-Сами, значит? Все сами?
-Угу.
-А по мне, так во всех случаях это ты приложил руку к тому, чтобы все закончилось именно так! Марину на Воробьвы Горы притащил, журналистов к Бабаджану направил, меня на Солода вывел. Отовсюду твои уши торчат!
-Ну, иногда и Его Величеству Случаю не помешает небольшая подсказка, своего рода наводящий вопрос. Иначе подходящей оказии можно ждать очень долго, а у меня время ограничено, - Андрей усмехнулся, - только не говорите мне, что сами никогда не ловили жулье «на живца».
-А ты не боишься, что тебя примажут к этим убийствам? Ведь всякий раз ты оказывался рядом в момент их смерти! Словно тебя туда магнитом тянуло! Зачем? Убедиться, что все идет как надо?
-Не только. Заблудшую душу еще необходимо депортировать, что также входит в мои обязанности…
-Все, стоп! Довольно! – Павел хлопнул ладонями по столу, - хватит с меня уже этой бесовщины! Тут, скорее, не я, а психиатр нужен. Да и самому провериться не помешало бы. Пообщаешься тут с вами…
Он вытащил телефон и набрал уже знакомый номер, продолжая краем глаза следить за Андреем. Тот сидел неподвижно, снова прикрыв глаза и, казалось, полностью уйдя в себя. Но после четвертого или пятого гудка он вдруг заметил:
-Вы ведь не психиатру звоните, а?
-Не твое дело, - буркнул Павел раздраженно. Ему совсем не нравилась ситуация, когда Млечин сначала втянул его в это мутное дело, а теперь, в самый неподходящий момент, взял и исчез с горизонта.
-Как скажете, - парень равнодушно пожал плечами, - только он Вам не ответит.
-Кто?
-Тот, кому Вы пытаетесь дозвониться. У него инсульт случился.
-Что ты несешь!?
-Что вижу – то пою, - хмыкнул он, - Вы же знаете, что он у себя в доме ремонт затеял. Ну и перенапрягся слегка, с кем не бывает.
-С ним все будет в порядке? - Павел, наконец, отнял продолжавшую гудеть трубку от уха.
-Вы хотите знать будущее? Пусть даже оно Вам не понравится? – только сейчас Андрей открыл глаза и посмотрел на него, - в данный момент он лежит обездвиженный в прихожей на первом этаже. А что будет с ним дальше – решать не мне.
-Но почему ты не сказал об этом раньше!? Если видел! Если знал, что каждая минута на счету!
-Я не всемогущ, знаете ли. Чтобы что-то увидеть, нужно, как минимум, в требуемом направлении посмотреть. Я же обратил свое внимание на Вашего знакомого только сейчас, когда Вы начали набирать номер.
Павел даже скрипнул зубами с досады. Что же делать!? Вызвать «скорую»? Но он даже адреса Млечина не знал, дорогу к его дому он просто помнил визуально и все. Да и как они попадут к нему на участок? Кто им ворота откроет? Кроме того, Павла не покидала надежда, что Андрей ошибся и что-то напутал, а на самом деле ничего страшного и не случилось. Но проверить и удостовериться все же надо!
-Ты поедешь со мной, - он встал и указал рукой на дверь, - выметайся, быстро!
Павел не сдал дожидаться, когда ворота откроются полностью, и, едва не оторвав левое зеркало, протиснулся в проем, как только представилась такая возможность. Первые подозрения у него начали закрадываться, когда он еще подъезжал к дому. У крыльца стоял небольшой грузовичок, на котором, по-видимому, приехали рабочие, в окнах второго этажа горел свет, и даже отсюда был слышен громкий вой работающей циклевочной машины. Картина явно не соответствовала апокалиптическим ожиданиям, которые рисовал Андрей.
-И что ты на это скажешь? – не без ехидства поинтересовался он у парня, остановившись и заглушив мотор.
-Понятия не имею, - тот выглядел откровенно растерянным, - я же видел…! Что-то тут не так. Что-то… я не знаю.
-Ладно, Пифия, - Павел вылез из машины, - я схожу на разведку, а ты сиди, не высовывайся.
Поднимаясь на крыльцо, он успел перебрать в уме сотню вариантов и тысячу версий, что и почему пошло «не так», но к однозначному заключению прийти так и не смог. В последнее время Павел все больше склонялся к мысли, что не так обстоит решительно все. Он машинально коснулся рукой кобуры, проверяя, что оружие на месте. Жизнь буквально завалила его своими гостинцами, и каждую секунду заставляла ждать от нее очередного подвоха. Теперь он даже с некоторым нетерпением ожидал грядущего отстранения от дел, чтобы выбросить из головы всю чертовщину и хоть несколько дней ни о чем не думать.
Едва он открыл входную дверь, как нос к носу столкнулся с Млечиным, который выглядел вполне живым, здоровым и полным сил.
-Федор Константинович!?
-Паша!? Какого лешего ты тут делаешь?
-Просто Андрей сказал…
-Андрей? Цеповалов? Он жив?
-Ну, Солодовский его немного покромсал, но сейчас он в порядке.
-Вот ведь дебил! – внезапно взорвался Млечин, но быстро опомнился и взял себя в руки, - что с Солодом? Где он сейчас?
-В морге.
-Даже так? – старик удивленно вскинул седые брови. Судя по всему, эта новость стала для него сюрпризом. Причем, сюрпризом приятным.
-Если бы я его не остановил, он бы перерезал парню горло, - развел руками Павел, - пришлось стрелять.
-Что ж, он давно на такой исход напрашивался. Надеюсь, у тебя не будет из-за этого особых проблем, Солод давно уже у всех в печенках сидел, а ты просто оказался в нужное время в нужном месте.
-Ну да, и сполна воспользовался представившимся шансом.
-Точно! Эм-м-м… так зачем ты приехал?
-Андрей сказал, что у Вас инсульт, и Вы тут на полу валяетесь, - Павел кивнул на ковер в прихожей.
-Инсульт? – Млечин обеспокоенно нахмурился, - с чего он взял?
-Откуда мне знать! Он же вроде как видит, и до сих пор его видения с реальностью не расходились. Я Вам несколько раз звонил, но Вы не брали трубку – вот я и примчался, чтобы проверить.
-Звонил, говоришь? – порывшись в карманах висевшего на вешалке пальто, Млечин достал телефон, - да, точно. Но ты же сам видишь, какой тут у меня шум – я просто не слышал звонка.
-Выходит, обознался наш оракул хренов.
-Знать, крепко его там Солод приложил. В какую больницу твоего чудака отвезли?
-Так он это… оклемался, и госпитализации не потребовалось, - Павел мотнул головой, - вон, в машине сидит.
-Что!? Он здесь!? – даже если бы он сунул Млечину под нос живую очковую кобру, то вряд ли смог бы добиться столь взрывного эффекта.
Тот аж подпрыгнул и как-то вжался в дверной косяк, осторожно выглядывая на улицу. Ничего не понимающий Павел зачаровано следил за тем, как лицо Млечина заливает пепельная бледность. Раньше он думал, что такое только в кино или в книжках бывает. У него сложилось странное чувство, что он и сам попал в какой-то сумбурный фильм, где актеры на съемочной площадке перепутались и исполняют роли из разных сценариев, отчего в кадре творится сущая белиберда.
-Так, ладно. Жди здесь, - входная дверь резко захлопнулась перед самым его носом, оставив недоумевающего Павла на крыльце в одиночестве.
Он подошел к перилам и, приподнявшись на носках, посмотрел поверх кустов на свою машину, в окне которой виднелась красная бейсболка Андрея. С чего это старик так разволновался? Как бы его и в самом деле удар не хватил!
Завывания циклевочной машины резко оборвались, освободив место для шелеста листвы и птичьих трелей. Из дома послышались переругивающиеся голоса, и чуть погодя на крыльцо вышли двое покрытых пылью рабочих. Ворча что-то недовольное и оставляя за собой белые следы и отметины на перилах, они спустились к своему грузовичку и через минуту уже выруливали со двора.
Павел по-прежнему ничего не понимал. Почему известие о присутствии Андрея так встревожило Млечина? Неужели он всерьез воспринял все их рассуждения о том, что этот молодой человек притягивает Смерть? Но ведь… А что, если…
Внутри у Павла все сжалось. А что, если Андрей умышленно соврал про инсульт, чтобы выманить его сюда, на дачу к Млечину!? Что, если он снова вьет кружево событий с тем, чтобы прийти в итоге к очередному трупу? Трупу кого-то не в меру удачливого. Уж кто-кто, а Млечин никогда на нехватку везения не жаловался…
Краем глаза он заметил какое-то движение, но не успел даже обернуться, как Андрей на всем бегу врезался в него, и они вдвоем рухнули на доски пола. От удара у Павла перехватило дыхание, и аж искры посыпались из глаз. Его правая рука метнулась к кобуре, но в следующее мгновение окружающий мир упруго вздрогнул и больно ударил по ушам. Сверху на них посыпались осколки стекла, и все заволокло вонючим сизым дымом. Где-то за домом истошно завыла проснувшаяся автомобильная сигнализация.
-Уф! - Андрей закашлялся и откатился в сторону.
-Что это было? – Павел сел, осторожно стряхивая с одежды битое стекло.
-Взрыв на втором этаже, - парень помотал головой, вытрясая мусор из взъерошенной шевелюры, - и я чуть не опоздал.
-Опоздал? Куда? – в голове еще слегка звенело, и разбежавшиеся мысли не спешили возвращаться на места.
-Вас спасти, куда же еще! – Андрей кивнул на большой кусок оконного стекла, глубоко вошедший в деревянный брус, что подпирал козырек над крыльцом, - еще немного – и не сносить бы Вам головы.
-А Млечин? Млечин-то где!? – опомнившись, Павел вскочил на ноги.
Перекосившаяся после взрыва входная дверь поддалась не сразу, и он уже подумывал забраться внутрь через окно, но еще один рывок, наконец, увенчался успехом. Перепрыгивая через обломки и щурясь от евшего глаза дыма, он взбежал по лестнице наверх. Здесь ударная волна особо не мелочилась и снесла целую стену, оставив на ее месте частокол из расщепленных досок. И среди них, как мелкая рыбешка, застрявшая в зубах акулы, лежал Млечин.
Его изорванная в клочья одежда местами еще тлела, а от некогда пышной седой шевелюры осталось лишь воспоминание. Раскинутые в стороны и зацепившиеся за размозженные деревяшки руки делали его похожим на распятого мученика.
-Федор Константинович! – Павел бросился к нему, упав рядом на колени и руками хлопая по дымящимся лохмотьям.
Осыпавшаяся штукатурка захрустела под ногами поднявшегося следом Андрея, но он даже не оглянулся. Он пытался нащупать у старика пульс, хотя догадывался, что оказаться в эпицентре такого ада и остаться в живых практически невозможно.
-Что же так рвануло? – задал он вслух висевший в воздухе вопрос, - газ, что ли?
-Лаковая пыль, - отозвался Андрей, - он так спешил, что даже не подождал, пока она осядет.
Парень говорил как-то странно, медленно и глухо, словно из глубин дремы. Обернувшись, Павел увидел, что тот сидит на корточках, закрыв глаза и будто к чему-то прислушиваясь, а возле его ног на полу лежит уже припорошенный цементной пылью охотничий карабин. Млечин был известным любителем пострелять кабанчиков и уток, а потому держал дома целый арсенал оружия. У дальней стены как раз виднелся открытый оружейный сейф, а на паркете тут и там валялись разбросанные патроны.
-Спешил? Куда? – еще не успев задать вопрос, Павел уже догадывался, что ответ ему вряд ли понравится.
-Убить меня прежде, чем я доберусь до него. Но я все это прекрасно видел, так что…
-Что за бред ты несешь!? Зачем Млечину тебя убивать!?
-По той же причине, по которой это ранее пытался сделать Солодовский. Никто не хочет отвечать за свои преступления.
-Преступл…
Яркий свет ударил Павлу по глазам. От неожиданности он охнул и пригнулся, закрывая голову руками. Ему показалось, что грянул еще один взрыв, но на самом деле все оставалось тихо, и только ослепительные цветные сполохи плясали перед его взором, нахлестывая сетчатку даже сквозь зажмуренные веки.
Несколько секунд сумбура и легкой паники – и все закончилось так же внезапно, как и началось.
-Уф! – Андрей с шумом выдохнул и поднялся на ноги.
-Что это было? - Павел осторожно осмотрелся, но все вроде бы вернулось в норму, если не считать развороченного этажа.
-При Депортации иногда вылезают всякие побочные эффекты, - парень отряхнул руки и поправил рукава, как после успешно законченной работы, - свет, звук… вонь какая-нибудь. Что у Вас приключилось на сей раз?
И вот тут нервы у Павла не выдержали. Он бросился на Андрея, схватив его за шиворот и с размаху приложив к закопченной стене. На головы им обоим посыпалось крошево штукатурки.
-Слушай сюда, ты… - он даже задохнулся, не находя слов, чтобы выразить бушующую у него внутри бурю, - еще одно слово, еще одно твое подозрительное движение – и я тебя и вправду пристрелю!!! Надеюсь, ты понимаешь… видишь, что мне теперь уже все равно! Одним трупом больше, одним меньше – с меня шкуру спустят в любом случае, но ежели так я смогу прекратить этот кошмар, то, не сомневайся, я так и поступлю! Твое имя в траурном списке будет стоять последним, кем бы ты там ни был!
-О! – Андрея, казалось, эта вспышка гнева ничуть не обескуражила, - Вы все еще не верите, но уже боитесь. Прогресс налицо!
-Заткни пасть! – Павел грубо развернул его, уткнув носом в стену, - руки давай!
Застегивая наручники на тощих юношеских запястьях, Павел чувствовал, как трясутся его собственные пальцы. Все, абсолютно все вышло у него из под контроля! И в первую очередь он полностью утратил контроль над собой. Внутри у него бушевал настоящий шторм, который вызывал жгучее, почти неодолимое желание орать, бить и, чего уж там, стрелять во всех подряд. Только невероятным усилием воли Павлу удавалось противостоять этому дьявольскому соблазну. Ведь в самом деле, слети он с катушек – это вряд ли сможет сколь-либо усугубить его и без того незавидное положение.
Покойники буквально сыпались на его голову как горох, и что бы он ни предпринимал, ситуация становилась только хуже. А после смерти Млечина уже никто не взялся бы прикрывать его зад в неизбежных разбирательствах. С этого момента он оказался предоставлен самому себе, и все дерьмо ему предстояло разгребать самостоятельно. И вряд ли кто сочтет достойным рассмотрения то обстоятельство, что Андрей раз за разом оказывался рядом с еще не успевшим остыть трупом. По собственному опыту Павел знал, что следователи всегда отдают предпочтение неопровержимым фактам, а не призрачным умопостроениям и скользкой мистике.
-Все, шагай! – он подтолкнул Андрея к лестнице.
Подойдя к машине, Павел увидел, что в ее заднем стекле зияет здоровая дыра, от которой во все стороны разбегалась паутина трещинок. Он смачно выругался и открыл дверь, чтобы заглянут внутрь.
Все заднее сиденье было усеяно крошками стекла и трухой, вылетевшей из размозженного подголовника. На том, что от него осталось, еще висела разодранная красная бейсболка. Если бы в момент выстрела она находилась на чьей-то голове, то салон оказался бы еще украшен живописно разбрызганными мозгами. Судя по взаимному расположению дыр, пуля прилетела как раз из того окна второго этажа, где и произошел взрыв.
-Ну что, может, уже снимете с меня браслеты? – послышался сзади голос Андрея, в котором угадывалась насмешка.
-Заткнись, и полезай внутрь! – Павел без особых церемоний затолкал парня на заднее сиденье и захлопнул за ним дверь, другой рукой нашаривая в кармане призывно жужжащий телефон.
Андрей не мог слышать, о чем идет речь, но жестикуляция и мимика следователя говорили сами за себя.
Вначале Павел выглядел относительно расслабленным, но в следующую секунду он вдруг напрягся и даже подался вперед, словно пытаясь что-то рассмотреть. Его спина окаменела, а плечи начали медленно опускаться, словно на них навалилась пара мешков с цементом. Он отвечал коротко, односложно, а потом обернулся и как-то странно посмотрел на Андрея.
-Угу.
-А по мне, так во всех случаях это ты приложил руку к тому, чтобы все закончилось именно так! Марину на Воробьвы Горы притащил, журналистов к Бабаджану направил, меня на Солода вывел. Отовсюду твои уши торчат!
-Ну, иногда и Его Величеству Случаю не помешает небольшая подсказка, своего рода наводящий вопрос. Иначе подходящей оказии можно ждать очень долго, а у меня время ограничено, - Андрей усмехнулся, - только не говорите мне, что сами никогда не ловили жулье «на живца».
-А ты не боишься, что тебя примажут к этим убийствам? Ведь всякий раз ты оказывался рядом в момент их смерти! Словно тебя туда магнитом тянуло! Зачем? Убедиться, что все идет как надо?
-Не только. Заблудшую душу еще необходимо депортировать, что также входит в мои обязанности…
-Все, стоп! Довольно! – Павел хлопнул ладонями по столу, - хватит с меня уже этой бесовщины! Тут, скорее, не я, а психиатр нужен. Да и самому провериться не помешало бы. Пообщаешься тут с вами…
Он вытащил телефон и набрал уже знакомый номер, продолжая краем глаза следить за Андреем. Тот сидел неподвижно, снова прикрыв глаза и, казалось, полностью уйдя в себя. Но после четвертого или пятого гудка он вдруг заметил:
-Вы ведь не психиатру звоните, а?
-Не твое дело, - буркнул Павел раздраженно. Ему совсем не нравилась ситуация, когда Млечин сначала втянул его в это мутное дело, а теперь, в самый неподходящий момент, взял и исчез с горизонта.
-Как скажете, - парень равнодушно пожал плечами, - только он Вам не ответит.
-Кто?
-Тот, кому Вы пытаетесь дозвониться. У него инсульт случился.
-Что ты несешь!?
-Что вижу – то пою, - хмыкнул он, - Вы же знаете, что он у себя в доме ремонт затеял. Ну и перенапрягся слегка, с кем не бывает.
-С ним все будет в порядке? - Павел, наконец, отнял продолжавшую гудеть трубку от уха.
-Вы хотите знать будущее? Пусть даже оно Вам не понравится? – только сейчас Андрей открыл глаза и посмотрел на него, - в данный момент он лежит обездвиженный в прихожей на первом этаже. А что будет с ним дальше – решать не мне.
-Но почему ты не сказал об этом раньше!? Если видел! Если знал, что каждая минута на счету!
-Я не всемогущ, знаете ли. Чтобы что-то увидеть, нужно, как минимум, в требуемом направлении посмотреть. Я же обратил свое внимание на Вашего знакомого только сейчас, когда Вы начали набирать номер.
Павел даже скрипнул зубами с досады. Что же делать!? Вызвать «скорую»? Но он даже адреса Млечина не знал, дорогу к его дому он просто помнил визуально и все. Да и как они попадут к нему на участок? Кто им ворота откроет? Кроме того, Павла не покидала надежда, что Андрей ошибся и что-то напутал, а на самом деле ничего страшного и не случилось. Но проверить и удостовериться все же надо!
-Ты поедешь со мной, - он встал и указал рукой на дверь, - выметайся, быстро!
Глава 9
Павел не сдал дожидаться, когда ворота откроются полностью, и, едва не оторвав левое зеркало, протиснулся в проем, как только представилась такая возможность. Первые подозрения у него начали закрадываться, когда он еще подъезжал к дому. У крыльца стоял небольшой грузовичок, на котором, по-видимому, приехали рабочие, в окнах второго этажа горел свет, и даже отсюда был слышен громкий вой работающей циклевочной машины. Картина явно не соответствовала апокалиптическим ожиданиям, которые рисовал Андрей.
-И что ты на это скажешь? – не без ехидства поинтересовался он у парня, остановившись и заглушив мотор.
-Понятия не имею, - тот выглядел откровенно растерянным, - я же видел…! Что-то тут не так. Что-то… я не знаю.
-Ладно, Пифия, - Павел вылез из машины, - я схожу на разведку, а ты сиди, не высовывайся.
Поднимаясь на крыльцо, он успел перебрать в уме сотню вариантов и тысячу версий, что и почему пошло «не так», но к однозначному заключению прийти так и не смог. В последнее время Павел все больше склонялся к мысли, что не так обстоит решительно все. Он машинально коснулся рукой кобуры, проверяя, что оружие на месте. Жизнь буквально завалила его своими гостинцами, и каждую секунду заставляла ждать от нее очередного подвоха. Теперь он даже с некоторым нетерпением ожидал грядущего отстранения от дел, чтобы выбросить из головы всю чертовщину и хоть несколько дней ни о чем не думать.
Едва он открыл входную дверь, как нос к носу столкнулся с Млечиным, который выглядел вполне живым, здоровым и полным сил.
-Федор Константинович!?
-Паша!? Какого лешего ты тут делаешь?
-Просто Андрей сказал…
-Андрей? Цеповалов? Он жив?
-Ну, Солодовский его немного покромсал, но сейчас он в порядке.
-Вот ведь дебил! – внезапно взорвался Млечин, но быстро опомнился и взял себя в руки, - что с Солодом? Где он сейчас?
-В морге.
-Даже так? – старик удивленно вскинул седые брови. Судя по всему, эта новость стала для него сюрпризом. Причем, сюрпризом приятным.
-Если бы я его не остановил, он бы перерезал парню горло, - развел руками Павел, - пришлось стрелять.
-Что ж, он давно на такой исход напрашивался. Надеюсь, у тебя не будет из-за этого особых проблем, Солод давно уже у всех в печенках сидел, а ты просто оказался в нужное время в нужном месте.
-Ну да, и сполна воспользовался представившимся шансом.
-Точно! Эм-м-м… так зачем ты приехал?
-Андрей сказал, что у Вас инсульт, и Вы тут на полу валяетесь, - Павел кивнул на ковер в прихожей.
-Инсульт? – Млечин обеспокоенно нахмурился, - с чего он взял?
-Откуда мне знать! Он же вроде как видит, и до сих пор его видения с реальностью не расходились. Я Вам несколько раз звонил, но Вы не брали трубку – вот я и примчался, чтобы проверить.
-Звонил, говоришь? – порывшись в карманах висевшего на вешалке пальто, Млечин достал телефон, - да, точно. Но ты же сам видишь, какой тут у меня шум – я просто не слышал звонка.
-Выходит, обознался наш оракул хренов.
-Знать, крепко его там Солод приложил. В какую больницу твоего чудака отвезли?
-Так он это… оклемался, и госпитализации не потребовалось, - Павел мотнул головой, - вон, в машине сидит.
-Что!? Он здесь!? – даже если бы он сунул Млечину под нос живую очковую кобру, то вряд ли смог бы добиться столь взрывного эффекта.
Тот аж подпрыгнул и как-то вжался в дверной косяк, осторожно выглядывая на улицу. Ничего не понимающий Павел зачаровано следил за тем, как лицо Млечина заливает пепельная бледность. Раньше он думал, что такое только в кино или в книжках бывает. У него сложилось странное чувство, что он и сам попал в какой-то сумбурный фильм, где актеры на съемочной площадке перепутались и исполняют роли из разных сценариев, отчего в кадре творится сущая белиберда.
-Так, ладно. Жди здесь, - входная дверь резко захлопнулась перед самым его носом, оставив недоумевающего Павла на крыльце в одиночестве.
Он подошел к перилам и, приподнявшись на носках, посмотрел поверх кустов на свою машину, в окне которой виднелась красная бейсболка Андрея. С чего это старик так разволновался? Как бы его и в самом деле удар не хватил!
Завывания циклевочной машины резко оборвались, освободив место для шелеста листвы и птичьих трелей. Из дома послышались переругивающиеся голоса, и чуть погодя на крыльцо вышли двое покрытых пылью рабочих. Ворча что-то недовольное и оставляя за собой белые следы и отметины на перилах, они спустились к своему грузовичку и через минуту уже выруливали со двора.
Павел по-прежнему ничего не понимал. Почему известие о присутствии Андрея так встревожило Млечина? Неужели он всерьез воспринял все их рассуждения о том, что этот молодой человек притягивает Смерть? Но ведь… А что, если…
Внутри у Павла все сжалось. А что, если Андрей умышленно соврал про инсульт, чтобы выманить его сюда, на дачу к Млечину!? Что, если он снова вьет кружево событий с тем, чтобы прийти в итоге к очередному трупу? Трупу кого-то не в меру удачливого. Уж кто-кто, а Млечин никогда на нехватку везения не жаловался…
Краем глаза он заметил какое-то движение, но не успел даже обернуться, как Андрей на всем бегу врезался в него, и они вдвоем рухнули на доски пола. От удара у Павла перехватило дыхание, и аж искры посыпались из глаз. Его правая рука метнулась к кобуре, но в следующее мгновение окружающий мир упруго вздрогнул и больно ударил по ушам. Сверху на них посыпались осколки стекла, и все заволокло вонючим сизым дымом. Где-то за домом истошно завыла проснувшаяся автомобильная сигнализация.
-Уф! - Андрей закашлялся и откатился в сторону.
-Что это было? – Павел сел, осторожно стряхивая с одежды битое стекло.
-Взрыв на втором этаже, - парень помотал головой, вытрясая мусор из взъерошенной шевелюры, - и я чуть не опоздал.
-Опоздал? Куда? – в голове еще слегка звенело, и разбежавшиеся мысли не спешили возвращаться на места.
-Вас спасти, куда же еще! – Андрей кивнул на большой кусок оконного стекла, глубоко вошедший в деревянный брус, что подпирал козырек над крыльцом, - еще немного – и не сносить бы Вам головы.
-А Млечин? Млечин-то где!? – опомнившись, Павел вскочил на ноги.
Перекосившаяся после взрыва входная дверь поддалась не сразу, и он уже подумывал забраться внутрь через окно, но еще один рывок, наконец, увенчался успехом. Перепрыгивая через обломки и щурясь от евшего глаза дыма, он взбежал по лестнице наверх. Здесь ударная волна особо не мелочилась и снесла целую стену, оставив на ее месте частокол из расщепленных досок. И среди них, как мелкая рыбешка, застрявшая в зубах акулы, лежал Млечин.
Его изорванная в клочья одежда местами еще тлела, а от некогда пышной седой шевелюры осталось лишь воспоминание. Раскинутые в стороны и зацепившиеся за размозженные деревяшки руки делали его похожим на распятого мученика.
-Федор Константинович! – Павел бросился к нему, упав рядом на колени и руками хлопая по дымящимся лохмотьям.
Осыпавшаяся штукатурка захрустела под ногами поднявшегося следом Андрея, но он даже не оглянулся. Он пытался нащупать у старика пульс, хотя догадывался, что оказаться в эпицентре такого ада и остаться в живых практически невозможно.
-Что же так рвануло? – задал он вслух висевший в воздухе вопрос, - газ, что ли?
-Лаковая пыль, - отозвался Андрей, - он так спешил, что даже не подождал, пока она осядет.
Парень говорил как-то странно, медленно и глухо, словно из глубин дремы. Обернувшись, Павел увидел, что тот сидит на корточках, закрыв глаза и будто к чему-то прислушиваясь, а возле его ног на полу лежит уже припорошенный цементной пылью охотничий карабин. Млечин был известным любителем пострелять кабанчиков и уток, а потому держал дома целый арсенал оружия. У дальней стены как раз виднелся открытый оружейный сейф, а на паркете тут и там валялись разбросанные патроны.
-Спешил? Куда? – еще не успев задать вопрос, Павел уже догадывался, что ответ ему вряд ли понравится.
-Убить меня прежде, чем я доберусь до него. Но я все это прекрасно видел, так что…
-Что за бред ты несешь!? Зачем Млечину тебя убивать!?
-По той же причине, по которой это ранее пытался сделать Солодовский. Никто не хочет отвечать за свои преступления.
-Преступл…
Яркий свет ударил Павлу по глазам. От неожиданности он охнул и пригнулся, закрывая голову руками. Ему показалось, что грянул еще один взрыв, но на самом деле все оставалось тихо, и только ослепительные цветные сполохи плясали перед его взором, нахлестывая сетчатку даже сквозь зажмуренные веки.
Несколько секунд сумбура и легкой паники – и все закончилось так же внезапно, как и началось.
-Уф! – Андрей с шумом выдохнул и поднялся на ноги.
-Что это было? - Павел осторожно осмотрелся, но все вроде бы вернулось в норму, если не считать развороченного этажа.
-При Депортации иногда вылезают всякие побочные эффекты, - парень отряхнул руки и поправил рукава, как после успешно законченной работы, - свет, звук… вонь какая-нибудь. Что у Вас приключилось на сей раз?
И вот тут нервы у Павла не выдержали. Он бросился на Андрея, схватив его за шиворот и с размаху приложив к закопченной стене. На головы им обоим посыпалось крошево штукатурки.
-Слушай сюда, ты… - он даже задохнулся, не находя слов, чтобы выразить бушующую у него внутри бурю, - еще одно слово, еще одно твое подозрительное движение – и я тебя и вправду пристрелю!!! Надеюсь, ты понимаешь… видишь, что мне теперь уже все равно! Одним трупом больше, одним меньше – с меня шкуру спустят в любом случае, но ежели так я смогу прекратить этот кошмар, то, не сомневайся, я так и поступлю! Твое имя в траурном списке будет стоять последним, кем бы ты там ни был!
-О! – Андрея, казалось, эта вспышка гнева ничуть не обескуражила, - Вы все еще не верите, но уже боитесь. Прогресс налицо!
-Заткни пасть! – Павел грубо развернул его, уткнув носом в стену, - руки давай!
Застегивая наручники на тощих юношеских запястьях, Павел чувствовал, как трясутся его собственные пальцы. Все, абсолютно все вышло у него из под контроля! И в первую очередь он полностью утратил контроль над собой. Внутри у него бушевал настоящий шторм, который вызывал жгучее, почти неодолимое желание орать, бить и, чего уж там, стрелять во всех подряд. Только невероятным усилием воли Павлу удавалось противостоять этому дьявольскому соблазну. Ведь в самом деле, слети он с катушек – это вряд ли сможет сколь-либо усугубить его и без того незавидное положение.
Покойники буквально сыпались на его голову как горох, и что бы он ни предпринимал, ситуация становилась только хуже. А после смерти Млечина уже никто не взялся бы прикрывать его зад в неизбежных разбирательствах. С этого момента он оказался предоставлен самому себе, и все дерьмо ему предстояло разгребать самостоятельно. И вряд ли кто сочтет достойным рассмотрения то обстоятельство, что Андрей раз за разом оказывался рядом с еще не успевшим остыть трупом. По собственному опыту Павел знал, что следователи всегда отдают предпочтение неопровержимым фактам, а не призрачным умопостроениям и скользкой мистике.
-Все, шагай! – он подтолкнул Андрея к лестнице.
Подойдя к машине, Павел увидел, что в ее заднем стекле зияет здоровая дыра, от которой во все стороны разбегалась паутина трещинок. Он смачно выругался и открыл дверь, чтобы заглянут внутрь.
Все заднее сиденье было усеяно крошками стекла и трухой, вылетевшей из размозженного подголовника. На том, что от него осталось, еще висела разодранная красная бейсболка. Если бы в момент выстрела она находилась на чьей-то голове, то салон оказался бы еще украшен живописно разбрызганными мозгами. Судя по взаимному расположению дыр, пуля прилетела как раз из того окна второго этажа, где и произошел взрыв.
-Ну что, может, уже снимете с меня браслеты? – послышался сзади голос Андрея, в котором угадывалась насмешка.
-Заткнись, и полезай внутрь! – Павел без особых церемоний затолкал парня на заднее сиденье и захлопнул за ним дверь, другой рукой нашаривая в кармане призывно жужжащий телефон.
Андрей не мог слышать, о чем идет речь, но жестикуляция и мимика следователя говорили сами за себя.
Вначале Павел выглядел относительно расслабленным, но в следующую секунду он вдруг напрягся и даже подался вперед, словно пытаясь что-то рассмотреть. Его спина окаменела, а плечи начали медленно опускаться, словно на них навалилась пара мешков с цементом. Он отвечал коротко, односложно, а потом обернулся и как-то странно посмотрел на Андрея.
