Тебе, наверное, интересно посмотреть на ребенка, вдохнуть его запах, почувствовать, как он толкает твою руку... Знаю, я и сама через такое проходила дважды, но ты...
На этих словах Султан-ханым почему-то замялась, словно боялась что-то мне рассказать, но договорить тетушка не успела, потому что в следующую минуту уже я ее прервал.
Взяв со стола стакан с водой, я вмиг его осушил, после чего обратился к своей собеседнице:
- Вы правы. Мне не стоило приходить к ней... Но, поймите, соблазн был слишком силен, и я...
- Надеюсь, такого больше не повторится, - потребовала Султан-ханым, прожигая меня взглядом.
Закатив глаза, она всплеснула руками, после чего подошла к двери.
Уже взявшись за дверную ручку, тетушка резко обернулась и посмотрела в мою сторону.
- Хвала Аллаху, сегодня утром Ярен решила, что ты плод ее больного воображения, поэтому я сильно надеюсь, что ты не совершишь в будущем подобной ошибки. И, знаешь, сынок, иногда лучше оставить прошлое в прошлом, ведь синица в руке гораздо лучше, чем журавль в небе, уж поверь.
На этих словах Султан-ханым вновь вдохнула, после чего покинула мой номер, оставляя меня наедине с собственными чувствами и собственной болью.
В ту минуту мне не составило труда догадаться, о какой "синице" идет речь и кто является тем самым "журавлем в небе".
Умом я понимал, что Султан-ханым права, и мне не следует жить прошлыми воспоминаниями.
Умом я понимал, что мне нужно раз и навсегда оставить Ярен в прошлом и забыть о нашем браке, как о ночном кошмаре.
Только, вот, сердце упорно твердило обратное, и я ничего не мог с этим поделать.
В тот день я клятвенно пообещал себе больше никогда не входить в комнату Ярен и не появляться на ее горизонте, чтобы она не раскрыла наш обман о моем "чудесном воскрешении", и мне оставалось только надеяться на то, что я смогу держаться от нее подальше, как бы я сильно не желал обратного.
========== Глава 7 ==========
Ярен
Я сидела в своей комнате и, воткнув в уши наушники, громко слушала музыку в своем новеньком плеере.
Джаз, рок, кантри...
Я и со счету сбилось, сколько разных песен и сколько разных жанров переслушала за сегодняшний день!
Подойдя к зеркалу, я закрыла глаза и стала покачиваться в такт музыке, благодаря которой я все еще могла здраво рассуждать и благодаря которой я все еще не лишилась рассудка.
Музыка меня успокаивала.
Музыка помогала мне, хотя бы на миг, забывать обо всем плохом.
Об этой мерзкой Рейян, о постоянных нравоучениях этого старого борова Насуха и, наконец, о сегодняшнем вечере, будь он трижды проклят!
Из чувства равновесия меня выбил стук в дверь, и от неожиданности я подпрыгнула на месте, выронив из рук свой любимый плеер с наушниками.
- Да что за день сегодня такой! - прошипела я, наклоняясь за наушниками и плеером.
В ту минуту я мысленно молилась лишь о том, чтобы стук в дверь не раздался вновь...
Но, увы, Аллах не внял моим молитвам.
- Да кто там приперся? - сквозь зубы процедила я, швыряя плеер с наушниками на кровать.
"Наверное, это Рейян," - пронеслось в моих мыслях в то мгновение.
В голове мгновенно всплыл образ моей тошнотворной кузины.
Длинные кудрявые волосы, большие карие глаза со взглядом в стиле Бэмби...
Бррр...
Как же меня бесит это девчонка!
Как же она меня бесит!
Держу пари, она сегодня в очередной раз решила послужить миротворцем между мной и дедом-Насухом и уговорить меня явиться на семейный ужин, несмотря на то, что мне до смерти этого не хотелось.
Ведь сегодня должен быть приехать двоюродный брат Юсуфа, лучшего друга моего сварливого деда, и должен был приехать не один, а со своим внуком, с которым так активно сватали меня мои горе-родители.
И плевать было Хандан и Джихану на то, что их дочери едва лишь исполнилось восемнадцать!
И чихать они хотели на то, что я этого Османа и в глаза то никогда не видела, да и, скорее всего, предпочла бы его глазные яблоки вырвать, нежели в них смотреть.
Стук в дверь не прекращался, а я закипала от этого все больше и больше.
- Да иду я! Иду! - стиснув зубы и сжав кулаки, прошипела я, хватаясь за дверную ручку.
Я уже мысленно представляла себе, как вырву все волосы на голове этой беспардонной Рейян, как, открыв дверь, увидела перед собой человека, которого меньше всего надеялась увидеть в ту минуту.
- Азат?!
При виде старшего брата мои глаза мгновенно вылезли из орбит, а рот широко распахнулся.
А мой братик, не обращая ни малейшего внимания на мое замешательство, лишь задумчиво пожал плечами, после чего, как можно спокойнее проговорил:
- Ярен, я могу войти?
На удивление Азат выглядел предельно спокойным и внимательным, что немного меня смутило.
Несколько секунд он, переминаясь с ноги на ногу, прожигал меня взглядом, пока, наконец, не дождался моего ответа.
- Ну, проходи, раз пришел, - пожимая плечами, ответила я, приглашая брата в комнату.
Азат молча прошел, пропуская меня вперед, и, закрыв за собой дверь, присел на диван.
Сперва он окинул оценивающим взглядом мою комнату, затем - меня, после чего мгновенно нахмурился.
- Ярен, почему ты все еще не одета? Ведь скоро придет Мустафа-бей со своим внуком...
Услышав вопрос брата, я хищно ухмыльнулась и, откинув прядь волос, сложила руки на груди.
- А разве я не одета? - с издевкой бросила я, отвечая на вопрос Азата, - Я выгляжу просто ослепительно, не так ли?
С этими словами я взглянула в огромное овальное зеркало, которое располагалось напротив моего письменного стала, я чуть было не прыснула от смеха.
Из отражения на меня смотрела взлохмаченная блондинка с мешками под глазами, которая была одета в растянутую подростковую пижаму черного цвета.
Но брат не оценил моей иронии.
Бросив короткий взгляд в мою сторону, он тяжело вздохнул, после чего прикрыл лицо ладонью и чуть слышно выругался.
- Ах, Аллах... За какие грехи ты послал мне такое наказание в виде несносной младшей сестры...
Качая головой, Азат убрал ладонь от своего лица, после чего вновь тяжело вздохнул.
- Эх, Ярен-Ярен... Почему ты все время противишься? Почему ты так любишь устраивать скандалы на пустом месте..., - чуть слышно произнес мой брат, обращаясь то ли ко мне, то ли к себе самому.
Подойдя к дивану, я присела рядом с Азатом и натянуто улыбнулась.
- Я не понимаю, о чем ты? О какой проблеме идет речь? - включив дурочку, проговорила я, вновь обращаясь к брату.
Убедившись в том, что Азат смотрит на меня, я демонстративно щелкнула пальцами, а затем продолжила:
- Ах, да! Осман-бей! Красавец-жених с огромным приданным, о котором мечтает весь Мидьятт...
На этих словах я вновь изобразила улыбку и мечтательный вздох.
- Только, вот, есть один интересный момент! Меня то вы спросили, хочу ли я замуж так рано? А?
Мои голубые глаза прожигали Азата насквозь, а он лишь вздыхал и молча качал головой.
Чуть приобняв меня за плечо, парень вновь вздохнул, после чего чуть слышно сказал:
- Ах, Аллах! Ярен, моя любимая сестра! Неужели ты думаешь, что я способен выдать тебя замуж за какого-то проходимца? Неужели ты думаешь, что я позволю нашему деду насильно выдать тебя замуж за какого-то богатого бея?
На этих словах он едва заметно улыбнулся, а затем взъерошил мои волосы.
- Помни, сестренка, я никогда не сделаю того, что может навредить тебе. И я никогда не солгу тебе. Ты же знаешь?
Карие глаза брата прожигали меня насквозь, и мне ничего не оставалось, кроме как кивнуть в ответ на его вопрос.
- Вот, и отлично, - ухмыльнулся Азат, поднимаясь со своего места, - А сейчас, давай-ка, ты наденешь свое самое красивое платье и приведешь себя в надлежащий вид. Ну, а я пока что подожду тебя за дверью.
И я вновь утвердительно кивнула.
- Так и будешь стоять здесь или позволишь мне хотя бы переодеться? - сжав руки в кулаки, выкрикнула я, не сводя свирепого взгляда с коротко стриженного брюнета в черном костюме, которого Султан-ханым определила мне в личные надзиратели.
Нет, конечно, мужчина не был настолько наглым и бестактным, чтобы дневать и ночевать в моем номере.
Он всего лишь дежурил за дверью, но, несмотря на это, его присутствие меня ужасно утомляло и напрягало.
Вот и сегодня, стоило мне только выглянуть за дверь, как я тут же столкнулась глазами с этим надоедливым охранником, который, прижавшись спиной к двери, устало поглядывал в мою сторону.
В лице брюнета читалась безмятежность и напрочь отсутствовало всяческое волнение.
Казалось, будто бы ему и вовсе глубоко наплевать на меня и мои просьбы, и, не будь я Ярен Шадоглу, то наверняка забила бы на подобное хамство и, вернувшись в собственный номер, уютно устроилась бы за просмотром кино, кутаясь в плед и размышляя над смыслом бытия.
Возможно, моя ненавистная кузина Рейян поступила бы именно так.
Она бы уж точно не стала бы устраивать сцену в дорогом отеле и у всех на виду.
Но, все же, я не Рейян, а Ярен, и терпеть подобную наглость я и вовсе не намерена.
Сложив руки на груди, я приподняла брови, а затем вновь обратилась к охраннику:
- Ну, и?
В ту минуту я едва сдерживалась, чтобы не выругаться и не влепить этому нахалу заслуженную пощечину.
Услышав мой голос, мужчина лишь равнодушно пожал плечами, а затем, как бы мимоходом, бросил:
- Вы всегда можете закрыться в номере и переодеться. Не переживайте, Ярен-ханым, я за Вами подсматривать не буду.
- Ааааа... Как же вы все меня достали!!! - рявкнула я, со всей силы стукнув кулаком по столу.
Еще с самого утра мое настроение оставляло желать лучшего, а тут еще этот хам-вуайерист, который, судя по этому нахальному выражению его лица, уже миллионы раз представлял меня голой и, вполне возможно, даже подглядывал за мной, пока я...
В памяти мгновенно всплыл мой недавний поход в душ, и от одной лишь мысли о том, что за мной могли подсматривать, внутри все сразу же похолодело.
Обхватив ладонями свою талию, я глубоко вздохнула, чтобы привести собственные мысли в порядок.
"Спокойствие, Ярен. Только спокойствие! Ничего он тебе не сделает! Он не посмеет!" - как мантру, уже в тысячный раз, я повторяла себе.
Ничего он тебе не сделает, ведь дверь же запирается на тач-мемори?карточка - электронный ключ от номера, или же...
Но внезапно от грустных мыслей меня отвлек до боли знакомый голос, услышав который я чуть было не подпрыгнула:
- Султан-ханым, вы уж простите нас с Генюль, что мы явились без предупреждения, но Ваша дочь очень хотела устроить Вам сюрприз, а я просто не смог отказать ей в этом желании...
От услышанного у меня буквально пересохло во рту, и я искоса посмотрела на охранника, в лице которого в ту минуту читалось легкое недоумение и даже замешательство.
- Азат? Мой брат здесь! - радостно выпалила я, хлопая в ладоши.
Ах, Аллах! Кто бы мог подумать, что мое спасение подоспеет так скоро!
Кто бы мог подумать!
Я уже была готова сплясать чечетку от радости, как внезапно до этих пор молчавший охранник протянул мне свою правую ладонь и, как можно мягче, произнес:
- Ярен-ханым, я прошу Вас...
Но в ту минуту я и вовсе не слушала охранника.
Заглянув за угол, я увидела перед собой своего брата Азата в компании Генюль и "начальника моей тюрьмы", Султан-ханым, которая мило беседовала с моим братом и его новоиспеченной супругой.
Со смехом я заметила, что за эти месяцы Азат ничуть не изменился.
Он был также одет с иголочки, также весело и непринужденно беседовал со своей тещей, одной рукой обнимая Генюль за талию.
Что же касается Генюль, то за эти месяцы она изменилась до неузнаваемости.
От вечно ноющей и зашуганной истерички, казалось бы, и вовсе не осталось следа.
Сейчас это была уверенная в себе девушка, с изящными манерами и счастливой улыбкой на лице, которую я еще ни разу не замечала на лице Генюль за все время нашего знакомства.
Приталенное золотистое мини-платье отлично подчеркивало фигуру девушки, и ее наряд прекрасно сочетался с белой рубашкой и черным костюмом Азата, который мой брат так любил надевать на важные мероприятия.
Несколько минут я, как завороженная, смотрела на эту новоиспеченную парочку, пока краем глаза не заметила, как перед ними засуетилась "моя надзирательница".
- Ну, что ты такое говоришь, сынок? - защебетала женщина, всплеснув руками, - Ты же знаешь, я всегда рада вам в любое время дня и ночи!
С этими словами Султан-ханым поочередно обняла сначала Генюль, а потом и Азата.
Внезапно женщина бросила взгляд в мою сторону, и в этот момент улыбка сразу же сползла с ее лица, а я, осознав, что меня заметили, вышла из своего укрытия и сразу же направилась к веселому семейству.
- Ну, здравствуй, братец! - усмехнулась я, скрестив руки на груди, - Ничего не хочешь мне рассказать?
В тот момент в моей голове мелькнула довольно странная мысль о том, что Азат мог быть прекрасно осведомлен о моем "похищении", и от одной только мысли об этом кровь в жилах мгновенно закипала.
- Ну, что ты молчишь? Язык проглотил? - злобно бросила я, продолжая прожигать своего брата взглядом.
Но Азат все еще продолжал хранить молчание, впрочем, как и его супруга Генюль, которая при виде меня чуть было не лишилась чувств.
Глаза Генюль были широко распахнуты, а на ее лице застыла маска испуга и неожиданности.
В ту минуту она была в полнейшем шоке и в замешательстве, впрочем, как и сам Азат, который все это время продолжал смотреть на меня, словно на призрака.
Но вскоре он заговорил.
Вмиг преодолев расстояние между нами, ничего не отвечая на мои вопросы, Азат сжал меня в объятьях, а из его глаз мгновенно брызнули слезы.
- Ярен! Ярен, как же я рад тебя видеть! - выпалил братец, прижимая меня к себе.
И, вполне возможно, он бы и дальше продолжал рыдать на моем плече, если бы не Генюль, которая довольно быстро оттащила от меня своего сентиментального муженька.
- Что ты здесь забыла? - злобно бросила девушка, прожигая меня взглядом.
От слов Генюль, я широко улыбнулась, а затем весело ответила:
- И я рада тебя видеть, моя любимая невестка, - хохотнула я, поглядывая в сторону девушки.
Но Генюль лишь закатила глаза, а затем отвернулась.
- Я думал, ты уехала в Европу после своего освобождения... Даже и подумать не мог, что ты окажешься здесь, да еще и в этой гостинице, уж не совпадение ли это?
С этими словами Азат искоса посмотрел на Султан-ханым, которая все это время продолжала хранить молчание и переводить испуганный взгляд с меня на ребят.
Слова брата буквально выбили почву из-под моих ног, ведь все это время я считала, будто бы это по просьбе Азата меня вытащили из тюрьмы...
Но...
Оказывается, что я ошибалась.
Оказывается, была какая-то другая причина, по которой устроили мой побег, только почему и зачем его организовали?
Увы, но в тот момент я об этом не знала.
- С чего ты вообще взял, будто бы меня освободили? - нахмурилась я, обращаясь к своему брату, - В то утро меня, словно какую-то проходимку, засунули в такси, а затем увезли в неизвестном мне направлении. Да и кто мог освободить меня, а?
Внезапно вполне логичная догадка пришла мне на ум, и от осознания того, как сильно я могу быть права, меня разобрал дикий смех.
На этих словах Султан-ханым почему-то замялась, словно боялась что-то мне рассказать, но договорить тетушка не успела, потому что в следующую минуту уже я ее прервал.
Взяв со стола стакан с водой, я вмиг его осушил, после чего обратился к своей собеседнице:
- Вы правы. Мне не стоило приходить к ней... Но, поймите, соблазн был слишком силен, и я...
- Надеюсь, такого больше не повторится, - потребовала Султан-ханым, прожигая меня взглядом.
Закатив глаза, она всплеснула руками, после чего подошла к двери.
Уже взявшись за дверную ручку, тетушка резко обернулась и посмотрела в мою сторону.
- Хвала Аллаху, сегодня утром Ярен решила, что ты плод ее больного воображения, поэтому я сильно надеюсь, что ты не совершишь в будущем подобной ошибки. И, знаешь, сынок, иногда лучше оставить прошлое в прошлом, ведь синица в руке гораздо лучше, чем журавль в небе, уж поверь.
На этих словах Султан-ханым вновь вдохнула, после чего покинула мой номер, оставляя меня наедине с собственными чувствами и собственной болью.
В ту минуту мне не составило труда догадаться, о какой "синице" идет речь и кто является тем самым "журавлем в небе".
Умом я понимал, что Султан-ханым права, и мне не следует жить прошлыми воспоминаниями.
Умом я понимал, что мне нужно раз и навсегда оставить Ярен в прошлом и забыть о нашем браке, как о ночном кошмаре.
Только, вот, сердце упорно твердило обратное, и я ничего не мог с этим поделать.
В тот день я клятвенно пообещал себе больше никогда не входить в комнату Ярен и не появляться на ее горизонте, чтобы она не раскрыла наш обман о моем "чудесном воскрешении", и мне оставалось только надеяться на то, что я смогу держаться от нее подальше, как бы я сильно не желал обратного.
========== Глава 7 ==========
Ярен
Я сидела в своей комнате и, воткнув в уши наушники, громко слушала музыку в своем новеньком плеере.
Джаз, рок, кантри...
Я и со счету сбилось, сколько разных песен и сколько разных жанров переслушала за сегодняшний день!
Подойдя к зеркалу, я закрыла глаза и стала покачиваться в такт музыке, благодаря которой я все еще могла здраво рассуждать и благодаря которой я все еще не лишилась рассудка.
Музыка меня успокаивала.
Музыка помогала мне, хотя бы на миг, забывать обо всем плохом.
Об этой мерзкой Рейян, о постоянных нравоучениях этого старого борова Насуха и, наконец, о сегодняшнем вечере, будь он трижды проклят!
Из чувства равновесия меня выбил стук в дверь, и от неожиданности я подпрыгнула на месте, выронив из рук свой любимый плеер с наушниками.
- Да что за день сегодня такой! - прошипела я, наклоняясь за наушниками и плеером.
В ту минуту я мысленно молилась лишь о том, чтобы стук в дверь не раздался вновь...
Но, увы, Аллах не внял моим молитвам.
- Да кто там приперся? - сквозь зубы процедила я, швыряя плеер с наушниками на кровать.
"Наверное, это Рейян," - пронеслось в моих мыслях в то мгновение.
В голове мгновенно всплыл образ моей тошнотворной кузины.
Длинные кудрявые волосы, большие карие глаза со взглядом в стиле Бэмби...
Бррр...
Как же меня бесит это девчонка!
Как же она меня бесит!
Держу пари, она сегодня в очередной раз решила послужить миротворцем между мной и дедом-Насухом и уговорить меня явиться на семейный ужин, несмотря на то, что мне до смерти этого не хотелось.
Ведь сегодня должен быть приехать двоюродный брат Юсуфа, лучшего друга моего сварливого деда, и должен был приехать не один, а со своим внуком, с которым так активно сватали меня мои горе-родители.
И плевать было Хандан и Джихану на то, что их дочери едва лишь исполнилось восемнадцать!
И чихать они хотели на то, что я этого Османа и в глаза то никогда не видела, да и, скорее всего, предпочла бы его глазные яблоки вырвать, нежели в них смотреть.
Стук в дверь не прекращался, а я закипала от этого все больше и больше.
- Да иду я! Иду! - стиснув зубы и сжав кулаки, прошипела я, хватаясь за дверную ручку.
Я уже мысленно представляла себе, как вырву все волосы на голове этой беспардонной Рейян, как, открыв дверь, увидела перед собой человека, которого меньше всего надеялась увидеть в ту минуту.
- Азат?!
При виде старшего брата мои глаза мгновенно вылезли из орбит, а рот широко распахнулся.
А мой братик, не обращая ни малейшего внимания на мое замешательство, лишь задумчиво пожал плечами, после чего, как можно спокойнее проговорил:
- Ярен, я могу войти?
На удивление Азат выглядел предельно спокойным и внимательным, что немного меня смутило.
Несколько секунд он, переминаясь с ноги на ногу, прожигал меня взглядом, пока, наконец, не дождался моего ответа.
- Ну, проходи, раз пришел, - пожимая плечами, ответила я, приглашая брата в комнату.
Азат молча прошел, пропуская меня вперед, и, закрыв за собой дверь, присел на диван.
Сперва он окинул оценивающим взглядом мою комнату, затем - меня, после чего мгновенно нахмурился.
- Ярен, почему ты все еще не одета? Ведь скоро придет Мустафа-бей со своим внуком...
Услышав вопрос брата, я хищно ухмыльнулась и, откинув прядь волос, сложила руки на груди.
- А разве я не одета? - с издевкой бросила я, отвечая на вопрос Азата, - Я выгляжу просто ослепительно, не так ли?
С этими словами я взглянула в огромное овальное зеркало, которое располагалось напротив моего письменного стала, я чуть было не прыснула от смеха.
Из отражения на меня смотрела взлохмаченная блондинка с мешками под глазами, которая была одета в растянутую подростковую пижаму черного цвета.
Но брат не оценил моей иронии.
Бросив короткий взгляд в мою сторону, он тяжело вздохнул, после чего прикрыл лицо ладонью и чуть слышно выругался.
- Ах, Аллах... За какие грехи ты послал мне такое наказание в виде несносной младшей сестры...
Качая головой, Азат убрал ладонь от своего лица, после чего вновь тяжело вздохнул.
- Эх, Ярен-Ярен... Почему ты все время противишься? Почему ты так любишь устраивать скандалы на пустом месте..., - чуть слышно произнес мой брат, обращаясь то ли ко мне, то ли к себе самому.
Подойдя к дивану, я присела рядом с Азатом и натянуто улыбнулась.
- Я не понимаю, о чем ты? О какой проблеме идет речь? - включив дурочку, проговорила я, вновь обращаясь к брату.
Убедившись в том, что Азат смотрит на меня, я демонстративно щелкнула пальцами, а затем продолжила:
- Ах, да! Осман-бей! Красавец-жених с огромным приданным, о котором мечтает весь Мидьятт...
На этих словах я вновь изобразила улыбку и мечтательный вздох.
- Только, вот, есть один интересный момент! Меня то вы спросили, хочу ли я замуж так рано? А?
Мои голубые глаза прожигали Азата насквозь, а он лишь вздыхал и молча качал головой.
Чуть приобняв меня за плечо, парень вновь вздохнул, после чего чуть слышно сказал:
- Ах, Аллах! Ярен, моя любимая сестра! Неужели ты думаешь, что я способен выдать тебя замуж за какого-то проходимца? Неужели ты думаешь, что я позволю нашему деду насильно выдать тебя замуж за какого-то богатого бея?
На этих словах он едва заметно улыбнулся, а затем взъерошил мои волосы.
- Помни, сестренка, я никогда не сделаю того, что может навредить тебе. И я никогда не солгу тебе. Ты же знаешь?
Карие глаза брата прожигали меня насквозь, и мне ничего не оставалось, кроме как кивнуть в ответ на его вопрос.
- Вот, и отлично, - ухмыльнулся Азат, поднимаясь со своего места, - А сейчас, давай-ка, ты наденешь свое самое красивое платье и приведешь себя в надлежащий вид. Ну, а я пока что подожду тебя за дверью.
И я вновь утвердительно кивнула.
***
- Так и будешь стоять здесь или позволишь мне хотя бы переодеться? - сжав руки в кулаки, выкрикнула я, не сводя свирепого взгляда с коротко стриженного брюнета в черном костюме, которого Султан-ханым определила мне в личные надзиратели.
Нет, конечно, мужчина не был настолько наглым и бестактным, чтобы дневать и ночевать в моем номере.
Он всего лишь дежурил за дверью, но, несмотря на это, его присутствие меня ужасно утомляло и напрягало.
Вот и сегодня, стоило мне только выглянуть за дверь, как я тут же столкнулась глазами с этим надоедливым охранником, который, прижавшись спиной к двери, устало поглядывал в мою сторону.
В лице брюнета читалась безмятежность и напрочь отсутствовало всяческое волнение.
Казалось, будто бы ему и вовсе глубоко наплевать на меня и мои просьбы, и, не будь я Ярен Шадоглу, то наверняка забила бы на подобное хамство и, вернувшись в собственный номер, уютно устроилась бы за просмотром кино, кутаясь в плед и размышляя над смыслом бытия.
Возможно, моя ненавистная кузина Рейян поступила бы именно так.
Она бы уж точно не стала бы устраивать сцену в дорогом отеле и у всех на виду.
Но, все же, я не Рейян, а Ярен, и терпеть подобную наглость я и вовсе не намерена.
Сложив руки на груди, я приподняла брови, а затем вновь обратилась к охраннику:
- Ну, и?
В ту минуту я едва сдерживалась, чтобы не выругаться и не влепить этому нахалу заслуженную пощечину.
Услышав мой голос, мужчина лишь равнодушно пожал плечами, а затем, как бы мимоходом, бросил:
- Вы всегда можете закрыться в номере и переодеться. Не переживайте, Ярен-ханым, я за Вами подсматривать не буду.
- Ааааа... Как же вы все меня достали!!! - рявкнула я, со всей силы стукнув кулаком по столу.
Еще с самого утра мое настроение оставляло желать лучшего, а тут еще этот хам-вуайерист, который, судя по этому нахальному выражению его лица, уже миллионы раз представлял меня голой и, вполне возможно, даже подглядывал за мной, пока я...
В памяти мгновенно всплыл мой недавний поход в душ, и от одной лишь мысли о том, что за мной могли подсматривать, внутри все сразу же похолодело.
Обхватив ладонями свою талию, я глубоко вздохнула, чтобы привести собственные мысли в порядок.
"Спокойствие, Ярен. Только спокойствие! Ничего он тебе не сделает! Он не посмеет!" - как мантру, уже в тысячный раз, я повторяла себе.
Ничего он тебе не сделает, ведь дверь же запирается на тач-мемори?карточка - электронный ключ от номера, или же...
Но внезапно от грустных мыслей меня отвлек до боли знакомый голос, услышав который я чуть было не подпрыгнула:
- Султан-ханым, вы уж простите нас с Генюль, что мы явились без предупреждения, но Ваша дочь очень хотела устроить Вам сюрприз, а я просто не смог отказать ей в этом желании...
От услышанного у меня буквально пересохло во рту, и я искоса посмотрела на охранника, в лице которого в ту минуту читалось легкое недоумение и даже замешательство.
- Азат? Мой брат здесь! - радостно выпалила я, хлопая в ладоши.
Ах, Аллах! Кто бы мог подумать, что мое спасение подоспеет так скоро!
Кто бы мог подумать!
Я уже была готова сплясать чечетку от радости, как внезапно до этих пор молчавший охранник протянул мне свою правую ладонь и, как можно мягче, произнес:
- Ярен-ханым, я прошу Вас...
Но в ту минуту я и вовсе не слушала охранника.
Заглянув за угол, я увидела перед собой своего брата Азата в компании Генюль и "начальника моей тюрьмы", Султан-ханым, которая мило беседовала с моим братом и его новоиспеченной супругой.
Со смехом я заметила, что за эти месяцы Азат ничуть не изменился.
Он был также одет с иголочки, также весело и непринужденно беседовал со своей тещей, одной рукой обнимая Генюль за талию.
Что же касается Генюль, то за эти месяцы она изменилась до неузнаваемости.
От вечно ноющей и зашуганной истерички, казалось бы, и вовсе не осталось следа.
Сейчас это была уверенная в себе девушка, с изящными манерами и счастливой улыбкой на лице, которую я еще ни разу не замечала на лице Генюль за все время нашего знакомства.
Приталенное золотистое мини-платье отлично подчеркивало фигуру девушки, и ее наряд прекрасно сочетался с белой рубашкой и черным костюмом Азата, который мой брат так любил надевать на важные мероприятия.
Несколько минут я, как завороженная, смотрела на эту новоиспеченную парочку, пока краем глаза не заметила, как перед ними засуетилась "моя надзирательница".
- Ну, что ты такое говоришь, сынок? - защебетала женщина, всплеснув руками, - Ты же знаешь, я всегда рада вам в любое время дня и ночи!
С этими словами Султан-ханым поочередно обняла сначала Генюль, а потом и Азата.
Внезапно женщина бросила взгляд в мою сторону, и в этот момент улыбка сразу же сползла с ее лица, а я, осознав, что меня заметили, вышла из своего укрытия и сразу же направилась к веселому семейству.
- Ну, здравствуй, братец! - усмехнулась я, скрестив руки на груди, - Ничего не хочешь мне рассказать?
В тот момент в моей голове мелькнула довольно странная мысль о том, что Азат мог быть прекрасно осведомлен о моем "похищении", и от одной только мысли об этом кровь в жилах мгновенно закипала.
- Ну, что ты молчишь? Язык проглотил? - злобно бросила я, продолжая прожигать своего брата взглядом.
Но Азат все еще продолжал хранить молчание, впрочем, как и его супруга Генюль, которая при виде меня чуть было не лишилась чувств.
Глаза Генюль были широко распахнуты, а на ее лице застыла маска испуга и неожиданности.
В ту минуту она была в полнейшем шоке и в замешательстве, впрочем, как и сам Азат, который все это время продолжал смотреть на меня, словно на призрака.
Но вскоре он заговорил.
Вмиг преодолев расстояние между нами, ничего не отвечая на мои вопросы, Азат сжал меня в объятьях, а из его глаз мгновенно брызнули слезы.
- Ярен! Ярен, как же я рад тебя видеть! - выпалил братец, прижимая меня к себе.
И, вполне возможно, он бы и дальше продолжал рыдать на моем плече, если бы не Генюль, которая довольно быстро оттащила от меня своего сентиментального муженька.
- Что ты здесь забыла? - злобно бросила девушка, прожигая меня взглядом.
От слов Генюль, я широко улыбнулась, а затем весело ответила:
- И я рада тебя видеть, моя любимая невестка, - хохотнула я, поглядывая в сторону девушки.
Но Генюль лишь закатила глаза, а затем отвернулась.
- Я думал, ты уехала в Европу после своего освобождения... Даже и подумать не мог, что ты окажешься здесь, да еще и в этой гостинице, уж не совпадение ли это?
С этими словами Азат искоса посмотрел на Султан-ханым, которая все это время продолжала хранить молчание и переводить испуганный взгляд с меня на ребят.
Слова брата буквально выбили почву из-под моих ног, ведь все это время я считала, будто бы это по просьбе Азата меня вытащили из тюрьмы...
Но...
Оказывается, что я ошибалась.
Оказывается, была какая-то другая причина, по которой устроили мой побег, только почему и зачем его организовали?
Увы, но в тот момент я об этом не знала.
- С чего ты вообще взял, будто бы меня освободили? - нахмурилась я, обращаясь к своему брату, - В то утро меня, словно какую-то проходимку, засунули в такси, а затем увезли в неизвестном мне направлении. Да и кто мог освободить меня, а?
Внезапно вполне логичная догадка пришла мне на ум, и от осознания того, как сильно я могу быть права, меня разобрал дикий смех.
