Блин, они что, издеваются!!!? Кто Христофорычу материал подбирал!? Бергерский дикобраз!? Или вот книжечка: «Проблемы сексуальных взаимоотношений между людьми и эльфами». Не, хоть убейте, при чем тут ОБЖ? – или мне заодно уроки сексуального воспитания проводить надобно? Увольте, пусть уж сами разбираются, мне вон их в свое время никто не преподавал – и ниче, могу сказать по секрету… все получилось, причем не один раз.
– Ярослав Сергеевич, я вам вот тут чайку приготовила.
Я покосился на подошедшую с подносом Глафиру, на котором, помимо дымящейся кружки чая, стояла и ведерного объема вазочка с кексиками, и еще раз вздохнул. Не, моя домоправительница явно кормила меня с дальним прицелом на будущий забой, однако отказаться от подобного кушанья… эх, пропадай моя талия.
Ладно. Откушав пару (ну ладно, ладно, пару-тройку) кексов, я пришел в лучшее расположение духа и уже более спокойно взглянул на данную проблему, решив, что надо отталкиваться от известного. Припомнив все, что знал об уроках ОБЖ, проводимых в моей старой школе, я взял чистый листок и принялся набрасывать приблизительный план занятий.
Итак, вроде бы там изучают, как действовать во время различных природных катаклизмов типа пожаров, наводнений, ураганов и прочее. Ну в принципе это должно быть актуально и здесь. Только, наверное, нужно еще добавить: во время природных и магических катаклизмов, ибо, судя по умениям детишек, их старики могут сотворить еще и не такое. Так, потом всяческая первая помощь при переломах, порезах, укусах кого-либо… хотя тут скорее надо провести лекцию о вреде кусанья, а то, судя по всему, некоторые из учеников сами кого хошь покусают. Лечи потом от бешенства… покусанных. Я усмехнулся. Конечно, сам я не очень разбираюсь в этом – ну могу, конечно, палец забинтовать или что-то подобное, но ведь можно попросить лекцию местного доктора провести, а еще лучше – сестру. Эх-х-х-х. Ну да ладно, с этим разберемся. Ага, еще там вроде преподают что-то про безопасность на транспорте, ну там как правильно в автобус садиться или дорогу переходить. Стоп, стоп, какой на фиг автобус, хотя… лошадь – тоже паровоз, но маленький и некурящий. Значит, введем и этот пунктик типа: «Безопасность на гужевом транспорте», а также «Магические виды транспорта и последствия его неправильного эксплуатирования». Последнее я банально переписал с названия одной из книжиц: хоть что-то полезное в этой горе макулатуры. Короче, через час предо мной лежал полновесный план занятий, к половине тем которого я даже не знал, как и подступиться. Ну и ладно – где, в конце концов, наша не пропадала? Однако настроение мое явно улучшилось, и в честь окончания данной разработки я доел оставшиеся кексики, после чего отправился спать.
Утро следующего дня выдалось слегка облачным. Поначалу даже стал накрапывать небольшой дождик, но часам к десяти все разветрилось. Я, признаюсь, проспал почти до полдесятого. Уроки мне поставили со следующей недели, и, хотя сегодня должна была состояться наша генеральная уборка, мои ребятки освободятся только часа в два, так что, пока есть возможность, можно и поваляться. Однако в конце концов вставать все-таки пришлось, тем более что надо было еще забежать к Христофорычу и отдать набросанный вчера план занятий по ОБЖ. Хотя, по-моему, бред получился первостатейный, да и фантазия моя местами чересчур разыгралась. Ну взять, к примеру, пункт девятнадцать: «Поведение при осаде замка» – или двадцать второй: «Если вас превратили в лягушку: последствия, выживание, адаптация, проблемы питания». М-дя-а-а… Хотя, с другой стороны, не изучать же моих любимых Бергерских дикобразов. Книженция, кстати, про них занятная, спать от нее… после третьего абзаца – полный отруб.
Так вот встал я, как всегда, вкусно позавтракал и, подобрав с помощью Глафиры в моей новой гардеробной устраивающий меня костюмчик, отправился в академию. Костюмчик вполне обычного покроя, типа – строгий деловой, черного цвета, – ну если не считать, конечно, металлических наплечников матово-черного цвета и таких же пластин на груди. А так нормально, в принципе у нас такой я бы тоже носить не отказался, ибо, судя по тяжести и толщине пластинок, они автоматную пулю выдержат и не звякнут. Этакий деловой бронекостюмчик для олигарха. Брюки, кстати, тоже с пластинками на коленях, к ним, правда, еще такая металлическая юбочка до колен прилагалась – видимо, чтобы защитить самую дорогую часть настоящего мужчины, но я решительно возразил против данного аксессуара.
И вот, значит, я шествую по дорожке, насвистываю что-то себе под нос, и – ба, знакомые все лица! Посереди тропинки стоит Крис и задумчиво пожевывает какую-то травинку, делая вид, что, дескать, я тут просто так, и вообще тут лучше думается.
– Как сегодня трава? – спросил я, подходя ближе.
– Сочная, – вздохнул молодой дракон. – Здравствуйте, Ярослав Сергеевич.
Я поморщился.
– Крис, во-первых, кончай этот официоз, во-вторых, кончай прикидываться, что тут случайно проходил, травки пощипать.
Дракон тяжело вздохнул и покосился в мою сторону.
– Выкладывай давай, – приказал я.
– Ну… – Крис замялся. – Понимаете, Ярослав Сер… Ярослав, – тут же поправился парень. – Я пытаюсь понять, чем вы так привлекли мою сестру? Дело в том, что драконам нельзя влюбляться в людей.
– Дорофеич говорил мне обратное, – пробормотал я, быстренько переваривая полученную информацию.
Нет, Эльфира – женщина молодая, красивая, я бы даже сказал, очень красивая, местами (некоторыми) прямо мечта, но все же – дракон. Я, конечно, ничего против драконов не имею (избави бог!), но все же. На мгновение в моем извращенно-воспаленном воображении возникло примерное изображение драконьей камасутры в моем исполнении (вот это позы!), да так четко, что я замотал головой.
– Вот-вот, я о том же, – усмехнулся дракон.
Он что, мысли читает? Я с подозрением покосился на Криса, чувствуя предательский холодок в копчике. Хотя нет, если бы читал, то после подобной картинки в моем мозгу – минимум голову бы оторвал, и причем не думаю, что ту, которой я мыслю.
– Крис, ты серьезно? – спросил я, робко надеясь, что все-таки не совсем верно понял дракона.
– Абсолютно, – пожал тот плечами. – Втюрилась по самый гребень. Отец рвет и мечет, а вот мать неожиданно поддержала сестренку. Что скажешь – женщины…
Ну спасибо – успокоил. Я представил себе рвущего и мечущего дракона, отчего мне несколько поплохело. Блин, вот ведь влип. Всю жизнь прям мечтал о подобной любви. А теща-дракон – вообще мечта мазохиста-извращенца.
– А может…
– Не может, – прервал меня Крис и вздохнул. – Пойми, Ярослав, у нас несколько другие порядки, законы, традиции и…
Он на секунду задумался, видимо пытаясь подобрать нужные слова.
– В общем, если наша самка выбирает себе партнера, то это все…
– В смысле – все? – Мой копчик превратился прямо в кусок льда, по которому бегали не просто мурашки, а прямо слоники, причем всем стадом и с песней.
– Ну наши женщины любят один раз – и до конца…
– До чьего конца? – практически пискнул я.
– Чьего-либо, – усмехнулся дракон, как-то нездорово поглядывая в мою сторону.
– Понятно… – Я на всякий случай сделал шаг назад и спросил: – И как нам быть?
– Не знаю. – Крис развел руками. – Правда, пока она на вас метку не поставила, а значит, есть надежда. Так что мы с отцом ее придержим в гнезде до поры до времени, может, перебесится.
Фу-у-у-у. Вот спасибо. Я почувствовал облегчение. Еще бы, меня ведь чуть не определили в пожизненные производители дракончиков, причем моего мнения опять же никто не спросил. Хорошо, хоть отец Криса умным дракошей оказался, а так бы пометили – и адью… Стоп. Пометили – это как? Как собачка столбик, что ли? Перед глазами предстала живописная, но очень мокрая картина. А может, типа как клеймо на бычка? Опять картина, на этот раз в виде моей пятой точки с тавро на ней в стиле герба академии. Э-э-э-э, лучше об этом пока не думать, а то фантазия у меня богатая, а нервы не железные.
Крис стоял молча, внимательно наблюдая за моим лицом, затем сказал:
– Не переживайте так, Ярослав, мы ведь прекрасно понимаем, что у людей все это несколько по-другому проходит, но моя сестра – очень импульсивная личность и очень часто совершает необдуманные поступки. Так что все будет в порядке. К тому же я здесь, но на всякий случай…
Он протянул мне ладонь, на которой лежал небольшой матовый шарик.
– Что это? – спросил я.
– Если понадоблюсь, просто сожмите посильнее.
– Я же нейтрализую всю магию.
– А он и не магический, – улыбнулся парень. – Просто при сдавливании издает определенные звуки, которые вы не слышите, а мы слышим.
– Инфразвук, что ли? – буркнул я, рассматривая шар.
– Ну… – Дракон с удивлением посмотрел на меня, затем кивнул и добавил: – Забываю постоянно, что вы из техногенного мира. А теперь позвольте откланяться: мне пора на дежурство.
Проводив глазами улетевшего дракона, я прислонился к ближайшему деревцу и принялся обдумывать, как мне относиться к полученным от Криса сведениям. За пять минут попирания дерева у меня в мыслях ничего не нарисовалось, кроме абсолютной пустоты, в которой изредка кто-то подвывал (наверное, заблудившаяся мысль), поэтому я махнул рукой и, решившись положиться на могучий русский авось, отправился в академию.
Христофорыча на месте не оказалось, и я, отдав бумаги Генриху, отправился на поиски своего класса. Судя по расписанию, у них был урок по защитной магии в восемьдесят третьей аудитории третьего кольца – ну в смысле на третьем этаже.
Стоп-стоп, тут надо остановиться и рассказать немного об устройстве академии. Дело в том, что само здание академии представляло собой, по сути, гигантский цилиндр, сужающийся к вершине и постепенно вытягивающийся в длинный шпиль. Блин, нет, не так, это был скорее не цилиндр, а несколько цилиндров, поставленных друг на друга, причем каждый последующий был меньшего диаметра. Этакая гигантская детская пирамидка в готическом стиле. От основания этой конструкции пятью лучами отходили вспомогательные строения. Кстати, мой класс размещался именно в одном из таких лучей. В других были лаборатории, тоже какие-то классы и прочие помещения не совсем ясного для меня назначения. Академия стояла на холме, у подножия которого протекала полноводная река, а через нее был переброшен широченный каменный мост – не мост, а прям автострада в пять полос. Позади академии был выстроен небольшой городок в десяток строений, где и проживали местные учащиеся. Учителя, как вы, наверное, поняли, жили с другой стороны реки. Вот, пожалуй, вкратце и все. Ах да, надо еще упомянуть огромный стадион, по моему мнению, сильно смахивающий на римский Колизей, да группу живописных развалин. И если стадион находился прямо за студенческим городком, то развалины – почти рядом с моим домом. Брр, жуткое место, уж вы мне поверьте. Так вот, к чему это я? Ах да, про здание академии. Наверное, из-за этой ее цилиндровости этажи и называли кольцами. Подобных колец было девять, по крайней мере официально и визуально. Сколько реально – никто не знал. Дорофеич только сказал, что выше девятого этажа подниматься не советует, и я, вспомнив свое приключение, сразу с этим согласился. Да к тому же на лестнице, ведущей выше девятого этажа, стояла массивная металлическая дверь, наверное, специально для того, чтобы ни у кого соблазна не появлялось. Кабинет ректора был на втором кольце, а моего любимого Гоймерыча соответственно на третьем. Ну вот теперь точно все.
Итак, нужную мне аудиторию я отыскал достаточно быстро, хотя, надо признать, некие опасения были: вдруг академия опять взбрыкнет и выкинет какую гадость по отношению к моей персоне? Однако обошлось. Я остановился около дверей и бросил взгляд на часы – до конца пары было еще около получаса, а ждать не хотелось, поэтому я решил немного принаглеть. Приоткрыв дверь, я осторожно заглянул внутрь. Классов на лекции явно было несколько, потому как человек за партами сидело куда больше пятнадцати. Лекцию читал высокий пожилой мужчина с широким мужественным лицом и длинными кудрявыми волосами, которые седыми волнами падали на его плечи. Кроме того, он являлся обладателем прямо-таки шикарных буденновских усов, которые во время чтения лекции изредка поглаживал. Понаблюдав пару минут сквозь приоткрытую дверь за классом, я протиснулся внутрь и виновато кашлянул, привлекая внимание. Все дружно посмотрели в мою сторону.
– Извините, я тут небольшое объявление сделаю? – спросил я.
Усач нахмурился, но промолчал.
– Итак, восьмой «В» сегодня…
– Сэр, – неожиданно прервал меня учитель. – Позвольте заметить, что вы мешаете моему уроку.
– Извините, коллега. – Я сделал виноватое лицо. – Обещаю, что больше такого не повторится, но позвольте мне договорить, и я тотчас уйду (хе-хе, когда надо, я умею быть вежливым).
На этот раз не прокатило.
– Сэр, – нахмурился усач. – Я повторяю, что вы мне мешаете, а посему…
Он так небрежно махнул пальчиками руки в мою сторону, и в воздухе между нами вдруг замелькали белесые лучики, которые быстренько сплелись в причудливый знак, что-то типа латинской буквы «дабл-в», а сам, гад, отвернулся. А этот значок, значится, рванул в мою сторону, так что я даже рта не успел открыть… Ну результат, думаю, вам известен. Точно: бамс – и ничего.
– Кхе-кхе, – смущенно прокашлялся я.
Преподаватель резко обернулся и уставился на меня таким взором, как будто увидел призрака отца Гамлета. Не, не так – еще хлеще: точно я Чебурашка и пришел с предложением стать его другом. Я даже на секунду испугался за его глазные яблоки, так он их вытаращил.
– Ну так я все же сделаю объявление? – поинтересовался я, но больше для проформы. – Итак, восьмой «В», сегодня после уроков чтобы все собрались в нашем классе. Я надеюсь, что никто не забыл зачем?
Судя по приунывшим физиономиям, не забыли.
– Сэр, – очнулся вдруг наш Буденный. – Вы не просто хам, вы еще осмелились применить против меня мощное заклинание.
Я пожал плечами: действительно, не объяснять же тут при всех про мой иммунитет. А тем временем усач замахал уже обеими руками, соткав перед собой светящийся квадрат размером где-то метр на метр. Причем внутри его было что-то написано непонятными закорючками, наверное, не очень цензурное, потому как перевода не последовало. Этот шедевр с треском и шипением полетел в меня, но я, подождав, пока он распадется на радужные лоскутья, которые тут же растают в воздухе, коротко поклонился и, бросив взгляд на разинувших рты учеников, гордо воздев нос в потолок, вышел из класса.
– Ты заперся на урок к Герберту? – Гном посмотрел на меня взглядом, которым обычно смотрят на последних придурков.
– К Герберту? – Я пожал плечами. – Откуда я знаю, как его зовут. Меня еще никому не представили. Но дядька колоритный, такой седовласый, с большими усами.
– Точно он, – выдохнул гном.
– А что такое? – удивился я. – Что я не так сделал? Заглянул на пару минут, сделал объявление – и удалился. У нас это не запрещено. А тут разве не так?
– Да в принципе ничего такого, – махнул рукой гном. – Просто Герберт этого не любит, а еще он очень вспыльчив. Магию против тебя применял?
– Ага, – кивнул я. – Два раза.
– Целых два! – Гном совсем спал с лица. – Слышь, Ярослав, пойду-ка я к себе, а то мне там новую партию барахла привезли – надо рассортировать.
– Ярослав Сергеевич, я вам вот тут чайку приготовила.
Я покосился на подошедшую с подносом Глафиру, на котором, помимо дымящейся кружки чая, стояла и ведерного объема вазочка с кексиками, и еще раз вздохнул. Не, моя домоправительница явно кормила меня с дальним прицелом на будущий забой, однако отказаться от подобного кушанья… эх, пропадай моя талия.
Ладно. Откушав пару (ну ладно, ладно, пару-тройку) кексов, я пришел в лучшее расположение духа и уже более спокойно взглянул на данную проблему, решив, что надо отталкиваться от известного. Припомнив все, что знал об уроках ОБЖ, проводимых в моей старой школе, я взял чистый листок и принялся набрасывать приблизительный план занятий.
Итак, вроде бы там изучают, как действовать во время различных природных катаклизмов типа пожаров, наводнений, ураганов и прочее. Ну в принципе это должно быть актуально и здесь. Только, наверное, нужно еще добавить: во время природных и магических катаклизмов, ибо, судя по умениям детишек, их старики могут сотворить еще и не такое. Так, потом всяческая первая помощь при переломах, порезах, укусах кого-либо… хотя тут скорее надо провести лекцию о вреде кусанья, а то, судя по всему, некоторые из учеников сами кого хошь покусают. Лечи потом от бешенства… покусанных. Я усмехнулся. Конечно, сам я не очень разбираюсь в этом – ну могу, конечно, палец забинтовать или что-то подобное, но ведь можно попросить лекцию местного доктора провести, а еще лучше – сестру. Эх-х-х-х. Ну да ладно, с этим разберемся. Ага, еще там вроде преподают что-то про безопасность на транспорте, ну там как правильно в автобус садиться или дорогу переходить. Стоп, стоп, какой на фиг автобус, хотя… лошадь – тоже паровоз, но маленький и некурящий. Значит, введем и этот пунктик типа: «Безопасность на гужевом транспорте», а также «Магические виды транспорта и последствия его неправильного эксплуатирования». Последнее я банально переписал с названия одной из книжиц: хоть что-то полезное в этой горе макулатуры. Короче, через час предо мной лежал полновесный план занятий, к половине тем которого я даже не знал, как и подступиться. Ну и ладно – где, в конце концов, наша не пропадала? Однако настроение мое явно улучшилось, и в честь окончания данной разработки я доел оставшиеся кексики, после чего отправился спать.
Утро следующего дня выдалось слегка облачным. Поначалу даже стал накрапывать небольшой дождик, но часам к десяти все разветрилось. Я, признаюсь, проспал почти до полдесятого. Уроки мне поставили со следующей недели, и, хотя сегодня должна была состояться наша генеральная уборка, мои ребятки освободятся только часа в два, так что, пока есть возможность, можно и поваляться. Однако в конце концов вставать все-таки пришлось, тем более что надо было еще забежать к Христофорычу и отдать набросанный вчера план занятий по ОБЖ. Хотя, по-моему, бред получился первостатейный, да и фантазия моя местами чересчур разыгралась. Ну взять, к примеру, пункт девятнадцать: «Поведение при осаде замка» – или двадцать второй: «Если вас превратили в лягушку: последствия, выживание, адаптация, проблемы питания». М-дя-а-а… Хотя, с другой стороны, не изучать же моих любимых Бергерских дикобразов. Книженция, кстати, про них занятная, спать от нее… после третьего абзаца – полный отруб.
Так вот встал я, как всегда, вкусно позавтракал и, подобрав с помощью Глафиры в моей новой гардеробной устраивающий меня костюмчик, отправился в академию. Костюмчик вполне обычного покроя, типа – строгий деловой, черного цвета, – ну если не считать, конечно, металлических наплечников матово-черного цвета и таких же пластин на груди. А так нормально, в принципе у нас такой я бы тоже носить не отказался, ибо, судя по тяжести и толщине пластинок, они автоматную пулю выдержат и не звякнут. Этакий деловой бронекостюмчик для олигарха. Брюки, кстати, тоже с пластинками на коленях, к ним, правда, еще такая металлическая юбочка до колен прилагалась – видимо, чтобы защитить самую дорогую часть настоящего мужчины, но я решительно возразил против данного аксессуара.
И вот, значит, я шествую по дорожке, насвистываю что-то себе под нос, и – ба, знакомые все лица! Посереди тропинки стоит Крис и задумчиво пожевывает какую-то травинку, делая вид, что, дескать, я тут просто так, и вообще тут лучше думается.
– Как сегодня трава? – спросил я, подходя ближе.
– Сочная, – вздохнул молодой дракон. – Здравствуйте, Ярослав Сергеевич.
Я поморщился.
– Крис, во-первых, кончай этот официоз, во-вторых, кончай прикидываться, что тут случайно проходил, травки пощипать.
Дракон тяжело вздохнул и покосился в мою сторону.
– Выкладывай давай, – приказал я.
– Ну… – Крис замялся. – Понимаете, Ярослав Сер… Ярослав, – тут же поправился парень. – Я пытаюсь понять, чем вы так привлекли мою сестру? Дело в том, что драконам нельзя влюбляться в людей.
– Дорофеич говорил мне обратное, – пробормотал я, быстренько переваривая полученную информацию.
Нет, Эльфира – женщина молодая, красивая, я бы даже сказал, очень красивая, местами (некоторыми) прямо мечта, но все же – дракон. Я, конечно, ничего против драконов не имею (избави бог!), но все же. На мгновение в моем извращенно-воспаленном воображении возникло примерное изображение драконьей камасутры в моем исполнении (вот это позы!), да так четко, что я замотал головой.
– Вот-вот, я о том же, – усмехнулся дракон.
Он что, мысли читает? Я с подозрением покосился на Криса, чувствуя предательский холодок в копчике. Хотя нет, если бы читал, то после подобной картинки в моем мозгу – минимум голову бы оторвал, и причем не думаю, что ту, которой я мыслю.
– Крис, ты серьезно? – спросил я, робко надеясь, что все-таки не совсем верно понял дракона.
– Абсолютно, – пожал тот плечами. – Втюрилась по самый гребень. Отец рвет и мечет, а вот мать неожиданно поддержала сестренку. Что скажешь – женщины…
Ну спасибо – успокоил. Я представил себе рвущего и мечущего дракона, отчего мне несколько поплохело. Блин, вот ведь влип. Всю жизнь прям мечтал о подобной любви. А теща-дракон – вообще мечта мазохиста-извращенца.
– А может…
– Не может, – прервал меня Крис и вздохнул. – Пойми, Ярослав, у нас несколько другие порядки, законы, традиции и…
Он на секунду задумался, видимо пытаясь подобрать нужные слова.
– В общем, если наша самка выбирает себе партнера, то это все…
– В смысле – все? – Мой копчик превратился прямо в кусок льда, по которому бегали не просто мурашки, а прямо слоники, причем всем стадом и с песней.
– Ну наши женщины любят один раз – и до конца…
– До чьего конца? – практически пискнул я.
– Чьего-либо, – усмехнулся дракон, как-то нездорово поглядывая в мою сторону.
– Понятно… – Я на всякий случай сделал шаг назад и спросил: – И как нам быть?
– Не знаю. – Крис развел руками. – Правда, пока она на вас метку не поставила, а значит, есть надежда. Так что мы с отцом ее придержим в гнезде до поры до времени, может, перебесится.
Фу-у-у-у. Вот спасибо. Я почувствовал облегчение. Еще бы, меня ведь чуть не определили в пожизненные производители дракончиков, причем моего мнения опять же никто не спросил. Хорошо, хоть отец Криса умным дракошей оказался, а так бы пометили – и адью… Стоп. Пометили – это как? Как собачка столбик, что ли? Перед глазами предстала живописная, но очень мокрая картина. А может, типа как клеймо на бычка? Опять картина, на этот раз в виде моей пятой точки с тавро на ней в стиле герба академии. Э-э-э-э, лучше об этом пока не думать, а то фантазия у меня богатая, а нервы не железные.
Крис стоял молча, внимательно наблюдая за моим лицом, затем сказал:
– Не переживайте так, Ярослав, мы ведь прекрасно понимаем, что у людей все это несколько по-другому проходит, но моя сестра – очень импульсивная личность и очень часто совершает необдуманные поступки. Так что все будет в порядке. К тому же я здесь, но на всякий случай…
Он протянул мне ладонь, на которой лежал небольшой матовый шарик.
– Что это? – спросил я.
– Если понадоблюсь, просто сожмите посильнее.
– Я же нейтрализую всю магию.
– А он и не магический, – улыбнулся парень. – Просто при сдавливании издает определенные звуки, которые вы не слышите, а мы слышим.
– Инфразвук, что ли? – буркнул я, рассматривая шар.
– Ну… – Дракон с удивлением посмотрел на меня, затем кивнул и добавил: – Забываю постоянно, что вы из техногенного мира. А теперь позвольте откланяться: мне пора на дежурство.
Проводив глазами улетевшего дракона, я прислонился к ближайшему деревцу и принялся обдумывать, как мне относиться к полученным от Криса сведениям. За пять минут попирания дерева у меня в мыслях ничего не нарисовалось, кроме абсолютной пустоты, в которой изредка кто-то подвывал (наверное, заблудившаяся мысль), поэтому я махнул рукой и, решившись положиться на могучий русский авось, отправился в академию.
***
Христофорыча на месте не оказалось, и я, отдав бумаги Генриху, отправился на поиски своего класса. Судя по расписанию, у них был урок по защитной магии в восемьдесят третьей аудитории третьего кольца – ну в смысле на третьем этаже.
Стоп-стоп, тут надо остановиться и рассказать немного об устройстве академии. Дело в том, что само здание академии представляло собой, по сути, гигантский цилиндр, сужающийся к вершине и постепенно вытягивающийся в длинный шпиль. Блин, нет, не так, это был скорее не цилиндр, а несколько цилиндров, поставленных друг на друга, причем каждый последующий был меньшего диаметра. Этакая гигантская детская пирамидка в готическом стиле. От основания этой конструкции пятью лучами отходили вспомогательные строения. Кстати, мой класс размещался именно в одном из таких лучей. В других были лаборатории, тоже какие-то классы и прочие помещения не совсем ясного для меня назначения. Академия стояла на холме, у подножия которого протекала полноводная река, а через нее был переброшен широченный каменный мост – не мост, а прям автострада в пять полос. Позади академии был выстроен небольшой городок в десяток строений, где и проживали местные учащиеся. Учителя, как вы, наверное, поняли, жили с другой стороны реки. Вот, пожалуй, вкратце и все. Ах да, надо еще упомянуть огромный стадион, по моему мнению, сильно смахивающий на римский Колизей, да группу живописных развалин. И если стадион находился прямо за студенческим городком, то развалины – почти рядом с моим домом. Брр, жуткое место, уж вы мне поверьте. Так вот, к чему это я? Ах да, про здание академии. Наверное, из-за этой ее цилиндровости этажи и называли кольцами. Подобных колец было девять, по крайней мере официально и визуально. Сколько реально – никто не знал. Дорофеич только сказал, что выше девятого этажа подниматься не советует, и я, вспомнив свое приключение, сразу с этим согласился. Да к тому же на лестнице, ведущей выше девятого этажа, стояла массивная металлическая дверь, наверное, специально для того, чтобы ни у кого соблазна не появлялось. Кабинет ректора был на втором кольце, а моего любимого Гоймерыча соответственно на третьем. Ну вот теперь точно все.
Итак, нужную мне аудиторию я отыскал достаточно быстро, хотя, надо признать, некие опасения были: вдруг академия опять взбрыкнет и выкинет какую гадость по отношению к моей персоне? Однако обошлось. Я остановился около дверей и бросил взгляд на часы – до конца пары было еще около получаса, а ждать не хотелось, поэтому я решил немного принаглеть. Приоткрыв дверь, я осторожно заглянул внутрь. Классов на лекции явно было несколько, потому как человек за партами сидело куда больше пятнадцати. Лекцию читал высокий пожилой мужчина с широким мужественным лицом и длинными кудрявыми волосами, которые седыми волнами падали на его плечи. Кроме того, он являлся обладателем прямо-таки шикарных буденновских усов, которые во время чтения лекции изредка поглаживал. Понаблюдав пару минут сквозь приоткрытую дверь за классом, я протиснулся внутрь и виновато кашлянул, привлекая внимание. Все дружно посмотрели в мою сторону.
– Извините, я тут небольшое объявление сделаю? – спросил я.
Усач нахмурился, но промолчал.
– Итак, восьмой «В» сегодня…
– Сэр, – неожиданно прервал меня учитель. – Позвольте заметить, что вы мешаете моему уроку.
– Извините, коллега. – Я сделал виноватое лицо. – Обещаю, что больше такого не повторится, но позвольте мне договорить, и я тотчас уйду (хе-хе, когда надо, я умею быть вежливым).
На этот раз не прокатило.
– Сэр, – нахмурился усач. – Я повторяю, что вы мне мешаете, а посему…
Он так небрежно махнул пальчиками руки в мою сторону, и в воздухе между нами вдруг замелькали белесые лучики, которые быстренько сплелись в причудливый знак, что-то типа латинской буквы «дабл-в», а сам, гад, отвернулся. А этот значок, значится, рванул в мою сторону, так что я даже рта не успел открыть… Ну результат, думаю, вам известен. Точно: бамс – и ничего.
– Кхе-кхе, – смущенно прокашлялся я.
Преподаватель резко обернулся и уставился на меня таким взором, как будто увидел призрака отца Гамлета. Не, не так – еще хлеще: точно я Чебурашка и пришел с предложением стать его другом. Я даже на секунду испугался за его глазные яблоки, так он их вытаращил.
– Ну так я все же сделаю объявление? – поинтересовался я, но больше для проформы. – Итак, восьмой «В», сегодня после уроков чтобы все собрались в нашем классе. Я надеюсь, что никто не забыл зачем?
Судя по приунывшим физиономиям, не забыли.
– Сэр, – очнулся вдруг наш Буденный. – Вы не просто хам, вы еще осмелились применить против меня мощное заклинание.
Я пожал плечами: действительно, не объяснять же тут при всех про мой иммунитет. А тем временем усач замахал уже обеими руками, соткав перед собой светящийся квадрат размером где-то метр на метр. Причем внутри его было что-то написано непонятными закорючками, наверное, не очень цензурное, потому как перевода не последовало. Этот шедевр с треском и шипением полетел в меня, но я, подождав, пока он распадется на радужные лоскутья, которые тут же растают в воздухе, коротко поклонился и, бросив взгляд на разинувших рты учеников, гордо воздев нос в потолок, вышел из класса.
***
– Ты заперся на урок к Герберту? – Гном посмотрел на меня взглядом, которым обычно смотрят на последних придурков.
– К Герберту? – Я пожал плечами. – Откуда я знаю, как его зовут. Меня еще никому не представили. Но дядька колоритный, такой седовласый, с большими усами.
– Точно он, – выдохнул гном.
– А что такое? – удивился я. – Что я не так сделал? Заглянул на пару минут, сделал объявление – и удалился. У нас это не запрещено. А тут разве не так?
– Да в принципе ничего такого, – махнул рукой гном. – Просто Герберт этого не любит, а еще он очень вспыльчив. Магию против тебя применял?
– Ага, – кивнул я. – Два раза.
– Целых два! – Гном совсем спал с лица. – Слышь, Ярослав, пойду-ка я к себе, а то мне там новую партию барахла привезли – надо рассортировать.
