Примитивное по сравнению с земным сознание могло породить примитивные действия. За долю секунды, перед тем, как на ринг метнулось несколько бумерангов, она спланировала вниз. С криком «Берегись» промчалась над головами дерущихся бойцов. Скорость была запредельная. Скользнув огненным мазком по рингу, девушка вернулась на свое место. Правда держалась она в воздухе за счет гравитона – осколки растерзанного аэроборда сыпались вниз, вперемешку с телами, незадачливых хозяев бумерангов.
Распластанные на полу арены бойцы в боксерах взирали снизу на рыжую фурию, зависшую под потолком. Их вытянутые от изумления лица были идентичны, только один смотрел на нее с восхищением, а другой с гневом. И это был не Эйрик.
Остальная черная масса тоже смотрела на нее, голубые вспышки играли на ее волосах, зеленые глаза сверкали, она была прекрасна. А Ева делала вид, что она тут ни при чем. Ее вдруг заинтересовали шмякающие о пол останки, стекающая вниз кровь, но только не те двое, на ринге.
Командор решил остановить бой, пока пребывающие в шоке метатели бумерангов не пришли в себя и не продолжили свою кровавую расправу. Он поднял вверх руки обоих соперников и провозгласил:
— Мы вынуждены остановить бой, дабы не остаться без наследников. Торжественно была объявлена ничья.
— Наследников? — Гектор вопросительно посмотрел на отца. — Наследников?
— Да! Наконец то ты познакомился со своим братом.
— Но почему я не знал этого? Эйрик – мой брат?
— Зато я все знал о тебе. И Ева моя, я первый нашел ее. — новоиспеченный братец встал в воинственную позу.
Гектор дернулся к сопернику, но Командор перехватил его:
— Не разжигай страсти в публике! Подумай о девушке.
Гек оглянулся на Еву, прежде, чем покинуть ринг. Второй боец тоже. Кстати и Командор. Ева подкатила глаза – ну и семейка!
Напившись наконец какого-то сока в зале приема пищи, девушка с трудом добралась до своей комнаты. Управляться с гравитоном было намного сложнее, чем с аэробордом. Но где взять новую доску она не знала. Решила спросить у соседа, постучалась.
Гек лежал на кровати, отвернувшись к стене. Ева присела к нему.
— Тебе плохо? Что болит? Давай приглашу медиков!
— Не нужно никого приглашать. Голова гудит. Всегда так после боя, скоро пройдет. Ты знаешь, я давно вычислил предателя, был готов к появлению Эйрика, но только не на ринге! И не в роли близкого родственника. Вот это был шок!
— Я тоже была удивлена. Но не подозревала его. Если честно, я вообще думала, что он утонул тогда и немножечко считала тебя виноватым. Теперь-то я понимаю, какой он гад.
Гектор молчал. «Она считала меня виноватым?» — вспомнил, как злилась на него Ева за потопленный челнок. «Ну что с нее взять – девчонка».
Когда его потянули за рукав, пришлось повернуться.
— Ты правда не знал, что он твой брат? Почему отец скрывал это?
— О брате не знал, не знаю почему это скрывал отец. Еще вопросы будут?
— Ты злишься? Что я сделала не так?
Ну что ей ответить. Ситуация с новоприобретенным родственником выбила его из колеи, но еще больший шок он испытал от поступка Евы. Бесстрашная. Бросилась ему на выручку, рискуя своей жизнью. Им обоим на выручку, ибо на этот раз население Ма решило уничтожить обоих бойцов разом, чтобы наверняка.
Чудом не искромсали девушку ножи-бумеранги. Гектор судорожно вздохнул – до сих пор трясет. Поэтому и смотрел на девушку с таким гневом там на ринге.
И сейчас спросил грубо:
— Зачем пришла?
Ева оторопела от такого приема.
— Не стоит благодарности. Мог бы и спасибо сказать. Я все-таки тебе жизнь спасла.
— Спасибо? — парень подскочил, — За что спасибо? За то, что подставилась и чуть не погибла?
Ева попятилась от такого напора, выскочить за дверь не удалось, Гек схватил ее за плечи и продолжал шипеть прямо в ухо:
— Спасибо за то, что чуть не запорола всю операцию по спасению Планеты? Ты что, дура? Кто тебя просил выпендриваться? Пойми, что твоя жизнь тебе не принадлежит. От тебя зависят другие судьбы.
— Но я, я хотела помочь тебе. Вам, — поправилась она.
— Мне, хотела помочь. Мне! — сказал он с напором, — Второй – враг.
— Я так и подумала, Эйрик всех нас обманул. Он сразу мне показался подозрительным еще там в Порту. И теперь тебя чуть не убил на ринге. Боже, куда я попала! Как вы жестоки! — Ева закрыла руками лицо. Заплакала.
Гек растерялся:
— Ну прости, прости меня. Я благодарен тебе, конечно. Ты такая храбрая. Бросилась спасать меня, сама чуть не пострадала. Ты такая, такая. . .
Гек замолчал. Невозможно объяснить ей, что он сейчас чувствовал. Не умел он выражать свои чувства и эмоции. Никогда никто не учил его этому.
— Ева, — шептал на ухо, не забывай о нашей миссии. Все остальное – второстепенно. Мы не имеем право рисковать собой. Даже ради друг друга.
Ева насторожилась. Что-то тон у него покровительственно-снисходительный. Подняла голову. Точно, смотрит как на глупышку. Кто еще тут глупый! Понятно, что этот парень ее недооценивал. В таком случае его ждет большой сюрприз.
Девушка, всхлипнула, нежно прижалась к плечу и прошептала:
— А с чего ты вдруг решил, что я рисковала только ради тебя? Я сделала бы это ради любого из моих друзей.
Гектор обескураженно отодвинулся:
— Ну Ева, как там у тебя второе имя? У вас же на Планете два имени?
— Фамилия. Второе имя – это фамилия. Айс. Ева Айс.
Гек прокашлялся и протянул ладонь:
— Разреши пожать тебе руку Ева Айс. Ты спасла мне жизнь и вообще – настоящий друг.
Девушка протянула свою, парень пожал и куснул напоследок:
— Вообще-то я был готов к бумерангам. Как раз перед твоим супер полетом поменял дислокацию. Так что твоя жертва была бы напрасной.
— Вот гад! — удар кулаком в грудь, взметнувшиеся рыжие волосы, звук отъезжающей переборки, и Гек остался один.
Ева дулась ровно до той минуты, пока к ней не постучали. Сначала показался новенький аэроборд, потом сосед.
— Вот тебе доска. На ней у тебя лучше получается, чем на гравитоне.
— Спасибо. И извини.
— Да ладно. Забыли.
— Расскажи мне о корабле. — Ева подвинулась, освобождая место рядом с собой.
Гек присел.
— Что рассказывать? Ты же сама все видела. Наше общество делится на элиту – это приближенные к Командору. Ну это командующие разного ранга, их семьи. Вторая часть общества – простые бойцы. Огромный парк наноботов различного назначения. Еще ученые и куча экспериментальных лабораторий. Ну это особый народ. С одной стороны, их почти незаметно, с другой – на них держится вся жизнь Ма. В малом кольце корабля живут и обучаются дети. Все.
— И как вы проводите время?
— В смысле?
— Ну, например, чем вы еще занимаетесь кроме избиения собственной плоти? — Ева похлопала парня по спине.
Гек поежился, после боя все тело болело, да и кнут оставил существенные следы.
— Кроме того, что бьемся вживую, участвуем в голограммных боях. Каждый боец управляет своей проекцией на ринге. Еще увидишь.
— А кроме боев есть еще какие-нибудь занятия? Крестиком не вышиваете?
— Не понял, о чем ты, но издевку уловил. Еще мы много занимаемся, изучаем стратегию известных в прошлом сражений…, — уверенность в голосе сошла на нет.
Ева захохотала. Только теперь парень вспомнил, как однообразна их жизнь на Ма. Военная диктатура, тренировки, Протокол. Когда мама была рядом с ним, все было по-другому. С ней было уютно и весело. Никогда он так много не смеялся, как в детстве. Мама учила его читать. Каждое занятие превращалось в интересную игру. Он помнил других смеющихся детей.
Но однажды мама исчезла. И тогда в его сознании появилось это страшное слово – Переход. Отец был неумолим – сын теперь воспитывался в малом кольце корабля, среди сверстников. Казарма, двуярусные кровати. Бесконечные тренировки, спарринги с наноботами и друг с другом. Науки изучали тоже. Сначала Древнюю историю Планеты, потом новейшую историю Ма. В старших классах начались естественные науки.
Вот тут Гек развернулся. Пытливый жаждущий нового ум впитывал в себя информацию со скоростью компьютера. Изучал и познавал все, что было доступно. Порой в ущерб тренировкам. Мальчишка корпел над компьютером и пропадал в лаборатории. Практика, много практики.
Редкие посещения отца становились пыткой. Отец надсмехался над его усидчивостью, считал испорченным матерью неженкой. Поведение отца казалось странным, неестественным. Как можно так относиться к сыну? Гек стал изучать психологию, что очень пригодилось ему в дальнейшем.
Командор не сдавался, все пытался сделать из него первоклассного воина. И Гектор стал бойцом Г-211. Лучшим бойцом. Он изменился, прятал чувства, эмоции под маской равнодушия. Стал жестоким, таким же как отец, почти таким. А ведь когда-то все было иначе, когда мама была с ними.
Теперь он смотрел на смеющуюся Еву и вспоминал. Мама не была такой, как все. Она всегда была особенной и у нее были необычные вещи. Она знакомила с ними сына, учила понимать прекрасное, но тогда он был слишком мал.
— Летим! — Гектор резко поднялся, поморщился, снова почувствовав следы от кнута на спине. Превозмогая боль несся по коридору-трубе, девчонка едва успевала за ним. Сейчас он покажет ей прекрасное. Она такого даже у себя на Земле не видела!
Ева уже поняла, что корабль состоит из длинного туловища и двух колец: большого и малого. Кольца были похожи на гигантские полые бублики. До сих пор они передвигались в орбите большого кольца. Сейчас же Гек тащил ее в другом направлении. Долгий маршрут, но довольно однообразный – слева и справа переборки, переборки.
Внезапно аэроборды остановились как вкопанные, молодые люди чуть не вылетели вперед по инерции. Перед ними старинные дубовые двери, украшенные искусной резьбой. Охранников не было. Гек стукнул себя по лбу:
— Совсем забыл, силовое поле не пускает. Кодовый ключ. Давно здесь не был. Сейчас вспомню пароль. — он нахмурился, потер лоб, потом произнес несколько цифр. Помолчал немного и повторил. Это напоминало детскую считалочку.
Ева потрогала лоб свихнувшегося парня, жара вроде нет:
— Ты, это поосторожней с этими боями и тренировками. Не давай бить себя по голове.
Резные двери вдруг распахнулись и доски, вместе с их хозяевами плавно проникли в помещение. Стилизованные окна мягко подсвечивались через мозаичные стекла. Высокий куполообразный потолок был покрыт старинными фресками. Ева замерла от восхищения:
— Никогда не видела ничего подобного! Это похоже на древний храм!
— Посмотри на стены, — Гек обвел рукой пространство.
Картины! Все стены были увешаны картинами. Шедевры далеких эпох. — Если бы я не знала, что оригиналы многих этих древних произведений хранятся на Земле, я бы поверила, что это лучший музей в мире.
— Поверь – там копии.
— Ева расхохоталась:
— Понимаю твой патриотизм, но это очередная ложь. Папочка постарался?
— Ты заблуждаешься, Ева. Подлинники здесь – там копии.
— Не зли меня, инопланетянин! Ты слишком далеко заходишь, Гектор. Для всего есть предел!
— Хорошо, не буду спорить. Сама потом поймешь. Наши предки были отнюдь не бедными людьми на Земле. У них в руках были сосредоточены все богатства Планеты. Они собирали предметы роскоши, заменив их хорошо выполненными копиями. И вывезли все что смогли.
— Не все, сынок, но большую часть, точно. — Командор вошел незамеченным.
— Как ты проник сюда? Система реагирует только на мой и мамин голос.
— Я записал, когда ты произносил эти цифры. Подумать только! Она сделала паролем детскую считалку. Ну это в ее духе. Сколько же лет я не мог попасть сюда!
— Мама не хотела, чтобы ты был здесь. Ты не понимаешь ценности этих произведений искусства. Тебя заботит только их стоимость.
— Ты ошибаешься, не только цена, просто приятно иметь то, чего нет ни у кого во вселенной.
— Мама не хотела, чтобы ты был здесь, — повторил Гектор, глядя исподлобья на Командора.
— Здесь все принадлежит мне: и Ма, и эта комната, и ты сын, и даже эта красивая землянка. — отступил назад, заметив, как Гек сжал кулаки.
Командор глумливо замахал руками:
— Нет, нет не претендую. Моя нервная система такой психованной не выдержит. Мне твоей матери хватило.
— Не смей так о матери! Не смей! — Гек больше не мог себя сдерживать. Ты ногтя ее не стоишь.
— Ну вот, все мама да мама. — Командор издевался, — Столько сил приложил, воспитывал тебя, воспитывал. Да и не только тебя. Ты же знаком с Эйриком?
— А, этот? — Гек махнул рукой. —Он то откуда?
— Тоже мой сын, правда у вас разные матери.
— Но почему я никогда не видел его? Ничего не знал о нем? Геку казалось, что у него сейчас лопнет голова. — Что? Эти твои игры! Почти одинаковые братья, одинаковые наноботы, стертые особенности бойцов. Это болезнь!
— Ты слишком возбужден, сынок. Девушка успокой своего ухажера и поверь – из этих двоих я выбрал бы другого. Именно Эйрик должен был похитить тебя. Это было его заданием. Но все пошло не по плану. Из-за тебя, Ева. Ну и характер! Чуть все не испортила. Но в итоге все получилось даже лучше, чем я предполагал.
О том, что Планета обитаема, знал только Эйрик. Я столько лет ждал, когда настанет Гербарий Евы. И Эйрика готовил, за несколько лет до совершеннолетия отправил его в Океанию, чтобы ему было проще адоптироваться в вашем глупом наивном мире.
К сожалению, не мог доверять другому сыну. Я не могу доверять тебе, Гектор! Слава Ма, ты родился крепким и сильным, и я дал тебе такое славное имя! Воин Древней Греции, лучший из лучших. Сколько надежд я возлагал на тебя! Но твоя мать все испортила. Вот что значит женское воспитание.
Ты всегда шел вразрез моим планам. Нарушал Протокол и правила. Слишком чувствителен, слишком человечен. В тебе есть все, с чем я боролся. Вытравливал по капле из каждого на этом корабле. И у меня получилось! Вот оно послушное, управляемое общество. Каждый здесь готов умереть за меня. Кроме тебя, сынок.
— Я тоже готов умереть! Но только не за твои сумасшедшие идеи. Ты нарушил Устав Галактической лиги. Ты решил погубить обитаемую Планету! И я не позволю тебе сделать это!
— Сколько экспрессии! Успокойся! Ты еще успеешь умереть, мой сын Гектор. И тебе не спасти человечество. Механизм ликвидации запущен. В моей лаборатории уже готовят испорченные образцы для адмирала лиги. Но мне нужно провернуть еще одно не менее важное дело. — Командор повернулся к девушке.
Гек дернулся, но Ева остановила его, повиснув на руке. Действительно нужно успокоиться. Для такого разговора нужна холодная голова.
Командор, как ни в чем не бывало, продолжал:
— Итак, об искусстве. Как я уже сказал, Ева, картины здесь не все. На Планете осталась одна, по оценке моих специалистов самая ценная. Я из тех людей, которые не пожалели бы и целого мира, чтобы завладеть ею.
— Быть такого не может! — Гек удивленно уставился на отца.
— Может, — Ева наконец поняла суть хитро закрученной Командором комбинации.
— Вот и умница, расскажи мальчику, а то он не в курсе.
— Он прав, твой отец. Есть такая картина. Мой предок возглавлял направление, которое занималось нанотехнологиями. Вот почему я смеялась, когда ты произносил слово наноботы.
Не мне судить насколько преуспел мой прародитель. Но бесспорно одно – ему удалось синтезировать краску, которой и была написана та картина. На ней изображена его дочь, моя далекая родственница. И называется картина «Девушка у озера». Необычные свойства краски на основе наночастиц из кристаллов делают ее объемной.
Распластанные на полу арены бойцы в боксерах взирали снизу на рыжую фурию, зависшую под потолком. Их вытянутые от изумления лица были идентичны, только один смотрел на нее с восхищением, а другой с гневом. И это был не Эйрик.
Остальная черная масса тоже смотрела на нее, голубые вспышки играли на ее волосах, зеленые глаза сверкали, она была прекрасна. А Ева делала вид, что она тут ни при чем. Ее вдруг заинтересовали шмякающие о пол останки, стекающая вниз кровь, но только не те двое, на ринге.
Командор решил остановить бой, пока пребывающие в шоке метатели бумерангов не пришли в себя и не продолжили свою кровавую расправу. Он поднял вверх руки обоих соперников и провозгласил:
— Мы вынуждены остановить бой, дабы не остаться без наследников. Торжественно была объявлена ничья.
— Наследников? — Гектор вопросительно посмотрел на отца. — Наследников?
— Да! Наконец то ты познакомился со своим братом.
— Но почему я не знал этого? Эйрик – мой брат?
— Зато я все знал о тебе. И Ева моя, я первый нашел ее. — новоиспеченный братец встал в воинственную позу.
Гектор дернулся к сопернику, но Командор перехватил его:
— Не разжигай страсти в публике! Подумай о девушке.
Гек оглянулся на Еву, прежде, чем покинуть ринг. Второй боец тоже. Кстати и Командор. Ева подкатила глаза – ну и семейка!
Глава шестая
Напившись наконец какого-то сока в зале приема пищи, девушка с трудом добралась до своей комнаты. Управляться с гравитоном было намного сложнее, чем с аэробордом. Но где взять новую доску она не знала. Решила спросить у соседа, постучалась.
Гек лежал на кровати, отвернувшись к стене. Ева присела к нему.
— Тебе плохо? Что болит? Давай приглашу медиков!
— Не нужно никого приглашать. Голова гудит. Всегда так после боя, скоро пройдет. Ты знаешь, я давно вычислил предателя, был готов к появлению Эйрика, но только не на ринге! И не в роли близкого родственника. Вот это был шок!
— Я тоже была удивлена. Но не подозревала его. Если честно, я вообще думала, что он утонул тогда и немножечко считала тебя виноватым. Теперь-то я понимаю, какой он гад.
Гектор молчал. «Она считала меня виноватым?» — вспомнил, как злилась на него Ева за потопленный челнок. «Ну что с нее взять – девчонка».
Когда его потянули за рукав, пришлось повернуться.
— Ты правда не знал, что он твой брат? Почему отец скрывал это?
— О брате не знал, не знаю почему это скрывал отец. Еще вопросы будут?
— Ты злишься? Что я сделала не так?
Ну что ей ответить. Ситуация с новоприобретенным родственником выбила его из колеи, но еще больший шок он испытал от поступка Евы. Бесстрашная. Бросилась ему на выручку, рискуя своей жизнью. Им обоим на выручку, ибо на этот раз население Ма решило уничтожить обоих бойцов разом, чтобы наверняка.
Чудом не искромсали девушку ножи-бумеранги. Гектор судорожно вздохнул – до сих пор трясет. Поэтому и смотрел на девушку с таким гневом там на ринге.
И сейчас спросил грубо:
— Зачем пришла?
Ева оторопела от такого приема.
— Не стоит благодарности. Мог бы и спасибо сказать. Я все-таки тебе жизнь спасла.
— Спасибо? — парень подскочил, — За что спасибо? За то, что подставилась и чуть не погибла?
Ева попятилась от такого напора, выскочить за дверь не удалось, Гек схватил ее за плечи и продолжал шипеть прямо в ухо:
— Спасибо за то, что чуть не запорола всю операцию по спасению Планеты? Ты что, дура? Кто тебя просил выпендриваться? Пойми, что твоя жизнь тебе не принадлежит. От тебя зависят другие судьбы.
— Но я, я хотела помочь тебе. Вам, — поправилась она.
— Мне, хотела помочь. Мне! — сказал он с напором, — Второй – враг.
— Я так и подумала, Эйрик всех нас обманул. Он сразу мне показался подозрительным еще там в Порту. И теперь тебя чуть не убил на ринге. Боже, куда я попала! Как вы жестоки! — Ева закрыла руками лицо. Заплакала.
Гек растерялся:
— Ну прости, прости меня. Я благодарен тебе, конечно. Ты такая храбрая. Бросилась спасать меня, сама чуть не пострадала. Ты такая, такая. . .
Гек замолчал. Невозможно объяснить ей, что он сейчас чувствовал. Не умел он выражать свои чувства и эмоции. Никогда никто не учил его этому.
— Ева, — шептал на ухо, не забывай о нашей миссии. Все остальное – второстепенно. Мы не имеем право рисковать собой. Даже ради друг друга.
Ева насторожилась. Что-то тон у него покровительственно-снисходительный. Подняла голову. Точно, смотрит как на глупышку. Кто еще тут глупый! Понятно, что этот парень ее недооценивал. В таком случае его ждет большой сюрприз.
Девушка, всхлипнула, нежно прижалась к плечу и прошептала:
— А с чего ты вдруг решил, что я рисковала только ради тебя? Я сделала бы это ради любого из моих друзей.
Гектор обескураженно отодвинулся:
— Ну Ева, как там у тебя второе имя? У вас же на Планете два имени?
— Фамилия. Второе имя – это фамилия. Айс. Ева Айс.
Гек прокашлялся и протянул ладонь:
— Разреши пожать тебе руку Ева Айс. Ты спасла мне жизнь и вообще – настоящий друг.
Девушка протянула свою, парень пожал и куснул напоследок:
— Вообще-то я был готов к бумерангам. Как раз перед твоим супер полетом поменял дислокацию. Так что твоя жертва была бы напрасной.
— Вот гад! — удар кулаком в грудь, взметнувшиеся рыжие волосы, звук отъезжающей переборки, и Гек остался один.
Ева дулась ровно до той минуты, пока к ней не постучали. Сначала показался новенький аэроборд, потом сосед.
— Вот тебе доска. На ней у тебя лучше получается, чем на гравитоне.
— Спасибо. И извини.
— Да ладно. Забыли.
— Расскажи мне о корабле. — Ева подвинулась, освобождая место рядом с собой.
Гек присел.
— Что рассказывать? Ты же сама все видела. Наше общество делится на элиту – это приближенные к Командору. Ну это командующие разного ранга, их семьи. Вторая часть общества – простые бойцы. Огромный парк наноботов различного назначения. Еще ученые и куча экспериментальных лабораторий. Ну это особый народ. С одной стороны, их почти незаметно, с другой – на них держится вся жизнь Ма. В малом кольце корабля живут и обучаются дети. Все.
— И как вы проводите время?
— В смысле?
— Ну, например, чем вы еще занимаетесь кроме избиения собственной плоти? — Ева похлопала парня по спине.
Гек поежился, после боя все тело болело, да и кнут оставил существенные следы.
— Кроме того, что бьемся вживую, участвуем в голограммных боях. Каждый боец управляет своей проекцией на ринге. Еще увидишь.
— А кроме боев есть еще какие-нибудь занятия? Крестиком не вышиваете?
— Не понял, о чем ты, но издевку уловил. Еще мы много занимаемся, изучаем стратегию известных в прошлом сражений…, — уверенность в голосе сошла на нет.
Ева захохотала. Только теперь парень вспомнил, как однообразна их жизнь на Ма. Военная диктатура, тренировки, Протокол. Когда мама была рядом с ним, все было по-другому. С ней было уютно и весело. Никогда он так много не смеялся, как в детстве. Мама учила его читать. Каждое занятие превращалось в интересную игру. Он помнил других смеющихся детей.
Но однажды мама исчезла. И тогда в его сознании появилось это страшное слово – Переход. Отец был неумолим – сын теперь воспитывался в малом кольце корабля, среди сверстников. Казарма, двуярусные кровати. Бесконечные тренировки, спарринги с наноботами и друг с другом. Науки изучали тоже. Сначала Древнюю историю Планеты, потом новейшую историю Ма. В старших классах начались естественные науки.
Вот тут Гек развернулся. Пытливый жаждущий нового ум впитывал в себя информацию со скоростью компьютера. Изучал и познавал все, что было доступно. Порой в ущерб тренировкам. Мальчишка корпел над компьютером и пропадал в лаборатории. Практика, много практики.
Редкие посещения отца становились пыткой. Отец надсмехался над его усидчивостью, считал испорченным матерью неженкой. Поведение отца казалось странным, неестественным. Как можно так относиться к сыну? Гек стал изучать психологию, что очень пригодилось ему в дальнейшем.
Командор не сдавался, все пытался сделать из него первоклассного воина. И Гектор стал бойцом Г-211. Лучшим бойцом. Он изменился, прятал чувства, эмоции под маской равнодушия. Стал жестоким, таким же как отец, почти таким. А ведь когда-то все было иначе, когда мама была с ними.
Теперь он смотрел на смеющуюся Еву и вспоминал. Мама не была такой, как все. Она всегда была особенной и у нее были необычные вещи. Она знакомила с ними сына, учила понимать прекрасное, но тогда он был слишком мал.
— Летим! — Гектор резко поднялся, поморщился, снова почувствовав следы от кнута на спине. Превозмогая боль несся по коридору-трубе, девчонка едва успевала за ним. Сейчас он покажет ей прекрасное. Она такого даже у себя на Земле не видела!
Ева уже поняла, что корабль состоит из длинного туловища и двух колец: большого и малого. Кольца были похожи на гигантские полые бублики. До сих пор они передвигались в орбите большого кольца. Сейчас же Гек тащил ее в другом направлении. Долгий маршрут, но довольно однообразный – слева и справа переборки, переборки.
Внезапно аэроборды остановились как вкопанные, молодые люди чуть не вылетели вперед по инерции. Перед ними старинные дубовые двери, украшенные искусной резьбой. Охранников не было. Гек стукнул себя по лбу:
— Совсем забыл, силовое поле не пускает. Кодовый ключ. Давно здесь не был. Сейчас вспомню пароль. — он нахмурился, потер лоб, потом произнес несколько цифр. Помолчал немного и повторил. Это напоминало детскую считалочку.
Ева потрогала лоб свихнувшегося парня, жара вроде нет:
— Ты, это поосторожней с этими боями и тренировками. Не давай бить себя по голове.
Резные двери вдруг распахнулись и доски, вместе с их хозяевами плавно проникли в помещение. Стилизованные окна мягко подсвечивались через мозаичные стекла. Высокий куполообразный потолок был покрыт старинными фресками. Ева замерла от восхищения:
— Никогда не видела ничего подобного! Это похоже на древний храм!
— Посмотри на стены, — Гек обвел рукой пространство.
Картины! Все стены были увешаны картинами. Шедевры далеких эпох. — Если бы я не знала, что оригиналы многих этих древних произведений хранятся на Земле, я бы поверила, что это лучший музей в мире.
— Поверь – там копии.
— Ева расхохоталась:
— Понимаю твой патриотизм, но это очередная ложь. Папочка постарался?
— Ты заблуждаешься, Ева. Подлинники здесь – там копии.
— Не зли меня, инопланетянин! Ты слишком далеко заходишь, Гектор. Для всего есть предел!
— Хорошо, не буду спорить. Сама потом поймешь. Наши предки были отнюдь не бедными людьми на Земле. У них в руках были сосредоточены все богатства Планеты. Они собирали предметы роскоши, заменив их хорошо выполненными копиями. И вывезли все что смогли.
— Не все, сынок, но большую часть, точно. — Командор вошел незамеченным.
— Как ты проник сюда? Система реагирует только на мой и мамин голос.
— Я записал, когда ты произносил эти цифры. Подумать только! Она сделала паролем детскую считалку. Ну это в ее духе. Сколько же лет я не мог попасть сюда!
— Мама не хотела, чтобы ты был здесь. Ты не понимаешь ценности этих произведений искусства. Тебя заботит только их стоимость.
— Ты ошибаешься, не только цена, просто приятно иметь то, чего нет ни у кого во вселенной.
— Мама не хотела, чтобы ты был здесь, — повторил Гектор, глядя исподлобья на Командора.
— Здесь все принадлежит мне: и Ма, и эта комната, и ты сын, и даже эта красивая землянка. — отступил назад, заметив, как Гек сжал кулаки.
Командор глумливо замахал руками:
— Нет, нет не претендую. Моя нервная система такой психованной не выдержит. Мне твоей матери хватило.
— Не смей так о матери! Не смей! — Гек больше не мог себя сдерживать. Ты ногтя ее не стоишь.
— Ну вот, все мама да мама. — Командор издевался, — Столько сил приложил, воспитывал тебя, воспитывал. Да и не только тебя. Ты же знаком с Эйриком?
— А, этот? — Гек махнул рукой. —Он то откуда?
— Тоже мой сын, правда у вас разные матери.
— Но почему я никогда не видел его? Ничего не знал о нем? Геку казалось, что у него сейчас лопнет голова. — Что? Эти твои игры! Почти одинаковые братья, одинаковые наноботы, стертые особенности бойцов. Это болезнь!
— Ты слишком возбужден, сынок. Девушка успокой своего ухажера и поверь – из этих двоих я выбрал бы другого. Именно Эйрик должен был похитить тебя. Это было его заданием. Но все пошло не по плану. Из-за тебя, Ева. Ну и характер! Чуть все не испортила. Но в итоге все получилось даже лучше, чем я предполагал.
О том, что Планета обитаема, знал только Эйрик. Я столько лет ждал, когда настанет Гербарий Евы. И Эйрика готовил, за несколько лет до совершеннолетия отправил его в Океанию, чтобы ему было проще адоптироваться в вашем глупом наивном мире.
К сожалению, не мог доверять другому сыну. Я не могу доверять тебе, Гектор! Слава Ма, ты родился крепким и сильным, и я дал тебе такое славное имя! Воин Древней Греции, лучший из лучших. Сколько надежд я возлагал на тебя! Но твоя мать все испортила. Вот что значит женское воспитание.
Ты всегда шел вразрез моим планам. Нарушал Протокол и правила. Слишком чувствителен, слишком человечен. В тебе есть все, с чем я боролся. Вытравливал по капле из каждого на этом корабле. И у меня получилось! Вот оно послушное, управляемое общество. Каждый здесь готов умереть за меня. Кроме тебя, сынок.
— Я тоже готов умереть! Но только не за твои сумасшедшие идеи. Ты нарушил Устав Галактической лиги. Ты решил погубить обитаемую Планету! И я не позволю тебе сделать это!
— Сколько экспрессии! Успокойся! Ты еще успеешь умереть, мой сын Гектор. И тебе не спасти человечество. Механизм ликвидации запущен. В моей лаборатории уже готовят испорченные образцы для адмирала лиги. Но мне нужно провернуть еще одно не менее важное дело. — Командор повернулся к девушке.
Гек дернулся, но Ева остановила его, повиснув на руке. Действительно нужно успокоиться. Для такого разговора нужна холодная голова.
Командор, как ни в чем не бывало, продолжал:
— Итак, об искусстве. Как я уже сказал, Ева, картины здесь не все. На Планете осталась одна, по оценке моих специалистов самая ценная. Я из тех людей, которые не пожалели бы и целого мира, чтобы завладеть ею.
— Быть такого не может! — Гек удивленно уставился на отца.
— Может, — Ева наконец поняла суть хитро закрученной Командором комбинации.
— Вот и умница, расскажи мальчику, а то он не в курсе.
— Он прав, твой отец. Есть такая картина. Мой предок возглавлял направление, которое занималось нанотехнологиями. Вот почему я смеялась, когда ты произносил слово наноботы.
Не мне судить насколько преуспел мой прародитель. Но бесспорно одно – ему удалось синтезировать краску, которой и была написана та картина. На ней изображена его дочь, моя далекая родственница. И называется картина «Девушка у озера». Необычные свойства краски на основе наночастиц из кристаллов делают ее объемной.
