. С тобой или без тебя…
Эраил кричал что-то ей вслед, но Дафна уже не слышала. Она бежала вперед, движимая своей целью, что находилась в темнице. Раз не Тайли, то ее человек выживет. И Дафна исправит, хоть частично, свою ошибку.
Стражники не обращали на нее внимания, ведь они много лет знали ее и даже служили под ее командованием. Поэтому до подземной тюрьмы Дафна добралась беспрепятственно и даже смогла узнать, где держат плененного человека. Путь ее лежал в дальние камеры, где крики пытаемых не так слышны. Женщину передернуло от осознания всей чудовищности положения. Его пытали за любовь к княжеской рабыне. Поистине, князь, которому она служит, сам дьявол. Бессердечный и бездушный тиран.
На полпути ее нагнал Эраил, и Дафна напряглась, сжав рукоятку меча.
- Что?...
- Ни слова, солдат. Или я передумаю тебе помогать. – В ответ буркнул он, уверенно зашагав вниз по коридору. Дафна облегченно выдохнула, глядя на удаляющуюся широкую спину Райла.
На пути им никто не попался. Сейчас, в мирное время, темницы пустовали, и большинство стражников, скорее всего, сейчас находилось на нижнем уровне. Там располагалась круглая камера, в которой не раз держали кицуне. Тайли в этот момент должна быть там. И князь был занят экзекуцией.
Остальные же солдаты, что жили в замке, были в патрулях на границах. Тех, что оставались на территории, Райл послал на полигон еще во время спора с Дафной. Их затея должна иметь успешный финал, в другое время так легко бы они не отделались.
Что ж, сначала пленник, а затем, им придется изрядно поломать голову, прежде чем соваться с объяснениями к князю.
Чем ближе они приближались к своей цели, тем громче становились хриплые крики, от которых стыла в жилах кровь. В камере было всего три стражника. Один из них занимался целительством, а двое, что переговаривались у стола с инструментами, вовсе не ожидали внезапного нападения сзади. Их Дафна и Райл устранили тихо, а вот с третьим пришлось пошуметь.
На подозрительные звуки примчалась подмога из соседнего коридора. Вот тут-то и пришлось попотеть. Коридоры были узкими и по большей части мешали маневрам в сражении. Стражники в какой-то момент разделили Райла и Дафну, поэтому воительнице пришлось применять боевую магию против усилившегося натиска. И это плохо, потому что подобный всплеск мог заметить князь, что находился этажом ниже. Необходимо было ускориться.
Удача по-прежнему оставалась на их стороне. Дафна и Райл были закаленными в боях воинами и кучка молодых солдат, что практически не покидали подземелья и не видели настоящего противника, кроме как в кандалах, не смогли одолеть столь яростное сопротивление.
Когда все противники лежали на каменном полу, кто оглушенный, а кто и убитый, Дафна шагнула к искалеченному человеку, безвольно повисшему на цепях. К нему был недавно применен лечебный дар, и серьезных увечий еще не успели причинить. Багровые синяки, ожоги и порезы от кнутов покрывали его тело. Боль лишила его сознания уже не в первый раз, судя не по одному пустому ведру, что стояли на окровавленном полу.
Дафна как раз ощупывала его суставы, когда заключенный пришел в себя и дернулся назад, при виде нее. Его лицо не выражало никаких эмоций, но в глазах метались тени. Недоверие и ожидание новой боли плескались в этих серебряных тусклых омутах. Дафна, отчаянно сдерживая слезы, проверила его руки и ноги на наличие переломов. Не обнаружив таковых, она размахнулась мечом и разрубила, сдерживающие мужчину цепи. Он тяжело сполз на пол по стене, содрогаясь от пережитого. Тело было исцелено лишь наполовину, но боль никуда не уходила. А может она настолько глубоко укоренилась в его мозгу, что отныне он будет ощущать ее постоянно?
Дафна снова протянула к нему руку, но Шейн дернулся от нее, как от плети.
- Ш-ш-ш… Все хорошо. Я помогу тебе выбраться отсюда. - Как можно спокойнее произнесла она.
Шейн оглядел камеру и, наткнувшись взглядом на тела стражников, немного успокоился. Но тут его взор упал на Эраила.
- Я с ней. Не надо смотреть на меня волком. Я тебе не враг. – Проворчал воин. – Не усложняй все. Мы и так чертовски рискуем…
- И спрашивается, для чего?... – Прохрипел пленник, растирая руки в попытках согреться и унять дрожь. Он с трудом поднялся на дрожащие ноги и сделал неуверенный шаг вперед, покачиваясь и хромая. Дафна и Райл отошли с его пути, и Шейн осторожно выглянул в коридор, будто прислушиваясь. – Мне нужно найти ее. Скай… Я нужен ей…
- Не лучшее решение. С князем нам не справиться так же легко…
Но Шейн не дослушал светловолосого воина. Он знал, куда нужно идти. Словно его, что-то тянуло. Не обращая внимания на возражения позади, Шейн, спотыкаясь на каждом шагу и испытывая мучительную боль в каждой клеточке своего тела, побрел к узкой лестнице, что уходила вниз во влажную ледяную темноту. Она была там. Она ждала его.
Тайли замерла в центре своей камеры, ожидая удара. Ведь первой она напасть не могла. Магия князя прочно сдерживала ее. Но вот жизнь свою защитить кицуне было позволено. И когда первая плеть впилась в ее тело, обвиваясь вокруг груди и разрывая тонкую ткань рубашки, тогда ее зверь был спущен с цепи. Громоподобный рык сотряс стены темницы, и весь ад вырвался на свободу.
Тайли из-за оков не могла полностью обратиться, но это и не было нужно. Пограничное состояние ее тела имело наибольшую силу. Пять хвостов огненными плетьми материализовались за спиной, хлеща стражников раскаленными длинными кнутами. Они словно жили своей жизнью и действовали независимо и одновременно слаженно со своей хозяйкой.
Полностью ударов от плетей Тайли избежать не могла. Но жгучая боль лишь подстегивала ее ярость и жажду крови. Она налету хватала концы розог и с немыслимой силой дергала стражников, то посылая их со всего маху в стену, то притягивала непосредственно к себе, где, ликуя и наслаждаясь, перегрызала противникам глотки.
Многие воины уже лишились своих конечностей под разящими хвостами кицуне. Кровь полностью покрыла камни пола и стен камеры, превращая ее во что-то дьявольское и сюрреалистичное. Ее терпкий запах щекотал ноздри Тайли, будоража, возбуждая, сводя с ума. Воздух наполняли дикое звериное рычание, крики, наполненные агонией и яростью, влажный хруст костей и визг плетей, рассекавших пространство и нежную плоть.
Князь равнодушно наблюдал за столь жутким побоищем, стоя вне досягаемости хвостов кицуне. Он выжидал момент, когда Таллиата окончательно выдохнется и обессилит. Все ее тело покрывали глубокие раны от плетей, железные наконечники которых безжалостно вырывали из нее куски плоти. Кровь заливала ее лицо, покрывала чудесные волосы бурой пленкой, скрывая их сияющий шелк, что так любил князь. Сражение ее делало дикой, неукротимой, совсем как в его постели. Анкалион с восхищением наблюдал за стремительностью и грацией ее движений, превращая массовое убийство в какой-то первобытный танец. Ее удары были хладнокровны и беспощадны, лицо искажал оскал острых красных от крови клыков, глаза горели ярким-желтым огнем, будто рассыпая искры, хвосты раз за разом взметались вверх, поражая выбранную цель и освещая мрачную арену ярким огнем.
Как давно князь не видел свою пленницу в действии. Он и забыл, как она возбуждает его своей силой и яростью, своей властью над ним. Анкалион давно смирился со своей слабостью. Но об этом не знала ни одна живая душа. Он любил Тайли. Любил это создание так сильно, что эта ее интрижка со смертным чуть не убила его. Так больно ему не было еще никогда. Он дал ей все. Все, кроме свободы, потому что безумно боялся, что Тайли покинет его навсегда. Лишь из-за этого он держал ее на привязи рядом с собой. Не позволял принять свой истинный божественный облик, дабы никто не смел ее возжелать.
Он раз за разом хотел прекратить ее агонию и заключить в свои объятья. Но потом сразу вспоминал, причину их присутствия здесь. Его чувства были безответны. Она отдала себя другому, не ему. Кицуне вероломно лелеяла мысли о побеге, о жизни с другим. И это раз за разом пронзало сердце князя раскаленным кинжалом. Поэтому он ненавидел ее. Любил и ненавидел. Она не будет ничьей. Умрет, но останется навеки его. Его собственность. Его рабыня. Его Тайли.
Князь вытащил меч из ножен на поясе и решительно двинулся вперед. Стражников уцелело лишь двое, и они как нельзя лучше отвлекали слабеющую на глазах кицуне. Она не видела, приближавшегося князя за ее спиной. Сделав последний рывок, Тайли вцепилась в горло одного стражника клыками, безжалостно разрывая бледную потную плоть, под какофонию предсмертных хрипов, и забирая его жизнь из яремной вены. Хвосты скрутились в один плотный жгут и, резко хлестнув им, Тайли разрубила оставшегося палача пополам, словно раскаленный нож масло.
Все… Сил больше не осталось. Тайли была истощена от потери крови из глубоких, пульсирующих невыносимой болью, ран. Она знала, что сейчас лишится жизни и была готова к этому. Почуяв движение за спиной, Тайли попыталась сбить невидимого противника с ног хвостом, ведь в нем заключалась вся ее мощь, и лишь он оставил свою способность еще двигаться.
Но ее маневр имел чудовищные последствия. Князь вовремя уклонился, со свистом опуская меч на спину Тайли. Кицуне дернулась вперед за секунду до удара и тут же ощутила невыносимую агонизирующую боль. Она охватила все тело девушки, словно разрывая на части и сжигая дотла изнутри и снаружи адским пламенем.
Ее хриплый крик потонул в оглушительном грохоте. Тайли рухнула на скользкий от моря крови пол камеры и не сразу ощутила, что нутро замка сотрясает сильная дрожь. Глыбы камней и кирпичей посыпались с потолка и стен, поднимая в воздух огромную тучу земли и пыли. Мгновенно все погрузилось в дрожащую тьму. Тайли, задыхаясь от боли и пыли, последовала за ней, теряя вместе со своей кровью сознание.
Девушка пришла в себя довольно скоро. Или это ей так показалось, ведь тьма вокруг осталась точно такой же. Толчки в недрах земли затихали, но ущерб все же был принесен значительный. Одна из стен камеры полностью осыпалась, раздавив своей тяжестью князя. Тайли разглядела его тело, лежащее не так далеко от нее.
Анкалион все еще был жив, но смерть не заставит себя долго ждать. У него были сломаны ребра, часть которых торчали наружу, прорвав плоть. Нижняя часть тела была скрыта огромными кусками стены, и из под них натекла уже внушительная лужа темной крови, что постепенно смешивалась с остальной. Сознание князя чудом удерживало его глаза открытыми и прикованными к ней. Рука слабо держалась за сломанную рукоять меча. Рот то и дело открывался, силясь что-то сказать, но из горла вылетали лишь булькающие хрипы.
Тайли поднялась на дрожащие ноги, спотыкаясь и хромая, побрела к нему. Но, не дойдя и пары шагов до князя, девушка с изумлением уставилась на то, что она поначалу приняла за золотую рукоять меча.
Ко всему прочему веселью, оковы, что надежно удерживали его на месте, были частью дыбы или подобного механизма. Время от времени цепи натягивались с сокрушительной силой, выдергивая конечности из и без того поврежденных суставов. Но эльфийское целительство было сведуще и в этом, заставляя снова и снова проходить этот круг ада.
Жгучая, невыносимая агония стала его спутником, заставляя глаза вылезать из орбит, а рот отчаянно ловить так стремительно ускользающий воздух из легких. До скрежета стискивая зубы, он раз за разом проигрывал, и дикие нечеловеческие вопли разрывали мрачную тишину, что то и дело разбавлялась скрипом цепей и лязгом металла, шипением горелой плоти и хрустом ломаемых костей.
Боль перебросила Шейна за край реальности. Он не мог осознать, сколько времени прошло, жив он или уже достиг преисподнии. Лишь в те моменты просветления, когда его возвращала в действительность вода или магия, в его мозгу словно раскаленной молнией вспыхивало одно имя: "Скайлер"…
- Это неправильно! Чудовищно!! Мы должны помочь! Что-то сделать!
- Дафна, успокойся! И брось метаться из угла в угол! У меня уже в глазах двоится! – Рявкнул Райл, пытаясь урезонить воительницу, что мерила шагами пустующую казарму.
Остальных солдат он выпроводил отсюда на внеплановую тренировку. Райл чувствовал себя так же скверно, как и его напарница. Что сделает с ними князь, за то, что они не уследили за его любимицей?
- Это я во всем виновата! Моя вина! Моя!! – Не унималась Дафна, заламывая руки. Слезы струились по ее решительному и волевому лицу, и это испугало Райла больше, чем ее метания. Дафна всегда была жесткой и не позволяла эмоциям брать вверх над собой. Но сейчас он видел в ней женщину, а не воина. Это заставляло его сердце отчего-то колотиться быстрее. Он хотел прижать ее к себе, утешить.
- Да в чем твоя вина?! – Не выдержал Райл, подрываясь с места и хватая ее за дрожащие руки.
- Я знала об их встречах! Я все знала… И доложила! - Выпалила Дафна, вглядываясь в его глаза в поисках поддержки.
- Дафна… - Райл пораженно выдохнул.
Он знал, что нечто подобное должно рано или поздно случиться. Он подозревал, что кицуне неспроста сбегает от них в лес, но решил не вмешиваться. Он ждал, что Тайли когда-нибудь взбунтуется, но не предполагал, что князя настолько сильно будет сжигать ревность.
Райл устало вздохнул и тихо произнес:
- Ты выполняла свой долг, Дафна. Ты ни в чем не виновата. Тайли знала, во что ввязывается. Мы не можем ей помочь…
- Но нельзя же пытать и мучать за любовь… Они никому не сделали зла, они просто хотели быть вместе, и я разрушила их счастье… - Дафна выглядела такой подавленной, что Райл разозлился.
- Перестань! Они оба знали, что подобная связь не имеет будущего! Она – собственность князя! Два века – слишком большой срок, чтобы он отпустил ее на волю. Ты выполнила свой долг. Все, конец истории!
- Да… я исполнила долг перед князем. – В ее глазах вдруг сверкнула решимость, что очень не понравилась Эраилу. – Но еще я обязана и ей.
- О чем ты? Ты ничего ей не должна, Дафна! – Встряхнул ее Райл, пытаясь выкинуть бредовые мысли из ее головы.
- Должна! Тайли спасла мне жизнь в бою с троллями…
- Но ты не можешь спасти Тайли!! Князь не позволит… У тебя нет таких сил, чтобы противостоять ему…
- Возможно, я не могу помочь ей. – Она высвободилась из его рук и твердо встретила его взволнованный взгляд. – Но я могу спасти ее любовь. Я вызволю его…
- Нет, Дафна! Нет!! – выпалил Райл в отчаянии, пытаясь ее образумить. Он видел ее целеустремленность, и знал, что не сможет ее остановить.
- Райл. Ты или помогаешь мне, или не мешаешь. Я не отступлю. Если Тайли суждено сегодня умереть, то его Смерть не получит. Хватит с нее и одной души. Я верну долг. С тобой или без тебя…
Эраил кричал что-то ей вслед, но Дафна уже не слышала. Она бежала вперед, движимая своей целью, что находилась в темнице. Раз не Тайли, то ее человек выживет. И Дафна исправит, хоть частично, свою ошибку.
Стражники не обращали на нее внимания, ведь они много лет знали ее и даже служили под ее командованием. Поэтому до подземной тюрьмы Дафна добралась беспрепятственно и даже смогла узнать, где держат плененного человека. Путь ее лежал в дальние камеры, где крики пытаемых не так слышны. Женщину передернуло от осознания всей чудовищности положения. Его пытали за любовь к княжеской рабыне. Поистине, князь, которому она служит, сам дьявол. Бессердечный и бездушный тиран.
На полпути ее нагнал Эраил, и Дафна напряглась, сжав рукоятку меча.
- Что?...
- Ни слова, солдат. Или я передумаю тебе помогать. – В ответ буркнул он, уверенно зашагав вниз по коридору. Дафна облегченно выдохнула, глядя на удаляющуюся широкую спину Райла.
На пути им никто не попался. Сейчас, в мирное время, темницы пустовали, и большинство стражников, скорее всего, сейчас находилось на нижнем уровне. Там располагалась круглая камера, в которой не раз держали кицуне. Тайли в этот момент должна быть там. И князь был занят экзекуцией.
Остальные же солдаты, что жили в замке, были в патрулях на границах. Тех, что оставались на территории, Райл послал на полигон еще во время спора с Дафной. Их затея должна иметь успешный финал, в другое время так легко бы они не отделались.
Что ж, сначала пленник, а затем, им придется изрядно поломать голову, прежде чем соваться с объяснениями к князю.
Чем ближе они приближались к своей цели, тем громче становились хриплые крики, от которых стыла в жилах кровь. В камере было всего три стражника. Один из них занимался целительством, а двое, что переговаривались у стола с инструментами, вовсе не ожидали внезапного нападения сзади. Их Дафна и Райл устранили тихо, а вот с третьим пришлось пошуметь.
На подозрительные звуки примчалась подмога из соседнего коридора. Вот тут-то и пришлось попотеть. Коридоры были узкими и по большей части мешали маневрам в сражении. Стражники в какой-то момент разделили Райла и Дафну, поэтому воительнице пришлось применять боевую магию против усилившегося натиска. И это плохо, потому что подобный всплеск мог заметить князь, что находился этажом ниже. Необходимо было ускориться.
Удача по-прежнему оставалась на их стороне. Дафна и Райл были закаленными в боях воинами и кучка молодых солдат, что практически не покидали подземелья и не видели настоящего противника, кроме как в кандалах, не смогли одолеть столь яростное сопротивление.
Когда все противники лежали на каменном полу, кто оглушенный, а кто и убитый, Дафна шагнула к искалеченному человеку, безвольно повисшему на цепях. К нему был недавно применен лечебный дар, и серьезных увечий еще не успели причинить. Багровые синяки, ожоги и порезы от кнутов покрывали его тело. Боль лишила его сознания уже не в первый раз, судя не по одному пустому ведру, что стояли на окровавленном полу.
Дафна как раз ощупывала его суставы, когда заключенный пришел в себя и дернулся назад, при виде нее. Его лицо не выражало никаких эмоций, но в глазах метались тени. Недоверие и ожидание новой боли плескались в этих серебряных тусклых омутах. Дафна, отчаянно сдерживая слезы, проверила его руки и ноги на наличие переломов. Не обнаружив таковых, она размахнулась мечом и разрубила, сдерживающие мужчину цепи. Он тяжело сполз на пол по стене, содрогаясь от пережитого. Тело было исцелено лишь наполовину, но боль никуда не уходила. А может она настолько глубоко укоренилась в его мозгу, что отныне он будет ощущать ее постоянно?
Дафна снова протянула к нему руку, но Шейн дернулся от нее, как от плети.
- Ш-ш-ш… Все хорошо. Я помогу тебе выбраться отсюда. - Как можно спокойнее произнесла она.
Шейн оглядел камеру и, наткнувшись взглядом на тела стражников, немного успокоился. Но тут его взор упал на Эраила.
- Я с ней. Не надо смотреть на меня волком. Я тебе не враг. – Проворчал воин. – Не усложняй все. Мы и так чертовски рискуем…
- И спрашивается, для чего?... – Прохрипел пленник, растирая руки в попытках согреться и унять дрожь. Он с трудом поднялся на дрожащие ноги и сделал неуверенный шаг вперед, покачиваясь и хромая. Дафна и Райл отошли с его пути, и Шейн осторожно выглянул в коридор, будто прислушиваясь. – Мне нужно найти ее. Скай… Я нужен ей…
- Не лучшее решение. С князем нам не справиться так же легко…
Но Шейн не дослушал светловолосого воина. Он знал, куда нужно идти. Словно его, что-то тянуло. Не обращая внимания на возражения позади, Шейн, спотыкаясь на каждом шагу и испытывая мучительную боль в каждой клеточке своего тела, побрел к узкой лестнице, что уходила вниз во влажную ледяную темноту. Она была там. Она ждала его.
ГЛАВА 31.
Тайли замерла в центре своей камеры, ожидая удара. Ведь первой она напасть не могла. Магия князя прочно сдерживала ее. Но вот жизнь свою защитить кицуне было позволено. И когда первая плеть впилась в ее тело, обвиваясь вокруг груди и разрывая тонкую ткань рубашки, тогда ее зверь был спущен с цепи. Громоподобный рык сотряс стены темницы, и весь ад вырвался на свободу.
Тайли из-за оков не могла полностью обратиться, но это и не было нужно. Пограничное состояние ее тела имело наибольшую силу. Пять хвостов огненными плетьми материализовались за спиной, хлеща стражников раскаленными длинными кнутами. Они словно жили своей жизнью и действовали независимо и одновременно слаженно со своей хозяйкой.
Полностью ударов от плетей Тайли избежать не могла. Но жгучая боль лишь подстегивала ее ярость и жажду крови. Она налету хватала концы розог и с немыслимой силой дергала стражников, то посылая их со всего маху в стену, то притягивала непосредственно к себе, где, ликуя и наслаждаясь, перегрызала противникам глотки.
Многие воины уже лишились своих конечностей под разящими хвостами кицуне. Кровь полностью покрыла камни пола и стен камеры, превращая ее во что-то дьявольское и сюрреалистичное. Ее терпкий запах щекотал ноздри Тайли, будоража, возбуждая, сводя с ума. Воздух наполняли дикое звериное рычание, крики, наполненные агонией и яростью, влажный хруст костей и визг плетей, рассекавших пространство и нежную плоть.
Князь равнодушно наблюдал за столь жутким побоищем, стоя вне досягаемости хвостов кицуне. Он выжидал момент, когда Таллиата окончательно выдохнется и обессилит. Все ее тело покрывали глубокие раны от плетей, железные наконечники которых безжалостно вырывали из нее куски плоти. Кровь заливала ее лицо, покрывала чудесные волосы бурой пленкой, скрывая их сияющий шелк, что так любил князь. Сражение ее делало дикой, неукротимой, совсем как в его постели. Анкалион с восхищением наблюдал за стремительностью и грацией ее движений, превращая массовое убийство в какой-то первобытный танец. Ее удары были хладнокровны и беспощадны, лицо искажал оскал острых красных от крови клыков, глаза горели ярким-желтым огнем, будто рассыпая искры, хвосты раз за разом взметались вверх, поражая выбранную цель и освещая мрачную арену ярким огнем.
Как давно князь не видел свою пленницу в действии. Он и забыл, как она возбуждает его своей силой и яростью, своей властью над ним. Анкалион давно смирился со своей слабостью. Но об этом не знала ни одна живая душа. Он любил Тайли. Любил это создание так сильно, что эта ее интрижка со смертным чуть не убила его. Так больно ему не было еще никогда. Он дал ей все. Все, кроме свободы, потому что безумно боялся, что Тайли покинет его навсегда. Лишь из-за этого он держал ее на привязи рядом с собой. Не позволял принять свой истинный божественный облик, дабы никто не смел ее возжелать.
Он раз за разом хотел прекратить ее агонию и заключить в свои объятья. Но потом сразу вспоминал, причину их присутствия здесь. Его чувства были безответны. Она отдала себя другому, не ему. Кицуне вероломно лелеяла мысли о побеге, о жизни с другим. И это раз за разом пронзало сердце князя раскаленным кинжалом. Поэтому он ненавидел ее. Любил и ненавидел. Она не будет ничьей. Умрет, но останется навеки его. Его собственность. Его рабыня. Его Тайли.
Князь вытащил меч из ножен на поясе и решительно двинулся вперед. Стражников уцелело лишь двое, и они как нельзя лучше отвлекали слабеющую на глазах кицуне. Она не видела, приближавшегося князя за ее спиной. Сделав последний рывок, Тайли вцепилась в горло одного стражника клыками, безжалостно разрывая бледную потную плоть, под какофонию предсмертных хрипов, и забирая его жизнь из яремной вены. Хвосты скрутились в один плотный жгут и, резко хлестнув им, Тайли разрубила оставшегося палача пополам, словно раскаленный нож масло.
Все… Сил больше не осталось. Тайли была истощена от потери крови из глубоких, пульсирующих невыносимой болью, ран. Она знала, что сейчас лишится жизни и была готова к этому. Почуяв движение за спиной, Тайли попыталась сбить невидимого противника с ног хвостом, ведь в нем заключалась вся ее мощь, и лишь он оставил свою способность еще двигаться.
Но ее маневр имел чудовищные последствия. Князь вовремя уклонился, со свистом опуская меч на спину Тайли. Кицуне дернулась вперед за секунду до удара и тут же ощутила невыносимую агонизирующую боль. Она охватила все тело девушки, словно разрывая на части и сжигая дотла изнутри и снаружи адским пламенем.
Ее хриплый крик потонул в оглушительном грохоте. Тайли рухнула на скользкий от моря крови пол камеры и не сразу ощутила, что нутро замка сотрясает сильная дрожь. Глыбы камней и кирпичей посыпались с потолка и стен, поднимая в воздух огромную тучу земли и пыли. Мгновенно все погрузилось в дрожащую тьму. Тайли, задыхаясь от боли и пыли, последовала за ней, теряя вместе со своей кровью сознание.
ГЛАВА 32.
Девушка пришла в себя довольно скоро. Или это ей так показалось, ведь тьма вокруг осталась точно такой же. Толчки в недрах земли затихали, но ущерб все же был принесен значительный. Одна из стен камеры полностью осыпалась, раздавив своей тяжестью князя. Тайли разглядела его тело, лежащее не так далеко от нее.
Анкалион все еще был жив, но смерть не заставит себя долго ждать. У него были сломаны ребра, часть которых торчали наружу, прорвав плоть. Нижняя часть тела была скрыта огромными кусками стены, и из под них натекла уже внушительная лужа темной крови, что постепенно смешивалась с остальной. Сознание князя чудом удерживало его глаза открытыми и прикованными к ней. Рука слабо держалась за сломанную рукоять меча. Рот то и дело открывался, силясь что-то сказать, но из горла вылетали лишь булькающие хрипы.
Тайли поднялась на дрожащие ноги, спотыкаясь и хромая, побрела к нему. Но, не дойдя и пары шагов до князя, девушка с изумлением уставилась на то, что она поначалу приняла за золотую рукоять меча.
