Год!
А тут-то три сотни лет! Грязи было столько, что страшно было даже смотреть на это. А еще – обидно. Очень обидно…
Словно Алаис в чем-то обманули.
Покои Карнавонов привели в порядок первыми, и девушка воцарилась там. Хотя покоями это называли из вежливости. На самом деле, под обитель Карнавонов была отдана одна из замковых башен, и места в ней хватило бы на роту солдат.
Вот в башне и случилось событие, о котором Алаис никогда не расскажет Луису. Ни к чему любимому мужчине такое опасные знания, совершенно ни к чему! Мало ли что он натворит в припадке оскорбленного самолюбия?
А дело было так.
То ли Алаис переусердствовала с образом идиотки, слишком вжившись в эту шкурку, то ли это была просто проверка, но…
Алаис воцарилась в покоях Карнавонов, и наслаждалась. Герцоги почти не использовали родовые цвета в жилых комнатах. Все было приглушенных приятных тонов, массивная мебель, громадные окна, высоченные потолки с лепниной…
И коридоры, в которых хоть на трамвае можно ездить!
Вот, в коридоре Алаис и столкнулась с Дионом.
В первую минуту она даже не сообразила, что этот тип делает в ее любимом месте для прогулок. Потом уже, задним числом поняла, что ее подстерегали, выбрав время, когда Луис отлучился по делам, и она осталась одна.
Атреи, хоть и переехали, были заняты чем-то важным, по словам магистра. Луис мотался в порт чуть ли не ежедневно. Мирт рисовал целыми днями, забывая даже о воде и пище – художник дорвался до прекрасного!
Алаис оставалось лишь гулять по саду, который зарос деревьями и кустарниками, но все равно представлял собой совершенно восхитительное зрелище. Для тех, кому нравится естественность и неухоженность. Там-то, в коридоре, который выводил в сад, Алаис и подкараулил Дион. И для начала склонился на ручкой герцогини.
- Ваша светлость…
- Монтьер, - нейтрально отозвалась Алаис.
- Могу я предложить вам свою компанию для прогулок по саду?
- Предлагайте, - не то, чтобы Алаис была рада, но вдруг из него удастся что-то вытащить?
В безнадежности своей затеи она убедилась почти сразу же, как только они оказались в саду. Дион действовал прямолинейно, как и его далекий предок. Но вот хватать обоими руками за грудь все же не стоило…
Да, молодой мужчина, симпатичный, и наверное, неплох в постели. Но ведь дело-то не в этом!
Если по таким принципам себе партнеров выбирать – до основания сотрешься! С чего он решил, что является счастьем для любой женщины – неясно. Или так его на землях Тимаров приучили?
Алаис не стала выяснять подробности, или пошло кричать: «на помощь». Она применила свое секретное оружие.
Можно ударить мужчину коленом в пах, но мужчины не дураки и удар туда ждут. Еще и в ответ перепадет за покушение на самое ценное!
А можно…
Алаис подняла руки, словно желая обнять мужчину, а вместо этого резко положила пальцы на полузакрытые веки и надавила на глазные яблоки.
Опять же, это надо выполнять резко, жестко, и не жалеть оппонента, помня, что он тебя не пожалеет.
Опыта у Алаис было мало, но желания хватило. Мужчина отшатнулся, заорал что-то невнятное, и принялся тереть глаза.
Женщина развернулась и ретировалась, не показывая врагу своего страха. Вот ведь не хватало! Скажи такое Луису – он же убьет, сразу убьет подлеца!
Или на то и рассчитано?
Провокация?
Алаис металась по комнате, не зная, как все рассказать мужу. А сам муж, замерев, стоял на причале. И даже ругаться не мог, потому что в гавань Маритани входили корабли под знаменем Тавальена.
Отец?
Только бы не это! И без него тесно!
Бежать и прятаться Луис Даверт не собирался. У него тут жена, пасынок, он сам герцог… и он будет бегать по всему острову от Преотца?
Чести много!
Но если просто явиться пред очи Эттана Даверта, то все вышеперечисленное будет неважно. Его сначала удавят, а потом будут разбираться. А потому…
Луис развернулся, и отправился к главе рода Ирт.
Чистенький беленький дом, алые ставни и черепица, дорожки, засыпанные ракушечником, алые мальвы в палисаднике, невысокий белый каменный заборчик, примерно чуть повыше колена взрослому человеку – не ограда от воров, а так, отделить сад от дороги… Глава рода мог бы построить себе дом побольше?
Начальник стражи самого короля мог бы жить побогаче?
Луис еще раз окинул взглядом домик. От чистенького крыльца, сложенного из камня – дерево здесь слишком дорого стоит, до кованого флюгера на крыше, сделанного в виде змея, и вдруг понял каким-то наитием, что в этом доме ничего менять нельзя. Здесь живет любовь, а богатство здесь просто лишнее. Им достаточно.
И глаза вышедшей в сад женщины светятся теплым ласковым светом морской синевы, как и у многих маританцев, потому что она любит и любима. И на легкий кашель незнакомца она оборачивается без страха.
- Да?
- Добрый день, хозяюшка. Мне бы с хозяином поговорить?
- Да, конечно. Лаур, к тебе пришли!
- Ваша светлость…
- Тьер, - вернул поклон Луис. - Вы позволите мне войти?
- Да, разумеется. Прошу вас, ваша светлость. Милая, подай нам чего-нибудь прохладного?
- Сейчас, родной мой.
И смотрела жена на своего супруга с любовью. Так, что Луис ощутил холодок в сердце. Он бы тоже хотел нечто подобное, да... Небольшой дом, уютный и чистенький, жену… Алаис Карнавон, которая любит его и которую любит он, детей…
Он сможет это получить?
Нет…
Может быть, в старости, и то не обязательно. Не дадут ему тихой и спокойной жизни, да и не надо, наверное. Волка мордой в незабудки уложить можно, да вот беду – не корова он, а хищник. Сдохнет он с тоски и от голода…
А из Луиса делали волка, методично и упорно, и измениться уже не в его власти. Но и волки иногда воют с тоски, глядя на ухоженную собаку у красивой будки, на теплую подстилку и миску с мясом…
Это – не их. Но иногда так жаль и так больно…
На стол опустился запотевший стеклянный кувшин с чем-то зеленоватым. Луис подождал, пока хозяин разольет содержимое по большим кружкам, сделал глоток…
Мята, лимон, легкая хинная горечь, что-то еще…
- Мятная настойка. Самое то в нашу жару, ваша светлость.
- Ваша супруга готовила?
- Да.
- Передайте ей мое восхищение…
- Непременно.
Обязательная часть была выполнена, и глава рода Ирт воззрился на герцога Лаис, безмолвно вопрошая, какого кракена ему еще надо? Луис не стал тянуть время.
- На Маритани прибыл Эттан Даверт. Преотец Даверт.
- И что теперь с ним делать?
Луис иронично приподнял бровь.
- Это я хотел у вас узнать. Что вы намерены делать с Преотцом? И как собираетесь не дать ему желаемого?
- Смотря, чего он пожелает…
- Мою голову на блюде, - припечатал Луис.
Такими словами не разбрасывались, так что глава рода Ирт задумался.
- Вы уверены, что конфликт нельзя уладить мирным путем?
Луис ухмыльнулся в ответ.
- Можно. Но придется продемонстрировать свою силу.
Лаур Ирт пожал в ответ плечами.
Придется?
Значит, продемонстрируем. Если Преотец забыл, почему воды Тавальена перестали быть судоходными, надо ему об этом напомнить.
И в то же время…
- Ваша светлость, я могу рассчитывать на ваше благоразумие?
Луис поднял глаза на главу рода Ирт. Странные, словно бы посветлевшие. Раньше темно-карие, а сейчас золотые, но не просто так, а словно тонкий слой позолоты нанесли на зеленую эмаль, и она просвечивает из-под золота. Как солнце на поверхности воды – искры, блики, и ничего определенного.
- Можете. Клятву дать?
- Не стоит, ваша светлость. - Глава рода Ирт не раз наблюдал такое изменение, и понимал, что на Луисе благословение Маритани. А богиня не ошибается. Никто из выбранных Ей не навредил Маритани, а значит, и сомневаться ни к чему. – Просто поясните, что вы задумали, и что требуется от меня.
Луис поглядел с сомнением, а потом принялся излагать свою идею.
Эттан Даверт оглядывал Маритани с борта корабля.
Островок… так себе, плевок на карте. И знаменит он двумя вещами.
Храмом Моря и Дворцом Королей.
А вот храмов Ардена на Маритани нет. Ни одного. Непорядок…
Надо бы побеседовать об этом с местными рыбаками… наверняка, им тяжело живется без храмов и служителей. Некому поплакаться, некому покаяться, некому дары принести… да, и доходы Храма могут увеличиться. На Маритани жемчуг дешев, а вот где-нибудь в Рандее…
Храм всегда знает, как и чем распорядиться к выгоде дела Ардена.
А это что такое?
Занятый своими мыслями, Преотец не сразу обратил внимание на странную процессию, которая двигалась к кораблю, а когда увидел…
Слов у него не осталось. Только змеиное шипение.
К пристани двигались люди. Но какие! И как!
Двойная шеренга печатала шаг, высекая искры из мостовой, блестели серебром застежки, оружие, бляхи, развевались ярко-синие плащи с серебряным морским Змеем, реял королевский штандарт… это зрелище никто не видел вот уже триста лет.
Гвардия Морского Короля вновь была готова к бою.
Эттан аж задохнулся от ярости, понимая, что ему хотят сказать.
Ты здесь не хозяин. Маритани – не твоя…
Но это мы еще посмотрим…
И не успев справиться с первым приступом ярости, Эттан Даверт задохнулся вторично, потому что узнал человека, который шагал в середине строя так, словно имел право и на это, и на все окружающее.
В сером камзоле с зеленой отделкой, в плаще с изображением акулы, к нему шел его собственный сын. Тьер Луис Даверт, беглый и непойманный…
Ему бы сидеть сейчас где-нибудь под корягой и дрожать от предчувствия встречи с отцом, а он идет… и почему на нем одежда в гербах Лаис?
Непонятно…
Что вообще происходит?
Процессия тем временем достигла сходней, переброшенных на берег, и один из гвардейцев взбежал по ним, протягивая капитану, который уже материализовался на палубе, свиток с большой печатью.
Королевской…
Вообще, печать была начальника Королевской стражи, но такие тонкости Эттан Даверт попросту не знал, и в негодовании смотрел то на свиток, то на капитана, который с поклоном поднес ему письмо.
Преодолевать себя Эттан умел еще в молодости, а потому сейчас молча сломал печать.
Вверительные грамоты на имя герцога Луиса Лаис были выполнены безукоризненно. Хоть сейчас выставляй в музее. И из нескольких коротких строчек было ясно, что герцог Лаис является полномочным представителем острова Маритани на переговорах с Преотцом.
Иными словами – любое оскорбление, нанесенное Луису – это оскорбление всего острова.
Любой вред, причиненный Луису – и отвечать Преотцу придется перед всеми маританцами. Конечно, Эттана Даверта не остановили бы подобные мелочи, но в драку надо ввязываться по своей воле, а не по чужой. А уж когда на горизонте маячит шторм…
Эттан прищурился на сына.
- Герцог Лаис?
- Пресветлый, - вежливо кивнул Луис.
- А как династия Лаис отнеслась к этой новости?
- Вполне достойно, - Луис развел руками. – Я не могу сказать, что все были в восторге, все же событие очень… неоднозначное, но в результате принятое решение устроило всех.
Эттан сморщил нос. И где только сынок так научился? Сволочь мелкая…
- Прошу вас проследовать в мои покои и обсудить ваше… повышение в должности, - наконец решил он.
Луис небрежным жестом взмахнул гвардейцам.
- Вольно. Я ненадолго, не более, чем на час.
Старший гвардеец выразительно покосился на солнце, заставляя Эттана скрипнуть зубами. Намек был понят.
Хоть ты и Преотец, но ты – на Маритани. И тут уж воля богини и жителей острова. Если что, тебя и сорок кораблей с воинами не спасет.
В каюте, которую более уместно было бы назвать покоями, Эттан уселся в роскошное кресло и кивнул Луису на стул.
Герцог остался стоять. Прошел по каюте, коснулся пальцем шпаги, висящей на стене - острая, и остановился у открытого окна. Облокотился локтем, поглядел на Этана.
- Что привело вас на Маритани, Пресветлый?
- А вы не догадываетесь, тьер… Лаис?
Отец и сын сейчас были похожи, как две капли воды. Одинаковые волчьи ухмылки, даже желтизна глаз похожая…
- Нет, не догадываюсь, тьер Даверт. Просветите меня.
Намек был понят Эттаном мгновенно.
- Мне сообщили, что на Маритани скрывается беглый преступник, который совершил в Тавальене нечто противозаконное.
- И что же сделал этот несчастный?
Мальчишка! Ах ты… наглец!
- Вы точно выразились, ваша светлость. Этот несчастный похитил из тюрьмы государственного преступника.
- Да что вы говорите! Просто ушам своим не верю! А куда делся теперь этот преступник?
- Полагаю, что он тоже на Маритани.
- Тоже? Что-то у нас тут избыток гостей из Тавальена, Пресветлый. Так назовите же этих негодяев!
Эттан вдруг ухмыльнулся.
- Полагаю, вы их не отыщете. Это некто тьеры Луис Даверт и магистр Ордена Моря – Шеллен. Бывший магистр. Вина?
- Да, я тоже полагаю, что мы их не отыщем, - согласился Луис. – Нет, благодарю вас.
Вино из рук Эттана Даверта?
Ох, не зря Преотец так прикипел к Вальере Тессани. Содержал бы он ее, не будь любовница полезна! Вальера была искусна в составлении самых разных настоек – от возбуждающих до убивающих. Тайны рода Тессани.
Теперь они в Лаис, вместе с Лусией. Так или иначе, мама многому научила эту соплюшку…
Эттан, конечно, секретов не знает, но старые запасы у него остаться могут. Вполне.
- Зря, - Эттан поднялся, налил себе вина из высокого кувшина и принялся медленно пить, поглядывая на противника. – Вы многое теряете, герцог.
- Я приобрел гораздо больше, - отбрил Луис.
И Эттан сорвался. Сверкнул глазами.
- Мальчишка! Да как ты посмел?
- Нет, отец. Это как ты посмел? Ты обрек на смерть невинных людей…
- Невинных у нас нет. Младенцев там точно не было.
- Неважно. По твоей вине убили несколько десятков тысяч людей, хороших людей… А магистра я обязан был спасти.
- Это еще почему?
- Потому что его полное имя – Итан Шеллен Атрей.
Эттан Даверт замер с открытым ртом.
- Гер…цог?
- Именно.
Многосложное ругательство, сорвавшееся с губ Эттана, сделало бы честь любому боцману. Преотец залпом опрокинул в себя вино, выдохнул…
- Ладно. Попадись ты мне сразу – я бы тебя повесил. Но сейчас… Рассказывай.
- О чем, к примеру?
- Когда ты узнал, что Лаис?
- Мать рассказала.
- Вэль?
- Да. Перед смертью… там долгая история, и это сейчас неважно.
- Предоставь мне судить об этом.
- Возможно. Но не сейчас. Мои люди занервничают через час, и это плохо закончится.
- Угрожаешь?
- Нет. Но Маритани и герцоги… стоит ли объяснять?
- Ты стал герцогом…
- По праву крови. Я принял род и наследие, потом отправился в Лаис… я понимаю, что это оказалось неожиданно, но мне хотелось чего-то добиться самому, а не бегать век на побегушках.
- Честолюбие…
Это чувство Эттан понимал. И даже одобрял. Тьер, который не мечтает стать королем? Это как похлебка без соли, вроде все на месте, а в рот не возьмешь.
Сыну выпал шанс, которым не мог бы воспользоваться сам Эттан.
Что сделал Луис? Понятное дело, помчался разбираться, что он может получить для себя.
- Получить я могу многое, вплоть до герцогства Лаис. А от моей супруги – еще и герцогство Карнавон.
А тут-то три сотни лет! Грязи было столько, что страшно было даже смотреть на это. А еще – обидно. Очень обидно…
Словно Алаис в чем-то обманули.
Покои Карнавонов привели в порядок первыми, и девушка воцарилась там. Хотя покоями это называли из вежливости. На самом деле, под обитель Карнавонов была отдана одна из замковых башен, и места в ней хватило бы на роту солдат.
Вот в башне и случилось событие, о котором Алаис никогда не расскажет Луису. Ни к чему любимому мужчине такое опасные знания, совершенно ни к чему! Мало ли что он натворит в припадке оскорбленного самолюбия?
А дело было так.
То ли Алаис переусердствовала с образом идиотки, слишком вжившись в эту шкурку, то ли это была просто проверка, но…
Алаис воцарилась в покоях Карнавонов, и наслаждалась. Герцоги почти не использовали родовые цвета в жилых комнатах. Все было приглушенных приятных тонов, массивная мебель, громадные окна, высоченные потолки с лепниной…
И коридоры, в которых хоть на трамвае можно ездить!
Вот, в коридоре Алаис и столкнулась с Дионом.
В первую минуту она даже не сообразила, что этот тип делает в ее любимом месте для прогулок. Потом уже, задним числом поняла, что ее подстерегали, выбрав время, когда Луис отлучился по делам, и она осталась одна.
Атреи, хоть и переехали, были заняты чем-то важным, по словам магистра. Луис мотался в порт чуть ли не ежедневно. Мирт рисовал целыми днями, забывая даже о воде и пище – художник дорвался до прекрасного!
Алаис оставалось лишь гулять по саду, который зарос деревьями и кустарниками, но все равно представлял собой совершенно восхитительное зрелище. Для тех, кому нравится естественность и неухоженность. Там-то, в коридоре, который выводил в сад, Алаис и подкараулил Дион. И для начала склонился на ручкой герцогини.
- Ваша светлость…
- Монтьер, - нейтрально отозвалась Алаис.
- Могу я предложить вам свою компанию для прогулок по саду?
- Предлагайте, - не то, чтобы Алаис была рада, но вдруг из него удастся что-то вытащить?
В безнадежности своей затеи она убедилась почти сразу же, как только они оказались в саду. Дион действовал прямолинейно, как и его далекий предок. Но вот хватать обоими руками за грудь все же не стоило…
Да, молодой мужчина, симпатичный, и наверное, неплох в постели. Но ведь дело-то не в этом!
Если по таким принципам себе партнеров выбирать – до основания сотрешься! С чего он решил, что является счастьем для любой женщины – неясно. Или так его на землях Тимаров приучили?
Алаис не стала выяснять подробности, или пошло кричать: «на помощь». Она применила свое секретное оружие.
Можно ударить мужчину коленом в пах, но мужчины не дураки и удар туда ждут. Еще и в ответ перепадет за покушение на самое ценное!
А можно…
Алаис подняла руки, словно желая обнять мужчину, а вместо этого резко положила пальцы на полузакрытые веки и надавила на глазные яблоки.
Опять же, это надо выполнять резко, жестко, и не жалеть оппонента, помня, что он тебя не пожалеет.
Опыта у Алаис было мало, но желания хватило. Мужчина отшатнулся, заорал что-то невнятное, и принялся тереть глаза.
Женщина развернулась и ретировалась, не показывая врагу своего страха. Вот ведь не хватало! Скажи такое Луису – он же убьет, сразу убьет подлеца!
Или на то и рассчитано?
Провокация?
Алаис металась по комнате, не зная, как все рассказать мужу. А сам муж, замерев, стоял на причале. И даже ругаться не мог, потому что в гавань Маритани входили корабли под знаменем Тавальена.
Отец?
Только бы не это! И без него тесно!
***
Бежать и прятаться Луис Даверт не собирался. У него тут жена, пасынок, он сам герцог… и он будет бегать по всему острову от Преотца?
Чести много!
Но если просто явиться пред очи Эттана Даверта, то все вышеперечисленное будет неважно. Его сначала удавят, а потом будут разбираться. А потому…
Луис развернулся, и отправился к главе рода Ирт.
Чистенький беленький дом, алые ставни и черепица, дорожки, засыпанные ракушечником, алые мальвы в палисаднике, невысокий белый каменный заборчик, примерно чуть повыше колена взрослому человеку – не ограда от воров, а так, отделить сад от дороги… Глава рода мог бы построить себе дом побольше?
Начальник стражи самого короля мог бы жить побогаче?
Луис еще раз окинул взглядом домик. От чистенького крыльца, сложенного из камня – дерево здесь слишком дорого стоит, до кованого флюгера на крыше, сделанного в виде змея, и вдруг понял каким-то наитием, что в этом доме ничего менять нельзя. Здесь живет любовь, а богатство здесь просто лишнее. Им достаточно.
И глаза вышедшей в сад женщины светятся теплым ласковым светом морской синевы, как и у многих маританцев, потому что она любит и любима. И на легкий кашель незнакомца она оборачивается без страха.
- Да?
- Добрый день, хозяюшка. Мне бы с хозяином поговорить?
- Да, конечно. Лаур, к тебе пришли!
Глава рода Ирт появился на крыльце через пару минут, узнал гостя и поклонился. Вежливо и холодно.
- Ваша светлость…
- Тьер, - вернул поклон Луис. - Вы позволите мне войти?
- Да, разумеется. Прошу вас, ваша светлость. Милая, подай нам чего-нибудь прохладного?
- Сейчас, родной мой.
И смотрела жена на своего супруга с любовью. Так, что Луис ощутил холодок в сердце. Он бы тоже хотел нечто подобное, да... Небольшой дом, уютный и чистенький, жену… Алаис Карнавон, которая любит его и которую любит он, детей…
Он сможет это получить?
Нет…
Может быть, в старости, и то не обязательно. Не дадут ему тихой и спокойной жизни, да и не надо, наверное. Волка мордой в незабудки уложить можно, да вот беду – не корова он, а хищник. Сдохнет он с тоски и от голода…
А из Луиса делали волка, методично и упорно, и измениться уже не в его власти. Но и волки иногда воют с тоски, глядя на ухоженную собаку у красивой будки, на теплую подстилку и миску с мясом…
Это – не их. Но иногда так жаль и так больно…
***
На стол опустился запотевший стеклянный кувшин с чем-то зеленоватым. Луис подождал, пока хозяин разольет содержимое по большим кружкам, сделал глоток…
Мята, лимон, легкая хинная горечь, что-то еще…
- Мятная настойка. Самое то в нашу жару, ваша светлость.
- Ваша супруга готовила?
- Да.
- Передайте ей мое восхищение…
- Непременно.
Обязательная часть была выполнена, и глава рода Ирт воззрился на герцога Лаис, безмолвно вопрошая, какого кракена ему еще надо? Луис не стал тянуть время.
- На Маритани прибыл Эттан Даверт. Преотец Даверт.
Глава рода Ирт нахмурился, прикидывая, чем ему это грозит. Понял, что ничего хорошего ждать не приходится, и выругался. Негромко, но с большим чувством.
- И что теперь с ним делать?
Луис иронично приподнял бровь.
- Это я хотел у вас узнать. Что вы намерены делать с Преотцом? И как собираетесь не дать ему желаемого?
- Смотря, чего он пожелает…
- Мою голову на блюде, - припечатал Луис.
Такими словами не разбрасывались, так что глава рода Ирт задумался.
- Вы уверены, что конфликт нельзя уладить мирным путем?
Луис ухмыльнулся в ответ.
- Можно. Но придется продемонстрировать свою силу.
Лаур Ирт пожал в ответ плечами.
Придется?
Значит, продемонстрируем. Если Преотец забыл, почему воды Тавальена перестали быть судоходными, надо ему об этом напомнить.
И в то же время…
- Ваша светлость, я могу рассчитывать на ваше благоразумие?
Луис поднял глаза на главу рода Ирт. Странные, словно бы посветлевшие. Раньше темно-карие, а сейчас золотые, но не просто так, а словно тонкий слой позолоты нанесли на зеленую эмаль, и она просвечивает из-под золота. Как солнце на поверхности воды – искры, блики, и ничего определенного.
- Можете. Клятву дать?
- Не стоит, ваша светлость. - Глава рода Ирт не раз наблюдал такое изменение, и понимал, что на Луисе благословение Маритани. А богиня не ошибается. Никто из выбранных Ей не навредил Маритани, а значит, и сомневаться ни к чему. – Просто поясните, что вы задумали, и что требуется от меня.
Луис поглядел с сомнением, а потом принялся излагать свою идею.
***
Эттан Даверт оглядывал Маритани с борта корабля.
Островок… так себе, плевок на карте. И знаменит он двумя вещами.
Храмом Моря и Дворцом Королей.
А вот храмов Ардена на Маритани нет. Ни одного. Непорядок…
Надо бы побеседовать об этом с местными рыбаками… наверняка, им тяжело живется без храмов и служителей. Некому поплакаться, некому покаяться, некому дары принести… да, и доходы Храма могут увеличиться. На Маритани жемчуг дешев, а вот где-нибудь в Рандее…
Храм всегда знает, как и чем распорядиться к выгоде дела Ардена.
А это что такое?
Занятый своими мыслями, Преотец не сразу обратил внимание на странную процессию, которая двигалась к кораблю, а когда увидел…
Слов у него не осталось. Только змеиное шипение.
К пристани двигались люди. Но какие! И как!
Двойная шеренга печатала шаг, высекая искры из мостовой, блестели серебром застежки, оружие, бляхи, развевались ярко-синие плащи с серебряным морским Змеем, реял королевский штандарт… это зрелище никто не видел вот уже триста лет.
Гвардия Морского Короля вновь была готова к бою.
Эттан аж задохнулся от ярости, понимая, что ему хотят сказать.
Ты здесь не хозяин. Маритани – не твоя…
Но это мы еще посмотрим…
И не успев справиться с первым приступом ярости, Эттан Даверт задохнулся вторично, потому что узнал человека, который шагал в середине строя так, словно имел право и на это, и на все окружающее.
В сером камзоле с зеленой отделкой, в плаще с изображением акулы, к нему шел его собственный сын. Тьер Луис Даверт, беглый и непойманный…
Ему бы сидеть сейчас где-нибудь под корягой и дрожать от предчувствия встречи с отцом, а он идет… и почему на нем одежда в гербах Лаис?
Непонятно…
Что вообще происходит?
Процессия тем временем достигла сходней, переброшенных на берег, и один из гвардейцев взбежал по ним, протягивая капитану, который уже материализовался на палубе, свиток с большой печатью.
Королевской…
Вообще, печать была начальника Королевской стражи, но такие тонкости Эттан Даверт попросту не знал, и в негодовании смотрел то на свиток, то на капитана, который с поклоном поднес ему письмо.
Преодолевать себя Эттан умел еще в молодости, а потому сейчас молча сломал печать.
Вверительные грамоты на имя герцога Луиса Лаис были выполнены безукоризненно. Хоть сейчас выставляй в музее. И из нескольких коротких строчек было ясно, что герцог Лаис является полномочным представителем острова Маритани на переговорах с Преотцом.
Иными словами – любое оскорбление, нанесенное Луису – это оскорбление всего острова.
Любой вред, причиненный Луису – и отвечать Преотцу придется перед всеми маританцами. Конечно, Эттана Даверта не остановили бы подобные мелочи, но в драку надо ввязываться по своей воле, а не по чужой. А уж когда на горизонте маячит шторм…
Эттан прищурился на сына.
- Герцог Лаис?
- Пресветлый, - вежливо кивнул Луис.
- А как династия Лаис отнеслась к этой новости?
- Вполне достойно, - Луис развел руками. – Я не могу сказать, что все были в восторге, все же событие очень… неоднозначное, но в результате принятое решение устроило всех.
Эттан сморщил нос. И где только сынок так научился? Сволочь мелкая…
- Прошу вас проследовать в мои покои и обсудить ваше… повышение в должности, - наконец решил он.
Луис небрежным жестом взмахнул гвардейцам.
- Вольно. Я ненадолго, не более, чем на час.
Старший гвардеец выразительно покосился на солнце, заставляя Эттана скрипнуть зубами. Намек был понят.
Хоть ты и Преотец, но ты – на Маритани. И тут уж воля богини и жителей острова. Если что, тебя и сорок кораблей с воинами не спасет.
***
В каюте, которую более уместно было бы назвать покоями, Эттан уселся в роскошное кресло и кивнул Луису на стул.
Герцог остался стоять. Прошел по каюте, коснулся пальцем шпаги, висящей на стене - острая, и остановился у открытого окна. Облокотился локтем, поглядел на Этана.
- Что привело вас на Маритани, Пресветлый?
- А вы не догадываетесь, тьер… Лаис?
Отец и сын сейчас были похожи, как две капли воды. Одинаковые волчьи ухмылки, даже желтизна глаз похожая…
- Нет, не догадываюсь, тьер Даверт. Просветите меня.
Намек был понят Эттаном мгновенно.
- Мне сообщили, что на Маритани скрывается беглый преступник, который совершил в Тавальене нечто противозаконное.
- И что же сделал этот несчастный?
Мальчишка! Ах ты… наглец!
- Вы точно выразились, ваша светлость. Этот несчастный похитил из тюрьмы государственного преступника.
- Да что вы говорите! Просто ушам своим не верю! А куда делся теперь этот преступник?
- Полагаю, что он тоже на Маритани.
- Тоже? Что-то у нас тут избыток гостей из Тавальена, Пресветлый. Так назовите же этих негодяев!
Эттан вдруг ухмыльнулся.
- Полагаю, вы их не отыщете. Это некто тьеры Луис Даверт и магистр Ордена Моря – Шеллен. Бывший магистр. Вина?
- Да, я тоже полагаю, что мы их не отыщем, - согласился Луис. – Нет, благодарю вас.
Вино из рук Эттана Даверта?
Ох, не зря Преотец так прикипел к Вальере Тессани. Содержал бы он ее, не будь любовница полезна! Вальера была искусна в составлении самых разных настоек – от возбуждающих до убивающих. Тайны рода Тессани.
Теперь они в Лаис, вместе с Лусией. Так или иначе, мама многому научила эту соплюшку…
Эттан, конечно, секретов не знает, но старые запасы у него остаться могут. Вполне.
- Зря, - Эттан поднялся, налил себе вина из высокого кувшина и принялся медленно пить, поглядывая на противника. – Вы многое теряете, герцог.
- Я приобрел гораздо больше, - отбрил Луис.
И Эттан сорвался. Сверкнул глазами.
- Мальчишка! Да как ты посмел?
- Нет, отец. Это как ты посмел? Ты обрек на смерть невинных людей…
- Невинных у нас нет. Младенцев там точно не было.
- Неважно. По твоей вине убили несколько десятков тысяч людей, хороших людей… А магистра я обязан был спасти.
- Это еще почему?
- Потому что его полное имя – Итан Шеллен Атрей.
Эттан Даверт замер с открытым ртом.
- Гер…цог?
- Именно.
Многосложное ругательство, сорвавшееся с губ Эттана, сделало бы честь любому боцману. Преотец залпом опрокинул в себя вино, выдохнул…
- Ладно. Попадись ты мне сразу – я бы тебя повесил. Но сейчас… Рассказывай.
- О чем, к примеру?
- Когда ты узнал, что Лаис?
- Мать рассказала.
- Вэль?
- Да. Перед смертью… там долгая история, и это сейчас неважно.
- Предоставь мне судить об этом.
- Возможно. Но не сейчас. Мои люди занервничают через час, и это плохо закончится.
- Угрожаешь?
- Нет. Но Маритани и герцоги… стоит ли объяснять?
- Ты стал герцогом…
- По праву крови. Я принял род и наследие, потом отправился в Лаис… я понимаю, что это оказалось неожиданно, но мне хотелось чего-то добиться самому, а не бегать век на побегушках.
- Честолюбие…
Это чувство Эттан понимал. И даже одобрял. Тьер, который не мечтает стать королем? Это как похлебка без соли, вроде все на месте, а в рот не возьмешь.
Сыну выпал шанс, которым не мог бы воспользоваться сам Эттан.
Что сделал Луис? Понятное дело, помчался разбираться, что он может получить для себя.
- Получить я могу многое, вплоть до герцогства Лаис. А от моей супруги – еще и герцогство Карнавон.
