Теперь, в спокойной обстановке, он размышлял о тонкостях энтропийного процесса в природе. Мэла, порадовавшись за товарища, продолжила своё занятие по определению коэффициента умственного развития лектора Н. П. Петрова. Метод, основанный на сведение в специальную таблицу 33-х данных от наблюдаемого объекта по особенностям его телосложения, речи, мимики, жестикуляции, манере одеваться и некоторым другим, был, разумеется, приблизительным, но удивительным образом давал результаты не хуже самого заумного тестирования. Территориалка занялась этим делом от скуки, и оно ей тоже успело надоесть, но привычка доводить всё до логического конца заставила Мэлу вглядываться в преподавателя и заполнять пустые клеточки. На второй лекционный час бокрановцы, конечно, не остались, они решили устроить себе второй завтрак в лаборатории физических кондиций, которая превратилась в их институтскую штаб-квартиру. Студенческих лабораторных и практикумов здесь не проводилось, шеф мэнээса, озабоченный предстоящей защитой не наведывался, а сам мэнээс Валера официальным приказом ректора был назначен куратором территориалов.
Выяснив, что в этих стенах им предстоит провести большую часть времени первого года обучения, территориалы без особых церемоний объяснили Валере главные принципы санитарии, научной организации труда рабочего места и эстетики производственных помещений. Потрясённый мэнээс засучил рукава и вместе с Мэлой и Мэлом, а также несколькими студентами, нанятыми за деньги территориалов, взялся за дело. В несколько дней лаборатория преобразилась, необычный симпатичный интерьер сочетал в себе, казалось бы, несовместимое – уют, спокойствие и деловой настрой. Фасонистая отделка двери и новое правило – находиться в комнате только в сменной обуви и белом халате, окончательно деморализовывали многочисленных любопытствующих, являющихся посмотреть на красоту. Валера, запросто вычислив появление подопечных ранее намеченного срока, сварил литр какао, а булочки, масло и яблоки заранее расставил на столе. Приятно удивлённые территориалы и присоединившийся к ним мэнээс стали неспешно трапезничать.
- Ну и как вам лекция нашего светила? – вдумчиво жуя, поинтересовался куратор.
- Произвела сильное впечатление?
- Нет, не очень, – честно ответила Мэла.
- Большие трудности для смыслового восприятия и поэтому слушать тяжело, впрочем, четвёртая часть аудитории внимала с интересом.
Валера от неожиданности поперхнулся какао и закашлялся. Мэл добродушно похлопал его по спине, посоветовал не расстраиваться так по пустякам и полотенцем принялся восстанавливать порядок на столе.
- Мэла, ты не шутишь? – спросил пришедший в себя мэнээс, глядя на девушку округлившимися глазами.
- Часть студентов действительно слушала лекцию?
- Да, у них были такие же ксерокопии, какими ты снабдил нас, и они тщательно, построчно в них вглядывались, следя за речью лектора.
Куратор заржал как троянский жеребец и, радуясь тому, что мир остался на месте, а не рухнул набок, поспешил объяснить ситуацию вопросительно смотрящим на него территориалам.
- Видите ли, дело не в Максвелле, а в студенческой лотерее. Человек тридцать, договорившись, сдают по 50 – 100 рублей и образуется призовой фонд, который получит победитель, обнаруживший наибольшее количество отклонений в речи преподавателя от письменного конспекта.
- А судьи кто? – Полюбопытствовал Мэл.
- Кто-нибудь из студентов с диктофоном, – ответил мэнээс.
- Он берёт за труды десять процентов со всей собранной суммы.
- Валера, я, откровенно говоря, не вижу большой логики в действиях обеих сторон, – немного погодя, покончив с питанием, сказала Мэла.
- Может быть, ты мне разъяснишь суть дела?
- Всё просто, как десять помятых рублей, – опять развеселился куратор.
- Ну, как при игре в поддавки, Петров делает вид что учит, а студенты делают вид, что учатся.
- А в результате не получится пословица «подсчитали – прослезились? – ещё раз полюбопытствовал Мэл.
- Нет, нет, никоим образом! – уверенно отпарировал Валера.
- Лектор в итоге поимеет денежки, а студенты ценную бумажку с печатью.
- Исключительно замечательная логика, – удобно расположившись в кресле и закрыв глаза, подумала Мэла.
- Если бы ещё массированное её применение не приводило к отрыву колёс в самый неподходящий момент.
Мэл, также расслабившийся неподалёку на пятнадцать минут для организации правильного процесса пищеварения, из-под полуприкрытых век одобрительно подглядывал за действиями мэнээса по уборке стола, правильной утилизацией пищевых отходов и размещением их в нужный контейнер. Вернувшись с перекура, куратор плюхнулся на диван и замер, в который раз подтвердив изречение «с кем поведёшься, от того и наберёшься». Уже в дни ремонта лаборатории территориалы узнали, что Валера является большим поклонником игры в кожаный мяч, знает о футболе всё и способен часами трепаться о тонкостях великой игры, были бы свободные уши. Когда Мэл и Мэла обнаружили абсолютную неиссякаемость словесного потока на эту тему, они ограничили куратора-говоруна двадцатью минутами в день, девушка, правда, вначале настаивала на трёх с половиной минутах, но земляк проявил доброту. Сладкий миг наступил и мэнээс бойко зашлёпал языком. Во время всей речи футбольного фаната полусонный Мэл изредка кивал головой то положительно, то отрицательно, стараясь попасть в такт, а вот Мэла непонятным образом слушала повнимательней, хотя и крайне поверхностно.
- Вы не поверите, как моя нежная душа любителя футбола истосковалась по большим победам нашей сборной. Будучи реалистом, могу подождать ещё двенадцать лет, лишь бы видеть усилия, движение в правильном направлении. Да где там, если главные руководители всего футбольного хозяйства и пресса, после очередного провала, начинают нести ахинею про детский футбол, турниры кожаного мяча, количество и качество зелёных полей, судейскую некомпетентность и прочий бред. Конкретная команда поехала на конкретный турнир за конкретным результатом и конкретно провалилась. При чём тут юношеский футбол? Да, недостатков хватает в хозяйстве, но никто не хочет назвать главный, выделить самое слабое звено, дабы потянуть его в первую очередь. Уровень тренерского мастерства в командах первой и высшей лиг крайне низок, некоторых главных тренеров, похоже, по помойкам собирали. Один из них мне особенно запомнился, когда тупо заявил на всю страну про свой главный метод работы с командой – понужнуть матком. А тренеры сборной? Поздний Романцев, Газаев, Ярцев, Сёмин дружными усилиями низвели главную команду до сельского уровня, на игру которой стыдно было смотреть. Неумение работать компенсировалось призывами к патриотизму, важным раздуванием щёк, величавым напряжением голоса и лица да обвинением игроков сборной в тупости, лености и безответственности. Какими такими путями эти очевидные недоучки получали руководство сборной России – уму непостижимо. Слава Богу, хоть сейчас федерация преодолела свою умственную немощь и пригласила важного Гуся из Голландии на пост главного тренера. Сборная хоть перестала выглядеть по-сельски: и играет неплохо, и имеет достаточно высокие шансы на попадание в финал чемпионата Европы 2008 года. А то, как дурачки по трое за одним мячом бегали, и не понятно, то ли плакать, то ли смеяться. Правда, даже если прорвемся, шансов стать чемпионами нет. И важный Гусь не поможет, в сборной надо иметь хотя бы шесть игроков европейского класса, сильных и стабильных, а в наличии только два: Акинфеев и Аршавин. Время еще есть, может кто-нибудь и подрастет, но сомнительно. Два ближайших кандидата, Быстров и Жирков, очень неплохи, но второй в своем ЦСКА замечательно «подносит снаряды» бразильцам и с такой однообразной ролью уже два года не растет в мастерстве, а первый в Спартаке через раз используется тренерами неправильно, особенно весело смотреть, как правый защитник бойко прет с мячом к центральной линии поля, и бедный Вова не знает куда деваться. Но низкий уровень понимания футбола демонстрируется не только тренерами, но и болельщиками, журналистами, комментаторами, чиновниками, специалистами, в общем, всеми подряд. Это удручает. Спросите у любого про самый позорный матч сборной России за последнее десятилетие и стопроцентно услышите про проигрыш сборной Португалии со счетом 7:1, ответ, попадающий пальцем в небо. Наипозорнейшая игра – выигрыш у будущего чемпиона Европы – сборной Греции со счетом 2:1. Вы удивлены и вам трудно поверить, не правда ли?
- Да, да, конечно, – послушно отозвалась Мела и глянула на часы.
- Поясни, Валера, как проигрыш с разгромным счетом может быть лучше честной победы над будущим чемпионом?
Дальнейшая вдохновенная речь счастливого куратора стала несомненным шедевром и, после небольшой обработки, могла бы вполне украсить собой лучший учебник по нелинейной логике.
- Давайте, сравним оба матча. В Португалии действительно случился серьёзный провал, но не более того. Любой опытный футбольный мастер знает, что изредка случаются игры, когда у команды не получается ничего, при всём старании, как заколдовали. Удары с хороших позиций идут мимо или прямо во вратаря, самые важные отскоки и рикошеты мяча достаются противнику, полузащита возит тачки, игра в пас разваливается напрочь, защитники и вратарь запаздывают буквально на миллиметры и даже неровности поля, коварно ухмыляясь, работают против несчастных спортсменов. К счастью, изредка бывает и наоборот, на команду нисходит вдохновение и тогда – держись неприятель! В тот злополучный вечерок и свершилось сверхдосадное наложение, у нас не получалось ничего, у них получалось всё. Да ещё, к сожалению, игрокам сборной России не удалось реализовать блестящий план нашего тренерского штаба – перебегать португальских спортсменов на их стадионе в полночь по московскому времени. Хотя, минут на тридцать ребят хватило, потом они откровенно «сдохли» и началось «избиение младенцев». Теперь переместимся на игру с Грецией. В этом матче спортивный результат для нас не имел значения, так как в число восьми из шестнадцати участвующих команд, которые поведут дальше борьбу за чемпионство, мы уже не попадали. Оставалось весело и беззаботно творить, да и хлопнуть дверью напоследок хотелось. В общем, к перерыву Россия обыгрывала Грецию два-один, ура. А вот теперь погадаем, о чём задумался немецкий наставник греческой сборной перед вторым таймом и что он говорил игрокам. Недолго размышляя, он обнаружил – проигрыш с имеющимся в наличии счётом являлся бы наилучшим результатом матча, который гарантирует, за исключением некоторых фантастических раскладов, второе место в группе и следующую игру со сборной Франции. А как построить действия своего коллектива, слаженного, хорошо организованного, дисциплинированного, против блестящих французских разгильдяев, немец знал отлично. Проигрыш россиянам с более крупным счётом был бы чреват непопаданием в восьмёрку вообще, а ничья или победа могли вывести греков на первое место в группе. Но! Но тогда – встреча с Англией и минимальные шансы их победить по одной простой причине, англичане также сильны в командной организации игры, а индивидуальное мастерство игроков заметно выше. Итак, нужно сохранить счёт, но прямо настраивать подопечных на поражение нельзя, судьба накажет. Поэтому тренер попросил отодвинуть игру в середину поля, прессинговать, играть активно впереди, но, учитывая, что не пропустить в пятнадцать раз важнее, чем забить, распорядился держать в обороне постоянно на два игрока больше, чем нападающих соперника, чем в корне ликвидировать возможность скоростных контратак. А что же наши? А наши, как обычно, проявили потрясающую сообразительность, решили, что противник полезет в массированные атаки для уравнивания счёта и в перерыве бодро произвели две замены для организации быстрых прорывов. Благодаря этому, наставник греков во втором тайме сыграл с нами, как с деревянными болванчиками, всю вторую половину матча команды прободались по центру поля с минимальными шансами забить мяч. Из восьми, вышедших в следующий этап команд, сборная Греции оказалась единственной, которая спокойно выбрала себе соперника на четвертьфинальную игру. И если в матче с португальцами мы выглядели просто более слабой и невезучей командой, то против сборной Греции умудрились сыграть роль тренировочной стенки, о которую немецкий тренер небрежно постучал мячом. О, я видел, как его накрывали нервы под конец той игры, как взволнованно уходил он в раздевалку после свистка, не удостоив и тени усмешки радующихся пирровой победе российских дурачков, ведь именно там и тогда наставник почувствовал ошеломляющую реальность будущей победы.
- Ваше время истекло, – объявил Мэл и поинтересовался.
- А какой матч состоялся раньше?
- С Грецией.
- Тогда твоя любимая сборная находится на правильном пути, – подвела итог Мэла.
- Почему?
- Потому, что сделала большой шаг вперёд от тупой стенки к слабой команде, уже неплохо.
Валера, явно не ожидавший столь оригинального вывода из своих умствований, снова смылся покурить, а по возвращении был вынужден резко включаться в рабочий режим. Территориалы объявили, что после обеда их не будет, но дело простаивать не должно и руководить семью студентами, которые явятся к трём часам, придётся именно ему, славному мэнээсу. Затем сорок минут Мэл подробно объяснял, как надо изготовить восемь каркасов для специальных катушек, делая особый упор на точность в соблюдении поверхностных профилей, размеров и углов. Валера, внимательно слушая, изучал эскизы и грустил, работа предстояла кропотливая. Самое простое основание походило на букву «г» с пятью кольцеобразными утоньшениями, а самое сложное напоминало чем-то аварийный итог двух врезавшихся друг в друга пирамид. Хорошо хоть имелись в наличии подробные пояснения как чего делать, а то было бы совсем тяжко. Ещё грустнее мэнээсу стало, когда он представил ручную намотку проводов на эти миленькие штучки, ибо никакой станок по таким загогулинам не потянет.
- Да, но этих штучек восемь, а студентов всего семь, – вдруг вспомнил Валера.
- Что будем делать?
- Здравствуйте вашему ёжику, – удивился Мэл.
- А Вы, уважаемый, как насчёт подключиться к общему труду?
Мэнээс в ответ высоко поднял голову и демонстративно надул щёки.
- Мы очень просим Валера увлечь студентов личным примером, – мягко сказала Мэла, только что закончившая расчёт коэффициента умственного развития Петрова Н. П. по таблице.
- Мы можем на вас рассчитывать?
- Да какой разговор, всё сделаем как в сказке! – пообещал уважаемый, сдувая щёки назад, отказать красавице иностранке он никак не мог.
- На что потянул профессор? – спросил территориал, немного жалея о вмешательстве подруги в разговор, он планировал преодолеть упрямство Валеры другим способом.
- Всего сорок шесть, – виновато сообщила Мэла.
- Но, может быть, я где-нибудь ошиблась?
- Солнышко моё, ты когда последний раз путалась в этом тесте?
- В седьмом классе.
- Поздравляю, я – в восьмом.
Территориалы прервали диалог и задумались. Через минуту куратор решил проявить любопытство.
- А можно меня оценить вашим методом?
- Зачем? – коротко отреагировала Мэла.
- Как зачем? – растерялся Валера.
Выяснив, что в этих стенах им предстоит провести большую часть времени первого года обучения, территориалы без особых церемоний объяснили Валере главные принципы санитарии, научной организации труда рабочего места и эстетики производственных помещений. Потрясённый мэнээс засучил рукава и вместе с Мэлой и Мэлом, а также несколькими студентами, нанятыми за деньги территориалов, взялся за дело. В несколько дней лаборатория преобразилась, необычный симпатичный интерьер сочетал в себе, казалось бы, несовместимое – уют, спокойствие и деловой настрой. Фасонистая отделка двери и новое правило – находиться в комнате только в сменной обуви и белом халате, окончательно деморализовывали многочисленных любопытствующих, являющихся посмотреть на красоту. Валера, запросто вычислив появление подопечных ранее намеченного срока, сварил литр какао, а булочки, масло и яблоки заранее расставил на столе. Приятно удивлённые территориалы и присоединившийся к ним мэнээс стали неспешно трапезничать.
- Ну и как вам лекция нашего светила? – вдумчиво жуя, поинтересовался куратор.
- Произвела сильное впечатление?
- Нет, не очень, – честно ответила Мэла.
- Большие трудности для смыслового восприятия и поэтому слушать тяжело, впрочем, четвёртая часть аудитории внимала с интересом.
Валера от неожиданности поперхнулся какао и закашлялся. Мэл добродушно похлопал его по спине, посоветовал не расстраиваться так по пустякам и полотенцем принялся восстанавливать порядок на столе.
- Мэла, ты не шутишь? – спросил пришедший в себя мэнээс, глядя на девушку округлившимися глазами.
- Часть студентов действительно слушала лекцию?
- Да, у них были такие же ксерокопии, какими ты снабдил нас, и они тщательно, построчно в них вглядывались, следя за речью лектора.
Куратор заржал как троянский жеребец и, радуясь тому, что мир остался на месте, а не рухнул набок, поспешил объяснить ситуацию вопросительно смотрящим на него территориалам.
- Видите ли, дело не в Максвелле, а в студенческой лотерее. Человек тридцать, договорившись, сдают по 50 – 100 рублей и образуется призовой фонд, который получит победитель, обнаруживший наибольшее количество отклонений в речи преподавателя от письменного конспекта.
- А судьи кто? – Полюбопытствовал Мэл.
- Кто-нибудь из студентов с диктофоном, – ответил мэнээс.
- Он берёт за труды десять процентов со всей собранной суммы.
- Валера, я, откровенно говоря, не вижу большой логики в действиях обеих сторон, – немного погодя, покончив с питанием, сказала Мэла.
- Может быть, ты мне разъяснишь суть дела?
- Всё просто, как десять помятых рублей, – опять развеселился куратор.
- Ну, как при игре в поддавки, Петров делает вид что учит, а студенты делают вид, что учатся.
- А в результате не получится пословица «подсчитали – прослезились? – ещё раз полюбопытствовал Мэл.
- Нет, нет, никоим образом! – уверенно отпарировал Валера.
- Лектор в итоге поимеет денежки, а студенты ценную бумажку с печатью.
- Исключительно замечательная логика, – удобно расположившись в кресле и закрыв глаза, подумала Мэла.
- Если бы ещё массированное её применение не приводило к отрыву колёс в самый неподходящий момент.
Мэл, также расслабившийся неподалёку на пятнадцать минут для организации правильного процесса пищеварения, из-под полуприкрытых век одобрительно подглядывал за действиями мэнээса по уборке стола, правильной утилизацией пищевых отходов и размещением их в нужный контейнер. Вернувшись с перекура, куратор плюхнулся на диван и замер, в который раз подтвердив изречение «с кем поведёшься, от того и наберёшься». Уже в дни ремонта лаборатории территориалы узнали, что Валера является большим поклонником игры в кожаный мяч, знает о футболе всё и способен часами трепаться о тонкостях великой игры, были бы свободные уши. Когда Мэл и Мэла обнаружили абсолютную неиссякаемость словесного потока на эту тему, они ограничили куратора-говоруна двадцатью минутами в день, девушка, правда, вначале настаивала на трёх с половиной минутах, но земляк проявил доброту. Сладкий миг наступил и мэнээс бойко зашлёпал языком. Во время всей речи футбольного фаната полусонный Мэл изредка кивал головой то положительно, то отрицательно, стараясь попасть в такт, а вот Мэла непонятным образом слушала повнимательней, хотя и крайне поверхностно.
- Вы не поверите, как моя нежная душа любителя футбола истосковалась по большим победам нашей сборной. Будучи реалистом, могу подождать ещё двенадцать лет, лишь бы видеть усилия, движение в правильном направлении. Да где там, если главные руководители всего футбольного хозяйства и пресса, после очередного провала, начинают нести ахинею про детский футбол, турниры кожаного мяча, количество и качество зелёных полей, судейскую некомпетентность и прочий бред. Конкретная команда поехала на конкретный турнир за конкретным результатом и конкретно провалилась. При чём тут юношеский футбол? Да, недостатков хватает в хозяйстве, но никто не хочет назвать главный, выделить самое слабое звено, дабы потянуть его в первую очередь. Уровень тренерского мастерства в командах первой и высшей лиг крайне низок, некоторых главных тренеров, похоже, по помойкам собирали. Один из них мне особенно запомнился, когда тупо заявил на всю страну про свой главный метод работы с командой – понужнуть матком. А тренеры сборной? Поздний Романцев, Газаев, Ярцев, Сёмин дружными усилиями низвели главную команду до сельского уровня, на игру которой стыдно было смотреть. Неумение работать компенсировалось призывами к патриотизму, важным раздуванием щёк, величавым напряжением голоса и лица да обвинением игроков сборной в тупости, лености и безответственности. Какими такими путями эти очевидные недоучки получали руководство сборной России – уму непостижимо. Слава Богу, хоть сейчас федерация преодолела свою умственную немощь и пригласила важного Гуся из Голландии на пост главного тренера. Сборная хоть перестала выглядеть по-сельски: и играет неплохо, и имеет достаточно высокие шансы на попадание в финал чемпионата Европы 2008 года. А то, как дурачки по трое за одним мячом бегали, и не понятно, то ли плакать, то ли смеяться. Правда, даже если прорвемся, шансов стать чемпионами нет. И важный Гусь не поможет, в сборной надо иметь хотя бы шесть игроков европейского класса, сильных и стабильных, а в наличии только два: Акинфеев и Аршавин. Время еще есть, может кто-нибудь и подрастет, но сомнительно. Два ближайших кандидата, Быстров и Жирков, очень неплохи, но второй в своем ЦСКА замечательно «подносит снаряды» бразильцам и с такой однообразной ролью уже два года не растет в мастерстве, а первый в Спартаке через раз используется тренерами неправильно, особенно весело смотреть, как правый защитник бойко прет с мячом к центральной линии поля, и бедный Вова не знает куда деваться. Но низкий уровень понимания футбола демонстрируется не только тренерами, но и болельщиками, журналистами, комментаторами, чиновниками, специалистами, в общем, всеми подряд. Это удручает. Спросите у любого про самый позорный матч сборной России за последнее десятилетие и стопроцентно услышите про проигрыш сборной Португалии со счетом 7:1, ответ, попадающий пальцем в небо. Наипозорнейшая игра – выигрыш у будущего чемпиона Европы – сборной Греции со счетом 2:1. Вы удивлены и вам трудно поверить, не правда ли?
- Да, да, конечно, – послушно отозвалась Мела и глянула на часы.
- Поясни, Валера, как проигрыш с разгромным счетом может быть лучше честной победы над будущим чемпионом?
Дальнейшая вдохновенная речь счастливого куратора стала несомненным шедевром и, после небольшой обработки, могла бы вполне украсить собой лучший учебник по нелинейной логике.
- Давайте, сравним оба матча. В Португалии действительно случился серьёзный провал, но не более того. Любой опытный футбольный мастер знает, что изредка случаются игры, когда у команды не получается ничего, при всём старании, как заколдовали. Удары с хороших позиций идут мимо или прямо во вратаря, самые важные отскоки и рикошеты мяча достаются противнику, полузащита возит тачки, игра в пас разваливается напрочь, защитники и вратарь запаздывают буквально на миллиметры и даже неровности поля, коварно ухмыляясь, работают против несчастных спортсменов. К счастью, изредка бывает и наоборот, на команду нисходит вдохновение и тогда – держись неприятель! В тот злополучный вечерок и свершилось сверхдосадное наложение, у нас не получалось ничего, у них получалось всё. Да ещё, к сожалению, игрокам сборной России не удалось реализовать блестящий план нашего тренерского штаба – перебегать португальских спортсменов на их стадионе в полночь по московскому времени. Хотя, минут на тридцать ребят хватило, потом они откровенно «сдохли» и началось «избиение младенцев». Теперь переместимся на игру с Грецией. В этом матче спортивный результат для нас не имел значения, так как в число восьми из шестнадцати участвующих команд, которые поведут дальше борьбу за чемпионство, мы уже не попадали. Оставалось весело и беззаботно творить, да и хлопнуть дверью напоследок хотелось. В общем, к перерыву Россия обыгрывала Грецию два-один, ура. А вот теперь погадаем, о чём задумался немецкий наставник греческой сборной перед вторым таймом и что он говорил игрокам. Недолго размышляя, он обнаружил – проигрыш с имеющимся в наличии счётом являлся бы наилучшим результатом матча, который гарантирует, за исключением некоторых фантастических раскладов, второе место в группе и следующую игру со сборной Франции. А как построить действия своего коллектива, слаженного, хорошо организованного, дисциплинированного, против блестящих французских разгильдяев, немец знал отлично. Проигрыш россиянам с более крупным счётом был бы чреват непопаданием в восьмёрку вообще, а ничья или победа могли вывести греков на первое место в группе. Но! Но тогда – встреча с Англией и минимальные шансы их победить по одной простой причине, англичане также сильны в командной организации игры, а индивидуальное мастерство игроков заметно выше. Итак, нужно сохранить счёт, но прямо настраивать подопечных на поражение нельзя, судьба накажет. Поэтому тренер попросил отодвинуть игру в середину поля, прессинговать, играть активно впереди, но, учитывая, что не пропустить в пятнадцать раз важнее, чем забить, распорядился держать в обороне постоянно на два игрока больше, чем нападающих соперника, чем в корне ликвидировать возможность скоростных контратак. А что же наши? А наши, как обычно, проявили потрясающую сообразительность, решили, что противник полезет в массированные атаки для уравнивания счёта и в перерыве бодро произвели две замены для организации быстрых прорывов. Благодаря этому, наставник греков во втором тайме сыграл с нами, как с деревянными болванчиками, всю вторую половину матча команды прободались по центру поля с минимальными шансами забить мяч. Из восьми, вышедших в следующий этап команд, сборная Греции оказалась единственной, которая спокойно выбрала себе соперника на четвертьфинальную игру. И если в матче с португальцами мы выглядели просто более слабой и невезучей командой, то против сборной Греции умудрились сыграть роль тренировочной стенки, о которую немецкий тренер небрежно постучал мячом. О, я видел, как его накрывали нервы под конец той игры, как взволнованно уходил он в раздевалку после свистка, не удостоив и тени усмешки радующихся пирровой победе российских дурачков, ведь именно там и тогда наставник почувствовал ошеломляющую реальность будущей победы.
- Ваше время истекло, – объявил Мэл и поинтересовался.
- А какой матч состоялся раньше?
- С Грецией.
- Тогда твоя любимая сборная находится на правильном пути, – подвела итог Мэла.
- Почему?
- Потому, что сделала большой шаг вперёд от тупой стенки к слабой команде, уже неплохо.
Валера, явно не ожидавший столь оригинального вывода из своих умствований, снова смылся покурить, а по возвращении был вынужден резко включаться в рабочий режим. Территориалы объявили, что после обеда их не будет, но дело простаивать не должно и руководить семью студентами, которые явятся к трём часам, придётся именно ему, славному мэнээсу. Затем сорок минут Мэл подробно объяснял, как надо изготовить восемь каркасов для специальных катушек, делая особый упор на точность в соблюдении поверхностных профилей, размеров и углов. Валера, внимательно слушая, изучал эскизы и грустил, работа предстояла кропотливая. Самое простое основание походило на букву «г» с пятью кольцеобразными утоньшениями, а самое сложное напоминало чем-то аварийный итог двух врезавшихся друг в друга пирамид. Хорошо хоть имелись в наличии подробные пояснения как чего делать, а то было бы совсем тяжко. Ещё грустнее мэнээсу стало, когда он представил ручную намотку проводов на эти миленькие штучки, ибо никакой станок по таким загогулинам не потянет.
- Да, но этих штучек восемь, а студентов всего семь, – вдруг вспомнил Валера.
- Что будем делать?
- Здравствуйте вашему ёжику, – удивился Мэл.
- А Вы, уважаемый, как насчёт подключиться к общему труду?
Мэнээс в ответ высоко поднял голову и демонстративно надул щёки.
- Мы очень просим Валера увлечь студентов личным примером, – мягко сказала Мэла, только что закончившая расчёт коэффициента умственного развития Петрова Н. П. по таблице.
- Мы можем на вас рассчитывать?
- Да какой разговор, всё сделаем как в сказке! – пообещал уважаемый, сдувая щёки назад, отказать красавице иностранке он никак не мог.
- На что потянул профессор? – спросил территориал, немного жалея о вмешательстве подруги в разговор, он планировал преодолеть упрямство Валеры другим способом.
- Всего сорок шесть, – виновато сообщила Мэла.
- Но, может быть, я где-нибудь ошиблась?
- Солнышко моё, ты когда последний раз путалась в этом тесте?
- В седьмом классе.
- Поздравляю, я – в восьмом.
Территориалы прервали диалог и задумались. Через минуту куратор решил проявить любопытство.
- А можно меня оценить вашим методом?
- Зачем? – коротко отреагировала Мэла.
- Как зачем? – растерялся Валера.
