Пришла очередь и Егора. Выпив он сразу почувствовал, что это самогон, но очень крепкий градусов шестьдесят, не меньше и настоян он на каких-то, скорее всего корнях. Спросить Ивана он не успел. В голове Егора зашумело, и она закружилась. Егор, мельком взглянув на свою Лену, понял, что та уже вырубается. Егор и Лена легли на мешки на дне лодки. Женщина накрыла их большим куском брезента. Они крепко заснули согреваемые внутренним теплом.
Через четыре часа лодка причалила в Трусово. Отдохнувшие и полные сил, как и не было этой холодной ночи в палатке Егор и Лена поблагодарили попутчиков, особенно Ивана, угостившего их волшебным эликсиром, побежали на взлётное поле села Трусово. На поле как раз садился «кукурузник». Он вырулил на край поля и из него выскочили два мужчины, судя по рюкзакам и экипировке, туристы. Егор и Лена подбежали к самолёту. Самолёт разгружали местные жители, а пилоты даже не останавливали вращение винта. Ан-2 оказался грузовой. Егор переговорил с туристами и те уверили его, что с лётчиками можно договориться и цена этого договора – трёшка. Егор быстро нашёл общий язык с пилотом. Оказалось самолёт летит в Печору! Назвать это удачей, это ничего не сказать. Цена вопроса - пятёрка за двоих. Пятерик упал в руку пилота при горячем рукопожатии. Пилот скомандовал Егору и Лене: «Грузитесь туристы, через два часа будем в Печоре». Нормально. Как в Балтийске таксист согласился за пятёрку подкинуть до Кёника пассажиров. Самолёт взлетел и взял курс на Печору.
Ни Егора, ни Елену уже не интересовали бескрайнее море тайги. Они наелись этой тайги, до больше не хочу. Им хотелось скорее назад в цивилизацию. Ощущать себя первобытными людьми в таёжной заимке, обнажёнными занимаясь любовью на шкурах диких животных, конечно прекрасно, но жить в цивилизации несравненно лучше и заниматься той же любовью можно оказывается не менее романтично.
Вскоре, после обеда Егор и Лена уже сидели на вокзале в Печоре с билетами на вечерний поезд до Ленинграда. Вот только внешний вид у них был таёжный и многие граждане на вокзале косо посматривали на них. Они решили переодеться в туалете. Увы, туалет на вокзале доблестного города Печора, как и принято, находился на улице. Пусть и не такой токсичный, как в других городах, но тоже не с запахами сирени. Первой отправилась в женский туалет переодеваться Лена. Егор остался сидеть с рюкзаками. Пришла очередь и Егора сменить на цивильный свой таёжный наряд. Вот только он ничего не мог, поделать с зелёной половиной своего лица. Если ни в Мыла, ни в Трусово никто не обращал внимания на его необычный вид, то в Печоре окружающие не отводили глаз от его боевой раскраски. Егор вышел из туалета и оказался в кольце четырёх милиционеров.
- Гражданин! Предъявите Ваши документы, - обратился старший сержант к Егору. Егор молча достал удостоверение личности, отпускной билет и протянул их сержанту. Сержант, изучив его документы, с недоумением вернул их Егору, и отдав честь, спросил.
- Простите товарищ мичман, а что вы делаете в Печоре. Если не секрет
- Не секрет старшой, не секрет, - Егор протянул старшему сержанту мандат от Дарвинского музея с просьбой о содействии госорганов предъявителю сего документа. Сержант, прочитав его, встал по стойке смирно. Его примеру последовали и остальные трое милиционеров. Ещё раз, отдав честь и вернув Егору мандат спросил.
- Нужна какая-нибудь помощь товарищ мичман?
- Нет, спасибо, сержант. Спасибо, мы уже возвращаемся назад. Спасибо! – Сержант, и его команда, ещё раз козырнув, отошли от Егора.
- Что они хотели? – спросила Лена, наблюдавшая всё со стороны.
- Ничего. Проверили документы. Это же край лагерей, - ответил Егор. Они отправились, на посадку в вагон подошедшего к перрону состава на Ленинград.
В этот раз им досталось купе и места верхнее и нижнее. Лена предложила Егору покрыть каким-то немецким чудо-лекарством его зелёную часть лица и превратить тем самым зелёную морду в человеческое лицо. Ехать больше суток. Так и сделали. Немецкое чудо покрыло левую часть лица его густой белой пеной. Оказалось согласно инструкции держать пену эту нужно непрерывно не менее шести часов. Егор, как отъехали от Печоры, дорвался до чая. Проводница, не скупясь, принесла в купе с десяток чашек хорошего чая. Теперь вода искала дырочку. Пришлось Егору, идти в туалет с пеной на лице. В коридоре ему попался малыш лет пяти. Увидев такое чучело, каким являлся криптозоолог, малыш испугался и разревелся на весь вагон, собрав в коридоре почти всех пассажиров. Егору и Лене пришлось долго извиняться за свой поступок, а мать малыша сказала Егору: «Взрослый человек, а занимается такой ерундой! Детей ходит по вагону пугает. Педофил!». Неясно только было, почему же – педофил? И кто это такой? В те времена это слово не было столь популярно. Не знал Егор, что это ещё не последнее происшествие, связанное с его пострадавшим от комаров лицом.
Через шесть часов Лена удалила с лица пену. На лице под пеной оказалась нежная, как попка младенца, розовая кожа! Действительно, чудо-пена из Германии: «Как хорошо, что наши отцы и деды не добили этих немцев в сорок пятом», подумал Егор, изучая в зеркало на двери купе, розовую и гладкую левую часть своего лица.
До Ленинграда добрались без приключений. В вагоне Егор оставшееся снаряжение и тяжёлые части обмундирования переложил в свой большой, на 75 литров рюкзак. Справедливо считая, что Лене хватило таскания тяжести за плечами на Северах. Они вышли на перрон Ярославского вокзала Ленинграда! Они в Питере! Город-легенда! В их распоряжении целый день и вечер. Поезд на Калининград только вечером. Егор резко рванул с земли рюкзак, закинув его на плечо, хоть рюкзак и был вполне подъёмным. Неожиданно Егор почувствовал, как его левая часть лица полыхнула жаром. Лена взглянув на своего мужчину, опять всплеснула руками, и как у заимки протянула Егору зеркальце. Левая часть лица Егора превратилась в сплошной синяк. Розовую кожу младенца теперь заменил черно-фиолетовый фингал на всю половину лица, словно Егора кто-то от души наотмашь, приложил лопатой или веслом. С таким лицом гулять по Ленинграду - это будет круче, чем с зелёным по Печоре.
Егор и Лена решили в первую очередь сходить в баню и привести себя в порядок. После бани, словно вновь родившиеся, отмытые от таёжной грязи и запахов, они пошли гулять по Ленинграду.
Егор захотел пива. Он посадил Лену в кафе с мороженым, а сам направился через дорогу в пивной бар. Очередь в бар была небольшая, из пяти человек. Двигалась она достаточно быстро. Увы в Советском Союзе очереди это обыденное повседневное явление. Очереди были везде и всегда, можно сказать что слова, «дефицит» «очередь», «блат» это синонимы к словосочетанию «советский строй». Егор стоял в середине очереди и терпеливо ждал. Неожиданно к двери бара подошли два приблатнённых мужика. Их Егор определял на раз ещё со времён своей оперативной молодости. Эти два ханурика решили, что очередь - это не про них, и встали у двери, ожидая, когда та откроется. Все в очереди молча потупили взгляд, видно, эта парочка им была знакома, только не Егору, который уже две недели не пил пива, да ещё после парилки.
- Эй, бакланы! Ну, ка метнулись в конец очереди! Мигом! Я второй раз повторять не буду – крикнул Егор. Бакланы медленно повернулись.
- Кто это там вякает…, - развязано начал один из них. Повернувшись, он увидел перед собой всего мятого и с огромным синяком на пол-лица здорового детину. Этот детина был не местным. Он, похоже, не догадывался, что они принадлежат к клану неприкасаемых, и мог запросто пришибить одним ударом кулака. Судя же по синяку на его лице, убить этого парня видно уже пытались и безуспешно. Два баклана молча, отошли от двери, и встали в конец очереди, с опаской поглядывая на Егора. Егор не искал конфликта. Он спокойно дождался своей очереди. Заправившись неплохим пивком, покинул пивнушку, поспешив к заждавшейся его Лене.
Ночь до поезда они гуляли счастливые по Ленинграду. Много говорили и не могли наговориться. Им так было интересно и хорошо вдвоём, особенно после того как они вырвались из лап тайги.
Ещё через сутки Егор и Лена забрали на Южном вокзале в камере хранения пресловутый дипломат Лены. Затем они на дизеле отправились в Гастеллово. Так закончилась первая экспедиция криптозоолога Егора Каминского по следам снежного человека.
За штатом.
На паркетных фронтах генералов не счесть,
Но в связи с театральным сезоном.
В новой драме страны офицерская честь,
Вне закона, вне закона.
Сергей Трофимов.
Дом с приведениями.
Егор и Лена вернулись в Гастеллово, в скворечник учительского дома. Была середина августа, и у Егора ещё оставалась половина его отпуска. В Балтийск возвращаться он не хотел. К его огромному удовольствию Лена пригласила пожить Егора у неё.
Буквально через несколько дней, по возвращению с Печорского края, у Егора поднялась высокая температура, появилась слабость и тошнота. Он, два дня провалялся в комнате Лены, с непонятно какой болезнью. На правом предплечье Егора начал созревать огромный фурункул. Егор чувствовал себя с каждым часом, всё хуже и хуже. Лена отвела его к местной фельдшерице, молодой девушке. Та, в амбулатории посёлка, вскрыла фурункул. Егор уже на следующее утро Егор пошёл на поправку.
- Егор! Давай устроим туристический поход по местам разведчиков для школьников Гастеллово. Вот прямо завтра и пойдем. Ненадолго, может на три дня. Согласен? – неожиданно предложила Лена и хотя Егор ещё не совсем восстановился после болезни, он не смог ей отказать.
Стали готовиться к походу. В поход решили взять Однораленко Наталью Фёдоровну, и учеников школы: Колю Волчева, Сергея Калёнова и совсем уже мелкую девочку Наташу Желябикову. Маршрут похода Егор проложил на карте из киоска «Союзпечати» и пятёрка гастелловских туристов, под его руководством, не теряя времени, отправилась в свой первый поход по местам действий разведчиков
Во время движения Егор обучал двух учительниц и учеников азам туризма, ориентированию на местности, выживанию в экстремальных условиях окружающей среды. На привалах и ночёвках он рассказывал о судьбе разведчиков, о том, что им пришлось испытать в годы войны в тылу противника, в Восточной Пруссии. В той Восточной Пруссии, где теперь, благодаря подвигу разведчиков, выпало жить им, жителям посёлка Гастеллово.
Режим движения туристической группы Каминского был стандартным, без скидки на юный возраст его участников. Час в движении - пять минут привал. На каждом привале Егор приучал детей перекладывать рюкзак и переобуваться. Снять сапоги, а резиновые сапоги оказались самой лучшей обувью для походов по лесам и полям Калининградской области, затем снять и надеть по-новому носки и обуться.
- Егор Анатольевич, зачем переобуваться нам каждый час? – спросил Колька Волчев.
- Понимаешь Коля. Сапог резиновый, ноги потеют. Носки влажные и на них образуются складки. Эти складки в кровь могут натереть тебе ступни. Поэтому, сняв носок, ты не только проветрил ноги, но и складку убрал. Если она снова и образуется, то в другом месте, а через час мы её опять расправим и спасём твои ноги от наминов и мозолей. Рюкзак тоже надо переложить. Пока идем, груз может сместиться, изменится центр тяжести, станет тяжело идти, будешь быстро уставать. Поэтому переложить рюкзак минута, а силы экономит надолго. – Все участники похода внимали словам Егора, за исключением Наташки Однораленко. Она ещё студенткой, или позже участвовала в туристическом походе и даже ездила на туристический слёт, поэтому слова Егора она высокомерно игнорировала. Ну что же, вольному воля, спасённому рай. Не знала ещё Однораленко, что игнорировать слова Каминского уж очень чревато последствиями и ей придётся вскоре в этом убедиться. Егор продолжал растолковывать детям и Лене азы туризма.
- Так бывает, что какая-то вещь или предмет упрётся в спину и давит. Сразу-то незаметно, а через время человеку уже больно в этом месте. Турист начинает отставать. Задерживает всю группу, становится обузой для всех. Чтобы проучить такого нерадивого туриста ему нередко незаметно подкладывали в рюкзак камни. Он-то на привале рюкзак не перекладывает так и тащит их до привала, а на стоянке достаёт из рюкзака спальник, а там камни. Пусть и жестокая, но хорошая наука, для такого раздолбая. Быстро доходит.
За день группа Каминского проходила по тридцать пять километров, что вполне соответствовало нормативу на значок «Турист СССР». Две ночёвки они провели в палатках. Третью решили провести в заброшенном доме в посёлке Зелёново. при немцах Михенвальде. Этот дом Егор Каминский не в шутку называл «Домом с привидениями», к этому у него были самые серьёзные основания. На просьбы и мольбы его туристов, рассказать им, почему он называет бывшее немецкое лесничество, домом с приведениями, Егор отвечал непреклонно: «Придём если в него, я вам там всё и расскажу».
Очередная часть маршрута, до железнодорожного моста через реку Швента, проходила вдоль высоковольтной линии электропередач. За триста метров не доходя до железки, Егор обратил внимание на странные символы на земле в лесу, рядом с просекой под высоковольтку. Он показал их Лене и Наташке Однораленко. Они решили отвести детей на железку, а сами, оставив рюкзаки у моста вернуться обратно и внимательно изучить эти непонятные знаки на земле. Так и поступили. Егор, Лена, Однораленко и малая Наташка вернулись на просеку, оставив с вещами мальчишек. Даже Егор не мог предположить, во что оставление пацанов одних, впоследствии выльется.
Знаки на земле действительно казались странными и не объяснимыми. В лесу, в центре точного круга диаметром метров пятнадцать, были проложены неглубокие, шириной в два штыка лопаты траншеи. Почва отваливалась рядом, на грядку такой же ширины. Сразу понятно, что этим знакам не один десяток лет, так как эти круги поросли уже приличными соснами и елками. Таких кругов оказалось - три. Расположены они относительно друг друга в форме равнобедренного треугольника. Более того, по периметру кругов в ряд выложены валуны и камни. Значит, периметр каждого круга окаймлён камнями.
- Ну, что скажете, историк и физик? – спросил Егор женщин. Те только пожали плечами. Обследовав, более тщательно эти круги, они так ничего больше не найдя, отправились к мосту, где оставили мальчишек. Коля и Сергей спали на рюкзаках, как будущие солдаты они спали и ели впрок.
У моста Егор высказал своё мнение об этих кругах.
- Заметьте, что же сразу бросается в глаза? Во-первых, круги расположены в форме равнобедренного треугольника. Теперь, во-вторых, снят только плодородный слой, до белого материка и уложен рядом. Значит, получились полосы. Черная и белая полоса. В-третьих, камни по периметру, это, скорее всего, те камни, которые попались при копке. Камни не лежат плотным кругом, а через разные интервалы. В-четвёртых, лесок, который вырос в кругах, приблизительно весь одного возраста, а значит, эти круги были выкопаны в одно время и на вырубленном участке леса. Мы имеем дело с тремя полосатыми кругами. Эти круги являлись отличным ориентиром и хорошо заметны только с воздуха. Скорее всего, эти круги были сделаны немцами.
Через четыре часа лодка причалила в Трусово. Отдохнувшие и полные сил, как и не было этой холодной ночи в палатке Егор и Лена поблагодарили попутчиков, особенно Ивана, угостившего их волшебным эликсиром, побежали на взлётное поле села Трусово. На поле как раз садился «кукурузник». Он вырулил на край поля и из него выскочили два мужчины, судя по рюкзакам и экипировке, туристы. Егор и Лена подбежали к самолёту. Самолёт разгружали местные жители, а пилоты даже не останавливали вращение винта. Ан-2 оказался грузовой. Егор переговорил с туристами и те уверили его, что с лётчиками можно договориться и цена этого договора – трёшка. Егор быстро нашёл общий язык с пилотом. Оказалось самолёт летит в Печору! Назвать это удачей, это ничего не сказать. Цена вопроса - пятёрка за двоих. Пятерик упал в руку пилота при горячем рукопожатии. Пилот скомандовал Егору и Лене: «Грузитесь туристы, через два часа будем в Печоре». Нормально. Как в Балтийске таксист согласился за пятёрку подкинуть до Кёника пассажиров. Самолёт взлетел и взял курс на Печору.
Ни Егора, ни Елену уже не интересовали бескрайнее море тайги. Они наелись этой тайги, до больше не хочу. Им хотелось скорее назад в цивилизацию. Ощущать себя первобытными людьми в таёжной заимке, обнажёнными занимаясь любовью на шкурах диких животных, конечно прекрасно, но жить в цивилизации несравненно лучше и заниматься той же любовью можно оказывается не менее романтично.
Вскоре, после обеда Егор и Лена уже сидели на вокзале в Печоре с билетами на вечерний поезд до Ленинграда. Вот только внешний вид у них был таёжный и многие граждане на вокзале косо посматривали на них. Они решили переодеться в туалете. Увы, туалет на вокзале доблестного города Печора, как и принято, находился на улице. Пусть и не такой токсичный, как в других городах, но тоже не с запахами сирени. Первой отправилась в женский туалет переодеваться Лена. Егор остался сидеть с рюкзаками. Пришла очередь и Егора сменить на цивильный свой таёжный наряд. Вот только он ничего не мог, поделать с зелёной половиной своего лица. Если ни в Мыла, ни в Трусово никто не обращал внимания на его необычный вид, то в Печоре окружающие не отводили глаз от его боевой раскраски. Егор вышел из туалета и оказался в кольце четырёх милиционеров.
- Гражданин! Предъявите Ваши документы, - обратился старший сержант к Егору. Егор молча достал удостоверение личности, отпускной билет и протянул их сержанту. Сержант, изучив его документы, с недоумением вернул их Егору, и отдав честь, спросил.
- Простите товарищ мичман, а что вы делаете в Печоре. Если не секрет
- Не секрет старшой, не секрет, - Егор протянул старшему сержанту мандат от Дарвинского музея с просьбой о содействии госорганов предъявителю сего документа. Сержант, прочитав его, встал по стойке смирно. Его примеру последовали и остальные трое милиционеров. Ещё раз, отдав честь и вернув Егору мандат спросил.
- Нужна какая-нибудь помощь товарищ мичман?
- Нет, спасибо, сержант. Спасибо, мы уже возвращаемся назад. Спасибо! – Сержант, и его команда, ещё раз козырнув, отошли от Егора.
- Что они хотели? – спросила Лена, наблюдавшая всё со стороны.
- Ничего. Проверили документы. Это же край лагерей, - ответил Егор. Они отправились, на посадку в вагон подошедшего к перрону состава на Ленинград.
В этот раз им досталось купе и места верхнее и нижнее. Лена предложила Егору покрыть каким-то немецким чудо-лекарством его зелёную часть лица и превратить тем самым зелёную морду в человеческое лицо. Ехать больше суток. Так и сделали. Немецкое чудо покрыло левую часть лица его густой белой пеной. Оказалось согласно инструкции держать пену эту нужно непрерывно не менее шести часов. Егор, как отъехали от Печоры, дорвался до чая. Проводница, не скупясь, принесла в купе с десяток чашек хорошего чая. Теперь вода искала дырочку. Пришлось Егору, идти в туалет с пеной на лице. В коридоре ему попался малыш лет пяти. Увидев такое чучело, каким являлся криптозоолог, малыш испугался и разревелся на весь вагон, собрав в коридоре почти всех пассажиров. Егору и Лене пришлось долго извиняться за свой поступок, а мать малыша сказала Егору: «Взрослый человек, а занимается такой ерундой! Детей ходит по вагону пугает. Педофил!». Неясно только было, почему же – педофил? И кто это такой? В те времена это слово не было столь популярно. Не знал Егор, что это ещё не последнее происшествие, связанное с его пострадавшим от комаров лицом.
Через шесть часов Лена удалила с лица пену. На лице под пеной оказалась нежная, как попка младенца, розовая кожа! Действительно, чудо-пена из Германии: «Как хорошо, что наши отцы и деды не добили этих немцев в сорок пятом», подумал Егор, изучая в зеркало на двери купе, розовую и гладкую левую часть своего лица.
До Ленинграда добрались без приключений. В вагоне Егор оставшееся снаряжение и тяжёлые части обмундирования переложил в свой большой, на 75 литров рюкзак. Справедливо считая, что Лене хватило таскания тяжести за плечами на Северах. Они вышли на перрон Ярославского вокзала Ленинграда! Они в Питере! Город-легенда! В их распоряжении целый день и вечер. Поезд на Калининград только вечером. Егор резко рванул с земли рюкзак, закинув его на плечо, хоть рюкзак и был вполне подъёмным. Неожиданно Егор почувствовал, как его левая часть лица полыхнула жаром. Лена взглянув на своего мужчину, опять всплеснула руками, и как у заимки протянула Егору зеркальце. Левая часть лица Егора превратилась в сплошной синяк. Розовую кожу младенца теперь заменил черно-фиолетовый фингал на всю половину лица, словно Егора кто-то от души наотмашь, приложил лопатой или веслом. С таким лицом гулять по Ленинграду - это будет круче, чем с зелёным по Печоре.
Егор и Лена решили в первую очередь сходить в баню и привести себя в порядок. После бани, словно вновь родившиеся, отмытые от таёжной грязи и запахов, они пошли гулять по Ленинграду.
Егор захотел пива. Он посадил Лену в кафе с мороженым, а сам направился через дорогу в пивной бар. Очередь в бар была небольшая, из пяти человек. Двигалась она достаточно быстро. Увы в Советском Союзе очереди это обыденное повседневное явление. Очереди были везде и всегда, можно сказать что слова, «дефицит» «очередь», «блат» это синонимы к словосочетанию «советский строй». Егор стоял в середине очереди и терпеливо ждал. Неожиданно к двери бара подошли два приблатнённых мужика. Их Егор определял на раз ещё со времён своей оперативной молодости. Эти два ханурика решили, что очередь - это не про них, и встали у двери, ожидая, когда та откроется. Все в очереди молча потупили взгляд, видно, эта парочка им была знакома, только не Егору, который уже две недели не пил пива, да ещё после парилки.
- Эй, бакланы! Ну, ка метнулись в конец очереди! Мигом! Я второй раз повторять не буду – крикнул Егор. Бакланы медленно повернулись.
- Кто это там вякает…, - развязано начал один из них. Повернувшись, он увидел перед собой всего мятого и с огромным синяком на пол-лица здорового детину. Этот детина был не местным. Он, похоже, не догадывался, что они принадлежат к клану неприкасаемых, и мог запросто пришибить одним ударом кулака. Судя же по синяку на его лице, убить этого парня видно уже пытались и безуспешно. Два баклана молча, отошли от двери, и встали в конец очереди, с опаской поглядывая на Егора. Егор не искал конфликта. Он спокойно дождался своей очереди. Заправившись неплохим пивком, покинул пивнушку, поспешив к заждавшейся его Лене.
Ночь до поезда они гуляли счастливые по Ленинграду. Много говорили и не могли наговориться. Им так было интересно и хорошо вдвоём, особенно после того как они вырвались из лап тайги.
Ещё через сутки Егор и Лена забрали на Южном вокзале в камере хранения пресловутый дипломат Лены. Затем они на дизеле отправились в Гастеллово. Так закончилась первая экспедиция криптозоолога Егора Каминского по следам снежного человека.
Глава одиннадцатая.
За штатом.
На паркетных фронтах генералов не счесть,
Но в связи с театральным сезоном.
В новой драме страны офицерская честь,
Вне закона, вне закона.
Сергей Трофимов.
Дом с приведениями.
Егор и Лена вернулись в Гастеллово, в скворечник учительского дома. Была середина августа, и у Егора ещё оставалась половина его отпуска. В Балтийск возвращаться он не хотел. К его огромному удовольствию Лена пригласила пожить Егора у неё.
Буквально через несколько дней, по возвращению с Печорского края, у Егора поднялась высокая температура, появилась слабость и тошнота. Он, два дня провалялся в комнате Лены, с непонятно какой болезнью. На правом предплечье Егора начал созревать огромный фурункул. Егор чувствовал себя с каждым часом, всё хуже и хуже. Лена отвела его к местной фельдшерице, молодой девушке. Та, в амбулатории посёлка, вскрыла фурункул. Егор уже на следующее утро Егор пошёл на поправку.
- Егор! Давай устроим туристический поход по местам разведчиков для школьников Гастеллово. Вот прямо завтра и пойдем. Ненадолго, может на три дня. Согласен? – неожиданно предложила Лена и хотя Егор ещё не совсем восстановился после болезни, он не смог ей отказать.
Стали готовиться к походу. В поход решили взять Однораленко Наталью Фёдоровну, и учеников школы: Колю Волчева, Сергея Калёнова и совсем уже мелкую девочку Наташу Желябикову. Маршрут похода Егор проложил на карте из киоска «Союзпечати» и пятёрка гастелловских туристов, под его руководством, не теряя времени, отправилась в свой первый поход по местам действий разведчиков
Во время движения Егор обучал двух учительниц и учеников азам туризма, ориентированию на местности, выживанию в экстремальных условиях окружающей среды. На привалах и ночёвках он рассказывал о судьбе разведчиков, о том, что им пришлось испытать в годы войны в тылу противника, в Восточной Пруссии. В той Восточной Пруссии, где теперь, благодаря подвигу разведчиков, выпало жить им, жителям посёлка Гастеллово.
Режим движения туристической группы Каминского был стандартным, без скидки на юный возраст его участников. Час в движении - пять минут привал. На каждом привале Егор приучал детей перекладывать рюкзак и переобуваться. Снять сапоги, а резиновые сапоги оказались самой лучшей обувью для походов по лесам и полям Калининградской области, затем снять и надеть по-новому носки и обуться.
- Егор Анатольевич, зачем переобуваться нам каждый час? – спросил Колька Волчев.
- Понимаешь Коля. Сапог резиновый, ноги потеют. Носки влажные и на них образуются складки. Эти складки в кровь могут натереть тебе ступни. Поэтому, сняв носок, ты не только проветрил ноги, но и складку убрал. Если она снова и образуется, то в другом месте, а через час мы её опять расправим и спасём твои ноги от наминов и мозолей. Рюкзак тоже надо переложить. Пока идем, груз может сместиться, изменится центр тяжести, станет тяжело идти, будешь быстро уставать. Поэтому переложить рюкзак минута, а силы экономит надолго. – Все участники похода внимали словам Егора, за исключением Наташки Однораленко. Она ещё студенткой, или позже участвовала в туристическом походе и даже ездила на туристический слёт, поэтому слова Егора она высокомерно игнорировала. Ну что же, вольному воля, спасённому рай. Не знала ещё Однораленко, что игнорировать слова Каминского уж очень чревато последствиями и ей придётся вскоре в этом убедиться. Егор продолжал растолковывать детям и Лене азы туризма.
- Так бывает, что какая-то вещь или предмет упрётся в спину и давит. Сразу-то незаметно, а через время человеку уже больно в этом месте. Турист начинает отставать. Задерживает всю группу, становится обузой для всех. Чтобы проучить такого нерадивого туриста ему нередко незаметно подкладывали в рюкзак камни. Он-то на привале рюкзак не перекладывает так и тащит их до привала, а на стоянке достаёт из рюкзака спальник, а там камни. Пусть и жестокая, но хорошая наука, для такого раздолбая. Быстро доходит.
За день группа Каминского проходила по тридцать пять километров, что вполне соответствовало нормативу на значок «Турист СССР». Две ночёвки они провели в палатках. Третью решили провести в заброшенном доме в посёлке Зелёново. при немцах Михенвальде. Этот дом Егор Каминский не в шутку называл «Домом с привидениями», к этому у него были самые серьёзные основания. На просьбы и мольбы его туристов, рассказать им, почему он называет бывшее немецкое лесничество, домом с приведениями, Егор отвечал непреклонно: «Придём если в него, я вам там всё и расскажу».
Очередная часть маршрута, до железнодорожного моста через реку Швента, проходила вдоль высоковольтной линии электропередач. За триста метров не доходя до железки, Егор обратил внимание на странные символы на земле в лесу, рядом с просекой под высоковольтку. Он показал их Лене и Наташке Однораленко. Они решили отвести детей на железку, а сами, оставив рюкзаки у моста вернуться обратно и внимательно изучить эти непонятные знаки на земле. Так и поступили. Егор, Лена, Однораленко и малая Наташка вернулись на просеку, оставив с вещами мальчишек. Даже Егор не мог предположить, во что оставление пацанов одних, впоследствии выльется.
Знаки на земле действительно казались странными и не объяснимыми. В лесу, в центре точного круга диаметром метров пятнадцать, были проложены неглубокие, шириной в два штыка лопаты траншеи. Почва отваливалась рядом, на грядку такой же ширины. Сразу понятно, что этим знакам не один десяток лет, так как эти круги поросли уже приличными соснами и елками. Таких кругов оказалось - три. Расположены они относительно друг друга в форме равнобедренного треугольника. Более того, по периметру кругов в ряд выложены валуны и камни. Значит, периметр каждого круга окаймлён камнями.
- Ну, что скажете, историк и физик? – спросил Егор женщин. Те только пожали плечами. Обследовав, более тщательно эти круги, они так ничего больше не найдя, отправились к мосту, где оставили мальчишек. Коля и Сергей спали на рюкзаках, как будущие солдаты они спали и ели впрок.
У моста Егор высказал своё мнение об этих кругах.
- Заметьте, что же сразу бросается в глаза? Во-первых, круги расположены в форме равнобедренного треугольника. Теперь, во-вторых, снят только плодородный слой, до белого материка и уложен рядом. Значит, получились полосы. Черная и белая полоса. В-третьих, камни по периметру, это, скорее всего, те камни, которые попались при копке. Камни не лежат плотным кругом, а через разные интервалы. В-четвёртых, лесок, который вырос в кругах, приблизительно весь одного возраста, а значит, эти круги были выкопаны в одно время и на вырубленном участке леса. Мы имеем дело с тремя полосатыми кругами. Эти круги являлись отличным ориентиром и хорошо заметны только с воздуха. Скорее всего, эти круги были сделаны немцами.
