Не думаю, что две эти,- наконец удостоил он, показав глазами.- Имеют какое то отношение к похищению. Посмотри на них, они же уже наложили в колготки только от того, что нас увидели,-заржал мужик. Явно ему доставило удовольствие моя пылающая физиономия. Но в одном он был прав. Колготки на выкидыш, и придется покупать новопассит и мне и Гальке.
- Простите моего коллегу,- хмыкнул бедно – одетый, и сунул мне под нос удостоверение, от чего ноги мо стали ватными. – Вот визитка, передайте ее Галине Петровне. Если вдруг она что – то вспомнит, пусть позвонит.
Я кивнула, и попыталась просочиться мимо капитана полции, так по крайней мере было написано в красненькой книжечке. Получилось у меня плохо. Мужчины вышли из здания, а я тенью скользнула за ними, молясь всем богам, чтобы они не увидели задницу Галки. На мое счастье, сотрудники полиции так увлеклись обсуждением нас с Галюней, что не обратили внимания на окна третьего этажа. Я зажала руками рот, когда отвратительный шлепок сорвался с конечности моей идиотки подружки, но слава богу доблестные служители правопорядка успели свернуть за угол. Шустрой белкой я взлетела по ступеням и затарабанила в дверь туалета, пытаясь сообразить, как бы мне выбить поганую воротину. С моим весом, это все равно, что дергать паровоз – бесперспективно и глупо. Но делать то что – то надо
РУСЛАН
Я медленно поднялся по лестнице и припал ухом к двери, прислушиваясь, словно охотничий сеттер. Идиотки давно не приходили, а это означает, что они скорее всего отправились куда – то по своим идиотским делам. Фанерная дверь жалобно кракнула, когда я слегка надавил на нее плечом.
Я едва не заорал от радости, оказавшись на улице. Судя по небу, день уже подходил к концу. Прохладный воздух слегка отрезвил. Далеко убежать в красивущих стрингах я вряд ли смогу. Скорее всего меня просто отмудохают в первой же подворотне нетолерантно настроенные гопники, это как минимум. Огляделся по сторонам и потрусил к уродливому маленькому домишке, надеясь, что меня никто не увидит, и проклиная на чем свет стоит ландшафтного дизайнера, превратившего микроскопический двор в заросли всякой дряни, типа анютиных глазок и другой дешевки.
Вблизи дом показался мне еще более убогим. Эта дурочка, явно совсем не заботилась о безопасности жилища. Одни стеклянные двери чего стоят.
Я подрегал стеклянную воротину, она оказалась незапертой. Меня это слегка удивило. Но вокруг стояла такая тишина. Я уверен был, что члкнутых баб дома нет. Зашел в маленькую прихожую, и заскользил по дому. Первой на глаза мне попалась кухня. Я не удержался, заглянул в холодильник. Оказалось, что я страшно голоден. Схватил с полки запеченную куриную ногу и впился в нее зубами, забыв обо всем на свете.
- Вы кто? - звонкий голосок раздаляся прямо у меня за спиной. От неожиданности я подавился, и так закашлялся, что из глаз ручьем хлынули слезы, потому я не сразу смог ассмотеть симпатичного лопоухого мальчишку, настороженно на меня смотрящего. Я сейчас на вас спущу собаку.
Я посмотрел вниз, и заметил у ног ребенка мелкого, но страшно ощерившегося пса. Стало ясно, что этот зверь будет защищать маленького хозяина даже ценой собственной жизни, не взирая на габариты.- Вы вор, или бомж?
- Это важно? – спросил я, прикидывая в уме, что делать дальше.
- Да, - кивнул парень. В его глазах, таких же как у мелкой Читы я увидел упрямство.- Если вы голодны, я вас накормлю и отпущу. Если вор – тогда мне придется вас задержать.
- Интересно, как у тебя это получится? - ухмыльнулся я. Мальчишка то явно в матушку, те же наклонности.
- Хотите проверить? - нехорошо хмыкнул парень. Мне почему то показалась его усмешка страшно знакомой, но я не успел додумать, потому что песу видимо показалось, что я проявляю агрессию по отношение к его маленькому хозяину.
- Бобыч, фу,- закричал мальчик, но остановить собаку уже не смог. Мелкий собакевич выстрелил вперед, словно ракета и вцепился в кружевные трусы, сомкнув зуы на моей заднице. Я взвыл, как паровоз, и завертелся на месте, пытаясь сбросить захватчика. Но казалось, что этот кабыздох еще сильнее сомкнул зубы.
- Помоги,- прохрипел я. Мальчишка и сам, без моей просьбы попытался отцепить собаку.
- Я бомж, бомж,- проорал я. – Не вор. Что у вас тут красть то? Нищеброды.
- Я вас где – то видел,- пропыхтел мальчишка, оттаскивая от меня беснующегося пса.
- Слушай, я сейчас уйду. И тебе не причиню вреда. Но ограбить мне вас придется. Твоя собака порвала мои последние трусы. Так что, извини малой.
Я сделал нечеловеческий прыжок, и закрыл кухонную дверь, приперев ее стоящим рядом комодом, который оказался зверски тяжелым. Как бы грыжу не поиметь. Мальчик смотрел на меня из – за стекла испуганно – синими, такими же, как у его матери глазами, и я даже почувствовал угрызения совести. Правда ненадолго.
- Я вас не сильно ограблю, - пообещал я, и резко развернулся.
- Привет,- хмыкнули у меня перед лицом.- Зря ты мальчика обижаешь.
Я даже дернуться не успел. Мелкая паразитка, невесть как подкравшаяся ко мне, выкинула вперед руку. Я успел заметить шприц в маленькой ладошке. – Никому не позволено обижать моего сына, подонок. Я ему это пообещала, когда впервые взяла на руки, что буду его беречь и защищать,- услышал я словно сквозь вату, проваливаясь в темноту.
ЕВА
- Права мать.- вздохнула я, залпом глотая, обжигающий горло коньяк, который пронесся по пищеводу яростной волной. В голове тут же просветлело и завертелось все. Пропойца из меня никакой С алкоголем у меня отношения не сложились. Не люблю и осуждаю, как говорится. Но тут цж ничего удивительного. Отношения у меня не складываются ни с кем. Чем то я отталкиваю от себя порядочных представителей противоположного пола. Зато всякие подонки с удовольствием пользуются моим наивным идиотизмом.- Права мать - я идиотка. – снова всхлипнула я уныло,- у меня даже второй половинки нетууууу...
- Вторая половинка, Евка, бывает только у жопы, таблетки и мозга,- икнула Галка, утирая рукавом нос. Ее развезло даже больше чем меня, наверное от стресса.- А мы с тобой изначально целые.
- Ага, и потому постоянно косячим,- грустно хохотнула я, вспомнив, как перли бесчувственное тело паразита Руслана. А перед этим, неслись домой, подыхая от страха за Ванятку, который не выдержал пытки бабушкиным характером и липучей кашей и просто слинял из застенок тюряги моего детства. И я даже хотеля влупить ему для профилактики, вместо обещанного плейстейшена. Но пок доехала до дома, умирая от страха за единственного сына, почти растеряла боевой задор, остатки которого выплестнула на оборзевшего Вольского. Ослепла от ярости, увидев, как он измывается над моим ребенком.
- Ты лучше думай, что Ваньке говорить,- напомнила Галка,- Не думаю, что его удовлетворил твой импровизированный бред про сбежавшего из дурки шизофреника.
- Ты то вообще не нашлась, что ответить. Мычала, как та корова,- озлилась я. – Самая умная всегда, а тут... Слушай, давай его выкинем в парк, а?- заблестела я лихорадочно глазами, вцепившись в руку подруги. Сведенными судорогой пальцами..- Адрес наш он в жизни не найдет. Просто избавимся от головной боли и все. Или уедем. Подальше от Вольских. Хапуги Виолетты. На годик, а? Помнишь, как мы мечтали. Ну не на острова поедем, в деревне ведь тоже хорошо. Ванятку в школу там устроим. Денег из кошелька Вольского на какое – то время хватит. Да тебя с твоим опытом. В любом селе с руками оторвут. Ну не будут же нас искать, в самом деле? Мы ж ничего не сделали. А поймают – скажем пошутили.
- Ты и вправду идиотка,- сонно буркнула Подвигалкина, но в ее голосе я услышала таки нотку сомнения.- Давай спать. Завтра решим все, на трезвую голову. И, кстати, я у этого колобка, который хотел от нас слинять. Забрала все, включая трусы. Наказала, так сказать. Телевизор только не смогла с места своротить. Так что не пугайся, когда утром, терзаясь муками совести, попрешь ему харчи. А ты попрешь. Я знаю. Потому что идиотка.
Я свалилась в кровать. Но заснуть сразу не смогла. Пошла проверить сына. Который наигравшись в вождеоленную приставку, кажется, забыл обо всем нак свете. Еле заставила его лечь в постель. Правы ученые- гаджеты вредно влияют на неокрепшую психику.
Ванька спал, раскинувшись по кровати, застеленной постельным бельем с с принтами его любимого «Майнкрафта». Я накрыла сбившимся одеялом розовую ступню сына, и всхлипнула. Он же не выдержит жизни с Виолеттой. Я плохая мать. И не права Галька, это не гкомплекс вины, а констатация факта.
- Мам, ты чего? – заспанно спросил Ванька.
- Обещай мне, что больше никогда не сбежишь. Я чуть не рехнулась, когда Виолетта мне сказала, что ты исчез.
- Обещаю,- причмокнул губешками сын. И я сразу ему поверила. А вот я не пыталась сбежать. Зря наверное. Может сейчас бы не жила под вечным гнетом вины и ответственности перед женщиной, котая никого и никогда в своей жизни не любила кроме себя. Я поморщилась, вспомнив сегодняшнее лицо матушки, когда я снова приехала со своимим граблями. На которых постоянно кручу нижний брейк, как говорит Галька, к ней на аудиенцию
Мать позвонила в тот самый момент, когда Галюня пыталась найти место во дворе ее дома. Живет мамуля в самом центре. И очень этим чванится. Хотя, как по мне хуже места нет.
- И где ты? Твой сын, между прочим голоден. Ты плохая мать. Хотя, из плохой дочери. Только такая и могла вырасти,- припечатала она.
- Я уже поднимаюсь,- малодушно пискунула я, выскочив из машины прямо на ходу, не дожидаясь пока подруга найдет место.
- Я надеюсь ты не со своей мужичкой – подружкой приехала? Позор, кобла своего в мой дом таскать. Теперь сплетен не оберешься. Эта старая шаболда Зюльма теперь проход мне не даст. Послала господь доченьку,- блестнула лексикой зечки любящая родительница. А я опять промолчала.
Взлетела по лестнице на пятый этаж и замерла у знакомой двери. Каждый раз чувствую одно желание, оказываясь в родных пенатах = сбежать. И если бы не Ванюшка, то так бы и поступила.
Дверь распахнулась с такой силой, что не успей я отпрянуть запросто могла бы получить сотрясение.
- Деньги давай,- протянула жадную ручонку мать. Даже не пустив в квартиру.
- А Ванюшка где? – спросила я, пытаясь протиснуться в прихожую. Мать промолчала, губы поджала, а это верный признак ее ярости. – Вань.- крикнула я в недры квартиры. Но ответа не получила. Оттолкнула мать и заметалась по комнатам. Но сына так и не нашла.
- Давно он ушел? - спросила обмирая.
- Да кто его знает,- дернула плечом Виолетта.- нашляется и придет. Весь в мать. А может папаню биологического. Кто знает. От какого маргинала ты его прижила. Нормальный то мужик не станет такими непотребствами промышлять.
- Мам, ему девять лет. Неужели тебе не страшно за внука? Он один в огромном городе, -прошепоала я, уставившись в непроницаемые. Ледяные глаза. Нет, ей не было страшно. Жалко. Мама жалела, что не получит денег, только и всего.
Воспоминания меня совсем вымотали, я свалилась в кровать и смежила веки, пытаясь придумать. Что бы приготовить на завтрак пленнику, и как не опозориться снова. Дура Галька, могла бы хоть трусы ему оставить.
РУСЛАН
Да уж, вот это я лоханулся. Не справился с мерзкой бабой. А ведь почти успел сделать ноги из этого дурдома. Только один вопрос меня занимает «Что бы я делал дальше?» Судя по скорости выплаты выкупа, не очень то меня ждут. Я уселся на кровать, и поежился от ощущения. Сидеть голым задом на ржавой панцирной сетке, то еще удовольствие. Встал и начал мерять шагами. Отведенные мне покои. В этот раз меня не приковали. Зато дверь теперь ногтем открыть мне не удалось. Паразитки поставили нефиговый замок. Я мог бы попытаться выбить фанеру, но боюсь, что меня снова вырубят ветеринарным препаратом, как взбесившегося кобеля, если услышат грохот от моих экзерсисов. А меня после него как то не хорошо торкает.
- Эй, вы не спите? – ну, дурдом. Детский голос. Уже глюки начались. Точно эти овцы меня колят какой – то наркотой.- Поговорить надо.
- А ты не боишься, что я сейчас дам тебе по башке и сбегу, чертов глюк? – хохотнул я, чувствуя себя полным придурком.
- Я не глюк,- тихо ответил голос.- Меня Ваня зовут. И нет, не боюсь, потому что тогда мне придется дернуть вас шокером. А мне бы этого не хотелось. И, кстати. У вас с сердцем нормально все? Кардиостимулятор не стоит?
- Нет,- ошарашенно икнул я.
- Ну тогда я спускаюсь,- пообещал Ваня, и судя по шпагам. Побежал по ступеням вниз.
- Ты, походу, весь в мамашу, - хмыкнул я, рассматривая лопоухого мальчишку, прожигающего меня блестящимим глазенками.В руке он зажал нехилого размера шокер, и судя по всему был настроен крайне решительно, судя по пыляающим ушам. Честно говоря. Я бы мог запросто скрутить пацана. И отобрать его смертоносное оружие. Но по здравому размышлению решил, что связываться с ребенком себе дороже. Еще и виноватым останусь. А эта полудурочная Ева этим точно воспользуется. Да и просто стало интересно, что предложит мне юный предприниматель.
- Я вас отпущу, при условии, что ни мама, ни Галя не пострадают,- насупленно пробурчал мальчишка.- И плейстейшен мне не нужен никакой. Это же из – за меня они так поступили. Вас украли, я видел по телевизору у бабушки. Я виноват. Мне мама нужна, а недурацкая приставка. У меня нет кроме нее и Гали никого. Они хорошие, только наивные слишком.
- А ты не боишься, что я тебя обману?- спросил я, чувствуя странную, какую то щемящую жалость к этому маленькому мужчине. Стоящему напротив. Надо же, маленький герой. Не побоялся прийти ночью, чтобы ортвести беду от двух идиоток, которых судя по всему очень любит. – Скажу, что не стану их закладывать. А сам в тюрягу упеку за неправомерное лишение свободы. Где им самое место. Кстати. Кого они из тебя выростят, с такимим наклонностями? У тебя отец то где?
- Нету. Он нас с мамой бросил, когда я еще не родился,- вздохнул пацан.- Бабушка говорит, что я байстрючонок, а я даже не знаю, что это такое,- бесхитростно поделился Ванюшка.- А мы с вами письменный договор заключим, что вы претензий не имеете к маме и Гале. Я набросал вот, посмотрите.
Мне в руку лег, криво вырванный из ученической тетради, клетчатый листочек, на котором аккуратно выведен был вполне себе сносный договор. Пацану прямой путь в юристы, если конечно не пойдет по кривой дорожке, с такой то матерью. Хотя, ждать хорошего вряд ли приходится. От осинки то не родятся апельсинки. Я пробежал глазами по ровным строчкам и посмотрел на напряженнно замершего мальчика.
- Ну, зачем ты пришел я понял. А ты подумал, что будет завтра, когда твои бандитки – родственницы утром обнаружат мое отсутствие?
- Я разберусь,- выпятил Ванька подбородок, и мне снова покащалось, чтоя уже его где - то видел.- Так что, по рукам?
- Давай ручку,- ухмыльнулся я. Конечно я не скажу ему про то, что этот договор не будет иметь юридической силы. И естественно заложу ментам этих идиоток. Не могу же я простить этим двум курицам своего позора.
- А вы дайте мне слово мужика, что сдержите обещание,- улыбнулся нахаленок.
- Гадом буду. Если не сдержу слова я надену Галкино боди, и пройдусь по улице. Слово пацана, падлой буду,- дурашливо выдохнул я, по детски скрутив пальцы. Видимо идиотизм передается воздушно капельным путем. Ваня протянул мне дешевый BIK, которымя поставил размашистую роспись, очень надеясь, что церемонии закончены.
- Простите моего коллегу,- хмыкнул бедно – одетый, и сунул мне под нос удостоверение, от чего ноги мо стали ватными. – Вот визитка, передайте ее Галине Петровне. Если вдруг она что – то вспомнит, пусть позвонит.
Я кивнула, и попыталась просочиться мимо капитана полции, так по крайней мере было написано в красненькой книжечке. Получилось у меня плохо. Мужчины вышли из здания, а я тенью скользнула за ними, молясь всем богам, чтобы они не увидели задницу Галки. На мое счастье, сотрудники полиции так увлеклись обсуждением нас с Галюней, что не обратили внимания на окна третьего этажа. Я зажала руками рот, когда отвратительный шлепок сорвался с конечности моей идиотки подружки, но слава богу доблестные служители правопорядка успели свернуть за угол. Шустрой белкой я взлетела по ступеням и затарабанила в дверь туалета, пытаясь сообразить, как бы мне выбить поганую воротину. С моим весом, это все равно, что дергать паровоз – бесперспективно и глупо. Но делать то что – то надо
РУСЛАН
Я медленно поднялся по лестнице и припал ухом к двери, прислушиваясь, словно охотничий сеттер. Идиотки давно не приходили, а это означает, что они скорее всего отправились куда – то по своим идиотским делам. Фанерная дверь жалобно кракнула, когда я слегка надавил на нее плечом.
Я едва не заорал от радости, оказавшись на улице. Судя по небу, день уже подходил к концу. Прохладный воздух слегка отрезвил. Далеко убежать в красивущих стрингах я вряд ли смогу. Скорее всего меня просто отмудохают в первой же подворотне нетолерантно настроенные гопники, это как минимум. Огляделся по сторонам и потрусил к уродливому маленькому домишке, надеясь, что меня никто не увидит, и проклиная на чем свет стоит ландшафтного дизайнера, превратившего микроскопический двор в заросли всякой дряни, типа анютиных глазок и другой дешевки.
Вблизи дом показался мне еще более убогим. Эта дурочка, явно совсем не заботилась о безопасности жилища. Одни стеклянные двери чего стоят.
Я подрегал стеклянную воротину, она оказалась незапертой. Меня это слегка удивило. Но вокруг стояла такая тишина. Я уверен был, что члкнутых баб дома нет. Зашел в маленькую прихожую, и заскользил по дому. Первой на глаза мне попалась кухня. Я не удержался, заглянул в холодильник. Оказалось, что я страшно голоден. Схватил с полки запеченную куриную ногу и впился в нее зубами, забыв обо всем на свете.
- Вы кто? - звонкий голосок раздаляся прямо у меня за спиной. От неожиданности я подавился, и так закашлялся, что из глаз ручьем хлынули слезы, потому я не сразу смог ассмотеть симпатичного лопоухого мальчишку, настороженно на меня смотрящего. Я сейчас на вас спущу собаку.
Я посмотрел вниз, и заметил у ног ребенка мелкого, но страшно ощерившегося пса. Стало ясно, что этот зверь будет защищать маленького хозяина даже ценой собственной жизни, не взирая на габариты.- Вы вор, или бомж?
- Это важно? – спросил я, прикидывая в уме, что делать дальше.
- Да, - кивнул парень. В его глазах, таких же как у мелкой Читы я увидел упрямство.- Если вы голодны, я вас накормлю и отпущу. Если вор – тогда мне придется вас задержать.
- Интересно, как у тебя это получится? - ухмыльнулся я. Мальчишка то явно в матушку, те же наклонности.
- Хотите проверить? - нехорошо хмыкнул парень. Мне почему то показалась его усмешка страшно знакомой, но я не успел додумать, потому что песу видимо показалось, что я проявляю агрессию по отношение к его маленькому хозяину.
- Бобыч, фу,- закричал мальчик, но остановить собаку уже не смог. Мелкий собакевич выстрелил вперед, словно ракета и вцепился в кружевные трусы, сомкнув зуы на моей заднице. Я взвыл, как паровоз, и завертелся на месте, пытаясь сбросить захватчика. Но казалось, что этот кабыздох еще сильнее сомкнул зубы.
- Помоги,- прохрипел я. Мальчишка и сам, без моей просьбы попытался отцепить собаку.
- Я бомж, бомж,- проорал я. – Не вор. Что у вас тут красть то? Нищеброды.
- Я вас где – то видел,- пропыхтел мальчишка, оттаскивая от меня беснующегося пса.
- Слушай, я сейчас уйду. И тебе не причиню вреда. Но ограбить мне вас придется. Твоя собака порвала мои последние трусы. Так что, извини малой.
Я сделал нечеловеческий прыжок, и закрыл кухонную дверь, приперев ее стоящим рядом комодом, который оказался зверски тяжелым. Как бы грыжу не поиметь. Мальчик смотрел на меня из – за стекла испуганно – синими, такими же, как у его матери глазами, и я даже почувствовал угрызения совести. Правда ненадолго.
- Я вас не сильно ограблю, - пообещал я, и резко развернулся.
- Привет,- хмыкнули у меня перед лицом.- Зря ты мальчика обижаешь.
Я даже дернуться не успел. Мелкая паразитка, невесть как подкравшаяся ко мне, выкинула вперед руку. Я успел заметить шприц в маленькой ладошке. – Никому не позволено обижать моего сына, подонок. Я ему это пообещала, когда впервые взяла на руки, что буду его беречь и защищать,- услышал я словно сквозь вату, проваливаясь в темноту.
Глава 9
ЕВА
- Права мать.- вздохнула я, залпом глотая, обжигающий горло коньяк, который пронесся по пищеводу яростной волной. В голове тут же просветлело и завертелось все. Пропойца из меня никакой С алкоголем у меня отношения не сложились. Не люблю и осуждаю, как говорится. Но тут цж ничего удивительного. Отношения у меня не складываются ни с кем. Чем то я отталкиваю от себя порядочных представителей противоположного пола. Зато всякие подонки с удовольствием пользуются моим наивным идиотизмом.- Права мать - я идиотка. – снова всхлипнула я уныло,- у меня даже второй половинки нетууууу...
- Вторая половинка, Евка, бывает только у жопы, таблетки и мозга,- икнула Галка, утирая рукавом нос. Ее развезло даже больше чем меня, наверное от стресса.- А мы с тобой изначально целые.
- Ага, и потому постоянно косячим,- грустно хохотнула я, вспомнив, как перли бесчувственное тело паразита Руслана. А перед этим, неслись домой, подыхая от страха за Ванятку, который не выдержал пытки бабушкиным характером и липучей кашей и просто слинял из застенок тюряги моего детства. И я даже хотеля влупить ему для профилактики, вместо обещанного плейстейшена. Но пок доехала до дома, умирая от страха за единственного сына, почти растеряла боевой задор, остатки которого выплестнула на оборзевшего Вольского. Ослепла от ярости, увидев, как он измывается над моим ребенком.
- Ты лучше думай, что Ваньке говорить,- напомнила Галка,- Не думаю, что его удовлетворил твой импровизированный бред про сбежавшего из дурки шизофреника.
- Ты то вообще не нашлась, что ответить. Мычала, как та корова,- озлилась я. – Самая умная всегда, а тут... Слушай, давай его выкинем в парк, а?- заблестела я лихорадочно глазами, вцепившись в руку подруги. Сведенными судорогой пальцами..- Адрес наш он в жизни не найдет. Просто избавимся от головной боли и все. Или уедем. Подальше от Вольских. Хапуги Виолетты. На годик, а? Помнишь, как мы мечтали. Ну не на острова поедем, в деревне ведь тоже хорошо. Ванятку в школу там устроим. Денег из кошелька Вольского на какое – то время хватит. Да тебя с твоим опытом. В любом селе с руками оторвут. Ну не будут же нас искать, в самом деле? Мы ж ничего не сделали. А поймают – скажем пошутили.
- Ты и вправду идиотка,- сонно буркнула Подвигалкина, но в ее голосе я услышала таки нотку сомнения.- Давай спать. Завтра решим все, на трезвую голову. И, кстати, я у этого колобка, который хотел от нас слинять. Забрала все, включая трусы. Наказала, так сказать. Телевизор только не смогла с места своротить. Так что не пугайся, когда утром, терзаясь муками совести, попрешь ему харчи. А ты попрешь. Я знаю. Потому что идиотка.
Я свалилась в кровать. Но заснуть сразу не смогла. Пошла проверить сына. Который наигравшись в вождеоленную приставку, кажется, забыл обо всем нак свете. Еле заставила его лечь в постель. Правы ученые- гаджеты вредно влияют на неокрепшую психику.
Ванька спал, раскинувшись по кровати, застеленной постельным бельем с с принтами его любимого «Майнкрафта». Я накрыла сбившимся одеялом розовую ступню сына, и всхлипнула. Он же не выдержит жизни с Виолеттой. Я плохая мать. И не права Галька, это не гкомплекс вины, а констатация факта.
- Мам, ты чего? – заспанно спросил Ванька.
- Обещай мне, что больше никогда не сбежишь. Я чуть не рехнулась, когда Виолетта мне сказала, что ты исчез.
- Обещаю,- причмокнул губешками сын. И я сразу ему поверила. А вот я не пыталась сбежать. Зря наверное. Может сейчас бы не жила под вечным гнетом вины и ответственности перед женщиной, котая никого и никогда в своей жизни не любила кроме себя. Я поморщилась, вспомнив сегодняшнее лицо матушки, когда я снова приехала со своимим граблями. На которых постоянно кручу нижний брейк, как говорит Галька, к ней на аудиенцию
Мать позвонила в тот самый момент, когда Галюня пыталась найти место во дворе ее дома. Живет мамуля в самом центре. И очень этим чванится. Хотя, как по мне хуже места нет.
- И где ты? Твой сын, между прочим голоден. Ты плохая мать. Хотя, из плохой дочери. Только такая и могла вырасти,- припечатала она.
- Я уже поднимаюсь,- малодушно пискунула я, выскочив из машины прямо на ходу, не дожидаясь пока подруга найдет место.
- Я надеюсь ты не со своей мужичкой – подружкой приехала? Позор, кобла своего в мой дом таскать. Теперь сплетен не оберешься. Эта старая шаболда Зюльма теперь проход мне не даст. Послала господь доченьку,- блестнула лексикой зечки любящая родительница. А я опять промолчала.
Взлетела по лестнице на пятый этаж и замерла у знакомой двери. Каждый раз чувствую одно желание, оказываясь в родных пенатах = сбежать. И если бы не Ванюшка, то так бы и поступила.
Дверь распахнулась с такой силой, что не успей я отпрянуть запросто могла бы получить сотрясение.
- Деньги давай,- протянула жадную ручонку мать. Даже не пустив в квартиру.
- А Ванюшка где? – спросила я, пытаясь протиснуться в прихожую. Мать промолчала, губы поджала, а это верный признак ее ярости. – Вань.- крикнула я в недры квартиры. Но ответа не получила. Оттолкнула мать и заметалась по комнатам. Но сына так и не нашла.
- Давно он ушел? - спросила обмирая.
- Да кто его знает,- дернула плечом Виолетта.- нашляется и придет. Весь в мать. А может папаню биологического. Кто знает. От какого маргинала ты его прижила. Нормальный то мужик не станет такими непотребствами промышлять.
- Мам, ему девять лет. Неужели тебе не страшно за внука? Он один в огромном городе, -прошепоала я, уставившись в непроницаемые. Ледяные глаза. Нет, ей не было страшно. Жалко. Мама жалела, что не получит денег, только и всего.
Воспоминания меня совсем вымотали, я свалилась в кровать и смежила веки, пытаясь придумать. Что бы приготовить на завтрак пленнику, и как не опозориться снова. Дура Галька, могла бы хоть трусы ему оставить.
РУСЛАН
Да уж, вот это я лоханулся. Не справился с мерзкой бабой. А ведь почти успел сделать ноги из этого дурдома. Только один вопрос меня занимает «Что бы я делал дальше?» Судя по скорости выплаты выкупа, не очень то меня ждут. Я уселся на кровать, и поежился от ощущения. Сидеть голым задом на ржавой панцирной сетке, то еще удовольствие. Встал и начал мерять шагами. Отведенные мне покои. В этот раз меня не приковали. Зато дверь теперь ногтем открыть мне не удалось. Паразитки поставили нефиговый замок. Я мог бы попытаться выбить фанеру, но боюсь, что меня снова вырубят ветеринарным препаратом, как взбесившегося кобеля, если услышат грохот от моих экзерсисов. А меня после него как то не хорошо торкает.
- Эй, вы не спите? – ну, дурдом. Детский голос. Уже глюки начались. Точно эти овцы меня колят какой – то наркотой.- Поговорить надо.
- А ты не боишься, что я сейчас дам тебе по башке и сбегу, чертов глюк? – хохотнул я, чувствуя себя полным придурком.
- Я не глюк,- тихо ответил голос.- Меня Ваня зовут. И нет, не боюсь, потому что тогда мне придется дернуть вас шокером. А мне бы этого не хотелось. И, кстати. У вас с сердцем нормально все? Кардиостимулятор не стоит?
- Нет,- ошарашенно икнул я.
- Ну тогда я спускаюсь,- пообещал Ваня, и судя по шпагам. Побежал по ступеням вниз.
- Ты, походу, весь в мамашу, - хмыкнул я, рассматривая лопоухого мальчишку, прожигающего меня блестящимим глазенками.В руке он зажал нехилого размера шокер, и судя по всему был настроен крайне решительно, судя по пыляающим ушам. Честно говоря. Я бы мог запросто скрутить пацана. И отобрать его смертоносное оружие. Но по здравому размышлению решил, что связываться с ребенком себе дороже. Еще и виноватым останусь. А эта полудурочная Ева этим точно воспользуется. Да и просто стало интересно, что предложит мне юный предприниматель.
- Я вас отпущу, при условии, что ни мама, ни Галя не пострадают,- насупленно пробурчал мальчишка.- И плейстейшен мне не нужен никакой. Это же из – за меня они так поступили. Вас украли, я видел по телевизору у бабушки. Я виноват. Мне мама нужна, а недурацкая приставка. У меня нет кроме нее и Гали никого. Они хорошие, только наивные слишком.
- А ты не боишься, что я тебя обману?- спросил я, чувствуя странную, какую то щемящую жалость к этому маленькому мужчине. Стоящему напротив. Надо же, маленький герой. Не побоялся прийти ночью, чтобы ортвести беду от двух идиоток, которых судя по всему очень любит. – Скажу, что не стану их закладывать. А сам в тюрягу упеку за неправомерное лишение свободы. Где им самое место. Кстати. Кого они из тебя выростят, с такимим наклонностями? У тебя отец то где?
- Нету. Он нас с мамой бросил, когда я еще не родился,- вздохнул пацан.- Бабушка говорит, что я байстрючонок, а я даже не знаю, что это такое,- бесхитростно поделился Ванюшка.- А мы с вами письменный договор заключим, что вы претензий не имеете к маме и Гале. Я набросал вот, посмотрите.
Мне в руку лег, криво вырванный из ученической тетради, клетчатый листочек, на котором аккуратно выведен был вполне себе сносный договор. Пацану прямой путь в юристы, если конечно не пойдет по кривой дорожке, с такой то матерью. Хотя, ждать хорошего вряд ли приходится. От осинки то не родятся апельсинки. Я пробежал глазами по ровным строчкам и посмотрел на напряженнно замершего мальчика.
- Ну, зачем ты пришел я понял. А ты подумал, что будет завтра, когда твои бандитки – родственницы утром обнаружат мое отсутствие?
- Я разберусь,- выпятил Ванька подбородок, и мне снова покащалось, чтоя уже его где - то видел.- Так что, по рукам?
- Давай ручку,- ухмыльнулся я. Конечно я не скажу ему про то, что этот договор не будет иметь юридической силы. И естественно заложу ментам этих идиоток. Не могу же я простить этим двум курицам своего позора.
- А вы дайте мне слово мужика, что сдержите обещание,- улыбнулся нахаленок.
- Гадом буду. Если не сдержу слова я надену Галкино боди, и пройдусь по улице. Слово пацана, падлой буду,- дурашливо выдохнул я, по детски скрутив пальцы. Видимо идиотизм передается воздушно капельным путем. Ваня протянул мне дешевый BIK, которымя поставил размашистую роспись, очень надеясь, что церемонии закончены.
