- Не понимаю?
Матильда вздохнула.
- На это смотреть надо. Просто – увидеть своими глазами.
- Но ты же…
- Да, я пойду туда работать. Ради тебя. Хотя, как по мне, парнишка просто получил копеечку от папы с мамой и играет в бизнес. Ты кто? Владелец турагентства. Намного ж лучше звучит, чем Разгильдяй Балбесович…
- Мотя…
- Ладно-ладно. Если хочешь, я даже краситься буду на работу. И волосы укладывать. Хотя шансов у нас с тобой нет. От слова вообще.
- Почему?
- Мы… я небогата, не слишком красива, не гламурна…
- Что значит последнее слово?
- Дома покажу тебе наши глянцевые журналы. Поймешь.
- Это что-то важное?
- Холеность, лощеность, очень часто – заносчивость и спесь. Так называемая, принадлежность к высшему обществу. У вас это титул?
- Да…
- А какие обязанности есть у аристократов?
- Аристократ – слуга короля. Первый… Он обязан выставлять свой отряд в королевском войске, беречь и заботиться о своей земле и своих людях…
- А аристократки?
- Рожать детей. Вести дом, воспитывать детей достойно…
- Кружиться при дворе? Устраивать балы и приемы, поражать всех драгоценностями и нарядами, менять любовников, как перчатки, постоянно провоцировать скандалы, эпатажно вести себя…
- Такие тоже есть.
- Но?
- В любом водоеме бывает грязная пена.
- А у нас считается, что эта пена – и есть аристократия. А истинное предназначение и слова, и долга, давно забыто. Они не служат отечеству, они его рвут на части и гордятся близостью к тем, кто урвал больший кусок….
- Разве так можно?
Ответом Малене был тяжелый вздох.
Можно?
К сожалению, данные рвачи забывают простую истину. Все мы живем на одной планете и один раз. Наворовал ты на три жизни вперед – остановись, подумай. Есть ведь то, что ты ни за какие деньги не купишь.
Репутация.
Слово «русские» могут произносить по-разному. С уважением, страхом, безразличием, презрением, брезгливостью… и сановное-чиновное ворье отлично добилось последнего. Но сами-то они остались русскими. Навсегда.
И дети их, и внуки, и правнуки…
Может, стоит потратить толику малую, чтобы о тебе говорили не «тот, кто родную страну разворовал», а «тот, кто сберег, преумножил и другим помог»?
Увы… это слишком утопические мечты.
На следующий день Матильда отправилась на работу.
Простое зеленое платье, туфли без каблука одного цвета с сумкой, волосы заколоты в узел. Из косметики на лице тушь для ресниц и бесцветный блеск для губ, ногти подпилены покороче,, чтобы не клацать когтями по клавиатуре. Типичная офисная девочка.
Приехала она не первой, Антон уже был на работе.
- Малена? Доброе утро…
Матильда переждала восхищенный вздох Малены, и улыбнулась. Нейтрально, как пожилому дядюшке на улице.
- Доброе утро, Антон Владимирович. Я могу приступать к работе?
- Да. И кофе мне сварите.
- Хорошо. Вы какой предпочитаете?
- Две ложки кофе и три ложки сахара. Ложка сухих сливок. Моя кружка стоит в шкафчике, в приемной, на ней надпись «Биг Босс», сообщил мужчина, и скрылся за дверью кабинета. А Матильда принялась проводить ревизию продуктовых запасов.
Кофе кончался, сахар тоже, на поверхности кофеварки были неопрятные потеки, так что пришлось быстренько сполоснуть ее, а уж потом варить кофе.
Кружка и правда была в шкафчике. Большая, черная, с белой надписью и рисунком акулы. Любящие сотрудники подарили, не иначе…
Малена вздыхала, прикасаясь к черному фарфору.
Матильда огляделась по сторонам, нашла еще тарелку, поднос, салфетки, печенье она принесла с собой, на обед… ладно, будем худеть.
Антон окинул натюрморт насмешливым взглядом.
- Печенье нашли в шкафу?
- Принесла с собой.
- Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок?
Матильда пожала плечами в ответ на ехидную реплику.
- Никогда не интересовалась анатомией. Но все возможно. Я могу идти?
- Да. Факс отправь, там номер в углу написан.
В руки Матильде спланировал лист бумаги, она ловко поймала цидульку, и вышла за дверь.
- Поняла?
- Что?
- Тут таких девочек, небось, сотня перебывала. И все они целились в постель к Антону.
- Фу!
Матильда была согласна с этим заявлением. Как можно повестись на этот сироп в штанах? Слишком уж он хорош, и наверняка, самовлюблен. Стоять в очереди к его сердцу…
Увольте!
Малена наверняка думала иначе, но тело-то одно на двоих, как здесь, так и там…
Матильда быстро отправила факс, нашла коробку, и принялась складывать в нее Динины вещи.
- Осваиваешься?
Ехидный голосок не застал девушку врасплох. Только не там, где стоят зеркальные шкафы.
- Здравствуй, Евгения.
- Фу-ты, ну-ты…этикеты гнуты. Привет!
- Поможешь?
- У меня своя работа есть.
Матильда выразительно огляделась. Приемная ничем не напоминала место работы Евгении.
- Тебе к шефу? По поводу работы?
- Нет…
Фразу «Тогда не смею задерживать» Матильда не произнесла. Женя все поняла и сама, буркнула нечто вроде «резко начинаешь, падать больно будет», развернулась и вышла.
Матильда продолжила наводить порядок.
О состоявшемся конфликте она не сожалела ни минуты.
Это – новое место работы, не покажешь зубки, так и будут тебя считать тряпкой. И полы мыть приладятся. Ругаться она не ругалась. А болтать просто так…
Что там на доске написано было?
Нет, не вспомнить…
Но точно было что-то про сплетни. Не помогаешь? Ну так и не мешай! Брысь!
И еще одно. Женя явно влюблена в своего шефа. А Матильде он и даром не нужен, как только девчонка это поймет, относиться будет гораздо лучше.
- Влюблена она… - шипела в глубине души Мария-Элена. - Она страшная! И облезлая! Вот!
Малена поддакивала, продолжая раскопки. Было заметно, что секретарь Дина хороший. Все бумаги по папкам, все рассортировано, все аккуратно по полочкам. Но беременность…
Последние месяцы хозяйство явно подзапустили.
Матильда начала с уборки. Протерла пыль, сложила все личные вещи в коробку, надписала на ней Дина и поставила в шкаф для одежды. Оформила приказ о приеме на работу, подписала у начальства, положила в нужную папку вместе с трудовой книжкой…
- Бухгалтер?
- Накладно. К нам раз в месяц приходит Марина, телефон найдешь у Дины. Я с ней поговорю…
Матильда кивнула.
Обычная практика, у нее так знакомая подрабатывала. В пяти организациях одновременно…
Платят меньше, но и работа легче.
К обеду быт более-менее устоялся..
Матильда наводила порядок, оттирала все, на что взгляд упадет, заодно отвечала на звонки, принимала и отправляла факсы, Антона почти не видела, он побыл с утра полчаса и удрал, потом вернулся к обеду, еще минут на сорок, и снова уехал…
Малена вздыхала, а Матильда деловито разбиралась с бумагами. Ей ведь работать…
Выходило, что в агентстве работает шесть человек. Шеф, Дина – или сейчас Мотя, и четверо туроператоров. Три девушки и парень.
Женя, Валерия, Нина и Сергей.
Девушки примерно одного возраста, Сергей ровесник Антона…
В приемную никто не совался, знакомиться никто не рвался. Ладно, подождем...
В обед Матильда решила выйти и оглядеться. В комнату к операторам она не заглядывала – некогда, те тоже не рвались знакомиться…
То ли они не сильно нуждались в начальстве, то ли Антон не приветствовал разговоры на рабочем месте… кто ж его знает?
Стоило выйти в общий коридорчик, и Матильда почти нос к носу столкнулась с кем-то из сотрудников.
- Ой…
Кем-то? Парень тут только один…
- Привет. А ты – новая секретарша?
Матильда поглядела на парня внимательнее. Среднего роста, русоволосый, сероглазый, плотный, чем-то напоминает плюшевого медвежонка.
- Сергей?
- Он самый. Куницын. Будем знакомы?
- Матильда. Можно – Малена.
- Учту. А Мотя?
- Пургена в кофе насыплю.
- Угрозу понял и принял. Пошли, познакомлю с девчонками?
Сопротивляться Матильда не стала.
- Пошли…
Цветник?
Да, но подвявший… однозначно.
Кроме худенькой темноволосой Жени в кабинете присутствовали высокая рыжеволосая Валерия, по виду лет двадцати пяти и пышная крашеная блондинка Нинель лет сорока. Матильду все смерили неприязненными взглядами. Этакое трогательное единодушие…
- Новая секретарша? – поинтересовалась Нинель.
Матильда кивнула.
- Посмотрим, сколько ты продержишься, - ухмыльнулась Валерия.
- А что – многих увольняют? – Матильда приняла вызов.
- Ну, многих, не многих… - Валерия закатила выразительно подкрашенные зеленоватые глаза, намекая на свою избранность и знание неких тайн, но удовольствие ей обломала Нинель.
- Тех, кто на Тошку западает. Если он с бабой спит, то работать не будет. Уволит, потом уж…
Матильда пожала плечами.
- Тебе ли не знать, - съязвила Женя.
Нинель фыркнула.
- У меня с Тошкой все давно закончилось, если что и осталось – благодарность. А ты, лапочка, бесишься и все вернуть хочешь, только наш Тоша огрызок от уже пожеванного яблочка в рот не потянет.
Валерия усмехнулась.
- Тем более – такой огрызок.
- Ну, на тебя он, может, и польстится. Опыта набраться, - съязвила Женя. – Если после роты не побрезгует.
- Лучше рота, чем одиночество, - Валерия пожала красивыми плечами. – Хоть выбор будет.
- Полный набор, - прокомментировала Матильда для безмолвной подруги. – Рабочая лошадка Нинель, стервочка-подкладушка Валерия, и рабочая лошадка-два, Женя, по уши влюбленная в шефа. И заметь, с каждой из них у него что-то было раньше. Понятно, как он персонал себе вербует? И что может ждать нас?
- А Дина? – грустно спросила Малена.
- Подозреваю, что и ребенок там не от мужа…
- Мотя!
- А что тебя так удивляет?
- Ну…
- Малечка, милая, внешность – не залог порядочности.
- Знаю… Но он такой…
Матильда только головой покачала. Да уж. Логика – и влюбленная девушка?
Подвинься, логика!
После обеда за вещами заехал Динин муж.
Матильда поглядела – и разубедилась. Было что-то такое в молодом темноволосом парне… характер? Однозначно.
Не красавец, но харизматичный… таким и полные дуры не изменяют.
Мужчина поздоровался, забрал коробку с вещами и преподнес Матильде большую коробку шоколада.
- Это вам. Вы ведь вчера Дине помогли?
- Я ничего не сделала, - смутилась Мотя.
- А об этом позвольте судить ей.
- Спасибо, - не стала отказываться девушка. – Кто у вас?
- Королевская парочка. Мальчик-девочка. Здоровенькие, довольные… Дина вам привет передавала. Сказала, чтобы вы звонили, если в чем-то не разберетесь.
- Спасибо.
- А, еще просила вам ее ежедневник отдать. Она там на первой странице записывала телефоны, кто, кого, чего, ну и прочее всякое-разное…
Матильда послушно взяла тяжелую книжечку в синем переплете, листнула.
И ощутила искреннюю благодарность к Дине.
Бумага – на офис требуется две коробки в месяц, заказывать у Петра Ильича, телефон, адрес. Ручки, скрепки, карандаши…
Кофе – на офис требуется, заказывать…
Семен Петрович, телефон, директор ООО такого-то, с Тошкой не соединять без крайней необходимости, трепло, любит зеленый чай с жасмином, берлинское печенье…
Иван Иванович, телефон, директор ООО сякого-то, с Тошкой соединять без промедления, любит черный чай без сахара, но с лимоном…
Коротенькие заметки у каждого телефона, пояснения, кто, чего, сколько…
- Динка начала готовиться чуть не с первого месяца. Все ведь не расскажешь…
- Скажите ей громадное спасибо! – искренне поблагодарила Матильда. – Просто невероятное!
Фактически, здесь было все, что нужно секретарше. Во что приходится вникать первые несколько месяцев на рабочем месте, вызывая заявления вроде: «ну ты и растяпа, вот до тебя здесь порядок был!».
Умничка Дина даже схему шкафов нарисовала и подписала, что где стоит. И Матильда подозревала, что блокнот не всякой достался бы…
- Она меня очень выручила. Вы ей скажите, что я дополню и ей отдам, когда она опять работать захочет…
- Это теперь не скоро. У нас бабушек-дедушек нет, с детьми сидеть некому, так что до трех лет… А там, глядишь, третьего заведем, Динка четверых хочет.
- Ну, с двумя вы лихо время сэкономили, - улыбнулась Матильда.
- Уметь надо!
- Петь, привет!
В комнату заглянул Сергей, пожал руку мужчине, и вновь исчез у себя. Петр широко улыбнулся.
- Скажите Тошке, будем звонить. Он уже в крестных заявлен…
Мотя кивнула.
- Передам.
- И… - лицо мужчины вдруг стало серьезным. – Вы в него лучше не влюбляйтесь. Спокойнее будет.
Матильда в этом и не сомневалась.
- Он не в моем вкусе. Но за предупреждение спасибо.
В глубине души томно вздохнула Мария-Элена.
Вечером, по дороге домой, две подруги разговаривали о самом важном. О мужчинах.
- Если бы я была здесь, у вас, во плоти…
- Ты бросилась бы ему на шею?
Мария-Элена задумалась.
- Нет! Я – Домбрийская. Я могу предложить союз, но опускаться до уровня дворовой девки? Никогда!
Мотя ухмыльнулась. Отлично! Любовь – любовью, но воспитание не спрячешь.
- А если муж начнет тебе изменять? Ходить по другим женщинам?
- Эммм…
- Что ты знаешь о супружеской жизни? Про птичек и пчелок вам рассказывали?
- Про кого?
- Малечка, ты представляешь, в результате какого процесса дети появляются?
Мария-Элена вздохнула.
- Мотя, я в монастыре жила.
- И?
- Там с этим плохо.
- И огурцы привозят только нарезанные, - спошлила Матильда. Впрочем, ее шутку все равно не поняли. – Ладно, вечером займемся твоим ликбезом. Благо, интернет такая клоака…
Стоит ли говорить, что ближе к рассвету Ровена, которая на правах охранника, спала в одной комнате с герцогессой, была разбужена возмущенным воплем девушки.
- Какой кошмар! Да разве так можно?!
На вопрос, что случилось, герцогесса ничего не ответила. Завернулась в одеяло, и просидела так до утра, сердито сопя и пламенея ушами.
Матильда честно извинялась. Утром, днем и даже вечером.
Но… детей ведь именно так и делают! Хотя необязательно в такой позе, можно и в другой…
Мария-Элена злилась и ругалась. В интернете можно было найти, что угодно, но не стоило начинать с порнографии. Или стоило?
Нет. Не стоило. Но оказалось очень познавательно.
Мария-Элена Домбрийская
Ровена с интересом наблюдала за своей работодательницей. И… то ли она дура, то ли с герцогессой что-то неладное? Она никак не могла понять, что происходит.
Сидит Мария-Элена себе в карете, поджав ноги на сиденье, вяжет странным приспособлением нечто кружевное, вся в своих мыслях… Последнее и неплохо, Ровена ненавидела болтать попусту, но когда тебе нечем заняться, начинаешь следить за человеком.
Иногда губы Марии-Элены начинали шевелиться, словно она разговаривала сама с собой. Ровена не понимала ни слова, читать по губам она не умела, но попыталась подловить герцогессу. И когда та в очередной раз зашевелила губами, поинтересовалась.
- Ваша светлость?
- Лицевая, шестая… что?
- Мне показалось? Ваша светлость, вы не ко мне обращались?
- Нет. Я петли считала, - отмахнулась Малена, и опять ушла в свое занятие.
И с петлями тоже было странно.
Руки Марии-Элены действовали по-разному. Когда она вязала свое рукоделие, пальцы двигались неуверенно, медленно, словно бы по подсказке. Когда ликвидировалась ошибка и нить распускалась, руки буквально мелькали над кружевом.
И движения были разные.
То плавные и медленные, то быстрые и резкие…
Два разных человека? Но так же не бывает…
Спрашивать Ровена в любом случае не собиралась. Тем более, что ей была подарена большая кружевная шаль серого цвета. Красиво…
Матильда вздохнула.
- На это смотреть надо. Просто – увидеть своими глазами.
- Но ты же…
- Да, я пойду туда работать. Ради тебя. Хотя, как по мне, парнишка просто получил копеечку от папы с мамой и играет в бизнес. Ты кто? Владелец турагентства. Намного ж лучше звучит, чем Разгильдяй Балбесович…
- Мотя…
- Ладно-ладно. Если хочешь, я даже краситься буду на работу. И волосы укладывать. Хотя шансов у нас с тобой нет. От слова вообще.
- Почему?
- Мы… я небогата, не слишком красива, не гламурна…
- Что значит последнее слово?
- Дома покажу тебе наши глянцевые журналы. Поймешь.
- Это что-то важное?
- Холеность, лощеность, очень часто – заносчивость и спесь. Так называемая, принадлежность к высшему обществу. У вас это титул?
- Да…
- А какие обязанности есть у аристократов?
- Аристократ – слуга короля. Первый… Он обязан выставлять свой отряд в королевском войске, беречь и заботиться о своей земле и своих людях…
- А аристократки?
- Рожать детей. Вести дом, воспитывать детей достойно…
- Кружиться при дворе? Устраивать балы и приемы, поражать всех драгоценностями и нарядами, менять любовников, как перчатки, постоянно провоцировать скандалы, эпатажно вести себя…
- Такие тоже есть.
- Но?
- В любом водоеме бывает грязная пена.
- А у нас считается, что эта пена – и есть аристократия. А истинное предназначение и слова, и долга, давно забыто. Они не служат отечеству, они его рвут на части и гордятся близостью к тем, кто урвал больший кусок….
- Разве так можно?
Ответом Малене был тяжелый вздох.
Можно?
К сожалению, данные рвачи забывают простую истину. Все мы живем на одной планете и один раз. Наворовал ты на три жизни вперед – остановись, подумай. Есть ведь то, что ты ни за какие деньги не купишь.
Репутация.
Слово «русские» могут произносить по-разному. С уважением, страхом, безразличием, презрением, брезгливостью… и сановное-чиновное ворье отлично добилось последнего. Но сами-то они остались русскими. Навсегда.
И дети их, и внуки, и правнуки…
Может, стоит потратить толику малую, чтобы о тебе говорили не «тот, кто родную страну разворовал», а «тот, кто сберег, преумножил и другим помог»?
Увы… это слишком утопические мечты.
***
На следующий день Матильда отправилась на работу.
Простое зеленое платье, туфли без каблука одного цвета с сумкой, волосы заколоты в узел. Из косметики на лице тушь для ресниц и бесцветный блеск для губ, ногти подпилены покороче,, чтобы не клацать когтями по клавиатуре. Типичная офисная девочка.
Приехала она не первой, Антон уже был на работе.
- Малена? Доброе утро…
Матильда переждала восхищенный вздох Малены, и улыбнулась. Нейтрально, как пожилому дядюшке на улице.
- Доброе утро, Антон Владимирович. Я могу приступать к работе?
- Да. И кофе мне сварите.
- Хорошо. Вы какой предпочитаете?
- Две ложки кофе и три ложки сахара. Ложка сухих сливок. Моя кружка стоит в шкафчике, в приемной, на ней надпись «Биг Босс», сообщил мужчина, и скрылся за дверью кабинета. А Матильда принялась проводить ревизию продуктовых запасов.
Кофе кончался, сахар тоже, на поверхности кофеварки были неопрятные потеки, так что пришлось быстренько сполоснуть ее, а уж потом варить кофе.
Кружка и правда была в шкафчике. Большая, черная, с белой надписью и рисунком акулы. Любящие сотрудники подарили, не иначе…
Малена вздыхала, прикасаясь к черному фарфору.
Матильда огляделась по сторонам, нашла еще тарелку, поднос, салфетки, печенье она принесла с собой, на обед… ладно, будем худеть.
Антон окинул натюрморт насмешливым взглядом.
- Печенье нашли в шкафу?
- Принесла с собой.
- Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок?
Матильда пожала плечами в ответ на ехидную реплику.
- Никогда не интересовалась анатомией. Но все возможно. Я могу идти?
- Да. Факс отправь, там номер в углу написан.
В руки Матильде спланировал лист бумаги, она ловко поймала цидульку, и вышла за дверь.
- Поняла?
- Что?
- Тут таких девочек, небось, сотня перебывала. И все они целились в постель к Антону.
- Фу!
Матильда была согласна с этим заявлением. Как можно повестись на этот сироп в штанах? Слишком уж он хорош, и наверняка, самовлюблен. Стоять в очереди к его сердцу…
Увольте!
Малена наверняка думала иначе, но тело-то одно на двоих, как здесь, так и там…
Матильда быстро отправила факс, нашла коробку, и принялась складывать в нее Динины вещи.
- Осваиваешься?
Ехидный голосок не застал девушку врасплох. Только не там, где стоят зеркальные шкафы.
- Здравствуй, Евгения.
- Фу-ты, ну-ты…этикеты гнуты. Привет!
- Поможешь?
- У меня своя работа есть.
Матильда выразительно огляделась. Приемная ничем не напоминала место работы Евгении.
- Тебе к шефу? По поводу работы?
- Нет…
Фразу «Тогда не смею задерживать» Матильда не произнесла. Женя все поняла и сама, буркнула нечто вроде «резко начинаешь, падать больно будет», развернулась и вышла.
Матильда продолжила наводить порядок.
О состоявшемся конфликте она не сожалела ни минуты.
Это – новое место работы, не покажешь зубки, так и будут тебя считать тряпкой. И полы мыть приладятся. Ругаться она не ругалась. А болтать просто так…
Что там на доске написано было?
Нет, не вспомнить…
Но точно было что-то про сплетни. Не помогаешь? Ну так и не мешай! Брысь!
И еще одно. Женя явно влюблена в своего шефа. А Матильде он и даром не нужен, как только девчонка это поймет, относиться будет гораздо лучше.
- Влюблена она… - шипела в глубине души Мария-Элена. - Она страшная! И облезлая! Вот!
Малена поддакивала, продолжая раскопки. Было заметно, что секретарь Дина хороший. Все бумаги по папкам, все рассортировано, все аккуратно по полочкам. Но беременность…
Последние месяцы хозяйство явно подзапустили.
Матильда начала с уборки. Протерла пыль, сложила все личные вещи в коробку, надписала на ней Дина и поставила в шкаф для одежды. Оформила приказ о приеме на работу, подписала у начальства, положила в нужную папку вместе с трудовой книжкой…
- Бухгалтер?
- Накладно. К нам раз в месяц приходит Марина, телефон найдешь у Дины. Я с ней поговорю…
Матильда кивнула.
Обычная практика, у нее так знакомая подрабатывала. В пяти организациях одновременно…
Платят меньше, но и работа легче.
К обеду быт более-менее устоялся..
Матильда наводила порядок, оттирала все, на что взгляд упадет, заодно отвечала на звонки, принимала и отправляла факсы, Антона почти не видела, он побыл с утра полчаса и удрал, потом вернулся к обеду, еще минут на сорок, и снова уехал…
Малена вздыхала, а Матильда деловито разбиралась с бумагами. Ей ведь работать…
Выходило, что в агентстве работает шесть человек. Шеф, Дина – или сейчас Мотя, и четверо туроператоров. Три девушки и парень.
Женя, Валерия, Нина и Сергей.
Девушки примерно одного возраста, Сергей ровесник Антона…
В приемную никто не совался, знакомиться никто не рвался. Ладно, подождем...
В обед Матильда решила выйти и оглядеться. В комнату к операторам она не заглядывала – некогда, те тоже не рвались знакомиться…
То ли они не сильно нуждались в начальстве, то ли Антон не приветствовал разговоры на рабочем месте… кто ж его знает?
Стоило выйти в общий коридорчик, и Матильда почти нос к носу столкнулась с кем-то из сотрудников.
- Ой…
Кем-то? Парень тут только один…
- Привет. А ты – новая секретарша?
Матильда поглядела на парня внимательнее. Среднего роста, русоволосый, сероглазый, плотный, чем-то напоминает плюшевого медвежонка.
- Сергей?
- Он самый. Куницын. Будем знакомы?
- Матильда. Можно – Малена.
- Учту. А Мотя?
- Пургена в кофе насыплю.
- Угрозу понял и принял. Пошли, познакомлю с девчонками?
Сопротивляться Матильда не стала.
- Пошли…
***
Цветник?
Да, но подвявший… однозначно.
Кроме худенькой темноволосой Жени в кабинете присутствовали высокая рыжеволосая Валерия, по виду лет двадцати пяти и пышная крашеная блондинка Нинель лет сорока. Матильду все смерили неприязненными взглядами. Этакое трогательное единодушие…
- Новая секретарша? – поинтересовалась Нинель.
Матильда кивнула.
- Посмотрим, сколько ты продержишься, - ухмыльнулась Валерия.
- А что – многих увольняют? – Матильда приняла вызов.
- Ну, многих, не многих… - Валерия закатила выразительно подкрашенные зеленоватые глаза, намекая на свою избранность и знание неких тайн, но удовольствие ей обломала Нинель.
- Тех, кто на Тошку западает. Если он с бабой спит, то работать не будет. Уволит, потом уж…
Матильда пожала плечами.
- Тебе ли не знать, - съязвила Женя.
Нинель фыркнула.
- У меня с Тошкой все давно закончилось, если что и осталось – благодарность. А ты, лапочка, бесишься и все вернуть хочешь, только наш Тоша огрызок от уже пожеванного яблочка в рот не потянет.
Валерия усмехнулась.
- Тем более – такой огрызок.
- Ну, на тебя он, может, и польстится. Опыта набраться, - съязвила Женя. – Если после роты не побрезгует.
- Лучше рота, чем одиночество, - Валерия пожала красивыми плечами. – Хоть выбор будет.
- Полный набор, - прокомментировала Матильда для безмолвной подруги. – Рабочая лошадка Нинель, стервочка-подкладушка Валерия, и рабочая лошадка-два, Женя, по уши влюбленная в шефа. И заметь, с каждой из них у него что-то было раньше. Понятно, как он персонал себе вербует? И что может ждать нас?
- А Дина? – грустно спросила Малена.
- Подозреваю, что и ребенок там не от мужа…
- Мотя!
- А что тебя так удивляет?
- Ну…
- Малечка, милая, внешность – не залог порядочности.
- Знаю… Но он такой…
Матильда только головой покачала. Да уж. Логика – и влюбленная девушка?
Подвинься, логика!
***
После обеда за вещами заехал Динин муж.
Матильда поглядела – и разубедилась. Было что-то такое в молодом темноволосом парне… характер? Однозначно.
Не красавец, но харизматичный… таким и полные дуры не изменяют.
Мужчина поздоровался, забрал коробку с вещами и преподнес Матильде большую коробку шоколада.
- Это вам. Вы ведь вчера Дине помогли?
- Я ничего не сделала, - смутилась Мотя.
- А об этом позвольте судить ей.
- Спасибо, - не стала отказываться девушка. – Кто у вас?
- Королевская парочка. Мальчик-девочка. Здоровенькие, довольные… Дина вам привет передавала. Сказала, чтобы вы звонили, если в чем-то не разберетесь.
- Спасибо.
- А, еще просила вам ее ежедневник отдать. Она там на первой странице записывала телефоны, кто, кого, чего, ну и прочее всякое-разное…
Матильда послушно взяла тяжелую книжечку в синем переплете, листнула.
И ощутила искреннюю благодарность к Дине.
Бумага – на офис требуется две коробки в месяц, заказывать у Петра Ильича, телефон, адрес. Ручки, скрепки, карандаши…
Кофе – на офис требуется, заказывать…
Семен Петрович, телефон, директор ООО такого-то, с Тошкой не соединять без крайней необходимости, трепло, любит зеленый чай с жасмином, берлинское печенье…
Иван Иванович, телефон, директор ООО сякого-то, с Тошкой соединять без промедления, любит черный чай без сахара, но с лимоном…
Коротенькие заметки у каждого телефона, пояснения, кто, чего, сколько…
- Динка начала готовиться чуть не с первого месяца. Все ведь не расскажешь…
- Скажите ей громадное спасибо! – искренне поблагодарила Матильда. – Просто невероятное!
Фактически, здесь было все, что нужно секретарше. Во что приходится вникать первые несколько месяцев на рабочем месте, вызывая заявления вроде: «ну ты и растяпа, вот до тебя здесь порядок был!».
Умничка Дина даже схему шкафов нарисовала и подписала, что где стоит. И Матильда подозревала, что блокнот не всякой достался бы…
- Она меня очень выручила. Вы ей скажите, что я дополню и ей отдам, когда она опять работать захочет…
- Это теперь не скоро. У нас бабушек-дедушек нет, с детьми сидеть некому, так что до трех лет… А там, глядишь, третьего заведем, Динка четверых хочет.
- Ну, с двумя вы лихо время сэкономили, - улыбнулась Матильда.
- Уметь надо!
- Петь, привет!
В комнату заглянул Сергей, пожал руку мужчине, и вновь исчез у себя. Петр широко улыбнулся.
- Скажите Тошке, будем звонить. Он уже в крестных заявлен…
Мотя кивнула.
- Передам.
- И… - лицо мужчины вдруг стало серьезным. – Вы в него лучше не влюбляйтесь. Спокойнее будет.
Матильда в этом и не сомневалась.
- Он не в моем вкусе. Но за предупреждение спасибо.
В глубине души томно вздохнула Мария-Элена.
***
Вечером, по дороге домой, две подруги разговаривали о самом важном. О мужчинах.
- Если бы я была здесь, у вас, во плоти…
- Ты бросилась бы ему на шею?
Мария-Элена задумалась.
- Нет! Я – Домбрийская. Я могу предложить союз, но опускаться до уровня дворовой девки? Никогда!
Мотя ухмыльнулась. Отлично! Любовь – любовью, но воспитание не спрячешь.
- А если муж начнет тебе изменять? Ходить по другим женщинам?
- Эммм…
- Что ты знаешь о супружеской жизни? Про птичек и пчелок вам рассказывали?
- Про кого?
- Малечка, ты представляешь, в результате какого процесса дети появляются?
Мария-Элена вздохнула.
- Мотя, я в монастыре жила.
- И?
- Там с этим плохо.
- И огурцы привозят только нарезанные, - спошлила Матильда. Впрочем, ее шутку все равно не поняли. – Ладно, вечером займемся твоим ликбезом. Благо, интернет такая клоака…
***
Стоит ли говорить, что ближе к рассвету Ровена, которая на правах охранника, спала в одной комнате с герцогессой, была разбужена возмущенным воплем девушки.
- Какой кошмар! Да разве так можно?!
На вопрос, что случилось, герцогесса ничего не ответила. Завернулась в одеяло, и просидела так до утра, сердито сопя и пламенея ушами.
Матильда честно извинялась. Утром, днем и даже вечером.
Но… детей ведь именно так и делают! Хотя необязательно в такой позе, можно и в другой…
Мария-Элена злилась и ругалась. В интернете можно было найти, что угодно, но не стоило начинать с порнографии. Или стоило?
Нет. Не стоило. Но оказалось очень познавательно.
Мария-Элена Домбрийская
Ровена с интересом наблюдала за своей работодательницей. И… то ли она дура, то ли с герцогессой что-то неладное? Она никак не могла понять, что происходит.
Сидит Мария-Элена себе в карете, поджав ноги на сиденье, вяжет странным приспособлением нечто кружевное, вся в своих мыслях… Последнее и неплохо, Ровена ненавидела болтать попусту, но когда тебе нечем заняться, начинаешь следить за человеком.
Иногда губы Марии-Элены начинали шевелиться, словно она разговаривала сама с собой. Ровена не понимала ни слова, читать по губам она не умела, но попыталась подловить герцогессу. И когда та в очередной раз зашевелила губами, поинтересовалась.
- Ваша светлость?
- Лицевая, шестая… что?
- Мне показалось? Ваша светлость, вы не ко мне обращались?
- Нет. Я петли считала, - отмахнулась Малена, и опять ушла в свое занятие.
И с петлями тоже было странно.
Руки Марии-Элены действовали по-разному. Когда она вязала свое рукоделие, пальцы двигались неуверенно, медленно, словно бы по подсказке. Когда ликвидировалась ошибка и нить распускалась, руки буквально мелькали над кружевом.
И движения были разные.
То плавные и медленные, то быстрые и резкие…
Два разных человека? Но так же не бывает…
Спрашивать Ровена в любом случае не собиралась. Тем более, что ей была подарена большая кружевная шаль серого цвета. Красиво…
