Сколько народа уже голову сложили за этот клад, а ведь не сдаются. Ищут, ищут. Глотки друг другу режут, корабли топят, команды под корень изводят. Биглоу оставил карту, даже не прятал ее. Сказал, кому карта достанется, тот получит и сокровища. В первый же час после его смерти трое его сыновей умерли в попытке завладеть картой, каждый хотел быть первым. И понеслось. Как только карта попадает в чьи-то руки, так и расплата рядом. Правда, еще говорят, что было какое-то условие. Только я его не знаю. Вроде как он зашифровал свое послание на обратной стороне карты. Может, тому повезет, кто расшифрует? А как расшифровать то, чего нет? Враки это все.
- Враки, - задумчиво повторила Тина. – Это все враки. Ой, - она вскочила на ноги, - кажется, меня хозяин звал. Побегу, а то снова гадом станет.
- Беги, малец, - усмехнулся Мартель, снова набивая свою трубку.
Своего нанимателя Тина нашла в капитанской каюте, где тот разговаривал с капитаном Верта, потягивая вино из серебряного стаканчика. Мадемуазель Лоет остановилась на пороге, она приплясывала от нетерпения и делала жуткие рожи, показывая всю значимость своего визита. Альен приподнял брови в насмешливом изумлении:
- Мальчик мой, у тебя лицо свело, или же тебя мучит нужда, а ты забыл, как она справляется и пришел об этом спросить у меня? – поинтересовался Литин.
- Гарпун вам в печень, хозяин, - от души ответствовала Тина.
- И тебе доброго дня, Сверчок, - усмехнулся молодой человек. – Что случилось?
- Вы мне нужны, господин Альен, - взяв себя в руки, произнесла мадемуазель Лоет.
- Приятно знать, что ты кому-то нужен, - Литин поднялся на ноги. – Оставлю вас, капитан Верта.
- Разумеется, - улыбнулся Верта. – И поспешите, а то эти дьяволовы дыры сопят так, что способны разбудить морское чудовище.
- Чтоб вас черти полюбили, капитан, - с чувством пожелала ему Тина и первой направилась в каюту Альена.
В каюте девушка схватилась за перо. Господин Литин остановился рядом и наблюдал, как подрагивает перо в нетерпеливой руке, как рождаются неровные прыгающие строки. Возбуждение Тины не давало усомниться в том, что она узнала что-то важное. Когда она поставила точку и сдвинула лист в сторону своего нанимателя, тот рассматривал уже не строчки, а саму мадемуазель Лоет. Тина подняла голову и застыла, пойманная внимательным изучающим мужским взглядом в ловушку. Щеки тут же опалило огнем, и неугомонное создание испытала сильнейшее смущение. А следом пришел страх, заставивший кровь отхлынуть от лица. «Он знает», - вдруг подумала девушка.
Однако Альен Литин не задал ни одного вопроса, которых Тина боялась, как огня. Вместо этого молодой человек взял в руки исписанный лист и вчитался, все больше хмурясь. Пока Альен изучал новости, принесенные Сверчком, мадемуазель Лоет терялась в догадках, заподозрили в ней девицу или же испытующий взгляд нанимателя имел какое-то иное значение. Пока она размышляла, Литин взял перо, и вскоре Тина прочла: «Достань карту».
Она тут же полезла за пазуху, но опомнилась и отвернулась, на всякий случай. А когда вновь посмотрела на Альена, он уже сидел на стуле и повторно перечитывал то, что написала Тина. Девушка не стала рассказывать про проклятье и то, что все хозяева карты непременно гибнут, решив, что это лишнее… пока лишнее. Зато рассказала про скрытое послание и про то, что клад Биглоу баснословен. Должно быть, Литин почувствовал подвох в том куске сыра, что ему подсовывала хитрая девица, потому лицо его вновь стало мрачноватым, и во взгляде появился огонек сомнения.
Забрав из рук своего слуги футляр, Альен сам достал карту и перевернул ее обратной стороной. Желтоватые и бурые пятна на ней наводили на мысли о том, что карта много раз бывала в переделках. Молодой человек бросил на Тину скептический взгляд и постучал пальцем по бурым пятнам, давая понять, что ей не провести своего наниматели.
- Ты должен рассказать мне все, - негромко произнес Альен. – Твоя история пестрит белыми пятнами, как эта карта - пятнами крови. Пиши, что утаил.
- Хозя…
- Пиши, Сверчок, пиши, - не пожелал слушать слугу Альен.
Возмущенно сопя, мадемуазель Лоет все-таки решилась рассказать все, что узнала от Мартеля. В общем-то, у сомнений господина Литина имелись основания, Тина это признавала. По карте было отлично видно, что путь ее оказался долог и тернист. И раз уж никто до сих пор не нашел сокровища Биглоу, значит, не все так радужно и просто, как пыталась рассказать об этом девушка.
- Это след от огня, - Альен указал на небольшое черное пятно. – Ее держали над свечой, пытаясь увидеть скрытое послание. Похоже, оно так и не проявилось.
- Или исчезло вновь, - прошептала Тина, отрываясь от своего занятия.
- Проверим, - кивнул Литин, зажигая свечной огарок.
Он некоторое время держал карту над огнем, под встревоженным взглядом мадемуазель Лоет, а затем разочарованно задул маленькое пламя. – Ничего. Может, нет послания? Или карта ненастоящая.
- Настоящая, - не согласилась Тина. – Там и подпись стоит. И вон какая старая.
- Не факт, - пожал плечами Альен. – Ты знаешь руку того, кто это чертил? Вот и я не знаю. Да, бумага старая, но подделку могли составить много лет назад и выдать за оригинал. Мог и сам… хозяин составить намеренную фальшивку, если уж он был такой скупердяй.
- Он был с принципами и всегда держал свое слово, - вновь возразила Тина.
- И все-таки, Сверчок, - молодой человек присел на край своей койки, - представь, что это все одна большая шутка, и мы сейчас лезем в петлю из-за миража.
- Дьявол меня дери, хозяин, если я поверю в это, - жарко возразила девушка. – Это подлинник!
Альен усмехнулся и вернул Тине карту, забрав у мадемуазель Лоет ее небольшую письменную работу. Прочитав то, что написала девушка, он окинул ее мрачным взглядом и кивнул на дверь.
- Иди, мне нужно все это обдумать.
- Много думать – голова разболится, - проворчала мадемуазель Лоет и направилась к двери, на ходу пряча карту.
- Ты, наверное, вообще головной болью не страдаешь, - усмехнулся Альен Литин, и Тина наградила его тяжелым взглядом перед тем, как скрыться за дверью.
Что бы тогда ни думал господин Литин, но картой после этого он интересовался еще несколько раз. А не так давно два заговорщика попросили разрешения у капитана посетить его каюту и посмотреть карты. Господин Верта был немного удивлен, но все-таки отказывать не стал. И Тина с Альеном углубились в изучение местоположения острова, таящего в себе несметные богатства Ларса Биглоу.
- Я ничего толком не понимаю, - признался Альен. – Ты понимаешь?
- Понимаю, - кивнула Тина. – Ах, кабы сюда господина Бержара или па…пару других географов, - пробормотала девушка после небольшой заминки, которую Литин заметил, но не показал вида. – Так, значит, нам нужно сюда, - ее пальчик скользил по карте капитана, - потом… дьявол, нужна более подробная карта.
Пока они занимались просмотром еще нескольких карт, появился сам капитан, и Литин заговорил господину Верта зубы, рассказывая о том, что Сверчок пытается доказать, что он не неуч.
- Да, - подхватила Тина. – Хозяин не верит, что я знаю больше, чем местоположение соседней деревни.
- Устраиваете мальчишке экзамены, - понятливо усмехнулся капитан. – И как?
- Названия по карте читает хорошо, - насмешливо ответил Альен. – А вот без карты… Можешь без карты?
- Могу, - насупилась Тина.
Но экзамен так и не состоялся. Капитана позвали на палубу, и пара авантюристов решила последовать за ним. Мадемуазель Лоет называла страны, какие ей приходили в голову, Альен кивал и кидал на спину капитана досадливые взгляды. Он рассчитывал, что Сверчок догадается назвать те государства, которые находятся рядом с предполагаемым местом нахождения острова Биглоу, и Верта сам найдет нужную карту для сверки, после чего маленький слуга мог бы сунуть в нее нос под любым предлогом.
Впрочем, Альена Литина занимали не только сокровища. Личность его второго слуги интересовала молодого человека не меньше. Наблюдать за Сверчком стало одним из любимых занятий Альена. Ради этого младший Литин теперь проводил времени на палубе гораздо больше, чем в каюте, отложив в сторону книги. Перед ним был ребус куда как интересней.
Вскоре Альен отметил, что Сверчок никогда не посещает гальюн на носу корабля, как другие матросы. Мальчишка приспособил себе для личных нужд ведро, честно украденное у команды в первый же день плавания. Справлял свои нужды Сверчок без свидетелей и выливал в море импровизированный горшок под смешки команды с невозмутимым видом.
Чистоту парень старался соблюдать, обзаведясь ковшом, который с вечера наполнял водой, но, опять же, старался приводить себя в порядок, когда команда была на палубе. Одевался неизменно в рубашку и наглухо застегнутый жилет, и даже в жару, когда команда обнажалась по пояс, не изменял своим привычкам. А однажды мальчик, не боявшийся высоты и обожавший море, отказался искупать вместе с остальными, когда капитан разрешил своим людям освежиться. Парень с нескрываемой завистью смотрел на мужчин, прыгавших прямо с борта, но так и остался стоять на палубе. Более того, увидев, что двое матросов полностью обнажились, стыдливо покраснел и отвернулся, рассматривая горизонт.
Но самое примечательное произошло дней пять назад. Настроение мальчишки стало часто портиться, он сидел, болезненно морщась и поглаживая живот. На вопрос о самочувствии раздраженно ответил, что с ним все хорошо, и живот болит потому, что съел что-то не то. На возмущение кока огрызнулся и ушел с палубы, а на месте, где он сидел, осталось небольшое красное пятнышко. Альен тут же наступил на него, скрывая от случайного взгляда, и попросил Рени, немного оклемавшегося, принести вина. Получив желаемое, Литин «случайно» пролил его себе под ноги, виновато растер ногой, извинившись за свою неуклюжесть, а вечером Сверчок перебрался в отдельную каюту. Альен договорился об этом с капитаном, объяснив заботой о приболевшем мальчишке. Следующие несколько дней паренек не спешил выходить на палубу, пользуясь положением больного, а вчера появился как ни в чем не бывало, довольный жизнью и собой.
Нужны ли были еще доказательства мужчине, сложившему воедино все странности в поведении и в облике мальчика? Нет, Альен окончательно уверился, что полукружье маленькой женской груди в вырезе расползшегося ворота рубахи ему не почудилось. Его Сверчок был девушкой. Можно было припереть ее к стенке и добиться правды, кто она, откуда и зачем солгала, но молодой человек решил этого не делать. Хочет быть мальчиком, почему и не доставить девице такого удовольствия? Тем более наблюдения за ней от этого стали лишь интересней.
Теперь, когда пол самозваного Эмила Мулера стал известен Альену, само их знакомство предстало в ином свете. Отважная девчонка бросилась ему на помощь, видя численное превосходство разбойников. Молодой человек не мог не признать, что восхищен ею. И все же свою линию поведения он менять не собирался. Во-первых, это раскрыло бы то, что он знает главную тайну Сверчка, а во-вторых, Альен по-прежнему считал, что девице нельзя давать спуску. Даже наказанная, она умудрилась перейти дорогу кровожадному пирату, а что будет, если дать ей волю? Поэтому только два изменения коснулись юной мадемуазель. У нее появилась каюта, и Рени получил от хозяина запрет на конфликты с мальчиком.
- Говори мне, я сам разберусь, - велел Литин, Рени деваться было некуда.
Сама Тина некоторое время терзалась подозрениями, что Альен догадывается об ее истинном происхождении, однако ничего не менялось. Молодой человек все так же посмеивался над ней, если девушка давала ему повод, и мадемуазель Лоет успокоилась. Правда, каюта несколько смутила ее, но объяснение, что Сверчок, по сути, еще ребенок и что наниматель несет ответственность за свою прислугу, пришлось ей по душе, вновь успокоив всколыхнувшиеся подозрения.
- Доброе утро, - улыбнулась Тина солнечному зайчику на стене. – Сегодня будет чудесный день?
- Будет, если поднимешь свой королевский зад с постели и принесешь господину Альену завтрак, - послышался из-за двери голос Рени.
- Ты под дверями стоял? – изумилась девушка, глядя на дверь.
- Да, ваше величество, - язвительно ответил мужчина. – Всю ночь ждал, когда вы глазоньки откроете.
- Тогда принеси мне горячий шоколад и свежую булочку с клубничным джемом, - осклабилась Тина, не спеша откидывать одеяло.
- Живо вставай! – рявкнул Рени, и мадемуазель Лоет услышала сердитые удаляющиеся шаги.
- Осел, - проворчала девушка, поднимаясь с койки.
Теперь ей не приходилось беспрестанно оглядываться, чтобы убедиться в отсутствии случайных свидетелей, и ухаживать за собой стало намного проще. Умывшись, одевшись и причесавшись, Тина поспешила на камбуз. Барту встретил ее неприветливой миной, он все еще обижался за пустой навет, а девушка не могла сознаться в истинной причине своей хвори.
- Доброе утро, господин Барту, - произнесла Тина.
- Завтрак для хозяина там, - не глядя на нее, указал кок на приготовленный поднос.
- Сегодня чудесный день, - попробовала подлизаться мадемуазель Лоет.
Мужчина промолчал, и Тина решила не сдаваться. Она подошла ближе и поставила локти на стол, подперев щеки кулаками.
- Что готовите? – спросила она.
- Лично для тебя добрую порцию яда, - едко ответил Барту. – Чтобы уж точно моя стряпня тебя в бараний рог скрутила.
Мадемуазель Лоет виновато потупилась.
- Ну простите же меня, господин Барту, - заканючила она, шмыгая носом. – Должно быть, солнце мне напекло голову, вот живот и разболелся, а я брякнул по дурости…
- Вот-вот, по дурости. Этого у тебя по самую маковку, - проворчал мужчина.
- Я больше никогда не скажу про вас и вашу стряпню гадости, честно-честно, - клятвенно заверила его Тина, приложив руки к груди. – Пусть меня на дно утащит дьявол, а черти жарят на огромной сковороде, если я вру!
Барту скосил на парнишку глаза и усмехнулся.
- Неси завтрак хозяину, а то он тебя поджарит раньше чертей, - все еще ворчливо произнес кок, но было заметно, что он немного оттаял.
Тина чуть не поцеловала мужчину в щеку, но опомнилась, что она не девчонка, поэтому просто кивнула и протянула руку. Кок снова усмехнулся, но протянул руку в ответ, и мир был скреплен рукопожатием. После этого Тина схватила поднос и поспешила к Альену Литину, не желая попадать под новое наказание, до Тарвана оставалось меньше недели.
Мадемуазель Лоет выскочила на палубу, сияя счастливой улыбкой.
- Сверчок, где там притаились неприятности? – крикнул Рябой Жайон.
Тина повернула голову в его сторону, не заметила каната и полетела на палубу, грохоча посудой и опустевшим подносом.
- Они были под носом, - захохотал другой матрос.
- Да что же ты за ходячее бедствие?! – воскликнул за ее спиной Барту, выглядывая с камбуза.
- Сверчок, глаза нужно открывать, как только просыпаешься, - смеялся Рябой.
- Ими еще нужно уметь пользоваться, - усмехнулся боцман.
- Руки-крюки, - сплюнул в сердцах кок, отправляясь заново готовить завтрак.
Красная, как свекла, Тина вскочила на ноги, озираясь по сторонам. Кулаки ее сжались, и девушка топнула ногой, но тут же взвыла и запрыгала на месте.
- Да что ты с ним будешь делать, - всплеснул руками господин Лериа. – Теперь ногу осколком порезал. Прыгай сюда, недотепа, осмотрю.
- Враки, - задумчиво повторила Тина. – Это все враки. Ой, - она вскочила на ноги, - кажется, меня хозяин звал. Побегу, а то снова гадом станет.
- Беги, малец, - усмехнулся Мартель, снова набивая свою трубку.
Своего нанимателя Тина нашла в капитанской каюте, где тот разговаривал с капитаном Верта, потягивая вино из серебряного стаканчика. Мадемуазель Лоет остановилась на пороге, она приплясывала от нетерпения и делала жуткие рожи, показывая всю значимость своего визита. Альен приподнял брови в насмешливом изумлении:
- Мальчик мой, у тебя лицо свело, или же тебя мучит нужда, а ты забыл, как она справляется и пришел об этом спросить у меня? – поинтересовался Литин.
- Гарпун вам в печень, хозяин, - от души ответствовала Тина.
- И тебе доброго дня, Сверчок, - усмехнулся молодой человек. – Что случилось?
- Вы мне нужны, господин Альен, - взяв себя в руки, произнесла мадемуазель Лоет.
- Приятно знать, что ты кому-то нужен, - Литин поднялся на ноги. – Оставлю вас, капитан Верта.
- Разумеется, - улыбнулся Верта. – И поспешите, а то эти дьяволовы дыры сопят так, что способны разбудить морское чудовище.
- Чтоб вас черти полюбили, капитан, - с чувством пожелала ему Тина и первой направилась в каюту Альена.
В каюте девушка схватилась за перо. Господин Литин остановился рядом и наблюдал, как подрагивает перо в нетерпеливой руке, как рождаются неровные прыгающие строки. Возбуждение Тины не давало усомниться в том, что она узнала что-то важное. Когда она поставила точку и сдвинула лист в сторону своего нанимателя, тот рассматривал уже не строчки, а саму мадемуазель Лоет. Тина подняла голову и застыла, пойманная внимательным изучающим мужским взглядом в ловушку. Щеки тут же опалило огнем, и неугомонное создание испытала сильнейшее смущение. А следом пришел страх, заставивший кровь отхлынуть от лица. «Он знает», - вдруг подумала девушка.
Однако Альен Литин не задал ни одного вопроса, которых Тина боялась, как огня. Вместо этого молодой человек взял в руки исписанный лист и вчитался, все больше хмурясь. Пока Альен изучал новости, принесенные Сверчком, мадемуазель Лоет терялась в догадках, заподозрили в ней девицу или же испытующий взгляд нанимателя имел какое-то иное значение. Пока она размышляла, Литин взял перо, и вскоре Тина прочла: «Достань карту».
Она тут же полезла за пазуху, но опомнилась и отвернулась, на всякий случай. А когда вновь посмотрела на Альена, он уже сидел на стуле и повторно перечитывал то, что написала Тина. Девушка не стала рассказывать про проклятье и то, что все хозяева карты непременно гибнут, решив, что это лишнее… пока лишнее. Зато рассказала про скрытое послание и про то, что клад Биглоу баснословен. Должно быть, Литин почувствовал подвох в том куске сыра, что ему подсовывала хитрая девица, потому лицо его вновь стало мрачноватым, и во взгляде появился огонек сомнения.
Забрав из рук своего слуги футляр, Альен сам достал карту и перевернул ее обратной стороной. Желтоватые и бурые пятна на ней наводили на мысли о том, что карта много раз бывала в переделках. Молодой человек бросил на Тину скептический взгляд и постучал пальцем по бурым пятнам, давая понять, что ей не провести своего наниматели.
- Ты должен рассказать мне все, - негромко произнес Альен. – Твоя история пестрит белыми пятнами, как эта карта - пятнами крови. Пиши, что утаил.
- Хозя…
- Пиши, Сверчок, пиши, - не пожелал слушать слугу Альен.
Возмущенно сопя, мадемуазель Лоет все-таки решилась рассказать все, что узнала от Мартеля. В общем-то, у сомнений господина Литина имелись основания, Тина это признавала. По карте было отлично видно, что путь ее оказался долог и тернист. И раз уж никто до сих пор не нашел сокровища Биглоу, значит, не все так радужно и просто, как пыталась рассказать об этом девушка.
- Это след от огня, - Альен указал на небольшое черное пятно. – Ее держали над свечой, пытаясь увидеть скрытое послание. Похоже, оно так и не проявилось.
- Или исчезло вновь, - прошептала Тина, отрываясь от своего занятия.
- Проверим, - кивнул Литин, зажигая свечной огарок.
Он некоторое время держал карту над огнем, под встревоженным взглядом мадемуазель Лоет, а затем разочарованно задул маленькое пламя. – Ничего. Может, нет послания? Или карта ненастоящая.
- Настоящая, - не согласилась Тина. – Там и подпись стоит. И вон какая старая.
- Не факт, - пожал плечами Альен. – Ты знаешь руку того, кто это чертил? Вот и я не знаю. Да, бумага старая, но подделку могли составить много лет назад и выдать за оригинал. Мог и сам… хозяин составить намеренную фальшивку, если уж он был такой скупердяй.
- Он был с принципами и всегда держал свое слово, - вновь возразила Тина.
- И все-таки, Сверчок, - молодой человек присел на край своей койки, - представь, что это все одна большая шутка, и мы сейчас лезем в петлю из-за миража.
- Дьявол меня дери, хозяин, если я поверю в это, - жарко возразила девушка. – Это подлинник!
Альен усмехнулся и вернул Тине карту, забрав у мадемуазель Лоет ее небольшую письменную работу. Прочитав то, что написала девушка, он окинул ее мрачным взглядом и кивнул на дверь.
- Иди, мне нужно все это обдумать.
- Много думать – голова разболится, - проворчала мадемуазель Лоет и направилась к двери, на ходу пряча карту.
- Ты, наверное, вообще головной болью не страдаешь, - усмехнулся Альен Литин, и Тина наградила его тяжелым взглядом перед тем, как скрыться за дверью.
Что бы тогда ни думал господин Литин, но картой после этого он интересовался еще несколько раз. А не так давно два заговорщика попросили разрешения у капитана посетить его каюту и посмотреть карты. Господин Верта был немного удивлен, но все-таки отказывать не стал. И Тина с Альеном углубились в изучение местоположения острова, таящего в себе несметные богатства Ларса Биглоу.
- Я ничего толком не понимаю, - признался Альен. – Ты понимаешь?
- Понимаю, - кивнула Тина. – Ах, кабы сюда господина Бержара или па…пару других географов, - пробормотала девушка после небольшой заминки, которую Литин заметил, но не показал вида. – Так, значит, нам нужно сюда, - ее пальчик скользил по карте капитана, - потом… дьявол, нужна более подробная карта.
Пока они занимались просмотром еще нескольких карт, появился сам капитан, и Литин заговорил господину Верта зубы, рассказывая о том, что Сверчок пытается доказать, что он не неуч.
- Да, - подхватила Тина. – Хозяин не верит, что я знаю больше, чем местоположение соседней деревни.
- Устраиваете мальчишке экзамены, - понятливо усмехнулся капитан. – И как?
- Названия по карте читает хорошо, - насмешливо ответил Альен. – А вот без карты… Можешь без карты?
- Могу, - насупилась Тина.
Но экзамен так и не состоялся. Капитана позвали на палубу, и пара авантюристов решила последовать за ним. Мадемуазель Лоет называла страны, какие ей приходили в голову, Альен кивал и кидал на спину капитана досадливые взгляды. Он рассчитывал, что Сверчок догадается назвать те государства, которые находятся рядом с предполагаемым местом нахождения острова Биглоу, и Верта сам найдет нужную карту для сверки, после чего маленький слуга мог бы сунуть в нее нос под любым предлогом.
Впрочем, Альена Литина занимали не только сокровища. Личность его второго слуги интересовала молодого человека не меньше. Наблюдать за Сверчком стало одним из любимых занятий Альена. Ради этого младший Литин теперь проводил времени на палубе гораздо больше, чем в каюте, отложив в сторону книги. Перед ним был ребус куда как интересней.
Вскоре Альен отметил, что Сверчок никогда не посещает гальюн на носу корабля, как другие матросы. Мальчишка приспособил себе для личных нужд ведро, честно украденное у команды в первый же день плавания. Справлял свои нужды Сверчок без свидетелей и выливал в море импровизированный горшок под смешки команды с невозмутимым видом.
Чистоту парень старался соблюдать, обзаведясь ковшом, который с вечера наполнял водой, но, опять же, старался приводить себя в порядок, когда команда была на палубе. Одевался неизменно в рубашку и наглухо застегнутый жилет, и даже в жару, когда команда обнажалась по пояс, не изменял своим привычкам. А однажды мальчик, не боявшийся высоты и обожавший море, отказался искупать вместе с остальными, когда капитан разрешил своим людям освежиться. Парень с нескрываемой завистью смотрел на мужчин, прыгавших прямо с борта, но так и остался стоять на палубе. Более того, увидев, что двое матросов полностью обнажились, стыдливо покраснел и отвернулся, рассматривая горизонт.
Но самое примечательное произошло дней пять назад. Настроение мальчишки стало часто портиться, он сидел, болезненно морщась и поглаживая живот. На вопрос о самочувствии раздраженно ответил, что с ним все хорошо, и живот болит потому, что съел что-то не то. На возмущение кока огрызнулся и ушел с палубы, а на месте, где он сидел, осталось небольшое красное пятнышко. Альен тут же наступил на него, скрывая от случайного взгляда, и попросил Рени, немного оклемавшегося, принести вина. Получив желаемое, Литин «случайно» пролил его себе под ноги, виновато растер ногой, извинившись за свою неуклюжесть, а вечером Сверчок перебрался в отдельную каюту. Альен договорился об этом с капитаном, объяснив заботой о приболевшем мальчишке. Следующие несколько дней паренек не спешил выходить на палубу, пользуясь положением больного, а вчера появился как ни в чем не бывало, довольный жизнью и собой.
Нужны ли были еще доказательства мужчине, сложившему воедино все странности в поведении и в облике мальчика? Нет, Альен окончательно уверился, что полукружье маленькой женской груди в вырезе расползшегося ворота рубахи ему не почудилось. Его Сверчок был девушкой. Можно было припереть ее к стенке и добиться правды, кто она, откуда и зачем солгала, но молодой человек решил этого не делать. Хочет быть мальчиком, почему и не доставить девице такого удовольствия? Тем более наблюдения за ней от этого стали лишь интересней.
Теперь, когда пол самозваного Эмила Мулера стал известен Альену, само их знакомство предстало в ином свете. Отважная девчонка бросилась ему на помощь, видя численное превосходство разбойников. Молодой человек не мог не признать, что восхищен ею. И все же свою линию поведения он менять не собирался. Во-первых, это раскрыло бы то, что он знает главную тайну Сверчка, а во-вторых, Альен по-прежнему считал, что девице нельзя давать спуску. Даже наказанная, она умудрилась перейти дорогу кровожадному пирату, а что будет, если дать ей волю? Поэтому только два изменения коснулись юной мадемуазель. У нее появилась каюта, и Рени получил от хозяина запрет на конфликты с мальчиком.
- Говори мне, я сам разберусь, - велел Литин, Рени деваться было некуда.
Сама Тина некоторое время терзалась подозрениями, что Альен догадывается об ее истинном происхождении, однако ничего не менялось. Молодой человек все так же посмеивался над ней, если девушка давала ему повод, и мадемуазель Лоет успокоилась. Правда, каюта несколько смутила ее, но объяснение, что Сверчок, по сути, еще ребенок и что наниматель несет ответственность за свою прислугу, пришлось ей по душе, вновь успокоив всколыхнувшиеся подозрения.
- Доброе утро, - улыбнулась Тина солнечному зайчику на стене. – Сегодня будет чудесный день?
- Будет, если поднимешь свой королевский зад с постели и принесешь господину Альену завтрак, - послышался из-за двери голос Рени.
- Ты под дверями стоял? – изумилась девушка, глядя на дверь.
- Да, ваше величество, - язвительно ответил мужчина. – Всю ночь ждал, когда вы глазоньки откроете.
- Тогда принеси мне горячий шоколад и свежую булочку с клубничным джемом, - осклабилась Тина, не спеша откидывать одеяло.
- Живо вставай! – рявкнул Рени, и мадемуазель Лоет услышала сердитые удаляющиеся шаги.
- Осел, - проворчала девушка, поднимаясь с койки.
Теперь ей не приходилось беспрестанно оглядываться, чтобы убедиться в отсутствии случайных свидетелей, и ухаживать за собой стало намного проще. Умывшись, одевшись и причесавшись, Тина поспешила на камбуз. Барту встретил ее неприветливой миной, он все еще обижался за пустой навет, а девушка не могла сознаться в истинной причине своей хвори.
- Доброе утро, господин Барту, - произнесла Тина.
- Завтрак для хозяина там, - не глядя на нее, указал кок на приготовленный поднос.
- Сегодня чудесный день, - попробовала подлизаться мадемуазель Лоет.
Мужчина промолчал, и Тина решила не сдаваться. Она подошла ближе и поставила локти на стол, подперев щеки кулаками.
- Что готовите? – спросила она.
- Лично для тебя добрую порцию яда, - едко ответил Барту. – Чтобы уж точно моя стряпня тебя в бараний рог скрутила.
Мадемуазель Лоет виновато потупилась.
- Ну простите же меня, господин Барту, - заканючила она, шмыгая носом. – Должно быть, солнце мне напекло голову, вот живот и разболелся, а я брякнул по дурости…
- Вот-вот, по дурости. Этого у тебя по самую маковку, - проворчал мужчина.
- Я больше никогда не скажу про вас и вашу стряпню гадости, честно-честно, - клятвенно заверила его Тина, приложив руки к груди. – Пусть меня на дно утащит дьявол, а черти жарят на огромной сковороде, если я вру!
Барту скосил на парнишку глаза и усмехнулся.
- Неси завтрак хозяину, а то он тебя поджарит раньше чертей, - все еще ворчливо произнес кок, но было заметно, что он немного оттаял.
Тина чуть не поцеловала мужчину в щеку, но опомнилась, что она не девчонка, поэтому просто кивнула и протянула руку. Кок снова усмехнулся, но протянул руку в ответ, и мир был скреплен рукопожатием. После этого Тина схватила поднос и поспешила к Альену Литину, не желая попадать под новое наказание, до Тарвана оставалось меньше недели.
Мадемуазель Лоет выскочила на палубу, сияя счастливой улыбкой.
- Сверчок, где там притаились неприятности? – крикнул Рябой Жайон.
Тина повернула голову в его сторону, не заметила каната и полетела на палубу, грохоча посудой и опустевшим подносом.
- Они были под носом, - захохотал другой матрос.
- Да что же ты за ходячее бедствие?! – воскликнул за ее спиной Барту, выглядывая с камбуза.
- Сверчок, глаза нужно открывать, как только просыпаешься, - смеялся Рябой.
- Ими еще нужно уметь пользоваться, - усмехнулся боцман.
- Руки-крюки, - сплюнул в сердцах кок, отправляясь заново готовить завтрак.
Красная, как свекла, Тина вскочила на ноги, озираясь по сторонам. Кулаки ее сжались, и девушка топнула ногой, но тут же взвыла и запрыгала на месте.
- Да что ты с ним будешь делать, - всплеснул руками господин Лериа. – Теперь ногу осколком порезал. Прыгай сюда, недотепа, осмотрю.
