Прости, Лу, но защитить от любителей сладкого мы тебя сможем, а вот остановить сплетни – никак. Дойдет до отца, где мы находимся, так никому мало не покажется. А сейчас будут не откуда мы и кто мы, обсуждать, а удалось тому…
- Графу, - приговорил Луис.
- Вот, удалось ли графу тебя… того самого… или не удалось. Для нашей безопасности пока так и лучше. Да и что общего у тебя может быть с герцогиней Карст? Или с дочерью Преотца? Мы сейчас поступимся малым, чтобы сохранить большее.
- И кто на мне женится, с этим малым? – ехидно поинтересовалась Лусия.
Луис переглянулся с Массимо.
Ишь ты! На корабле умирать собиралась, а теперь уже о женихах думает! Но это-то хорошо, это правильно! Все же дети Эттана Даверта и Вальеры Тессани и не могли быть слабовольными романтиками. От крокодила котенка не родишь, не те зверушки.
Что-то такое понял и Эрико, потому что махнул рукой.
- Лу, да что ты переживаешь, наоборот, понимать должна! Если парня сплетни не остановят, значит, настоящее у него к тебе, не подделка какая!
Лусия надула губы и переглянулась с Элиссой. На этот раз девушки смолчали, но выражение: «какие же эти мужчины бестолочи!» прямо-таки светилось на милых личиках.
«Бестолочи» тут же подтвердили свой статус, заговорив о чем-то ужасно неинтересном.
Договора, сделки, обеспечение, векселя… бррр!
А вымыться с дороги? Переодеться? Праздничный ужин устроить?
Ох уж эти мужчины…
Элайна все узнала за два дня. А на третий Алаис с Даланом собрались в гости.
Ребенка пришлось оставить на попечение няни, Элайну чуть ли не принудительно запереть дома, поручив Лизетте. Объясняй, не объясняй, что попусту бегать – хуже всего, так не доходит ведь!
Нельзя в таких делах торопиться, никак нельзя.
Домик у Давертов был вполне приличный. Не слишком большой, не слишком маленький, из серого уютного камня, с красной черепичной крышей и красными же ставнями.
Садик перед домом тоже выглядел ухоженным, и сейчас в нем возилась красивая девушка.
Элисса знала, что это не принято среди высокородных, но так было проще подружиться с соседями, да и вообще… должны быть у всех свои увлечения! У нее – вот!
Подъехавшая карета ее не насторожила. А вот вышедшая из нее пара…
Странная это была компания.
Женщина – невысокая, худощавая, но в меру, с пепельными волосами и глубокими темными глазами, одета в маританское платье, из тех, что выглядят просто, а стоят жутких денег. Уж Элиса-то знала, сколько придется заплатить за такой шелк с вышивкой… И спину держит, как королева. Даже Лусии далеко до такой осанки и манер.
Парень с ней – тот попроще. Светловолосый, растрепанный, платье не маританское, но тоже дорогое. И все же видно, что женщина главная здесь.
Они медленно подошли к чисто символической ограде, и парень пару раз из вежливости стукнул бронзовым молоточком. К чему шуметь? Видно же, что их заметили…
Элисса отряхнула испачканные в земле руки, и направилась к калитке.
- Добрый день господа…?
Парень и девушка переглянулись, и слово взяла незнакомка.
- Здравствуйте, госпожа…?
- Верт. Элисса Верт.
- Госпожа Верт, мне бы хотелось поговорить со старшим из братьев… Верт.
Элисса заметила более, чем красноречивую заминку перед именем. Сдвинула брови.
- Я сейчас спрошу у Луиса, сможет ли он вас принять. А вы кто?
- Передайте, пожалуйста, акуле, что встречи с ней просят кит и касатка.
Элисса побелела, как мел.
Акула…
Если кто думает, что Эрико скрывал свое происхождение от любимой женщины, пусть срочно передумает. Не скрывал, конечно. Да и не получилось бы у него…
Акула. Герб семейства Лаис.
Кит? Атрей? Касатка? Карнавон?
Арден милосердный, кто же это стоит у нее на пороге? И что принесут эти люди?
- П-проходите…
Алаис очень хотелось успокоить испуганную девушку, но нечем. Уж простите.
И они сюда пришли не с добром, и ничего хорошего сказать не могут, и во что еще могут ввязаться обитатели домика из-за их… чего? Глупости?
Иголки в мягком месте?
Нет, наверное, это иначе называется…
Говорят, не надо лезть в чужие дела, но это-то не чужие! Алаис сама взвалила их на плечи. Первый раз – когда приняла все долги рода Карнавон. Второй раз – когда помогла Далану. Да, они не знали тогда о своей связи, но сейчас, когда все вскрылось?
Как тут отвернуться и пройти мимо? Как сказать себе, что это чужое дело и жить спокойно?
Не получится, никак не получится…
Элисса провела гостей прямо в кабинет, под удивленные взгляды его хозяев.
- Рик, Луис… это к вам.
Мужчины подняли глаза от бумаг, и вгляделись в гостей.
Еще в той жизни Алаис была юристом. Хорошим, грамотным специалистом, который не проигрывал практически ни одного дела. Или сводил их вничью, или добивался минимального срока для клиента, или подследственного освобождали чуть ли не в зале суда... вариантов было много, но это было не только благодаря знанию законов.
Законник – это не юрист, это справочник на ножках. А хороший юрист – это и чутье на людей, и умение промолчать в нужный момент или подать нужную реплику, и наблюдательность, и проницательность, и даже, как это ни забавно звучит, банальная эрудиция. Не всегда нам в жизни хватает своего опыта, и когда его можно занять у кого-то из великих – уже большой прорыв.
Когда-то у нее все это было, и сейчас не исчезло.
Алаис Карнавон смотрела на двоих мужчин, и хладнокровно просчитывала шансы.
Два брата.
Один повыше и потоньше, второй чуть ниже и массивней. У обоих черные волосы, у старшего они собраны в небрежный хвост, у младшего стянуты на затылке дорогой золотой заколкой, у старшего гладко выбритое лицо, у младшего усики и бородка. Старший одет в нечто простое и черное, младший подобрал костюм под цвет глаз, шоколадно-коричневый, богато расшитый золотой нитью и украшенный янтарем. Братья, похожие внешне, но совершенно разные по сути своей.
Эрико – менее опасен. Торгаш, этим все сказано. Бывают такие люди, созданные для «купи-продай-даром отдай», это их талант, и в своем деле они почти поэты. Даже более того. Пушкин бы обзавидовался тем сказкам, которые наплетет Эрико ради трехсот процентов прибыли. Сам придумает, сам поверит…
А вот второй...
Хищник. Опасный – и надломленный.
Что-то произошло нехорошее с Луисом Давертом, и не так давно произошло. Сейчас он опаснее раненного тигра, и если сделать неверный шаг, неверный жест, просто сказать одно неверное слово, он кинется, смыкая клыки на ее горле. Может, потом и пожалеет, а может, и нет. И уж точно не воскресит. Так что…
Под ногами очень тонкий лед, почти вода. Кто там любил гулять по воде? Принимайте компанию!
Алаис просчитала все в доли минуты, и приняла решение. Расправила плечи так, что лопатки едва не встретились, подняла подбородок повыше, и посмотрела надменно. Если я здесь, то кто – вы?
- Добрый день, тьеры. Могу я поговорить с главой рода Лаис?
Мужчины переглянулись.
Род Лаис.
Страшная сказка Рамтерейи, серебряные акулы. Безжалостные, жестокие, никогда не останавливающиеся, никогда не прекращающие погони… К этому роду принадлежат и братья, и сестра.
Знал Луис, и знал Эрико. Еще перед бегством Луис все рассказал брату, хотя и в общих чертах, и мамины вещи отдал. Мало ли...
Эттан Даверт увязал в своей авантюре все сильнее, и Луис не знал, чего ожидать. Подстраховаться было разумно.
А где знал Эрико, знала и Элисса. И ничего удивительного в этом не было, чай, не государственный секрет, да и тот можно рассказать любимой женщине.
Луис ответил на надменность Алаис ледяным взглядом. Но женщина не затрепетала, не вздрогнула, даже ресниц не опустила. В глаза Луиса Даверта смотрел… равный противник?
Но – женщина? Разве так бывает?
И все же, сине-сиреневый взгляд скрещивался с карим, и казалось, что в кабинете сталкиваются с тонким певучим звоном, рассыпая во все стороны вихри искр две сабли. Уступать не хотел никто, и неизвестно, сколько продолжалась бы дуэль, не кашляни робко Далан. Луис усмехнулся, показывая, что не уступает, просто покоряется обстоятельствам, и медленно ответил:
- Главой рода Лаис могу считаться я. Говорите.
- Я бы хотела поговорить с главой рода Лаис.
Эрико начал подниматься из-за стола, но ладонь Луиса опустилась на плечо брату, придавливая обратно.
- У меня нет секретов от брата.
- Речь идет не о доверии, а о безопасности.
Луис прищурился.
- Вы угрожаете?
Алаис покачала головой.
- К сожалению, тьеры, наличие крови Лаис в ваших жилах уже опасно. Я предупреждаю, что принесла опасные знания и недобрые вести, но решать, как ими распорядиться – вам.
Несколько минут братья переглядывались. Потом Луис вздохнул. Тяжко, словно на его плечах лежал Сизифов камень.
- Рик…
- Мы семья – или нет?
В этот момент братья вообще были похожи, как два яйца из одного гнезда.
- Я не хочу тобой рисковать.
- А я – тобой. Думаю, девушкам знать и правда ни к чему, но ты можешь лучше оценить риск, а я разберусь в денежных делах…
- Деньги тут заработать не удастся, - честно предупредила Алаис.
Эрико не фыркнул, нет, но явно хотел.
- Милая тьерина, если речь идет об информации, то и о деньгах тоже. Знания – дороже всего в нашей жизни. Я остаюсь.
- Рассказывайте, - распорядился Луис. – Лучше уж знать, откуда подползают змеи.
Алаис кивнула. И словно бросилась в пропасть.
- Надеюсь, вы знаете про кольца и медальоны, тьер? Знак рощдовой принадлежности к герцогскому дому?
- Да.
- Тогда смотрите...
На стол лег медальон с гербом рода Карнавон. Луис медленно взял его в руку, коснулся пальцем.
Черная касатка плыла через кровавое море. Выпрыгивала из воды, взлетая в такой же алый закатный воздух. Черное на алом...
- Карнавон?
- Я являюсь герцогиней Карнавон по праву крови и рода, - подтвердила Алаис. – Хотя вряд ли вы обо мне слышали.
- Нет, почему же! – Эрико прищелкнул пальцами. – Алис... Алаис Карнавон!
Алаис чуть склонила голову, подтверждая, что – да. Она, и именно она.
- Вы, вроде бы, умерли? Или были похищены?
Эрико задавал вопросы чуть иронично. Не вязалась в его разуме эта девчонка с герцогиней Карнавон. Герцоги, они ведь... другие! От Морских Королей! А эта – что?
Стоит, смотрит своими глазищами непонятного цвета, то ли серые, то ли синие, то ли вообще лиловые... хотя и красивые, но не во вкусе Эрико. Слишком уж... опасна?
А ведь и пожалуй.
Не меч и не сабля, но стилет, который легко пройдет через самую толстую кольчугу. Мизерикордия.
Худощавая фигура, маританское платье, которое носится спокойно и без малейшего стеснения, нарочито простая прическа – не придворный наряд, но как держится эта молодая еще девушка! Лусии до нее далеко…
Конечно, Лу красивее, это понятно, но чувство собственного достоинства, умение держать себя, характер… некоторые до такого всю жизнь не дорастают.
- Когда ее величество Лидия Сенаоритская одобрила штурм и разграбление замка рода Карнавон, я единственная осталась в живых. Меня выдали замуж за человека, который убил мою родню. Разумеется, я не стала ждать, пока слишком старую племенную корову отправят на скотобойню, и сбежала, - вежливо разъяснила Алаис.
Мужчины переглянулись.
- Хотелось бы услышать, как вам это удалось, - не менее вежливо выразил свое недоумение Луис.
Алаис пожала плечами.
- Корова же... Вы не будете ждать подвоха от тупого животного, предназначенного на заклание. Так вот, притворилась согласной на все буренкой, усыпила бдительность, сбежала, добралась до Маритани, а оттуда до Атрея. А по дороге встретилась с Даланом.
- Атреем?
Алаис чуть покачала головой.
- Далан – не Аттрей. Он просто его наследник.
- А кто именно – Атрей?
Улыбка Алаис стала ослепительной.
- Магистр Шеллен.
Поток брани, извергшийся из Луиса, сделал бы честь грузчику, которому уронили на ногу комод. Присутствующие восхищенно внимали. Потом Луис зло сплюнул прямо на пол, подошел к стойке с графином (до бара тут еще не додумались), и, наплевав на бокал, хлебнул прямо из горлышка. Подавился, закашлялся, что есть силы, плюясь по сторонам чем-то красным.
- Рик, ...! Что это за... ?!
- Шерри.* Элли его любит...
* шерри – в значении «сладкое красное вино», прим. авт.
Графин полетел в стену.
- Твою ж...!!!
Алаис смотрела с сочувствием. Да уж, такого никому не пожелаешь. Это не мексиканские сериалы, это реал! И он круче любых американских горок!
Отплевавшись, Луис пристально посмотрел на Алаис.
- Значит, Карнавон. И Атрей. А от меня вы что хотите?
Женщина развела руками.
- Сведений о Тавальене. Подробных, тщательных, с адресами, паролями и явками, простите, сорвалось... Магистр Шеллен сейчас в Тавальене?
- Предполагаю, что да.
- У нас с Даланом нет иного выхода. Он не может оставить отца в руках врага, я не могу отказать в помощи герцогу. Так что... простите, тьер... Даверт? Или лучше сразу Лаис?
- Лучше – Верт, - отмахнулся Луис. – Так спокойнее. Скажите, герцогиня...
Алаис подняла руку развернутой ладонью к мужчине.
- Просто Алаис, тьер. Для экономии времени и сил.
Луис потер виски, тяжело опустился в кресло.
- Алаис... это не просто неожиданность. Это... откуда вы о нас узнали?
- По иронии судьбы, нас связала Маритани, - Алаис улыбнулась. – Когда вы нанимаете маританский корабль, не удивляйтесь вмешательству богини в вашу судьбу.
- Маритани, - хмыкнул Луис. – Ах, Маритани...
- Боги есть, - тихо сказала Алаис. Но как-то так... спорить не захотелось никому. И ерничать тоже. Луис подумал, что даже Эттан Даверт, окажись он здесь, смолчал бы, хотя в кругу близких Преотец любил поиздеваться над стадом «ушибленных писанием баранов», которых так приятно стричь и брить.
- Значить, маританцы. И кто же проболтался?
- Надеюсь, вы не ждете от нас ответа? – удивилась Алаис.
Судя по злым глазам Луиса, он бы не отказался. И от ответа, и от отрывания головы слишком болтливым маританцам.
- Не злитесь на них, не надо. Там, где есть воля Маритани, смертные бессильны.
Сама Алаис в богов тоже верила постольку поскольку, но местные-то не обладали закалкой семидесяти лет атеизма! Хотя...
Отношение Алаис можно было определить двумя словами. Бог есть. А религия, вера и прочие радости – это уже не от бога, нет... Уж сколько за нее крови пролилось – Мировой океан в сторонке отдыхает, а люди все воюют и воюют во имя бога... да беднягу, если б он за землей наблюдал, давно бы кондрашка хватила! Или он бы кого хватил молнией по темечку. Так что...
- Маритани так им лично и сказала – сообщить герцогине?
- Боги никогда не помогают нам лично, - менторским голосом возвестила Алаис. – Они не скинут тебе на голову кошелек с золотом, но могут подкинуть выгодное дело, они не ударят перед тобой в землю молнией, чтобы остановить, но ты можешь подвернуть ногу... тут важно правильно истолковать посланное тебе знамение – разумеется, с дружеской помощью ближайшего храмовника.
Луис фыркнул. Раз, другой, а потом от души расхохотался. В этот момент Алаис выглядела ужасно забавно. Робко подхохотнул Эрико. Алаис и Далан взирали на мужскую истерику сочувственно. Понятно же, плохо человеку от неожиданности, вот так и прорывается...
Наконец тьер Даверт пришел в себя и продолжил диалог.
- Значит, вы хотите от меня подробного рассказа о Тавальене.
- Графу, - приговорил Луис.
- Вот, удалось ли графу тебя… того самого… или не удалось. Для нашей безопасности пока так и лучше. Да и что общего у тебя может быть с герцогиней Карст? Или с дочерью Преотца? Мы сейчас поступимся малым, чтобы сохранить большее.
- И кто на мне женится, с этим малым? – ехидно поинтересовалась Лусия.
Луис переглянулся с Массимо.
Ишь ты! На корабле умирать собиралась, а теперь уже о женихах думает! Но это-то хорошо, это правильно! Все же дети Эттана Даверта и Вальеры Тессани и не могли быть слабовольными романтиками. От крокодила котенка не родишь, не те зверушки.
Что-то такое понял и Эрико, потому что махнул рукой.
- Лу, да что ты переживаешь, наоборот, понимать должна! Если парня сплетни не остановят, значит, настоящее у него к тебе, не подделка какая!
Лусия надула губы и переглянулась с Элиссой. На этот раз девушки смолчали, но выражение: «какие же эти мужчины бестолочи!» прямо-таки светилось на милых личиках.
«Бестолочи» тут же подтвердили свой статус, заговорив о чем-то ужасно неинтересном.
Договора, сделки, обеспечение, векселя… бррр!
А вымыться с дороги? Переодеться? Праздничный ужин устроить?
Ох уж эти мужчины…
***
Элайна все узнала за два дня. А на третий Алаис с Даланом собрались в гости.
Ребенка пришлось оставить на попечение няни, Элайну чуть ли не принудительно запереть дома, поручив Лизетте. Объясняй, не объясняй, что попусту бегать – хуже всего, так не доходит ведь!
Нельзя в таких делах торопиться, никак нельзя.
Домик у Давертов был вполне приличный. Не слишком большой, не слишком маленький, из серого уютного камня, с красной черепичной крышей и красными же ставнями.
Садик перед домом тоже выглядел ухоженным, и сейчас в нем возилась красивая девушка.
Элисса знала, что это не принято среди высокородных, но так было проще подружиться с соседями, да и вообще… должны быть у всех свои увлечения! У нее – вот!
Подъехавшая карета ее не насторожила. А вот вышедшая из нее пара…
Странная это была компания.
Женщина – невысокая, худощавая, но в меру, с пепельными волосами и глубокими темными глазами, одета в маританское платье, из тех, что выглядят просто, а стоят жутких денег. Уж Элиса-то знала, сколько придется заплатить за такой шелк с вышивкой… И спину держит, как королева. Даже Лусии далеко до такой осанки и манер.
Парень с ней – тот попроще. Светловолосый, растрепанный, платье не маританское, но тоже дорогое. И все же видно, что женщина главная здесь.
Они медленно подошли к чисто символической ограде, и парень пару раз из вежливости стукнул бронзовым молоточком. К чему шуметь? Видно же, что их заметили…
Элисса отряхнула испачканные в земле руки, и направилась к калитке.
- Добрый день господа…?
Парень и девушка переглянулись, и слово взяла незнакомка.
- Здравствуйте, госпожа…?
- Верт. Элисса Верт.
- Госпожа Верт, мне бы хотелось поговорить со старшим из братьев… Верт.
Элисса заметила более, чем красноречивую заминку перед именем. Сдвинула брови.
- Я сейчас спрошу у Луиса, сможет ли он вас принять. А вы кто?
- Передайте, пожалуйста, акуле, что встречи с ней просят кит и касатка.
Элисса побелела, как мел.
Акула…
Если кто думает, что Эрико скрывал свое происхождение от любимой женщины, пусть срочно передумает. Не скрывал, конечно. Да и не получилось бы у него…
Акула. Герб семейства Лаис.
Кит? Атрей? Касатка? Карнавон?
Арден милосердный, кто же это стоит у нее на пороге? И что принесут эти люди?
- П-проходите…
***
Алаис очень хотелось успокоить испуганную девушку, но нечем. Уж простите.
И они сюда пришли не с добром, и ничего хорошего сказать не могут, и во что еще могут ввязаться обитатели домика из-за их… чего? Глупости?
Иголки в мягком месте?
Нет, наверное, это иначе называется…
Говорят, не надо лезть в чужие дела, но это-то не чужие! Алаис сама взвалила их на плечи. Первый раз – когда приняла все долги рода Карнавон. Второй раз – когда помогла Далану. Да, они не знали тогда о своей связи, но сейчас, когда все вскрылось?
Как тут отвернуться и пройти мимо? Как сказать себе, что это чужое дело и жить спокойно?
Не получится, никак не получится…
Элисса провела гостей прямо в кабинет, под удивленные взгляды его хозяев.
- Рик, Луис… это к вам.
Мужчины подняли глаза от бумаг, и вгляделись в гостей.
***
Еще в той жизни Алаис была юристом. Хорошим, грамотным специалистом, который не проигрывал практически ни одного дела. Или сводил их вничью, или добивался минимального срока для клиента, или подследственного освобождали чуть ли не в зале суда... вариантов было много, но это было не только благодаря знанию законов.
Законник – это не юрист, это справочник на ножках. А хороший юрист – это и чутье на людей, и умение промолчать в нужный момент или подать нужную реплику, и наблюдательность, и проницательность, и даже, как это ни забавно звучит, банальная эрудиция. Не всегда нам в жизни хватает своего опыта, и когда его можно занять у кого-то из великих – уже большой прорыв.
Когда-то у нее все это было, и сейчас не исчезло.
Алаис Карнавон смотрела на двоих мужчин, и хладнокровно просчитывала шансы.
Два брата.
Один повыше и потоньше, второй чуть ниже и массивней. У обоих черные волосы, у старшего они собраны в небрежный хвост, у младшего стянуты на затылке дорогой золотой заколкой, у старшего гладко выбритое лицо, у младшего усики и бородка. Старший одет в нечто простое и черное, младший подобрал костюм под цвет глаз, шоколадно-коричневый, богато расшитый золотой нитью и украшенный янтарем. Братья, похожие внешне, но совершенно разные по сути своей.
Эрико – менее опасен. Торгаш, этим все сказано. Бывают такие люди, созданные для «купи-продай-даром отдай», это их талант, и в своем деле они почти поэты. Даже более того. Пушкин бы обзавидовался тем сказкам, которые наплетет Эрико ради трехсот процентов прибыли. Сам придумает, сам поверит…
А вот второй...
Хищник. Опасный – и надломленный.
Что-то произошло нехорошее с Луисом Давертом, и не так давно произошло. Сейчас он опаснее раненного тигра, и если сделать неверный шаг, неверный жест, просто сказать одно неверное слово, он кинется, смыкая клыки на ее горле. Может, потом и пожалеет, а может, и нет. И уж точно не воскресит. Так что…
Под ногами очень тонкий лед, почти вода. Кто там любил гулять по воде? Принимайте компанию!
Алаис просчитала все в доли минуты, и приняла решение. Расправила плечи так, что лопатки едва не встретились, подняла подбородок повыше, и посмотрела надменно. Если я здесь, то кто – вы?
- Добрый день, тьеры. Могу я поговорить с главой рода Лаис?
Мужчины переглянулись.
Род Лаис.
Страшная сказка Рамтерейи, серебряные акулы. Безжалостные, жестокие, никогда не останавливающиеся, никогда не прекращающие погони… К этому роду принадлежат и братья, и сестра.
Знал Луис, и знал Эрико. Еще перед бегством Луис все рассказал брату, хотя и в общих чертах, и мамины вещи отдал. Мало ли...
Эттан Даверт увязал в своей авантюре все сильнее, и Луис не знал, чего ожидать. Подстраховаться было разумно.
А где знал Эрико, знала и Элисса. И ничего удивительного в этом не было, чай, не государственный секрет, да и тот можно рассказать любимой женщине.
Луис ответил на надменность Алаис ледяным взглядом. Но женщина не затрепетала, не вздрогнула, даже ресниц не опустила. В глаза Луиса Даверта смотрел… равный противник?
Но – женщина? Разве так бывает?
И все же, сине-сиреневый взгляд скрещивался с карим, и казалось, что в кабинете сталкиваются с тонким певучим звоном, рассыпая во все стороны вихри искр две сабли. Уступать не хотел никто, и неизвестно, сколько продолжалась бы дуэль, не кашляни робко Далан. Луис усмехнулся, показывая, что не уступает, просто покоряется обстоятельствам, и медленно ответил:
- Главой рода Лаис могу считаться я. Говорите.
- Я бы хотела поговорить с главой рода Лаис.
Эрико начал подниматься из-за стола, но ладонь Луиса опустилась на плечо брату, придавливая обратно.
- У меня нет секретов от брата.
- Речь идет не о доверии, а о безопасности.
Луис прищурился.
- Вы угрожаете?
Алаис покачала головой.
- К сожалению, тьеры, наличие крови Лаис в ваших жилах уже опасно. Я предупреждаю, что принесла опасные знания и недобрые вести, но решать, как ими распорядиться – вам.
Несколько минут братья переглядывались. Потом Луис вздохнул. Тяжко, словно на его плечах лежал Сизифов камень.
- Рик…
- Мы семья – или нет?
В этот момент братья вообще были похожи, как два яйца из одного гнезда.
- Я не хочу тобой рисковать.
- А я – тобой. Думаю, девушкам знать и правда ни к чему, но ты можешь лучше оценить риск, а я разберусь в денежных делах…
- Деньги тут заработать не удастся, - честно предупредила Алаис.
Эрико не фыркнул, нет, но явно хотел.
- Милая тьерина, если речь идет об информации, то и о деньгах тоже. Знания – дороже всего в нашей жизни. Я остаюсь.
- Рассказывайте, - распорядился Луис. – Лучше уж знать, откуда подползают змеи.
Алаис кивнула. И словно бросилась в пропасть.
- Надеюсь, вы знаете про кольца и медальоны, тьер? Знак рощдовой принадлежности к герцогскому дому?
- Да.
- Тогда смотрите...
На стол лег медальон с гербом рода Карнавон. Луис медленно взял его в руку, коснулся пальцем.
Черная касатка плыла через кровавое море. Выпрыгивала из воды, взлетая в такой же алый закатный воздух. Черное на алом...
- Карнавон?
- Я являюсь герцогиней Карнавон по праву крови и рода, - подтвердила Алаис. – Хотя вряд ли вы обо мне слышали.
- Нет, почему же! – Эрико прищелкнул пальцами. – Алис... Алаис Карнавон!
Алаис чуть склонила голову, подтверждая, что – да. Она, и именно она.
- Вы, вроде бы, умерли? Или были похищены?
Эрико задавал вопросы чуть иронично. Не вязалась в его разуме эта девчонка с герцогиней Карнавон. Герцоги, они ведь... другие! От Морских Королей! А эта – что?
Стоит, смотрит своими глазищами непонятного цвета, то ли серые, то ли синие, то ли вообще лиловые... хотя и красивые, но не во вкусе Эрико. Слишком уж... опасна?
А ведь и пожалуй.
Не меч и не сабля, но стилет, который легко пройдет через самую толстую кольчугу. Мизерикордия.
Худощавая фигура, маританское платье, которое носится спокойно и без малейшего стеснения, нарочито простая прическа – не придворный наряд, но как держится эта молодая еще девушка! Лусии до нее далеко…
Конечно, Лу красивее, это понятно, но чувство собственного достоинства, умение держать себя, характер… некоторые до такого всю жизнь не дорастают.
- Когда ее величество Лидия Сенаоритская одобрила штурм и разграбление замка рода Карнавон, я единственная осталась в живых. Меня выдали замуж за человека, который убил мою родню. Разумеется, я не стала ждать, пока слишком старую племенную корову отправят на скотобойню, и сбежала, - вежливо разъяснила Алаис.
Мужчины переглянулись.
- Хотелось бы услышать, как вам это удалось, - не менее вежливо выразил свое недоумение Луис.
Алаис пожала плечами.
- Корова же... Вы не будете ждать подвоха от тупого животного, предназначенного на заклание. Так вот, притворилась согласной на все буренкой, усыпила бдительность, сбежала, добралась до Маритани, а оттуда до Атрея. А по дороге встретилась с Даланом.
- Атреем?
Алаис чуть покачала головой.
- Далан – не Аттрей. Он просто его наследник.
- А кто именно – Атрей?
Улыбка Алаис стала ослепительной.
- Магистр Шеллен.
***
Поток брани, извергшийся из Луиса, сделал бы честь грузчику, которому уронили на ногу комод. Присутствующие восхищенно внимали. Потом Луис зло сплюнул прямо на пол, подошел к стойке с графином (до бара тут еще не додумались), и, наплевав на бокал, хлебнул прямо из горлышка. Подавился, закашлялся, что есть силы, плюясь по сторонам чем-то красным.
- Рик, ...! Что это за... ?!
- Шерри.* Элли его любит...
* шерри – в значении «сладкое красное вино», прим. авт.
Графин полетел в стену.
- Твою ж...!!!
Алаис смотрела с сочувствием. Да уж, такого никому не пожелаешь. Это не мексиканские сериалы, это реал! И он круче любых американских горок!
Отплевавшись, Луис пристально посмотрел на Алаис.
- Значит, Карнавон. И Атрей. А от меня вы что хотите?
Женщина развела руками.
- Сведений о Тавальене. Подробных, тщательных, с адресами, паролями и явками, простите, сорвалось... Магистр Шеллен сейчас в Тавальене?
- Предполагаю, что да.
- У нас с Даланом нет иного выхода. Он не может оставить отца в руках врага, я не могу отказать в помощи герцогу. Так что... простите, тьер... Даверт? Или лучше сразу Лаис?
- Лучше – Верт, - отмахнулся Луис. – Так спокойнее. Скажите, герцогиня...
Алаис подняла руку развернутой ладонью к мужчине.
- Просто Алаис, тьер. Для экономии времени и сил.
Луис потер виски, тяжело опустился в кресло.
- Алаис... это не просто неожиданность. Это... откуда вы о нас узнали?
- По иронии судьбы, нас связала Маритани, - Алаис улыбнулась. – Когда вы нанимаете маританский корабль, не удивляйтесь вмешательству богини в вашу судьбу.
- Маритани, - хмыкнул Луис. – Ах, Маритани...
- Боги есть, - тихо сказала Алаис. Но как-то так... спорить не захотелось никому. И ерничать тоже. Луис подумал, что даже Эттан Даверт, окажись он здесь, смолчал бы, хотя в кругу близких Преотец любил поиздеваться над стадом «ушибленных писанием баранов», которых так приятно стричь и брить.
- Значить, маританцы. И кто же проболтался?
- Надеюсь, вы не ждете от нас ответа? – удивилась Алаис.
Судя по злым глазам Луиса, он бы не отказался. И от ответа, и от отрывания головы слишком болтливым маританцам.
- Не злитесь на них, не надо. Там, где есть воля Маритани, смертные бессильны.
Сама Алаис в богов тоже верила постольку поскольку, но местные-то не обладали закалкой семидесяти лет атеизма! Хотя...
Отношение Алаис можно было определить двумя словами. Бог есть. А религия, вера и прочие радости – это уже не от бога, нет... Уж сколько за нее крови пролилось – Мировой океан в сторонке отдыхает, а люди все воюют и воюют во имя бога... да беднягу, если б он за землей наблюдал, давно бы кондрашка хватила! Или он бы кого хватил молнией по темечку. Так что...
- Маритани так им лично и сказала – сообщить герцогине?
- Боги никогда не помогают нам лично, - менторским голосом возвестила Алаис. – Они не скинут тебе на голову кошелек с золотом, но могут подкинуть выгодное дело, они не ударят перед тобой в землю молнией, чтобы остановить, но ты можешь подвернуть ногу... тут важно правильно истолковать посланное тебе знамение – разумеется, с дружеской помощью ближайшего храмовника.
Луис фыркнул. Раз, другой, а потом от души расхохотался. В этот момент Алаис выглядела ужасно забавно. Робко подхохотнул Эрико. Алаис и Далан взирали на мужскую истерику сочувственно. Понятно же, плохо человеку от неожиданности, вот так и прорывается...
Наконец тьер Даверт пришел в себя и продолжил диалог.
- Значит, вы хотите от меня подробного рассказа о Тавальене.
