Слава и Сонька со смехом отряхнулись – колоски и сверкающие золотом монетки осыпались на тротуарную плитку. Откуда не возьмись, набежали хохочущие дети и начали наперегонки собирать деньги.
Женька тоже повела плечами, мотнула головой, но на тротуар не упало ничего: все доставшиеся ей древние символы намертво прилипли к волосам.
- Даже страшно на себя в зеркало смотреть! – призналась она подошедшей Галине. – Чувствую себя шелудивой собакой в репьях!
Они как раз поднялись по лестнице и вслед за новобрачными вошли в двери ресторана. Здесь царила яркая, клубная атмосфера: лазерные проекторы разбрасывали в зал пучки света, по стенам скользили разноцветные лучи – смешивались, наплывали друг на друга, рисуя фэнтезийные картины.
Галина осмотрела подругу с головы до ног и, широко улыбнувшись, подняла вверх большой палец:
- Жень, великолепно! Знаешь, утром ты выглядела простовато, не хватало яркой детали, «безуминки», как говорится. Понимаю, что это намеренное решение, чтобы не затмевать на фотографиях невесту. Но все протокольные снимки уже сделаны, можно и расслабиться.
И ухватив за руку слегка прибалдевшую Женьку, подвела ее к зеркальной стене у сцены:
- Сама убедись!
Женька недоверчиво уставилась в собственное отражение. Запутавшиеся в волосах колоски и монетки смешались с золотистыми блестками фиксатора и в клубном освещении смотрелись, как эксклюзивные драгоценности.
- Римская богиня плодородия! – выдохнула она. – Или славянская полевая дева.
- Словно так и было задумано! – весело подтвердила Галина. – Оригинально, экстравагантно и утонченно. Шикарный сценический образ!
- Да? – Женька с довольным видом повертелась перед зеркалом. – Тогда у меня есть идея, как этим воспользоваться!
И гордой походкой высшей сущности направилась в угол зала, где подруга-фотограф настраивала аппаратуру.
- Эрика, умеешь делать музыкальные клипы?
- Не, - мотнула та головой, но прочитав на Женькином лице неприкрытое разочарование, тут же исправилась: - Зато Лёнькин племянник не просто умеет – занимается этим профессионально! Хочешь сделать клип из своего выступления?
Женька кивнула.
- Хорошо, сниму в самом лучшем качестве и перешлю Даньке. Он и звук, если надо подправит, и картинку откорректирует. Только быстро не обещаю – у него заказов полно.
- Хочу Ромке на Новый год подарок сделать! – призналась Женька.
- Ааааааа! – понимающе улыбнулась Эрика. – Молодец, отличная задумка! Скажу Даньке, чтобы в видеоряд больше романтики добавил. До декабря времени вагон, точно успеет.
Новоиспечённые супруги и гости уселись за стол. Звучали поздравления и тосты, звенели бокалы, особо разошедшиеся родственники кричали «Горько!»
Женька пила шампанское и улыбалась. Чем больше она обдумывала идею с клипом, тем сильнее та приходилась по душе:
«Во-первых, сюрприз! Ромка такого точно не ожидает! Во-вторых, ему нравится, как я пою, а если это еще профессионально обработать – конфетка получится! В-третьих, Сонькина песня красивая, про любовь. А в-четвертых…»
Женька допила вино и посмотрела на Родиона. Тот без лишних слов снова наполнил бокал до краев.
«В-четвертых, и в-главных, - решилась она. – Я не просто спою! Вначале кое-что скажу. То, что Ромка так хотел услышать тогда… в «затерянном мире».
- А сейчас прозвучит моя любимая песня! – громко объявила Сонька и обернулась к подруге: - Жень, ты готова?
Женька залпом осушила бокал, сдула со лба лакированную золотом прядь:
- Готова!
И, расправив плечи, грациозно взошла на сцену.
Пятьдесят с лишним пар глаз уставились на нее в ожидании. У Женьки действительно был опыт выступления и перед большей аудиторией, но одно дело петь в хоре, а другое – сольный номер. А еще слова – те, которые не хватило духу сказать наедине. Получится ли их выговорить сейчас – во всеуслышание?
Женька улыбнулась, взяла микрофон, встретилась взглядом с Эрикой и получив ее кивок-отмашку произнесла:
- Поздравляю Славу и Сонечку с этим замечательным событием! Желаю вам счастья, радости, любви, понимания, веры друг в друга! Буду рада, если мое исполнение придется по душе. Но сегодня эта песня звучит не только для молодоженов и гостей.
Женька сделала паузу, набрала в легкие воздуха… Удивительно, но страха не было! Наоборот, тело стало легким и податливым, мышцы налились силой, в голове прояснилось. Как на сложном экзамене, на ответственных соревнованиях и в момент, когда она чуть не ударила нелегала по голове бутылкой.
«Как всегда! – весело отметила про себя Женька. – Боюсь-боюсь-боюсь, а когда сильно надо – не боюсь. Совсем. Генетическое, наверное».
- Эту песню я посвящаю дорогому мне человеку, который сейчас далеко отсюда – в экспедиции, посереди тайги и медведей, - слова лились легко и звонко, она не запнулась, и голос не дрогнул: - Ромка! Я тебя очень сильно люблю! И с нетерпением жду момента, когда смогу повторить это, глядя тебе в глаза.
Собравшиеся в зале притихли, а музыканты заиграли лирическое вступление. Сонькина песня не была веселой и безмятежной и, может, не совсем подходила для свадебной вечеринки, где радость, смех, безбашенные конкурсы. Или как раз подходила?
Женька не стала вдаваться в философские рассуждения, просто запела.
Пообещайте мне любовь,
Пусть безответную.
Узнаю в облике любом
По всем приметам я.
Пойду покорно наугад
Куда поманите.
И не сверну с пути назад
Когда обманите.
Пообещайте мне любовь
Хоть на мгновение.
Хочу изведать эту боль,
Как откровение.
Я за собой сожгу мосты,
Не зная жалости,
И все прощу, но только ты
Люби, пожалуйста, люби,
Люби, пожалуйста, люби,
Люби, пожалуйста.
Пообещайте мне любовь
Такую нежную,
И мир для нас родится вновь,
Маня надеждою,
Чтоб разлилась живой водой
И песней грустною,
Любовь не может быть другой,
Я это чувствую.
Когда песня закончилась, в зале примерно минуту стояла звенящая тишина. Сонька украдкой смахивала слезы, Галина нырнула мужу «под крылышко» и блаженно прикрыла глаза.
А потом как рвануло… аплодисменты, крики «браво!», букеты.
«Может, зря музыку бросила? – невольно подумала Женька, под восторженные возгласы спускаясь со сцены с охапкой цветов в руках. – Вдруг сольная карьера имела бы успех?»
Но тут же беззаботно тряхнула волосами:
«Нет, не мое. Просто сказала то, что должна была сказать. И спела то, что должна была спеть. Все хорошо, все правильно».
Подбежала раскрасневшаяся Эрика:
- Жень, супер! У тебя талант! Даже не представляю, что с Ромкой будет, когда это услышит! Для клипа поздравления Соне и Славе обрежу, пусть начинается сразу с посвящения Роману. Хорошо?
Женька кивнула. На душе было светло и спокойно.
«Я сегодня, как золотая рыбка! – весело определила она про себя. – Сонькино желание исполнила, Ромкино тоже. Теперь можно отдохнуть и пошалить».
А дальше пошло-поехало – гости разогрелись и требовали веселья. Женька больше не пила, решив, что алкоголя на сегодня достаточно, а дури и своей хватает! Она плясала, хохотала, участвовала во всех шуточных состязаниях. Даже зануду-Родиона раскочегарила, вытянув на сцену петь дуэтом пикантные частушки.
Призов за вечер выиграла целый мешок: леденец на палочке, массивную деревянную скалку, крестовую отвертку, баночку консервации с гордой надписью «хрен особый» и еще много подобных вещей.
Настроение было легкое-легкое, замечательное просто! Представлялось Ромкино лицо после получения подарка.
«Наверное, будет как у меня, когда его послание на зеркале прочитала! – радостно предвкушала Женька. – А что, он мне креативно в любви признался! А я ему – артистично».
Наконец, наступило время провожать молодых.
- Девочки, кто не замужем! – громко объявила Сонька. – Становитесь, буду букет бросать.
Букет у нее был пышный, из множества мелких белых розочек, переплетенных нежно-розовыми ленточками.
Желающих неожиданно набежало много.
- Давайте на улицу выйдем! – оценила Сонька размер «женского батальона». – Тут слишком тесно.
Потенциальные невесты со смехом высыпали из ресторана и построились у входа. Батальона в классическом понимании, конечно, не набралось – человек пятнадцать, не больше. Осенний вечер был тих, высокий тополь у тротуара напоминал красавца-генерала в позолоченном мундире.
- Жень! – новобрачная поймала подругу за руку и вытянула из толпы. – Становись вперед!
- А чего это она первая? – вылезла откуда-то очередная Сонькина родственница с выступающим вперед округлым животиком. – Мне нужнее! Четвертый месяц, а мой козел никак не распишется, все обещаниями кормит. Пропустите беременную!
И гордо стала перед Женькой.
- А вы пошто тут все собрались? – внезапно послышался старушечий голос. – Раздают чаво? Бесплатно?
Женька обернулась. У тротуара стояла полноватая бабулька в пальто с каракулевым воротником. Голова ее была повязана шерстяным платком.
Старушка опиралась на деревянную палку-трость и, щуря подслеповатые глаза, разглядывала девушек.
- Замуж раздают! – со смехом пояснила Женька из-за широкой спины беременной.
- Замуж? – на миг задумалась бабка, а потом решительно заковыляла к девушкам. – Возьму, коль дают! Давненько замужом не была, хоть вспомню.
Она без тени сомнения отпихнула Сонькину родственницу локтем и встала первой:
- Я ветеран труда, ветераны без очередёв проходють. По закону положено.
Сонька переглянулась с Женькой, и обе залились звонким смехом.
- Хорошо! Пусть будет по-честному! – объявила Сонька, поворачиваясь спиной. – На кого Бог пошлет.
И бросила букет через себя в толпу. Цветы, сверкнув в неоновом свете серебром обертки, полетели вверх. Но тут произошло непредвиденное: лента скрепляющая букет разорвалась, и сто роз… точнее сто одна! Сонька настояла на нечетном количестве!.. белоснежный водопад из роз посыпался на головы девушкам.
- Поймала… и я… и еще! – послышались со всех сторон восторженные голоса.
Женька почувствовала, что на ее многострадальную прическу опять что-то прилетело. И, естественно, снова прилипло намертво. Но один цветок все-таки удалось ухватить рукой.
Она оглянулась вокруг: ни одна потенциальная невеста не осталась обиженной. Даже бабуля держала наполовину облетевшую розочку и улыбалась:
- Мужик-то, гляжу, лысоватый будет. Петька из третьей квартиры, значица!
- И мой козлик женится! – радовалась беременная.
Сонька, наконец, обернулась и довольно оглядела результаты броска:
- А я что говорила? Все там будем!
Домой Женька возвращалась за полночь. Ехала на одном такси с Галиной и ее мужем, и во весь голос распевала с Василием: «Расплескалась синева».
Линка попыталась урезонить обоих, но потом махнула рукой.
- Жень, откуда ты все знаешь? – удивлялся ее муж.
- Хором, в котором я занималась, руководил полковник запаса! – гордо призналась Женька. – Знаю все, что положено!
В квартиру она попала в начале третьего. Тенью проскочила мимо зеркала, чтобы не испугаться себя распрекрасной, в своей комнате стащила одежду и бухнулась в кровать.
- Завтра, все завтра! – думала она, обнимая Ромкину толстовку. – И макияж сниму, и отмоюсь, и расчешусь. Сейчас просто сил нет.
Но рука сама потянулась к телефону, открывая ту самую страничку. Ромка не заходил в соцсети уже больше суток, с момента, как пропали сообщения от Алины.
- Чудеса какие-то…. – вздохнула Женька, возвращая телефон на стол. – Подожду еще два дня, чтобы октябрь на вторую половину перевалил, и напишу Ромке сама, как и обещала Линке. Или он до этого сам объявится?
Спала Женька от души – сладко и безмятежно. Восхитительное чувство – проснуться утром на один глаз, вспомнить, что на работу идти не надо – в отгуле и, повернувшись на другой бок, продолжить досыпать.
В комнату заглянула мама:
- Женечка, ты сегодня дома?
- Угу… - сонно отозвалась та из-под одеяла.
- Тогда можно мы с отцом машину возьмем? На даче электрики придут счетчик менять.
- Угу.
Но план дрыхнуть до самого обеда осуществить не удалось – в начале одиннадцатого позвонила Сонька.
- Доброе утро! – зевнула Женька в трубку. – И что – есть жизнь после свадьбы?
- Мы уже на месте! – бодро отрапортовала подруга. – Условия хорошие. И красотища – не пересказать!
«Это же они со Славой в свадебное путешествие поехали!» - вспомнила Женька.
Сонька вначале хотела куда-нибудь в теплые страны, но Слава сказал, что устал от постоянных командировок в Африку, и хочется чего-то родного: лес, речка, рыбалка, грибы.
Сонька, как умная женщина, сразу вспомнила, что она ярая любительница «тихой охоты», и пара полюбовно сошлась на подмосковном санатории.
- Жень, я чего звоню-то! – продолжила подруга. – С этой свадьбой у себя на квартире два дня не была. А там цветы не политы, и золотые рыбки голодные. Сегодня третий день уже.
Сонька действительно перед свадьбой переехала к родителям, откуда Слава ее и забирал в ЗАГС.
- Съездить покормить? - Женька потерла кулаком глаза и, заметив на руке разноцветные разводы от неснятой косметики, поморщилась. – Стой, у меня же ключа нет!
- Ключи у соседки напротив, бабы Нины. Второй комплект на зеркале в квартире. Жень, съезди, пожалуйста! Только пораньше, а то рыбок жалко!
- Хорошо! – Женька волевым усилием села на кровати. – Сейчас красоту неземную отмою после вчерашнего и смотаюсь к тебе.
- Спасибо! – Сонькин голос повеселел. – И кстати, ты вроде собиралась пожить отдельно от родителей? Самое время перебираться – квартира свободна.
- Да. Пожалуй… - Женька потянулась так, что хрустнули косточки. – Заодно вещи потихоньку начну перевозить.
Нажав отбой, она сползла с постели и босыми ногами прошлепала в ванную. С замиранием сердца подняла глаза на свое отражение в зеркале…
- Ой, мама!! – вырвалось из груди невольное. – Вот это чудище!!!
Из зеркала на Женьку смотрела весьма колоритная особа. Захоти кто-нибудь изобразить типичную бомжиху и алкоголичку – лучшую модель отыскать было бы проблематично. Компактная пудра слезла хлопьями, покрывая лицо рытвинами, как от оспы. Под глазами расплылись сине-красно-черные синяки, точь-в-точь фингалы на третий день! Ресницы слиплись в комок, помада размазалась по подбородку… Но это было еще не самое страшное!
Женька посмотрела на свою прическу и испугалась всерьез. Залакированные насмерть прядки торчали в разные стороны, как куски проволоки. На них болтались обрывки колосьев и выпавшие из них зерна, колючие стебли, несколько монет. Все это покрывали грязно-коричневые ошметки, очевидно, бывшие вчера лепестками белых роз.
- Я летела с самосвала, тормозила головой! – удрученно пробормотала Женька. – Причем, в мусорную кучу. Душ тут не поможет, надо отмокать всерьез.
Она заткнула ванну пробкой и открутила кран. Но вместо воды оттуда донеслось лишь сердитое шипение. Зато над потолком заработал отбойный молоток.
- Соседи трубы меняют!! – с ужасом вспомнила Женька. – Предупреждали несколько дней назад. Кошмар, теперь неизвестно, когда воду дадут.
Напряженно сопя, она вытащила из косметички молочко для снятия макияжа и ватные диски, и очистила лицо. После чего достала из холодильника бутылочку папиной любимой минералки «нагутская» и умылась.
- Хоть тут на человека похожа! – радостно констатировала Женька, заглядывая в зеркальце. – Теперь нужно придумать что-то с волосами.
Женька тоже повела плечами, мотнула головой, но на тротуар не упало ничего: все доставшиеся ей древние символы намертво прилипли к волосам.
- Даже страшно на себя в зеркало смотреть! – призналась она подошедшей Галине. – Чувствую себя шелудивой собакой в репьях!
Они как раз поднялись по лестнице и вслед за новобрачными вошли в двери ресторана. Здесь царила яркая, клубная атмосфера: лазерные проекторы разбрасывали в зал пучки света, по стенам скользили разноцветные лучи – смешивались, наплывали друг на друга, рисуя фэнтезийные картины.
Галина осмотрела подругу с головы до ног и, широко улыбнувшись, подняла вверх большой палец:
- Жень, великолепно! Знаешь, утром ты выглядела простовато, не хватало яркой детали, «безуминки», как говорится. Понимаю, что это намеренное решение, чтобы не затмевать на фотографиях невесту. Но все протокольные снимки уже сделаны, можно и расслабиться.
И ухватив за руку слегка прибалдевшую Женьку, подвела ее к зеркальной стене у сцены:
- Сама убедись!
Женька недоверчиво уставилась в собственное отражение. Запутавшиеся в волосах колоски и монетки смешались с золотистыми блестками фиксатора и в клубном освещении смотрелись, как эксклюзивные драгоценности.
- Римская богиня плодородия! – выдохнула она. – Или славянская полевая дева.
- Словно так и было задумано! – весело подтвердила Галина. – Оригинально, экстравагантно и утонченно. Шикарный сценический образ!
- Да? – Женька с довольным видом повертелась перед зеркалом. – Тогда у меня есть идея, как этим воспользоваться!
И гордой походкой высшей сущности направилась в угол зала, где подруга-фотограф настраивала аппаратуру.
- Эрика, умеешь делать музыкальные клипы?
- Не, - мотнула та головой, но прочитав на Женькином лице неприкрытое разочарование, тут же исправилась: - Зато Лёнькин племянник не просто умеет – занимается этим профессионально! Хочешь сделать клип из своего выступления?
Женька кивнула.
- Хорошо, сниму в самом лучшем качестве и перешлю Даньке. Он и звук, если надо подправит, и картинку откорректирует. Только быстро не обещаю – у него заказов полно.
- Хочу Ромке на Новый год подарок сделать! – призналась Женька.
- Ааааааа! – понимающе улыбнулась Эрика. – Молодец, отличная задумка! Скажу Даньке, чтобы в видеоряд больше романтики добавил. До декабря времени вагон, точно успеет.
Новоиспечённые супруги и гости уселись за стол. Звучали поздравления и тосты, звенели бокалы, особо разошедшиеся родственники кричали «Горько!»
Женька пила шампанское и улыбалась. Чем больше она обдумывала идею с клипом, тем сильнее та приходилась по душе:
«Во-первых, сюрприз! Ромка такого точно не ожидает! Во-вторых, ему нравится, как я пою, а если это еще профессионально обработать – конфетка получится! В-третьих, Сонькина песня красивая, про любовь. А в-четвертых…»
Женька допила вино и посмотрела на Родиона. Тот без лишних слов снова наполнил бокал до краев.
«В-четвертых, и в-главных, - решилась она. – Я не просто спою! Вначале кое-что скажу. То, что Ромка так хотел услышать тогда… в «затерянном мире».
- А сейчас прозвучит моя любимая песня! – громко объявила Сонька и обернулась к подруге: - Жень, ты готова?
Женька залпом осушила бокал, сдула со лба лакированную золотом прядь:
- Готова!
И, расправив плечи, грациозно взошла на сцену.
Пятьдесят с лишним пар глаз уставились на нее в ожидании. У Женьки действительно был опыт выступления и перед большей аудиторией, но одно дело петь в хоре, а другое – сольный номер. А еще слова – те, которые не хватило духу сказать наедине. Получится ли их выговорить сейчас – во всеуслышание?
Женька улыбнулась, взяла микрофон, встретилась взглядом с Эрикой и получив ее кивок-отмашку произнесла:
- Поздравляю Славу и Сонечку с этим замечательным событием! Желаю вам счастья, радости, любви, понимания, веры друг в друга! Буду рада, если мое исполнение придется по душе. Но сегодня эта песня звучит не только для молодоженов и гостей.
Женька сделала паузу, набрала в легкие воздуха… Удивительно, но страха не было! Наоборот, тело стало легким и податливым, мышцы налились силой, в голове прояснилось. Как на сложном экзамене, на ответственных соревнованиях и в момент, когда она чуть не ударила нелегала по голове бутылкой.
«Как всегда! – весело отметила про себя Женька. – Боюсь-боюсь-боюсь, а когда сильно надо – не боюсь. Совсем. Генетическое, наверное».
- Эту песню я посвящаю дорогому мне человеку, который сейчас далеко отсюда – в экспедиции, посереди тайги и медведей, - слова лились легко и звонко, она не запнулась, и голос не дрогнул: - Ромка! Я тебя очень сильно люблю! И с нетерпением жду момента, когда смогу повторить это, глядя тебе в глаза.
Собравшиеся в зале притихли, а музыканты заиграли лирическое вступление. Сонькина песня не была веселой и безмятежной и, может, не совсем подходила для свадебной вечеринки, где радость, смех, безбашенные конкурсы. Или как раз подходила?
Женька не стала вдаваться в философские рассуждения, просто запела.
Пообещайте мне любовь,
Пусть безответную.
Узнаю в облике любом
По всем приметам я.
Пойду покорно наугад
Куда поманите.
И не сверну с пути назад
Когда обманите.
Пообещайте мне любовь
Хоть на мгновение.
Хочу изведать эту боль,
Как откровение.
Я за собой сожгу мосты,
Не зная жалости,
И все прощу, но только ты
Люби, пожалуйста, люби,
Люби, пожалуйста, люби,
Люби, пожалуйста.
Пообещайте мне любовь
Такую нежную,
И мир для нас родится вновь,
Маня надеждою,
Чтоб разлилась живой водой
И песней грустною,
Любовь не может быть другой,
Я это чувствую.
Когда песня закончилась, в зале примерно минуту стояла звенящая тишина. Сонька украдкой смахивала слезы, Галина нырнула мужу «под крылышко» и блаженно прикрыла глаза.
А потом как рвануло… аплодисменты, крики «браво!», букеты.
«Может, зря музыку бросила? – невольно подумала Женька, под восторженные возгласы спускаясь со сцены с охапкой цветов в руках. – Вдруг сольная карьера имела бы успех?»
Но тут же беззаботно тряхнула волосами:
«Нет, не мое. Просто сказала то, что должна была сказать. И спела то, что должна была спеть. Все хорошо, все правильно».
Подбежала раскрасневшаяся Эрика:
- Жень, супер! У тебя талант! Даже не представляю, что с Ромкой будет, когда это услышит! Для клипа поздравления Соне и Славе обрежу, пусть начинается сразу с посвящения Роману. Хорошо?
Женька кивнула. На душе было светло и спокойно.
«Я сегодня, как золотая рыбка! – весело определила она про себя. – Сонькино желание исполнила, Ромкино тоже. Теперь можно отдохнуть и пошалить».
А дальше пошло-поехало – гости разогрелись и требовали веселья. Женька больше не пила, решив, что алкоголя на сегодня достаточно, а дури и своей хватает! Она плясала, хохотала, участвовала во всех шуточных состязаниях. Даже зануду-Родиона раскочегарила, вытянув на сцену петь дуэтом пикантные частушки.
Призов за вечер выиграла целый мешок: леденец на палочке, массивную деревянную скалку, крестовую отвертку, баночку консервации с гордой надписью «хрен особый» и еще много подобных вещей.
Настроение было легкое-легкое, замечательное просто! Представлялось Ромкино лицо после получения подарка.
«Наверное, будет как у меня, когда его послание на зеркале прочитала! – радостно предвкушала Женька. – А что, он мне креативно в любви признался! А я ему – артистично».
Наконец, наступило время провожать молодых.
- Девочки, кто не замужем! – громко объявила Сонька. – Становитесь, буду букет бросать.
Букет у нее был пышный, из множества мелких белых розочек, переплетенных нежно-розовыми ленточками.
Желающих неожиданно набежало много.
- Давайте на улицу выйдем! – оценила Сонька размер «женского батальона». – Тут слишком тесно.
Потенциальные невесты со смехом высыпали из ресторана и построились у входа. Батальона в классическом понимании, конечно, не набралось – человек пятнадцать, не больше. Осенний вечер был тих, высокий тополь у тротуара напоминал красавца-генерала в позолоченном мундире.
- Жень! – новобрачная поймала подругу за руку и вытянула из толпы. – Становись вперед!
- А чего это она первая? – вылезла откуда-то очередная Сонькина родственница с выступающим вперед округлым животиком. – Мне нужнее! Четвертый месяц, а мой козел никак не распишется, все обещаниями кормит. Пропустите беременную!
И гордо стала перед Женькой.
- А вы пошто тут все собрались? – внезапно послышался старушечий голос. – Раздают чаво? Бесплатно?
Женька обернулась. У тротуара стояла полноватая бабулька в пальто с каракулевым воротником. Голова ее была повязана шерстяным платком.
Старушка опиралась на деревянную палку-трость и, щуря подслеповатые глаза, разглядывала девушек.
- Замуж раздают! – со смехом пояснила Женька из-за широкой спины беременной.
- Замуж? – на миг задумалась бабка, а потом решительно заковыляла к девушкам. – Возьму, коль дают! Давненько замужом не была, хоть вспомню.
Она без тени сомнения отпихнула Сонькину родственницу локтем и встала первой:
- Я ветеран труда, ветераны без очередёв проходють. По закону положено.
Сонька переглянулась с Женькой, и обе залились звонким смехом.
- Хорошо! Пусть будет по-честному! – объявила Сонька, поворачиваясь спиной. – На кого Бог пошлет.
И бросила букет через себя в толпу. Цветы, сверкнув в неоновом свете серебром обертки, полетели вверх. Но тут произошло непредвиденное: лента скрепляющая букет разорвалась, и сто роз… точнее сто одна! Сонька настояла на нечетном количестве!.. белоснежный водопад из роз посыпался на головы девушкам.
- Поймала… и я… и еще! – послышались со всех сторон восторженные голоса.
Женька почувствовала, что на ее многострадальную прическу опять что-то прилетело. И, естественно, снова прилипло намертво. Но один цветок все-таки удалось ухватить рукой.
Она оглянулась вокруг: ни одна потенциальная невеста не осталась обиженной. Даже бабуля держала наполовину облетевшую розочку и улыбалась:
- Мужик-то, гляжу, лысоватый будет. Петька из третьей квартиры, значица!
- И мой козлик женится! – радовалась беременная.
Сонька, наконец, обернулась и довольно оглядела результаты броска:
- А я что говорила? Все там будем!
Домой Женька возвращалась за полночь. Ехала на одном такси с Галиной и ее мужем, и во весь голос распевала с Василием: «Расплескалась синева».
Линка попыталась урезонить обоих, но потом махнула рукой.
- Жень, откуда ты все знаешь? – удивлялся ее муж.
- Хором, в котором я занималась, руководил полковник запаса! – гордо призналась Женька. – Знаю все, что положено!
В квартиру она попала в начале третьего. Тенью проскочила мимо зеркала, чтобы не испугаться себя распрекрасной, в своей комнате стащила одежду и бухнулась в кровать.
- Завтра, все завтра! – думала она, обнимая Ромкину толстовку. – И макияж сниму, и отмоюсь, и расчешусь. Сейчас просто сил нет.
Но рука сама потянулась к телефону, открывая ту самую страничку. Ромка не заходил в соцсети уже больше суток, с момента, как пропали сообщения от Алины.
- Чудеса какие-то…. – вздохнула Женька, возвращая телефон на стол. – Подожду еще два дня, чтобы октябрь на вторую половину перевалил, и напишу Ромке сама, как и обещала Линке. Или он до этого сам объявится?
Глава 11. А поутру она проснулась…
Спала Женька от души – сладко и безмятежно. Восхитительное чувство – проснуться утром на один глаз, вспомнить, что на работу идти не надо – в отгуле и, повернувшись на другой бок, продолжить досыпать.
В комнату заглянула мама:
- Женечка, ты сегодня дома?
- Угу… - сонно отозвалась та из-под одеяла.
- Тогда можно мы с отцом машину возьмем? На даче электрики придут счетчик менять.
- Угу.
Но план дрыхнуть до самого обеда осуществить не удалось – в начале одиннадцатого позвонила Сонька.
- Доброе утро! – зевнула Женька в трубку. – И что – есть жизнь после свадьбы?
- Мы уже на месте! – бодро отрапортовала подруга. – Условия хорошие. И красотища – не пересказать!
«Это же они со Славой в свадебное путешествие поехали!» - вспомнила Женька.
Сонька вначале хотела куда-нибудь в теплые страны, но Слава сказал, что устал от постоянных командировок в Африку, и хочется чего-то родного: лес, речка, рыбалка, грибы.
Сонька, как умная женщина, сразу вспомнила, что она ярая любительница «тихой охоты», и пара полюбовно сошлась на подмосковном санатории.
- Жень, я чего звоню-то! – продолжила подруга. – С этой свадьбой у себя на квартире два дня не была. А там цветы не политы, и золотые рыбки голодные. Сегодня третий день уже.
Сонька действительно перед свадьбой переехала к родителям, откуда Слава ее и забирал в ЗАГС.
- Съездить покормить? - Женька потерла кулаком глаза и, заметив на руке разноцветные разводы от неснятой косметики, поморщилась. – Стой, у меня же ключа нет!
- Ключи у соседки напротив, бабы Нины. Второй комплект на зеркале в квартире. Жень, съезди, пожалуйста! Только пораньше, а то рыбок жалко!
- Хорошо! – Женька волевым усилием села на кровати. – Сейчас красоту неземную отмою после вчерашнего и смотаюсь к тебе.
- Спасибо! – Сонькин голос повеселел. – И кстати, ты вроде собиралась пожить отдельно от родителей? Самое время перебираться – квартира свободна.
- Да. Пожалуй… - Женька потянулась так, что хрустнули косточки. – Заодно вещи потихоньку начну перевозить.
Нажав отбой, она сползла с постели и босыми ногами прошлепала в ванную. С замиранием сердца подняла глаза на свое отражение в зеркале…
- Ой, мама!! – вырвалось из груди невольное. – Вот это чудище!!!
Из зеркала на Женьку смотрела весьма колоритная особа. Захоти кто-нибудь изобразить типичную бомжиху и алкоголичку – лучшую модель отыскать было бы проблематично. Компактная пудра слезла хлопьями, покрывая лицо рытвинами, как от оспы. Под глазами расплылись сине-красно-черные синяки, точь-в-точь фингалы на третий день! Ресницы слиплись в комок, помада размазалась по подбородку… Но это было еще не самое страшное!
Женька посмотрела на свою прическу и испугалась всерьез. Залакированные насмерть прядки торчали в разные стороны, как куски проволоки. На них болтались обрывки колосьев и выпавшие из них зерна, колючие стебли, несколько монет. Все это покрывали грязно-коричневые ошметки, очевидно, бывшие вчера лепестками белых роз.
- Я летела с самосвала, тормозила головой! – удрученно пробормотала Женька. – Причем, в мусорную кучу. Душ тут не поможет, надо отмокать всерьез.
Она заткнула ванну пробкой и открутила кран. Но вместо воды оттуда донеслось лишь сердитое шипение. Зато над потолком заработал отбойный молоток.
- Соседи трубы меняют!! – с ужасом вспомнила Женька. – Предупреждали несколько дней назад. Кошмар, теперь неизвестно, когда воду дадут.
Напряженно сопя, она вытащила из косметички молочко для снятия макияжа и ватные диски, и очистила лицо. После чего достала из холодильника бутылочку папиной любимой минералки «нагутская» и умылась.
- Хоть тут на человека похожа! – радостно констатировала Женька, заглядывая в зеркальце. – Теперь нужно придумать что-то с волосами.
