- Ее заловили с этим.
Коуки пролистал несколько страниц.
- Любопытно и анатомически невозможно.
- Я прекрасно разбираюсь в анатомии! - оскорбилась Тсубаки. - И это не я рисовала!
- Баки рисует, как школьники с крыш прыгают, - с сарказмом уточнил Рью и отвернулся к спинке.
- Я это не рисовала!
- Я теперь должен идти и говорить с вашими учителями? - вздохнул Коуки.
Тсубаки эта перспектива, кажется, привела в ужас.
- Рью уже все уладил.
Этого-то Коуки и боялся.
- В любом случае, Элиот была слишком занята Психованными Коули, - фыркнул Рью. - Один из них заявился в школу в девчоночьей форме. Тебе бы лучше позаботиться о деньгах, Ито, или в среду нас выселят.
Коуки посмотрел на часы. Шесть. Биржа труда закрывается в восемь. Если достаточно долго ныть и уговаривать, Стэн может сдаться. Сейчас Коуки был согласен на любую работу, какая только давала деньги.
- Буду после восьми, - сказал он. - Покормите Момо. И не доводите соседей.
- Ага, - весьма неопределенно ответил Рью. Тсубаки ответом не удостоила.
Штурм не удался. Коуки выпил два стакана плохого дешевого кофе, извел полдюжины листов бумаги, но ответ остался прежним: работы нет. В восемь Стэн выпроводил клиентов и закрыл дверь.
Уже стемнело. Поднялся туман, и оттого казалось, что на улице еще холоднее, чем это было на самом деле. Сунув руки в карманы куртки, нахохлившись, Коуки медленно пошел домой.
За двенадцать лет многое бывало, он попадал и в худшие передряги, но всегда из них выпутывался. Тогда с ним не было троих детей. Рью — высокий интеллект и ужасающий характер — он, пожалуй, оставил бы на произвол судьбы. Парень способен был о себе позаботиться. Тсубаки была копией Йоко, и почти наверняка выкрутилась бы. Но оставалась малышка Момо. Коуки влюбился, едва увидел ее. Она ничуть не походила на мать и на обычных любовников Йоко, была словно фея из волшебной сказки. Даже Рью рядом с ней преображался. Чтобы защитить Момо, Коуки был готов на все.
Проехавшая мимо машина окатила его из лужи ледяной водой. Коуки чертыхнулся, неловко отпрыгнул в сторону, и в следующую минуту вторая машина, плохо вписавшаяся в поворот, несильно ударила его по бедру. Потеряв равновесие, Коуки рухнул в лужу, где плавали мелкие осколки льда. Дверца раскрылась, и из машины выскочила перепуганная блондинка. Коуки — мысленно — ругнулся еще раз, он ненавидел иметь дело с истеричными местными дамочками.
- Господи! Вы в порядке? О чем я?! Идиотка! Я отвезу вас в больницу!
- Не нужно, - оборвал поток причитаний Коуки. - Со мной все в порядке.
Страховки у него не было, денег на врача тоже, а синяк на бедре и простуду можно было и так пережить.
- Вы промокли насквозь! - девица, неожиданно сильная, помогла ему подняться. - Мне так жаль…
- Это ваш предшественник, - успокоил ее Коуки, - окатил меня из лужи. Не беспокойтесь.
- Где вы живете? Я по крайней мере домой вас доставлю.
Это было резонно, и Коуки назвал адрес. Женщина нахмурилась.
- Вы подхватите воспаление легких, пока мы туда доедем, - сказала она наконец. - Его моя страховка не покроет. Я живу неподалеку, у меня вы сможете переодеться.
Коуки пытался протестовать, но внешне хрупкая молодая женщина уже запихнула его в машину и завела мотор. Судя по марке авто, она была не из бедных, и казалась совсем юной, немногим старше Рью. Должно быть, из тех девчонок, что не привыкли слушать отказы.
- Вам правда не нужно в больницу? - встревоженно спросила девушка.
- Я в порядке.
- А вы не засудите меня потом? - спросила она с подозрением.
- Не беспокойтесь.
Ехать оказалось действительно недалеко. Девушка свернула к гаражу, распахнутому настежь. Внутри было неприбрано, под потолком горела единственная лампочка. Прямо посредине валялся велосипед.
- Джилл, - процедила девушка. - Убью. Проходите на кухню.
Коуки пошел за девушкой через просторное темное помещение, пахнущее старым деревом. Щелкнул выключатель, вспыхнул свет. Давненько он не стоял на ресторанной кухне.
Девушка окинула его задумчивым взглядом.
- Я принесу вам полотенца и сухую одежду.
Пока ее не было, Коуки разглядывал просторное, несколько запущенное помещение. Кухня была очень чистой, но едва ли это было комплиментом. Создавалось впечатление, что ей не пользовались уже много лет. Большую дровяную печь покрывал тонкий слой пыли. Сложно было отделаться от ощущения, что если открыть холодильник, там будут штабелями лежать коробки еды навынос из дешевой забегаловки.
- Возьмите, - девушка протянула полотенца и аккуратную стопку одежды. - За той дверью раздевалка для поваров. А я заварю чай.
Раздевалка казалась еще более заброшенной: ряд приоткрытых шкафчиков и календарь трехлетней давности на стене. Здесь смело можно было снимать фильм ужасов.
Коуки снял промокшую одежду и изучил синяк на бедре. Ничего серьезного, за пару дней пройдет. В годы ученичества он получал и гораздо худшие травмы. И все же, тело болело от удара и долгого ношения мокрой одежды. Воспользовавшись душем, едва теплым, что лишний раз доказывало, что кухней и служебными помещениями давно не пользовались, Коуки оделся. Джинсы пришлось закатать, а майка и рубашка болтались на нем, как на вешалке. Приятель девушки, должно быть, крупный мужчина.
Она стояла у стола, держа в руках лист бумаги, вполоборота, и Коуки воспользовался возможностью разглядеть ее. Лет двадцать на вид, и именно такая внешность приходит в первую очередь на ум, когда говорят «англичанка». У нее были светлые волосы, белая кожа и тонкие черты лица. Настоящий эльф. Дополнительное сходство с волшебными созданиями ей придавала подвижная мимика, то, как девушка хмурила лоб. Заметив Коуки, она быстро улыбнулась.
- Мой братец в свои преклонные сорок пять приобрел сходство со шкафом. Вы не сильно пострадали?
- Нет, - уверил ее Коуки.
- Держите, - разлив чай по разномастным кружкам, девушка протянула ему одну и запрыгнула на стол. - Надеюсь, вы действительно в порядке. Мне сегодня только не хватало сбить кого-нибудь.
Коуки сделал глоток — чай был неожиданно хорош — и вспомнил о приличиях. Он стал слишком часто забывать о них в последнее время, и это нехорошо. Отставив чашку, он поклонился, осознавая, как это, должно быть, нелепо выглядит.
- Меня зовут Ито Коуки.
- Коули. Клементина Коули, - девушка также слегка поклонилась. Она хотела еще что-то добавить, но зазвонил телефон. - Извините. Коули слушает. Да, мистер Шелби, да, думаю, у нас найдется то, что вам нужно. Нет-нет, что вы, нам все удобно. До свидания, мистер Шелби.
Еще пару минут девушка сжимала свой телефон, словно раздумывала, не швырнуть ли его в стену. Затем она длинно и изощренно выругалась — Коуки не понял и половину — и покраснела.
- П-простите.
- Я вам не буду добавлять проблем, мисс Коули, - Коуки едва сдержал улыбку. - Обещаю.
- Лучше бы вы умели совершать чудеса, - проворчала Клементина Коули. - Я не успею разобрать чердак до полудня.
- Вам нужна помощь, мисс Коули? - оживился Коуки. Дальнейшее звучало нагло, но ему необходимо было заплатить за квартиру. - Мне нужна работа и…
- Я не могу заплатить много, - предупредила девушка.
- Мне главное выплатить долг квартирной хозяйке.
- Сто фунтов?
- По рукам, мисс Коули.
Девушка пожала его пальцы, ее собственные были холодны, как лед.
- Мы распродаем содержимое чердака. Старая мебель, посуда. Кое-что осталось со времен основания ресторана. Жаль, конечно, но необходимо платить по счетам. И желательно сделать это до полудня. У мистера Шелби мерзкий характер и нюх на неприятности. Он как гиена.
- Я приду так рано, как только смогу, мисс Коули, - пообещал Коуки.
Девушка на мгновение прикусила губу.
- Вы могли бы переночевать здесь. Тут есть комнаты для персонала. Так вы по крайней мере не вымокнете и не подхватите простуду.
Судя по шуму за окном дождь разошелся еще сильнее, и после коротких раздумий Коуки принял это предложение. Может Коули — семейка кровавых Бендеров, но не в его положении отказываться от работы, денег и возможности поспать не на короткой кушетке, упираясь носом в угол стола.
- Очень любезно с вашей стороны, мисс Коули. Могу я позвонить?
Девушка кивнула на висящий у двери телефон.
3.
Рискованно было оставлять в доме на ночь незнакомого мужчину, но в глубине души Клементина даже надеялась, что он — маньяк-убийца, желательно, специализирующийся на подростках и старушках. Или даже лучше поджигатель, который спалил бы проклятый ресторан. Было семь утра, ресторан все еще стоял, а настроение Клементины стремительно падало. Честно говоря, по утрам она была невыносима, и хотела, чтобы и другим тоже было плохо. Обычно в этом случае она готовила завтрак.
Первым на кухню спустились Кью и Джилл. Клементина отвлеклась от сковороды с яичницей и оглядела племянников.
- Джек!
Их было достаточно легко различить, если обращать внимание на всяческие мелочи. К примеру, у Джека страшно краснели уши, когда он пытался врать.
- Наверх, переодеваться, живо! - велела Клементина. - И я желаю видеть вас с Джилл одновременно, обоих.
Яичница была безнадежно испорчена. Кью хмыкнула и полезла в холодильник за арахисовым маслом.
- Намажь и мне кусочек, - попросила Клементина.
Налив себе кофе, она забралась на стол и достала смету. Если Шелби купит то, что заявлял, и удастся распродать остальное, то денег хватит и на оплату счетов и на… ну допустим, удастся провести вечер для Дэвисона. Если очень повезет, получится починить плиту и вытяжку. Тогда La Compania просуществует еще немного.
- У вас горит.
- Черт побери! - Клементина сдвинула сковороду с тоской уставилась на угли. Сегодня она превзошла себя. - Кажется, у нас есть… могу предложить хлеб с маслом.
- Хлеб не ешь, - с набитым ртом сказала Кью. - Это мы на углу брали.
«На углу» означало — в той самой булочной, которая должна была принадлежать Клементине. Если бы только она умела выбирать мужчин.
- Не утруждайтесь, - сказал несостоявшийся маньяк. - Мне достаточно чашки кофе.
Он, должно быть, уже понял, что стряпню Клементины лучше не пробовать. Кью с интересом разглядывала мужчину, но молчала.
- Это Линда, - представила Клементина. - А это мистер Ито, он поможет нам с чердаком.
- Ага, - сказала Кью.
Хлопнула входная дверь. Джек и Джилл решили уйти, не дожидаясь, пока их начнут кормить завтраком.
- Проследи, чтобы эти двое дошли до школы, - попросила Клементина. - И не влипли там в неприятности.
- Угу, - Кью прихватила еще один сэндвич с арахисовым маслом и исчезла.
- За младшими уследить нелегко, - сказал сочувственно Ито.
- Это племянники. Строго говоря, я вообще не обязана за ними следить.
Забравшись на стол, Клементина воспользовалась случаем изучить мужчину, которого так неосторожно сбила. Ему было лет тридцать пять на вид, может и больше, по азиатам сложно определять возраст, и у него были потрясающе красивые глаза. Клементина смутилась. Ито, однако, ничего не заметил. Его больше занимала печь, бывшая когда-то гордостью La Compania.
- Старый, должно быть, ресторан.
- Его открыл мой дед сразу после войны, в сорок шестом или сорок седьмом. Он обожал итальянскую кухню, да и бабушка была родом из Италии. В лучшие годы здесь работали пять-шесть поваров, не считая шефа. Все когда-нибудь проходит.
Клементина выбросила безнадежно испорченную яичницу.
- Идемте.
На просторный чердак старого дома не одно десятилетие стаскивали все нужное. Здесь за годы образовался запутанный лабиринт столов, сломанных стульев, плит, вытяжек и коробок с посудой, альбомами и сборниками рецептов. Клементина до бесконечности оттягивала момент, когда придется сюда подняться, из-за всех воспоминаний, что связаны с вещами. Она взяла верхнюю фотографию в серебристой рамке: десяток людей в белых поварских костюмах у дверей ресторана. Да, так La Compania выглядела, когда ей было шесть.
- Нужно спустить вниз все, что можно продать, - сухо сказала Клементина, делая вид, что ей безразлично. - Я пока разберу коробки с бумагами.
- А куда…
- На задний двор, пока нет дождя, - решила Клементина.
Пару часов они работали молча. Ито таскал коробки и мебель поновее — она была легкой, а Клементина разбирала бумаги. Дед хранил все: билеты, дорожные чеки, счета за молоко, датированные серединой семидесятых. Все это едва ли могло когда-нибудь пригодиться. Иногда среди этого хлама обнаруживались рецепты, записанные рукой деда на салфетках и гостиничных счетах. Дед обожал готовить, он преклонялся перед едой. Клементине было всего шесть, когда дед впервые поставил ее к плите, притащив из кладовой ящик с апельсинами — чтобы она достала до конфорок. Клементина оказалась на редкость бесталанна во всем, что не касалось теста и выпечки. «По крайней мере у тебя есть кураж и вкус к жизни, - говорил дед. - Не то, что у Карлоса и Роберта». И все-таки, завещать ресторан ей было не лучшей дедовой идеей.
В животе заурчало.
- Есть у вас что-нибудь в холодильнике?
Клементина удивленно посмотрела на Ито, прислонившегося к дверному косяку. Он внимательно изучал ее в ответ. Чердак порядком опустел, осталась только самая старая мебель, которую невозможно было вытащить в одиночку. Клементина все еще сидела над той же коробкой, и в глазах подозрительно щипало.
- Что?
- Сейчас одиннадцать, у вас будет время разобрать коробки, мисс Коули. А пока идемте, я вас покормлю, и вы мне пожалуетесь на жизнь.
- А почему я должна? - с подозрением уточнила Клементина.
- Люди всегда все выкладывают случайным знакомым, - с усмешкой сказал Ито.
- Да, но обычно это бармены, таксисты и маникюрши.
- Я работал таксистом в Бангкоке.
- Да? - Клементина вытерла щеки и вприпрыжку понеслась за Ито. - Вы говорите по-тайски?
- Для этого достаточно знать дюжину слов по-английски. Но я немного говорю по-тайски, верно, - Ито деловито изучил содержимое холодильника и шкафов, неодобрительно поцокал языком. - Что вы вообще едите?
- Фрукты. Бабуля великолепно обрабатывает соцработников. Откуда вы родом?
Ито обернулся через плечо.
- Кажется, это вы должны делиться со мной горестной историей своей жизни.
- А все-таки? Вы же японец, верно? Классно говорите по английски, но акцент у вас все-таки есть.
- Я из Киото.
- И как там?
- Красиво, особенно осенью. Ну так в чем ваша беда?
Клементина подвинула стул и облокотилась об один из рабочих столов. Ей всегда нравилось наблюдать, как готовят другие, особенно мужчины. Это была, возможно, какая-то разновидность порно. Она на Мэтта-то запала только потому, как он готовил.
- Я не могу сохранить ресторан.
Ито бросил на нее еще один короткий взгляд.
- Вы очень молоды и найдете, чем заняться.
- Я могу вообще не работать, - невесело хмыкнула Клементина. - Маргарита, моя невестка, удачно вложила деньги и прибыль разделила между своими детьми и мной. И жизнь ее оказалась застрахована. Но мы не можем ни пенни из этих денег вложить в ресторан, только то, что было на счетах и значилось в описи, иначе отец оспорит дедово завещание.
- При живом отце ресторан получили вы? - удивился Ито. Все верно, он ведь видел сгоревшую яичницу.
- Дедуля был малость эксцентричен. Говорил, что любить готовить важнее, чем уметь.
- Спорное утверждение, мисс Коули, - Ито поставил перед ней тарелку с пастой.
Коуки пролистал несколько страниц.
- Любопытно и анатомически невозможно.
- Я прекрасно разбираюсь в анатомии! - оскорбилась Тсубаки. - И это не я рисовала!
- Баки рисует, как школьники с крыш прыгают, - с сарказмом уточнил Рью и отвернулся к спинке.
- Я это не рисовала!
- Я теперь должен идти и говорить с вашими учителями? - вздохнул Коуки.
Тсубаки эта перспектива, кажется, привела в ужас.
- Рью уже все уладил.
Этого-то Коуки и боялся.
- В любом случае, Элиот была слишком занята Психованными Коули, - фыркнул Рью. - Один из них заявился в школу в девчоночьей форме. Тебе бы лучше позаботиться о деньгах, Ито, или в среду нас выселят.
Коуки посмотрел на часы. Шесть. Биржа труда закрывается в восемь. Если достаточно долго ныть и уговаривать, Стэн может сдаться. Сейчас Коуки был согласен на любую работу, какая только давала деньги.
- Буду после восьми, - сказал он. - Покормите Момо. И не доводите соседей.
- Ага, - весьма неопределенно ответил Рью. Тсубаки ответом не удостоила.
Штурм не удался. Коуки выпил два стакана плохого дешевого кофе, извел полдюжины листов бумаги, но ответ остался прежним: работы нет. В восемь Стэн выпроводил клиентов и закрыл дверь.
Уже стемнело. Поднялся туман, и оттого казалось, что на улице еще холоднее, чем это было на самом деле. Сунув руки в карманы куртки, нахохлившись, Коуки медленно пошел домой.
За двенадцать лет многое бывало, он попадал и в худшие передряги, но всегда из них выпутывался. Тогда с ним не было троих детей. Рью — высокий интеллект и ужасающий характер — он, пожалуй, оставил бы на произвол судьбы. Парень способен был о себе позаботиться. Тсубаки была копией Йоко, и почти наверняка выкрутилась бы. Но оставалась малышка Момо. Коуки влюбился, едва увидел ее. Она ничуть не походила на мать и на обычных любовников Йоко, была словно фея из волшебной сказки. Даже Рью рядом с ней преображался. Чтобы защитить Момо, Коуки был готов на все.
Проехавшая мимо машина окатила его из лужи ледяной водой. Коуки чертыхнулся, неловко отпрыгнул в сторону, и в следующую минуту вторая машина, плохо вписавшаяся в поворот, несильно ударила его по бедру. Потеряв равновесие, Коуки рухнул в лужу, где плавали мелкие осколки льда. Дверца раскрылась, и из машины выскочила перепуганная блондинка. Коуки — мысленно — ругнулся еще раз, он ненавидел иметь дело с истеричными местными дамочками.
- Господи! Вы в порядке? О чем я?! Идиотка! Я отвезу вас в больницу!
- Не нужно, - оборвал поток причитаний Коуки. - Со мной все в порядке.
Страховки у него не было, денег на врача тоже, а синяк на бедре и простуду можно было и так пережить.
- Вы промокли насквозь! - девица, неожиданно сильная, помогла ему подняться. - Мне так жаль…
- Это ваш предшественник, - успокоил ее Коуки, - окатил меня из лужи. Не беспокойтесь.
- Где вы живете? Я по крайней мере домой вас доставлю.
Это было резонно, и Коуки назвал адрес. Женщина нахмурилась.
- Вы подхватите воспаление легких, пока мы туда доедем, - сказала она наконец. - Его моя страховка не покроет. Я живу неподалеку, у меня вы сможете переодеться.
Коуки пытался протестовать, но внешне хрупкая молодая женщина уже запихнула его в машину и завела мотор. Судя по марке авто, она была не из бедных, и казалась совсем юной, немногим старше Рью. Должно быть, из тех девчонок, что не привыкли слушать отказы.
- Вам правда не нужно в больницу? - встревоженно спросила девушка.
- Я в порядке.
- А вы не засудите меня потом? - спросила она с подозрением.
- Не беспокойтесь.
Ехать оказалось действительно недалеко. Девушка свернула к гаражу, распахнутому настежь. Внутри было неприбрано, под потолком горела единственная лампочка. Прямо посредине валялся велосипед.
- Джилл, - процедила девушка. - Убью. Проходите на кухню.
Коуки пошел за девушкой через просторное темное помещение, пахнущее старым деревом. Щелкнул выключатель, вспыхнул свет. Давненько он не стоял на ресторанной кухне.
Девушка окинула его задумчивым взглядом.
- Я принесу вам полотенца и сухую одежду.
Пока ее не было, Коуки разглядывал просторное, несколько запущенное помещение. Кухня была очень чистой, но едва ли это было комплиментом. Создавалось впечатление, что ей не пользовались уже много лет. Большую дровяную печь покрывал тонкий слой пыли. Сложно было отделаться от ощущения, что если открыть холодильник, там будут штабелями лежать коробки еды навынос из дешевой забегаловки.
- Возьмите, - девушка протянула полотенца и аккуратную стопку одежды. - За той дверью раздевалка для поваров. А я заварю чай.
Раздевалка казалась еще более заброшенной: ряд приоткрытых шкафчиков и календарь трехлетней давности на стене. Здесь смело можно было снимать фильм ужасов.
Коуки снял промокшую одежду и изучил синяк на бедре. Ничего серьезного, за пару дней пройдет. В годы ученичества он получал и гораздо худшие травмы. И все же, тело болело от удара и долгого ношения мокрой одежды. Воспользовавшись душем, едва теплым, что лишний раз доказывало, что кухней и служебными помещениями давно не пользовались, Коуки оделся. Джинсы пришлось закатать, а майка и рубашка болтались на нем, как на вешалке. Приятель девушки, должно быть, крупный мужчина.
Она стояла у стола, держа в руках лист бумаги, вполоборота, и Коуки воспользовался возможностью разглядеть ее. Лет двадцать на вид, и именно такая внешность приходит в первую очередь на ум, когда говорят «англичанка». У нее были светлые волосы, белая кожа и тонкие черты лица. Настоящий эльф. Дополнительное сходство с волшебными созданиями ей придавала подвижная мимика, то, как девушка хмурила лоб. Заметив Коуки, она быстро улыбнулась.
- Мой братец в свои преклонные сорок пять приобрел сходство со шкафом. Вы не сильно пострадали?
- Нет, - уверил ее Коуки.
- Держите, - разлив чай по разномастным кружкам, девушка протянула ему одну и запрыгнула на стол. - Надеюсь, вы действительно в порядке. Мне сегодня только не хватало сбить кого-нибудь.
Коуки сделал глоток — чай был неожиданно хорош — и вспомнил о приличиях. Он стал слишком часто забывать о них в последнее время, и это нехорошо. Отставив чашку, он поклонился, осознавая, как это, должно быть, нелепо выглядит.
- Меня зовут Ито Коуки.
- Коули. Клементина Коули, - девушка также слегка поклонилась. Она хотела еще что-то добавить, но зазвонил телефон. - Извините. Коули слушает. Да, мистер Шелби, да, думаю, у нас найдется то, что вам нужно. Нет-нет, что вы, нам все удобно. До свидания, мистер Шелби.
Еще пару минут девушка сжимала свой телефон, словно раздумывала, не швырнуть ли его в стену. Затем она длинно и изощренно выругалась — Коуки не понял и половину — и покраснела.
- П-простите.
- Я вам не буду добавлять проблем, мисс Коули, - Коуки едва сдержал улыбку. - Обещаю.
- Лучше бы вы умели совершать чудеса, - проворчала Клементина Коули. - Я не успею разобрать чердак до полудня.
- Вам нужна помощь, мисс Коули? - оживился Коуки. Дальнейшее звучало нагло, но ему необходимо было заплатить за квартиру. - Мне нужна работа и…
- Я не могу заплатить много, - предупредила девушка.
- Мне главное выплатить долг квартирной хозяйке.
- Сто фунтов?
- По рукам, мисс Коули.
Девушка пожала его пальцы, ее собственные были холодны, как лед.
- Мы распродаем содержимое чердака. Старая мебель, посуда. Кое-что осталось со времен основания ресторана. Жаль, конечно, но необходимо платить по счетам. И желательно сделать это до полудня. У мистера Шелби мерзкий характер и нюх на неприятности. Он как гиена.
- Я приду так рано, как только смогу, мисс Коули, - пообещал Коуки.
Девушка на мгновение прикусила губу.
- Вы могли бы переночевать здесь. Тут есть комнаты для персонала. Так вы по крайней мере не вымокнете и не подхватите простуду.
Судя по шуму за окном дождь разошелся еще сильнее, и после коротких раздумий Коуки принял это предложение. Может Коули — семейка кровавых Бендеров, но не в его положении отказываться от работы, денег и возможности поспать не на короткой кушетке, упираясь носом в угол стола.
- Очень любезно с вашей стороны, мисс Коули. Могу я позвонить?
Девушка кивнула на висящий у двери телефон.
3.
Рискованно было оставлять в доме на ночь незнакомого мужчину, но в глубине души Клементина даже надеялась, что он — маньяк-убийца, желательно, специализирующийся на подростках и старушках. Или даже лучше поджигатель, который спалил бы проклятый ресторан. Было семь утра, ресторан все еще стоял, а настроение Клементины стремительно падало. Честно говоря, по утрам она была невыносима, и хотела, чтобы и другим тоже было плохо. Обычно в этом случае она готовила завтрак.
Первым на кухню спустились Кью и Джилл. Клементина отвлеклась от сковороды с яичницей и оглядела племянников.
- Джек!
Их было достаточно легко различить, если обращать внимание на всяческие мелочи. К примеру, у Джека страшно краснели уши, когда он пытался врать.
- Наверх, переодеваться, живо! - велела Клементина. - И я желаю видеть вас с Джилл одновременно, обоих.
Яичница была безнадежно испорчена. Кью хмыкнула и полезла в холодильник за арахисовым маслом.
- Намажь и мне кусочек, - попросила Клементина.
Налив себе кофе, она забралась на стол и достала смету. Если Шелби купит то, что заявлял, и удастся распродать остальное, то денег хватит и на оплату счетов и на… ну допустим, удастся провести вечер для Дэвисона. Если очень повезет, получится починить плиту и вытяжку. Тогда La Compania просуществует еще немного.
- У вас горит.
- Черт побери! - Клементина сдвинула сковороду с тоской уставилась на угли. Сегодня она превзошла себя. - Кажется, у нас есть… могу предложить хлеб с маслом.
- Хлеб не ешь, - с набитым ртом сказала Кью. - Это мы на углу брали.
«На углу» означало — в той самой булочной, которая должна была принадлежать Клементине. Если бы только она умела выбирать мужчин.
- Не утруждайтесь, - сказал несостоявшийся маньяк. - Мне достаточно чашки кофе.
Он, должно быть, уже понял, что стряпню Клементины лучше не пробовать. Кью с интересом разглядывала мужчину, но молчала.
- Это Линда, - представила Клементина. - А это мистер Ито, он поможет нам с чердаком.
- Ага, - сказала Кью.
Хлопнула входная дверь. Джек и Джилл решили уйти, не дожидаясь, пока их начнут кормить завтраком.
- Проследи, чтобы эти двое дошли до школы, - попросила Клементина. - И не влипли там в неприятности.
- Угу, - Кью прихватила еще один сэндвич с арахисовым маслом и исчезла.
- За младшими уследить нелегко, - сказал сочувственно Ито.
- Это племянники. Строго говоря, я вообще не обязана за ними следить.
Забравшись на стол, Клементина воспользовалась случаем изучить мужчину, которого так неосторожно сбила. Ему было лет тридцать пять на вид, может и больше, по азиатам сложно определять возраст, и у него были потрясающе красивые глаза. Клементина смутилась. Ито, однако, ничего не заметил. Его больше занимала печь, бывшая когда-то гордостью La Compania.
- Старый, должно быть, ресторан.
- Его открыл мой дед сразу после войны, в сорок шестом или сорок седьмом. Он обожал итальянскую кухню, да и бабушка была родом из Италии. В лучшие годы здесь работали пять-шесть поваров, не считая шефа. Все когда-нибудь проходит.
Клементина выбросила безнадежно испорченную яичницу.
- Идемте.
На просторный чердак старого дома не одно десятилетие стаскивали все нужное. Здесь за годы образовался запутанный лабиринт столов, сломанных стульев, плит, вытяжек и коробок с посудой, альбомами и сборниками рецептов. Клементина до бесконечности оттягивала момент, когда придется сюда подняться, из-за всех воспоминаний, что связаны с вещами. Она взяла верхнюю фотографию в серебристой рамке: десяток людей в белых поварских костюмах у дверей ресторана. Да, так La Compania выглядела, когда ей было шесть.
- Нужно спустить вниз все, что можно продать, - сухо сказала Клементина, делая вид, что ей безразлично. - Я пока разберу коробки с бумагами.
- А куда…
- На задний двор, пока нет дождя, - решила Клементина.
Пару часов они работали молча. Ито таскал коробки и мебель поновее — она была легкой, а Клементина разбирала бумаги. Дед хранил все: билеты, дорожные чеки, счета за молоко, датированные серединой семидесятых. Все это едва ли могло когда-нибудь пригодиться. Иногда среди этого хлама обнаруживались рецепты, записанные рукой деда на салфетках и гостиничных счетах. Дед обожал готовить, он преклонялся перед едой. Клементине было всего шесть, когда дед впервые поставил ее к плите, притащив из кладовой ящик с апельсинами — чтобы она достала до конфорок. Клементина оказалась на редкость бесталанна во всем, что не касалось теста и выпечки. «По крайней мере у тебя есть кураж и вкус к жизни, - говорил дед. - Не то, что у Карлоса и Роберта». И все-таки, завещать ресторан ей было не лучшей дедовой идеей.
В животе заурчало.
- Есть у вас что-нибудь в холодильнике?
Клементина удивленно посмотрела на Ито, прислонившегося к дверному косяку. Он внимательно изучал ее в ответ. Чердак порядком опустел, осталась только самая старая мебель, которую невозможно было вытащить в одиночку. Клементина все еще сидела над той же коробкой, и в глазах подозрительно щипало.
- Что?
- Сейчас одиннадцать, у вас будет время разобрать коробки, мисс Коули. А пока идемте, я вас покормлю, и вы мне пожалуетесь на жизнь.
- А почему я должна? - с подозрением уточнила Клементина.
- Люди всегда все выкладывают случайным знакомым, - с усмешкой сказал Ито.
- Да, но обычно это бармены, таксисты и маникюрши.
- Я работал таксистом в Бангкоке.
- Да? - Клементина вытерла щеки и вприпрыжку понеслась за Ито. - Вы говорите по-тайски?
- Для этого достаточно знать дюжину слов по-английски. Но я немного говорю по-тайски, верно, - Ито деловито изучил содержимое холодильника и шкафов, неодобрительно поцокал языком. - Что вы вообще едите?
- Фрукты. Бабуля великолепно обрабатывает соцработников. Откуда вы родом?
Ито обернулся через плечо.
- Кажется, это вы должны делиться со мной горестной историей своей жизни.
- А все-таки? Вы же японец, верно? Классно говорите по английски, но акцент у вас все-таки есть.
- Я из Киото.
- И как там?
- Красиво, особенно осенью. Ну так в чем ваша беда?
Клементина подвинула стул и облокотилась об один из рабочих столов. Ей всегда нравилось наблюдать, как готовят другие, особенно мужчины. Это была, возможно, какая-то разновидность порно. Она на Мэтта-то запала только потому, как он готовил.
- Я не могу сохранить ресторан.
Ито бросил на нее еще один короткий взгляд.
- Вы очень молоды и найдете, чем заняться.
- Я могу вообще не работать, - невесело хмыкнула Клементина. - Маргарита, моя невестка, удачно вложила деньги и прибыль разделила между своими детьми и мной. И жизнь ее оказалась застрахована. Но мы не можем ни пенни из этих денег вложить в ресторан, только то, что было на счетах и значилось в описи, иначе отец оспорит дедово завещание.
- При живом отце ресторан получили вы? - удивился Ито. Все верно, он ведь видел сгоревшую яичницу.
- Дедуля был малость эксцентричен. Говорил, что любить готовить важнее, чем уметь.
- Спорное утверждение, мисс Коули, - Ито поставил перед ней тарелку с пастой.
