Спасти! Стучало у него в голове. Спасти, как и прежде. Спасти и защитить. Спасти и защитить от него, от неё самой. Потом они попытаются поговорить снова. Думал Мамору, через разбитое окно выпрыгивая наружу.
Адский холод. А вокруг только снег. На земле, в воздухе, вместо неба. Должна быть ночь. Но белое сияние снега отрицало существование тьмы.
- Усаги! - снова позвал Мамору. И ему показалось, как впереди среди белого сумасшествия мелькнули розовые фонарики и цветная юбка её матроски. Утопая по колено в снегу, он шёл за ней. И вдруг:
- Серебряный Кристалл, пожалуйста!
Он остановился поражённый ужасом. Она не могла…
- Пожалуйста!!! - Её детский голос ломался от крика, которым она пыталась пробиться сквозь бурю. - Ответь мне, я прошу!
Мамору её по-прежнему не видел и чувствовал, что не может идти на голос, так как не понимал, откуда доносится звук. В короткий миг ему подумалось, что Усаги слишком далеко, и просто ветер, сжалившись над ним, доносит ему слова девушки.
А она…
- Серебряный кристалл! Почему опять я, а не они?!
Ревность. Опять ревность. Ледяная, бездушная змея туже сжала кольца вокруг его сердца. Но… Он же сказал ей, что и для него мир без Них не мир. Так что же он? Неужели он на самом деле этого не чувствует?
Где-то слева мелькнула малиновым крохотная звёздочка. Мамору свернул туда автоматически, прежде чем ужасная догадка осенила его. Не ревность он почувствовал. Страх.
Малиновая звёздочка. Серебряный кристалл отозвался на её зов.«Только не проси, » - беззвучно молил Мамору, прорываясь сквозь снежный буран. - «Только не проси его ни о чём!»
- Серебряный кристалл, пожалуйста!
«Не проси!»
- Усаги!!!
«Откликнись, пожалуйста!»
- Почему опять я?! Я не хочу!
- Остановись, Усако!
«Молчи, не проси у него ничего.»
Что может быть, если она договорит, он не знал. Но хорошо помнил то, что увидел вместе с ней в воспоминаниях Энеи. Последние несколько минут потерявшей дочь и остальных Королевы Серебряного Тысячелетия. Последнее желание ценой в жизнь.
Если Усако попросит…«Попросит что?» - мелькнуло в голове Мамору. Что она могла попросить у Кристалла? Ведь никогда раньше она не просила его ни о чём конкретном. Она просто звала его на помощь. Внезапно снежная стена, что преградила ему путь, упала, рассыпавшись мелкими снежинками. И он, наконец, увидел Усаги. Тонкую фигурку в матроске в свете маленькой звезды, горевшей меж ладоней девушки.
- Ты забрал у меня всё самое дорогое. Дал взамен жизнь. Но она мне не нужна!
Мамору не узнал её голоса. Тонкий и плачущий совсем недавно, сломленный и потерянный теперь. Она говорила, обращаясь к кристаллу, что держала в руках. Даже со своего места Мамору видел этот серебряный цветок, налитый насыщенным малиновым сиянием, мерцающим на граненых лепестках.«Он словно ждёт…»
- Я хочу…
«Нет, Усаги.» - Язык ему не подчинился. Мамору застыл на границе какого зачарованного круга, не в силах сдвинуться дальше. «Не говори, не говори, не говори!» - шептал он как заклинание.
- Быть с ними! А мою жизнь и силу можешь оставить себе!!!
Ей не потребовалось призывать Луну. Серебряный кристалл в её руках взорвался. И вокруг наступил ад.
В последний момент перед тем, как какая-то сила отшвырнула его назад, едва не смяв, Мамору увидел малиновый столб, соединивший землю и небо.
* Старое будущее *
Что-то горячее обожгло лицо, и он очнулся. Открыл глаза…
- Рэй? - спросил он у видения. Оно чуть дёрнуло подбородком, и ему на щеку упала ещё одна слезинка.
Мамору попытался встать.
- Не торопись, тебе лучше полежать, - вмешалась Ами, появляясь рядом и заставляя лечь обратно. Он послушался и лёг. На мгновение. Резко поднявшись, уставился на Ами и Рэй, сидевших возле него.- Вы?
Слов не хватало. Как не хватало воздуха. Задыхаясь, Мамору чувствовал, как дико и отчаянно колотится его сердце.
Девочки. Они вернулись. Усаги должна быть рада, если только… Он не мог себя заставить оглядеться и поискать её взглядом. Боялся не найти - или найти…
- Где мы? - сухо спросил он, пытаясь справиться с ужасом.
- Судя по городу под этим обрывом, мы во времени Хрустального Токио, - ответила Рэй. От прикосновения её горячих рук к его сжатым кулакам Мамору вздрогнул.
- Усаги здесь, - тихо проговорила она, слишком хорошо понимая его состояние. - Она спит. Ами уверяет, что с ней ничего серьёзного.
Этого оказалось достаточно, чтобы Мамору вновь почувствовал себя способным дышать. Он почти не заметил того, как встал и подошёл к Усаги, лежащей на земле между Мако и Минако.
Первое, что бросилось ему в глаза - её нагота. Ни матроски, ни обычной одежды, ни королевского платья - совсем ничего, даже банальных ленточек на её распущенных волосах. И она спала. Укрытая золотым плащом своих волос, прижатые к голой груди руки, горестное выражение лица и капельки слёз на бледно-розовых щеках. Она плакала во сне.
- Усаги, - шёпотом позвал он, присаживаясь на колени и поднимая девушку. Она была совсем невесомая. И, если бы не лёгкое дыхание и упрямый стук её сердца, что он ощущал ладонями, он бы не смог поверить, что она всё ещё жива. - Усаги, - снова позвал он, пытаясь разжать её руки. - Усаги, милая…
«Мамо-тян? …» - прозвучал голос в его голове.«Да, Усако!» - также молча ответил Мамору, закрывая глаза и что было силы прижимая девушку к себе.
«Мамо-тян, ты меня любишь?»
Сердце оборвалось.
«Мы все тебя любим!»
Яркая бабочка возникла перед ним из темноты.
«Как сильно?» - спросила бабочка голоском Усаги-ребёнка - тонким и звонким.
«Больше жизни!»
-НЕТ!
Усаги проснулась. Испуганно прижимаясь к нему, она оглядывалась вокруг. Её взгляд метался по лицам подруг.
- Нет! - повторила она. Её губы дрожали. - Только не умирайте снова! Пожалуйста!
Мако осторожно коснулась её плеча.
- Мы и не собираемся…
Но Усаги, казалось, её не слышала.
- Не умирайте, я больше не смогу…
Рэй и Ами опустились на землю почти одновременно.
- Всё нормально, Усаги. Мы здесь, в Хрустальном Токио, - ласково проговорил воин мудрости.- И больше никто умирать не собирается, - твёрдо добавила огненная воительница.
- Я больше не смогу, - снова прошептала Усаги и, прежде чем открыла рот Минако, протянула к ней руку, разжала пальцы. На её ладони под солнечными лучами, тускло сверкая многочисленными гранями, лежал Серебряный Кристалл. Небольшой граненый шарик. У Мамору перехватило дыхание. Кристалл больше не походил на цветок, и он не парил. Он просто лежал на ладошке Усаги как дешёвая безделушка из стекла.
- Кристалл, он…
- Наверно, он снова уснул, - предположила Ами, как и все остальные избегая прикасаться к когда-то грозному оружию.
- Наверно, - слабо согласилась Усаги, завозившись в объятиях Мамору, чтобы устроиться лучше, явно не замечая своей наготы. - Главное, я больше не смогу… пробиться к вам… - договорив, она закрыла глаза, прижавшись к Мамору и обхватив его за шею,. - Я так устала…
Обнявшись, они стояли в Королевской Опочивальне у огромного окна, открывавшего вид на Хрустальный Токио. Усаги смотрела на город. Даже не видя лица любимой, Мамору знал, что она опять плачет. Тихо, совсем беззвучно. Только слезинки, словно бисер, катятся из её глаз. Ему хотелось сказать ей что-нибудь успокаивающее. Сотни подходящих слов крутились у него на языке.
- Ты больше не уйдёшь? - вместо всех этих слов спросил он и легонько подул Усаги в затылок. Она вздрогнула и обернулась. В её глазах действительно стояли слёзы.
- Мне некуда больше идти… - тихо проговорила она и снова посмотрела на город.
Придя сюда, они обнаружили, что ничего знакомого в Хрустальном Токио нет. Новая столица всей Земли оттаивала в лучах солнца и вместе с пробуждёнными жителями ждала своих Королеву и Короля. Но никто не знал ни Усаги Цукино, ни Мамору Джиба, ни четырёх девушек в формах сейлорсэнси. И вокруг ни одного знакомого лица.
Если бы не аутеры, возникшие возле ворот дворца, никто из новоприбывших туда бы и не попал. На глазах у всех собравшихся СейлорПлутон вручила смущённой Усаги, закутанной в чей-то плащ, корону и хрустальный жезл.
Во дворце опьянение чудом прихода в будущее прошло, и наступило горькое похмелье.
Серебряный кристалл в последней вспышке дал новую жизнь всем. Абсолютно. Не поняв это сразу, девочки несколько дней бродили по городу в поисках знакомых мест, знакомых и родных лиц. Но их никто не узнавал, и они отступили…Дольше всех смириться с неизбежным не могла Усаги. Переодеваясь в обычную одежду, она продолжала уходить на поиски одна. Мамору понимал и её горе, и горе других, но ничем не мог помочь. Он сам, давно потеряв родителей, смирился с одиночеством. А потом в его жизни появилась Усаги. Она стала его семьёй. Аутеров это тоже не беспокоило. У Плутон почти вечный караул на Вратах Времени, Сатурн приходила в этот мир крайне редко, и родители для выполнения её миссии были не нужны. Уран и Нептун - другое дело. Их отношения говорили сами за себя. Они создали свою семью.
Другое дело - иннеры. Дедушка и отец у Рэй, родители Ами и Минако, тётка Мако. Семья Усаги.
Видя потерянность Королевы, Плутон рассказала Мамору, что все, кого девочки ищут, здесь, в городе. Но они все не такие, какими были раньше. Мамору не стал передавать этот разговор Усаги. Всем дали новую жизнь. Всем - без исключений. Прошлое стоило оставить в прошлом.
- Мне некуда больше идти, - снова горько прошептала Усаги. Продолжая обнимать её, Мамору не ответил. Боялся, что его слова утешения могут сделать ей ещё больнее. И он совсем не ожидал, что, чуть вздрогнув, она обернётся к нему с раскрытыми в пол лица глазами. - Прости, любимый, - выдохнула она и, поднявшись на цыпочки, поцеловала его в губы.
- За что? - опешил Мамору, испугавшись, что пропустил что-то важное из того, что она могла бы сказать.
- Прости… Я просто хотела сказать, - горячо зашептала девушка, - что мне не нужно больше никуда идти. Я уже пришла. Моё место здесь. - Она обняла его руками за шею и снова потянулась за поцелуем. - Здесь. Рядом с тобой!
Ещё до того, как её нежные губы, пахнущие земляникой, коснулись его, Мамору почувствовал, как внутри у него всё взорвалось и слегка потемнело в глазах.
- Усако… - пробормотал он хриплым от волнения голосом и легко подхватил на руки смеющуюся девушку. - Вот, и хорошо. Потому что больше я тебя никуда и не отпущу.
Ами рассеянно листала том Новейшей истории Земли. Странное ощущение - читать историю своего мира, своих сражений как что-то ушедшее далеко в прошлое. Прошлое. Закрыв глаза, Ами попыталась вспомнить маму. Она легко вспомнила белый халат, мамину причёску, тихий голос, но её лицо… Её лицо теперь постоянно ускользало от Ами. Чувствуя, что сейчас может расплакаться, она подумала об отце. Там, в прошлом, она видела его крайне редко, и потому могла не расстраиваться, что не вспомнила облик мужчины. Достаточно того, что она могла вспомнить его картины и музыку.
- Простите, вы читаете?
Услышав голос в ставшей уже привычной тишине библиотеки, Ами встрепенулась.
- Простите?
Перед ней стоял симпатичный, как девушка, молодой человек. В лёгкой рубашке, тёмных брюках, со светлыми волосами, собранными в хвост. Со стопкой книг в руке.
- Новейшая история Земли, - парень указал на книгу, лежащую перед Ами.
- А? Ой! Берите, конечно!
- Спасибо, - поблагодарил незнакомец, не торопясь забирать пододвинутый к нему том. Ами, открывшая следующую из выбранных книг, вдруг почувствовала лёгкое дрожание рук.
- Прости. Меня зовут Рио Урава.
- Рио?! - осипшим голосом переспросила Ами, снова понимая голову.
- Да, такое достаточно необычное сейчас имя. Но… Могу ли я пригласить вас выпить со мной чашку кофе? Здесь неподалёку есть замечательное кафе.
- Да, конечно, - сразу же согласилась Ами. Она не верила себе. Чтобы она вот так быстро приняла приглашение незнакомого молодого человека? Но это случилось. И, кроме того, она вдруг ощутила, что молодой человек ей очень и очень знаком.
- Меня зовут Ами Мидзуно.
- Я знаю, - вдруг улыбнулся Рио, подавая ей руку, чтобы помочь встать. - Я несколько дней наблюдаю за вами. Вы одна из телохранителей НеоКоролевы Серенити…
Служба только закончилась. Выйдя вместе со всеми из храма, Рэй подождала, пока на площадке перед колоколом Желания никого не останется. А потом медленно подошла и остановилась возле красно-белого шнура. Откуда-то изнутри храма донёсся голос служителя, ругавшего нерадивого ученика. Но, даже закрыв глаза, Рэй не могла заставить себя поверить в то, что это голоса дедушки и Юичиро. Собственно, она просто запретила себе думать о них. Просто забыла.
Она потянусь к шнуру и остановилась. Если она правда всё забыла, то о чём ей просить богов?
Неожиданный удар колокола над головой заставил Рэй подпрыгнуть на месте.
- Простите, я не хотел вас напугать.
- А я и не испугалась! - возмущённо бросила Рэй, оборачиваясь на голос нарушителя спокойствия, и замолкла.
Наверно, это солнце отразилось от гладких плит храмового двора, ослепляя её на мгновение и позволив увидеть странное: две фигуры молодых людей - светловолосого в военном мундире и взъерошенного темноволосого в одеянии служки часовни - слились воедино в блондина с небрежно опущенной на глаза чёлкой, в форменной куртке, позёрно наброшенной на плечи.
- Я Юичиро Кумада!
- Рэй Хино, - автоматически отозвалась Рэй и смущённо смолкла.
- Я знаю. - Оглянувшись на яркое солнце, позёр снял куртку. - Вы приходите сюда каждый день. У вас что-то случилось?
- Нет. - Рэй посмотрела на храм. - Мне просто нравится атмосфера таких мест.
Назвавшийся Юичиро тоже посмотрел на храм.
- Вы, наверно, мне не поверите, но мне кажется, что в прошлой жизни я работал служкой при маленькой часовне. - Рэй чудом удержалась, чтобы не закричать. - Такие странные сны–воспоминания… Суровый священник и красивая девушка, - Юичиро оглянулся на Рэй, - похожая на вас… Вы мне верите?
- Верю… - призналась СейлорМарс.
- Вот и отлично. - Позёр Юичиро просиял. - Кстати, на службе у Королевы позволяется выпить чашку чая с незнакомцем?
Рэй не могла не ответить на улыбку.
- Конечно. И кроме того… Мы познакомились, а значит, ты больше не незнакомец.
- Прошу. - Юичиро подставил ей локоть.
- Благодарю. - Рэй осторожно ухватилась за сильную мужскую руку.
- Кстати… - заговорил вдруг Юичиро, когда они уходили со двора храма.
- Вы раньше не слышали такую песню… «Прощай, голубка моя…»
- Что-то знакомое… - прошептала Рэй, на мгновение закрывая глаза. - Что-то из прошлого…
- Хм… Так я и думал…
80! Хотя Мако чувствовала, что где-то сбилась с правильного счёта. И, возможно, по этому маршруту она бежала лишь семьдесят пятый круг, а может…Помотав головой, девушка попыталась избавиться от мыслей. Не нужно никаких мыслей. Ведь именно поэтому она решила всё свободное время проводить в изматывающих тренировках. Так что никаких мыслей…
- Ма-тян, ты дома? - позвала высокая молодая женщина в деловом костюме, открывая незапертую дверь.
- Да, - отозвалась Мако, выглядывая из кухни вся в муке. Усаги в порыве энтузиазма умудрилась разорвать пакет с мукой едва ли не на части.
- Оба сан! - радостно взвизгнула Мако, кидаясь на гостью.
- Ма-тян, пожалуйста, зови меня просто Токико.
- Хорошо, оба сан Токико, - улыбаясь, согласилась Мако. Из кухни выглянула Усаги.
Адский холод. А вокруг только снег. На земле, в воздухе, вместо неба. Должна быть ночь. Но белое сияние снега отрицало существование тьмы.
- Усаги! - снова позвал Мамору. И ему показалось, как впереди среди белого сумасшествия мелькнули розовые фонарики и цветная юбка её матроски. Утопая по колено в снегу, он шёл за ней. И вдруг:
- Серебряный Кристалл, пожалуйста!
Он остановился поражённый ужасом. Она не могла…
- Пожалуйста!!! - Её детский голос ломался от крика, которым она пыталась пробиться сквозь бурю. - Ответь мне, я прошу!
Мамору её по-прежнему не видел и чувствовал, что не может идти на голос, так как не понимал, откуда доносится звук. В короткий миг ему подумалось, что Усаги слишком далеко, и просто ветер, сжалившись над ним, доносит ему слова девушки.
А она…
- Серебряный кристалл! Почему опять я, а не они?!
Ревность. Опять ревность. Ледяная, бездушная змея туже сжала кольца вокруг его сердца. Но… Он же сказал ей, что и для него мир без Них не мир. Так что же он? Неужели он на самом деле этого не чувствует?
Где-то слева мелькнула малиновым крохотная звёздочка. Мамору свернул туда автоматически, прежде чем ужасная догадка осенила его. Не ревность он почувствовал. Страх.
Малиновая звёздочка. Серебряный кристалл отозвался на её зов.«Только не проси, » - беззвучно молил Мамору, прорываясь сквозь снежный буран. - «Только не проси его ни о чём!»
- Серебряный кристалл, пожалуйста!
«Не проси!»
- Усаги!!!
«Откликнись, пожалуйста!»
- Почему опять я?! Я не хочу!
- Остановись, Усако!
«Молчи, не проси у него ничего.»
Что может быть, если она договорит, он не знал. Но хорошо помнил то, что увидел вместе с ней в воспоминаниях Энеи. Последние несколько минут потерявшей дочь и остальных Королевы Серебряного Тысячелетия. Последнее желание ценой в жизнь.
Если Усако попросит…«Попросит что?» - мелькнуло в голове Мамору. Что она могла попросить у Кристалла? Ведь никогда раньше она не просила его ни о чём конкретном. Она просто звала его на помощь. Внезапно снежная стена, что преградила ему путь, упала, рассыпавшись мелкими снежинками. И он, наконец, увидел Усаги. Тонкую фигурку в матроске в свете маленькой звезды, горевшей меж ладоней девушки.
- Ты забрал у меня всё самое дорогое. Дал взамен жизнь. Но она мне не нужна!
Мамору не узнал её голоса. Тонкий и плачущий совсем недавно, сломленный и потерянный теперь. Она говорила, обращаясь к кристаллу, что держала в руках. Даже со своего места Мамору видел этот серебряный цветок, налитый насыщенным малиновым сиянием, мерцающим на граненых лепестках.«Он словно ждёт…»
- Я хочу…
«Нет, Усаги.» - Язык ему не подчинился. Мамору застыл на границе какого зачарованного круга, не в силах сдвинуться дальше. «Не говори, не говори, не говори!» - шептал он как заклинание.
- Быть с ними! А мою жизнь и силу можешь оставить себе!!!
Ей не потребовалось призывать Луну. Серебряный кристалл в её руках взорвался. И вокруг наступил ад.
В последний момент перед тем, как какая-то сила отшвырнула его назад, едва не смяв, Мамору увидел малиновый столб, соединивший землю и небо.
* Старое будущее *
Что-то горячее обожгло лицо, и он очнулся. Открыл глаза…
- Рэй? - спросил он у видения. Оно чуть дёрнуло подбородком, и ему на щеку упала ещё одна слезинка.
Мамору попытался встать.
- Не торопись, тебе лучше полежать, - вмешалась Ами, появляясь рядом и заставляя лечь обратно. Он послушался и лёг. На мгновение. Резко поднявшись, уставился на Ами и Рэй, сидевших возле него.- Вы?
Слов не хватало. Как не хватало воздуха. Задыхаясь, Мамору чувствовал, как дико и отчаянно колотится его сердце.
Девочки. Они вернулись. Усаги должна быть рада, если только… Он не мог себя заставить оглядеться и поискать её взглядом. Боялся не найти - или найти…
- Где мы? - сухо спросил он, пытаясь справиться с ужасом.
- Судя по городу под этим обрывом, мы во времени Хрустального Токио, - ответила Рэй. От прикосновения её горячих рук к его сжатым кулакам Мамору вздрогнул.
- Усаги здесь, - тихо проговорила она, слишком хорошо понимая его состояние. - Она спит. Ами уверяет, что с ней ничего серьёзного.
Этого оказалось достаточно, чтобы Мамору вновь почувствовал себя способным дышать. Он почти не заметил того, как встал и подошёл к Усаги, лежащей на земле между Мако и Минако.
Первое, что бросилось ему в глаза - её нагота. Ни матроски, ни обычной одежды, ни королевского платья - совсем ничего, даже банальных ленточек на её распущенных волосах. И она спала. Укрытая золотым плащом своих волос, прижатые к голой груди руки, горестное выражение лица и капельки слёз на бледно-розовых щеках. Она плакала во сне.
- Усаги, - шёпотом позвал он, присаживаясь на колени и поднимая девушку. Она была совсем невесомая. И, если бы не лёгкое дыхание и упрямый стук её сердца, что он ощущал ладонями, он бы не смог поверить, что она всё ещё жива. - Усаги, - снова позвал он, пытаясь разжать её руки. - Усаги, милая…
«Мамо-тян? …» - прозвучал голос в его голове.«Да, Усако!» - также молча ответил Мамору, закрывая глаза и что было силы прижимая девушку к себе.
«Мамо-тян, ты меня любишь?»
Сердце оборвалось.
«Мы все тебя любим!»
Яркая бабочка возникла перед ним из темноты.
«Как сильно?» - спросила бабочка голоском Усаги-ребёнка - тонким и звонким.
«Больше жизни!»
-НЕТ!
Усаги проснулась. Испуганно прижимаясь к нему, она оглядывалась вокруг. Её взгляд метался по лицам подруг.
- Нет! - повторила она. Её губы дрожали. - Только не умирайте снова! Пожалуйста!
Мако осторожно коснулась её плеча.
- Мы и не собираемся…
Но Усаги, казалось, её не слышала.
- Не умирайте, я больше не смогу…
Рэй и Ами опустились на землю почти одновременно.
- Всё нормально, Усаги. Мы здесь, в Хрустальном Токио, - ласково проговорил воин мудрости.- И больше никто умирать не собирается, - твёрдо добавила огненная воительница.
- Я больше не смогу, - снова прошептала Усаги и, прежде чем открыла рот Минако, протянула к ней руку, разжала пальцы. На её ладони под солнечными лучами, тускло сверкая многочисленными гранями, лежал Серебряный Кристалл. Небольшой граненый шарик. У Мамору перехватило дыхание. Кристалл больше не походил на цветок, и он не парил. Он просто лежал на ладошке Усаги как дешёвая безделушка из стекла.
- Кристалл, он…
- Наверно, он снова уснул, - предположила Ами, как и все остальные избегая прикасаться к когда-то грозному оружию.
- Наверно, - слабо согласилась Усаги, завозившись в объятиях Мамору, чтобы устроиться лучше, явно не замечая своей наготы. - Главное, я больше не смогу… пробиться к вам… - договорив, она закрыла глаза, прижавшись к Мамору и обхватив его за шею,. - Я так устала…
Обнявшись, они стояли в Королевской Опочивальне у огромного окна, открывавшего вид на Хрустальный Токио. Усаги смотрела на город. Даже не видя лица любимой, Мамору знал, что она опять плачет. Тихо, совсем беззвучно. Только слезинки, словно бисер, катятся из её глаз. Ему хотелось сказать ей что-нибудь успокаивающее. Сотни подходящих слов крутились у него на языке.
- Ты больше не уйдёшь? - вместо всех этих слов спросил он и легонько подул Усаги в затылок. Она вздрогнула и обернулась. В её глазах действительно стояли слёзы.
- Мне некуда больше идти… - тихо проговорила она и снова посмотрела на город.
Придя сюда, они обнаружили, что ничего знакомого в Хрустальном Токио нет. Новая столица всей Земли оттаивала в лучах солнца и вместе с пробуждёнными жителями ждала своих Королеву и Короля. Но никто не знал ни Усаги Цукино, ни Мамору Джиба, ни четырёх девушек в формах сейлорсэнси. И вокруг ни одного знакомого лица.
Если бы не аутеры, возникшие возле ворот дворца, никто из новоприбывших туда бы и не попал. На глазах у всех собравшихся СейлорПлутон вручила смущённой Усаги, закутанной в чей-то плащ, корону и хрустальный жезл.
Во дворце опьянение чудом прихода в будущее прошло, и наступило горькое похмелье.
Серебряный кристалл в последней вспышке дал новую жизнь всем. Абсолютно. Не поняв это сразу, девочки несколько дней бродили по городу в поисках знакомых мест, знакомых и родных лиц. Но их никто не узнавал, и они отступили…Дольше всех смириться с неизбежным не могла Усаги. Переодеваясь в обычную одежду, она продолжала уходить на поиски одна. Мамору понимал и её горе, и горе других, но ничем не мог помочь. Он сам, давно потеряв родителей, смирился с одиночеством. А потом в его жизни появилась Усаги. Она стала его семьёй. Аутеров это тоже не беспокоило. У Плутон почти вечный караул на Вратах Времени, Сатурн приходила в этот мир крайне редко, и родители для выполнения её миссии были не нужны. Уран и Нептун - другое дело. Их отношения говорили сами за себя. Они создали свою семью.
Другое дело - иннеры. Дедушка и отец у Рэй, родители Ами и Минако, тётка Мако. Семья Усаги.
Видя потерянность Королевы, Плутон рассказала Мамору, что все, кого девочки ищут, здесь, в городе. Но они все не такие, какими были раньше. Мамору не стал передавать этот разговор Усаги. Всем дали новую жизнь. Всем - без исключений. Прошлое стоило оставить в прошлом.
- Мне некуда больше идти, - снова горько прошептала Усаги. Продолжая обнимать её, Мамору не ответил. Боялся, что его слова утешения могут сделать ей ещё больнее. И он совсем не ожидал, что, чуть вздрогнув, она обернётся к нему с раскрытыми в пол лица глазами. - Прости, любимый, - выдохнула она и, поднявшись на цыпочки, поцеловала его в губы.
- За что? - опешил Мамору, испугавшись, что пропустил что-то важное из того, что она могла бы сказать.
- Прости… Я просто хотела сказать, - горячо зашептала девушка, - что мне не нужно больше никуда идти. Я уже пришла. Моё место здесь. - Она обняла его руками за шею и снова потянулась за поцелуем. - Здесь. Рядом с тобой!
Ещё до того, как её нежные губы, пахнущие земляникой, коснулись его, Мамору почувствовал, как внутри у него всё взорвалось и слегка потемнело в глазах.
- Усако… - пробормотал он хриплым от волнения голосом и легко подхватил на руки смеющуюся девушку. - Вот, и хорошо. Потому что больше я тебя никуда и не отпущу.
Ами рассеянно листала том Новейшей истории Земли. Странное ощущение - читать историю своего мира, своих сражений как что-то ушедшее далеко в прошлое. Прошлое. Закрыв глаза, Ами попыталась вспомнить маму. Она легко вспомнила белый халат, мамину причёску, тихий голос, но её лицо… Её лицо теперь постоянно ускользало от Ами. Чувствуя, что сейчас может расплакаться, она подумала об отце. Там, в прошлом, она видела его крайне редко, и потому могла не расстраиваться, что не вспомнила облик мужчины. Достаточно того, что она могла вспомнить его картины и музыку.
- Простите, вы читаете?
Услышав голос в ставшей уже привычной тишине библиотеки, Ами встрепенулась.
- Простите?
Перед ней стоял симпатичный, как девушка, молодой человек. В лёгкой рубашке, тёмных брюках, со светлыми волосами, собранными в хвост. Со стопкой книг в руке.
- Новейшая история Земли, - парень указал на книгу, лежащую перед Ами.
- А? Ой! Берите, конечно!
- Спасибо, - поблагодарил незнакомец, не торопясь забирать пододвинутый к нему том. Ами, открывшая следующую из выбранных книг, вдруг почувствовала лёгкое дрожание рук.
- Прости. Меня зовут Рио Урава.
- Рио?! - осипшим голосом переспросила Ами, снова понимая голову.
- Да, такое достаточно необычное сейчас имя. Но… Могу ли я пригласить вас выпить со мной чашку кофе? Здесь неподалёку есть замечательное кафе.
- Да, конечно, - сразу же согласилась Ами. Она не верила себе. Чтобы она вот так быстро приняла приглашение незнакомого молодого человека? Но это случилось. И, кроме того, она вдруг ощутила, что молодой человек ей очень и очень знаком.
- Меня зовут Ами Мидзуно.
- Я знаю, - вдруг улыбнулся Рио, подавая ей руку, чтобы помочь встать. - Я несколько дней наблюдаю за вами. Вы одна из телохранителей НеоКоролевы Серенити…
Служба только закончилась. Выйдя вместе со всеми из храма, Рэй подождала, пока на площадке перед колоколом Желания никого не останется. А потом медленно подошла и остановилась возле красно-белого шнура. Откуда-то изнутри храма донёсся голос служителя, ругавшего нерадивого ученика. Но, даже закрыв глаза, Рэй не могла заставить себя поверить в то, что это голоса дедушки и Юичиро. Собственно, она просто запретила себе думать о них. Просто забыла.
Она потянусь к шнуру и остановилась. Если она правда всё забыла, то о чём ей просить богов?
Неожиданный удар колокола над головой заставил Рэй подпрыгнуть на месте.
- Простите, я не хотел вас напугать.
- А я и не испугалась! - возмущённо бросила Рэй, оборачиваясь на голос нарушителя спокойствия, и замолкла.
Наверно, это солнце отразилось от гладких плит храмового двора, ослепляя её на мгновение и позволив увидеть странное: две фигуры молодых людей - светловолосого в военном мундире и взъерошенного темноволосого в одеянии служки часовни - слились воедино в блондина с небрежно опущенной на глаза чёлкой, в форменной куртке, позёрно наброшенной на плечи.
- Я Юичиро Кумада!
- Рэй Хино, - автоматически отозвалась Рэй и смущённо смолкла.
- Я знаю. - Оглянувшись на яркое солнце, позёр снял куртку. - Вы приходите сюда каждый день. У вас что-то случилось?
- Нет. - Рэй посмотрела на храм. - Мне просто нравится атмосфера таких мест.
Назвавшийся Юичиро тоже посмотрел на храм.
- Вы, наверно, мне не поверите, но мне кажется, что в прошлой жизни я работал служкой при маленькой часовне. - Рэй чудом удержалась, чтобы не закричать. - Такие странные сны–воспоминания… Суровый священник и красивая девушка, - Юичиро оглянулся на Рэй, - похожая на вас… Вы мне верите?
- Верю… - призналась СейлорМарс.
- Вот и отлично. - Позёр Юичиро просиял. - Кстати, на службе у Королевы позволяется выпить чашку чая с незнакомцем?
Рэй не могла не ответить на улыбку.
- Конечно. И кроме того… Мы познакомились, а значит, ты больше не незнакомец.
- Прошу. - Юичиро подставил ей локоть.
- Благодарю. - Рэй осторожно ухватилась за сильную мужскую руку.
- Кстати… - заговорил вдруг Юичиро, когда они уходили со двора храма.
- Вы раньше не слышали такую песню… «Прощай, голубка моя…»
- Что-то знакомое… - прошептала Рэй, на мгновение закрывая глаза. - Что-то из прошлого…
- Хм… Так я и думал…
80! Хотя Мако чувствовала, что где-то сбилась с правильного счёта. И, возможно, по этому маршруту она бежала лишь семьдесят пятый круг, а может…Помотав головой, девушка попыталась избавиться от мыслей. Не нужно никаких мыслей. Ведь именно поэтому она решила всё свободное время проводить в изматывающих тренировках. Так что никаких мыслей…
- Ма-тян, ты дома? - позвала высокая молодая женщина в деловом костюме, открывая незапертую дверь.
- Да, - отозвалась Мако, выглядывая из кухни вся в муке. Усаги в порыве энтузиазма умудрилась разорвать пакет с мукой едва ли не на части.
- Оба сан! - радостно взвизгнула Мако, кидаясь на гостью.
- Ма-тян, пожалуйста, зови меня просто Токико.
- Хорошо, оба сан Токико, - улыбаясь, согласилась Мако. Из кухни выглянула Усаги.
