И так бы везде…
Честнее будет. Хотя тогда точно в президенты будут боксеров выбирать.
Вот боги и вмешались.
- Ладно. Сегодня поговорим с девушкой, а завтра-послезавтра привезем ее к вам, - вздохнул Эреш. – Надеюсь, ничего страшного не произойдет.
- А то ты не справишься…
- Всю жизнь мечтал за каждым идиотом дерьмо подтирать.
Призрак ожег Эреша злым взглядом.
- А твою бы женщину убили?
Эреш заткнулся.
- Ладно. Мы поехали, - вздохнула Аня. А то ведь еще подерутся… вот объясните мне, где у призрака тестостерон? А то все проявления налицо!
Самцы!
- Куда – поехали? – всполошился призрак. – Шкатулку возьмите!
- Какую?
- С кулоном, - удивленно посмотрел дед Михей. – Родовым нашим, если он наследника признает, тогда уж и сюда везти можно. А то худо будет…
- Где? – шагнул вперед Эреш.
- Там, под половицей…
Поднять половицу для змея было делом минуты. И достать шкатулку – тоже.
Аня испросила взглядом разрешения и открыла крышку.
Медальон…
Очень громко сказано.
Кусочек серебра на серебряной же цепи. Почерневший от времени до такой степени, что и изображения не разобрать. Холодный, как кусочек льда.
- Фу. – Аня аж поежилась.
- Ты не наследник, - Эреш заметил ее гримасу. – А то он бы согрелся от твоего тепла.
- А почистить его нельзя было?
- Нет. – Дед Михей смотрел грустно и серьезно. – Душа у меня такая была… не простили. Может, наследнику повезет.
Кто ж его знает?
Когда это хоть день проходил без происшествий.
Звонок телефона Аня услышала еще с лестницы. И поспешила открыть.
Кто в наш век звонит на домашний? Да тот, кто не привык к сотовым. В частности…
- Розалия Львовна, здравствуйте. Что случилось?
- Анечка! Горе-то какое…
Звонила старая, еще бабушкина подруга.
Розалия Львовна, профессор истории, дожила до восьмидесяти лет и была бодра, как три бобра.
Веселая, деятельная, подвижная, словно шарик ртути летящая по коридорам института, с потрясающим чувством юмора.
Компьютер она освоила влет. А вот сотовый заводить отказывалась.
«Я вам что – корова с колокольчиком? Или это вы меня козой назвали?»
Характер у нее тоже был потрясающий, никогда не скажешь, что пред тобой восьмидесятилетняя тетка. Она и выглядела лет на двадцать моложе, но не сейчас, когда рыдала в трубку.
- Розалия Львовна, что случилось! Расскажите наконец!
- Анечка, у тебя адвоката нет? Знакомого, хорошего…
Твою змею.
- Да что случилось-то?
Гордостью Розалии Львовны был ее внук. Она принципиально отказалась помогать детям и тащить их в кандидаты и доктора наук. Пусть сами гребут ластами, а то вырастут захребетниками…
Дети обиделись, но пробиваться стали сами.
А вот внук, Славик…
Рявкнул, что ему желается и изволится быть историком, если бабушка против, ему три раза наплевать, все равно фамилия другая, и пошел покорять истфак.
И покорил-таки.
Розалия Львовна нарадоваться не могла.
Она никак не афишировала своего родства, никто и ничего не знал, но Слава упорно грыз гранит науки. И отлично себя чувствовал…
Сам закончил с красным дипломом, сам поступил в аспирантуру, сам писал диссертацию и статьи, принципиально не соглашаясь на бабушкину помощь или руководство… и та была горда внуком!
Черт возьми!
Человеком вырос!
Красавец, умница, спортсмен… обвинялся в перевозке и хранении наркоты. Или как-то так…
Аня едва успела рот захлопнуть.
- Как?
Вот так.
Вы знаете, кто такие скифы?
Смутно? Молодцы…
Вот мифы древней Греции все читали, а где та Греция? И с Римом то же самое.
А кто такие были скифы, этруски и прочие?
Между прочим, наши предки. И жили они на этой земле. А мы… Иваны, родства не помнящие…
Славик нашел скифский курган. Захоронение.
Возился в архивах с документами, потом там что-то нашел, какое-то письмо… Аня поняла в лучшем случае одно слово из трех, но чуть была ясна. Были указания, он и начал раскопки. Сначала на свой страх и риск, потом институт подключился, когда он нашел первые признаки могилы…
Тут наука мигом возлюбила парня, распахнула ему объятия и принялась поговаривать о докторской. А чего мелочиться?
Но параллельно с этим зашевелился и криминал.
Ничего удивительного в этом не было, где большие деньги, там и большие беды. Славику предложили продать часть трофеев. Договориться по-хорошему, а то…
Парень оказался горячим и принципиальным. Высказался в том смысле, что он науку шельмовать не позволит, и засуньте себе деньги в то место, которым думаете.
Сначала ему пригрозили.
Потом попытались побить на улице – отмахался.
Подожгли гараж – плюнул, написал заявление и продолжил гнуть свою линию, пойдя на принцип.
И вот теперь…
Двести грамм наркотиков, за меньшее на пятнадцать лет сажали. И теперь Розалии Львовне требовался адвокат для внука.
Аня вздохнула.
- Я сейчас начну обзванивать знакомых. Обещаю…
Из трубки понесся горестный плач, и Ане пришлось еще добрый час убеждать и уговаривать. Что не бросят, отстоят, помогут и все такое.
А потом она хлопнула трубкой о рычаг, обернулась – и встретила злой взгляд желтых глаз.
Конечно, Эреш все слышал. И не намерен был оставаться в стороне.
Аня и спорить не пыталась.
- Надо подумать, с чего начать…
- Расспросить самого парня. Наверняка он что-то да знает.
Аня подумала с минуту.
- Это – возможно. Есть у меня знакомый в КПЗ…
И принялась набирать номер.
Профессии бывают разные. В том числе – и заключенных охранять.
Как это?
А это тяжко. Уж поверьте, это трудная, сложная и неблагодарная работа. Еще и потому, что врач – людей спасает, учитель – людей учит, а вот охранник в КПЗ... а, вертухай лагерный. Или как еще похуже обозвать могут. И морщат интеллигентные люди свои интеллиггентные носики при упоминании сей непочетной профессии.
Мысль о том, что любая работа почетна, а сами они на этом месте не продержались бы и недели, им в головы не приходит.
Аня отродясь подобной «интеллигентностью» не страдала, и вообще, у нее профессия есть! Вот! А значит, и знакомые у нее будут самые разноплановые. В том числе и Дима, охранник в КПЗ.
Честно говоря, сволочь та еще. Редкостная. Но кто ему спину правил?
Аня.
А потому парень выслушал ее просьбу и даже не удивился.
- Если очень нужно - провести могу.
- Меня и адвоката?
- Может, одного адвоката?
- Димочка, солнышко, меня Славик знает. А адвоката – нет, и откровенничать с ним не будет.
- А родственники?
- Бабушка восьмидесяти лет? Тебе труп, что ли, нужен? На овчарок мяса не выделяют? Так там одни мослы, потравишь псинок!
Димка заржал лошадью, и попросил Аню подъехать на остановку «Ново-лагерная» к двенадцати ночи. Одна смена уйдет, вторая встанет, ну и...
Аня горячо поблагодарила и пообещала коньяк. А потом повернулась к Эрешу.
- Скажи, ты ведь можешь отличить, врет человек или говорит правду?
- Ты хочешь, чтобы я это сделал?
- Да, - вздохнула Аня. – Все я понимаю, но... Розалию Львовну мне безумно жалко. Если Славика подставили, всем миром его вытаскивать будем. Но правду я могу узнать только с твоей помощью.
Или с детектором лжи, но кто ж его позволит притащить в тюрьму?
Эреш только плечами передернул.
- Ань, а ты не допускаешь, что он виновен?
Аня отвела в сторону взгляд.
- Я не хочу об этом думать.
- А все-таки?
Женщина расправила плечи.
- В некоторых странах у нас за наркотики смертная казнь. На месте. И я считаю, что это правильно, только очень мягкосердечно.
- То есть?
- Ты знаешь, что такое наркотики?
Эреш уже знал. Интернет – просветитель молодежи, будь она хоть четырежды хвостатой.
- Василиски на такое не реагируют.
- А люди... Я видела, что с ними происходит. И с их родными и близкими. Это страшно, Эреш. Очень страшно... Эти твари, наркоторговцы, они ведь не одного человека, они целые семьи вымаривают... Моя бы воля – я бы не убивала, я бы подсаживала на иглу, дожидалась серьезной ломки – и выкидывала их на свалку. Пусть подыхают, мрази.
- А если...
- Если он связан с наркотой – пусть остается за решеткой. Убить не смогу, но это будет судьба хуже смерти.
Эреш кивнул. Потом, подчиняясь душевному порыву, приобнял подругу за плечи.
- Не расстраивайся. Я же рядом...
Ты ведь не всегда будешь рядом. Ты уйдешь...
Вслух эти слова не произнес никто. Но они повисли в воздухе, и в теплой комнате стало зябко. Неуютно.
Аня вздохнула и повернулась к компьютеру.
- Надо погуглить, что там в тюрьме пригодится. Хоть передачку собрать.
Собирать пришлось немного. Сигареты, конфеты, всякие гигиенические мелочи из разрешенных. Майку, спортивный костюм... а вдруг у него нет?
Но пакет получился все равно внушительным.
Дима проверил его на остановке, но махнул рукой.
- Ладно, Ань. У вас полчаса будет на все, уложитесь?
- Димочка, конечно! И давно ты спину не поправлял?
- Дорого, Ань....
- Скидка – пятьдесят процентов, - щедро пообещала женщина.
Дима расцвел.
- А когда записаться можно?
- Посмотрю по календарю, недельки через две придешь. Хорошо?
- Как раз денег наберу. Отлично...
Эреш молчал. Дима покосился на него.
- Ань, а это – адвокат?
- Конечно. Не похож?
- А это не мое дело.
- Очень правильный подход, - одобрил Эреш, и поглядел Диме прямо в глаза.
Что уж он там увидел, непонятно, но здоровенный мужик в одну секунду стал бледным, как известка. Даже если и были у него плохие мысли – все развеялись.
– П-пойдемте?
Эреш милостиво согласился пойти, куда ведут.
Славика ждать не пришлось.
Выглядел он злым и отчаянным, но когда увидел Аню, чуть на шею ей не бросился.
- Аня!
- Я, - не стала рассусоливать женщина. – Сумку держи. Здесь всякое... полезное. И рассказывай.
- Что?
- Правду. Твоя наркота?
- Нет.
Аня переглянулась с Эрешем, и змей покачал головой. Нет, не врет.
- А чья тогда? Кто ее мог подбросить?
- Не знаю. Я на своей машине никого не катаю....
- Она на стоянке стояла?
- Да... там камеры есть.
- Где стоянка находится, как зовут сторожа? С кем поговорить?
Славка отвечал быстро и четко, видимо, и сам этот вопрос обдумывал. Аня записывала на диктофон. Эреш сверлил парня немигающим взглядом, от которого Владиславу было не по себе. Но до взглядов ли тут?
- Бабушка сказала, все из-за могилы? Что именно?
- Ань, ты понимаешь, там могила времен...
- Цыть!
Славик осекся. Аня посмотрела грозно, благо, была лет на пять старше.
- Молчать и отвечать четко. Давно ты ее раскопал?
- Два месяца как...
- Чего так долго?
- Так осторожно же надо! Это ж...
- Поняла. Кто к тебе приходил?
- От Пономаря.
Аня помрачнела.
- Это точно?
- Я этого мужика знаю. Зовут Николай Владимирович, Ефремов, он у Пономаря если и не близкий, то доверенный.
- Такую фамилию позорит, жопа... – вздохнула Аня. – Хорошо хоть не родственник. Где живет – знаешь?
*- Иван Ефремов – известный советский писатель, прим. авт.
- Знаю. В Ларионовке.
Поселок был тем самым, куда ездила по работе Аня. Вот и отлично. Очень удобно будет, лишний раз не мотаться.
- Мы тебя вытащим, - просто сказала женщина.
Славик вздохнул.
- Ань... могилу бы поберечь?
- Кому чего!
- Ведь древность же! История наша! А эти твари... для них все бабло, что не говно.
И выглядел парнишка таким несчастным, что смягчился даже василиск.
- Говори, где оно. И будь уверен, никто туда не полезет... уж с недобрыми намерениями – точно.
Славик объяснял, как ехать, даже показывал на яндекс-карте, а время истекало. Вот уже и уходить пора.
Оставалось дружески распрощаться с Димой, и покинуть негостеприимное заведение.
И только в машине Аня решилась спросить.
- Он не врал?
- Нет. Его подставили.
- Твари. И что делать теперь?
Эреш пожал плечами. Вот уж не вопрос, точно – не для него.
Есть враги. Что с ними сделать?
Убить. Лучше – с пользой, а если пользы не получится, то хотя бы медленно и мучительно. Это же враги!
Превратить их в друзей? Хм-м...
Когда в тебе тридцать футов, такие мысли не особенно посещают. Убить всяко проще.
В его мире на василисков лишний раз не покушались, это люди уж слишком расплодились... геноцид им, что ли, устроить?
Раз они сами себя травят, то василискам, вроде как, и правильно?
Аня ждала ответа, и гад снизошел.
- Поехали к могиле. Поставлю там защиту от воров.
- Как у нас?
- Да, примерно так...
Аня взглянула на уровень бензина в баке и выжала педаль. Поехали!
Заправимся по дороге – и вперед!
Могила находилась далеко к западу от города, в холмах. Без пол-литра не доедешь, и дорогу тем более не найдешь. Одна бы Аня точно ехать побоялась.
Но с василиском...
С Эрешем стоило бояться не бандитов, а ЗА бандитов. Фантазия у василиска была богатая.
Остановились они очень удачно – на обочине дороги, примерно за сто – сто пятьдесят метров от раскопок, и тут же...
- Оп-па!
Два здоровущих джипа вряд ли относились к экспедиционным машинам, и археологам были не по карману.
Цена на такие радости стартовала от пяти миллионов.
И бобер молодец, который сторожил рядом, тоже археологом не был. Потому что сунул руку под куртку, и быстро пошел к «коровке».
- Эй! А ну уе... отсюда!
Аня выскользнула из машины.
- Молодой человек, это вы мне?
- Тебе, тебе...
Демонстрируемые прелести возымели действие. Парень задумался, но ненадолго, а Эрешу того и надо было.
Змеи - ночные животные. Позвать их – секунда.
- А вы нам не поможете? Я бы с удовольствием уехала, но боюсь, не заведусь. Что-то у нас барахлит... я не знаю, я как вас увидела, так и съехала на обочину, сразу поняла, что такой умный и сильный мужчина, как вы, не откажет слабой девушке...
Неважно, что болтать, важно выиграть время.
- Ааааааа!
Гадюка не всегда впрыскивает яд в кровь. Но когда их несколько, и когда хозяин просит...
Визг, с которым бросился в ночь несчастный бандит, слышали, наверное, даже в Африке. Аня поглядела на Эреша.
- Ты уверен?
- Сядь в машину. В их машину, - попросил Эреш. – Там они тебя сразу не найдут, если и будут стрелять, то...
- По «коровке»? Ее же потом не вылечишь!
- Тебя тоже, - рыкнул василиск. – Брысь! И ничего не бойся, это морок! Поняла?
- Да.
Захрустели под чьими-то ногами ветки. Кто-то бежал к машинам, и судя по шуму, не один человек. Аня, не споря, бросилась в машину и замерла на коврике, между передним и задним сиденьем. А Эреш остался стоять.
Эреш?
Нет...
Очертания мужчины расплывались. Блеснуло на шее нечто голубоватое, а потом его тело словно размылось.
И рядом с джипами...
Аню пробрала ледяная дрожь.
Господи... как на ЭТО кто-то мог покуситься? Смотреть – и то жутко...
Громадный василиск алого цвета расправлял свои кольца.
Гребни поднимались веером, желтые глаза горели кошмарным огнем...
Бррррр...
Он был не просто страшен. Кошмарен. Увидишь такое один раз – до конца дней своих ночью писаться будешь. И днем тоже.
Василиск источал ужас.
Впрочем...
Приглядевшись, Аня заметила, что гравий под здоровущим телом не смещается. И тень он не отбрасывает. И вообще... запаха нет.
Но это – она.
А теперь представьте ощущения бандитов, которые вылетели к машинам, думая, что они тут самые крутые – и увидели здоровущего василиска.
Аня впилась зубами в накидку на кресле, чтобы не заржать в голос. Такие лица надо было...
Твою змею, почему она не додумалась съемку вести?
Честнее будет. Хотя тогда точно в президенты будут боксеров выбирать.
Вот боги и вмешались.
- Ладно. Сегодня поговорим с девушкой, а завтра-послезавтра привезем ее к вам, - вздохнул Эреш. – Надеюсь, ничего страшного не произойдет.
- А то ты не справишься…
- Всю жизнь мечтал за каждым идиотом дерьмо подтирать.
Призрак ожег Эреша злым взглядом.
- А твою бы женщину убили?
Эреш заткнулся.
- Ладно. Мы поехали, - вздохнула Аня. А то ведь еще подерутся… вот объясните мне, где у призрака тестостерон? А то все проявления налицо!
Самцы!
- Куда – поехали? – всполошился призрак. – Шкатулку возьмите!
- Какую?
- С кулоном, - удивленно посмотрел дед Михей. – Родовым нашим, если он наследника признает, тогда уж и сюда везти можно. А то худо будет…
- Где? – шагнул вперед Эреш.
- Там, под половицей…
Поднять половицу для змея было делом минуты. И достать шкатулку – тоже.
Аня испросила взглядом разрешения и открыла крышку.
Медальон…
Очень громко сказано.
Кусочек серебра на серебряной же цепи. Почерневший от времени до такой степени, что и изображения не разобрать. Холодный, как кусочек льда.
- Фу. – Аня аж поежилась.
- Ты не наследник, - Эреш заметил ее гримасу. – А то он бы согрелся от твоего тепла.
- А почистить его нельзя было?
- Нет. – Дед Михей смотрел грустно и серьезно. – Душа у меня такая была… не простили. Может, наследнику повезет.
Кто ж его знает?
***
Когда это хоть день проходил без происшествий.
Звонок телефона Аня услышала еще с лестницы. И поспешила открыть.
Кто в наш век звонит на домашний? Да тот, кто не привык к сотовым. В частности…
- Розалия Львовна, здравствуйте. Что случилось?
- Анечка! Горе-то какое…
Звонила старая, еще бабушкина подруга.
Розалия Львовна, профессор истории, дожила до восьмидесяти лет и была бодра, как три бобра.
Веселая, деятельная, подвижная, словно шарик ртути летящая по коридорам института, с потрясающим чувством юмора.
Компьютер она освоила влет. А вот сотовый заводить отказывалась.
«Я вам что – корова с колокольчиком? Или это вы меня козой назвали?»
Характер у нее тоже был потрясающий, никогда не скажешь, что пред тобой восьмидесятилетняя тетка. Она и выглядела лет на двадцать моложе, но не сейчас, когда рыдала в трубку.
- Розалия Львовна, что случилось! Расскажите наконец!
- Анечка, у тебя адвоката нет? Знакомого, хорошего…
Твою змею.
- Да что случилось-то?
Гордостью Розалии Львовны был ее внук. Она принципиально отказалась помогать детям и тащить их в кандидаты и доктора наук. Пусть сами гребут ластами, а то вырастут захребетниками…
Дети обиделись, но пробиваться стали сами.
А вот внук, Славик…
Рявкнул, что ему желается и изволится быть историком, если бабушка против, ему три раза наплевать, все равно фамилия другая, и пошел покорять истфак.
И покорил-таки.
Розалия Львовна нарадоваться не могла.
Она никак не афишировала своего родства, никто и ничего не знал, но Слава упорно грыз гранит науки. И отлично себя чувствовал…
Сам закончил с красным дипломом, сам поступил в аспирантуру, сам писал диссертацию и статьи, принципиально не соглашаясь на бабушкину помощь или руководство… и та была горда внуком!
Черт возьми!
Человеком вырос!
Красавец, умница, спортсмен… обвинялся в перевозке и хранении наркоты. Или как-то так…
Аня едва успела рот захлопнуть.
- Как?
Вот так.
Вы знаете, кто такие скифы?
Смутно? Молодцы…
Вот мифы древней Греции все читали, а где та Греция? И с Римом то же самое.
А кто такие были скифы, этруски и прочие?
Между прочим, наши предки. И жили они на этой земле. А мы… Иваны, родства не помнящие…
Славик нашел скифский курган. Захоронение.
Возился в архивах с документами, потом там что-то нашел, какое-то письмо… Аня поняла в лучшем случае одно слово из трех, но чуть была ясна. Были указания, он и начал раскопки. Сначала на свой страх и риск, потом институт подключился, когда он нашел первые признаки могилы…
Тут наука мигом возлюбила парня, распахнула ему объятия и принялась поговаривать о докторской. А чего мелочиться?
Но параллельно с этим зашевелился и криминал.
Ничего удивительного в этом не было, где большие деньги, там и большие беды. Славику предложили продать часть трофеев. Договориться по-хорошему, а то…
Парень оказался горячим и принципиальным. Высказался в том смысле, что он науку шельмовать не позволит, и засуньте себе деньги в то место, которым думаете.
Сначала ему пригрозили.
Потом попытались побить на улице – отмахался.
Подожгли гараж – плюнул, написал заявление и продолжил гнуть свою линию, пойдя на принцип.
И вот теперь…
Двести грамм наркотиков, за меньшее на пятнадцать лет сажали. И теперь Розалии Львовне требовался адвокат для внука.
Аня вздохнула.
- Я сейчас начну обзванивать знакомых. Обещаю…
Из трубки понесся горестный плач, и Ане пришлось еще добрый час убеждать и уговаривать. Что не бросят, отстоят, помогут и все такое.
А потом она хлопнула трубкой о рычаг, обернулась – и встретила злой взгляд желтых глаз.
Конечно, Эреш все слышал. И не намерен был оставаться в стороне.
Аня и спорить не пыталась.
- Надо подумать, с чего начать…
- Расспросить самого парня. Наверняка он что-то да знает.
Аня подумала с минуту.
- Это – возможно. Есть у меня знакомый в КПЗ…
И принялась набирать номер.
***
Профессии бывают разные. В том числе – и заключенных охранять.
Как это?
А это тяжко. Уж поверьте, это трудная, сложная и неблагодарная работа. Еще и потому, что врач – людей спасает, учитель – людей учит, а вот охранник в КПЗ... а, вертухай лагерный. Или как еще похуже обозвать могут. И морщат интеллигентные люди свои интеллиггентные носики при упоминании сей непочетной профессии.
Мысль о том, что любая работа почетна, а сами они на этом месте не продержались бы и недели, им в головы не приходит.
Аня отродясь подобной «интеллигентностью» не страдала, и вообще, у нее профессия есть! Вот! А значит, и знакомые у нее будут самые разноплановые. В том числе и Дима, охранник в КПЗ.
Честно говоря, сволочь та еще. Редкостная. Но кто ему спину правил?
Аня.
А потому парень выслушал ее просьбу и даже не удивился.
- Если очень нужно - провести могу.
- Меня и адвоката?
- Может, одного адвоката?
- Димочка, солнышко, меня Славик знает. А адвоката – нет, и откровенничать с ним не будет.
- А родственники?
- Бабушка восьмидесяти лет? Тебе труп, что ли, нужен? На овчарок мяса не выделяют? Так там одни мослы, потравишь псинок!
Димка заржал лошадью, и попросил Аню подъехать на остановку «Ново-лагерная» к двенадцати ночи. Одна смена уйдет, вторая встанет, ну и...
Аня горячо поблагодарила и пообещала коньяк. А потом повернулась к Эрешу.
- Скажи, ты ведь можешь отличить, врет человек или говорит правду?
- Ты хочешь, чтобы я это сделал?
- Да, - вздохнула Аня. – Все я понимаю, но... Розалию Львовну мне безумно жалко. Если Славика подставили, всем миром его вытаскивать будем. Но правду я могу узнать только с твоей помощью.
Или с детектором лжи, но кто ж его позволит притащить в тюрьму?
Эреш только плечами передернул.
- Ань, а ты не допускаешь, что он виновен?
Аня отвела в сторону взгляд.
- Я не хочу об этом думать.
- А все-таки?
Женщина расправила плечи.
- В некоторых странах у нас за наркотики смертная казнь. На месте. И я считаю, что это правильно, только очень мягкосердечно.
- То есть?
- Ты знаешь, что такое наркотики?
Эреш уже знал. Интернет – просветитель молодежи, будь она хоть четырежды хвостатой.
- Василиски на такое не реагируют.
- А люди... Я видела, что с ними происходит. И с их родными и близкими. Это страшно, Эреш. Очень страшно... Эти твари, наркоторговцы, они ведь не одного человека, они целые семьи вымаривают... Моя бы воля – я бы не убивала, я бы подсаживала на иглу, дожидалась серьезной ломки – и выкидывала их на свалку. Пусть подыхают, мрази.
- А если...
- Если он связан с наркотой – пусть остается за решеткой. Убить не смогу, но это будет судьба хуже смерти.
Эреш кивнул. Потом, подчиняясь душевному порыву, приобнял подругу за плечи.
- Не расстраивайся. Я же рядом...
Ты ведь не всегда будешь рядом. Ты уйдешь...
Вслух эти слова не произнес никто. Но они повисли в воздухе, и в теплой комнате стало зябко. Неуютно.
Аня вздохнула и повернулась к компьютеру.
- Надо погуглить, что там в тюрьме пригодится. Хоть передачку собрать.
***
Собирать пришлось немного. Сигареты, конфеты, всякие гигиенические мелочи из разрешенных. Майку, спортивный костюм... а вдруг у него нет?
Но пакет получился все равно внушительным.
Дима проверил его на остановке, но махнул рукой.
- Ладно, Ань. У вас полчаса будет на все, уложитесь?
- Димочка, конечно! И давно ты спину не поправлял?
- Дорого, Ань....
- Скидка – пятьдесят процентов, - щедро пообещала женщина.
Дима расцвел.
- А когда записаться можно?
- Посмотрю по календарю, недельки через две придешь. Хорошо?
- Как раз денег наберу. Отлично...
Эреш молчал. Дима покосился на него.
- Ань, а это – адвокат?
- Конечно. Не похож?
- А это не мое дело.
- Очень правильный подход, - одобрил Эреш, и поглядел Диме прямо в глаза.
Что уж он там увидел, непонятно, но здоровенный мужик в одну секунду стал бледным, как известка. Даже если и были у него плохие мысли – все развеялись.
– П-пойдемте?
Эреш милостиво согласился пойти, куда ведут.
***
Славика ждать не пришлось.
Выглядел он злым и отчаянным, но когда увидел Аню, чуть на шею ей не бросился.
- Аня!
- Я, - не стала рассусоливать женщина. – Сумку держи. Здесь всякое... полезное. И рассказывай.
- Что?
- Правду. Твоя наркота?
- Нет.
Аня переглянулась с Эрешем, и змей покачал головой. Нет, не врет.
- А чья тогда? Кто ее мог подбросить?
- Не знаю. Я на своей машине никого не катаю....
- Она на стоянке стояла?
- Да... там камеры есть.
- Где стоянка находится, как зовут сторожа? С кем поговорить?
Славка отвечал быстро и четко, видимо, и сам этот вопрос обдумывал. Аня записывала на диктофон. Эреш сверлил парня немигающим взглядом, от которого Владиславу было не по себе. Но до взглядов ли тут?
- Бабушка сказала, все из-за могилы? Что именно?
- Ань, ты понимаешь, там могила времен...
- Цыть!
Славик осекся. Аня посмотрела грозно, благо, была лет на пять старше.
- Молчать и отвечать четко. Давно ты ее раскопал?
- Два месяца как...
- Чего так долго?
- Так осторожно же надо! Это ж...
- Поняла. Кто к тебе приходил?
- От Пономаря.
Аня помрачнела.
- Это точно?
- Я этого мужика знаю. Зовут Николай Владимирович, Ефремов, он у Пономаря если и не близкий, то доверенный.
- Такую фамилию позорит, жопа... – вздохнула Аня. – Хорошо хоть не родственник. Где живет – знаешь?
*- Иван Ефремов – известный советский писатель, прим. авт.
- Знаю. В Ларионовке.
Поселок был тем самым, куда ездила по работе Аня. Вот и отлично. Очень удобно будет, лишний раз не мотаться.
- Мы тебя вытащим, - просто сказала женщина.
Славик вздохнул.
- Ань... могилу бы поберечь?
- Кому чего!
- Ведь древность же! История наша! А эти твари... для них все бабло, что не говно.
И выглядел парнишка таким несчастным, что смягчился даже василиск.
- Говори, где оно. И будь уверен, никто туда не полезет... уж с недобрыми намерениями – точно.
Славик объяснял, как ехать, даже показывал на яндекс-карте, а время истекало. Вот уже и уходить пора.
Оставалось дружески распрощаться с Димой, и покинуть негостеприимное заведение.
И только в машине Аня решилась спросить.
- Он не врал?
- Нет. Его подставили.
- Твари. И что делать теперь?
Эреш пожал плечами. Вот уж не вопрос, точно – не для него.
Есть враги. Что с ними сделать?
Убить. Лучше – с пользой, а если пользы не получится, то хотя бы медленно и мучительно. Это же враги!
Превратить их в друзей? Хм-м...
Когда в тебе тридцать футов, такие мысли не особенно посещают. Убить всяко проще.
В его мире на василисков лишний раз не покушались, это люди уж слишком расплодились... геноцид им, что ли, устроить?
Раз они сами себя травят, то василискам, вроде как, и правильно?
Аня ждала ответа, и гад снизошел.
- Поехали к могиле. Поставлю там защиту от воров.
- Как у нас?
- Да, примерно так...
Аня взглянула на уровень бензина в баке и выжала педаль. Поехали!
Заправимся по дороге – и вперед!
***
Могила находилась далеко к западу от города, в холмах. Без пол-литра не доедешь, и дорогу тем более не найдешь. Одна бы Аня точно ехать побоялась.
Но с василиском...
С Эрешем стоило бояться не бандитов, а ЗА бандитов. Фантазия у василиска была богатая.
Остановились они очень удачно – на обочине дороги, примерно за сто – сто пятьдесят метров от раскопок, и тут же...
- Оп-па!
Два здоровущих джипа вряд ли относились к экспедиционным машинам, и археологам были не по карману.
Цена на такие радости стартовала от пяти миллионов.
И бобер молодец, который сторожил рядом, тоже археологом не был. Потому что сунул руку под куртку, и быстро пошел к «коровке».
- Эй! А ну уе... отсюда!
Аня выскользнула из машины.
- Молодой человек, это вы мне?
- Тебе, тебе...
Демонстрируемые прелести возымели действие. Парень задумался, но ненадолго, а Эрешу того и надо было.
Змеи - ночные животные. Позвать их – секунда.
- А вы нам не поможете? Я бы с удовольствием уехала, но боюсь, не заведусь. Что-то у нас барахлит... я не знаю, я как вас увидела, так и съехала на обочину, сразу поняла, что такой умный и сильный мужчина, как вы, не откажет слабой девушке...
Неважно, что болтать, важно выиграть время.
- Ааааааа!
Гадюка не всегда впрыскивает яд в кровь. Но когда их несколько, и когда хозяин просит...
Визг, с которым бросился в ночь несчастный бандит, слышали, наверное, даже в Африке. Аня поглядела на Эреша.
- Ты уверен?
- Сядь в машину. В их машину, - попросил Эреш. – Там они тебя сразу не найдут, если и будут стрелять, то...
- По «коровке»? Ее же потом не вылечишь!
- Тебя тоже, - рыкнул василиск. – Брысь! И ничего не бойся, это морок! Поняла?
- Да.
Захрустели под чьими-то ногами ветки. Кто-то бежал к машинам, и судя по шуму, не один человек. Аня, не споря, бросилась в машину и замерла на коврике, между передним и задним сиденьем. А Эреш остался стоять.
Эреш?
Нет...
Очертания мужчины расплывались. Блеснуло на шее нечто голубоватое, а потом его тело словно размылось.
И рядом с джипами...
Аню пробрала ледяная дрожь.
Господи... как на ЭТО кто-то мог покуситься? Смотреть – и то жутко...
Громадный василиск алого цвета расправлял свои кольца.
Гребни поднимались веером, желтые глаза горели кошмарным огнем...
Бррррр...
Он был не просто страшен. Кошмарен. Увидишь такое один раз – до конца дней своих ночью писаться будешь. И днем тоже.
Василиск источал ужас.
Впрочем...
Приглядевшись, Аня заметила, что гравий под здоровущим телом не смещается. И тень он не отбрасывает. И вообще... запаха нет.
Но это – она.
А теперь представьте ощущения бандитов, которые вылетели к машинам, думая, что они тут самые крутые – и увидели здоровущего василиска.
Аня впилась зубами в накидку на кресле, чтобы не заржать в голос. Такие лица надо было...
Твою змею, почему она не додумалась съемку вести?
