– У вас есть мои мерки. Сшейте платье по ним. Я переживу, если буду не модной; переживу как раз всех тех леди, которые утянут себя до осиной талии. Они ведь даже дышать не смогут. И высшая знать очень быстро избавится от этих дурех. Останутся благоразумные и здоровые, подобное только поможет Империи. На этом все, девушки.
Наследница легким шагом сошла с подъема и направилась в комнату для переодевания в другом конце зала. Там, в тишине и покое, облачившись в наряд, в котором была с самого утра, Мирша немного успокоилась. Замечательное платье; она провела по нему рукой, словно благодаря за то, что ей удавалось чувствовать себя в нем очень удобно. Светло-голубой атлас струился по фигуре и летел при каждом шаге, короткие рукава реглан, отделанные белоснежными рюшами, добавляли образу хрупкость, воротник-стойка визуально вытягивал и без того стройную шею наследницы. Никаких жутких корсетов, никакой угрозы для жизни.
- Как можно быть настолько равнодушной к собственному внешнему виду, – расслышала Мирша сквозь неплотно закрытую дверь комнаты разговор девушек. Те даже не старались понизить голоса.
Наследница поправила волосы, вытащив их из-под воротника. Схватив по паре прядей у висков, она подняла их и закрепила изящной жемчужной заколкой.
И вовсе она не равнодушна. Мирша посмотрела на себя в огромные зеркала, стоявшие перед ней полукругом, давая возможность разглядеть все стороны сразу. Она очень хорошо следит за собой. Камеристки каждый день делают ей прически и подбирают наряды, которые подчеркивают изящную фигуру их госпожи. Мирша никогда не излишествует с косметикой, не наносит слои пудры и каких-то странных красок на лицо, чтобы совершенно удивительным образом сделать свои скулы выше, нос тоньше, а подбородок аккуратнее. Многие леди высшего света совершают все эти манипуляции и становятся непохожими на себя. И какими-то одинаковыми. Мирша же считала это лишним, пустой тратой времени, ей хватало пару раз провести кисточкой, чтобы лицо сделалось свежей, скрывая последствия недосыпов. На этом она останавливалась.
Наследница искренне недоумевала, кто и когда придумывает всю эту моду и почему та меняется с невообразимой скоростью. Разве если бы один и тот же крой или стиль повязки бантов сохранялись из года в год, было бы не удобнее?
- Даже каблуки никогда не носит, – продолжали доноситься обрывки фраз.
Мирша закатила глаза. Она работает по пятнадцать часов в день. И далеко не всегда это бесконечное сидение у себя в кабинете. Калечить собственные ноги она не собиралась, поэтому обувь у нее была весьма практичная. Она со спокойной душой влезла в мягкие туфли из тонкой светлой кожи, украшенные небольшой серебряной пряжкой. Молодая женщина повертела ножкой, рассматривая аккуратно закругленный носок и еле заметный каблучок.
Что же в этом плохого?
Мирша, полностью одевшись, на всякий случай приложила ладони к бокам. Боли она не чувствовала, поэтому понадеялась, что ребра все же выдержали пытку и остались целы. Но лекарям она все равно покажется! Наследница покинула комнату для переодевания, вернувшись в зал. Портнихи о чем-то оживленно перешептывались и крутились возле манекенов – странного подобия тел без рук, ног и голов на высокой жерди. На тех были надеты разные корсеты – проклятие этого сезона; девушки что-то измеряли, подвязывали, распускали и перевязывали.
- Все равно мы вас сделаем самой красивой на балу! – громко выкрикнули они, ослепительно улыбаясь Мирше.
- Живой, я просто хочу остаться живой, – качнула головой наследница.
Она покинула громадный швейный салон. Снаружи – в небольшом уютном закутке - ее ждала секретарь, сидя на мягком диване.
- Госпожа?..
Мирша замахала на нее рукой и быстро побежала вперед, желая как можно подальше убраться из этого крыла, пока портнихам еще чего в голову не взбрело. Вернут ведь и опять подвергнут мучениям. Наследница любила балы до сегодняшнего дня, теперь же сильно сомневалась в их необходимости в собственной жизни. Конечно, такие рассуждения фантастичны, не появляться на главных событиях столицы она не может себе позволить. И никогда не сможет. Правящие принадлежат Империи, а не себе, и обязаны исполнять все то, что предусматривают регламенты и протоколы, а также все те скрытые приемы, на которые опирается власть. Весенние сезоны, балы, встречи – все это в обязательном порядке сопровождает жизнь высшей знати.
- Госпожа, напоминаю, что вы приглашены на обед, – пролепетала за спиной секретарь.
Обед! Мирша остановилась как вкопанная, буквально врезаясь каблучками в каменные плитки пола, и посмотрела на бумаги в руках, которые, конечно же, не потеряла и не забыла. Они – ее главная ценность в нынешнее время.
На обед она пойти обязана. Она обещала. Правящие никогда не нарушают своих слов. Именно это воспитало их когорту блестящими дипломатами. С ранних лет они учились строить свою речь так, чтобы не ронять лишних слов, чтобы не попадаться в ловушки собственной клятвы и не давать легкой победы противникам. Слово Правящих было нерушимо и твердо, как скальный утёс, – это следствия клятвы в верности трону и правителю Империи.
Поэтому – обед. Мирша украдкой поглядела на платье: все же оно уже немного примялось за прошедшую половину дня, к тому же на юбке, если приглядеться, можно заметить пятнышко от чернил. Она опять не доглядела и испачкалась, как тогда при Эсмонте… Надо переодеться. В таком виде неприлично заявляться в дом давнего знакомого и младшего коллеги.
Вот! Она ответственно подходит к своему виду! Мирша похвалила себя за правильные мысли. Следом пришла еще одна. Тоже правильная. Очень правильная, хотя и непривычная. Нужно пригласить Эсмонта с собой!
Идея ошеломить таким образом жениха показалась ей на удивление заманчивой. Как иначе она еще проявит к нему внимание? Нежной быть у нее может и не получится, но внимательной она быть сумеет. Этому наследница обучена. Нужно только постараться.
- Приготовь все для поездки, – приказала Мирша, подсовывая в руки секретаря свои бумаги. – Я скоро буду.
- А куда вы? – забеспокоилась девушка. Она всюду сопровождала свою госпожу, и такое вот неожиданное расставание заставило ее занервничать. Наследница и без того выражала совсем недавно, буквально несколько дней назад, недовольство ее работой. Не сильно, скорее журила, чем ругала... А теперь как будто скрывает что-то, отсылает прочь от себя. Секретарь поняла, что готова расплакаться. Она очень старалась быть наследнице опорой и не хотела ни в чем подвести.
- Я быстро, – Мирша неопределенно махнула рукой, почему-то немного покраснев. – А ты поторопись.
Наследница сорвалась с места, оставив свою верную помощницу в полной растерянности. Мирша решила действовать сразу. Так как мысль об Эсмонте была для нее в новинку, она испытывала странное чувство неловкости и вполне могла начать убеждать себя, что подобные порывы ни к чему, а следовательно, никакого шага к будущему мужу она не сделает.
Мирша сбежала по лестнице, устланной цветастым ковром, для безопасности прикрепленным к каждой ступени бронзовой штангой. Пробежав по коридору, чьи стены украшали яркие шпалеры, наследница добралась до одного из боковых выходов. Снаружи пришлось немного замедлить шаг, молодая женщина заправила трепещущую на ветру смоляную прядку за ухо. Бегающая наследница может вызвать ненужные вопросы, а свидетелей вокруг было предостаточно. Это дворцовые слуги и служащие разного ранга привыкли, что им положено действовать незаметно, за счет чего создавалось впечатление, будто все благоустройство дворцового ансамбля устраивалось как-то само по себе. А на Правящую смотрят все.
Мирша вдруг поняла, что привыкла работать внутри Дворца Высшего Совета и как-то совсем подзабыла, что весь ансамбль занимает площадь в десятки каттов, включая в себя пятнадцать административных и служебных зданий, более двадцати мелких хозяйственных построек и прочее, прочее. А здание Императорской библиотеки на другом краю от нее. Торопливо ступая по идеально подогнанным друг к другу серым каменным плитам, принимая приветствия со сдержанной улыбкой на лице, Мирша добралась до конюшен. Они были предусмотрены у каждого здания, здесь же располагались легкие изящные фаэтоны для удобства передвижения. Магические перемещения на территории Шаталиона были запрещены. Невозможны.
Мирша вскочила по ступеньке в открытую кабину кареты и приказала вознице поторопиться. Он легко щелкнул поводьями, и пара гнедых лошадок резво дернулась с места. Наследницу вжало в сидение, но она не сказала ни слова. Дорога составила несколько минут, за которые молодая женщина успела отметить, что ранние цветы на лужайках успели расцвести, а на центральной площади запустили фонтаны. Весна привнесла в жизнь свои краски, совершенно отличные от однотонной зимы. Стоило чаще бывать вне кабинета.
Библиотека представляла собой размашистое шестиэтажное здание, центральный корпус которой изгибался подковой и имел два прямых рукава, возвышавшихся над землей всего на три этажа. Библиотеку украшали сводчатые окна, резные колонны, угловые башенки и изысканная лепнина, а центральный портик венчала квадрига, управляемая древней богиней.
Мирша, приняв помощь возничего, успевшего соскочить со своего места, элегантно сошла по ступеньке фаэтона на землю и посмотрела на устремившуюся высоко вверх лестницу. По многочисленным ступеням поднималось и спускалось такое множество людей, что это заставляло немного теряться. Место, которому положено быть самым тихим, оказалось самым многолюдным. Мирша принялась подниматься, кивая в ответ всем, кто замечал ее, приостанавливался и быстро кланялся.
Войдя внутрь через одну из многочисленных дверей, Мирша оказалась в широком и просторном холле. В противоположной от входа стороне располагались небольшие полуоткрытые конторки, за столом каждой стоял служащий в темно-синей форме. Они отвечали на всевозможные вопросы посетителей, подсказывали и направляли. Работник, заприметивший наследницу, поспешил к ней подойти.
- Здравствуйте, госпожа. Чем я могу вам помочь?
- Мне нужен Эсмонт... Мне нужно встретиться с господином Рутруа, – сбивчиво выпалила Мирша, поправляя саму себя.
Служащий как будто не услышал оговорки: еще раз вежливо поклонившись, он пригласил гостью следовать за собой. Покинув приемный холл, они вышли к богато украшенной лестнице, изящным изгибом взлетавшей на следующей этаж, с которого и начинались библиотечные, музейные и выставочные залы. Тем не менее, служащий скользнул мимо лестницы к неприметной двери, имевшей тот же вид и оттенок, что и каменные стены. За ней оказался широкий коридор.
- Спасибо, – шепнула Мирша в спину служащего. Тот на ходу обернулся и послал ей лукавую улыбку. Он намеренно повел гостью тем путем, которым пользовались только работники, иначе бы наследница приковала к себе все внимание.
Она попыталась запомнить дорогу, которой ее вели, но количество поворотов, переходов и подъемов сбило Миршу с толку. Без помощи обратно она вернуться не сможет.
Даже было немного странно осознавать, что ей никогда и в голову не приходило явиться на работу к жениху. Она бывала в библиотеке раньше, но совершенно не соотносила с ней Эсмонта. Впрочем, стоило признаться, что о будущем муже она никогда не думала. Обижала ли она его этим, Мирша не знала. Она оценивала их свадьбу и всю последующую жизнь как один из пунктов в своем расписании. Вряд ли так мыслят обычные люди. Эсмонт казался обычным, точнее нормальным. А к таковым наследница себя никогда не относила. Жизнь Правящего мало чем походит на норму.
На четвертом этаже очередная неприметная дверь позволила им вынырнуть прямо в приемную комнату. После чего служащий дошел до тяжелых дубовых дверей и распахнул их без стука. Секретарь уже поднимался из-за своего широкого стола, намереваясь выяснить, кому именно хватило наглости заявиться подобным образом. Увидев Миршу, вышедшую из-за спины своего сопровождающего, секретарь прикусил себе язык.
- Будут ли ко мне поручения? – поинтересовался служащий, замирая подле наследницы в полупоклоне.
- Нет, спасибо большое, - кивнула она ему.
Он удалился, оставив гостью на попечение секретаря. Тот хлопал глазами и неосознанно сжимал стило в пальцах так сильно, что те побелели.
- Сообщите господину Рутруа, что к нему пришла невеста, – ровным тоном произнесла Мирша.
Двустворчатые двери кабинета в этот момент распахнулись. Эсмонт, державший в руках необъятного размера кожаный каталог и изучавший его содержимое, даже головы не поднял.
- Господин, к вам… невеста, – мгновенно сообщил секретарь, как ему и было приказано.
- Какая? Чья? – рассеянно спросил архивариус, не отрывая глаз от страниц каталога.
- Твоя, если ты еще не передумал, – произнесла Мирша негромко.
Эсмонт поднял голову. Наследница ему улыбнулась. Лицо жениха странно вытянулось в изумлении, в голубых глазах промелькнуло неверие. Молодая женщина буквально увидела себя со стороны. Она выглядела так же, когда он пришел к ней, а может, и того хуже.
- Что ты тут делаешь? То есть… прости, пожалуйста, – архивариус с грохотом закрыл каталог и бросил его в руки секретаря, отчего тот пошатнулся, еле удерживая себя и громадный том. – Проходи, – Эсмонт повернулся к дверям своего кабинета и сделал приглашающий жест.
Наследница поспешила зайти внутрь.
- Тебе стоило предупредить меня, я бы… эм, – Эсмонт принялся суетливо топтаться по собственному кабинету, убирая разбросанные повсюду бумаги, свитки и чертежи.
Мирша с нескрываемым интересом разглядывала обстановку. Не так просторно, как у нее самой, но тоже очень светло. Книжных шкафов здесь было гораздо больше, они стояли буквально вдоль всех стен, даже в проемах между окнами. Никакого стола для переговоров, только пара уютных кресел напротив рабочего места, а за ним, прикрепленная к стене, огромная, подробно расписанная, деревянная карта Империи. Такую великолепную и тонкую работу хотелось рассмотреть ближе, но Мирша оставила это на потом. Будет повод прийти сюда еще раз. На широких подоконниках стояли вьющиеся растения, достигавшие самого пола. Вот у нее в кабинете цветов никогда не было.
- Я хотела попросить тебя об одолжении… Хотя нет, какое может быть одолжение… Просто попросить съездить со мной к министру, – произнесла наследница, чувствуя себя куда уверенней. Как она раньше не разглядела такую хорошую возможность. Столько времени всюду бывала одна, хотя могла рассчитывать на поддержку. Эсмонт будет на ее стороне. Всегда. Хочет он того или нет.
- К министру? – озадаченно, почти с тревогой, переспросил архивариус.
- Да, дружеский обед, вежливость – не более. Никаких серьезных разговоров и важных решений, только подтверждение взаимной поддержки, – отчиталась наследница, так и оставаясь посреди кабинета. Выискивать место, куда лучше сесть, она не стала.
Эсмонт ее внимательно выслушал. Он тоже крутился возле своего стола, невольно поправляя канцелярскую подставку из темно-зеленого мрамора.
- Конечно, я… готов, – он чуть не в струну вытянулся, осознав смысл просьбы.
Наследница легким шагом сошла с подъема и направилась в комнату для переодевания в другом конце зала. Там, в тишине и покое, облачившись в наряд, в котором была с самого утра, Мирша немного успокоилась. Замечательное платье; она провела по нему рукой, словно благодаря за то, что ей удавалось чувствовать себя в нем очень удобно. Светло-голубой атлас струился по фигуре и летел при каждом шаге, короткие рукава реглан, отделанные белоснежными рюшами, добавляли образу хрупкость, воротник-стойка визуально вытягивал и без того стройную шею наследницы. Никаких жутких корсетов, никакой угрозы для жизни.
- Как можно быть настолько равнодушной к собственному внешнему виду, – расслышала Мирша сквозь неплотно закрытую дверь комнаты разговор девушек. Те даже не старались понизить голоса.
Наследница поправила волосы, вытащив их из-под воротника. Схватив по паре прядей у висков, она подняла их и закрепила изящной жемчужной заколкой.
И вовсе она не равнодушна. Мирша посмотрела на себя в огромные зеркала, стоявшие перед ней полукругом, давая возможность разглядеть все стороны сразу. Она очень хорошо следит за собой. Камеристки каждый день делают ей прически и подбирают наряды, которые подчеркивают изящную фигуру их госпожи. Мирша никогда не излишествует с косметикой, не наносит слои пудры и каких-то странных красок на лицо, чтобы совершенно удивительным образом сделать свои скулы выше, нос тоньше, а подбородок аккуратнее. Многие леди высшего света совершают все эти манипуляции и становятся непохожими на себя. И какими-то одинаковыми. Мирша же считала это лишним, пустой тратой времени, ей хватало пару раз провести кисточкой, чтобы лицо сделалось свежей, скрывая последствия недосыпов. На этом она останавливалась.
Наследница искренне недоумевала, кто и когда придумывает всю эту моду и почему та меняется с невообразимой скоростью. Разве если бы один и тот же крой или стиль повязки бантов сохранялись из года в год, было бы не удобнее?
- Даже каблуки никогда не носит, – продолжали доноситься обрывки фраз.
Мирша закатила глаза. Она работает по пятнадцать часов в день. И далеко не всегда это бесконечное сидение у себя в кабинете. Калечить собственные ноги она не собиралась, поэтому обувь у нее была весьма практичная. Она со спокойной душой влезла в мягкие туфли из тонкой светлой кожи, украшенные небольшой серебряной пряжкой. Молодая женщина повертела ножкой, рассматривая аккуратно закругленный носок и еле заметный каблучок.
Что же в этом плохого?
Мирша, полностью одевшись, на всякий случай приложила ладони к бокам. Боли она не чувствовала, поэтому понадеялась, что ребра все же выдержали пытку и остались целы. Но лекарям она все равно покажется! Наследница покинула комнату для переодевания, вернувшись в зал. Портнихи о чем-то оживленно перешептывались и крутились возле манекенов – странного подобия тел без рук, ног и голов на высокой жерди. На тех были надеты разные корсеты – проклятие этого сезона; девушки что-то измеряли, подвязывали, распускали и перевязывали.
- Все равно мы вас сделаем самой красивой на балу! – громко выкрикнули они, ослепительно улыбаясь Мирше.
- Живой, я просто хочу остаться живой, – качнула головой наследница.
Она покинула громадный швейный салон. Снаружи – в небольшом уютном закутке - ее ждала секретарь, сидя на мягком диване.
- Госпожа?..
Мирша замахала на нее рукой и быстро побежала вперед, желая как можно подальше убраться из этого крыла, пока портнихам еще чего в голову не взбрело. Вернут ведь и опять подвергнут мучениям. Наследница любила балы до сегодняшнего дня, теперь же сильно сомневалась в их необходимости в собственной жизни. Конечно, такие рассуждения фантастичны, не появляться на главных событиях столицы она не может себе позволить. И никогда не сможет. Правящие принадлежат Империи, а не себе, и обязаны исполнять все то, что предусматривают регламенты и протоколы, а также все те скрытые приемы, на которые опирается власть. Весенние сезоны, балы, встречи – все это в обязательном порядке сопровождает жизнь высшей знати.
- Госпожа, напоминаю, что вы приглашены на обед, – пролепетала за спиной секретарь.
Обед! Мирша остановилась как вкопанная, буквально врезаясь каблучками в каменные плитки пола, и посмотрела на бумаги в руках, которые, конечно же, не потеряла и не забыла. Они – ее главная ценность в нынешнее время.
На обед она пойти обязана. Она обещала. Правящие никогда не нарушают своих слов. Именно это воспитало их когорту блестящими дипломатами. С ранних лет они учились строить свою речь так, чтобы не ронять лишних слов, чтобы не попадаться в ловушки собственной клятвы и не давать легкой победы противникам. Слово Правящих было нерушимо и твердо, как скальный утёс, – это следствия клятвы в верности трону и правителю Империи.
Поэтому – обед. Мирша украдкой поглядела на платье: все же оно уже немного примялось за прошедшую половину дня, к тому же на юбке, если приглядеться, можно заметить пятнышко от чернил. Она опять не доглядела и испачкалась, как тогда при Эсмонте… Надо переодеться. В таком виде неприлично заявляться в дом давнего знакомого и младшего коллеги.
Вот! Она ответственно подходит к своему виду! Мирша похвалила себя за правильные мысли. Следом пришла еще одна. Тоже правильная. Очень правильная, хотя и непривычная. Нужно пригласить Эсмонта с собой!
Идея ошеломить таким образом жениха показалась ей на удивление заманчивой. Как иначе она еще проявит к нему внимание? Нежной быть у нее может и не получится, но внимательной она быть сумеет. Этому наследница обучена. Нужно только постараться.
- Приготовь все для поездки, – приказала Мирша, подсовывая в руки секретаря свои бумаги. – Я скоро буду.
- А куда вы? – забеспокоилась девушка. Она всюду сопровождала свою госпожу, и такое вот неожиданное расставание заставило ее занервничать. Наследница и без того выражала совсем недавно, буквально несколько дней назад, недовольство ее работой. Не сильно, скорее журила, чем ругала... А теперь как будто скрывает что-то, отсылает прочь от себя. Секретарь поняла, что готова расплакаться. Она очень старалась быть наследнице опорой и не хотела ни в чем подвести.
- Я быстро, – Мирша неопределенно махнула рукой, почему-то немного покраснев. – А ты поторопись.
Наследница сорвалась с места, оставив свою верную помощницу в полной растерянности. Мирша решила действовать сразу. Так как мысль об Эсмонте была для нее в новинку, она испытывала странное чувство неловкости и вполне могла начать убеждать себя, что подобные порывы ни к чему, а следовательно, никакого шага к будущему мужу она не сделает.
Мирша сбежала по лестнице, устланной цветастым ковром, для безопасности прикрепленным к каждой ступени бронзовой штангой. Пробежав по коридору, чьи стены украшали яркие шпалеры, наследница добралась до одного из боковых выходов. Снаружи пришлось немного замедлить шаг, молодая женщина заправила трепещущую на ветру смоляную прядку за ухо. Бегающая наследница может вызвать ненужные вопросы, а свидетелей вокруг было предостаточно. Это дворцовые слуги и служащие разного ранга привыкли, что им положено действовать незаметно, за счет чего создавалось впечатление, будто все благоустройство дворцового ансамбля устраивалось как-то само по себе. А на Правящую смотрят все.
Мирша вдруг поняла, что привыкла работать внутри Дворца Высшего Совета и как-то совсем подзабыла, что весь ансамбль занимает площадь в десятки каттов, включая в себя пятнадцать административных и служебных зданий, более двадцати мелких хозяйственных построек и прочее, прочее. А здание Императорской библиотеки на другом краю от нее. Торопливо ступая по идеально подогнанным друг к другу серым каменным плитам, принимая приветствия со сдержанной улыбкой на лице, Мирша добралась до конюшен. Они были предусмотрены у каждого здания, здесь же располагались легкие изящные фаэтоны для удобства передвижения. Магические перемещения на территории Шаталиона были запрещены. Невозможны.
Мирша вскочила по ступеньке в открытую кабину кареты и приказала вознице поторопиться. Он легко щелкнул поводьями, и пара гнедых лошадок резво дернулась с места. Наследницу вжало в сидение, но она не сказала ни слова. Дорога составила несколько минут, за которые молодая женщина успела отметить, что ранние цветы на лужайках успели расцвести, а на центральной площади запустили фонтаны. Весна привнесла в жизнь свои краски, совершенно отличные от однотонной зимы. Стоило чаще бывать вне кабинета.
Библиотека представляла собой размашистое шестиэтажное здание, центральный корпус которой изгибался подковой и имел два прямых рукава, возвышавшихся над землей всего на три этажа. Библиотеку украшали сводчатые окна, резные колонны, угловые башенки и изысканная лепнина, а центральный портик венчала квадрига, управляемая древней богиней.
Мирша, приняв помощь возничего, успевшего соскочить со своего места, элегантно сошла по ступеньке фаэтона на землю и посмотрела на устремившуюся высоко вверх лестницу. По многочисленным ступеням поднималось и спускалось такое множество людей, что это заставляло немного теряться. Место, которому положено быть самым тихим, оказалось самым многолюдным. Мирша принялась подниматься, кивая в ответ всем, кто замечал ее, приостанавливался и быстро кланялся.
Войдя внутрь через одну из многочисленных дверей, Мирша оказалась в широком и просторном холле. В противоположной от входа стороне располагались небольшие полуоткрытые конторки, за столом каждой стоял служащий в темно-синей форме. Они отвечали на всевозможные вопросы посетителей, подсказывали и направляли. Работник, заприметивший наследницу, поспешил к ней подойти.
- Здравствуйте, госпожа. Чем я могу вам помочь?
- Мне нужен Эсмонт... Мне нужно встретиться с господином Рутруа, – сбивчиво выпалила Мирша, поправляя саму себя.
Служащий как будто не услышал оговорки: еще раз вежливо поклонившись, он пригласил гостью следовать за собой. Покинув приемный холл, они вышли к богато украшенной лестнице, изящным изгибом взлетавшей на следующей этаж, с которого и начинались библиотечные, музейные и выставочные залы. Тем не менее, служащий скользнул мимо лестницы к неприметной двери, имевшей тот же вид и оттенок, что и каменные стены. За ней оказался широкий коридор.
- Спасибо, – шепнула Мирша в спину служащего. Тот на ходу обернулся и послал ей лукавую улыбку. Он намеренно повел гостью тем путем, которым пользовались только работники, иначе бы наследница приковала к себе все внимание.
Она попыталась запомнить дорогу, которой ее вели, но количество поворотов, переходов и подъемов сбило Миршу с толку. Без помощи обратно она вернуться не сможет.
Даже было немного странно осознавать, что ей никогда и в голову не приходило явиться на работу к жениху. Она бывала в библиотеке раньше, но совершенно не соотносила с ней Эсмонта. Впрочем, стоило признаться, что о будущем муже она никогда не думала. Обижала ли она его этим, Мирша не знала. Она оценивала их свадьбу и всю последующую жизнь как один из пунктов в своем расписании. Вряд ли так мыслят обычные люди. Эсмонт казался обычным, точнее нормальным. А к таковым наследница себя никогда не относила. Жизнь Правящего мало чем походит на норму.
На четвертом этаже очередная неприметная дверь позволила им вынырнуть прямо в приемную комнату. После чего служащий дошел до тяжелых дубовых дверей и распахнул их без стука. Секретарь уже поднимался из-за своего широкого стола, намереваясь выяснить, кому именно хватило наглости заявиться подобным образом. Увидев Миршу, вышедшую из-за спины своего сопровождающего, секретарь прикусил себе язык.
- Будут ли ко мне поручения? – поинтересовался служащий, замирая подле наследницы в полупоклоне.
- Нет, спасибо большое, - кивнула она ему.
Он удалился, оставив гостью на попечение секретаря. Тот хлопал глазами и неосознанно сжимал стило в пальцах так сильно, что те побелели.
- Сообщите господину Рутруа, что к нему пришла невеста, – ровным тоном произнесла Мирша.
Двустворчатые двери кабинета в этот момент распахнулись. Эсмонт, державший в руках необъятного размера кожаный каталог и изучавший его содержимое, даже головы не поднял.
- Господин, к вам… невеста, – мгновенно сообщил секретарь, как ему и было приказано.
- Какая? Чья? – рассеянно спросил архивариус, не отрывая глаз от страниц каталога.
- Твоя, если ты еще не передумал, – произнесла Мирша негромко.
Эсмонт поднял голову. Наследница ему улыбнулась. Лицо жениха странно вытянулось в изумлении, в голубых глазах промелькнуло неверие. Молодая женщина буквально увидела себя со стороны. Она выглядела так же, когда он пришел к ней, а может, и того хуже.
- Что ты тут делаешь? То есть… прости, пожалуйста, – архивариус с грохотом закрыл каталог и бросил его в руки секретаря, отчего тот пошатнулся, еле удерживая себя и громадный том. – Проходи, – Эсмонт повернулся к дверям своего кабинета и сделал приглашающий жест.
Наследница поспешила зайти внутрь.
- Тебе стоило предупредить меня, я бы… эм, – Эсмонт принялся суетливо топтаться по собственному кабинету, убирая разбросанные повсюду бумаги, свитки и чертежи.
Мирша с нескрываемым интересом разглядывала обстановку. Не так просторно, как у нее самой, но тоже очень светло. Книжных шкафов здесь было гораздо больше, они стояли буквально вдоль всех стен, даже в проемах между окнами. Никакого стола для переговоров, только пара уютных кресел напротив рабочего места, а за ним, прикрепленная к стене, огромная, подробно расписанная, деревянная карта Империи. Такую великолепную и тонкую работу хотелось рассмотреть ближе, но Мирша оставила это на потом. Будет повод прийти сюда еще раз. На широких подоконниках стояли вьющиеся растения, достигавшие самого пола. Вот у нее в кабинете цветов никогда не было.
- Я хотела попросить тебя об одолжении… Хотя нет, какое может быть одолжение… Просто попросить съездить со мной к министру, – произнесла наследница, чувствуя себя куда уверенней. Как она раньше не разглядела такую хорошую возможность. Столько времени всюду бывала одна, хотя могла рассчитывать на поддержку. Эсмонт будет на ее стороне. Всегда. Хочет он того или нет.
- К министру? – озадаченно, почти с тревогой, переспросил архивариус.
- Да, дружеский обед, вежливость – не более. Никаких серьезных разговоров и важных решений, только подтверждение взаимной поддержки, – отчиталась наследница, так и оставаясь посреди кабинета. Выискивать место, куда лучше сесть, она не стала.
Эсмонт ее внимательно выслушал. Он тоже крутился возле своего стола, невольно поправляя канцелярскую подставку из темно-зеленого мрамора.
- Конечно, я… готов, – он чуть не в струну вытянулся, осознав смысл просьбы.
