Рядом с Вэем застыл Кузнечик со своей духовой трубкой. Отравленные дротики были его излюбленным оружием. Конечно, это могло стать прямой наводкой на «Счастливчик», но уже мало кто помнил о матросе, полюбившем оружие дикарей с далеких берегов, откуда Вэйлр привез прозвище – Лоетте, ставшее в последствии его фамилией – Лоет, а Кузнечик науку пользоваться смертоносными жалами. Помнил о дротиках Грязнуля, но… после вчерашней драки он был столь плох, что имел все шансы встретиться с дьяволом в ближайшее время.
- Капитан, - шепнул матрос, привлекая его внимание.
- Угу, - промычал Лоет, уже успевший заметить три тени, перебиравшиеся через ограду губернаторского дома.
Один из них был в знакомом плаще, и бывший пират удовлетворенно хмыкнул. Следом послышались шум и выстрелы. Беглецы побежали вниз по улице, Кузнечик поднял свою трубку, Вэй приготовился бросить нож. Верный кортик висел на своем почетном месте, его в дело пускать Лоет не собирался.
- Они побежали туда! – крикнул один из охранников, целясь вслед беглецам. – Это узкоглазые!
- Давай, - шепнул Вэй, и охранник упал, схватившись за шею, так и не успев выстрелить. – Снимешь еще двоих, и уходим.
- Понял, - кивнул матрос, не оборачиваясь.
Лоет бесшумно отошел от дерева, наблюдая за тем, как падают еще двое охранников, успевших выбежать из ворот особняка. Кузнечик опустил духовую трубку и поспешил за капитаном. Они добрались до Мельника, Вэйлр хлопнул мужчину по плечу и отправился дальше. Кузнечик остался рядом с Мельником, державшим конец веревки, обмотавшей древесный ствол. Когда послышался цокот лошадиных копыт, матрос натянул веревку.
Тут же крики и лошадиное ржание заполнили ночной воздух. Те лошади, которые не успели налететь на преграду, встали на дыбы, сбрасывая своих седоков.
- К дьяволу! – заорал один из всадников, умудрившийся не вылететь из седла, как остальные преследователи. Ему помог упасть Кузнечик, и матросы поспешили за капитаном, исчезая в ближайшем проулке.
Лоет приблизился к Красавчику. Тот кивнул капитану и указал жестом, что беглецы убежали дальше. Прислушавшись к звукам ночного Коласа, Вэй оглянулся, увидел Мельника с Кузнечиком и поманил их за собой. Четверо мужчин последовали дальше, придерживаясь тени. Вскоре уже должен был появиться дом вдовы. К мужчинам присоединились остальные матросы, их помощь больше была не нужна. Дальше ждали горастанцы, которые должны были наделать шуму, чтобы отвлечь на себя погоню и дать марантийцам вернуться на корабль.
Воин, засевший у двери, услышал тихий свист и выскочил из дома вдовы на улицу. Он бросился к трем бегущим фигурам. Один из беглецов отделился от своих сопровождающих, и его место занял воин, успев шепнуть:
- Наверх. Вторая дверь налево.
Его высочество исчез за дверью, случайно хлопнув ею, а троица беглецов поспешила дальше, где их уже ждали другие воины императора Шэн Ли Дана. Хейли, любовавшаяся своим постояльцем, пока он рассказывал ей очередную выдуманную историю, встрепенулась и поглядела в сторону двери.
- Кто-то вошел, - с тревогой произнесла женщина.
- Я посмотрю, - с улыбкой ответил Альен. Он поднялся на ноги, взял хозяйку дома за руку и поцеловал ее. – У вас теперь есть защитник, Хейли.
- О-о, - протянула в волнении женщина. – Только будьте осторожней, Мартель, прошу вас.
Литин вышел в коридор, плотно закрыв за собой дверь. На лестнице остановился незнакомец. Он скинул капюшон и напряженно посмотрел на Альена. Тот указал пальцем на комнату, занятую им еще днем, и принц, кивнув, поспешил в указанном направлении.
- Все в порядке, Хейли, - беззаботно произнес Литин, возвращаясь в комнату вдовушки. – Это всего лишь мой брат. Он проснулся и искал меня. С тех пор, как забота о нем легла на мои плечи, мы стали очень близки. Не переживайте, несчастный не разнесет заразу, его тело хорошо скрыто. Пожалуй, я пойду к нему, парень нервничает. Спокойной ночи, - он вновь прижался губами к руке женщины, - милая Хейли. Мне будет приятно снова увидеть вас утром.
- Спокойной ночи, Мартель, - чуть разочаровано ответила вдовушка, в душе посылая проклятья больному братцу.
Альен покинул комнату хозяйки дома, устало выдохнул и вошел в комнату, которую ему сдали. Принц, стоя у окна, глядел на улицу.
- Ну что ты разнервничался, братец, - громко произнес Литин. – Я здесь, ложись спать.
После этого подошел к его высочеству, с интересом рассматривая его, и поклонился. С улицы доносился шум. Горастанцы затеяли небольшую драку с выстрелами, задерживая преследователей и давая своему кораблю поднять паруса.
- Все получится, - шепнул Альен и опомнился. – Вы же не понимаете.
- Я понимать, - прошептал в ответ принц. – Мой имя Дин, не надо высочество.
- Альен, - протянул руку молодой человек. – Вы можете…
- Я хотеть просто. Говорить «ты», - попросил Дин.
- Ты можешь лечь, - улыбнулся Альен. – Мы уйдем перед рассветом. Хозяйка не войдет, я сказал, что мой брат болен Черной заразой. При этой болезни тело покрывается язвами, человека выедает медленно и болезненно, лечения нет. Она просто побоится. Я поклялся, что брат будет всегда в одежде и перчатках и пользоваться личной посудой, Хейли согласилась.
- Ты быть очень убедителен, - весело улыбнулся принц.
- Очарователен сверх всякой меры. – Негромко рассмеялся Альен. – Ложись.
- Я буду ждать рассвет, - покачал головой его высочество.
Литин пожал плечами и уселся в кресло. Теперь нужно было запастись терпением, он это и сделал. Принц еще какое-то время смотрел в окно, затем сел напротив и все-таки закрыл глаза. На улице еще некоторое время было шумно, после все стихло, и Колас погрузился в сонную дремоту.
- Ален, - Альен приоткрыл один глаз и посмотрел на принца. – Пора?
- Почти, - кивнул молодой человек.
За окном еще было темно, но небо уже начинало светлеть. Альен потянулся и встал на ноги, после подошел к столу и взял в руки небольшую чашку. Он поманил к себе принца.
- Будем рисовать язвы, - усмехнулся он. – Я не мастер грима, но выглядеть должно жутко.
Дин с сомнением рассмотрел чернеющую смесь, хотел спросить, что там, но махнул рукой и послушно замер, позволяя Литину нанести себе на лицо смесь ваксы и песка. Альен нарисовал пальцем несколько «язв», потер подбородок, рассматривая уродливые пятна с коростой из песчинок, удовлетворенно кивнул и протянул маску, кусок ткани с прорезями для глаз, свободно спадавший на грудь, чтобы не задеть «язвы» и не стереть их раньше времени. Затем подал другой плащ, собрал в мешок все следы их пребывания и оставил записку для Хейли, где говорил, что брату стало хуже, и он вынужден оставить свою приветливую и милую хозяйку, боясь подвергнуть ее опасности заражения.
Молодые люди спустились вниз, вышли за двери, и Альен, приобняв «брата» за плечи, повел того в сторону порта. Лоет, наблюдавший за домом, махнул своим людям рукой, и они направились следом за двумя мужчинами, неспешно двигавшимся по освещенной части улицы. Они успешно прошли половину пути, когда дорогу «братьям» преградил ночной патруль.
- Куда идете? – спросил старший, разглядывая принца.
- В порт, - ответил Альен.
- С какого корабля?
- С « Черной звезды», - уверенно врал Литин.
- Это кто? – старший ткнул пальцем в сторону Дина.
- Брат мой. Что-то случилось? – в голосе молодого человека явно читался интерес.
- Пусть покажет рожу, - вместо ответа потребовал мужчина.
- Вам вряд ли понравится то, что вы увидите, - вздохнул Альен. – У брата Черная зараза.
- Покажи, - старший ночного патруля придвинулся ближе, его люди подались назад, а капитан «Счастливчика» и его матросы, прятавшиеся за домами, приготовились напасть на патруль.
Литин укоризненно вздохнул и приподнял край маски «брата», обнажая его подбородок, щеки, нос…
- Довольно! – старший отпрянул, закрывая рот ладонью. – Уводи отсюда эту дрянь. Завтра же ваше корыто покинет Лаифу, губернатор не позволит держать здесь всякое дерьмо.
- Больного человека всякий может обидеть, - проворчал Альен и вновь обнял принца за плечи. – Идем, брат, идем.
Патруль посторонился, крикнув кому-то:
- Не останавливайте!
Члены команды «Счастливчика» переглянулись, осознавая, что впереди засада. Лоет указал на соседний переулок, и матросы поспешили за ним, по прежнему пути пошли только Мельник и Красавчик. Теперь они вышли из своего укрытия, пьяно покачиваясь и напевая разудалую песню. Патруль проводил их взглядом, старший махнул рукой, и пираты последовали дальше.
В порту Лоет догнал Литина и принца, к ним подоспели Мельник и Красавчик. Они привлекли к себе внимание вахтенных, громко споря и хохоча. Альен подтолкнул к сходням Дина, тот быстро взбежал на палубу. Ардо тут же увел его в сторону капитанской каюты. Литин поднялся следом. Он уже хотел войти в свою каюту, когда открылась дверь каюты мадемуазель Лоет. Девушка вышла к нему, мгновение рассматривала, а затем ее кулак взметнулся вверх. Альен успел перехватить его уже перед своим лицом, изумленно глядя на Тину.
- За что? – спросил он.
- Ненавижу тебя, - дрожащим голосом ответила она, и колено мадемуазель Лоет влетело в самое слабое мужское место.
После чего она скрылась в каюте, а Альен, болезненно кривясь и упираясь в переборку ладонью, сипло выдохнул:
- Что я сделал?
Вэйлр Лоет протиснулся мимо него, воздев глаза к небу. В это мгновение ему даже стало стыдно… немного.
Утро началось с моральных терзаний. Тина ворочалась с боку на бок и никак не могла найти себе место. Кажется, скоро чувствовать стыд станет для нее привычным состоянием. Девушка легла на спину, с силой припечатав одеяло кулаками по бокам своего тела, и издала шумное:
- Пуф-ф…
После этого перевернулась на живот и уткнулась лицом в подушку. Перед глазами до сих пор стоял изумленный взгляд Альена, а в ушах звучало: «За что?». За что, за что… За то! А за что именно? Что пропал на целый день и всю ночь? Или за то, о чем папенька сообщил ей в словах, брошенных в сердцах, когда дочь допекла его? Впрочем, папенька сразу же поправился и сказал, что сегодня она все узнает. Так за что же тогда юная мадемуазель Лоет обрушила на того, кто занимал ее мысли, столь унизительный удар?
И Самель уговаривал не пороть горячку, но Тина вбила себе в голову, что такой красавчик не может остаться без женского внимания. Ее богатое воображение рисовало сцены, которые девушка несколько раз видела у портового борделя, мимо которого неоднократно лежал их со Сверчком путь. И это было столь ужасно, унизительно и мерзко, что Тина к рассвету дошла до полного неистовства. Потому-то и не сдержала своего бешенства, когда услышала шаги и поняла, что вернулся загулявший хлыщ.
- Гарпун мне в печень, - пробурчала мадемуазель Лоет, вновь разворачиваясь на спину и закидывая руку за голову. – Он же не один пришел. Все пришли. Стало быть, было у них какое-то дело?.. Папенька!
Устав страдать в одиночестве, Тина вскочила с койки, спешно привела себя в порядок и бросилась в каюту родителя. Капитан еще спал, оно и не удивительно: явился на рассвете, до этого спал утром, значит, предыдущую ночь тоже провел без сна. И Альен вчера утром спал, значит, они с папенькой все-таки что-то затевали. Папенька и сказал про дело, а она…
- Ох, - вздохнула девушка и направилась в каюту Альена, решив сначала попросить прощения у него или хотя бы убедиться, что он не сильно злится на нее.
Мадемуазель открыла дверь, вошла на цыпочках внутрь, приблизилась к койке и застыла, изумленно глядя на незнакомца. Тот, кто спал, раскинувшись на узкой койке, также имел черные волосы, только черты лица больше напоминали давешнего знакомца папеньки, господина Бонга. К тому же он был заметно ниже ростом и уже в плечах. Хотя под кожей, сейчас не скрытой одеждой, угадывались мышцы.
- Альен, - потрясенно прошептала Тина.
Она выбежала из каюты и снова бросилась к папеньке. В голове билась только одна паническая мысль – где Альен Литин? А что если он обиделся на нее и покинул бриг или же папенька довел его? А может просто прогнал прочь? Папенька такой - он все может! Рванув на себя дверь капитанской каюты, Тина стремительно приблизилась к койке, на которой мирно почивал капитан Лоет и истерично вскрикнула:
- Папенька! Папенька, вставайте!!!
- А?! – Вэйлр рывком сел на койке, дико озираясь вокруг себя. – Что? Тина? Кто напал?!
Он схватил саблю и стремглав бросился к двери, но дочь оказалась шустрей. Она закрыла собой проход и трагично возопила:
- Где Альен?! Что вы с ним сделали?!
Лоет короткое мгновение смотрел на дочь, осознавая происходящее, затем сплюнул, отшвырнул саблю и выругался столь витиевато, что щеки мадемуазель Лоет опалило краской смущения. Однако девица быстро справилась с собой и подступила к отцу.
- Не заговаривайте мне зубы! Что вы сделали с Альеном?
- Я? – Вэй упал обратно на койку и прикрыл глаза рукой. – Кроме тебя никто и ничего господину Литину не делал. Это твое колено из него дух вышибло.
- Я нечаянно! – воскликнула Тина, краснея. – Это вы меня настроили!
Лоет покосился на дочь и тяжко вздохнул, раздумывая, удастся ему еще немного вздремнуть или нет.
- Я тебе сказал, что все сегодня узнаешь, - недовольно ответил родитель. – Это у тебя в голове черти в кости на щелбаны играют. Что бы ты там себе не напридумывала, я за это ответственности не несу.
- Папенька, где Альен? – решила девушка не заострять внимания на своих поспешных выводах. – Куда вы его дели и кто спит в его каюте?
Капитан тихо выругался, сел на койке и пристально посмотрел на Тину, она стояла, скрестив руки на груди и упрямо глядя на отца. Отступать она не собиралась. Мужчина почувствовал легкое раздражение.
- Дочь, ты не спала всю ночь, я тоже не спал всю ночь, и твой Альен не спал всю ночь, давай мы хотя бы утром немного отдохнем, у нас сегодня выход в море…
- Я не сдвинусь с места, пока вы мне не скажете, куда делся господин Литин, - мотнула головой Тина. – У пусть меня задерут черти, если я вру. Где Альен?
- К дьяволу, дочь! – рыкнул Лоет. – Твой Литин сейчас сладко спит в гамаке в кубрике!
- Что?! – воскликнула девушка. – В кубрике? Какой-то проходимец в его каюте, а он в гамаке?!
Вэйлр уже хотел съязвить по поводу его высочества Альена Неповторимого, но сузил здоровый глаз настолько, что он сравнялся со вторым ослепшим, а тот и вовсе превратился в щелочку, и уставился на наглое создание.
- А за каким чертом, дитя мое, вы шныряете по каютам, где спят посторонние вам мужчины? – с явной угрозой спросил грозный родитель, поднялся в полный рост и навис над дочерью. – Озверела, мартышка?! Ты за каким дьяволом таскаешься в каюту к Литину?! – Тина попятилась, отчаянно ругая себя за столь неосторожные вопросы. Она пронаблюдала, как отцовская длань потянулась за широким ремнем, пискнула и сорвалась с места. – Стоять! – взревел Лоет. – Урою!
Но девица уже мчалась по палубе, уворачиваясь из-под ног матросов. Она спряталась за спину господина Даэля, когда следом показался капитан, сверкая гневным взором. В руке у него был сжат ремень. Лоет огляделся, заметил глаза Тины, испуганно следящие за ним из-за плеча боцмана, осклабился и двинулся в ее сторону. Господин Даэль попытался окончательно скрыть провинившуюся дочь от разъяренного отца, но Вэйлр предостерегающе покачал головой, и боцман отошел, виновато глядя на Тину. Девушка попятилась, огляделась и кинулась к камбузу:
- Капитан, - шепнул матрос, привлекая его внимание.
- Угу, - промычал Лоет, уже успевший заметить три тени, перебиравшиеся через ограду губернаторского дома.
Один из них был в знакомом плаще, и бывший пират удовлетворенно хмыкнул. Следом послышались шум и выстрелы. Беглецы побежали вниз по улице, Кузнечик поднял свою трубку, Вэй приготовился бросить нож. Верный кортик висел на своем почетном месте, его в дело пускать Лоет не собирался.
- Они побежали туда! – крикнул один из охранников, целясь вслед беглецам. – Это узкоглазые!
- Давай, - шепнул Вэй, и охранник упал, схватившись за шею, так и не успев выстрелить. – Снимешь еще двоих, и уходим.
- Понял, - кивнул матрос, не оборачиваясь.
Лоет бесшумно отошел от дерева, наблюдая за тем, как падают еще двое охранников, успевших выбежать из ворот особняка. Кузнечик опустил духовую трубку и поспешил за капитаном. Они добрались до Мельника, Вэйлр хлопнул мужчину по плечу и отправился дальше. Кузнечик остался рядом с Мельником, державшим конец веревки, обмотавшей древесный ствол. Когда послышался цокот лошадиных копыт, матрос натянул веревку.
Тут же крики и лошадиное ржание заполнили ночной воздух. Те лошади, которые не успели налететь на преграду, встали на дыбы, сбрасывая своих седоков.
- К дьяволу! – заорал один из всадников, умудрившийся не вылететь из седла, как остальные преследователи. Ему помог упасть Кузнечик, и матросы поспешили за капитаном, исчезая в ближайшем проулке.
Лоет приблизился к Красавчику. Тот кивнул капитану и указал жестом, что беглецы убежали дальше. Прислушавшись к звукам ночного Коласа, Вэй оглянулся, увидел Мельника с Кузнечиком и поманил их за собой. Четверо мужчин последовали дальше, придерживаясь тени. Вскоре уже должен был появиться дом вдовы. К мужчинам присоединились остальные матросы, их помощь больше была не нужна. Дальше ждали горастанцы, которые должны были наделать шуму, чтобы отвлечь на себя погоню и дать марантийцам вернуться на корабль.
Воин, засевший у двери, услышал тихий свист и выскочил из дома вдовы на улицу. Он бросился к трем бегущим фигурам. Один из беглецов отделился от своих сопровождающих, и его место занял воин, успев шепнуть:
- Наверх. Вторая дверь налево.
Его высочество исчез за дверью, случайно хлопнув ею, а троица беглецов поспешила дальше, где их уже ждали другие воины императора Шэн Ли Дана. Хейли, любовавшаяся своим постояльцем, пока он рассказывал ей очередную выдуманную историю, встрепенулась и поглядела в сторону двери.
- Кто-то вошел, - с тревогой произнесла женщина.
- Я посмотрю, - с улыбкой ответил Альен. Он поднялся на ноги, взял хозяйку дома за руку и поцеловал ее. – У вас теперь есть защитник, Хейли.
- О-о, - протянула в волнении женщина. – Только будьте осторожней, Мартель, прошу вас.
Литин вышел в коридор, плотно закрыв за собой дверь. На лестнице остановился незнакомец. Он скинул капюшон и напряженно посмотрел на Альена. Тот указал пальцем на комнату, занятую им еще днем, и принц, кивнув, поспешил в указанном направлении.
- Все в порядке, Хейли, - беззаботно произнес Литин, возвращаясь в комнату вдовушки. – Это всего лишь мой брат. Он проснулся и искал меня. С тех пор, как забота о нем легла на мои плечи, мы стали очень близки. Не переживайте, несчастный не разнесет заразу, его тело хорошо скрыто. Пожалуй, я пойду к нему, парень нервничает. Спокойной ночи, - он вновь прижался губами к руке женщины, - милая Хейли. Мне будет приятно снова увидеть вас утром.
- Спокойной ночи, Мартель, - чуть разочаровано ответила вдовушка, в душе посылая проклятья больному братцу.
Альен покинул комнату хозяйки дома, устало выдохнул и вошел в комнату, которую ему сдали. Принц, стоя у окна, глядел на улицу.
- Ну что ты разнервничался, братец, - громко произнес Литин. – Я здесь, ложись спать.
После этого подошел к его высочеству, с интересом рассматривая его, и поклонился. С улицы доносился шум. Горастанцы затеяли небольшую драку с выстрелами, задерживая преследователей и давая своему кораблю поднять паруса.
- Все получится, - шепнул Альен и опомнился. – Вы же не понимаете.
- Я понимать, - прошептал в ответ принц. – Мой имя Дин, не надо высочество.
- Альен, - протянул руку молодой человек. – Вы можете…
- Я хотеть просто. Говорить «ты», - попросил Дин.
- Ты можешь лечь, - улыбнулся Альен. – Мы уйдем перед рассветом. Хозяйка не войдет, я сказал, что мой брат болен Черной заразой. При этой болезни тело покрывается язвами, человека выедает медленно и болезненно, лечения нет. Она просто побоится. Я поклялся, что брат будет всегда в одежде и перчатках и пользоваться личной посудой, Хейли согласилась.
- Ты быть очень убедителен, - весело улыбнулся принц.
- Очарователен сверх всякой меры. – Негромко рассмеялся Альен. – Ложись.
- Я буду ждать рассвет, - покачал головой его высочество.
Литин пожал плечами и уселся в кресло. Теперь нужно было запастись терпением, он это и сделал. Принц еще какое-то время смотрел в окно, затем сел напротив и все-таки закрыл глаза. На улице еще некоторое время было шумно, после все стихло, и Колас погрузился в сонную дремоту.
- Ален, - Альен приоткрыл один глаз и посмотрел на принца. – Пора?
- Почти, - кивнул молодой человек.
За окном еще было темно, но небо уже начинало светлеть. Альен потянулся и встал на ноги, после подошел к столу и взял в руки небольшую чашку. Он поманил к себе принца.
- Будем рисовать язвы, - усмехнулся он. – Я не мастер грима, но выглядеть должно жутко.
Дин с сомнением рассмотрел чернеющую смесь, хотел спросить, что там, но махнул рукой и послушно замер, позволяя Литину нанести себе на лицо смесь ваксы и песка. Альен нарисовал пальцем несколько «язв», потер подбородок, рассматривая уродливые пятна с коростой из песчинок, удовлетворенно кивнул и протянул маску, кусок ткани с прорезями для глаз, свободно спадавший на грудь, чтобы не задеть «язвы» и не стереть их раньше времени. Затем подал другой плащ, собрал в мешок все следы их пребывания и оставил записку для Хейли, где говорил, что брату стало хуже, и он вынужден оставить свою приветливую и милую хозяйку, боясь подвергнуть ее опасности заражения.
Молодые люди спустились вниз, вышли за двери, и Альен, приобняв «брата» за плечи, повел того в сторону порта. Лоет, наблюдавший за домом, махнул своим людям рукой, и они направились следом за двумя мужчинами, неспешно двигавшимся по освещенной части улицы. Они успешно прошли половину пути, когда дорогу «братьям» преградил ночной патруль.
- Куда идете? – спросил старший, разглядывая принца.
- В порт, - ответил Альен.
- С какого корабля?
- С « Черной звезды», - уверенно врал Литин.
- Это кто? – старший ткнул пальцем в сторону Дина.
- Брат мой. Что-то случилось? – в голосе молодого человека явно читался интерес.
- Пусть покажет рожу, - вместо ответа потребовал мужчина.
- Вам вряд ли понравится то, что вы увидите, - вздохнул Альен. – У брата Черная зараза.
- Покажи, - старший ночного патруля придвинулся ближе, его люди подались назад, а капитан «Счастливчика» и его матросы, прятавшиеся за домами, приготовились напасть на патруль.
Литин укоризненно вздохнул и приподнял край маски «брата», обнажая его подбородок, щеки, нос…
- Довольно! – старший отпрянул, закрывая рот ладонью. – Уводи отсюда эту дрянь. Завтра же ваше корыто покинет Лаифу, губернатор не позволит держать здесь всякое дерьмо.
- Больного человека всякий может обидеть, - проворчал Альен и вновь обнял принца за плечи. – Идем, брат, идем.
Патруль посторонился, крикнув кому-то:
- Не останавливайте!
Члены команды «Счастливчика» переглянулись, осознавая, что впереди засада. Лоет указал на соседний переулок, и матросы поспешили за ним, по прежнему пути пошли только Мельник и Красавчик. Теперь они вышли из своего укрытия, пьяно покачиваясь и напевая разудалую песню. Патруль проводил их взглядом, старший махнул рукой, и пираты последовали дальше.
В порту Лоет догнал Литина и принца, к ним подоспели Мельник и Красавчик. Они привлекли к себе внимание вахтенных, громко споря и хохоча. Альен подтолкнул к сходням Дина, тот быстро взбежал на палубу. Ардо тут же увел его в сторону капитанской каюты. Литин поднялся следом. Он уже хотел войти в свою каюту, когда открылась дверь каюты мадемуазель Лоет. Девушка вышла к нему, мгновение рассматривала, а затем ее кулак взметнулся вверх. Альен успел перехватить его уже перед своим лицом, изумленно глядя на Тину.
- За что? – спросил он.
- Ненавижу тебя, - дрожащим голосом ответила она, и колено мадемуазель Лоет влетело в самое слабое мужское место.
После чего она скрылась в каюте, а Альен, болезненно кривясь и упираясь в переборку ладонью, сипло выдохнул:
- Что я сделал?
Вэйлр Лоет протиснулся мимо него, воздев глаза к небу. В это мгновение ему даже стало стыдно… немного.
Глава 22
Утро началось с моральных терзаний. Тина ворочалась с боку на бок и никак не могла найти себе место. Кажется, скоро чувствовать стыд станет для нее привычным состоянием. Девушка легла на спину, с силой припечатав одеяло кулаками по бокам своего тела, и издала шумное:
- Пуф-ф…
После этого перевернулась на живот и уткнулась лицом в подушку. Перед глазами до сих пор стоял изумленный взгляд Альена, а в ушах звучало: «За что?». За что, за что… За то! А за что именно? Что пропал на целый день и всю ночь? Или за то, о чем папенька сообщил ей в словах, брошенных в сердцах, когда дочь допекла его? Впрочем, папенька сразу же поправился и сказал, что сегодня она все узнает. Так за что же тогда юная мадемуазель Лоет обрушила на того, кто занимал ее мысли, столь унизительный удар?
И Самель уговаривал не пороть горячку, но Тина вбила себе в голову, что такой красавчик не может остаться без женского внимания. Ее богатое воображение рисовало сцены, которые девушка несколько раз видела у портового борделя, мимо которого неоднократно лежал их со Сверчком путь. И это было столь ужасно, унизительно и мерзко, что Тина к рассвету дошла до полного неистовства. Потому-то и не сдержала своего бешенства, когда услышала шаги и поняла, что вернулся загулявший хлыщ.
- Гарпун мне в печень, - пробурчала мадемуазель Лоет, вновь разворачиваясь на спину и закидывая руку за голову. – Он же не один пришел. Все пришли. Стало быть, было у них какое-то дело?.. Папенька!
Устав страдать в одиночестве, Тина вскочила с койки, спешно привела себя в порядок и бросилась в каюту родителя. Капитан еще спал, оно и не удивительно: явился на рассвете, до этого спал утром, значит, предыдущую ночь тоже провел без сна. И Альен вчера утром спал, значит, они с папенькой все-таки что-то затевали. Папенька и сказал про дело, а она…
- Ох, - вздохнула девушка и направилась в каюту Альена, решив сначала попросить прощения у него или хотя бы убедиться, что он не сильно злится на нее.
Мадемуазель открыла дверь, вошла на цыпочках внутрь, приблизилась к койке и застыла, изумленно глядя на незнакомца. Тот, кто спал, раскинувшись на узкой койке, также имел черные волосы, только черты лица больше напоминали давешнего знакомца папеньки, господина Бонга. К тому же он был заметно ниже ростом и уже в плечах. Хотя под кожей, сейчас не скрытой одеждой, угадывались мышцы.
- Альен, - потрясенно прошептала Тина.
Она выбежала из каюты и снова бросилась к папеньке. В голове билась только одна паническая мысль – где Альен Литин? А что если он обиделся на нее и покинул бриг или же папенька довел его? А может просто прогнал прочь? Папенька такой - он все может! Рванув на себя дверь капитанской каюты, Тина стремительно приблизилась к койке, на которой мирно почивал капитан Лоет и истерично вскрикнула:
- Папенька! Папенька, вставайте!!!
- А?! – Вэйлр рывком сел на койке, дико озираясь вокруг себя. – Что? Тина? Кто напал?!
Он схватил саблю и стремглав бросился к двери, но дочь оказалась шустрей. Она закрыла собой проход и трагично возопила:
- Где Альен?! Что вы с ним сделали?!
Лоет короткое мгновение смотрел на дочь, осознавая происходящее, затем сплюнул, отшвырнул саблю и выругался столь витиевато, что щеки мадемуазель Лоет опалило краской смущения. Однако девица быстро справилась с собой и подступила к отцу.
- Не заговаривайте мне зубы! Что вы сделали с Альеном?
- Я? – Вэй упал обратно на койку и прикрыл глаза рукой. – Кроме тебя никто и ничего господину Литину не делал. Это твое колено из него дух вышибло.
- Я нечаянно! – воскликнула Тина, краснея. – Это вы меня настроили!
Лоет покосился на дочь и тяжко вздохнул, раздумывая, удастся ему еще немного вздремнуть или нет.
- Я тебе сказал, что все сегодня узнаешь, - недовольно ответил родитель. – Это у тебя в голове черти в кости на щелбаны играют. Что бы ты там себе не напридумывала, я за это ответственности не несу.
- Папенька, где Альен? – решила девушка не заострять внимания на своих поспешных выводах. – Куда вы его дели и кто спит в его каюте?
Капитан тихо выругался, сел на койке и пристально посмотрел на Тину, она стояла, скрестив руки на груди и упрямо глядя на отца. Отступать она не собиралась. Мужчина почувствовал легкое раздражение.
- Дочь, ты не спала всю ночь, я тоже не спал всю ночь, и твой Альен не спал всю ночь, давай мы хотя бы утром немного отдохнем, у нас сегодня выход в море…
- Я не сдвинусь с места, пока вы мне не скажете, куда делся господин Литин, - мотнула головой Тина. – У пусть меня задерут черти, если я вру. Где Альен?
- К дьяволу, дочь! – рыкнул Лоет. – Твой Литин сейчас сладко спит в гамаке в кубрике!
- Что?! – воскликнула девушка. – В кубрике? Какой-то проходимец в его каюте, а он в гамаке?!
Вэйлр уже хотел съязвить по поводу его высочества Альена Неповторимого, но сузил здоровый глаз настолько, что он сравнялся со вторым ослепшим, а тот и вовсе превратился в щелочку, и уставился на наглое создание.
- А за каким чертом, дитя мое, вы шныряете по каютам, где спят посторонние вам мужчины? – с явной угрозой спросил грозный родитель, поднялся в полный рост и навис над дочерью. – Озверела, мартышка?! Ты за каким дьяволом таскаешься в каюту к Литину?! – Тина попятилась, отчаянно ругая себя за столь неосторожные вопросы. Она пронаблюдала, как отцовская длань потянулась за широким ремнем, пискнула и сорвалась с места. – Стоять! – взревел Лоет. – Урою!
Но девица уже мчалась по палубе, уворачиваясь из-под ног матросов. Она спряталась за спину господина Даэля, когда следом показался капитан, сверкая гневным взором. В руке у него был сжат ремень. Лоет огляделся, заметил глаза Тины, испуганно следящие за ним из-за плеча боцмана, осклабился и двинулся в ее сторону. Господин Даэль попытался окончательно скрыть провинившуюся дочь от разъяренного отца, но Вэйлр предостерегающе покачал головой, и боцман отошел, виновато глядя на Тину. Девушка попятилась, огляделась и кинулась к камбузу:
