– Я. Что вы тут устроили? У вас есть основания для проверки?
– Поступили сигналы о нарушениях условий хранения на ваших складах, Юрий Иванович, и… нам было поручено провести у вас инспекцию. От её результатов будет зависеть участие вашей фирмы в тендере на поставку материалов.
– Покажите мне документы, – сказал Жумакин.
– Пожалуйста.
Проверяющий передал ему планшетку.
Какое-то время было тихо. Юрий Иванович перебирал бумаги, напряжённо вчитываясь в текст. Проверяющий и начальник СБ стояли рядом и молча ждали.
Наконец Юрий Иванович закончил и отдал планшетку обратно.
– Хорошо. Можете продолжать, – сдавленно проговорил он. – Но только в моём присутствии.
– Как вам угодно.
Юрий Иванович пошёл вслед за проверяющим к одному из складов, понимая, что крепко влип.
Шансы к концу лета получить подряд таяли на глазах, как мороженое в жаркий день.
И что самое страшное, – Жумакин не мог сейчам ровным счётом ничего с этим сделать. Возможно, позже, но… не сейчас.
* * *
Понедельник, 15 июня
Мы втроём сидели за столом в кабинете Игоря. Сам гоночный инженер, я – и программист из компании, которая занималась информационным обеспечением нашей команды. То есть делала программу-симулятор и время от времени её отлаживала.
Передо мной на столе находились два ноутбука. На экране одного было одновременно выведено несколько стоп-кадров из онборда – со стрелками, указывающими на отдельные баннеры на сочинской трассе. На другом ноуте было открыто окно программного компилятора.
И мне предстояло перевести недостающие в симуляторе части изображения в код, чтобы подтвердить свою полезность техническому отделу.
– Ты верно заметил, что пару баннеров мы упустили, – сказал программист, чем-то напоминавший мне меня-прежнего, только приведённого в более приличный вид. – Мы хотели сами всё быстро исправить, но уж очень твой инженер настаивал, чтобы попробовал именно ты. Любишь программирование, информатику?
– Да. Недавно экзамен на пятёрку сдал…
– В топку. Экзамен – туфта. Имеет значение лишь одно, – он указал пальцем на пустое окно компилятора, – вот это. Если ты так в себе уверен, то у тебя есть полчаса. Действуй.
Я пожал плечами и просто застучал по клавиатуре.
Через десять минут развернул ноут с напечатанным кодом дисплеем к наблюдавшему за мной программисту.
– Готово.
– Хм, а ты не так плох, как мне поначалу казалось, – сказал тот, внимательно просматривая программный фрагмент. – С этим определённо можно работать…
– У меня есть ещё одна идея, как усовершенствовать симулятор.
– Да? И какая же?
– Когда запускаешь заезд, шины по умолчанию всегда свежие. Но в реале часто это не так. Нам на этап выдают всего по три комплекта, так что вторую пятничную тренировку, а также субботнюю и заключительную воскресную гонки мы начинаем с некоторым износом. А что, если и в программу добавить регулировку износа перед включением самого заезда? Чтобы с точностью до круга для каждой трассы устанавливать, сколько на этих шинах уже как бы проехали…
– В этом что-то есть… – поскрёб пальцами редкую щетину программист. – Я закину эту мысль коллегам, мы придумаем, как это можно сделать… Ты тоже, так и быть, можешь подсказывать свои соображения. Всё, я пойду твои эти баннеры дорабатывать. Всех благ.
Он ушёл, забрав ноутбук с кодом, а мы с Игорем остались вдвоём перед стоп-кадрами онборда.
– Зачем тебе это? – спросил инженер. – Гонок мало, что ли?
– В жизни всё пригодится. И к одним гонкам всё равно свести её будет нельзя. Поэтому есть сфера, где работать можно бесконечно…
– Над чем?
– Над собой. Во всём, что кажется интересным.
* * *
…Вот обо всём этом я и размышлял перед началом резерва ОГЭ по физике. Конечно, чего-то я не мог знать – например того, что происходило с отцом и что бы там ни замышлял Форман, – но был уверен: какие бы там ни крутились интриги, меня они так или иначе коснутся.
…Через два с половиной часа я спускался по ступенькам крыльца школы, где проходил экзамен. В отличном результате я не сомневался, так как и в своё время сдал это на изи, и теперь задания особо сложными мне не показались.
Мыслями я уже был в Сочи: в эти выходные мне доведётся снова выложиться на полную – на главном автодроме страны, на виду у тысяч болельщиков, в борьбе с более сильными иностранными соперниками и сильно мне не уступавшими сокомандниками.
Прибыть туда, как и все, я должен буду заранее, а потому – вылет завтрашним рейсом.
Вдруг у меня зазвонил мобильный, и я «снял трубку»:
– Алё? Здравствуйте. Что-то случилось?
– Да, Миш, случилось. – В голосе Игоря сквозила обречённость, словно у преступника, которого ведут на казнь. – Трейлеры с машинами почти добрались до Сочи, но… выяснилось, что не хватает одного. Того, в котором везли твой болид. Мы его потеряли. Вместе с водителем.
Среда, 17 июня 2015, под Краснодаром
Грохоча моторами, по шоссе ехала колонна трейлеров с эмблемами российской гоночной команды на бортах. Вокруг исполинских грузовиков было чистое пространство: водители не решались ехать рядом с таким внушительным караваном. Казалось, трейлеры ведут свою гонку, и их пелотон мчит на одинаково высокой скорости к финишу – или к ближайшей точке передышки.
Впереди справа завиднелась стоянка для дальнобойного транспорта, где колонна должна была закончить предпоследний отрезок своего пути из Москвы в Сочи, чтобы пару часов спустя с новыми силами двинуться дальше и довезти-таки ценный груз до автодрома. Трейлеры сбросили скорость и плавно перестроились в крайний ряд, готовясь заехать на стоянку.
Вот и въезд – узкий перешеек, соединяющий прямую ленту шоссе и большую асфальтированную площадку посреди ещё большего по размерам поля. Ширины достаточно как раз для одной машины.
Один за другим трейлеры, которые теперь еле плелись, стали заворачивать в сторону площадки и там уже парковаться.
Третий, пятый, восьмой… Вскоре свернул с обочины на перешеек предпоследний грузовик-гигант и настала очередь оставшегося.
Но тут произошло странное.
Последний трейлер в колонне, вместо того чтобы наряду с другими занять место на стоянке, взрыкнул дизельным мотором (на общем фоне это оказалось почти незаметным) и, наращивая скорость, покатил вперёд по шоссе, оставляя стоянку позади.
Впрочем, обратил ли хоть кто-нибудь на это внимание в ту минуту? Шофёры прочих машин были заняты размещением на площадке; может, кто-то и увидел краем глаза удаляющуюся фуру со знакомым логотипом, но всерьёз не задумался над этим, отложив разбирательство, что да как, на потом.
Сам же грузовик отъехал примерно на полкилометра и свернул на малозаметную неширокую грунтовку. По ней нельзя было катить так же быстро, как на шоссе, и теперь машину ощутимо потряхивало. Развернуться стало невозможно; оставался лишь один путь – вперёд.
Через какое-то время трейлер оказался на небольшой полянке. Водитель остановил его у дальней кромки леса и заглушил мотор. Достал из кармана маленькую чёрную пластинку, похожую на микрочип, сжал в пальцах и положил на пустующее соседнее сиденье. Взял заготовленную заранее сумку с запасом еды, воды и кое-чем ещё, вылез из кабины и спрыгнул с подножки на землю. Обошёл трейлер и, углубившись на несколько метров в лес, устроился в зарослях кустарника с таким расчётом,чтобы видеть, кто подойдёт к машине со стороны грунтовки.
Свою часть сделки он выполнил. Радиомаяк в кабине передаст координаты едущим следом нанимателям. Только надо, чтобы и те выполнили обязательства: привезли обещанную сумму… и при этом не пристрелили его как ненужного свидетеля. А он подозревал, что так в итоге может случиться.
Потому и ждать приготовился не в трейлере, чтоб с безопасного расстояния посмотреть на тех, кто его, водителя, на это всё подписал. И, если что не так, свалить отсюда – с деньгами или же, на крайняк, без.
Жизнь дороже.
* * *
Вечер того же дня, Москва
За окнами смеркалось. В общем полумраке ярким прямоугольным пятном светился дисплей, а на нём – сине-жёлто-красный болид старшей команды-»энергетика» версии 2014 года, резво проходящий повороты сочинской трассы.
Люблю гонки. Они позволяют отвлечься от всех невзгод реальности и хоть немного ни о чём не думать – как настоящие, так и виртуальные. Насчёт первых сейчас всё было туманно, так что выбора у меня особо не оставалось.
Всё же с Жумакиным у меня оказалось и ещё одно фундаментальное различие. Судя по тому, что я обнаружил, когда впервые в новом теле запустил у него на консоли симулятор прошлогоднего чемпионата мира, Михаил Юрьевич предпочитал начинать с топовых команд – я же каждый сезон проходил «снизу вверх»: от явных аутсайдеров до претендентов на титул.
Но сегодня я не смог устоять перед искушением опробовать предстоящий мне в выходные, если ситуация с потерей трейлера благополучно разрешится, трек на машине своей любимой команды «взрослого» чемпионата. На такой – пока что – ездил Даниил Квят, которого в следующем году сменит мой «прошлый будущий кумир» Ферстаппен.
Я уже заканчивал гонку. После пятидесяти кругов из пятидесяти трёх я шёл на четвёртой позиции, но становилось ясно, что разрыв с едущими на виртуальный подиум соперниками сократить не удастся. Однако не сдаваться же в тот миг, когда до финиша всего семнадцать километров – или пять минут езды, правильно?
Вдруг я услышал, как хлопнула дверь квартиры и в прихожей раздался подозрительно бодрый голос отца. Чую, какой-то сюрприз будет…
– Миш, иди сюда! – вскоре позвала мама через стену комнаты. – Уверена, ты обрадуешься!
– Щас, подождите немного! – крикнул я в ответ и нажал на газ, чтобы не дать на прямой себя обойти электронному двойнику Нико Хюлькенберга.
Когда болид пересёк финишную черту и высветилась таблица с результатами, я отключил консоль и вышел из комнаты.
И пускай я по Бродскому совершаю ошибку – может быть, найдётся какой-нибудь повод для радости.
Родители обнаружились на кухне. Отец явно был в приподнятом настроении – напускном или искреннем? Хотя… три лежавшие на столе бумаги знакомого мне вида склоняли меня ко второму предположению.
– А, Миш, вот и ты! Все в сборе. – Отец буквально излучал позитив… как актёр дешёвой комедии или рекламного ролика. – Итак, я рад вам объявить, что завтра мы втроём летим до конца недели отдыхать в Сочи!
– Ура! – раскинув руки, поддержала его мама (как мне показалось, для виду).
– А… один момент, – вклинился я, когда увидел в распечатках электронных авиабилетов время вылета и номер рейса. – Как именно летим?
– Бизнес-классом. Как всегда… – как-то странно взглянул на меня отец.
– Дело в том, что это тот же самый самолёт, которым – в эконом-классе – летит наша гоночная команда. И да, там на меня также уже заказан билет. Так что можешь этот, – я ткнул в листок с собственным именем в одной из многочисленных строчек, – сдать обратно. Я полечу отдельно.
– Миш, ну чего ты, а? – обратилась ко мне мама. Кажется, она была неподдельно расстроена. – Когда мы в прошлый раз всей семьёй на настоящий отдых выезжали?
– Да даже и не помню, – пробормотал я, один понимая всю ироничность сказанного. – Наверное, у меня тоже будут не гонки, а сплошной отдых…
– Мы верим, что на этот раз ты обязательно всех победишь, – улыбнулась мама.
Блин, она верит в то, что сама говорит!
– Погоди, ты о чём? – уловив намёк на очередную неприятность, спросил отец.
– Тут такое дело…
В двух словах я описал то, что рассказал мне в своём звонке Игорь.
– Когда это случилось? И где конкретно?
– Семь-восемь часов назад. Где-то около Краснодара.
– Ч-чёрт, не мог сразу мне позвонить?..
Отец отвернулся, молниеносно выхватывая из кармана телефон и набирая чей-то номер.
– Алло, Андрей? Значит, слушай, дело срочное… У тебя насколько далеко от Москвы связи в органах есть? Да тут кто-то трейлер с болидом моего сына подрезал на юге… Думаю, на него они и работают… Даже так? Как интересно… Можешь попросить, чтобы там побыстрее со всем разобрались и нашли машину? Отлично. От меня привет, а если быстро всё сделают, – вечная признательность… Понял тебя. Держи меня в курсе.
– Кому звонил? – спросила мама, когда отец убрал мобильник.
– Начальнику охраны. У него в органах много знакомых по всей стране – и, к счастью, есть один и в Краснодарском крае. Полковник полиции… Если Андрей попросит, то как минимум постарается поскорее раскрыть это дело…
– Это как-то связано со всем тем, что в последнее время вокруг нас творится? – спросил я.
– Вполне возможно. Вполне возможно… В любом случае нам пока остаётся лишь ждать. А сейчас… давайте, что ли, поужинаем вместе?
Что там было дальше, я не видел. Потому что вышел в коридор и зашагал назад в свою комнату. Помню только, что кто-то звал меня, но я мысленно забил на это.
Шумилов во мне был не склонен так легко прощать всех. На отца я продолжал злиться – может, когда мы прилетим на море, как раз и поищем вновь пути сближения.
А пока – гонки и снова гонки.
* * *
Чуть позже, под Краснодаром
На лесок, куда была загнана машина, опускалась тьма.
Вокруг было тихо. Всё погрузилось в сон… кроме сидевшего в кустарнике человека.
Чтобы не заснуть в ожидании тех, кто привезёт деньги (если, конечно, эти люди хотя бы создадут видимость честной игры), он выхлебал за день целый термос кофе – и теперь всё так же настороженно и внимательно вглядывался в захлестнувший мир мрак и вслушивался в доносящиеся с поляны звуки.
Пока никого. Но уже вечер, и, по всем подсчётам, наниматели скоро должны приехать. Если только это не один огромный и несмешной прикол: за задаток в жалкие десять тысяч рискнуть работой и выполнить странное поручение… и на этом всё. Убрать подальше определённый трейлер из колонны – но зачем, водитель никак не мог взять в толк. Как-то это слишком… из ряда вон, что называется.
Потная ладонь сжимала электрошокер. Самое большее, что получилось достать для самозащиты. Но хоть что-то стоящее.
В уме вызрел план действий на случай, если дело окажется гнилым кидаловом, каким смотрелось с самого начала, и от него, исполнителя, захотят избавиться. Шарахнуть одного или двоих шокером и бежать к людям, например в сторону стоянки. Версия такая: на предыдущей остановке в трейлер забрались бандиты, принудили ехать мимо и загнать машину в лес, там удерживали, но чудом удалось вырваться. Вероятно, прокатит.
Неожиданно с неба раздался какой-то нарастающий гул, заставив водилу вздрогнуть, глянуть вверх и покрепче стиснуть электрошокер.
«Это вертолёт, что ли? – промелькнуло в голове. – Странно: и чего по ночам летают?..»
По лесу сверху мазнул луч прожектора и сразу ушёл куда-то прочь.
«Машину ищут! Ничего себе шумиха, должно быть, поднялась, если из-за этого вертушку на поиски отправили! Значит, скоро тут будут менты… Так что, валить или?.. Но – деньги… Ну не забесплатно же в омут вниз головой бросаться! Пока ещё подожду…»
Вертолёт улетел, и над лесом вновь встала тишина. Как желе, колыхнувшееся под гулом лопастей, но потом вернувшееся в исходное положение.
Опять потянулись долгие минуты ожидания… Глаза стали слипаться – не помог даже кофе. Шокер то и дело норовил выскользнуть из руки. Да и комары доставали не по-детски…
Вдалеке – кажется, на дороге – послышался еле различимый шум мотора. Затем затих.
– Поступили сигналы о нарушениях условий хранения на ваших складах, Юрий Иванович, и… нам было поручено провести у вас инспекцию. От её результатов будет зависеть участие вашей фирмы в тендере на поставку материалов.
– Покажите мне документы, – сказал Жумакин.
– Пожалуйста.
Проверяющий передал ему планшетку.
Какое-то время было тихо. Юрий Иванович перебирал бумаги, напряжённо вчитываясь в текст. Проверяющий и начальник СБ стояли рядом и молча ждали.
Наконец Юрий Иванович закончил и отдал планшетку обратно.
– Хорошо. Можете продолжать, – сдавленно проговорил он. – Но только в моём присутствии.
– Как вам угодно.
Юрий Иванович пошёл вслед за проверяющим к одному из складов, понимая, что крепко влип.
Шансы к концу лета получить подряд таяли на глазах, как мороженое в жаркий день.
И что самое страшное, – Жумакин не мог сейчам ровным счётом ничего с этим сделать. Возможно, позже, но… не сейчас.
* * *
Понедельник, 15 июня
Мы втроём сидели за столом в кабинете Игоря. Сам гоночный инженер, я – и программист из компании, которая занималась информационным обеспечением нашей команды. То есть делала программу-симулятор и время от времени её отлаживала.
Передо мной на столе находились два ноутбука. На экране одного было одновременно выведено несколько стоп-кадров из онборда – со стрелками, указывающими на отдельные баннеры на сочинской трассе. На другом ноуте было открыто окно программного компилятора.
И мне предстояло перевести недостающие в симуляторе части изображения в код, чтобы подтвердить свою полезность техническому отделу.
– Ты верно заметил, что пару баннеров мы упустили, – сказал программист, чем-то напоминавший мне меня-прежнего, только приведённого в более приличный вид. – Мы хотели сами всё быстро исправить, но уж очень твой инженер настаивал, чтобы попробовал именно ты. Любишь программирование, информатику?
– Да. Недавно экзамен на пятёрку сдал…
– В топку. Экзамен – туфта. Имеет значение лишь одно, – он указал пальцем на пустое окно компилятора, – вот это. Если ты так в себе уверен, то у тебя есть полчаса. Действуй.
Я пожал плечами и просто застучал по клавиатуре.
Через десять минут развернул ноут с напечатанным кодом дисплеем к наблюдавшему за мной программисту.
– Готово.
– Хм, а ты не так плох, как мне поначалу казалось, – сказал тот, внимательно просматривая программный фрагмент. – С этим определённо можно работать…
– У меня есть ещё одна идея, как усовершенствовать симулятор.
– Да? И какая же?
– Когда запускаешь заезд, шины по умолчанию всегда свежие. Но в реале часто это не так. Нам на этап выдают всего по три комплекта, так что вторую пятничную тренировку, а также субботнюю и заключительную воскресную гонки мы начинаем с некоторым износом. А что, если и в программу добавить регулировку износа перед включением самого заезда? Чтобы с точностью до круга для каждой трассы устанавливать, сколько на этих шинах уже как бы проехали…
– В этом что-то есть… – поскрёб пальцами редкую щетину программист. – Я закину эту мысль коллегам, мы придумаем, как это можно сделать… Ты тоже, так и быть, можешь подсказывать свои соображения. Всё, я пойду твои эти баннеры дорабатывать. Всех благ.
Он ушёл, забрав ноутбук с кодом, а мы с Игорем остались вдвоём перед стоп-кадрами онборда.
– Зачем тебе это? – спросил инженер. – Гонок мало, что ли?
– В жизни всё пригодится. И к одним гонкам всё равно свести её будет нельзя. Поэтому есть сфера, где работать можно бесконечно…
– Над чем?
– Над собой. Во всём, что кажется интересным.
* * *
…Вот обо всём этом я и размышлял перед началом резерва ОГЭ по физике. Конечно, чего-то я не мог знать – например того, что происходило с отцом и что бы там ни замышлял Форман, – но был уверен: какие бы там ни крутились интриги, меня они так или иначе коснутся.
…Через два с половиной часа я спускался по ступенькам крыльца школы, где проходил экзамен. В отличном результате я не сомневался, так как и в своё время сдал это на изи, и теперь задания особо сложными мне не показались.
Мыслями я уже был в Сочи: в эти выходные мне доведётся снова выложиться на полную – на главном автодроме страны, на виду у тысяч болельщиков, в борьбе с более сильными иностранными соперниками и сильно мне не уступавшими сокомандниками.
Прибыть туда, как и все, я должен буду заранее, а потому – вылет завтрашним рейсом.
Вдруг у меня зазвонил мобильный, и я «снял трубку»:
– Алё? Здравствуйте. Что-то случилось?
– Да, Миш, случилось. – В голосе Игоря сквозила обречённость, словно у преступника, которого ведут на казнь. – Трейлеры с машинами почти добрались до Сочи, но… выяснилось, что не хватает одного. Того, в котором везли твой болид. Мы его потеряли. Вместе с водителем.
Глава 9
Среда, 17 июня 2015, под Краснодаром
Грохоча моторами, по шоссе ехала колонна трейлеров с эмблемами российской гоночной команды на бортах. Вокруг исполинских грузовиков было чистое пространство: водители не решались ехать рядом с таким внушительным караваном. Казалось, трейлеры ведут свою гонку, и их пелотон мчит на одинаково высокой скорости к финишу – или к ближайшей точке передышки.
Впереди справа завиднелась стоянка для дальнобойного транспорта, где колонна должна была закончить предпоследний отрезок своего пути из Москвы в Сочи, чтобы пару часов спустя с новыми силами двинуться дальше и довезти-таки ценный груз до автодрома. Трейлеры сбросили скорость и плавно перестроились в крайний ряд, готовясь заехать на стоянку.
Вот и въезд – узкий перешеек, соединяющий прямую ленту шоссе и большую асфальтированную площадку посреди ещё большего по размерам поля. Ширины достаточно как раз для одной машины.
Один за другим трейлеры, которые теперь еле плелись, стали заворачивать в сторону площадки и там уже парковаться.
Третий, пятый, восьмой… Вскоре свернул с обочины на перешеек предпоследний грузовик-гигант и настала очередь оставшегося.
Но тут произошло странное.
Последний трейлер в колонне, вместо того чтобы наряду с другими занять место на стоянке, взрыкнул дизельным мотором (на общем фоне это оказалось почти незаметным) и, наращивая скорость, покатил вперёд по шоссе, оставляя стоянку позади.
Впрочем, обратил ли хоть кто-нибудь на это внимание в ту минуту? Шофёры прочих машин были заняты размещением на площадке; может, кто-то и увидел краем глаза удаляющуюся фуру со знакомым логотипом, но всерьёз не задумался над этим, отложив разбирательство, что да как, на потом.
Сам же грузовик отъехал примерно на полкилометра и свернул на малозаметную неширокую грунтовку. По ней нельзя было катить так же быстро, как на шоссе, и теперь машину ощутимо потряхивало. Развернуться стало невозможно; оставался лишь один путь – вперёд.
Через какое-то время трейлер оказался на небольшой полянке. Водитель остановил его у дальней кромки леса и заглушил мотор. Достал из кармана маленькую чёрную пластинку, похожую на микрочип, сжал в пальцах и положил на пустующее соседнее сиденье. Взял заготовленную заранее сумку с запасом еды, воды и кое-чем ещё, вылез из кабины и спрыгнул с подножки на землю. Обошёл трейлер и, углубившись на несколько метров в лес, устроился в зарослях кустарника с таким расчётом,чтобы видеть, кто подойдёт к машине со стороны грунтовки.
Свою часть сделки он выполнил. Радиомаяк в кабине передаст координаты едущим следом нанимателям. Только надо, чтобы и те выполнили обязательства: привезли обещанную сумму… и при этом не пристрелили его как ненужного свидетеля. А он подозревал, что так в итоге может случиться.
Потому и ждать приготовился не в трейлере, чтоб с безопасного расстояния посмотреть на тех, кто его, водителя, на это всё подписал. И, если что не так, свалить отсюда – с деньгами или же, на крайняк, без.
Жизнь дороже.
* * *
Вечер того же дня, Москва
За окнами смеркалось. В общем полумраке ярким прямоугольным пятном светился дисплей, а на нём – сине-жёлто-красный болид старшей команды-»энергетика» версии 2014 года, резво проходящий повороты сочинской трассы.
Люблю гонки. Они позволяют отвлечься от всех невзгод реальности и хоть немного ни о чём не думать – как настоящие, так и виртуальные. Насчёт первых сейчас всё было туманно, так что выбора у меня особо не оставалось.
Всё же с Жумакиным у меня оказалось и ещё одно фундаментальное различие. Судя по тому, что я обнаружил, когда впервые в новом теле запустил у него на консоли симулятор прошлогоднего чемпионата мира, Михаил Юрьевич предпочитал начинать с топовых команд – я же каждый сезон проходил «снизу вверх»: от явных аутсайдеров до претендентов на титул.
Но сегодня я не смог устоять перед искушением опробовать предстоящий мне в выходные, если ситуация с потерей трейлера благополучно разрешится, трек на машине своей любимой команды «взрослого» чемпионата. На такой – пока что – ездил Даниил Квят, которого в следующем году сменит мой «прошлый будущий кумир» Ферстаппен.
Я уже заканчивал гонку. После пятидесяти кругов из пятидесяти трёх я шёл на четвёртой позиции, но становилось ясно, что разрыв с едущими на виртуальный подиум соперниками сократить не удастся. Однако не сдаваться же в тот миг, когда до финиша всего семнадцать километров – или пять минут езды, правильно?
Вдруг я услышал, как хлопнула дверь квартиры и в прихожей раздался подозрительно бодрый голос отца. Чую, какой-то сюрприз будет…
– Миш, иди сюда! – вскоре позвала мама через стену комнаты. – Уверена, ты обрадуешься!
– Щас, подождите немного! – крикнул я в ответ и нажал на газ, чтобы не дать на прямой себя обойти электронному двойнику Нико Хюлькенберга.
Когда болид пересёк финишную черту и высветилась таблица с результатами, я отключил консоль и вышел из комнаты.
И пускай я по Бродскому совершаю ошибку – может быть, найдётся какой-нибудь повод для радости.
Родители обнаружились на кухне. Отец явно был в приподнятом настроении – напускном или искреннем? Хотя… три лежавшие на столе бумаги знакомого мне вида склоняли меня ко второму предположению.
– А, Миш, вот и ты! Все в сборе. – Отец буквально излучал позитив… как актёр дешёвой комедии или рекламного ролика. – Итак, я рад вам объявить, что завтра мы втроём летим до конца недели отдыхать в Сочи!
– Ура! – раскинув руки, поддержала его мама (как мне показалось, для виду).
– А… один момент, – вклинился я, когда увидел в распечатках электронных авиабилетов время вылета и номер рейса. – Как именно летим?
– Бизнес-классом. Как всегда… – как-то странно взглянул на меня отец.
– Дело в том, что это тот же самый самолёт, которым – в эконом-классе – летит наша гоночная команда. И да, там на меня также уже заказан билет. Так что можешь этот, – я ткнул в листок с собственным именем в одной из многочисленных строчек, – сдать обратно. Я полечу отдельно.
– Миш, ну чего ты, а? – обратилась ко мне мама. Кажется, она была неподдельно расстроена. – Когда мы в прошлый раз всей семьёй на настоящий отдых выезжали?
– Да даже и не помню, – пробормотал я, один понимая всю ироничность сказанного. – Наверное, у меня тоже будут не гонки, а сплошной отдых…
– Мы верим, что на этот раз ты обязательно всех победишь, – улыбнулась мама.
Блин, она верит в то, что сама говорит!
– Погоди, ты о чём? – уловив намёк на очередную неприятность, спросил отец.
– Тут такое дело…
В двух словах я описал то, что рассказал мне в своём звонке Игорь.
– Когда это случилось? И где конкретно?
– Семь-восемь часов назад. Где-то около Краснодара.
– Ч-чёрт, не мог сразу мне позвонить?..
Отец отвернулся, молниеносно выхватывая из кармана телефон и набирая чей-то номер.
– Алло, Андрей? Значит, слушай, дело срочное… У тебя насколько далеко от Москвы связи в органах есть? Да тут кто-то трейлер с болидом моего сына подрезал на юге… Думаю, на него они и работают… Даже так? Как интересно… Можешь попросить, чтобы там побыстрее со всем разобрались и нашли машину? Отлично. От меня привет, а если быстро всё сделают, – вечная признательность… Понял тебя. Держи меня в курсе.
– Кому звонил? – спросила мама, когда отец убрал мобильник.
– Начальнику охраны. У него в органах много знакомых по всей стране – и, к счастью, есть один и в Краснодарском крае. Полковник полиции… Если Андрей попросит, то как минимум постарается поскорее раскрыть это дело…
– Это как-то связано со всем тем, что в последнее время вокруг нас творится? – спросил я.
– Вполне возможно. Вполне возможно… В любом случае нам пока остаётся лишь ждать. А сейчас… давайте, что ли, поужинаем вместе?
Что там было дальше, я не видел. Потому что вышел в коридор и зашагал назад в свою комнату. Помню только, что кто-то звал меня, но я мысленно забил на это.
Шумилов во мне был не склонен так легко прощать всех. На отца я продолжал злиться – может, когда мы прилетим на море, как раз и поищем вновь пути сближения.
А пока – гонки и снова гонки.
* * *
Чуть позже, под Краснодаром
На лесок, куда была загнана машина, опускалась тьма.
Вокруг было тихо. Всё погрузилось в сон… кроме сидевшего в кустарнике человека.
Чтобы не заснуть в ожидании тех, кто привезёт деньги (если, конечно, эти люди хотя бы создадут видимость честной игры), он выхлебал за день целый термос кофе – и теперь всё так же настороженно и внимательно вглядывался в захлестнувший мир мрак и вслушивался в доносящиеся с поляны звуки.
Пока никого. Но уже вечер, и, по всем подсчётам, наниматели скоро должны приехать. Если только это не один огромный и несмешной прикол: за задаток в жалкие десять тысяч рискнуть работой и выполнить странное поручение… и на этом всё. Убрать подальше определённый трейлер из колонны – но зачем, водитель никак не мог взять в толк. Как-то это слишком… из ряда вон, что называется.
Потная ладонь сжимала электрошокер. Самое большее, что получилось достать для самозащиты. Но хоть что-то стоящее.
В уме вызрел план действий на случай, если дело окажется гнилым кидаловом, каким смотрелось с самого начала, и от него, исполнителя, захотят избавиться. Шарахнуть одного или двоих шокером и бежать к людям, например в сторону стоянки. Версия такая: на предыдущей остановке в трейлер забрались бандиты, принудили ехать мимо и загнать машину в лес, там удерживали, но чудом удалось вырваться. Вероятно, прокатит.
Неожиданно с неба раздался какой-то нарастающий гул, заставив водилу вздрогнуть, глянуть вверх и покрепче стиснуть электрошокер.
«Это вертолёт, что ли? – промелькнуло в голове. – Странно: и чего по ночам летают?..»
По лесу сверху мазнул луч прожектора и сразу ушёл куда-то прочь.
«Машину ищут! Ничего себе шумиха, должно быть, поднялась, если из-за этого вертушку на поиски отправили! Значит, скоро тут будут менты… Так что, валить или?.. Но – деньги… Ну не забесплатно же в омут вниз головой бросаться! Пока ещё подожду…»
Вертолёт улетел, и над лесом вновь встала тишина. Как желе, колыхнувшееся под гулом лопастей, но потом вернувшееся в исходное положение.
Опять потянулись долгие минуты ожидания… Глаза стали слипаться – не помог даже кофе. Шокер то и дело норовил выскользнуть из руки. Да и комары доставали не по-детски…
Вдалеке – кажется, на дороге – послышался еле различимый шум мотора. Затем затих.
