- Я разберусь, ты только не психуй, Шон. Дай мне ее придерживать и все будет нормально.
- Думаешь, мне это нравится? Я хочу уехать отсюда. Забрать своего ребенка и уехать, но это не значит, что я буду препятствовать сестрам общаться с племянником и участвовать в его жизни. Донеси эту информацию до своей ненормальной подруги.
- Хорошо, а что ты намерен делать сейчас?
- Мирно вопрос не решить, так что обращусь к своему адвокату. Пусть подготовит все бумаги для суда, по крайне мере Лейлу это хоть немного приведет в чувства.
- Наивный же ты, Шон! Узнай Лейла об адвокате она сбежит с Марселу. Не дури.
- Еще одна ненормальная. Мало мне было закидонов Триш, теперь и Лейла туда же! Есть предложение получше - поделись. Принимается любая помощь, даже самая идиотская.
- Если завтра утром Лейла изменит свое решение – поступай как считаешь нужным, но если она все же уступит, пообещай, что племянника она не потеряет. Дай мне слово, Шон.
- Может мне на колени встать? Я предельно ясно озвучил свою позицию. Никто никого не потеряет. Я хочу, чтобы мой сын был рядом со мной и только. Мне от вас больше ничего не надо.
Дитер вдруг положил руку Шону на плечо.
- Считай он с тобой.
- Твоими бы устами, Дитер.
- Иди к сыну, Бин, так лучше всего.
Шон заметно напрягся.
- Не понял?
- Если Лейла передумает, ты его потеряешь и даже не поймешь как. Я говорю, что вижу и только.
- Спасибо, утешать ты умеешь.
- Слушай, не конфликтуй с ней. Чем больше ты нападаешь, тем больше она злится. С Лейлой нужно мягко, по – доброму. Орами от нее ничего не добиться. Она не Триш, она уступит, если увидит, что тебе можно доверить воспитание ребенка. Она слова не скажет наперекор, но сейчас она прежде всего думает о мальчике, и если честно, то и ты должен поступить так же. В своей гонке вы оба забыли, что Марселу вам не игрушка, которую вы так упорно делите.
- Прости? То есть, я должен сдать экзамен и получить высший бал от ее высочества? А больше я ничего не должен? Еще скажи, что она должна диктовать, а я должен тупо подчиняться. Нет, этого не будет.
- Нет, Шон, в таком случае ты не понимаешь весь масштаб разрушений. Включи голову! Ты о сыне думай, а не о том, как отобрать его у Лейлы силой. Вот представим на минуту, что ты выбираешь тактику силы и забираешь Марселу. Она пойдет в полицию и у тебя будут проблемы.
- А я пойду в суд и пусть решает судья. - парировал Бин. - Она не мать, а я родной отец и действую я в интересах ребенка, который лишился матери. Так на чьей стороне правда, а?
Болен сердито сплюнул. Теперь и этот встал в позу! Как же ему надоело жить в этом дурдоме!
- Знаешь что? Идите вы оба к черту! Теперь можете хоть убить друг друга я слова не скажу в защиту ни одного из вас. Достали!
Развернувшись Болен быстро направился к дому. Шон злобно смотрел ему в спину.
- Будь проклята твоя Лейла! Я ей устрою! Она меня плохо знает!
Когда Шон тихо, как призрак вошел в детскую он не поверил своим глазам. Рядом с кроваткой стояла Лейла. Шон едва подавил в себе непреодолимое желание схватить ее и выставить из детской.
- Какого черта ты здесь делаешь? – Прошипел Бин чувствуя, что не в силах совладать с бурей злости против нее.
Лейла повернулась и приложила палец к губам.
- Тише ты, ребенка разбудишь.
- Я еще раз повторяю свой вопрос, Лейла. Не выводи меня, иначе я тебе шею сверну. Пошла вон отсюда.
- Хочешь поговорить? Отлично. Пойдем, выйдем. Не хочу будить мальчика.
У Шона едва пар из ноздрей не валил от злости, но он покорно вышел из комнаты и едва Лейла закрыла дверь как он, не владея собой резко схватил ее за плечи и прижал к стене.
- Задрала! Сколько можно действовать мне на нервы?
- Руки убрал и придержал свои нервы. – прошипела Де Лери сквозь зубы. - Если ты меня хоть пальцем тронешь, сам знаешь, что с тобой будет.
- Господи, дай мне сил вытерпеть эту женщину. – Шон разжал пальцы. – Что на этот раз? Опять что – то придумала?
Лейла оглядела его с головы до ног неприязненным взглядом. Пусть помучается догадками.
- Ты не хочешь решить вопрос мирно, так? Ты хочешь войны? Шон, пойми, я могу превратить твою жизнь в кошмар.
- Куда еще кошмарнее? Лейла, я – пацифист! Я за мир во всем мире, но ты меня достала своими провокациями. Ты добиваешься, чтобы я с собой покончил, или тебя убил?
- Кишка тонка. Ничего ты мне не сделаешь, иначе давно бы сделал.
- Я свое слово сказал, Лей. Я не уступлю, так что не надейся, что я что – нибудь с собой сделаю. Никому из вас я такого удовольствия не доставлю.
- Прекрасно. Давай поговорим о твоем нетерпении.
- Чего? – Шон потряс головой. – Ну, это уже совсем не в кассу! Все, я так больше не могу! Хватит с меня твоего идиотизма! Я хотел с тобой по – хорошему, но раз так, сама напросилась, сука!
Не успела Лейла сориентироваться, как Шон схватил ее за горло железной хваткой.
- Пусти!
- Убью! Я убью тебя! – Шипел Бин все сильнее сдавливая ей горло.
- Идиот, хватит! Шон, хватит! Отпусти меня!– Понимая, что он не шутит Лейла стала отчаянно сопротивляться, но он был сильнее.
- Мне больше нечего терять в этой жизни!
- Я отдаю тебе Марселу! – Прохрипела она.
Хватка ослабла.
- Что?
Девушка вывернулась из его рук.
- Что слышал, придурок! – Лейла потерла шею. - Я и пришла, чтобы тебе это сказать. Слушать научись, ненормальный!
- Твоя очередная шуточка?
- Шуточки закончились. Я ухожу с дистанции. Ты волен жить, как считаешь нужным. Можешь забирать Марселу. Я больше слова не скажу.
- Вот так просто? А как же твоя неуемная жажда заменить ему Триш? Ты ведь именно этого и хочешь, стать ему матерью.
- Пришло время нам всем повзрослеть. Ты – его отец и ему будет лучше рядом с тобой. Все, Шон. Детство закончилось. У каждого из нас своя судьба и своя дорога в жизни. Можешь забрать Марселу и уехать хоть сейчас.
Лейла прошла мимо потерявшего дар речи Шона.
Томас проснулся от того, что ему страшно хотелось пить и понял, что Милен рядом нет. Он включил ночник и увидел, что девушка стоит у окна задумчиво глядя в ночную тьму.
- Эй, малыш. - негромко окликнул он. – Ты чего не спишь?
Милен вздрогнула. Андерс выбрался из постели и подошел к ней.
- Что с тобой? – спросил он обеспокоено смотря на подругу. – Милая, да ты дрожишь. В чем дело?
- Немного холодно. – Ответила она отворачиваясь от него.
Томас поймал ее в свои объятия и заставил посмотреть на него. Он увидел заплаканные глаза и тут же все понял. Даже спрашивать не о чем не стал. Он долго этого ждал, но не торопил. Она должна была сама прийти к этому. И вот, кажется…
- Все будет нормально, все пройдет, все будет хорошо.
- Извини, что – то я совсем раскисла. – она быстро вытерла глаза. – Я возьму себя в руки, обещаю. Со мной не будет проблем, не переживай.
- Милая, о чем ты?
- Мне нужно быть сильной, Томас. Я сейчас как никогда нужна своей сестре. Я не имею права опускать руки сейчас.
Томас взял ее за талию, подвел к кровати и усадив пристроился рядом взяв за руку.
- Родная, послушай, ты никому ничего не должна. Даже сестре не должна. Ты сделала гораздо больше, чем кто – либо из нас, потому не смей так говорить. Да если бы не ты, Лейла бы просто не перенесла всего этого.
- Мне так ее жаль. И я больше ничем не могу ей помочь. – Милен всхлипнула.
- Милен, так нельзя. Ты напрасно себя изводишь, думая так. Ты – рядом, ты всегда готова выслушать, готова поддержать, готова просто быть рядом ничего не требуя. Ты не робот, у тебя есть право на собственные чувства, есть право на свою боль, и свои слезы, и я очень рад, что наконец вижу, как ты плачешь.
Милен еще отчаяннее стала тереть глаза.
- Рад, что я плачу?
- Да, потому что ты заслужила право быть слабой после всего. - Томас нежно погладил Милен по щеке. - Со дня похорон все держалось только на тебе и никто из нас ни разу не услышал от тебя даже слов « Устала «, « Не хочу «, « Это меня не касается «. Теперь ты можешь выплакаться не боясь, что кто – то из нас осудит тебя за эту слабость. Я очень горжусь, что у меня есть ты, Милен.
Она улыбнулась сквозь слезы.
- А я очень люблю тебя, Томас, и каждый день благодарю Бога, что у меня есть ты.
- Иди ко мне, малыш. Вместе мы все пройдем, поверь.
Андерс нежно прижал к себе девушку и она наконец дала волю жгучим слезам...
Остаток ночи ни Шон, ни Лейла не сомкнули глаз. Каждый из них думал о своем и оба думали друг о друге. Они всегда относились друг к другу если не с симпатией, то хотя бы с уважением, а потом что – то изменилось. Со смертью Триш они оба изменились, стали более жестокими, но только не по отношению к самим себе, а по отношению именно друг к другу, а Марселу стал в их безмолвной войне трофеем. Вот только в этом противостоянии не было ни побежденных, ни победителей. Они делали больно только себе и все равно отрицали свою невысказанную боль. Эта боль будет с ними до конца, она не уйдет, да, притупится, забудутся какие – то моменты, сотрутся из памяти черты, но рана в душе не затянется, она так и будет кровоточить. Нужно научиться с этим жить, нужно простить друг друга, иначе не будет им покоя.
Утро выдалось серое. По небу плыли тяжелые облака обещая скорый дождь. Но грянула настоящая гроза. Ветер трепал кроны деревьев, то и дело сверкали молнии и грохотал гром, а потом полил дождь. В такую погоду Дитер, Томас и Милен предпочли нарушить традицию раннего завтрака и понежиться в постелях дольше обычного, а вот Лейла не выносила такую погоду и без крепкого кофе становилась стервозной. Потому она решила не отказывать себе в удовольствии побыть в тишине, что всегда было проблематично в их доме. Из недр кухни плыл аромат Богов. Кофе с корицей. У Де Лери потекли слюнки. Обычно обитатели дома пользовались кофемашиной. Интересно, кто из них решил сварить настоящий кофе? Какого же было ее удивление, когда на кухне она столкнулась с Бином.
При его виде Лейла остановилась в дверях не в силах сделать шаг. Шон стоял спиной к ней в одних джинсах, которые сползли низко на бедра обнажая полоску трусов, насвистывал какую – то мелодию и пританцовывал. Из заднего кармана выглядывал кассетный плеер. Светлая грива была в беспорядке и в этом образе он выглядел так по - домашнему просто и невероятно заводящее. Ее взгляд жадно скользил по обнаженному торсу и словно почувствовав прожигающий взгляд Бин резко обернулся. Лейла едва заметно вздрогнула.
- Какой сюрприз! Привет, Лей. – Шон снял наушники. – Я не думал, что кто – то встает так рано. – он вытащил плеер и выключив пожил на стол. – Надеюсь, ты видела не много?
- Очень забавный танец. Я – то думала, что ты страдаешь по Триш, а ты на моей кухне танцы устраиваешь. Что ты тут делаешь?
- В такую погоду меня мучают головные боли, а музыка немного отвлекает. Кроме того, я ненавижу то пойло, которое вы все так восхваляете и называете громким словом Кофе. Вот только жить без него я не могу, потому и решил воспользоваться случаем побаловать не только себя, но и всех вас. Не против, что я хозяйничаю на твоей кухне?
- Пользуйся на здоровье. Ты умеешь варить кофе по – арабски? – она потянула носом. – Пахнет божественно.
- По – арабски, по – турецки, по – русски, как угодно, лишь бы не пользоваться этим агрегатом. – Он указал на кофемашину.
Лейла молча взяла плеер, надела наушники и включила воспроизведение.
- Что, грозы испугался? - Спросила она прослушав трек до конца и наблюдая за Шоном из под опущенных ресниц.
- Попробуем еще раз? И тебе доброе утро. Кофе? Настоящий. – Шон протянул ей чашку с ароматно – дымящимся напитком. Лейла задержала на нем внимательный взгляд. – Не волнуйся, крысиного яда у меня нет, и в чашку я не плевал.
- Ты очень любезен. Спасибо. – Лейла села за стол. – Извини, а почему в таком виде ты себе позволяешь разгуливать в чужом доме?
- Как на счет тебя? – Шон прикусил нижнюю губу и прищурился. - Очень соблазнительный халатик.
- Я здесь хозяйка. Кому не нравится может просто заткнуться.
- Не учел. Ладно. Я не ожидал столкнуться с тобой, иначе одел бы рясу священника.
- Клоун. - Скривила пухлые губки Лейла.
Шон молча снял со спинки стула рубашку и надел ее на себя.
- Надеюсь, теперь ты перестанешь пожирать меня похотливым взглядом?
- Чего? Твое самомнение о своей сексуальности поистине не знает границ.
- Извини, неудачно пошутил. – он нарочито медленно застегивал пуговицы не сводя с нее пристально – насмешливого взгляда. - Успокойся, я никому не скажу о том, что ты мечтаешь меня отыметь прямо здесь и сейчас.
- Извращенец.
- Сколько раз мы с Триш занимались здесь сексом. На этом столе, кстати, тоже. Как она стонала!
- Делаешь мне предложение?
- Это ты хочешь грязно меня оттрахать прямо здесь. – Шон уселся на край стола позволяя ей лицезреть красивую картину полностью.
- С чего такая уверенность, что я тебя хочу? Я, может и хочу, но точно не оттрахать тебя, Бинни.
Шон поддался на опасно близкое расстояние между ними. Он себе цену знал, девки сами в штабеля укладывались стоило ему появиться. Светлые волосы, кошачьи зеленые глаза, грация дикого Амурского тигра, сто восемьдесят сантиметров роста и вот почти полный портрет возмутителя женского спокойствия. Даже Лейла Элизабет Де Лери попала в плен его глаз.
Его горячее дыхание обожгло кожу. Кончиком языка он провел по верхней губе так эротично, что Лейла вообще перестала что – либо соображать.
- Я вижу твой взгляд. Пойдешь ли ты на риск, Лей? Ну?
Приняв его правила Лейла вальяжно откинулась на высокую плетеную спинку стула выставляя на обзор больше, чем нужно. А внутри кровь кипела. Да, за один поцелуй такого парня можно нарушить любые правила. Шон, мать его Бин ходячий секс. Интересно, а если…
- Не много ли чести, малыш? Ты явно себя переоцениваешь.
- Это не мой стиль. Я тебя чувствую. Ты же грезишь о моих поцелуях.
Он был так близко. Лейла закрыла глаза и ее губы приоткрылись… Сейчас он ее поцелует… Взгляд Шона скользил по ней, она чувствовала его каждой клеточкой. Взгляд Бина переместился с красивого пышного декольте на ее чуть подкрашенное лицо. Правильные черты, красиво изогнутые дуги бровей, пухлые, манящие губы, обещающие рай на Земле… И позволь он себе секунду слабости…
Шон сменил игривый тон на нормальный. Он женатый человек и больше не собирается никого соблазнять. Тем более Лейлу. Опять она все поняла не так. На этот раз он не попадется в эту ловушку. Но, по крайне мере он теперь знает о ее истинном отношении к нему. Срочно надо бежать отсюда. Срочно! И чем быстрее и дальше, тем для всех лучше.
- А где остальные?
Наваждение рассеялось так же быстро, как появилось. Лейла открыла глаза в непонимании происходящего. Его взгляд гипнотизировал, она не могла заставить себя пошевелиться.
По тону Лейла поняла, что опасная игра закончилась и успокоилась. Она и сама себе не могла объяснить, почему Шон производит на женщин такой эффект. Вроде самый обыкновенный, ничем особо непримечательный парень, каких миллионы в мире, но стоит ему улыбнуться или взглянуть в глаза и все, можно падать в обморок и мечтать испытать вкус его поцелуя.
- Думаешь, мне это нравится? Я хочу уехать отсюда. Забрать своего ребенка и уехать, но это не значит, что я буду препятствовать сестрам общаться с племянником и участвовать в его жизни. Донеси эту информацию до своей ненормальной подруги.
- Хорошо, а что ты намерен делать сейчас?
- Мирно вопрос не решить, так что обращусь к своему адвокату. Пусть подготовит все бумаги для суда, по крайне мере Лейлу это хоть немного приведет в чувства.
- Наивный же ты, Шон! Узнай Лейла об адвокате она сбежит с Марселу. Не дури.
- Еще одна ненормальная. Мало мне было закидонов Триш, теперь и Лейла туда же! Есть предложение получше - поделись. Принимается любая помощь, даже самая идиотская.
- Если завтра утром Лейла изменит свое решение – поступай как считаешь нужным, но если она все же уступит, пообещай, что племянника она не потеряет. Дай мне слово, Шон.
- Может мне на колени встать? Я предельно ясно озвучил свою позицию. Никто никого не потеряет. Я хочу, чтобы мой сын был рядом со мной и только. Мне от вас больше ничего не надо.
Дитер вдруг положил руку Шону на плечо.
- Считай он с тобой.
- Твоими бы устами, Дитер.
- Иди к сыну, Бин, так лучше всего.
Шон заметно напрягся.
- Не понял?
- Если Лейла передумает, ты его потеряешь и даже не поймешь как. Я говорю, что вижу и только.
- Спасибо, утешать ты умеешь.
- Слушай, не конфликтуй с ней. Чем больше ты нападаешь, тем больше она злится. С Лейлой нужно мягко, по – доброму. Орами от нее ничего не добиться. Она не Триш, она уступит, если увидит, что тебе можно доверить воспитание ребенка. Она слова не скажет наперекор, но сейчас она прежде всего думает о мальчике, и если честно, то и ты должен поступить так же. В своей гонке вы оба забыли, что Марселу вам не игрушка, которую вы так упорно делите.
- Прости? То есть, я должен сдать экзамен и получить высший бал от ее высочества? А больше я ничего не должен? Еще скажи, что она должна диктовать, а я должен тупо подчиняться. Нет, этого не будет.
- Нет, Шон, в таком случае ты не понимаешь весь масштаб разрушений. Включи голову! Ты о сыне думай, а не о том, как отобрать его у Лейлы силой. Вот представим на минуту, что ты выбираешь тактику силы и забираешь Марселу. Она пойдет в полицию и у тебя будут проблемы.
- А я пойду в суд и пусть решает судья. - парировал Бин. - Она не мать, а я родной отец и действую я в интересах ребенка, который лишился матери. Так на чьей стороне правда, а?
Болен сердито сплюнул. Теперь и этот встал в позу! Как же ему надоело жить в этом дурдоме!
- Знаешь что? Идите вы оба к черту! Теперь можете хоть убить друг друга я слова не скажу в защиту ни одного из вас. Достали!
Развернувшись Болен быстро направился к дому. Шон злобно смотрел ему в спину.
- Будь проклята твоя Лейла! Я ей устрою! Она меня плохо знает!
Прода от 08.06.2023, 07:10
Глава 10.
Когда Шон тихо, как призрак вошел в детскую он не поверил своим глазам. Рядом с кроваткой стояла Лейла. Шон едва подавил в себе непреодолимое желание схватить ее и выставить из детской.
- Какого черта ты здесь делаешь? – Прошипел Бин чувствуя, что не в силах совладать с бурей злости против нее.
Лейла повернулась и приложила палец к губам.
- Тише ты, ребенка разбудишь.
- Я еще раз повторяю свой вопрос, Лейла. Не выводи меня, иначе я тебе шею сверну. Пошла вон отсюда.
- Хочешь поговорить? Отлично. Пойдем, выйдем. Не хочу будить мальчика.
У Шона едва пар из ноздрей не валил от злости, но он покорно вышел из комнаты и едва Лейла закрыла дверь как он, не владея собой резко схватил ее за плечи и прижал к стене.
- Задрала! Сколько можно действовать мне на нервы?
- Руки убрал и придержал свои нервы. – прошипела Де Лери сквозь зубы. - Если ты меня хоть пальцем тронешь, сам знаешь, что с тобой будет.
- Господи, дай мне сил вытерпеть эту женщину. – Шон разжал пальцы. – Что на этот раз? Опять что – то придумала?
Лейла оглядела его с головы до ног неприязненным взглядом. Пусть помучается догадками.
- Ты не хочешь решить вопрос мирно, так? Ты хочешь войны? Шон, пойми, я могу превратить твою жизнь в кошмар.
- Куда еще кошмарнее? Лейла, я – пацифист! Я за мир во всем мире, но ты меня достала своими провокациями. Ты добиваешься, чтобы я с собой покончил, или тебя убил?
- Кишка тонка. Ничего ты мне не сделаешь, иначе давно бы сделал.
- Я свое слово сказал, Лей. Я не уступлю, так что не надейся, что я что – нибудь с собой сделаю. Никому из вас я такого удовольствия не доставлю.
- Прекрасно. Давай поговорим о твоем нетерпении.
- Чего? – Шон потряс головой. – Ну, это уже совсем не в кассу! Все, я так больше не могу! Хватит с меня твоего идиотизма! Я хотел с тобой по – хорошему, но раз так, сама напросилась, сука!
Не успела Лейла сориентироваться, как Шон схватил ее за горло железной хваткой.
- Пусти!
- Убью! Я убью тебя! – Шипел Бин все сильнее сдавливая ей горло.
- Идиот, хватит! Шон, хватит! Отпусти меня!– Понимая, что он не шутит Лейла стала отчаянно сопротивляться, но он был сильнее.
- Мне больше нечего терять в этой жизни!
- Я отдаю тебе Марселу! – Прохрипела она.
Хватка ослабла.
- Что?
Девушка вывернулась из его рук.
- Что слышал, придурок! – Лейла потерла шею. - Я и пришла, чтобы тебе это сказать. Слушать научись, ненормальный!
- Твоя очередная шуточка?
- Шуточки закончились. Я ухожу с дистанции. Ты волен жить, как считаешь нужным. Можешь забирать Марселу. Я больше слова не скажу.
- Вот так просто? А как же твоя неуемная жажда заменить ему Триш? Ты ведь именно этого и хочешь, стать ему матерью.
- Пришло время нам всем повзрослеть. Ты – его отец и ему будет лучше рядом с тобой. Все, Шон. Детство закончилось. У каждого из нас своя судьба и своя дорога в жизни. Можешь забрать Марселу и уехать хоть сейчас.
Лейла прошла мимо потерявшего дар речи Шона.
***
Томас проснулся от того, что ему страшно хотелось пить и понял, что Милен рядом нет. Он включил ночник и увидел, что девушка стоит у окна задумчиво глядя в ночную тьму.
- Эй, малыш. - негромко окликнул он. – Ты чего не спишь?
Милен вздрогнула. Андерс выбрался из постели и подошел к ней.
- Что с тобой? – спросил он обеспокоено смотря на подругу. – Милая, да ты дрожишь. В чем дело?
- Немного холодно. – Ответила она отворачиваясь от него.
Томас поймал ее в свои объятия и заставил посмотреть на него. Он увидел заплаканные глаза и тут же все понял. Даже спрашивать не о чем не стал. Он долго этого ждал, но не торопил. Она должна была сама прийти к этому. И вот, кажется…
- Все будет нормально, все пройдет, все будет хорошо.
- Извини, что – то я совсем раскисла. – она быстро вытерла глаза. – Я возьму себя в руки, обещаю. Со мной не будет проблем, не переживай.
- Милая, о чем ты?
- Мне нужно быть сильной, Томас. Я сейчас как никогда нужна своей сестре. Я не имею права опускать руки сейчас.
Томас взял ее за талию, подвел к кровати и усадив пристроился рядом взяв за руку.
- Родная, послушай, ты никому ничего не должна. Даже сестре не должна. Ты сделала гораздо больше, чем кто – либо из нас, потому не смей так говорить. Да если бы не ты, Лейла бы просто не перенесла всего этого.
- Мне так ее жаль. И я больше ничем не могу ей помочь. – Милен всхлипнула.
- Милен, так нельзя. Ты напрасно себя изводишь, думая так. Ты – рядом, ты всегда готова выслушать, готова поддержать, готова просто быть рядом ничего не требуя. Ты не робот, у тебя есть право на собственные чувства, есть право на свою боль, и свои слезы, и я очень рад, что наконец вижу, как ты плачешь.
Милен еще отчаяннее стала тереть глаза.
- Рад, что я плачу?
- Да, потому что ты заслужила право быть слабой после всего. - Томас нежно погладил Милен по щеке. - Со дня похорон все держалось только на тебе и никто из нас ни разу не услышал от тебя даже слов « Устала «, « Не хочу «, « Это меня не касается «. Теперь ты можешь выплакаться не боясь, что кто – то из нас осудит тебя за эту слабость. Я очень горжусь, что у меня есть ты, Милен.
Она улыбнулась сквозь слезы.
- А я очень люблю тебя, Томас, и каждый день благодарю Бога, что у меня есть ты.
- Иди ко мне, малыш. Вместе мы все пройдем, поверь.
Андерс нежно прижал к себе девушку и она наконец дала волю жгучим слезам...
***
Остаток ночи ни Шон, ни Лейла не сомкнули глаз. Каждый из них думал о своем и оба думали друг о друге. Они всегда относились друг к другу если не с симпатией, то хотя бы с уважением, а потом что – то изменилось. Со смертью Триш они оба изменились, стали более жестокими, но только не по отношению к самим себе, а по отношению именно друг к другу, а Марселу стал в их безмолвной войне трофеем. Вот только в этом противостоянии не было ни побежденных, ни победителей. Они делали больно только себе и все равно отрицали свою невысказанную боль. Эта боль будет с ними до конца, она не уйдет, да, притупится, забудутся какие – то моменты, сотрутся из памяти черты, но рана в душе не затянется, она так и будет кровоточить. Нужно научиться с этим жить, нужно простить друг друга, иначе не будет им покоя.
Прода от 09.06.2023, 08:04
Глава 11.
Утро выдалось серое. По небу плыли тяжелые облака обещая скорый дождь. Но грянула настоящая гроза. Ветер трепал кроны деревьев, то и дело сверкали молнии и грохотал гром, а потом полил дождь. В такую погоду Дитер, Томас и Милен предпочли нарушить традицию раннего завтрака и понежиться в постелях дольше обычного, а вот Лейла не выносила такую погоду и без крепкого кофе становилась стервозной. Потому она решила не отказывать себе в удовольствии побыть в тишине, что всегда было проблематично в их доме. Из недр кухни плыл аромат Богов. Кофе с корицей. У Де Лери потекли слюнки. Обычно обитатели дома пользовались кофемашиной. Интересно, кто из них решил сварить настоящий кофе? Какого же было ее удивление, когда на кухне она столкнулась с Бином.
При его виде Лейла остановилась в дверях не в силах сделать шаг. Шон стоял спиной к ней в одних джинсах, которые сползли низко на бедра обнажая полоску трусов, насвистывал какую – то мелодию и пританцовывал. Из заднего кармана выглядывал кассетный плеер. Светлая грива была в беспорядке и в этом образе он выглядел так по - домашнему просто и невероятно заводящее. Ее взгляд жадно скользил по обнаженному торсу и словно почувствовав прожигающий взгляд Бин резко обернулся. Лейла едва заметно вздрогнула.
- Какой сюрприз! Привет, Лей. – Шон снял наушники. – Я не думал, что кто – то встает так рано. – он вытащил плеер и выключив пожил на стол. – Надеюсь, ты видела не много?
- Очень забавный танец. Я – то думала, что ты страдаешь по Триш, а ты на моей кухне танцы устраиваешь. Что ты тут делаешь?
- В такую погоду меня мучают головные боли, а музыка немного отвлекает. Кроме того, я ненавижу то пойло, которое вы все так восхваляете и называете громким словом Кофе. Вот только жить без него я не могу, потому и решил воспользоваться случаем побаловать не только себя, но и всех вас. Не против, что я хозяйничаю на твоей кухне?
- Пользуйся на здоровье. Ты умеешь варить кофе по – арабски? – она потянула носом. – Пахнет божественно.
- По – арабски, по – турецки, по – русски, как угодно, лишь бы не пользоваться этим агрегатом. – Он указал на кофемашину.
Лейла молча взяла плеер, надела наушники и включила воспроизведение.
***
- Что, грозы испугался? - Спросила она прослушав трек до конца и наблюдая за Шоном из под опущенных ресниц.
- Попробуем еще раз? И тебе доброе утро. Кофе? Настоящий. – Шон протянул ей чашку с ароматно – дымящимся напитком. Лейла задержала на нем внимательный взгляд. – Не волнуйся, крысиного яда у меня нет, и в чашку я не плевал.
- Ты очень любезен. Спасибо. – Лейла села за стол. – Извини, а почему в таком виде ты себе позволяешь разгуливать в чужом доме?
- Как на счет тебя? – Шон прикусил нижнюю губу и прищурился. - Очень соблазнительный халатик.
- Я здесь хозяйка. Кому не нравится может просто заткнуться.
- Не учел. Ладно. Я не ожидал столкнуться с тобой, иначе одел бы рясу священника.
- Клоун. - Скривила пухлые губки Лейла.
Шон молча снял со спинки стула рубашку и надел ее на себя.
- Надеюсь, теперь ты перестанешь пожирать меня похотливым взглядом?
- Чего? Твое самомнение о своей сексуальности поистине не знает границ.
- Извини, неудачно пошутил. – он нарочито медленно застегивал пуговицы не сводя с нее пристально – насмешливого взгляда. - Успокойся, я никому не скажу о том, что ты мечтаешь меня отыметь прямо здесь и сейчас.
- Извращенец.
- Сколько раз мы с Триш занимались здесь сексом. На этом столе, кстати, тоже. Как она стонала!
- Делаешь мне предложение?
- Это ты хочешь грязно меня оттрахать прямо здесь. – Шон уселся на край стола позволяя ей лицезреть красивую картину полностью.
- С чего такая уверенность, что я тебя хочу? Я, может и хочу, но точно не оттрахать тебя, Бинни.
Шон поддался на опасно близкое расстояние между ними. Он себе цену знал, девки сами в штабеля укладывались стоило ему появиться. Светлые волосы, кошачьи зеленые глаза, грация дикого Амурского тигра, сто восемьдесят сантиметров роста и вот почти полный портрет возмутителя женского спокойствия. Даже Лейла Элизабет Де Лери попала в плен его глаз.
Его горячее дыхание обожгло кожу. Кончиком языка он провел по верхней губе так эротично, что Лейла вообще перестала что – либо соображать.
- Я вижу твой взгляд. Пойдешь ли ты на риск, Лей? Ну?
Приняв его правила Лейла вальяжно откинулась на высокую плетеную спинку стула выставляя на обзор больше, чем нужно. А внутри кровь кипела. Да, за один поцелуй такого парня можно нарушить любые правила. Шон, мать его Бин ходячий секс. Интересно, а если…
- Не много ли чести, малыш? Ты явно себя переоцениваешь.
- Это не мой стиль. Я тебя чувствую. Ты же грезишь о моих поцелуях.
Он был так близко. Лейла закрыла глаза и ее губы приоткрылись… Сейчас он ее поцелует… Взгляд Шона скользил по ней, она чувствовала его каждой клеточкой. Взгляд Бина переместился с красивого пышного декольте на ее чуть подкрашенное лицо. Правильные черты, красиво изогнутые дуги бровей, пухлые, манящие губы, обещающие рай на Земле… И позволь он себе секунду слабости…
Шон сменил игривый тон на нормальный. Он женатый человек и больше не собирается никого соблазнять. Тем более Лейлу. Опять она все поняла не так. На этот раз он не попадется в эту ловушку. Но, по крайне мере он теперь знает о ее истинном отношении к нему. Срочно надо бежать отсюда. Срочно! И чем быстрее и дальше, тем для всех лучше.
- А где остальные?
Наваждение рассеялось так же быстро, как появилось. Лейла открыла глаза в непонимании происходящего. Его взгляд гипнотизировал, она не могла заставить себя пошевелиться.
По тону Лейла поняла, что опасная игра закончилась и успокоилась. Она и сама себе не могла объяснить, почему Шон производит на женщин такой эффект. Вроде самый обыкновенный, ничем особо непримечательный парень, каких миллионы в мире, но стоит ему улыбнуться или взглянуть в глаза и все, можно падать в обморок и мечтать испытать вкус его поцелуя.
