- Валя рассказала. А что?
- Ничего… хорошо ты ее.
- Но мало.
- Идеала не бывает. А бить все равно нельзя. И так-то ты кучу всего понарушала…
- А если я на нее орала, как частное лицо?
- Не в форме.
Ирина вздохнула.
- Рапорт писать будешь?
- О чем? Ничего ж не было?
- Да. Не было.
Ирина и Семен переглянулись.
Не было. И вообще – весна на дворе!
- По мороженому?
- Я предпочитаю шоколадное. В шоколаде.
- А не слипнется? – подколол Семен.
- Только здоровее будет.
Полицейские рассмеялись и направились к ларьку с мороженым. Что они – не люди, что ли? Даже в форме и при исполнении!
- Иришка, пошли, погуляем?
- ЛЮСЯ!!!
Ирине прошлой «гулянки» хватило с лихвой. Сыта по самое горлышко.
Люся смутилась, но не остановилась.
- Я же не просто так!
- Поэтому я никуда и не пойду!
- Я тут с одним парнем познакомилась…
- Видишь, как хорошо! Один парень, одна ты. Я уже третий лишний!
- Иришка, не бросай меня!
- В воду?
- Издеваешься? – надулась Люся.
Ирина поняла, что подруга сейчас серьезно обидится, и сдала назад.
- Чего тебе надобно, старче?
- Двести пива – и засохни, - фразой из анекдота ответила Люся. И стала более серьезна. – Парень – музыкант.
- Ыыыыыыы!
Творческих личностей Ирина не уважала.
Вообще, никак и никогда. Редкие исключения составляли работающие творческие личности. Каторжно работающие и адски пашущие. А в остальном…
Наша эстрада постаралась, чтобы за последние двадцать лет словосочетание «творческая личность» превратилось в синоним истеричного типа нетрадиционной ориентации с претензиями на всеобщее признание.
Уважать такое?
Даже на расстоянии, простите, не получается.
- Играет на гитаре, преподает в нашем музучилище, ведет кружок для тех, кто хочет быстро освоить шести-семиструнку…
Ирина заинтересовалась.
Если человек тянет три работы, он уже не стандартная творческая личность с немытой головой и перьями на всех местах, можно и дальше послушать.
- И что?
- Он меня на концерт пригласил.
- А я-то там зачем?
- Ты ведь такое любишь? Испанские гитары, кастаньеты…
- Кастаньеты – тоже он?
- Иришка!
- Молчу, молчу…
- Я выпросила билетик и для тебя. Сходим?
Ирина вздохнула.
- Форма одежды?
- Любая.
- А в форме можно?
- Нет, я тебя все-таки сегодня пришибу!
- Ага, гитарой. Или кастаньетой?
- Ты одеваешься?
Ирина выползла из-за компьютера и потопала в душевую. Начнем оттуда.
Концерт был отличным.
Да, районный дом культуры, затрапезный и обшарпанный, да, не самый известный ансамбль. Но даже областное телевидение приехало, расщедрилось. И музыканты отвели душу.
Ирина слушала с искренним удовольствием.
И чудились ей в переливах старинной музыки то всполохи алого шелка, то белые стены Гранады, то Севилья с ее кострами и замками, а то и блеск клинков и шлемов конкистадоров…
Красиво…
Стоит ли удивляться, что после концерта Люся потащила подругу «за кулисы»? Знакомиться, ну и вообще, поболтать? Ирина не сопротивлялась.
Музыка ей понравилась, а исполнитель…
Исполнитель пусть нравится Людмиле. Та уже сдала ценную информацию, что у него трое детей, жена-гадюка, которая изменяет ему направо и налево, они пока не разводятся, но это просто потому, что Мишенька не нашел подходящую женщину.
Оно и понятно.
Главное, чтобы потом жена четвертого не родила, от нелюбимого и нелюбящего мужа. А то такое часто бывает…
Сам исполнитель был вполне в Людмилином вкусе.
Высокий, с сухими, но достаточно рельефными мышцами, темноволосый и сероглазый.
«За кулисами» в доме культуры означало по-простому. В одном из кабинетов второго этажа. Благо, концертный зал находился на первом.
Скандал девушки услышали еще на подходе.
- … пропало! – рычал чей-то голос.
- У нас такого никогда не бывало! Никогда, понимаете?
- А мне плевать! У меня выплата по кредиту! И один перстень на двести тысяч тянул! Я его из Испании привез! В бутике покупал!
Ирина фыркнула про себя.
Двести тысяч…
Любезнейший, а знает ли про них налоговая инспекция? Надо полагать, они все заработаны вот такими концертами?
Тяжелый труд музыканта у нас неплохо оплачивается, э?
Люся постучала в дверь и вошла внутрь. Миша обернулся к ней.
Да уж, на интеллигента он сейчас похож не был. Красный, растрепанный, злой, как черт.
- Чего тебе?
- Что случилось? – поинтересовалась Люся.
Ирина поняла, что сейчас их пошлют трехэтажным на пятый этаж новостройки, и поспешила вмешаться. Мелькнуло в воздухе красное удостоверение.
- Лейтенант полиции Алексеева Ирина Петровна. Что происходит?
Миша вдруг успокоился. Словно воздух из него выпустили…
- Да вот! Обокрали! Приехал, называется, на концерт!
- Никогда у нас такого не было! Михаил Вениаминович, честное слово…
- Молчи лучше! – рыкнул Михаил на директрису дома культуры.
Ирина покачала головой.
- Давайте не будем ругаться? Присядьте, расскажите, что у вас украли, и когда?
- Когда-когда… мать! Тогда!
Люся молчала, понимая, что лучше не влезать.
Минусуя мат и ругань, получилась следующая картина. Михаил сегодня должен был уплатить кредит за машину. И с собой у него было около пятидесяти тысяч рублей. Для маленького городка, очень неплохая сумма.
Откуда?
Подрабатывает он!
На свадьбах, на похоронах, куда с оркестром пригласят, да, и по кабакам тоже играет! И что? Кушать хочется! Хлебушек, а лучше с маслом и икоркой!
В месяц прилично набегает, но волка ноги кормят.
Кольцо?
Да, купил в бутике, в Севилье. Захотелось.
Носит, практически, не снимая, но вот на концертах…
Гитара очень плохо сочетается с кольцами. Обычно он его на цепочку вешает, где крестик, но сегодня не повезло. Цепочка порвалась, он и сунул все в кошелек.
Кошелек – в рюкзак.
Переоделся в костюм и пошел на сцену, выступать. Пришел сюда, рюкзак на месте, а вот кошелька в нем нет! Где оно?
Михаил потряс рюкзаком.
Ирина только вздохнула.
По-хорошему, надо бы снять отпечатки пальцев. По-плохому… да у нас самый тупой воришка знает, что лучше перчатки надеть. Вон, аптечные, резиновые.
- Вариантов два, - просто сказала она. – Первый, это кто-то из зрителей. Пока шел концерт, он шарил по комнатам наверху, в надежде чем-то поживиться. В этом случае все уже бессмысленно.
Михаил скрипнул зубами.
- А второй?
- Кто-то из своих ворует. В таком случае наша собеседница… простите, не знаю вашего имени?
- Светлана Семеновна, - представилась директриса, и горестно вздохнула.
На вид ей было лет шестьдесят. Не слишком высокая, статная, не полная, а вот именно, крепкая, осанистая, плотно сбитая, красивая той красотой, которая иногда проявляется у русских женщин на пороге старости. Спокойное достоинство и сдержанность.
- Светлана Семеновна, у вас уже бывали подобные случаи?
- Что вы! Первый раз!
Ирина недобро сощурилась.
- Врать – не надо.
- Простите, девушка…
- Лейтенант полиции. Светлана Семеновна, я сейчас всех соберу, всех опрошу, вызову сюда наряд полиции, и конец придет репутации вашего дома культуры. Я уж молчу про то, что некая дама очень хочет на ваше место…
Ирина сама не понимала, почему она это говорит.
Почему – так.
Но была твердо уверена, что все сказанное – правда. Вот так оно и есть на самом деле. И тетка старается охранять свою вотчину, как привыкла, еще в советские времена. Может быть воровство, но не может быть сплетен о нем. Все должно быть в тайне, нельзя выносить грязь из дома.
И есть кто-то, кто хочет занять ее место, она боится. Возраст уже не детский, а директорство во все времена было и будет достаточно притягательным.
А что?
Минимум контроля и ответственности! Зато сколько возможностей для самоутверждения!
Ладно, может, Ирина себе это как-то неправильно представляет? Но ей кажется, что у директора больше возможностей заработать, чем у сотрудников.
Светлана Семеновна аж дернулась под ее взглядом.
- В-вы… откуда…?
- Откуда знаю? Да вот оттуда. КГБ все знает, - плоско пошутила Ирина. – Рассказывайте, какие именно были случаи?
Директриса опустила глазки долу и принялась каяться.
Как оказалось, это был даже не второй случай воровства, примерно шестой. Но остальные были по мелочи и их удалось замять.
Кому-то выписали премию, кому-то разрешили выступление, кому-то еще что-то…
Пять человек. Двое сотрудников и трое музыкантов. Но такого куша, как у Михаила, вору раньше не попадалось.
- Коза старая, - ругнулся Михаил.
Ирина покачала головой.
- Ты неправ.
- Чего я, …, неправ?
- Светлана Семеновна старалась уберечь всех от плохой славы. Сам знаешь, то ли он украл, то ли у него украли…
Во взгляде директрисы была искренняя благодарность.
- Спасибо, Ирина Петровна.
- Пока – не за что. Дайте-ка я на замок посмотрю, - вздохнула Ирина. – Люсь, у тебя лупа была?
Не то, чтобы она была специалистом и экспертом. Но…
- Вот, держи.
Люся, честно говоря, была немного подслеповата. Очки она носить не собиралась – внешность портят. Линзы ее тоже не устраивали – она считала, что любые линзы приводят к раннему образованию морщин. И боролась со своим недостатком народными методами. Взять с собой лупу, к примеру. Для самого мелкого шрифта.
Ирина взяла лупу, открыла и опустилась на колени перед замком. Хорошо, джинсы надела.
Посмотрела через увеличительное стекло. Внимательно, серьезно…
А вот кажется ей, что дверь открывали родным ключом?
Вроде бы ни царапин, ни чего-то такого… с другой стороны, сейчас отмычки хорошие, да и замок тут старый… Ирина попробовала встать, но нога в сапожке на каблучке неловко подвернулась.
Пальцы коснулись металла замочной скважины.
- Ох!
Видение возникло, словно удар грома.
Молодая черноволосая женщина, лет тридцати на вид, наклоняется над замком.
В руке у нее блестит связка ключей, в другой руке зажат кошелек. Кожаный, черный. На лице злорадная улыбка.
- Посмотрю я, как ты ЭТО замнешь, старая гадина!
И видение исчезает, словно его и не было.
Ирина без сил опустилась на пол.
Машу вать! И что это было?!
- Ириш, все в порядке?
- Да, просто нога подвернулась, - отозвалась Ирина. - Замок не вскрывали. Открыли родным ключом.
Светлана Семеновна погрустнела.
Ну да. Если использован родной ключ, то воровка или вор – местный, воспитали, называется, внутри коллектива. Порадовали.
Удастся ли с такими радостями усидеть на своем месте?
- У кого из сотрудников есть ключи от этой комнаты?
Светлана Семеновна замялась.
- Да, вы понимаете…
Ирина не понимала. Сначала. Потом выяснилось, что ключи благополучно висят на вахте, в стеклянном шкафчике, и доступ в него вполне свободный. Не для всех, но для своих-то…
Читай, кто захочет, тот себе хоть десять дубликатов сделает.
Замечательно!
Вызывать всех по очереди и расспрашивать?
Ирина подумала и об этом. Но лучше…
- Может, вы нас проведете по кабинетам, и мы потихоньку расспросим сотрудников? У кого есть ключи, у кого нет…
Светлана Семеновна кивнула.
- Да, пожалуйста.
- Кто здесь ближе всего?
- Кадровик...
Ирина еще раз осмотрела дверь.
Перевела взгляд на пол.
И ее передернуло.
Лежал на полу длинный черный волос. Ну, лежал и лежал, многие дамы посыпают своими локонами все вокруг. С нашей-то экологией иногда на ходу лысеешь.
Но чтобы так совпало?
И видение, и этот волос?
Хотя он мог здесь и неделю валяться… или не мог?
- А часто здесь полы моют?
- Каждый вечер. А что?
- Скажите, а есть у вас сотрудница с такими длинными черными волосами? - поинтересовалась Ирина, проигнорировав чужой вопрос..
- Да. Ниночка, очень милая девочка… а…
- Ага. А где она сейчас?
- У себя, наверное. Она у нас бухгалтер…
- Любит считать чужие деньги? – ухмыльнулась Люся.
Ирина пожала плечами.
- Посмотреть надо. Давайте с нее и начнем опрос с ключами? Проводите, Светлана Семеновна?
Светлана Семеновна посмотрела глазами раненой в попу выпи, но направилась вперед по коридору. Идти пришлось недалеко, всего три кабинета.
Вот и надпись черным по белому.
«Бухгалтерия».
Дверь кабинета открывается, и на Ирину чуть ли не глаза в глаза смотрит та самая брюнетка из видения.
Один в один, даже одета она так же, в светло-желтый брючный костюмчик.
На миг голова начинает кружиться, и больше всего Ирине хочется прислониться к косяку. Закрыть глаза и немного передохнуть. Но вместо этого…
- А вот и ваша воришка, Светлана Семеновна.
- Та-ак…
Взгляд Михаила не предвещал ничего хорошего. А засучивание рукавов и подавно не радовало.
- Да вы что!!! – истерически взвизгнула Ирина.
- Мы-то ничего, - Ирина говорила тихо и даже чуть устало. – Лохмы свои собирать надо, когда воровать идешь, а не посыпать ими место преступления.
Воровка дернулась.
- Ничего я не брала!
- А если я тебе сейчас нос по морде раскидаю? – вежливо уточнил Михаил. – Будешь, как китаянка, я тебе еще и уши на задницу натяну…
- Я вас посажу!!! Я…
- Лейтенант полиции, Алексеева Ирина Петровна, - махнула красной книжечкой Ирина. – Ребята, выйдите на минуту?
Миша заворчал, но Люся потянула его за руку. Светлана Семеновна вышла за ними, а Ирина сделала шаг и вплотную придвинулась к воровке.
- Я сейчас уйду. А в комнату войдет тот неулыбчивый парень. И останется. Ты меня поняла?
- Права не имеете.
- Меня здесь не будет. А все, что он сделает… ты у него сколько стащила? Мно-ого, на машинку хватит, если подержанную брать. Суд это примет во внимание. Обязательно.
- Не посмеешь!
- Еще как посмею. Сама кошелек отдашь – или как?
- Не брала я никакого кошелька!!!
- Значит, сейчас бригаду вызовем. И найдется он… - Ирина медленно обвела взглядом кабинет. Действительно, неглупая девушка. – Во-он там, в вентиляции. Ты его на веревочку привязала, а выносить хотела завтра или послезавтра, когда все уляжется. Или будешь уверять, что на нем твоих пальчиков нет? На веревочке? Шикарное место для ДНК….
Воровка побледнела, словно мел. Ирина насмешливо улыбнулась. С тех пор, как заговорили про ДНК, люди решили, что это универсальный идентификатор. Хотя на веревке могут быть следы ДНК множества людей, биоматериал еще нужно постараться снять – очень неудобный материал для экспертов, да и по деньгами дорого. С кошелька – и то проще. И лучше вообще пото-жировыми следами обойтись. Но кто об этом знает?
- Я… откуда?
- А это мое дело. Так что – я вызываю полицию? Или ты все-таки признаешься и попытаешься договориться с Михаилом, чтобы не писал заявление?
Воровка заколебалась.
Ирина подошла к двери и распахнула ее.
- Пять секунд. Потом я ухожу. Четыре. Три. Две…
- Ладно! Я это! Я!
- Ниночка, - едва не всхлипнула Светлана Семеновна, - как же так? Я же к тебе со всей душой…
Лицо воровки исказилось злостью.
- Душой? Ах ты старая б…! Душа у нее, подумайте только!!!
И разразилась потоком отборного мата.
- Не стоит метать бисер перед свиньями, - остановила Ирина Светлану Семеновну. Та искренне была расстроена и готова едва ли не заплакать. – Это не вы плохая, это ей кто-то другой пообещал больше, если вас уволят.
- Сука!!! – выплюнула Нина, глядя на Ирину злобными темными глазками и изрядно напоминая в этот момент жирную черную крысу. Хотя те – милейшие создания, по сравнению с этой дрянью.
- Да ладно, - фыркнула Ирина. – Сказала бы честно, кто обещал, глядишь, и в полицию не сдадим.
- Ничего… хорошо ты ее.
- Но мало.
- Идеала не бывает. А бить все равно нельзя. И так-то ты кучу всего понарушала…
- А если я на нее орала, как частное лицо?
- Не в форме.
Ирина вздохнула.
- Рапорт писать будешь?
- О чем? Ничего ж не было?
- Да. Не было.
Ирина и Семен переглянулись.
Не было. И вообще – весна на дворе!
- По мороженому?
- Я предпочитаю шоколадное. В шоколаде.
- А не слипнется? – подколол Семен.
- Только здоровее будет.
Полицейские рассмеялись и направились к ларьку с мороженым. Что они – не люди, что ли? Даже в форме и при исполнении!
***
- Иришка, пошли, погуляем?
- ЛЮСЯ!!!
Ирине прошлой «гулянки» хватило с лихвой. Сыта по самое горлышко.
Люся смутилась, но не остановилась.
- Я же не просто так!
- Поэтому я никуда и не пойду!
- Я тут с одним парнем познакомилась…
- Видишь, как хорошо! Один парень, одна ты. Я уже третий лишний!
- Иришка, не бросай меня!
- В воду?
- Издеваешься? – надулась Люся.
Ирина поняла, что подруга сейчас серьезно обидится, и сдала назад.
- Чего тебе надобно, старче?
- Двести пива – и засохни, - фразой из анекдота ответила Люся. И стала более серьезна. – Парень – музыкант.
- Ыыыыыыы!
Творческих личностей Ирина не уважала.
Вообще, никак и никогда. Редкие исключения составляли работающие творческие личности. Каторжно работающие и адски пашущие. А в остальном…
Наша эстрада постаралась, чтобы за последние двадцать лет словосочетание «творческая личность» превратилось в синоним истеричного типа нетрадиционной ориентации с претензиями на всеобщее признание.
Уважать такое?
Даже на расстоянии, простите, не получается.
- Играет на гитаре, преподает в нашем музучилище, ведет кружок для тех, кто хочет быстро освоить шести-семиструнку…
Ирина заинтересовалась.
Если человек тянет три работы, он уже не стандартная творческая личность с немытой головой и перьями на всех местах, можно и дальше послушать.
- И что?
- Он меня на концерт пригласил.
- А я-то там зачем?
- Ты ведь такое любишь? Испанские гитары, кастаньеты…
- Кастаньеты – тоже он?
- Иришка!
- Молчу, молчу…
- Я выпросила билетик и для тебя. Сходим?
Ирина вздохнула.
- Форма одежды?
- Любая.
- А в форме можно?
- Нет, я тебя все-таки сегодня пришибу!
- Ага, гитарой. Или кастаньетой?
- Ты одеваешься?
Ирина выползла из-за компьютера и потопала в душевую. Начнем оттуда.
***
Концерт был отличным.
Да, районный дом культуры, затрапезный и обшарпанный, да, не самый известный ансамбль. Но даже областное телевидение приехало, расщедрилось. И музыканты отвели душу.
Ирина слушала с искренним удовольствием.
И чудились ей в переливах старинной музыки то всполохи алого шелка, то белые стены Гранады, то Севилья с ее кострами и замками, а то и блеск клинков и шлемов конкистадоров…
Красиво…
Стоит ли удивляться, что после концерта Люся потащила подругу «за кулисы»? Знакомиться, ну и вообще, поболтать? Ирина не сопротивлялась.
Музыка ей понравилась, а исполнитель…
Исполнитель пусть нравится Людмиле. Та уже сдала ценную информацию, что у него трое детей, жена-гадюка, которая изменяет ему направо и налево, они пока не разводятся, но это просто потому, что Мишенька не нашел подходящую женщину.
Оно и понятно.
Главное, чтобы потом жена четвертого не родила, от нелюбимого и нелюбящего мужа. А то такое часто бывает…
Сам исполнитель был вполне в Людмилином вкусе.
Высокий, с сухими, но достаточно рельефными мышцами, темноволосый и сероглазый.
«За кулисами» в доме культуры означало по-простому. В одном из кабинетов второго этажа. Благо, концертный зал находился на первом.
Скандал девушки услышали еще на подходе.
- … пропало! – рычал чей-то голос.
- У нас такого никогда не бывало! Никогда, понимаете?
- А мне плевать! У меня выплата по кредиту! И один перстень на двести тысяч тянул! Я его из Испании привез! В бутике покупал!
Ирина фыркнула про себя.
Двести тысяч…
Любезнейший, а знает ли про них налоговая инспекция? Надо полагать, они все заработаны вот такими концертами?
Тяжелый труд музыканта у нас неплохо оплачивается, э?
Люся постучала в дверь и вошла внутрь. Миша обернулся к ней.
Да уж, на интеллигента он сейчас похож не был. Красный, растрепанный, злой, как черт.
- Чего тебе?
- Что случилось? – поинтересовалась Люся.
Ирина поняла, что сейчас их пошлют трехэтажным на пятый этаж новостройки, и поспешила вмешаться. Мелькнуло в воздухе красное удостоверение.
- Лейтенант полиции Алексеева Ирина Петровна. Что происходит?
Миша вдруг успокоился. Словно воздух из него выпустили…
- Да вот! Обокрали! Приехал, называется, на концерт!
- Никогда у нас такого не было! Михаил Вениаминович, честное слово…
- Молчи лучше! – рыкнул Михаил на директрису дома культуры.
Ирина покачала головой.
- Давайте не будем ругаться? Присядьте, расскажите, что у вас украли, и когда?
- Когда-когда… мать! Тогда!
Люся молчала, понимая, что лучше не влезать.
Минусуя мат и ругань, получилась следующая картина. Михаил сегодня должен был уплатить кредит за машину. И с собой у него было около пятидесяти тысяч рублей. Для маленького городка, очень неплохая сумма.
Откуда?
Подрабатывает он!
На свадьбах, на похоронах, куда с оркестром пригласят, да, и по кабакам тоже играет! И что? Кушать хочется! Хлебушек, а лучше с маслом и икоркой!
В месяц прилично набегает, но волка ноги кормят.
Кольцо?
Да, купил в бутике, в Севилье. Захотелось.
Носит, практически, не снимая, но вот на концертах…
Гитара очень плохо сочетается с кольцами. Обычно он его на цепочку вешает, где крестик, но сегодня не повезло. Цепочка порвалась, он и сунул все в кошелек.
Кошелек – в рюкзак.
Переоделся в костюм и пошел на сцену, выступать. Пришел сюда, рюкзак на месте, а вот кошелька в нем нет! Где оно?
Михаил потряс рюкзаком.
Ирина только вздохнула.
По-хорошему, надо бы снять отпечатки пальцев. По-плохому… да у нас самый тупой воришка знает, что лучше перчатки надеть. Вон, аптечные, резиновые.
- Вариантов два, - просто сказала она. – Первый, это кто-то из зрителей. Пока шел концерт, он шарил по комнатам наверху, в надежде чем-то поживиться. В этом случае все уже бессмысленно.
Михаил скрипнул зубами.
- А второй?
- Кто-то из своих ворует. В таком случае наша собеседница… простите, не знаю вашего имени?
- Светлана Семеновна, - представилась директриса, и горестно вздохнула.
На вид ей было лет шестьдесят. Не слишком высокая, статная, не полная, а вот именно, крепкая, осанистая, плотно сбитая, красивая той красотой, которая иногда проявляется у русских женщин на пороге старости. Спокойное достоинство и сдержанность.
- Светлана Семеновна, у вас уже бывали подобные случаи?
- Что вы! Первый раз!
Ирина недобро сощурилась.
- Врать – не надо.
- Простите, девушка…
- Лейтенант полиции. Светлана Семеновна, я сейчас всех соберу, всех опрошу, вызову сюда наряд полиции, и конец придет репутации вашего дома культуры. Я уж молчу про то, что некая дама очень хочет на ваше место…
Ирина сама не понимала, почему она это говорит.
Почему – так.
Но была твердо уверена, что все сказанное – правда. Вот так оно и есть на самом деле. И тетка старается охранять свою вотчину, как привыкла, еще в советские времена. Может быть воровство, но не может быть сплетен о нем. Все должно быть в тайне, нельзя выносить грязь из дома.
И есть кто-то, кто хочет занять ее место, она боится. Возраст уже не детский, а директорство во все времена было и будет достаточно притягательным.
А что?
Минимум контроля и ответственности! Зато сколько возможностей для самоутверждения!
Ладно, может, Ирина себе это как-то неправильно представляет? Но ей кажется, что у директора больше возможностей заработать, чем у сотрудников.
Светлана Семеновна аж дернулась под ее взглядом.
- В-вы… откуда…?
- Откуда знаю? Да вот оттуда. КГБ все знает, - плоско пошутила Ирина. – Рассказывайте, какие именно были случаи?
Директриса опустила глазки долу и принялась каяться.
Как оказалось, это был даже не второй случай воровства, примерно шестой. Но остальные были по мелочи и их удалось замять.
Кому-то выписали премию, кому-то разрешили выступление, кому-то еще что-то…
Пять человек. Двое сотрудников и трое музыкантов. Но такого куша, как у Михаила, вору раньше не попадалось.
- Коза старая, - ругнулся Михаил.
Ирина покачала головой.
- Ты неправ.
- Чего я, …, неправ?
- Светлана Семеновна старалась уберечь всех от плохой славы. Сам знаешь, то ли он украл, то ли у него украли…
Во взгляде директрисы была искренняя благодарность.
- Спасибо, Ирина Петровна.
- Пока – не за что. Дайте-ка я на замок посмотрю, - вздохнула Ирина. – Люсь, у тебя лупа была?
Не то, чтобы она была специалистом и экспертом. Но…
- Вот, держи.
Люся, честно говоря, была немного подслеповата. Очки она носить не собиралась – внешность портят. Линзы ее тоже не устраивали – она считала, что любые линзы приводят к раннему образованию морщин. И боролась со своим недостатком народными методами. Взять с собой лупу, к примеру. Для самого мелкого шрифта.
Ирина взяла лупу, открыла и опустилась на колени перед замком. Хорошо, джинсы надела.
Посмотрела через увеличительное стекло. Внимательно, серьезно…
А вот кажется ей, что дверь открывали родным ключом?
Вроде бы ни царапин, ни чего-то такого… с другой стороны, сейчас отмычки хорошие, да и замок тут старый… Ирина попробовала встать, но нога в сапожке на каблучке неловко подвернулась.
Пальцы коснулись металла замочной скважины.
- Ох!
Видение возникло, словно удар грома.
Молодая черноволосая женщина, лет тридцати на вид, наклоняется над замком.
В руке у нее блестит связка ключей, в другой руке зажат кошелек. Кожаный, черный. На лице злорадная улыбка.
- Посмотрю я, как ты ЭТО замнешь, старая гадина!
И видение исчезает, словно его и не было.
Ирина без сил опустилась на пол.
Машу вать! И что это было?!
- Ириш, все в порядке?
- Да, просто нога подвернулась, - отозвалась Ирина. - Замок не вскрывали. Открыли родным ключом.
Светлана Семеновна погрустнела.
Ну да. Если использован родной ключ, то воровка или вор – местный, воспитали, называется, внутри коллектива. Порадовали.
Удастся ли с такими радостями усидеть на своем месте?
- У кого из сотрудников есть ключи от этой комнаты?
Светлана Семеновна замялась.
- Да, вы понимаете…
Ирина не понимала. Сначала. Потом выяснилось, что ключи благополучно висят на вахте, в стеклянном шкафчике, и доступ в него вполне свободный. Не для всех, но для своих-то…
Читай, кто захочет, тот себе хоть десять дубликатов сделает.
Замечательно!
Вызывать всех по очереди и расспрашивать?
Ирина подумала и об этом. Но лучше…
- Может, вы нас проведете по кабинетам, и мы потихоньку расспросим сотрудников? У кого есть ключи, у кого нет…
Светлана Семеновна кивнула.
- Да, пожалуйста.
- Кто здесь ближе всего?
- Кадровик...
Ирина еще раз осмотрела дверь.
Перевела взгляд на пол.
И ее передернуло.
Лежал на полу длинный черный волос. Ну, лежал и лежал, многие дамы посыпают своими локонами все вокруг. С нашей-то экологией иногда на ходу лысеешь.
Но чтобы так совпало?
И видение, и этот волос?
Хотя он мог здесь и неделю валяться… или не мог?
- А часто здесь полы моют?
- Каждый вечер. А что?
- Скажите, а есть у вас сотрудница с такими длинными черными волосами? - поинтересовалась Ирина, проигнорировав чужой вопрос..
- Да. Ниночка, очень милая девочка… а…
- Ага. А где она сейчас?
- У себя, наверное. Она у нас бухгалтер…
- Любит считать чужие деньги? – ухмыльнулась Люся.
Ирина пожала плечами.
- Посмотреть надо. Давайте с нее и начнем опрос с ключами? Проводите, Светлана Семеновна?
Светлана Семеновна посмотрела глазами раненой в попу выпи, но направилась вперед по коридору. Идти пришлось недалеко, всего три кабинета.
Вот и надпись черным по белому.
«Бухгалтерия».
Дверь кабинета открывается, и на Ирину чуть ли не глаза в глаза смотрит та самая брюнетка из видения.
Один в один, даже одета она так же, в светло-желтый брючный костюмчик.
На миг голова начинает кружиться, и больше всего Ирине хочется прислониться к косяку. Закрыть глаза и немного передохнуть. Но вместо этого…
- А вот и ваша воришка, Светлана Семеновна.
- Та-ак…
Взгляд Михаила не предвещал ничего хорошего. А засучивание рукавов и подавно не радовало.
- Да вы что!!! – истерически взвизгнула Ирина.
- Мы-то ничего, - Ирина говорила тихо и даже чуть устало. – Лохмы свои собирать надо, когда воровать идешь, а не посыпать ими место преступления.
Воровка дернулась.
- Ничего я не брала!
- А если я тебе сейчас нос по морде раскидаю? – вежливо уточнил Михаил. – Будешь, как китаянка, я тебе еще и уши на задницу натяну…
- Я вас посажу!!! Я…
- Лейтенант полиции, Алексеева Ирина Петровна, - махнула красной книжечкой Ирина. – Ребята, выйдите на минуту?
Миша заворчал, но Люся потянула его за руку. Светлана Семеновна вышла за ними, а Ирина сделала шаг и вплотную придвинулась к воровке.
- Я сейчас уйду. А в комнату войдет тот неулыбчивый парень. И останется. Ты меня поняла?
- Права не имеете.
- Меня здесь не будет. А все, что он сделает… ты у него сколько стащила? Мно-ого, на машинку хватит, если подержанную брать. Суд это примет во внимание. Обязательно.
- Не посмеешь!
- Еще как посмею. Сама кошелек отдашь – или как?
- Не брала я никакого кошелька!!!
- Значит, сейчас бригаду вызовем. И найдется он… - Ирина медленно обвела взглядом кабинет. Действительно, неглупая девушка. – Во-он там, в вентиляции. Ты его на веревочку привязала, а выносить хотела завтра или послезавтра, когда все уляжется. Или будешь уверять, что на нем твоих пальчиков нет? На веревочке? Шикарное место для ДНК….
Воровка побледнела, словно мел. Ирина насмешливо улыбнулась. С тех пор, как заговорили про ДНК, люди решили, что это универсальный идентификатор. Хотя на веревке могут быть следы ДНК множества людей, биоматериал еще нужно постараться снять – очень неудобный материал для экспертов, да и по деньгами дорого. С кошелька – и то проще. И лучше вообще пото-жировыми следами обойтись. Но кто об этом знает?
- Я… откуда?
- А это мое дело. Так что – я вызываю полицию? Или ты все-таки признаешься и попытаешься договориться с Михаилом, чтобы не писал заявление?
Воровка заколебалась.
Ирина подошла к двери и распахнула ее.
- Пять секунд. Потом я ухожу. Четыре. Три. Две…
- Ладно! Я это! Я!
- Ниночка, - едва не всхлипнула Светлана Семеновна, - как же так? Я же к тебе со всей душой…
Лицо воровки исказилось злостью.
- Душой? Ах ты старая б…! Душа у нее, подумайте только!!!
И разразилась потоком отборного мата.
- Не стоит метать бисер перед свиньями, - остановила Ирина Светлану Семеновну. Та искренне была расстроена и готова едва ли не заплакать. – Это не вы плохая, это ей кто-то другой пообещал больше, если вас уволят.
- Сука!!! – выплюнула Нина, глядя на Ирину злобными темными глазками и изрядно напоминая в этот момент жирную черную крысу. Хотя те – милейшие создания, по сравнению с этой дрянью.
- Да ладно, - фыркнула Ирина. – Сказала бы честно, кто обещал, глядишь, и в полицию не сдадим.
