Чем дальше, тем сильнее мне становилось не по себе, и желание держаться ближе к Фаусту, а еще лучше вцепиться в него руками и ногами, все возрастало.
- А ничего так лесок, - заключила Стаська, обведя взглядом кривое трухлявое дерево, выеденное изнутри, которое непонятно каким образом все еще держалось вертикально.
- Стась, отойди оттуда, - попросила я, резонно опасаясь, что это деревце вот-вот рухнет.
Сестричка скривилась, но послушалась.
- Трусиха, - буркнула мелкая и, насупившись, поплелась следом.
А лес становился все необычнее. Из-под земли вырастали огромные папоротники, лианы обвивали уже практически все деревья, свисали вниз гибкими змеями, стелились по земле, в поисках новой опоры, за которую можно было бы зацепиться. Я благоразумно все их перешагивала, Стаська же время от времени пинала ногами толстые стебли, за что удостаивалась косых взглядов блондина.
Дальше на пути нарисовались ни пойми откуда взявшиеся валуны. Огромные, гладкие, с северной стороны поросшие мхом и лишайником.
Фауст все эти камни старательно обходил стороной, сестричка же…
- Ух ты, какой цветок! – и вприпрыжку понеслась к ближайшему валуну, на котором обнаружились крупные розовые цветы с белой, почти что светящейся в полумраке леса каймой. Цветы были красивые, чем-то напоминали водные лилии, только лепестки мясистые, пушистенькие, со множеством коротеньких ворсинок, к которым так и тянуло прикоснуться. Я уже сделала шаг вперед, собираясь догнать сестру, как услышала резкий окрик.
- Стася, не трогай! – рявкнул феникс, и мелкая застыла с протянутой рукой.
- Почему? – обиженно протянула девчонка, у которой, считай, только что отобрали потенциальную игрушку.
- Это большая жирянка. Если не желаешь получить кислотный ожог, лучше не трогай, - пояснил пернатый, и Стаська тут же опасливо одернула ручку от манящего розового цветка.
Вот тебе и красота. Хищная и опасная. Для кого-то смертельно. Как пояснил позже феникс, на эти мясистые лепесточки обычно прилипают всякие жучки, ну и там же и разлагаются, питая своим соком растение. Еще по дороге феникс показал нам пару мухоловок и растение под названием «рыбий пузырь». Тоже хищное и очень опасное, причем не только для насекомых, но и мелких птичек, которые порой в этот пузырь попадаются
Короче, нам дали наглядно убедиться, что в этом лесу стоит быть начеку. А мне еще подумалось: «Если тут растения такие хищные, то какие же тут животные? И что будет, если мы на кого-нибудь наткнемся?» Надеюсь, Фауст сумеет нас защитить. Иначе бы он не рискнул нас сюда привести, ведь так?
Возможность убедиться в способностях феникса появилась довольно скоро. Мы петляли меж деревьев, стараясь не цепляться за лианы, как перед нами открылся довольно обширный перелесок. Широкий, просторный. Я уже обрадовалась, что наконец пойдем с комфортом - жуть как надоело пробираться через заросли.
Но Фауст вдруг резко остановился. Присел на корточки и сорвал с земли тонкий сероватый стебелек, пропустил его меж пальцев, и тот пеплом рассыпался в руках.
- Стойте тут - скомандовал феникс и сделал несколько шагов вперед. Мы с сестрой послушно замерли, во все глаза следя за нашим проводником.
Мужчина вновь опустился к земле и перетер в руках какое-то растение. Послышались негромкие ругательства.
- Уходим отсюда, - раздраженно выплюнул Фауст, вернувшись обратно. – Придется сделать крюк.
- Почему? – поинтересовалась я и немного загрустила - возвращаться в дремучие заросли совсем не хотелось.
- Там проходит зона обитания василиска. Видела, как стебелек прахом рассыпался? От дыхания василиска никнут травы и иссушаются деревья. – Я оглянулась назад, к перелеску, и обнаружила, что там, и правда, много сухих деревьев. Темных, безжизненных, тянувших крючковатые сухие ветки к небу.
- А от взгляда каменеет все живое? – опасливо спросила Стаська.
- Нуу. Это скорее миф. Да и дело не во взгляде, а во вредных испарениях, что исходят от его кожи. Они иссушают. И если находиться достаточно близко, или того хуже прикоснуться, то ничего хорошего точно не выйдет.
В общем, крюк нам пришлось сделать внушительный. Фауст постоянно трогал траву, изучал деревья и даже принюхивался, выбирая дорогу. Настоящий следопыт, ей Богу. Хотя, не исключено, что он и впрямь этому обучался. Да и все же это его родной мир. Должен же он в нем ориентироваться.
Спустя пару часов Стаська стала проситься на привал. Я тоже изрядно устала, но, в отличие от мелкой, останавливаться в столь недружелюбном месте у меня не было никакого желания. И я бы поддержала феникса в решении идти дальше, если бы не одно веское «но». Мне банально приспичило «в кустики».
- Эммм, Фауст, мне бы отойти… - несмело попросилась я, оглядывая ближайшие заросли.
- Хорошо, - сразу понял намек пернатый и тоже покрутил башкой, проверяя местность на наличие опасности. – Иди направо, - распорядился наш предводитель.
Ну, я и пошла направо. Феникс в тот момент стоял лицом ко мне, и кто ж знал, что он имел ввиду свое право, в то время как я свернула в свое. В общем, обогнула дерево, перешагнула через торчащий из земли корень, перелезла через бурелом, стараясь найти более-менее удобное местечко, так чтобы меня не было видно попутчикам, и чтобы в попу ничего ненароком не воткнулось. И если с первым еще можно было справиться, то вот со вторым было проблематично. Под ноги попадались сплошные ветки, будто кто специально хворост для костра набросал. Невезение просто какое-то.
А потом до меня донеслось:
- Люб, ты где? Ты не туда свернула.
И прямо за спиной раздался хруст ветки. Я мгновенно обернулась, решив, что это Фауст меня нагнал, и чуть не завизжала от страха, когда встретилась взглядом с желтыми, перечеркнутыми вертикальным зрачком глазищами.
Передо мной сидел дракон. Натуральный. Разве что размером не вышел. Настоящие драконы-то должны быть явно выше человеческого роста, а этот размером с королевского пуделя, не больше.
Но все равно, вид у него был устрашающий. Вытянутая морда на длинной подвижной шее. Острые иглоподобные зубы. Ноги почему-то две, вместо положенных четырех. А на месте передней пары конечностей небольшие, явно недоразвитые, крылья. С такими точно далеко не улетишь. Не поднимут увесистую тушку. Остается разве что хлопать ими по воздуху, словно боевому петуху, ввязавшемуся в драку.
- Люба, не двигайся, - раздалось откуда-то сбоку и, скосив глаза, я увидела стоящего в десятке метров Фауста, который медленно тянулся к поясу штанов. – Это карликовая виверна. Будь внимательна, у нее ядовитое шило на хвосте.
До этого момента я как-то опасалась зубов и изогнутых когтей на мощных лапах, но переведя взгляд на хвост с острой иглой-наконечником, поняла, что боялась совершенно не того. Хвост у виверны был длиннющий. И очень подвижный. Так и извивался вокруг тела рептилии. И при желании она могла запросто меня им достать.
Захотелось драпануть. Очень так. И не важно, в какую сторону. Но я старалась сохранять спокойствие и действовать благоразумно. И сейчас мое благоразумие подсказывало, что стоит положиться на блондина, тем более что тот потихоньку вытягивал из-за пояса короткий кинжал.
Виверна гнула шею и настороженно пялилась, то на меня, то на феникса. Видимо, решала, кто из нас вкуснее. Или на кого кинуться первым. И так как я стояла ближе, то было вполне очевидно, что добычей выберут меня.
- Так, Люба, на счет «три» резко пригнись вниз, поняла? – вполголоса и очень спокойно попросил феникс.
- Зачем? - пискнула я. Виверне мой писк не понравился. Она ощерилась и с силой хлестанула хвостом по земле.
- Отвлечь внимание. Эти твари, зараза, очень шустрые. Не хочу спугнуть. Но ты не волнуйся, я прикончу ее раньше, чем она до тебя доберется, - успокоил пернатый.
- Хорошо, - прошептала я, не отрывая глаз от опасной иглы на кончике нервно подергивающегося хвоста.
- Раз, два… три!
И я резко присела вниз и зажурилась. Кинжал Фауста со свистом прорезал воздух, пролетев буквально в метре от меня, а когда я распахнула глаза, он уже красовался в глазнице убитой рептилии, игриво поблескивая зелененьким камушком на рукояти.
Фуух! Пронесло. А блондин-то меткий, оказывается!
Я облегченно вздохнула, поднялась с земли и уже сделала шаг по направлению к своему спасителю, как рядом раздалось злобное шипение.
Резко развернулась, позабыв о том, что в опасной ситуации лучше замереть на месте, и узрела еще одну виверну размером чуть покрупнее, что выбросила наконечник хвоста в мою сторону.
Все произошло столь молниеносное, что я даже дернуться не успела. Просто почувствовала короткий укол в шею. Совсем не страшный. Будто оса укусила. Только вот, от укусов осы колени не слабеют, и земля не уходит из-под ног. И повстречаться бы мне носом с этой самой землей, если бы меня очень вовремя не поймали крепкие сильные руки.
Фауст.
Последнее, что помню - мужчина прижимает полуобморочную меня к своей груди и впивается в шею жесткими губами.
Проснулась я среди ночи. Совсем рядом горел костер, освещая небольшую круглую полянку, выхватывая из темноты стволы ближайших деревьев, пристроенные меж корней вещи и два небольших котелка, греющих бока у жаркого огня. С противоположной стороны, с носом закутавшись в одеяло, тихонько сопела Стаська. Фауст обнаружился неподалеку. Блондин сидел, облокотившись спиной о дерево. Веки его были смежены, и я решила, что он тоже задремал.
Я же чувствовала себя вполне выспавшейся. Пошевелилась, пытаясь сесть, но с первого раза не вышло. Тело было словно чугунное, голова тяжелая. Пришлось тут же за нее схватиться и придержать, дабы не оторвалась ненароком.
- Проснулась? - тут же услышала тихий голос в ночи.
Ничего себе у феникса чуткий сон! Или, может, он и не спал вовсе?
Фауст поднялся и подошел к котелку, налил в жестяную кружку какой-то дымящийся жидкости и протянул мне.
- На, выпей, это лекарство.
Я повела носом над кружкой и поняла, что выпить этого не смогу. Жалобно глянула на мужчину.
- Люб, надо. Иначе завтра ты будешь не способна передвигаться. А мы и так прилично отстали.
Мужчина сел ближе, подставил плечо, позволяя на него опереться, и придвинул кружку к губам.
- Горячо… - пискнула я, глядя на густой дым, что валил из емкости.
Фауст ехидно выгнул светлую бровь, перехватил кружку и сам сделал маленький глоток.
- Нормально, не горячее, - опроверг мои ожидания блондин.
Я задержала дыхание и решительно глотнула лекарство. Собственно, меня только на один глоток и хватило. Желудок мгновенно взбунтовался, и меня тотчас вывернуло. Только и успела, что отвернуться в противоположную сторону.
Черт! Как мерзко-то. И Фауст, как назло, рядом и все видит. Блондин тотчас протянул мне платок.
- Не смотри, - буркнула я, принимая тряпицу и впопыхах вытирая рот.
- Да ладно тебе, - мягко отозвался мужчина. – Меня самого сегодня только трижды вывернуло.
- Почему? – не сообразила я. Вроде ж феникса виверны не жалили… Или я что-то пропустила?
- Яд попал в желудок, - пояснил блондин.
Я тут же прикинула, каким образом он мог туда попасть, и смутилась от внезапной догадки.
- Ты что, яд отсасывал?
- Конечно, - ответил Фауст, будто это было что-то само собой разумеющееся, а я коснулась шеи и обнаружила под пальцами узкую тряпичную повязку.
Место укола здорово саднило. Дотронуться больно. А при том, что Фауст отсасывал яд, помимо ранки там еще наверняка и здоровенный синяк, в простонародье называемый засосом. А значит, лучше пока походить в повязке
- Надо допить, - Фауст вновь протянул мне кружку с мерзким лекарством, и я скривилась, показывая свое к нему отношение. В смысле, не к мужчине, а к пойлу. - Люб, надо, чтобы хоть что-то попало внутрь. Ну хоть половинку. Не могу же я и завтра тащить тебя на себе.
Последний аргумент оказался весомым, потому как феникса стало попросту жалко. Мало того, что сумки пер – насколько я успела заметить, поклажа присутствовала в полном объеме – так еще и обморочную меня тащил. И, судя по всему, спать сегодня даже не ложился.
Короче, собралась с силами и влила в себя столько, сколько могла. Занюхала горечь рукавом, и, слава Богу, назад больше ничего не полезло. Недопитые остатки опрокинул в себя Фауст. Тоже сморщился и тоже занюхал рукавом. Видимо, феникс, как и я, лечил последствия знакомства с ядом виверны.
- Как самочувствие? – закончив с лечением, спросил Фауст.
- Хреново, - честно ответила я, все еще с трудом владея своим телом.
- Ничего, скоро полегчает, - уверил меня блондин. – Есть хочешь?
Прислушалась к ощущениям и поняла – хочу! Еще как!
Дальше меня накормили каким-то мясным бульоном с мелко порубленной картошечкой. Откуда взялись продукты, я особо не задумывалась. Мясо у нас с собой было только копченое, а картошку мы всю, кажется, еще за обедом слопали. Хотя, кто знает, может, что и завалялось.
Все то время, пока ела, феникс не сводил с меня пристального взгляда. Внимательного, изучающего и даже какого-то запоминающего.
- Что? – спросила я, чувствуя, что за этим кроется невысказанный вопрос.
Мужчина отрицательно мотнул головой и уставился на свои сцепленные пальцы.
- Ничего… - ответил тихонько, а потом так же тихо добавил: - Не пугай меня так больше, хорошо?
Проглоченная картофелина комом встала в горле. Пришлось запить бульоном, чтобы протолкнуть ее дальше. И только поле этого я ответила:
- Извини… - Почему-то стало стыдно. Нет, не за свои поступки. Но за то, сколько неприятностей доставила своим попутчикам. - Я ведь не специально на них напоролась…
- Знаю. Я сам виноват. Надо было подробно рассказать, какие могут встретиться опасности. Ты ведь в самое их гнездо залезла, и даже не поняла этого…
О! Так вот, что это за хворост разбросанный был. А я думала, просто бурелом под ногами.
- Так почему не рассказал? – задала закономерный вопрос.
Феникс пожал плечами и глянул виновато.
- Не придал этому значения. Думал, что смогу от всего оградить. – И горестно вздохнул: - Дурак…
Да, и вправду, дурак. Но он хотя бы признал свою ошибку. Это уже хорошо. И вселяет надежду на то, что блондин исправится.
- Давай договоримся, что ты не будешь больше от нас ничего скрывать? Все же мы в одной упряжке сейчас. И рисковать понапрасну не стоит.
- Хорошо, я постараюсь, - честно пообещал Фауст.
А мне подумалось, раз у нас с ним сейчас нарисовался такой откровенный разговор, почему бы сразу все не выяснить. Все же, эти наши постоянные перепалки не идут на пользу общему делу. И пора бы уже разобраться, что между нами происходит и что он от меня скрывает.
- Кстати, к вопросу о тайнах, - уверенно начала я, а Фауст поднял на меня заинтересованный взгляд. – О чем вы все-таки говорили с отцом? Перед нашим отъездом.
- Это не важно… - попытался уйти от ответа мужчина. Но я не собиралась давать ему спуска. Сколько уже можно откладывать, право слово?
- Важно! Потому как ты после этого разговора стал словно замороженным! А нам со Стасей нужен адекватный попутчик и защитник, а не ледышка, которая время от времени вдруг взрывается! - честно высказала свое мнение.
Блондин слегка смутился. Губы поджал и брови светлые нахмурил. Думал. А может, пытался обличить в слова собственные мысли. Но судя по тому, сколько он молчал, сделать этого у него никак не получалось.
- А ничего так лесок, - заключила Стаська, обведя взглядом кривое трухлявое дерево, выеденное изнутри, которое непонятно каким образом все еще держалось вертикально.
- Стась, отойди оттуда, - попросила я, резонно опасаясь, что это деревце вот-вот рухнет.
Сестричка скривилась, но послушалась.
- Трусиха, - буркнула мелкая и, насупившись, поплелась следом.
А лес становился все необычнее. Из-под земли вырастали огромные папоротники, лианы обвивали уже практически все деревья, свисали вниз гибкими змеями, стелились по земле, в поисках новой опоры, за которую можно было бы зацепиться. Я благоразумно все их перешагивала, Стаська же время от времени пинала ногами толстые стебли, за что удостаивалась косых взглядов блондина.
Дальше на пути нарисовались ни пойми откуда взявшиеся валуны. Огромные, гладкие, с северной стороны поросшие мхом и лишайником.
Фауст все эти камни старательно обходил стороной, сестричка же…
- Ух ты, какой цветок! – и вприпрыжку понеслась к ближайшему валуну, на котором обнаружились крупные розовые цветы с белой, почти что светящейся в полумраке леса каймой. Цветы были красивые, чем-то напоминали водные лилии, только лепестки мясистые, пушистенькие, со множеством коротеньких ворсинок, к которым так и тянуло прикоснуться. Я уже сделала шаг вперед, собираясь догнать сестру, как услышала резкий окрик.
- Стася, не трогай! – рявкнул феникс, и мелкая застыла с протянутой рукой.
- Почему? – обиженно протянула девчонка, у которой, считай, только что отобрали потенциальную игрушку.
- Это большая жирянка. Если не желаешь получить кислотный ожог, лучше не трогай, - пояснил пернатый, и Стаська тут же опасливо одернула ручку от манящего розового цветка.
Вот тебе и красота. Хищная и опасная. Для кого-то смертельно. Как пояснил позже феникс, на эти мясистые лепесточки обычно прилипают всякие жучки, ну и там же и разлагаются, питая своим соком растение. Еще по дороге феникс показал нам пару мухоловок и растение под названием «рыбий пузырь». Тоже хищное и очень опасное, причем не только для насекомых, но и мелких птичек, которые порой в этот пузырь попадаются
Короче, нам дали наглядно убедиться, что в этом лесу стоит быть начеку. А мне еще подумалось: «Если тут растения такие хищные, то какие же тут животные? И что будет, если мы на кого-нибудь наткнемся?» Надеюсь, Фауст сумеет нас защитить. Иначе бы он не рискнул нас сюда привести, ведь так?
Возможность убедиться в способностях феникса появилась довольно скоро. Мы петляли меж деревьев, стараясь не цепляться за лианы, как перед нами открылся довольно обширный перелесок. Широкий, просторный. Я уже обрадовалась, что наконец пойдем с комфортом - жуть как надоело пробираться через заросли.
Но Фауст вдруг резко остановился. Присел на корточки и сорвал с земли тонкий сероватый стебелек, пропустил его меж пальцев, и тот пеплом рассыпался в руках.
- Стойте тут - скомандовал феникс и сделал несколько шагов вперед. Мы с сестрой послушно замерли, во все глаза следя за нашим проводником.
Мужчина вновь опустился к земле и перетер в руках какое-то растение. Послышались негромкие ругательства.
- Уходим отсюда, - раздраженно выплюнул Фауст, вернувшись обратно. – Придется сделать крюк.
- Почему? – поинтересовалась я и немного загрустила - возвращаться в дремучие заросли совсем не хотелось.
- Там проходит зона обитания василиска. Видела, как стебелек прахом рассыпался? От дыхания василиска никнут травы и иссушаются деревья. – Я оглянулась назад, к перелеску, и обнаружила, что там, и правда, много сухих деревьев. Темных, безжизненных, тянувших крючковатые сухие ветки к небу.
- А от взгляда каменеет все живое? – опасливо спросила Стаська.
- Нуу. Это скорее миф. Да и дело не во взгляде, а во вредных испарениях, что исходят от его кожи. Они иссушают. И если находиться достаточно близко, или того хуже прикоснуться, то ничего хорошего точно не выйдет.
В общем, крюк нам пришлось сделать внушительный. Фауст постоянно трогал траву, изучал деревья и даже принюхивался, выбирая дорогу. Настоящий следопыт, ей Богу. Хотя, не исключено, что он и впрямь этому обучался. Да и все же это его родной мир. Должен же он в нем ориентироваться.
Спустя пару часов Стаська стала проситься на привал. Я тоже изрядно устала, но, в отличие от мелкой, останавливаться в столь недружелюбном месте у меня не было никакого желания. И я бы поддержала феникса в решении идти дальше, если бы не одно веское «но». Мне банально приспичило «в кустики».
- Эммм, Фауст, мне бы отойти… - несмело попросилась я, оглядывая ближайшие заросли.
- Хорошо, - сразу понял намек пернатый и тоже покрутил башкой, проверяя местность на наличие опасности. – Иди направо, - распорядился наш предводитель.
Ну, я и пошла направо. Феникс в тот момент стоял лицом ко мне, и кто ж знал, что он имел ввиду свое право, в то время как я свернула в свое. В общем, обогнула дерево, перешагнула через торчащий из земли корень, перелезла через бурелом, стараясь найти более-менее удобное местечко, так чтобы меня не было видно попутчикам, и чтобы в попу ничего ненароком не воткнулось. И если с первым еще можно было справиться, то вот со вторым было проблематично. Под ноги попадались сплошные ветки, будто кто специально хворост для костра набросал. Невезение просто какое-то.
А потом до меня донеслось:
- Люб, ты где? Ты не туда свернула.
И прямо за спиной раздался хруст ветки. Я мгновенно обернулась, решив, что это Фауст меня нагнал, и чуть не завизжала от страха, когда встретилась взглядом с желтыми, перечеркнутыми вертикальным зрачком глазищами.
Передо мной сидел дракон. Натуральный. Разве что размером не вышел. Настоящие драконы-то должны быть явно выше человеческого роста, а этот размером с королевского пуделя, не больше.
Но все равно, вид у него был устрашающий. Вытянутая морда на длинной подвижной шее. Острые иглоподобные зубы. Ноги почему-то две, вместо положенных четырех. А на месте передней пары конечностей небольшие, явно недоразвитые, крылья. С такими точно далеко не улетишь. Не поднимут увесистую тушку. Остается разве что хлопать ими по воздуху, словно боевому петуху, ввязавшемуся в драку.
- Люба, не двигайся, - раздалось откуда-то сбоку и, скосив глаза, я увидела стоящего в десятке метров Фауста, который медленно тянулся к поясу штанов. – Это карликовая виверна. Будь внимательна, у нее ядовитое шило на хвосте.
До этого момента я как-то опасалась зубов и изогнутых когтей на мощных лапах, но переведя взгляд на хвост с острой иглой-наконечником, поняла, что боялась совершенно не того. Хвост у виверны был длиннющий. И очень подвижный. Так и извивался вокруг тела рептилии. И при желании она могла запросто меня им достать.
Захотелось драпануть. Очень так. И не важно, в какую сторону. Но я старалась сохранять спокойствие и действовать благоразумно. И сейчас мое благоразумие подсказывало, что стоит положиться на блондина, тем более что тот потихоньку вытягивал из-за пояса короткий кинжал.
Виверна гнула шею и настороженно пялилась, то на меня, то на феникса. Видимо, решала, кто из нас вкуснее. Или на кого кинуться первым. И так как я стояла ближе, то было вполне очевидно, что добычей выберут меня.
- Так, Люба, на счет «три» резко пригнись вниз, поняла? – вполголоса и очень спокойно попросил феникс.
- Зачем? - пискнула я. Виверне мой писк не понравился. Она ощерилась и с силой хлестанула хвостом по земле.
- Отвлечь внимание. Эти твари, зараза, очень шустрые. Не хочу спугнуть. Но ты не волнуйся, я прикончу ее раньше, чем она до тебя доберется, - успокоил пернатый.
- Хорошо, - прошептала я, не отрывая глаз от опасной иглы на кончике нервно подергивающегося хвоста.
- Раз, два… три!
И я резко присела вниз и зажурилась. Кинжал Фауста со свистом прорезал воздух, пролетев буквально в метре от меня, а когда я распахнула глаза, он уже красовался в глазнице убитой рептилии, игриво поблескивая зелененьким камушком на рукояти.
Фуух! Пронесло. А блондин-то меткий, оказывается!
Я облегченно вздохнула, поднялась с земли и уже сделала шаг по направлению к своему спасителю, как рядом раздалось злобное шипение.
Резко развернулась, позабыв о том, что в опасной ситуации лучше замереть на месте, и узрела еще одну виверну размером чуть покрупнее, что выбросила наконечник хвоста в мою сторону.
Все произошло столь молниеносное, что я даже дернуться не успела. Просто почувствовала короткий укол в шею. Совсем не страшный. Будто оса укусила. Только вот, от укусов осы колени не слабеют, и земля не уходит из-под ног. И повстречаться бы мне носом с этой самой землей, если бы меня очень вовремя не поймали крепкие сильные руки.
Фауст.
Последнее, что помню - мужчина прижимает полуобморочную меня к своей груди и впивается в шею жесткими губами.
Глава 5: Мировое соглашение
Проснулась я среди ночи. Совсем рядом горел костер, освещая небольшую круглую полянку, выхватывая из темноты стволы ближайших деревьев, пристроенные меж корней вещи и два небольших котелка, греющих бока у жаркого огня. С противоположной стороны, с носом закутавшись в одеяло, тихонько сопела Стаська. Фауст обнаружился неподалеку. Блондин сидел, облокотившись спиной о дерево. Веки его были смежены, и я решила, что он тоже задремал.
Я же чувствовала себя вполне выспавшейся. Пошевелилась, пытаясь сесть, но с первого раза не вышло. Тело было словно чугунное, голова тяжелая. Пришлось тут же за нее схватиться и придержать, дабы не оторвалась ненароком.
- Проснулась? - тут же услышала тихий голос в ночи.
Ничего себе у феникса чуткий сон! Или, может, он и не спал вовсе?
Фауст поднялся и подошел к котелку, налил в жестяную кружку какой-то дымящийся жидкости и протянул мне.
- На, выпей, это лекарство.
Я повела носом над кружкой и поняла, что выпить этого не смогу. Жалобно глянула на мужчину.
- Люб, надо. Иначе завтра ты будешь не способна передвигаться. А мы и так прилично отстали.
Мужчина сел ближе, подставил плечо, позволяя на него опереться, и придвинул кружку к губам.
- Горячо… - пискнула я, глядя на густой дым, что валил из емкости.
Фауст ехидно выгнул светлую бровь, перехватил кружку и сам сделал маленький глоток.
- Нормально, не горячее, - опроверг мои ожидания блондин.
Я задержала дыхание и решительно глотнула лекарство. Собственно, меня только на один глоток и хватило. Желудок мгновенно взбунтовался, и меня тотчас вывернуло. Только и успела, что отвернуться в противоположную сторону.
Черт! Как мерзко-то. И Фауст, как назло, рядом и все видит. Блондин тотчас протянул мне платок.
- Не смотри, - буркнула я, принимая тряпицу и впопыхах вытирая рот.
- Да ладно тебе, - мягко отозвался мужчина. – Меня самого сегодня только трижды вывернуло.
- Почему? – не сообразила я. Вроде ж феникса виверны не жалили… Или я что-то пропустила?
- Яд попал в желудок, - пояснил блондин.
Я тут же прикинула, каким образом он мог туда попасть, и смутилась от внезапной догадки.
- Ты что, яд отсасывал?
- Конечно, - ответил Фауст, будто это было что-то само собой разумеющееся, а я коснулась шеи и обнаружила под пальцами узкую тряпичную повязку.
Место укола здорово саднило. Дотронуться больно. А при том, что Фауст отсасывал яд, помимо ранки там еще наверняка и здоровенный синяк, в простонародье называемый засосом. А значит, лучше пока походить в повязке
- Надо допить, - Фауст вновь протянул мне кружку с мерзким лекарством, и я скривилась, показывая свое к нему отношение. В смысле, не к мужчине, а к пойлу. - Люб, надо, чтобы хоть что-то попало внутрь. Ну хоть половинку. Не могу же я и завтра тащить тебя на себе.
Последний аргумент оказался весомым, потому как феникса стало попросту жалко. Мало того, что сумки пер – насколько я успела заметить, поклажа присутствовала в полном объеме – так еще и обморочную меня тащил. И, судя по всему, спать сегодня даже не ложился.
Короче, собралась с силами и влила в себя столько, сколько могла. Занюхала горечь рукавом, и, слава Богу, назад больше ничего не полезло. Недопитые остатки опрокинул в себя Фауст. Тоже сморщился и тоже занюхал рукавом. Видимо, феникс, как и я, лечил последствия знакомства с ядом виверны.
- Как самочувствие? – закончив с лечением, спросил Фауст.
- Хреново, - честно ответила я, все еще с трудом владея своим телом.
- Ничего, скоро полегчает, - уверил меня блондин. – Есть хочешь?
Прислушалась к ощущениям и поняла – хочу! Еще как!
Дальше меня накормили каким-то мясным бульоном с мелко порубленной картошечкой. Откуда взялись продукты, я особо не задумывалась. Мясо у нас с собой было только копченое, а картошку мы всю, кажется, еще за обедом слопали. Хотя, кто знает, может, что и завалялось.
Все то время, пока ела, феникс не сводил с меня пристального взгляда. Внимательного, изучающего и даже какого-то запоминающего.
- Что? – спросила я, чувствуя, что за этим кроется невысказанный вопрос.
Мужчина отрицательно мотнул головой и уставился на свои сцепленные пальцы.
- Ничего… - ответил тихонько, а потом так же тихо добавил: - Не пугай меня так больше, хорошо?
Проглоченная картофелина комом встала в горле. Пришлось запить бульоном, чтобы протолкнуть ее дальше. И только поле этого я ответила:
- Извини… - Почему-то стало стыдно. Нет, не за свои поступки. Но за то, сколько неприятностей доставила своим попутчикам. - Я ведь не специально на них напоролась…
- Знаю. Я сам виноват. Надо было подробно рассказать, какие могут встретиться опасности. Ты ведь в самое их гнездо залезла, и даже не поняла этого…
О! Так вот, что это за хворост разбросанный был. А я думала, просто бурелом под ногами.
- Так почему не рассказал? – задала закономерный вопрос.
Феникс пожал плечами и глянул виновато.
- Не придал этому значения. Думал, что смогу от всего оградить. – И горестно вздохнул: - Дурак…
Да, и вправду, дурак. Но он хотя бы признал свою ошибку. Это уже хорошо. И вселяет надежду на то, что блондин исправится.
- Давай договоримся, что ты не будешь больше от нас ничего скрывать? Все же мы в одной упряжке сейчас. И рисковать понапрасну не стоит.
- Хорошо, я постараюсь, - честно пообещал Фауст.
А мне подумалось, раз у нас с ним сейчас нарисовался такой откровенный разговор, почему бы сразу все не выяснить. Все же, эти наши постоянные перепалки не идут на пользу общему делу. И пора бы уже разобраться, что между нами происходит и что он от меня скрывает.
- Кстати, к вопросу о тайнах, - уверенно начала я, а Фауст поднял на меня заинтересованный взгляд. – О чем вы все-таки говорили с отцом? Перед нашим отъездом.
- Это не важно… - попытался уйти от ответа мужчина. Но я не собиралась давать ему спуска. Сколько уже можно откладывать, право слово?
- Важно! Потому как ты после этого разговора стал словно замороженным! А нам со Стасей нужен адекватный попутчик и защитник, а не ледышка, которая время от времени вдруг взрывается! - честно высказала свое мнение.
Блондин слегка смутился. Губы поджал и брови светлые нахмурил. Думал. А может, пытался обличить в слова собственные мысли. Но судя по тому, сколько он молчал, сделать этого у него никак не получалось.
