Прежде чем спуститься в катакомбы, Дрейк добросовестно сунулся в парочку коридоров, на всякий случай как следует проредив количество ходячих мертвецов. Зомби обиженно гремели костями, словно тщетно пытаясь пробудить в Дрейке муки совести за их повторную кончину. Зачистив коридоры, Дрейк, хоть и не перестал беспокоиться о безопасности своей возлюбленной, но все же вздохнул свободнее.
Катакомбы оказались сырыми затхлыми коридорами, с обилием плесени на стенах и красно-розовыми семейками каких-то необыкновенно твердых грибов, растущих в углах. Несколько часов Дрейк шел и шел прямо, поскольку развилок не попадалось. Не встречались ему и враги. Он уже изрядно устал и проголодался, но садиться на привал в коридоре ему не хотелось. Дрейк твердо решил найти место для ночлега, в котором можно было бы не опасаться попасть на глаза охотником до чужих жизней.
Коридор, казавшийся бесконечным, наконец, резко расширился, явив усталому взору Дрейка плоскую деревянную платформу с каменными опорами. На стенах виднелись крепления, явно предназначенные для факелов или каких-то иных светильников. Возле платформы валялись обломки странной металлической лестницы с деревянными перекладинами. Местами лестница была вдавлена в землю. Под платформой Дрейк и решил провести ночь — конечно, не в буквальном смысле, поскольку определить время суток в подземном коридоре было невозможно.
Аккуратно пробравшись под низковатую платформу, Дрейк поднял ржавый металлический лист и поставил его, как загородку, на случай если вдруг мимо будет проходить кто-то недружелюбный.
Достав из походной котомки несколько бутербродов, которыми его снабдила заботливая бабушка Мелани, Дрейк, лежа на боку, сжевал несколько, запил водой из фляги и улегся спать, чутко прислушиваясь и положив под руку заклинание молнии.
Ночь выдалась спокойной и тихой, утром Дрейк выполз из своего убежища, наскоро перекусил и продолжил свой путь.
Он снова долго шел по коридору, который практически не раздваивался, исключая небольшие рукава, неизменно оказывавшиеся тупичками, заваленными диковинным металлическим хламом. Дрейк с любопытством потрогал обломки непонятных конструкции, напоминавших то ли большие повозки, то ли остовы странных жилищ на колесах. Однако ничего, что бы могло ему пригодиться, в этом мусоре он не увидел. Когда он снова устал, он заночевал в одном из таких остовов, забравшись повыше и снова загородив себя от возможных «гостей».
Однообразный ландшафт земляных стен, грибные поросли и иногда — обломки лестниц, вбитые в утоптанную землю, к концу третьих суток уже успели надоесть. Провизии осталось всего на сутки, или на двое-трое, если не наедаться досыта. Воды — и того меньше, поэтому Дрейк занервничал и старался идти как можно быстрее и не отвлекаться на странный хлам.
К концу третьего дня путник обнаружил перевернутую телегу торговца. Возница-человек лежал навзничь, придавленный ей, борта были обгрызены, колеса отсутствовали. Трупа лошади Дрейк не обнаружил, видимо, та куда-то убежала. Дрейк на всякий случай отсек трупу голову — мертвецу-то все равно уже не поможешь, а то вдруг поднимется и превратится в еще одного соратника Некроса.
«Странно, — думал Дрейк, поворошив остатки товаров в поисках чего-нибудь полезного вроде снадобий. — Я думал, торговля с гномами прекращена уже с десяток лет, однако этот бедолага погиб не так давно.»
Не обнаружив ничего дельного, Дрейк собрался продолжить свой путь, однако ощутил на своем лице легкое дуновение ветерка. Выход на поверхность?
Дрейк сделал несколько шагов по направлению к очередному рукаву, как вдруг земляная стенка рядом начала с шумом осыпаться.
«Обвал,» — Дрейк так и обмер, однако из дыры в стене показались две серые, мощные лапы…
Дрейк инстинктивно выхватил меч и тут же обругал себя, внимательно изучая серую, грубую морду каменного урода. Так, кажется, меч тут не поможет…
Существо, шумно дыша, выкопалось целиком, явив собой массивную четверолапую тушу. Повернув мощную шею, оно принюхалось и тут же взревело, получив разрядом молнии.
Дрейк же, использовав заклинание, юркнул в боковой коридорчик со свежим воздухом, где он надеялся обнаружить выход на поверхность.
Ослепленное ненадолго и разъярившееся животное двинулось туда же, медленно загребая мощными лапами.
Дрейк несся со всех ног. Меч эту шкуру не прорежет, скорее затупится, молния тоже оказалась бессильна. Впереди он заметил немного света и стремглав бросился туда. Сзади слышалось сопение, все ближе и ближе.
Увидев перед собой стену, Дрейк едва не налетел на нее с разбегу. Задрав голову, он увидел проблески света. Там точно был выход на поверхность, но как туда попасть?
Каменный урод тем временем протискивался по узкому коридору, загребая землю лапами. Дрейк все больше отступал назад. Неожиданно он запнулся о кучу железного хлама и полетел наземь.
«Конец,» — мелькнуло у него в голове, однако земля под ним с шумом осыпалась. Провалившись неглубоко вниз, он увидел сверху серую морду, похожую на кусок грубо обтесанного булыжника.
«Только бы следом не полезла», — подумал Дрейк, шаря по стенкам так вовремя, хоть и случайно обнаруженной ямы. Руки его ткнулись в пустоту. Ага, есть ход вбок, правда, низкий и рассчитанный скорее на гнома. Дрейк юркнул туда и стал пробираться по коридору вперед, особо не задумываясь, куда он приведет. Лишь бы от этой каменной морды подальше.
Стены и потолок коридора были явно рукотворными — укрепленными балками, кое-где змеились толстые черные веревки, на стенах висели диковинные светильники, правда, испорченные — света они не давали, а сотворенный светоч уже затухал.
Ход уперся в никуда — в стену. Дрейк прислушался: никаких признаков того, что животное продолжает его преследовать, слышно не было, но возвращаться и проверять, ушло оно или караулит в том коридоре, как-то не хотелось. Неожиданно пальцы Дрейка нащупали кость, он резко отдернул руку. Прищурившись, он пригляделся и понял, что в неверном, тускнеющем свете принял за кость какую-то белую скобу, а выше виднеются еще несколько. Цепляясь за них, Дрейк полез наверх, к свежему воздуху и слабому свету.
Выбравшись из лаза, он оказался в небольшой беседке с каменным основанием и металлическими прутьями-решетками. Беседка стояла на холме, возвышаясь над лесом, укрытым белесой дымкой тумана. Солнце уже практически зашло, уступая место сумеркам. Вдали за лесом темнел силуэт горы. Значит, там и должна быть Коранта!
Дрейк мысленно ругнул каменного урода: если бы не это тупое животное, Дрейк бы благополучно вышел из катакомб прямо к стенам Коранты, минуя опасный лес. Закатная Чащоба, вот оно, это жуткое место, о котором он столько слышал и не особо желал увидеть.
Герой проверил, надежно ли прикрыта дверь, приготовил порцию зачарованного пергамента и, завернувшись в плащ, проспал до первых лучей солнца.
Проснувшись, он допил воду из фляги и доел остатки хлеба с сыром. Дрейк осторожно отворил дверцу, ведущую наружу из беседки, и решительно спустился в туманные низины.
Закатная Чащоба оказалась вовсе не такой уж непролазной чащей, как о ней рассказывали. Более того, Дрейк готов был поклясться чем угодно, что сейчас под его ногами была тропа, пусть заброшенная и местами зарастающая кустарником. Герой осторожно опустился на колени и разгреб пальцами траву и мох. Под лесной подстилкой пальцы явственно нащупали камень, каким обычно мостят дороги. Мостовая? Кто ее построил? Гномы? Зачем?
Однако наш герой не привык задумываться над вопросами, если ответ сразу не находился. Дорога есть дорога, а значит, она приведет его куда нужно.
Дрейк шел осторожно, прислушиваясь к любому шороху и внимательно глядя под ноги, чтобы ненароком не споткнуться. Легкий шум слева заставил его мгновенно схватиться за рукоять меча. Проклятый туман!
Однако даже туманная дымка не скрыла от него внезапно возникшего неподалеку обитателя леса, порывника. Вооруженный дубиной, утяжеленной острыми камнями, он стоял, не отводя блестящих немигающих глаз от Дрейка. Похожая на коротенькие перья чешуя переливалась от зеленого к бирюзовому, ноги, смахивающие на мощные птичьи лапы, тонули в траве. Слегка вытянутая морда, верхняя челюсть которой была слегка надвинута над нижней и заострена, словно клюв. Вроде бы он был один, во всяком случае, больше никого из его сородичей Дрейк не увидел, как ни вглядывался.
«Почему он не нападает?» — подумал Дрейк, готовый выхватить оружие и сделал шаг по дороге. Порывник, издав невнятный щелчок, переступил своей трехпалой лапой в том же направлении, но не сделал попытки приблизиться.
- Эй, если ты меня не тронешь, я тебя тоже не трону, — сказал Дрейк, не уверенный, впрочем, что порывник его понимает.
Тот ответил трелью щелкающих звуков. Дрейк сделал еще шаг, другой — и снова порывник повторил его движения.
Дрейк, все еще настороженно, прошел еще немного. Неожиданно облака над мощными кронами слегка разошлись, и немного солнца проникло под своды леса. Дрейк увидел, как между ним и порывником что-то блестит — тонкое, стальное, что ли...
Путник пригляделся и понял, что это была тонкая металлическая решетка. Порывник стоял за ней, на расстоянии трех шагов. Дрейк сделал шаг к преграде, птицеящер занервничал, встопорщил гребень на голове, но так и не приблизился.
Дрейк не стал подходить ближе, а снова продолжил движение по похороненной под лесной подстилкой дороге, постепенно переходя на быстрый шаг. Порывник шустро бежал вдоль решетки, но своих сородичей, слава святым, не подзывал и перелезать через нее не пытался.
Дрейк немного успокоился, поняв, что птицеящер не собирается нападать и вообще не нападет внезапно — эта эфемерная граница как будто являлась для него серьезной преградой. Странно, подумал Дрейк, ведь порывники очень ловкие и прекрасно лазят по деревьям, однако этот представитель хищной малоизученной расы только «сопровождал» Дрейка, поэтому герой даже позволил себе поглядывать направо, но там никаких врагов не появилось.
Порывник бежал за Дрейком почти весь день, но исчез так же неожиданно, как и появился. Как раз и поредели деревья, а потом и вовсе расступились, явив Дрейку настоящую мощеную дорогу. Впереди возвышались укрепленные стены Коранты.
... (пропущенная сцена есть только в платной версии)
- Что привело тебя в золотощедрую Коранту, чужеземец? — вопросил один из стражей со стены.
- Я посланник госпожи Целестии и спешу в королевский дворец, — Дрейку сразу пришла в голову мысль, что стражники попросят бумагу с печатью или еще какой-нибудь документ. Гномы известны своей дотошностью, да и людей они жалуют весьма умеренно.
Однако Дрейка ожидал сюрприз.
- Это крестоносец, пусть его проходит! — махнул рукой один.
- Хм… — второй гном-стражник обернулся назад и хрипло скомандовал, — Ансельм-Сапфир! Проводи человека до королевского дворца!
Ворота отворились, и Дрейк, войдя в них, увидел бородатого гнома с топором, несколько малорослого даже по местным меркам.
- Это для твоей же безопасности, — пояснил страж. — В Коранте сейчас бушует гражданская война. Клан Железной Кирки взбунтовался, чтоб их завалило, бездельников! И не смотри на Ансельма свысока — а то он укоротит тебя вполовину своим топором!
Дрейк скептически улыбнулся. А как ему еще смотреть, если провожатый ему чуть выше пояса? Гном-недорослик важно усмехнулся в бороду и сделал знак следовать за ним.
- Что это? — спросил Дрейк, ступая на деревянный мостик.
- Это — река Замершего Огня, — с гордостью поведал гном. Внизу, в трещине, и правда была застывшая лава. — Давным-давно, между нашими кланами тоже была война, и духи Огненной горы прогневались на затеявших междоусобицу. После того извержения гномы долго жили в мире…
- Да, я слышал, сейчас у вас война, — уловил слово «тоже» Дрейк. — С кем?
- О да! — ответил гном. — Взбунтовался клан Железной Кирки. Ихний предводитель объявил себя этим... потомком короля из династии Самоцветов и потребовал себе корону.
- И что, самозванца до сих пор не изловили и не казнили?
- Изловишь этакого… — хмыкнул гном. — Энти бунтовщики засели в Древней Огненной горе и мешают добывать руду! Перекрыли нам самый лучший рудный штрек, чтоб им провалиться!
Пока гном на все корки ругал бунтовщиков, Дрейк и его провожатый оказались на площади, в центре которой возвышалась исполинская статуя в три роста Дрейка. Заслонив от солнца глаза рукой в железной перчатке, упакованный в латы гном смотрел вдаль, словно готовый сойти с постамента и сразиться с неведомым врагом.
- Это основатель клана Бестрепетных, Аскольд-Алмаз! — с гордостью произнес разговорчивый Сапфир. Дрейк сделал заинтересованное лицо. — Как, разве ты не слышал про его подвиги? Чему вас, людей, только учат… — досадливо нахмурился Ансельм. — Этот великий герой победил дракона, который прилетел, чтобы отобрать наши сокровища!
- В одиночку? — Дрейк посмотрел на статую с толикой проснувшегося уважения. В конце концов, он сам носил имя в честь святого рыцаря-драконоборца.
- Ну, почти… — гном погладил свою бороду и поведал, — когда нахальный дракон проведал, какие сокровища хранят в чертогах наши предки, он прилетел, дохнул огнем и, того, сжег целый город. Много храбрых гномов вынуждены были покинуть родные места. Аскольд был тогда мальчишкой. Прошло тридцать лет, и он собрал в поход смельчаков, желающих отомстить наглому дракону…
- А как он себя называл, тот дракон? — полюбопытствовал Дрейк.
Рассказчик покривился.
- Да кто ж будет запоминать прозванье наглого разбойника? Мы сохраняем в легендах нашего народа только имена тех, кто совершал славные дела, а не творил бесчестье и беззаконие, — торжественно изрек гном, явно гордясь стройностью фразы, почерпнутой из каких-то древних сказаний.
Дрейк развел руками — мол, понятно, продолжай.
- Так вот, это-самое… — уже не так стройно продолжал свое повествование гном. — Когда Аскольд и его соратники приблизились к Горе, они почуяли, что гора пышет жаром… Она извергла свой гнев на дракона, и Аскольд нашел его с придавленным огромный камнем крылом. Ящер был ранен, но еще мог изрыгать пламя и отчаянно боролся за свою жизнь, но это чудище победить куда легче, когда оно, того, не может взлететь…
Дрейк, предвкушавший описание эпического поединка с драконом, наподобие тех легенд, которых он наслушался, будучи мальчишкой, несколько расстроился. Да, наверное, в одиночку вызывать на бой дракона — это глупое самоубийство, но зато как красиво это описано в старинных легендах, может, раньше и герои были сильнее и мужественней…
Тем временем Ансельм закончил рассказ о том, как гномы, добив дракона, послали гонца к своим и все вместе заново отстроили свои города, которые впоследствии объединились и стали называться Корантой.
- А сокровища? — поинтересовался Дрейк. — Их-то куда дракон подевал? Спрятал?
- Сокровища, того, забрали себе духи горы, — вздохнул Сапфир. — Земля, это, разверзлась и поглотила сокровища. Ну вот… пришли, как бы.
- Это что, разве дворец? — поразился Дрейк, с сомнением разглядывая каменное трехэтажное строение, отличающееся от гномьих домов лишь размерами. — Я же сказал, я должен попасть на прием к королю.
- Так, то королевский дворец и есть, — ответил Сапфир, усмехнувшись человеческой наивности.
Катакомбы оказались сырыми затхлыми коридорами, с обилием плесени на стенах и красно-розовыми семейками каких-то необыкновенно твердых грибов, растущих в углах. Несколько часов Дрейк шел и шел прямо, поскольку развилок не попадалось. Не встречались ему и враги. Он уже изрядно устал и проголодался, но садиться на привал в коридоре ему не хотелось. Дрейк твердо решил найти место для ночлега, в котором можно было бы не опасаться попасть на глаза охотником до чужих жизней.
Коридор, казавшийся бесконечным, наконец, резко расширился, явив усталому взору Дрейка плоскую деревянную платформу с каменными опорами. На стенах виднелись крепления, явно предназначенные для факелов или каких-то иных светильников. Возле платформы валялись обломки странной металлической лестницы с деревянными перекладинами. Местами лестница была вдавлена в землю. Под платформой Дрейк и решил провести ночь — конечно, не в буквальном смысле, поскольку определить время суток в подземном коридоре было невозможно.
Аккуратно пробравшись под низковатую платформу, Дрейк поднял ржавый металлический лист и поставил его, как загородку, на случай если вдруг мимо будет проходить кто-то недружелюбный.
Достав из походной котомки несколько бутербродов, которыми его снабдила заботливая бабушка Мелани, Дрейк, лежа на боку, сжевал несколько, запил водой из фляги и улегся спать, чутко прислушиваясь и положив под руку заклинание молнии.
Ночь выдалась спокойной и тихой, утром Дрейк выполз из своего убежища, наскоро перекусил и продолжил свой путь.
Он снова долго шел по коридору, который практически не раздваивался, исключая небольшие рукава, неизменно оказывавшиеся тупичками, заваленными диковинным металлическим хламом. Дрейк с любопытством потрогал обломки непонятных конструкции, напоминавших то ли большие повозки, то ли остовы странных жилищ на колесах. Однако ничего, что бы могло ему пригодиться, в этом мусоре он не увидел. Когда он снова устал, он заночевал в одном из таких остовов, забравшись повыше и снова загородив себя от возможных «гостей».
Однообразный ландшафт земляных стен, грибные поросли и иногда — обломки лестниц, вбитые в утоптанную землю, к концу третьих суток уже успели надоесть. Провизии осталось всего на сутки, или на двое-трое, если не наедаться досыта. Воды — и того меньше, поэтому Дрейк занервничал и старался идти как можно быстрее и не отвлекаться на странный хлам.
К концу третьего дня путник обнаружил перевернутую телегу торговца. Возница-человек лежал навзничь, придавленный ей, борта были обгрызены, колеса отсутствовали. Трупа лошади Дрейк не обнаружил, видимо, та куда-то убежала. Дрейк на всякий случай отсек трупу голову — мертвецу-то все равно уже не поможешь, а то вдруг поднимется и превратится в еще одного соратника Некроса.
«Странно, — думал Дрейк, поворошив остатки товаров в поисках чего-нибудь полезного вроде снадобий. — Я думал, торговля с гномами прекращена уже с десяток лет, однако этот бедолага погиб не так давно.»
Не обнаружив ничего дельного, Дрейк собрался продолжить свой путь, однако ощутил на своем лице легкое дуновение ветерка. Выход на поверхность?
Дрейк сделал несколько шагов по направлению к очередному рукаву, как вдруг земляная стенка рядом начала с шумом осыпаться.
«Обвал,» — Дрейк так и обмер, однако из дыры в стене показались две серые, мощные лапы…
Дрейк инстинктивно выхватил меч и тут же обругал себя, внимательно изучая серую, грубую морду каменного урода. Так, кажется, меч тут не поможет…
Существо, шумно дыша, выкопалось целиком, явив собой массивную четверолапую тушу. Повернув мощную шею, оно принюхалось и тут же взревело, получив разрядом молнии.
Дрейк же, использовав заклинание, юркнул в боковой коридорчик со свежим воздухом, где он надеялся обнаружить выход на поверхность.
Ослепленное ненадолго и разъярившееся животное двинулось туда же, медленно загребая мощными лапами.
Дрейк несся со всех ног. Меч эту шкуру не прорежет, скорее затупится, молния тоже оказалась бессильна. Впереди он заметил немного света и стремглав бросился туда. Сзади слышалось сопение, все ближе и ближе.
Увидев перед собой стену, Дрейк едва не налетел на нее с разбегу. Задрав голову, он увидел проблески света. Там точно был выход на поверхность, но как туда попасть?
Каменный урод тем временем протискивался по узкому коридору, загребая землю лапами. Дрейк все больше отступал назад. Неожиданно он запнулся о кучу железного хлама и полетел наземь.
«Конец,» — мелькнуло у него в голове, однако земля под ним с шумом осыпалась. Провалившись неглубоко вниз, он увидел сверху серую морду, похожую на кусок грубо обтесанного булыжника.
«Только бы следом не полезла», — подумал Дрейк, шаря по стенкам так вовремя, хоть и случайно обнаруженной ямы. Руки его ткнулись в пустоту. Ага, есть ход вбок, правда, низкий и рассчитанный скорее на гнома. Дрейк юркнул туда и стал пробираться по коридору вперед, особо не задумываясь, куда он приведет. Лишь бы от этой каменной морды подальше.
Стены и потолок коридора были явно рукотворными — укрепленными балками, кое-где змеились толстые черные веревки, на стенах висели диковинные светильники, правда, испорченные — света они не давали, а сотворенный светоч уже затухал.
Ход уперся в никуда — в стену. Дрейк прислушался: никаких признаков того, что животное продолжает его преследовать, слышно не было, но возвращаться и проверять, ушло оно или караулит в том коридоре, как-то не хотелось. Неожиданно пальцы Дрейка нащупали кость, он резко отдернул руку. Прищурившись, он пригляделся и понял, что в неверном, тускнеющем свете принял за кость какую-то белую скобу, а выше виднеются еще несколько. Цепляясь за них, Дрейк полез наверх, к свежему воздуху и слабому свету.
Выбравшись из лаза, он оказался в небольшой беседке с каменным основанием и металлическими прутьями-решетками. Беседка стояла на холме, возвышаясь над лесом, укрытым белесой дымкой тумана. Солнце уже практически зашло, уступая место сумеркам. Вдали за лесом темнел силуэт горы. Значит, там и должна быть Коранта!
Дрейк мысленно ругнул каменного урода: если бы не это тупое животное, Дрейк бы благополучно вышел из катакомб прямо к стенам Коранты, минуя опасный лес. Закатная Чащоба, вот оно, это жуткое место, о котором он столько слышал и не особо желал увидеть.
Герой проверил, надежно ли прикрыта дверь, приготовил порцию зачарованного пергамента и, завернувшись в плащ, проспал до первых лучей солнца.
Проснувшись, он допил воду из фляги и доел остатки хлеба с сыром. Дрейк осторожно отворил дверцу, ведущую наружу из беседки, и решительно спустился в туманные низины.
Закатная Чащоба оказалась вовсе не такой уж непролазной чащей, как о ней рассказывали. Более того, Дрейк готов был поклясться чем угодно, что сейчас под его ногами была тропа, пусть заброшенная и местами зарастающая кустарником. Герой осторожно опустился на колени и разгреб пальцами траву и мох. Под лесной подстилкой пальцы явственно нащупали камень, каким обычно мостят дороги. Мостовая? Кто ее построил? Гномы? Зачем?
Однако наш герой не привык задумываться над вопросами, если ответ сразу не находился. Дорога есть дорога, а значит, она приведет его куда нужно.
Дрейк шел осторожно, прислушиваясь к любому шороху и внимательно глядя под ноги, чтобы ненароком не споткнуться. Легкий шум слева заставил его мгновенно схватиться за рукоять меча. Проклятый туман!
Однако даже туманная дымка не скрыла от него внезапно возникшего неподалеку обитателя леса, порывника. Вооруженный дубиной, утяжеленной острыми камнями, он стоял, не отводя блестящих немигающих глаз от Дрейка. Похожая на коротенькие перья чешуя переливалась от зеленого к бирюзовому, ноги, смахивающие на мощные птичьи лапы, тонули в траве. Слегка вытянутая морда, верхняя челюсть которой была слегка надвинута над нижней и заострена, словно клюв. Вроде бы он был один, во всяком случае, больше никого из его сородичей Дрейк не увидел, как ни вглядывался.
«Почему он не нападает?» — подумал Дрейк, готовый выхватить оружие и сделал шаг по дороге. Порывник, издав невнятный щелчок, переступил своей трехпалой лапой в том же направлении, но не сделал попытки приблизиться.
- Эй, если ты меня не тронешь, я тебя тоже не трону, — сказал Дрейк, не уверенный, впрочем, что порывник его понимает.
Тот ответил трелью щелкающих звуков. Дрейк сделал еще шаг, другой — и снова порывник повторил его движения.
Дрейк, все еще настороженно, прошел еще немного. Неожиданно облака над мощными кронами слегка разошлись, и немного солнца проникло под своды леса. Дрейк увидел, как между ним и порывником что-то блестит — тонкое, стальное, что ли...
Путник пригляделся и понял, что это была тонкая металлическая решетка. Порывник стоял за ней, на расстоянии трех шагов. Дрейк сделал шаг к преграде, птицеящер занервничал, встопорщил гребень на голове, но так и не приблизился.
Дрейк не стал подходить ближе, а снова продолжил движение по похороненной под лесной подстилкой дороге, постепенно переходя на быстрый шаг. Порывник шустро бежал вдоль решетки, но своих сородичей, слава святым, не подзывал и перелезать через нее не пытался.
Дрейк немного успокоился, поняв, что птицеящер не собирается нападать и вообще не нападет внезапно — эта эфемерная граница как будто являлась для него серьезной преградой. Странно, подумал Дрейк, ведь порывники очень ловкие и прекрасно лазят по деревьям, однако этот представитель хищной малоизученной расы только «сопровождал» Дрейка, поэтому герой даже позволил себе поглядывать направо, но там никаких врагов не появилось.
Порывник бежал за Дрейком почти весь день, но исчез так же неожиданно, как и появился. Как раз и поредели деревья, а потом и вовсе расступились, явив Дрейку настоящую мощеную дорогу. Впереди возвышались укрепленные стены Коранты.
***
... (пропущенная сцена есть только в платной версии)
***
- Что привело тебя в золотощедрую Коранту, чужеземец? — вопросил один из стражей со стены.
- Я посланник госпожи Целестии и спешу в королевский дворец, — Дрейку сразу пришла в голову мысль, что стражники попросят бумагу с печатью или еще какой-нибудь документ. Гномы известны своей дотошностью, да и людей они жалуют весьма умеренно.
Однако Дрейка ожидал сюрприз.
- Это крестоносец, пусть его проходит! — махнул рукой один.
- Хм… — второй гном-стражник обернулся назад и хрипло скомандовал, — Ансельм-Сапфир! Проводи человека до королевского дворца!
Ворота отворились, и Дрейк, войдя в них, увидел бородатого гнома с топором, несколько малорослого даже по местным меркам.
- Это для твоей же безопасности, — пояснил страж. — В Коранте сейчас бушует гражданская война. Клан Железной Кирки взбунтовался, чтоб их завалило, бездельников! И не смотри на Ансельма свысока — а то он укоротит тебя вполовину своим топором!
Дрейк скептически улыбнулся. А как ему еще смотреть, если провожатый ему чуть выше пояса? Гном-недорослик важно усмехнулся в бороду и сделал знак следовать за ним.
- Что это? — спросил Дрейк, ступая на деревянный мостик.
- Это — река Замершего Огня, — с гордостью поведал гном. Внизу, в трещине, и правда была застывшая лава. — Давным-давно, между нашими кланами тоже была война, и духи Огненной горы прогневались на затеявших междоусобицу. После того извержения гномы долго жили в мире…
- Да, я слышал, сейчас у вас война, — уловил слово «тоже» Дрейк. — С кем?
- О да! — ответил гном. — Взбунтовался клан Железной Кирки. Ихний предводитель объявил себя этим... потомком короля из династии Самоцветов и потребовал себе корону.
- И что, самозванца до сих пор не изловили и не казнили?
- Изловишь этакого… — хмыкнул гном. — Энти бунтовщики засели в Древней Огненной горе и мешают добывать руду! Перекрыли нам самый лучший рудный штрек, чтоб им провалиться!
Пока гном на все корки ругал бунтовщиков, Дрейк и его провожатый оказались на площади, в центре которой возвышалась исполинская статуя в три роста Дрейка. Заслонив от солнца глаза рукой в железной перчатке, упакованный в латы гном смотрел вдаль, словно готовый сойти с постамента и сразиться с неведомым врагом.
- Это основатель клана Бестрепетных, Аскольд-Алмаз! — с гордостью произнес разговорчивый Сапфир. Дрейк сделал заинтересованное лицо. — Как, разве ты не слышал про его подвиги? Чему вас, людей, только учат… — досадливо нахмурился Ансельм. — Этот великий герой победил дракона, который прилетел, чтобы отобрать наши сокровища!
- В одиночку? — Дрейк посмотрел на статую с толикой проснувшегося уважения. В конце концов, он сам носил имя в честь святого рыцаря-драконоборца.
- Ну, почти… — гном погладил свою бороду и поведал, — когда нахальный дракон проведал, какие сокровища хранят в чертогах наши предки, он прилетел, дохнул огнем и, того, сжег целый город. Много храбрых гномов вынуждены были покинуть родные места. Аскольд был тогда мальчишкой. Прошло тридцать лет, и он собрал в поход смельчаков, желающих отомстить наглому дракону…
- А как он себя называл, тот дракон? — полюбопытствовал Дрейк.
Рассказчик покривился.
- Да кто ж будет запоминать прозванье наглого разбойника? Мы сохраняем в легендах нашего народа только имена тех, кто совершал славные дела, а не творил бесчестье и беззаконие, — торжественно изрек гном, явно гордясь стройностью фразы, почерпнутой из каких-то древних сказаний.
Дрейк развел руками — мол, понятно, продолжай.
- Так вот, это-самое… — уже не так стройно продолжал свое повествование гном. — Когда Аскольд и его соратники приблизились к Горе, они почуяли, что гора пышет жаром… Она извергла свой гнев на дракона, и Аскольд нашел его с придавленным огромный камнем крылом. Ящер был ранен, но еще мог изрыгать пламя и отчаянно боролся за свою жизнь, но это чудище победить куда легче, когда оно, того, не может взлететь…
Дрейк, предвкушавший описание эпического поединка с драконом, наподобие тех легенд, которых он наслушался, будучи мальчишкой, несколько расстроился. Да, наверное, в одиночку вызывать на бой дракона — это глупое самоубийство, но зато как красиво это описано в старинных легендах, может, раньше и герои были сильнее и мужественней…
Тем временем Ансельм закончил рассказ о том, как гномы, добив дракона, послали гонца к своим и все вместе заново отстроили свои города, которые впоследствии объединились и стали называться Корантой.
- А сокровища? — поинтересовался Дрейк. — Их-то куда дракон подевал? Спрятал?
- Сокровища, того, забрали себе духи горы, — вздохнул Сапфир. — Земля, это, разверзлась и поглотила сокровища. Ну вот… пришли, как бы.
- Это что, разве дворец? — поразился Дрейк, с сомнением разглядывая каменное трехэтажное строение, отличающееся от гномьих домов лишь размерами. — Я же сказал, я должен попасть на прием к королю.
- Так, то королевский дворец и есть, — ответил Сапфир, усмехнувшись человеческой наивности.
