Глава 1
«Скорей бы домой», — думала я, вытирая рукой в перчатке изморозь с окна, чтобы не проехать остановку.
Сидя в автобусе у окна, покрытого инеем, я смотрела, как вечерний город подсвечивался уличными фонарями, отблески которых отражались в лужах подтаявшего снега, и улыбалась. Сегодня мой маршрут пролетел на удивление быстро, я даже не успела замерзнуть. Водитель умело лавировал в пробке, и я уже обрадовалась, что окажусь дома быстрее, чем вчера. Но, увы.
— Уважаемые пассажиры, сообщаем, что маршрут сорок семь проследует через район Кленовая роща из-за ремонтных работ на улице Сибиряков. Приносим извинения за неудобства.
Услышав объявление после оплаты проезда, я тяжело вздохнула. Ну что за неделя? То одно, то другое. Сначала клиент, которого вела месяц, внезапно передумал. Затем в понедельник начальнице вдруг понадобился отчет, хотя до дедлайна оставался еще месяц. «Таша, это срочно», — мысленно передразнила я ее голос. Тут еще ссора с парнем и его решение поставить отношения на паузу. И все из-за того, что у меня якобы высокие запросы. Закусив губу, я отвернулась к окну. Достала из кармана телефон, зашла в мессенджер. Последнее сообщение от Славы было первого февраля. Скучала ли я по нашим отношениям? Если честно, не очень. Сложно скучать по тому, кто тебя даже не слушает, не говоря уже о том, чтобы понимать.
Стряхнув рукой иней со стекла, я вглядывалась в мутные темные очертания. «А что если?» — пришла мне неожиданная мысль. Как там говорится? Если жизнь преподнесла тебе лимон, сделай лимонад. Может, изменившийся маршрут — как раз то, что нужно? Когда я еще при своей работе выбралась бы в Кленовую рощу?
В том районе семейная пара открыла небольшое кафе «Штолль» с восхитительными домашними пирогами. Едва автобус распахнул двери на остановке «Лесная», я выскочила и поспешила по знакомой тропинке, чтобы срезать путь и поскорее оказаться в тепле и уюте. Подходя ближе, замедлила шаг. Вместо знакомой коричневой вывески с кремовыми буквами теперь пестрела нелепая фиолетово-серебристая с вихрем звезд и изображением блина в центре.
«Решили сделать маркетинговый ход и сменить баннер перед Масленицей? Вряд ли. «Блинная счастья». Кому пришло в голову такое идиотское название?» — возмутилась я, разглядывая новый баннер.
Разочаровавшись, я уже повернула к остановке, но тут же замерла. Вывеска внезапно показалась удивительно привлекательной. Может, все же стоит рискнуть и попробовать что-то новое, чтобы разбавить серые будни? Я сказала себе: «Была не была» — и толкнула стеклянную дверь. Внутри меня встретили теплый воздух и легкий аромат блинов вперемешку с ягодными нотками. Хозяйка заведения положила на стойку меню. Наблюдая, как я нерешительно перевожу палец в меню с грибов на смородиновый джем, работница блинной, с именем Лана на бейджике, предложила:
— Хотите сыграть в игру? Мы устраивали ее на первую неделю открытия, но мне кажется, что вам это нужно сегодня.
— Почему же?
— У меня странное чувство, только не обижайтесь, будто у вас сегодня неважный день. Ничего не выбирайте. Я приготовлю блин-«сюрприз». Если не угадаю со вкусом, то заплатите только за напиток.
— А если угадаете? Я же просто могу сказать, что мне не понравилось, и не заплатить?
— Тогда чуда не случится, — загадочно подмигнула Лана, — блины только для тех, кто хочет перемен.
А я ведь этого и хотела. Сделав заказ, я заняла место у окна. Тут же рядом появилась Лана и подала чай с земляничными листьями и клюквой. С первым глотком пришло приятное чувство расслабленности, и я довольно улыбнулась. Аромат горячего напитка словно уносил с собой тяжелый день. Не прошло и пяти минут, как вновь послышался голос хозяйки: «Готово». На столе оказались тарелка с двумя большими блинными конвертами и две розетки: со сметаной и сливочным соусом. Я отрезала небольшой кусочек и замерла с вилкой у рта. Под нежным тестом оказался мягкий сыр с зеленью и травами. Мысли перенеслись в Грецию, куда я ездила с подругой пару лет назад.
— Вы угадали, — улыбнувшись, я ответила Лане. — Можно второй завернуть с собой? Я не съем столько. — Вдруг я заметила какой-то глиттер на блинах и спросила: — А это что такое? Я не просила сыпать блестки на еду. Девушка, следите за своим макияжем, вы же с продуктами работаете.
— Это специальная посыпка, — поспешила успокоить меня Лана. — Фишка нашего заведения. Вы же заметили звездочки на баннере? Совершенно безопасно, все по пищевым стандартам, даже детям можно.
Решив не устраивать ссору из-за ерунды, я ничего не сказала, но блин доела, а контейнер со вторым забрала домой. Остаток вечера пролетел в суете домашних дел. Уже за полночь мне захотелось перекусить. Я стояла перед распахнутым холодильником и думала: бутерброд или яблоко. «У меня же есть блин», — пришла мысль, и руки сами потянулись к пластиковому контейнеру. Через двадцать секунд микроволновка издала заветный писк, возвестив о готовности. Я достала тарелку и уселась, обняв коленки, за стол.
Стоило первому, еще теплому кусочку теста коснуться языка, как воздух задрожал. Пол под ногами качнулся, как при землетрясении, и свет лампы на кухне замигал, а затем и вовсе погас с легким хлопком, погрузив все в гулкую, звенящую тишину. Я инстинктивно вжалась в спинку стула, пытаясь поймать взглядом хоть что-то знакомое. Но очертания мебели, холодильника, дрожащих занавесок — все поплыло, словно комната погрузилась в туман.
Тарелка с блином легко, будто в состоянии невесомости, оторвалась от стола и замерла в воздухе, а над ней сам собой начал вращаться тот самый злополучный глиттер. Но теперь это были уже не блестки — а искры бенгальских огней, сплетающихся в ослепительную, сумасшедшую спираль. Она росла, расширялась, вытягиваясь в сияющий тоннель, и оттуда, прямо из центра, потянул ледяной ветер, пахнущий инеем и… воском потушенных свечей.
Меня потянуло вперед. Неведомая сила, плотная и неумолимая, обвивала плечи, талию, заставляя сделать шаг навстречу. Я уперлась руками в стол, продолжая сопротивляться, но пальцы скользнули по гладкой поверхности, не находя опоры. Звуки спящего дома — тиканье часов рядом с телевизором и мерный гул холодильника — исчезли, поглощенные нарастающим гулом водоворота.
«Что это? — испуганная мысль пронеслось в голове. — Это же… портал?»
Закрыв глаза в полной уверенности, что это сон, и сейчас очнусь в постели, я сосчитала до десяти. Но неожиданно свет на кухне сменился странным полумраком. Я стояла посреди просторного зала, освещенного факелами и множеством свечей. Каменный пол, узкие витражные окна с плотными занавесками. Ожидаемого запаха расплавленного воска не было. Какой странный сон.
Я настороженно осмотрелась, обхватив себя руками. Не из-за холода, а чтобы унять волнение. Руки нащупали не кожу, а мягкий бархат… Я опустила голову и увидела, что вместо любимой пижамы — шелковой маечки на тонких бретельках и коротких шорт — на мне было длинное платье в старинном стиле. Рядом послышались два тихих мужских голоса. В паре метров от себя я заметила сидящих за круглым столом: старика в лиловом балахоне, напоминающего средневекового монаха или алхимика, и молодого мужчину, одетого в богато расшитый камзол.
Рассматривая внешность последнего, я подумала: про таких говорят «аристократ». Ни единого изъяна, не считая странной бледности. Даже несмотря на то, что молодой мужчина сидел, я отметила его крепкое телосложение. Руки ухожены, ясно, что он не занимается физической работой. Темно-русые короткие волосы зачесаны назад. «А он симпатичный», — подумала я и убрала прядь волос за ухо. Интересно, видят ли они меня? Кашлянув для привлечения внимания, я задала вопрос сидящим:
— Что это за место? И как мне попасть домой?
— Вы в королевстве Риссо, — произнес молодой, взглянув на меня, — здесь никто не станет удерживать вас силой. Скажите, если не затруднит, миледи, видите ли вы что-то или кого-то, кроме нас двоих?
От непривычной галантности у меня вспыхнули щеки. Да еще голос незнакомца был таким приятным. «Настоящий принц», — подумала я и улыбнулась. Они терпеливо дожидались моего ответа, а я снова оглянулась и задумалась, стоит ли упоминать свечи и факелы вместо привычного электричества и странную одежду, напоминающую стиль семнадцатого века.
«Это сон, — напомнила я себе, — а в них чего только не бывает». Медленно подошла ближе, осмотрела собеседников. Старший встал и галантно отодвинул тяжелый стул с высокой спинкой. За мгновение до этого мне показалось, что молодой попытался встать, но у него не получилось. Я провела рукой по гладкой каменной поверхности большого круглого стола. Похоже на мрамор, но вряд ли он. Пустой пузырек. Металлический поднос. Стоп! На нем блестело что-то, напоминающее посыпку с сегодняшнего блина. Не задумываясь о последствиях, я коснулась пальцем крупинок… и те закружились, превращаясь в звездный вихрь и взмывая в воздух. Искорки затанцевали, собираясь в фантастический цветок, который материализовался и упал на поверхность подноса.
— Что это? — не сдержавшись, спросила я собеседников.
— Надежда, — произнес «принц», на лице которого вдруг проступил румянец, — что не все потеряно. — Он поднялся со стула и по-старомодному поклонился: — Спасибо, миледи. Позвольте узнать, как вас зовут?
— Таша, — ответила я, глядя в его серые глаза.
— Какое необычное имя. Оно так же прекрасно, как и вы.
Меня разбудил противный звук будильника. «Почему сегодня не суббота?!» — простонала я, на ощупь отыскав телефон на прикроватном столике. Хотелось вернуться в чудесный сон, пусть там и ничего не понятно.
За окном падал снег. Я достала пачку овсянки из шкафчика и распахнула холодильник, чтобы взять ягоды. Контейнера не было. «Неужели все-таки съела тот блин?» — с легким разочарованием подумала я. Порадовавшись, что сон на полный желудок не принес с собой кошмар, я собралась на работу.
Молчаливые, скорее всего, еще не проснувшиеся пассажиры ехали по делам. Внимательно следя, чтобы не проехать свою остановку, я сидела и всматривалась в лица прохожих за стеклом автобуса. Люди стояли или шли, с раскрасневшимися от мороза лицами. Вспомнился «принц» в старинном сюртуке и белом шейном платке. Интересно, почему он такой бледный? Только ли из-за плохого освещения? Я взглянула на пальцы. На указательном что-то блеснуло. Странно, я же в душе была, руки, в конце концов, мыла. Присмотрелась внимательнее и беззвучно прошептала: «Это же… тот самый порошок из сна».
Глава 2
Почти за год до этого
Принц сидел с книгой по истории Солюмина — мира, солнце которого видело тысячи поколений винкуларов, единственной расы, населяющей земли пяти королевств. С виду — обычные люди: едят, пьют, дышат воздухом, думают, мечтают, изобретают, любят и ненавидят. Вот только с первым вдохом мироздание вплетало в душу каждого незримую нить, ведущую к тому, чье сердце было настроено на тот же ритм. С того мига их жизни становились зеркальным отражением друг друга. Таких людей называли истинными.
Казалось бы, вечное счастье, но у этой связи была и обратная, безжалостная сторона. Тела винкуларов были устроены так, что, едва окрепнув, сердце истинного начинало черпать силы не только в собственном теле, но и в жизненной энергии пары. Это был незримый обмен на самом глубоком уровне. Разлука причиняла боль… А вот смерть одного из пары для второго становилась приговором. Сердце, лишенное своей второй половины, постепенно угасало, замедляя свой ход день ото дня, будто теряя причину биться. Без второй половинки жизнь винкулара была невозможна буквально.
Неизвестно, кто занимался распределением, но созданные мирозданием пары чаще всего идеально дополняли друг друга не только душами, но и плотью — их жизненные силы, сливаясь, создавали совершенный баланс. Вот только сердцу не прикажешь. За прошедшие века историки-летописцы фиксировали редкие случаи, когда избранные, заключив брак в храме Восьми Звезд, решали делить ложе с другими, к кому тянулась душа. Избранник даже в таком случае не считался полноправным супругом, ведь на ежегодную церемонию Подношения каждый житель всех пяти стран Солюмина должен был являться со своей парой. Ритуал требовал присутствия именно той, чья энергия совпадала с твоей, иначе дары богами не принимались. Так было раньше, так продолжалось и по сей день.
В летописях описывались случаи, когда боги проявляли благосклонность к несогласным с выбором мироздания и меняли связь. Если двое уже нашедших свою пару разрывали обет по взаимному согласию и вместе просили небеса о новой связи, их мольбу слышали боги. Обет принимался. Тогда первоначальная пара получала право на расторжение брака и создание нового союза. Увы, подобное случалось нечасто. Слишком многое должно было совпасть: взаимное желание, сила воли, способная перебороть саму природу, и милость богов. Поэтому винкуляры прибегали к подобному крайне редко, предпочитая жить по принципу «стерпится – слюбится». Гораздо проще было принять волю небес, чем пытаться их обмануть.
Случай же Дерикстера оказался исключительным. Во всяком случае, подобных ему больше не случалось. Его пару убили. Вспомнив тот день, принц отложил книгу и начал массировать область сердца, которое медленно билось лишь благодаря его молодости и стараниям лекарей. Он чувствовал эту пустоту под ребрами каждую секунду — словно кто-то вырвал не часть органа, а саму суть его жизненной силы. Однако он понимал, что даже с их помощью долго не протянет. Жизнь угасала с каждым днем, как тлеет фитиль светильник, в который не подливают масла.
Случай же Дерикстера оказался исключительным. Во всяком случае, подобных ему больше не случалось. Его пару убили. Вспомнив тот день, принц отложил книгу и начал массировать область сердца, которое медленно билось лишь благодаря его молодости и стараниям лекарей. Однако он чувствовал, что даже с их помощью долго не протянет. Жизнь угасала с каждым днем.
В памяти ярко всплыли события прошлой весны. В один из вечеров планировался бал в честь его помолвки с леди Шатией Вердо. Аркалу, столицу Риссо, украсили флагами, народ ликовал. Жители обожали королевскую семью. Но утром в замке воцарилась непривычная тишина. Даже шепота горничных в коридорах не было слышно. Принца волновало не это. Он проснулся среди ночи от давящей боли в груди.
Дерикстер стоял у окна и прислушивался к стуку сердца, который стал совсем тихим. Он недоумевал: какие проблемы со здоровьем могут появиться в двадцать четыре года?
В дверь постучали и, не дождавшись ответа, вошли двое: глава королевской полиции с помощником. Они отдали честь и объявили:
— Ваше высочество, просим прощения за нарушенные планы, но его величество просит вас прибыть в зал заседания Совета. Дело не терпит отлагательств.
— Угроза безопасности? — серьезно поинтересовался Дерикстер, догадавшись по тону главы, что речь идет о внеплановом сборе.
— Верно, ваше высочество, — подтвердили они его опасения. — Угроза. И не только безопасности.
Принц быстро вышел из спальни. Стража следовала за ним по узкому коридору в основную часть замка. Дерикстер спешил, держа в голове конечную цель маршрута. Прошел, не отвлекаясь на висящие на стенах гобелены. На них отражалась жизнь королевской династии, знакомая с детства: охота в заповедном лесу, коронация, визиты послов соседних стран.
