Через несколько минут вся компания уже стояла на берегу океана. Свежий бриз и чистый, омытый дождём воздух, бодрили. Тедди протянул Леоне огромную бежевую полуметровую раковину:
– Эту раковину называют рог тритона. В неё должна протрубить девушка, чтобы обитатели дна услышали. Поможешь?
Леона взяла раковину, приложила к губам, и дунула что есть силы. Неожиданно звук получился громким, переливчатой мелодией прокатился он над океанской пучиной. И началось невероятное! Из океанских глубин на поверхность начали подниматься все подводные жители. Стаи разнокалиберных и разноцветных рыб раскрасили водную гладь. Медузы и киты, осьминоги и водяные черепахи показывались на поверхности, и вновь погружаясь в океан. Владыка морей и океанов, Нептун, появился на раковине-колеснице, запряжённой морскими коньками, в окружении свиты русалок и тритонов. Океаниды и нереиды, морские и океанские нимфы, прибыли, сидя на дельфинах.
Поднимаясь на поверхность, все жители склоняли голову в знак приветствия капитана Теодора Немо, и тут же удивлённо смотрели на странную радугу, зависшую над побережьем.
– Приветствую вас, друзья! – обратился ко всем собравшимся Тедди. – Простите, что отрываю от дел глубинных делами сухопутными, но нужна ваша помощь! Знаете ли вы, водные жители, как вернуть цвета радуге?
Ответом стал гул голосов, а Нептун дал совет:
– Нужна Калипсо. Она гиада – нимфа дождя. Калипсо знает всё о радуге после дождя. Но Калипсо не живёт в океане, ищите её на суше. В гроте с четырьмя источниками найдёте вы её! Идите вглубь побережья, к скалам, чайки приведут вас к Калипсо.
Как только Нептун закончил говорить, все жители океана покинули поверхность вод, отчего гладь океанская забурлила, пошла волнами от бесчисленных погружений. А компания ищущих Калипсо повернулась к океану так, как избушка Бабы-Яги поворачивается к лесу, и отправилась по песчаному берегу вглубь суши. Белокрылые чайки летели впереди, сопровождаемые Чарой, а клубок как-то весь погрустнел и запрыгнул Леоне в сумку – ведь в его услугах не нуждались!
Глава 12. Калипсо
Путь к гроту пролегал по песчаному пляжу, и Леона всё время увязала в песке. Тедди поддержал её под руку, когда она споткнулась и чуть не упала, да так и шёл дальше рядом. Леоне почему-то было очень приятно чувствовать поддержку мужского плеча, хотя её самолюбие и страдало. Так, самую капельку, ведь Тедди оказался к тому же прекрасным собеседником и рассказал легенду о чайках. Издавна существует поверье, что чайки – это души погибших моряков. Поэтому кричат они жалобно и пронзительно, не находя покоя. А ещё, оказывается, криком своим громким, что сквозь шум волн слышен, указывают они безопасное место во время шторма, где можно переждать непогоду.
Так, за разговором, вышли они за белокрылыми проводницами-чайками, к каменистой тропке, что вела дальше, к скалам. Правда, пока они туда дошли, циклоп Арг уже доедал "небольшой перегрыз", а Скрип, как всегда, грелся на солнышке брёвнышком. Чара летала с чайками, осваивая "бочку" и "пике". Как только Леона с Тедди показались в пределах видимости, вся компания подскочила, и все вместе двинулись вперёд.
Через некоторое время растительности в скалистом ландшафте прибавилось. Невысокие деревья, пышные цветущие кустарники, трава и яркие цветы пустили корни в каменистой почве. Впереди показался грот, прямо в скале. Из грота в четыре стороны, по сторонам света, разбегались источники – на север, восток, юг и запад. Грот был увит плющом и лианами, создавая зелёный ковёр на фоне серых скал.
Путники вплотную подошли к гроту. Чайки, последний раз прокричав звонко и протяжно, покружили над ними, и улетели обратно к морю.
– Зайдём? – предложила Леона.
– А если её дома нет? Тихо что-то! – заметил Скрип.
– Так что, нам тут сидеть! Как хотите, а я иду! – выступила вперёд Леона.
Не успела она пройти и двух шагов, как из грота навстречу важно выползла огромная ящерица-игуана. Её кожа переливалась на солнце бликами от тёмно-зелёного до изумрудного. Ящерица застыла, как изваяние, и только её внимательные янтарные глаза разглядывали гостей.
– Что уставились, никогда такую не видели? – немного нахально спросила ящерица.
– Видели! Только не говорящую! – ответила за всех Леона. – Мы к Калипсо пришли!
– Что за дело у вас к Калипсо? – ящерица переместилась на толстый стебель лианы, и смотрела на всех сверху вниз.
– У радуги цвета пропали! Надо их вернуть! – включился в разговор Скрип.
– Калипсо ничего просто так не делает, – уверила ящерица.
– А что ей взамен нужно? – спросила Леона.
– Загадки разгадывать умеете? Разгадаете – тогда и разговор будет с Калипсо.
– Попробуем! А что за загадки? – опять Леона высказалась за всех.
– Отгадаете одну загадку – обещаю, что увидите Калипсо. Отгадаете вторую – поможет она вам. А если с третьей справитесь, ответит на ваш вопрос. – Ящерица свисала уже вниз головой, уцепившись цепкими лапками за ветку плюща.
– Давай свои загадки! – храбро ринулся в интеллектуальный бой Скрип. Он даже превратился в остро отточенный карандаш, демонстрируя готовность конспектировать.
– Вот вам первая загадка, – сказала ящерица. – Слушайте:
То в гору вдруг идёт,
То под гору ведёт.
И как она не вьётся –
На месте остаётся.
Компания собралась в кружок посовещаться. Скрип предположил, что это верёвка, раз вьётся. Арг, услышав про гору, вспомнил "мудрую мысль": "Умный в гору не пойдёт, умный гору обойдёт"! Тедди почему-то не принимал участия в обсуждении, а только внимательно слушал. Леона бормотала себе под нос "пойдёт-обойдёт, идёт-ведёт", и вдруг сказала:
– Дорога!
– Правильно отгадала, дорога! – на месте ящерицы стояла девушка красоты неописуемой, с такими же янтарными глазами и в тёмно-зелёном платье.
– Калипсо! – ахнул Арг, сражённый перевоплощением, как и все остальные.
– Она самая! – кивнула Калипсо и пригласила всех подняться по каменным ступеням в тень грота, где она жила.
Внутреннее убранство было простым, но уютным. Плетёные из стеблей растений ковры, плетёные из лозы стулья и стол, низкая кровать с покрывалом из мягкого мха больше подходили ящерице, чем нимфе. Калипсо предложила угощение из ягод и фруктов, орехов и родниковой воды из своих источников. Подкрепившись, и рассказав о пропавших цветах радуги, гости приготовились разгадывать вторую загадку – уговор есть уговор!
– Вот вам вторая загадка! – сказала Калипсо:
Это можно завязать,
Если хочешь привязать,
Или просто навязать,
Коль желаешь обязать.
Только следует всем знать –
Невозможно развязать!
В гроте повисла тишина. Все пытались осмыслить слова загадки. Скрип, услышав "завязать и привязать", опять предложил верёвку. Арг только почёсывал пятернёй в затылке. Чара с аппетитом поедала листья плюща. Леона напрягла память. Что-то определённо знакомое крутилось в голове.
– Завязать разговор! А развязать нельзя! – осенила её догадка.
Друзья смотрели на неё, как на восьмое чудо света, а от улыбки Тедди Леона почувствовала, что мир вокруг засветился яркими красками.
– Всё верно! – кивнула Калипсо. – Теперь выполню своё обещание!
Калипсо подошла к источникам и набрала воды из каждого в высокий глиняный кувшин. Потом вышла из грота, и все последовали за ней. Калипсо поднялась на скальный выступ, туда, где солнечные лучи, казалось, плавили камень жаром. Калипсо начала медленно лить воду из кувшина, стоя под лучами солнца. Вода засверкала, засияла разноцветными капельками, и, не достигая земли, разноцветная радуга поплыла в сторону океана! Со скал Калипсо было видно, как раскинулась она вдалеке, над побережьем – настоящая, нормальная радуга!
– Радуга вернулась, хотите ли разгадать третью загадку? – спросила Калипсо. – Но ответить могу я лишь на один вопрос, поэтому только кто-то один должен сделать попытку отгадать, без помощи остальных!
– Леона, давай ты! Всё равно ты лучше нас загадки отгадываешь, да и вопрос у тебя есть! – предложил Скрип. Все, конечно, согласились с ним.
– Ну что ж, отгадывай! – Калипсо произнесла:
В одно мгновенье могут встать,
В другое начинают врать.
Захочешь – можешь их держать.
Ещё умеют бить, стучать,
Ходить, висеть, стоять, лежать.
Леона задумалась. Чем больше она думала, тем ярче ей представлялся циферблат старого будильника у её кровати. Только вот непонятно было, где эта кровать стояла.
– Циферблат! Часы! Они идут, стучат! И всё остальное тоже делают! Часы! – выдохнула она.
– Правильно, отгадала! – согласилась Калипсо. – О чём ты хочешь спросить?
– Вообще-то у меня много вопросов. Но раз можно только один – где мой дом? – с надеждой посмотрела Леона на Калипсо.
– Твой дом... – Нимфа покачала головой, будто увидела что-то, недоступное взору Леоны. – Ты должна сама вспомнить. В этом поможет цветок, незабудка. Идите вдоль скал, к лесу. В лесу, у реки, найдёте вы поляну, где растут незабудки. Стань посредине поляны и жди. Твоя незабудка сама позовёт тебя, и ты поймёшь, что делать!
Путники поблагодарили Калипсо и отправились дальше, к лесу, спустившись с каменистых ступеней грота. Когда они скрылись из виду, на месте гиады Калипсо вновь была зелёная ящерица, гревшаяся на солнечном валуне.
Глава 13. Незабудка
Эх, дороги, пыль да туман,
Холода тревоги, да степной бурьян.
Снег ли, ветер, вспомним, друзья,
Нам дороги эти позабыть нельзя!
Строки знакомо-незнакомой песни крутились в голове Леоны, пока шли они от скалистых утёсов по открытой степи, покрытой жёсткой травой. Крупные красные цветы пестрели в траве, будто бусины из рассыпавшегося мониста. Дышалось легко и свободно. Запахи степных трав окутывали особым ощущением простора и покоя. Где-то в вышине парили то ли огромные коршуны, то ли мини-птеродактили – слепящее солнце мешало разглядеть, как следует.
На смену степи начали появляться островки с деревьями и ягодным кустарником. Стаи птиц с удовольствием клевали спелые ягоды. Чара к ним присоединилась, распугав всех, но отвоевав себе место для перекуса с причмокиванием от ягодного сока. Физиомордия у Чары после этого была вымазана красным соком, что в сочетании с перепончатыми крыльями летучей мыши делало её "ужасом, летящим в ночи"! То есть, конечно, при свете дня, но всё равно вид у неё был вампирский.
Скрип решил, что катиться позади всех брёвнышком по открытому месту вполне можно. Но всё равно он попадался под ноги Аргу, которому приходилось время от времени подпрыгивать, чтобы не раздавить Скрипа, произнося слова из непереводимого народного фольклора циклопов.
Леона с Тедди шли впереди, держась за руки и тихо беседуя. Леона улыбалась, а щёки её горели пунцовым цветом. Тот, кто видел бы её сейчас впервые, ни за что не признал бы в ней задиристой пиратки, ведущей себя как нахальный мальчишка без комплексов. То есть комплексы у неё появились уже другие – она лихорадочно соображала, нет ли где грязи и дырок на костюме, не растрёпана ли причёска, и не слишком ли обломаны ногти и поцарапаны руки. Но моральные страдания Леоны были напрасны, чему подтверждением служил взгляд Тедди, который с таким теплом смотрел на спутницу.
А самым первым бежал клубок, которому, наконец-то, нашлось дело по специальности – быть путеводной нитью Ариадны, смотанной, но весьма подвижной! И этот лидер-путеводитель вёл прямо к густому лесу, что уже виднелся в обозримом пространстве. При виде вековых деревьев Леона непроизвольно передёрнулась, вспомнив, как ещё недавно её со Скрипом пыталась съесть плотоядная растительность, но Тедди уверил, что это самый что ни на есть обычный лес. А как было не поверить Тедди!
Лес был смешанным, лиственные и хвойные деревья росли бок о бок, перемешиваясь ароматами хвои и листвы. Клубок уверенно катился напрямик, не думая о том, что остальным приходится перешагивать через коряги и пригибаться под густыми кронами. Особенно неудобно было Аргу, иногда он просто становился на четвереньки и полз. Непереводимый народный фольклор циклопов не прекращался. Действительно, где это видано, чтобы циклопы ползали на четвереньках! Однако потихоньку они выбрались из деревьев и кустарника к реке. Полноводная, она текла меж лесных берегов, широкой голубой лентой оттеняя зелень деревьев. То там, то здесь, блестя чешуёй на солнце, выпрыгивали рыбки из водной глади, и плюхались обратно в реку.
– Река! Умыться бы! – странный приступ чистоплотности вдруг овладел Леоной.
– Водичка! Пить! – более практично среагировал Скрип.
Вся компания подошла к прозрачным речным водам, напились вдоволь и умылись через одного. Этот один был клубком, который и так сиял чистотой и белизной. Леона не переставала удивляться, как это ничего к нему не липнет, ведь катится же по чём попало – по земле, по колючкам, по пыльным листьям и нехоженым дорожкам!
Вдруг из реки вынырнула девушка, и, отряхнув с волос капли воды, пошла навстречу путникам прямо по речной глади. Белокурые волосы с голубой диадемой, прямой взгляд на отточенном, будто мраморном, лице. Голубое длинное платье струилось, как волны, белой пеной бурля у поверхности реки.
– Кто нарушил покой лесной реки? – строго обратилась она к путникам.
– Мы ищем незабудку! – выпалила Леона. – А ты тоже нимфа?
– Нимфа. – Кивнула девушка. – Наяда, реки и ручьи под моим покровительством.
– Ты-то мне и нужна! – обрадовалась Леона. Она вытащила из сумки веточку мирта болотного и протянула наяде.
– Мирта? Она в опасности? – тревога читалась на мраморном лице красавицы. От этого черты его смягчились, делая её ещё красивее и "человечнее".
– Озеро Мирты стало болотом. Ей нужна коза! – ответила Леона.
– Коза? Наверное, это толстолобик, его ещё называют водяная коза! – догадалась наяда. – Да, эта рыбка может помочь Мирте очистить водоём от растительности! В моей реке есть такая, поэтому река чистая, нет лишних водорослей и илистых берегов. Держи!
Из реки выплыл большой воздушный пузырь. Внутри, в воде, плавали несколько рыб. Они были вполне обычные, зеленовато-серые с серебристым брюшком, и совсем на козу непохожие.
– А как мы их донесём? Вдруг пузырь лопнет? – забеспокоилась Леона.
– Не волнуйся, я их на дирижабль отправлю! – успокоил Тедди и достал пульт управления. После того, как он нажал на нём что-то, над лесом и рекой появился дирижабль. Когда он оказался над головами, летящая площадка опустилась из люка, пузырь с водяными козами мягко лёг на неё, и унёсся на площадке в вышину, к люку дирижабля.
– Теперь у Мирты всё будет в порядке! Передавайте ей привет! – улыбнулась наяда. – Так что там с незабудкой?
– Калипсо сказала, что где-то в лесу у реки есть поляна с незабудками. Я должна найти ту, что поможет мне вспомнить! – с надеждой посмотрела на наяду Леона.
– Незабудка... Цветок, что помогает вспомнить, – задумалась наяда. – Когда-то, очень давно, богиня цветов Флора одаривала все растения именами, а про маленькую незабудку совсем позабыла, и не дала ей имени. Незабудка очень обиделась, но потом Флора вспомнила о ней, и наградила необычным именем. А ещё богиня цветов дала ей чудесную силу: возвращать память тем людям, которые забывают своих близких или свою родину. "Не забудь меня!" – говорит незабудка. Идём, я покажу тебе поляну! Но ты должна идти одна, твои друзья подождут здесь.
