Через несколько секунд в машине раздался оглушающий звук взрыва, резкий жар, вспышка боли и темнота.
30.4
Рора сидела в роскошной каюте, не веря, что сейчас улетит с Инкара. Она испытывала непередаваемый коктейль из эмоций, которые откровенно противоречили друг другу.
Рора знала, что они с Мавиром никогда не стали бы нормальной парой. Он принудил быть с ним, подкупил посла, сделал документы, согласно которым она умерла, запер в доме, подвергал опасности… спасал, заботился… угрожал, бросал… не отпускал. И любил? Пусть не говорил. Никогда. Но это же очевидно, разве нет? Только чувства эти больные… и любовь его специфическая. Ненужная ей. Но всё-таки, пережив столько рядом с мужчиной, можно ли остаться равнодушной? Нет, Рора испытала к нему невероятно широкий спектр эмоций. Большинство — негативные, но когда она поняла, что он отправляет её подальше с планеты, испытала мимолётное ощущение… обиды. Почти незаметное, пролетевшее вспышкой. Говорил же, что не отпустит… Отпустил. И это хорошо.
— Так правильно, так всем будет лучше, — прошептала она чуть слышно.
Рора поняла, что даже не уточнила, куда она полетит. Ей как будто было без разницы. Лишь бы подальше и в безопасности.
На борту её встретил мужчина в форме, скорее всего, капитан, провёл до каюты. Рора ничего не спрашивала, не спросила, как его зовут. Слишком ошарашенная и растерянная происходящим.
Тяжело вздохнув, она подошла к экрану внешней видимости и активировала панель, которая, являясь дисплеем сверхвысокого разрешения, проецировала изображение с внешних камер в реальном времени.
Мавир стоял относительно недалеко от корабля, она могла видеть его — монументального и сурового. Как вся эта планета.
В груди появилось непривычное чувство жжения, опасности. В попытке справиться с этими эмоциями, Рора сделала несколько глубоких, медленных вдохов и выдохов. Но это не помогло. Тревога никуда не уходила, а лишь нарастала, принося всё больше дискомфорта.
Лёгкий, едва заметный гул дал понять, что корабль начал подготовку к взлёту. Кораблю не требовался разбег, он поднимался вертикально, но в целях безопасности пространство вокруг всегда освобождалось.
Вот и Мавир отошёл, Рора больше не могла разглядеть его лица.
Гул усилился, корабль как будто ожил после спячки и сбрасывал с себя остатки сонливости.
Первые метры корабль всегда поднимался медленно, все внутренние системы ещё раз проходили диагностику и проверку уже в движении. Чаще всего пассажиры вообще не понимают, что оторвались от земли. Но Рора стояла у панели и видела всё.
Мавир рукой махнул в сторону, и тут же к нему подъехала машина, в которой сидел Гарол.
«Даже не дождался, пока улечу», — снова подняла голову иррациональная обида.
Расстояние до земли начало увеличиваться, а Рора неотрывно смотрела на уезжающую машину, пока её не поглотила вспышка взрыва, а потом огонь.
— Нет… Нет! Остановитесь! Слышите!!!
Рора кричала, пыталась попасть в рубку капитана. Чтобы вернулись, чтобы что? Помочь? Спасти?
Немногочисленные члены экипажа раз за разом объясняли ей, что корабль набрал скорость, вышел из экзосферы. Сейчас сесть не получится. Это невозможно по конструктивным особенностям корабля.
Позже капитан вышел лично, оставив управление на второго пилота. Убеждал, что у них маршрут и задание. Всё оплачено, и они довезут Рору до места назначения.
Она верила, чувствовала, что ей ничего не угрожает. Корабль прибудет в безопасное место. Она будет свободна. Она уже свободна. Ведь Мавира… больше нет?
И только горькие слёзы, которые почему-то не давали дышать, продолжали стекать по бледным щекам.
Рора плохо запомнила полёт. Всё прошло как в тумане, она много спала, давление скакало, пришлось несколько раз ложиться в медицинскую капсулу.
Ей сообщили, что конечная точка маршрута — её родная планета Смирт. Она не понимала, как будет там жить, ведь по документам помощница посла погибла во время командировки на Инкаре. Хотя, откровенно говоря, ей было плевать. Напала апатия. В тот же день к ней на корабле подошёл мужчина, которого, как выяснилось, проинструктировали и передали все документы и информацию по её дальнейшей жизни на Смирте.
Мужчина (имя Рора даже не старалась запомнить) сначала пытался всё подробно объяснить, но, видя полную безучастность девушки, оставил её в покое до конца полёта.
Рора же продолжала вспоминать всё, что с ней произошло. И плохое, и хорошее… последнего было мало, но, оказывается, было. Вся её история на Инкаре больше походила на затяжной сон в горячечном бреду, чем на правду. Иногда ей казалось, что она просто сошла с ума и всё ей привиделось. Но, конечно, беременность и этот корабль, который нёс её сквозь тёмную материю необъятного космоса, не давали шанса забыться.
Сделав первый шаг на родной планете, куда она так стремилась, Рора ощутила опустошение. Вокруг сновали люди внутри огромного космопорта, мелькали многоуровневые шоссе с потоком машин, высотки пробивали облака, уходя далеко вверх. Всё шло своим чередом, никто и не заметил, как одна беременная девушка вернулась домой.
В этот же день приставленный к ней мужчина всё объяснил ещё раз, передал документы и счета, организовал транспорт до нового жилища. Сделал свою работу доконца, несмотря на то, что амана уже нет.
Как ни удивительно, но Роре вернули её личность. В Департамент с Инкара была отправлена информация о бюрократической ошибке, в результате которой вышло недоразумение, и бывший сотрудник (потому что ставка давно занята) благополучно вернулся обратно.
По мнению Роры, всё было шито белыми нитками, но, видимо, руководство планеты слишком дорожило соглашением с Инкаром и поставками делтара, так что предпочло сделать вид, что всё нормально, и лишних вопросов задавать не стали. И даже странная смерть посла Хуго в автомобильной аварии пару месяцев назад их не смутила. А Рора не почувствовала ничего от этой новости — ни жалости, ни злорадства.
Конечно, на работу её не взяли, да она и не стремилась, сосредоточившись на беременности. Ведь в деньгах Рора совсем не нуждалась.
Её новая квартира была шикарной, большой и при этом уютной, в жилищном комплексе в западной части планеты, с самым высоким уровнем экологии и несколькими парками. Обставленная со вкусом, но не броско, светлая, современная, она сразу же оценила, как удобно в ней будет с ребёнком. Их с Мавиром сыном. Теперь пол уже был известен. И она не могла не думать, как бы аман отреагировал на эту новость.
Рору бросало из крайности в крайность. То она принимала решение всё забыть, больше не думать, не вспоминать, просто вычеркнуть, то пыталась найти через коммуникатор хоть какую-то информацию о том, что происходит на Инкаре. Новости про Мавира… Но ничего не было. Инкар всегда был обособленной планетой, закрытой, и сейчас почти никаких новостей не просачивалось в сеть по поводу ведущегося военного конфликта между кланами. А если что-то и появлялось, то тут же исчезало.
Рору то мучили кошмары, то эротические сны с отцом ребёнка в главной роли — гормоны шалили. Однажды ей приснился сон: перед окном спиной стоит аман, а потом разворачивается, улыбается ей открыто, светло, как будто счастлив — так, как никогда не улыбался в жизни, а на его руках спит годовалый мальчик с тёмными волосами и доверчиво прижимается к отцу. В то утро Рора проснулась с колотящимся сердцем, а подушка была мокрая от слёз.
Постепенно жизнь устаканилась, эмоции немного притупились, уже не разрывая на части. Беременность протекала хорошо, проблем с давлением больше не было. Рора даже начала общаться с одной из соседок — так у неё появилась первая в жизни подруга. Та не лезла к ней в душу, не спрашивала про отца ребёнка, видя, что это непростая тема, и Рора была ей благодарна за это.
Она стала чувствовать себя… свободной. Рора жила, как хотела, делала, что считала нужным, и больше не было потребности убиваться на нелюбимой работе, ведь денег с лихвой хватало ей до конца жизни, и сыну с внуками останется.
Девушка решила, что позже найдёт себе занятие по душе. Когда малыш станет постарше. Ей вдруг больше не надо было быть сильной. Можно было просто… жить.
Сын родился летом. Она назвала его Виром. Крепкий, спокойный и такой красивый мальчик. Её сокровище. Он много спал, хорошо кушал, редко капризничал и был так похож на своего отца. Те же глаза, те же волосы. Только Рора очень надеялась, что в отличие от Мавира его сын будет счастливым. Вдали от жестокости, от власти, клановой борьбы.
Как ни крути, но Мавир оставил после себя не только боль и страх, но и прекрасного ребёнка, который стал для Роры семьёй. Её сердце освобождалось от обиды и ненависти к аману. Всё чаще в памяти всплывали не их ссоры, а как он нежно обнимал её, когда прощался. Больше Рора не искала новостей. Она всё отпустила.
Виру через неделю должно было исполниться год. Сын заснул в прогулочной коляске, пока они гуляли в парке. Народу было немного — будний день, почти все люди работали. Дорожка уходила вбок от центральной аллеи к небольшому пруду — любимому месту Роры. Она задумчиво смотрела под ноги, пока коляска катилась на антигравитационной подушке сбоку, и прикидывала, как лучше справить первый день рождения Вира.
Рора резко почувствовала, что больше не одна.
На берегу озера замерла мужская фигура. Высокий, коротко стриженный мужчина с седыми висками, худощавой фигурой и пронзительным взглядом.
Он смотрел на них, не отрывая глаз от девушки с ребёнком. Только напряжённые плечи давали понять, что он не так спокоен, как кажется.
Рора сбилась с шагу, до рези в глазах всматриваясь в острые, осунувшиеся черты лица. Сердце ухнуло, а ладони резко вспотели.
Она перевела взгляд на мирно спящего сына, а потом снова на стоящего в нескольких шагах мужчину с заметными рубцами на правой стороне лица и шеи.
— Здравствуй, Мавир…
Уважаемые читатели,
Уверена, после прочтения у многих останутся вопросы, и кто-то будет не согласен с финалом, но история Роры и Мавира заканчивается так же неоднозначно, как и начиналась. Они разные — слишком разные. И будет ли у них шанс на общее будущее? Может быть. Но главное — у них теперь есть выбор. И этот выбор остаётся за ними.
Спасибо вам.
Спасибо, что были с Ророй и Мавиром на этом непростом пути. Спасибо за ваше внимание к их непростым мыслям. Для автора нет большей награды, чем знать, что его персонажи заставили кого-то задуматься, почувствовать, поспорить с собой.
Искренне надеюсь увидеть вас в следующей истории.
Если хотите продолжить общение и первыми узнавать о новых книгах, вдохновляющих цитатах и творческих планах — присоединяйтесь ко мне в Telegram-канале (по поиску Дарья Мариенко|Автор романов). До встречи в мире книг и вдохновения!
30.4
Рора сидела в роскошной каюте, не веря, что сейчас улетит с Инкара. Она испытывала непередаваемый коктейль из эмоций, которые откровенно противоречили друг другу.
Рора знала, что они с Мавиром никогда не стали бы нормальной парой. Он принудил быть с ним, подкупил посла, сделал документы, согласно которым она умерла, запер в доме, подвергал опасности… спасал, заботился… угрожал, бросал… не отпускал. И любил? Пусть не говорил. Никогда. Но это же очевидно, разве нет? Только чувства эти больные… и любовь его специфическая. Ненужная ей. Но всё-таки, пережив столько рядом с мужчиной, можно ли остаться равнодушной? Нет, Рора испытала к нему невероятно широкий спектр эмоций. Большинство — негативные, но когда она поняла, что он отправляет её подальше с планеты, испытала мимолётное ощущение… обиды. Почти незаметное, пролетевшее вспышкой. Говорил же, что не отпустит… Отпустил. И это хорошо.
— Так правильно, так всем будет лучше, — прошептала она чуть слышно.
Рора поняла, что даже не уточнила, куда она полетит. Ей как будто было без разницы. Лишь бы подальше и в безопасности.
На борту её встретил мужчина в форме, скорее всего, капитан, провёл до каюты. Рора ничего не спрашивала, не спросила, как его зовут. Слишком ошарашенная и растерянная происходящим.
Тяжело вздохнув, она подошла к экрану внешней видимости и активировала панель, которая, являясь дисплеем сверхвысокого разрешения, проецировала изображение с внешних камер в реальном времени.
Мавир стоял относительно недалеко от корабля, она могла видеть его — монументального и сурового. Как вся эта планета.
В груди появилось непривычное чувство жжения, опасности. В попытке справиться с этими эмоциями, Рора сделала несколько глубоких, медленных вдохов и выдохов. Но это не помогло. Тревога никуда не уходила, а лишь нарастала, принося всё больше дискомфорта.
Лёгкий, едва заметный гул дал понять, что корабль начал подготовку к взлёту. Кораблю не требовался разбег, он поднимался вертикально, но в целях безопасности пространство вокруг всегда освобождалось.
Вот и Мавир отошёл, Рора больше не могла разглядеть его лица.
Гул усилился, корабль как будто ожил после спячки и сбрасывал с себя остатки сонливости.
Первые метры корабль всегда поднимался медленно, все внутренние системы ещё раз проходили диагностику и проверку уже в движении. Чаще всего пассажиры вообще не понимают, что оторвались от земли. Но Рора стояла у панели и видела всё.
Мавир рукой махнул в сторону, и тут же к нему подъехала машина, в которой сидел Гарол.
«Даже не дождался, пока улечу», — снова подняла голову иррациональная обида.
Расстояние до земли начало увеличиваться, а Рора неотрывно смотрела на уезжающую машину, пока её не поглотила вспышка взрыва, а потом огонь.
— Нет… Нет! Остановитесь! Слышите!!!
Рора кричала, пыталась попасть в рубку капитана. Чтобы вернулись, чтобы что? Помочь? Спасти?
Немногочисленные члены экипажа раз за разом объясняли ей, что корабль набрал скорость, вышел из экзосферы. Сейчас сесть не получится. Это невозможно по конструктивным особенностям корабля.
Позже капитан вышел лично, оставив управление на второго пилота. Убеждал, что у них маршрут и задание. Всё оплачено, и они довезут Рору до места назначения.
Она верила, чувствовала, что ей ничего не угрожает. Корабль прибудет в безопасное место. Она будет свободна. Она уже свободна. Ведь Мавира… больше нет?
И только горькие слёзы, которые почему-то не давали дышать, продолжали стекать по бледным щекам.
Эпилог
Рора плохо запомнила полёт. Всё прошло как в тумане, она много спала, давление скакало, пришлось несколько раз ложиться в медицинскую капсулу.
Ей сообщили, что конечная точка маршрута — её родная планета Смирт. Она не понимала, как будет там жить, ведь по документам помощница посла погибла во время командировки на Инкаре. Хотя, откровенно говоря, ей было плевать. Напала апатия. В тот же день к ней на корабле подошёл мужчина, которого, как выяснилось, проинструктировали и передали все документы и информацию по её дальнейшей жизни на Смирте.
Мужчина (имя Рора даже не старалась запомнить) сначала пытался всё подробно объяснить, но, видя полную безучастность девушки, оставил её в покое до конца полёта.
Рора же продолжала вспоминать всё, что с ней произошло. И плохое, и хорошее… последнего было мало, но, оказывается, было. Вся её история на Инкаре больше походила на затяжной сон в горячечном бреду, чем на правду. Иногда ей казалось, что она просто сошла с ума и всё ей привиделось. Но, конечно, беременность и этот корабль, который нёс её сквозь тёмную материю необъятного космоса, не давали шанса забыться.
Сделав первый шаг на родной планете, куда она так стремилась, Рора ощутила опустошение. Вокруг сновали люди внутри огромного космопорта, мелькали многоуровневые шоссе с потоком машин, высотки пробивали облака, уходя далеко вверх. Всё шло своим чередом, никто и не заметил, как одна беременная девушка вернулась домой.
В этот же день приставленный к ней мужчина всё объяснил ещё раз, передал документы и счета, организовал транспорт до нового жилища. Сделал свою работу доконца, несмотря на то, что амана уже нет.
Как ни удивительно, но Роре вернули её личность. В Департамент с Инкара была отправлена информация о бюрократической ошибке, в результате которой вышло недоразумение, и бывший сотрудник (потому что ставка давно занята) благополучно вернулся обратно.
По мнению Роры, всё было шито белыми нитками, но, видимо, руководство планеты слишком дорожило соглашением с Инкаром и поставками делтара, так что предпочло сделать вид, что всё нормально, и лишних вопросов задавать не стали. И даже странная смерть посла Хуго в автомобильной аварии пару месяцев назад их не смутила. А Рора не почувствовала ничего от этой новости — ни жалости, ни злорадства.
Конечно, на работу её не взяли, да она и не стремилась, сосредоточившись на беременности. Ведь в деньгах Рора совсем не нуждалась.
Её новая квартира была шикарной, большой и при этом уютной, в жилищном комплексе в западной части планеты, с самым высоким уровнем экологии и несколькими парками. Обставленная со вкусом, но не броско, светлая, современная, она сразу же оценила, как удобно в ней будет с ребёнком. Их с Мавиром сыном. Теперь пол уже был известен. И она не могла не думать, как бы аман отреагировал на эту новость.
Рору бросало из крайности в крайность. То она принимала решение всё забыть, больше не думать, не вспоминать, просто вычеркнуть, то пыталась найти через коммуникатор хоть какую-то информацию о том, что происходит на Инкаре. Новости про Мавира… Но ничего не было. Инкар всегда был обособленной планетой, закрытой, и сейчас почти никаких новостей не просачивалось в сеть по поводу ведущегося военного конфликта между кланами. А если что-то и появлялось, то тут же исчезало.
Рору то мучили кошмары, то эротические сны с отцом ребёнка в главной роли — гормоны шалили. Однажды ей приснился сон: перед окном спиной стоит аман, а потом разворачивается, улыбается ей открыто, светло, как будто счастлив — так, как никогда не улыбался в жизни, а на его руках спит годовалый мальчик с тёмными волосами и доверчиво прижимается к отцу. В то утро Рора проснулась с колотящимся сердцем, а подушка была мокрая от слёз.
Постепенно жизнь устаканилась, эмоции немного притупились, уже не разрывая на части. Беременность протекала хорошо, проблем с давлением больше не было. Рора даже начала общаться с одной из соседок — так у неё появилась первая в жизни подруга. Та не лезла к ней в душу, не спрашивала про отца ребёнка, видя, что это непростая тема, и Рора была ей благодарна за это.
Она стала чувствовать себя… свободной. Рора жила, как хотела, делала, что считала нужным, и больше не было потребности убиваться на нелюбимой работе, ведь денег с лихвой хватало ей до конца жизни, и сыну с внуками останется.
Девушка решила, что позже найдёт себе занятие по душе. Когда малыш станет постарше. Ей вдруг больше не надо было быть сильной. Можно было просто… жить.
Сын родился летом. Она назвала его Виром. Крепкий, спокойный и такой красивый мальчик. Её сокровище. Он много спал, хорошо кушал, редко капризничал и был так похож на своего отца. Те же глаза, те же волосы. Только Рора очень надеялась, что в отличие от Мавира его сын будет счастливым. Вдали от жестокости, от власти, клановой борьбы.
Как ни крути, но Мавир оставил после себя не только боль и страх, но и прекрасного ребёнка, который стал для Роры семьёй. Её сердце освобождалось от обиды и ненависти к аману. Всё чаще в памяти всплывали не их ссоры, а как он нежно обнимал её, когда прощался. Больше Рора не искала новостей. Она всё отпустила.
***
Виру через неделю должно было исполниться год. Сын заснул в прогулочной коляске, пока они гуляли в парке. Народу было немного — будний день, почти все люди работали. Дорожка уходила вбок от центральной аллеи к небольшому пруду — любимому месту Роры. Она задумчиво смотрела под ноги, пока коляска катилась на антигравитационной подушке сбоку, и прикидывала, как лучше справить первый день рождения Вира.
Рора резко почувствовала, что больше не одна.
На берегу озера замерла мужская фигура. Высокий, коротко стриженный мужчина с седыми висками, худощавой фигурой и пронзительным взглядом.
Он смотрел на них, не отрывая глаз от девушки с ребёнком. Только напряжённые плечи давали понять, что он не так спокоен, как кажется.
Рора сбилась с шагу, до рези в глазах всматриваясь в острые, осунувшиеся черты лица. Сердце ухнуло, а ладони резко вспотели.
Она перевела взгляд на мирно спящего сына, а потом снова на стоящего в нескольких шагах мужчину с заметными рубцами на правой стороне лица и шеи.
— Здравствуй, Мавир…
Уважаемые читатели,
Уверена, после прочтения у многих останутся вопросы, и кто-то будет не согласен с финалом, но история Роры и Мавира заканчивается так же неоднозначно, как и начиналась. Они разные — слишком разные. И будет ли у них шанс на общее будущее? Может быть. Но главное — у них теперь есть выбор. И этот выбор остаётся за ними.
Спасибо вам.
Спасибо, что были с Ророй и Мавиром на этом непростом пути. Спасибо за ваше внимание к их непростым мыслям. Для автора нет большей награды, чем знать, что его персонажи заставили кого-то задуматься, почувствовать, поспорить с собой.
Искренне надеюсь увидеть вас в следующей истории.
Если хотите продолжить общение и первыми узнавать о новых книгах, вдохновляющих цитатах и творческих планах — присоединяйтесь ко мне в Telegram-канале (по поиску Дарья Мариенко|Автор романов). До встречи в мире книг и вдохновения!
