Не продув трубку, девочка наглоталась воды и чуть не утонула. Утонули сорванная ею маска и брошенный в панике кинжал. Кашляя, она выбралась из воды и достала из сумки полотенце, которым вытерла волосы. Тёплый ветер быстро высушил ту влагу, с которой не справилась ткань. К пальмам Настя не пошла, потому что сильно захотелось спать. Чтобы не шуметь во дворе, она перенеслась в сквер, а от него летела до дома. В своей комнате бросила сумку и забралась под одеяло. Она не посмотрела на часы и почти сразу заснула.
– Кто это намусорил? – разбудил Настю писк домового. – Откуда мог взяться песок?
– Будь человеком, дай поспать! – пробормотала она. – Потом сама уберу.
– Куда-то летала без меня ночью, – сделал он вывод. – А нельзя было сделать это днём и со мной?
– Марк, стукну подушкой! Выметайся из комнаты!
– Я-то уйду, – обиженно сказал домовой, – и даже уберу всю грязь. Тебе сказать, сколько времени? У кого-то с утра были дела в школе. Тебе прогнать сон?
– Хорошо, что напомнил, – сказала Настя. – Я спросонья забыла об этом заклинании. А у тебя оно какое?
– Нет у меня заклинания от сна, – ответил Марк. – Я хотел облить тебя холодной водой. Тоже неплохо действует.
– Садист, – зевая, сказала девочка. – Чёрт, уже восьмой час!
Этим утром она чуть не получила четвёрку. На вопросы по обществознанию были даны заученные по учебнику ответы, но они почему-то не удовлетворили учительницу.
– Четыре, – сказала она, протягивая руку за табелем.
– А почему? – не отдавая бумагу, спросила Настя. – Я ответила на ваши вопросы. Скажите, в чём ошибка!
– Ты разболталась и забыла, что такое дисциплина! – зло сказала учительница и застыла.
Девочка поняла, что добьётся справедливой оценки только через директора. Что-то доказывать этой заразе бесполезно, а скандалить и давать пищу для пересудов не хотелось. Подчинённая магией женщина поставила пятёрку и ушла с подчищенной памятью, а Настя тоже поспешила уйти, потому что оба оставшихся экзамена ей назначили после окончания занятий. Она считала себя правой, но вместо радости чувствовала гадливость. Вроде поставила сама себе незаслуженно завышенную оценку. Вот ведь стерва!
Взвинченное настроение привело к тому, что она чуть не попала под машину. Водитель нарушил правила, а она не обратила внимания на проскочившую перекрёсток иномарку. Он успел затормозить, приоткрыл дверцу и принялся материть Настю, не стесняясь в выражениях. Если бы он назвал дурой, девочка выслушала бы и ушла. Неприятно, но заслужила. Но эта орущая непристойности жирная сволочь взбесила. Толстяк заткнулся, захлопнул дверцу и, рванув с места машину, направил её на ближайший столб. Она уже привычно почистила память выскочившему из помятой машины хаму и пошла своей дорогой. Расправа не улучшила настроения, почему-то стало тяжелей.
«Раш, что со мной? – спросила Настя. – Почему всё так противно и хочется плакать?»
«Нервное истощение, – ответил браслет. – Много стрессов в мире Вероны, и очень большой объём знаний, который я в тебя втиснул. К этому добавилась подготовка к экзаменам и твоя прогулка на войну. Пока всё шло прекрасно, ты не замечала усталости, но достаточно было не выспаться, а потом получить несправедливую оценку, чтобы это проявилось. Возьми себя в руки или примени одно из трёх общих медицинских заклинаний. Скоро сдашь экзамены и можно будет отдохнуть. У тебя есть для этого весь мир, а не только тот островок, за который ты уцепилась. Не помешает только разжиться валютой. Как ты думаешь, для чего тебе разрешили вернуться и не отобрали перстни и меня?»
«Думать можно что угодно! – сердито ответила девочка. – Я не залезу в голову вашей Вероны!»
«А ты не кипятись, а вспомни, что она говорила. И ты сама сказала об этом родителям. Конечно, богиня не только развлекается, но и это тоже. Очень ей интересно смотреть на то, как ты сдаёшь свои экзамены? В том мире ты смогла тряхнуть одно королевство, в этом можешь тряхнуть его весь!»
«Наш мир опасно трясти, – сказала она. – И потом как бы меня саму не тряхнули. Думаешь, это так трудно?»
«А это как ты себя поведёшь, – возразил Раш. – Можно сделать так, что с тобой побоятся связываться. Я ведь вобрал в себя не только твою память, но и часть личности, поэтому ты для меня как прозрачное стекло. Ты сама не хочешь прожить тихую и благополучную жизнь, иначе вела бы себя по-другому. А если хочешь жить ярко, придётся рисковать! Только риск должен быть не дурной, а продуманный!»
«Ты не браслет, а демон-искуситель, – улыбнулась Настя. – Чёрт, Сашка!»
Заболтавшись с браслетом, она не заметила стоявшего возле дома мальчишку. Он увидел её, поэтому отводить глаза было поздно, а подчинять одноклассников не хотелось.
– Привет! – сказал Дроздов, подходя к Насте. – Что остановилась? Не из-за меня?
– Оказался самым хитрым? Зря вы, Саша, меня караулите. Если бы я хотела с кем-нибудь общаться, я от вас не бегала бы.
– А что случилось? – с обидой спросил он. – Что со мной не так? Я ведь знаю, что тебе нравился. Мне сказала Наташка, но это и так было видно.
– С вами всё так, не так со мной, – ответила она. – Отойдём с дороги к домам, а то здесь часто ездят. Ты хочешь узнать причину, но мой ответ тебя обидит.
– Пусть будет обида, – не согласился он, – незнание хуже.
– Как хочешь. Я попала в переделку и пришлось срочно взрослеть. Это не то, о чём ты подумал. А теперь мне с вами неинтересно. Чтобы была дружба, должна быть общность интересов, а у нас нет ничего общего. Я ведь и в класс не вернусь. Подумай сам, какой мне смысл сидеть с вами год, если я за это время сдам экстернат за три класса. Только для того, чтобы с кем-то обмениваться записками и гулять на переменах? У меня сейчас будет такая жизнь, в которой ни для кого из вас нет места. Как тебе объяснить, чтобы было меньше обиды... Вот у тебя есть младший брат. Ты его любишь и иногда с ним возишься. А смог бы ты с ним дружить? И не тогда, когда он вырастет, а сейчас.
– Ты повзрослела, – согласился он, – и способности появились такие, что все завидуют. Я понял насчёт дружбы, но если есть чувства...
– Чувства без дружбы – это... В общем, сам должен понимать! А меня уже достали малолетние поклонники! У тебя есть чувства, но их нет у меня! Не ходи за мной и передай это же мальчишкам. Вот не хотела я с вами говорить!
Она вошла во двор, оставив за спиной не только обиженного мальчишку, но и детство, которое только что от себя оторвала. Будь прокляты все боги и богини с их проверками!
– И сколько вы у меня погостите? – поинтересовался открывший им дверь Сергей Алексеевич.
– В принципе, можем задержаться до семи, – ответила, снимавшая куртку Настя.
– А если без принципа? Спрашиваю для того, чтобы спланировать одно мероприятие.
– Я не знаю, чем здесь заниматься, кроме общения с тобой, – сказала девочка. – Летом можно было бы походить по паркам или съездить в ваш зоопарк, а сейчас... Холодно и сверху капает – куда идти в такую погоду? А развлекательные центры с аттракционами могут быть интересными Оле, а не мне. И у нас их хватает, были бы деньги. Есть выставки, куда можно сходить, но это неинтересно Оле.
– Есть аквапарки и океанариум, – предложил он.
– Дед, у меня куча коралловых островов, – засмеялась Настя. – Пока была только на одном, но он очень неудобный из-за разницы во времени. Сейчас там ночь. Но я найду другой. Это гораздо лучше любого аквапарка, а если погрузиться в сфере, то будет и океанариум.
– Как ты рискуешь! – воскликнул он. – А если акула?
– И это учёный! – опять засмеялась девочка. – Правильно говорят, что страх за близких отшибает разум. Какие акулы в закрытой коралловой лагуне? И не людям нужно бояться акул, а наоборот. Я не знаю общей статистики, но в США за год от акул погибает только один человек, а люди за это же время убивают сто миллионов акул!
– Всё равно одной это очень рискованно.
– Я могу перевезти туда семью, но тогда мать с Танькой узнают обо всех моих возможностях.
– Может, не нужно от них таиться? Тебе будет легче меня навещать и не нужно врать.
– Я посоветуюсь с отцом, – ответила Настя. – Давай подумаем о том, чем нам здесь заняться. О каком мероприятии ты говорил?
– А когда будут пирожные? – спросила Оля. – Давайте сядем за стол, а потом будете говорить.
– Да, заговорились! – засуетился Сергей Алексеевич. – Сейчас всё поставлю. Вы будете пить кофе или чай?
– Мне ничего не надо, – отказалась Настя. – Обслужи этих обжор, а я пока подожду в гостиной.
Девочка устроилась на огромном старом диване, покрытом слегка потёртыми волчьими шкурами, и подождала, когда он освободится.
– Я играла хвостами этих шкур, когда была маленькая и мы приезжали к вам в Москву, – с грустью сказала она севшему в кресло старику. – Не скажешь, сколько лет этому дивану?
– Много, – усмехнулся дед. – Раритетная вещь. Жена рвалась поменять, а меня он устраивает. Умру – выбросите. Не скажешь, откуда такая ностальгия по прошлому в столь юном возрасте?
– Давай лучше перейдём к твоему мероприятию, – ушла от ответа Настя. – Это не знакомства, о которых ты говорил?
– В том числе, но для меня главное, чтобы ты вылечила одного человека. У сына моего друга саркома, а ему нет тридцати. Два года назад женился, жена на пятом месяце беременности, а тут такое... Он уже перепробовал всё и один раз оперировался, но получил только отсрочку. Ты можешь такое вылечить?
– Я не знаю, – встревожилась она. – Как бы это лечение не вышло мне боком! И я не уверена в том, что у меня что-то получится. Обнадёживать...
– Успокойся, никто об этом не узнает, – сказал Сергей Алексеевич. – Соберёмся у друга, пообщаемся, а ты в это время полечишь. Тебе ведь необязательно это показывать?
– Никто не увидит, – ответила она, – дело не в этом. Магическая медицина – это очень сложная наука. Большинство магов её не изучает, а в курсе для Академии были только три общих заклинания. Выучить можно и остальные, толку-то! Самое сложное – это диагностика и разработка курса лечения для каждого больного. Для магов-медиков нет таких болезней, как ангина или гастрит, они классифицируют заболевания по магическим зонам и на них воздействуют. Вылечить могут всё, но только при грамотном подходе. Нахватавшийся заклинаний самоучка угробит быстрее болезни. А мои заклинания считают человека одной зоной и воздействуют на всё тело. Для их применения не нужно опыта, но и толку гораздо меньше. Если выполнить все три, эффект усилится. Для их выполнения мне нужен час, вряд ли сын твоего друга просидит столько на одном месте, да ещё отдельно от других. Это необязательно, но, если он будет мотаться по квартире или сидеть в компании, я зацеплю всех. Не поднимут они после этого шум? Вот Раш советует с этим не связываться.
– Твой браслет? Жаль, я на тебя очень рассчитывал. Замечательный человек и прекрасный учёный! Ладно, забудь о лечении. Я приглашу всех, кроме него.
– Как ты пригласишь? – не поняла Настя. – Ты же сказал, что сборище будет у твоего друга.
– Сборище! Слово-то какое нашла. У друга квартира побольше моей и помимо жены есть домработница. Я скажу, кого хотел бы увидеть, и он всё устроит. Там будут наш ректор и несколько зубров от науки. Конечно, кто-нибудь может не прийти, но такое бывает редко. Его сын живёт отдельно и вряд ли приедет к отцу, если не пригласить.
– Ладно, – согласилась девочка, – рискну, но только один раз. Скажи, дед, твои зубры знают какие-нибудь языки, кроме английского?
– Самохин и Ляхов знают французский, а Брагинский – испанский, – ответил он. – А для чего это тебе? Ты же вроде знаешь все языки. Хочешь блеснуть талантами?
– Можно и блеснуть, – согласилась она, – но я спросила не поэтому. Понимаешь, может, я и знаю все языки, но не могу вспомнить ни одного, пока не услышу. С английским было просто, потому что я его хоть как-то знала, а вот на украинском заговорила только после того, как услышала разговор.
– Давай проверим, – предложил дед и перешёл на французский: – Понимаешь, что я говорю?
– Странное ощущение, – по-французски сказала Настя. – Я не знала ни одного слова, но стоило тебе заговорить, как сразу всё стало ясным и понятным. Можешь попросить своего испанца сказать несколько слов?
– Конечно, – ответил старик, – а для чего тебе? Если возникнет необходимость, и с тобой заговорят...
– Не знаю, когда она возникнет, но теперь могу любого обучить французскому за несколько дней. Таньке не помешает знать несколько языков, да и Оле тоже. Я ведь и русскому учила её магией.
– Полезная способность, – сказал он, – не помню, чтобы ты о ней рассказывала. Многого я о тебе не знаю? Ладно, на этот вопрос можешь не отвечать, ответь на другой. Чем думаешь заняться? Ты ведь не собираешься сидеть в школе четыре года?
– Я думаю закончить школу за год, – ответила Настя, – а дальше пока тёмный лес. Дед, твоим пирожным пришёл конец, и сейчас нужно будет уделять внимание внучке. Давай я оставлю её здесь, а сама вернусь домой. У нас теплей и нет дождя, а по Москве ещё поброжу. Отец дома, поэтому я прямо сейчас с ним поговорю. Как он скажет, так и сделаю. Есть и другие дела. Скажи, когда мне подскочить.
– В выходные мы собираемся к четырём, а ты приходи на час раньше. Успеешь переделать свои дела?
– Успею. У тебя есть какой-нибудь большой цветок, чтобы поставить на подоконник? Тогда я влетала бы сюда со двора.
– Я раздал цветы, – виновато ответил он. – Это у Вали они цвели, а у меня стали вянуть. Может, подойдёт вентилятор? Он достаточно большой.
Дед собрался куда-то везти Олю, а Марку включил компьютер, поэтому домовой решил пока остаться и Настя улетела одна.
– Что так рано? – спросила встретившая в гостиной мать. – И куда дела Олю?
– Я ненадолго, – ответила она. – Где папа?
– Я отобрала у него телевизор, поэтому читает в нашей комнате.
Отец читал журнал «Полиция России» и тоже удивился раннему возвращению.
– Твой дед купил мало пирожных? – пошутил он. – Или уже надоела Москва?
– В ней сейчас холодно и дождь, – ответила Настя. – В казино меня не пустят, а больше там делать нечего. Папа, отвлекись от журнала, надо поговорить. Понимаешь, у меня была мечта побывать на коралловом острове...
– Надо полагать, что ты втихаря её осуществила. И когда это было?
– Несколько дней назад. Но там нет людей и вообще ничего опасного. И остров совсем маленький, а возле берега...
– А почему пришла с этим сейчас? – перебил он оправдания. – Есть причина?
– Дед узнал и сказал, что одной опасно, и вообще... Я ведь могу отвезти туда всех. Не сразу, а в три приёма. Только во всё нужно посвятить маму с Таней. Вот я и подумала...
– Кто это намусорил? – разбудил Настю писк домового. – Откуда мог взяться песок?
– Будь человеком, дай поспать! – пробормотала она. – Потом сама уберу.
– Куда-то летала без меня ночью, – сделал он вывод. – А нельзя было сделать это днём и со мной?
– Марк, стукну подушкой! Выметайся из комнаты!
– Я-то уйду, – обиженно сказал домовой, – и даже уберу всю грязь. Тебе сказать, сколько времени? У кого-то с утра были дела в школе. Тебе прогнать сон?
– Хорошо, что напомнил, – сказала Настя. – Я спросонья забыла об этом заклинании. А у тебя оно какое?
– Нет у меня заклинания от сна, – ответил Марк. – Я хотел облить тебя холодной водой. Тоже неплохо действует.
– Садист, – зевая, сказала девочка. – Чёрт, уже восьмой час!
Этим утром она чуть не получила четвёрку. На вопросы по обществознанию были даны заученные по учебнику ответы, но они почему-то не удовлетворили учительницу.
– Четыре, – сказала она, протягивая руку за табелем.
– А почему? – не отдавая бумагу, спросила Настя. – Я ответила на ваши вопросы. Скажите, в чём ошибка!
– Ты разболталась и забыла, что такое дисциплина! – зло сказала учительница и застыла.
Девочка поняла, что добьётся справедливой оценки только через директора. Что-то доказывать этой заразе бесполезно, а скандалить и давать пищу для пересудов не хотелось. Подчинённая магией женщина поставила пятёрку и ушла с подчищенной памятью, а Настя тоже поспешила уйти, потому что оба оставшихся экзамена ей назначили после окончания занятий. Она считала себя правой, но вместо радости чувствовала гадливость. Вроде поставила сама себе незаслуженно завышенную оценку. Вот ведь стерва!
Взвинченное настроение привело к тому, что она чуть не попала под машину. Водитель нарушил правила, а она не обратила внимания на проскочившую перекрёсток иномарку. Он успел затормозить, приоткрыл дверцу и принялся материть Настю, не стесняясь в выражениях. Если бы он назвал дурой, девочка выслушала бы и ушла. Неприятно, но заслужила. Но эта орущая непристойности жирная сволочь взбесила. Толстяк заткнулся, захлопнул дверцу и, рванув с места машину, направил её на ближайший столб. Она уже привычно почистила память выскочившему из помятой машины хаму и пошла своей дорогой. Расправа не улучшила настроения, почему-то стало тяжелей.
«Раш, что со мной? – спросила Настя. – Почему всё так противно и хочется плакать?»
«Нервное истощение, – ответил браслет. – Много стрессов в мире Вероны, и очень большой объём знаний, который я в тебя втиснул. К этому добавилась подготовка к экзаменам и твоя прогулка на войну. Пока всё шло прекрасно, ты не замечала усталости, но достаточно было не выспаться, а потом получить несправедливую оценку, чтобы это проявилось. Возьми себя в руки или примени одно из трёх общих медицинских заклинаний. Скоро сдашь экзамены и можно будет отдохнуть. У тебя есть для этого весь мир, а не только тот островок, за который ты уцепилась. Не помешает только разжиться валютой. Как ты думаешь, для чего тебе разрешили вернуться и не отобрали перстни и меня?»
«Думать можно что угодно! – сердито ответила девочка. – Я не залезу в голову вашей Вероны!»
«А ты не кипятись, а вспомни, что она говорила. И ты сама сказала об этом родителям. Конечно, богиня не только развлекается, но и это тоже. Очень ей интересно смотреть на то, как ты сдаёшь свои экзамены? В том мире ты смогла тряхнуть одно королевство, в этом можешь тряхнуть его весь!»
«Наш мир опасно трясти, – сказала она. – И потом как бы меня саму не тряхнули. Думаешь, это так трудно?»
«А это как ты себя поведёшь, – возразил Раш. – Можно сделать так, что с тобой побоятся связываться. Я ведь вобрал в себя не только твою память, но и часть личности, поэтому ты для меня как прозрачное стекло. Ты сама не хочешь прожить тихую и благополучную жизнь, иначе вела бы себя по-другому. А если хочешь жить ярко, придётся рисковать! Только риск должен быть не дурной, а продуманный!»
«Ты не браслет, а демон-искуситель, – улыбнулась Настя. – Чёрт, Сашка!»
Заболтавшись с браслетом, она не заметила стоявшего возле дома мальчишку. Он увидел её, поэтому отводить глаза было поздно, а подчинять одноклассников не хотелось.
– Привет! – сказал Дроздов, подходя к Насте. – Что остановилась? Не из-за меня?
– Оказался самым хитрым? Зря вы, Саша, меня караулите. Если бы я хотела с кем-нибудь общаться, я от вас не бегала бы.
– А что случилось? – с обидой спросил он. – Что со мной не так? Я ведь знаю, что тебе нравился. Мне сказала Наташка, но это и так было видно.
– С вами всё так, не так со мной, – ответила она. – Отойдём с дороги к домам, а то здесь часто ездят. Ты хочешь узнать причину, но мой ответ тебя обидит.
– Пусть будет обида, – не согласился он, – незнание хуже.
– Как хочешь. Я попала в переделку и пришлось срочно взрослеть. Это не то, о чём ты подумал. А теперь мне с вами неинтересно. Чтобы была дружба, должна быть общность интересов, а у нас нет ничего общего. Я ведь и в класс не вернусь. Подумай сам, какой мне смысл сидеть с вами год, если я за это время сдам экстернат за три класса. Только для того, чтобы с кем-то обмениваться записками и гулять на переменах? У меня сейчас будет такая жизнь, в которой ни для кого из вас нет места. Как тебе объяснить, чтобы было меньше обиды... Вот у тебя есть младший брат. Ты его любишь и иногда с ним возишься. А смог бы ты с ним дружить? И не тогда, когда он вырастет, а сейчас.
– Ты повзрослела, – согласился он, – и способности появились такие, что все завидуют. Я понял насчёт дружбы, но если есть чувства...
– Чувства без дружбы – это... В общем, сам должен понимать! А меня уже достали малолетние поклонники! У тебя есть чувства, но их нет у меня! Не ходи за мной и передай это же мальчишкам. Вот не хотела я с вами говорить!
Она вошла во двор, оставив за спиной не только обиженного мальчишку, но и детство, которое только что от себя оторвала. Будь прокляты все боги и богини с их проверками!
Глава 10
– И сколько вы у меня погостите? – поинтересовался открывший им дверь Сергей Алексеевич.
– В принципе, можем задержаться до семи, – ответила, снимавшая куртку Настя.
– А если без принципа? Спрашиваю для того, чтобы спланировать одно мероприятие.
– Я не знаю, чем здесь заниматься, кроме общения с тобой, – сказала девочка. – Летом можно было бы походить по паркам или съездить в ваш зоопарк, а сейчас... Холодно и сверху капает – куда идти в такую погоду? А развлекательные центры с аттракционами могут быть интересными Оле, а не мне. И у нас их хватает, были бы деньги. Есть выставки, куда можно сходить, но это неинтересно Оле.
– Есть аквапарки и океанариум, – предложил он.
– Дед, у меня куча коралловых островов, – засмеялась Настя. – Пока была только на одном, но он очень неудобный из-за разницы во времени. Сейчас там ночь. Но я найду другой. Это гораздо лучше любого аквапарка, а если погрузиться в сфере, то будет и океанариум.
– Как ты рискуешь! – воскликнул он. – А если акула?
– И это учёный! – опять засмеялась девочка. – Правильно говорят, что страх за близких отшибает разум. Какие акулы в закрытой коралловой лагуне? И не людям нужно бояться акул, а наоборот. Я не знаю общей статистики, но в США за год от акул погибает только один человек, а люди за это же время убивают сто миллионов акул!
– Всё равно одной это очень рискованно.
– Я могу перевезти туда семью, но тогда мать с Танькой узнают обо всех моих возможностях.
– Может, не нужно от них таиться? Тебе будет легче меня навещать и не нужно врать.
– Я посоветуюсь с отцом, – ответила Настя. – Давай подумаем о том, чем нам здесь заняться. О каком мероприятии ты говорил?
– А когда будут пирожные? – спросила Оля. – Давайте сядем за стол, а потом будете говорить.
– Да, заговорились! – засуетился Сергей Алексеевич. – Сейчас всё поставлю. Вы будете пить кофе или чай?
– Мне ничего не надо, – отказалась Настя. – Обслужи этих обжор, а я пока подожду в гостиной.
Девочка устроилась на огромном старом диване, покрытом слегка потёртыми волчьими шкурами, и подождала, когда он освободится.
– Я играла хвостами этих шкур, когда была маленькая и мы приезжали к вам в Москву, – с грустью сказала она севшему в кресло старику. – Не скажешь, сколько лет этому дивану?
– Много, – усмехнулся дед. – Раритетная вещь. Жена рвалась поменять, а меня он устраивает. Умру – выбросите. Не скажешь, откуда такая ностальгия по прошлому в столь юном возрасте?
– Давай лучше перейдём к твоему мероприятию, – ушла от ответа Настя. – Это не знакомства, о которых ты говорил?
– В том числе, но для меня главное, чтобы ты вылечила одного человека. У сына моего друга саркома, а ему нет тридцати. Два года назад женился, жена на пятом месяце беременности, а тут такое... Он уже перепробовал всё и один раз оперировался, но получил только отсрочку. Ты можешь такое вылечить?
– Я не знаю, – встревожилась она. – Как бы это лечение не вышло мне боком! И я не уверена в том, что у меня что-то получится. Обнадёживать...
– Успокойся, никто об этом не узнает, – сказал Сергей Алексеевич. – Соберёмся у друга, пообщаемся, а ты в это время полечишь. Тебе ведь необязательно это показывать?
– Никто не увидит, – ответила она, – дело не в этом. Магическая медицина – это очень сложная наука. Большинство магов её не изучает, а в курсе для Академии были только три общих заклинания. Выучить можно и остальные, толку-то! Самое сложное – это диагностика и разработка курса лечения для каждого больного. Для магов-медиков нет таких болезней, как ангина или гастрит, они классифицируют заболевания по магическим зонам и на них воздействуют. Вылечить могут всё, но только при грамотном подходе. Нахватавшийся заклинаний самоучка угробит быстрее болезни. А мои заклинания считают человека одной зоной и воздействуют на всё тело. Для их применения не нужно опыта, но и толку гораздо меньше. Если выполнить все три, эффект усилится. Для их выполнения мне нужен час, вряд ли сын твоего друга просидит столько на одном месте, да ещё отдельно от других. Это необязательно, но, если он будет мотаться по квартире или сидеть в компании, я зацеплю всех. Не поднимут они после этого шум? Вот Раш советует с этим не связываться.
– Твой браслет? Жаль, я на тебя очень рассчитывал. Замечательный человек и прекрасный учёный! Ладно, забудь о лечении. Я приглашу всех, кроме него.
– Как ты пригласишь? – не поняла Настя. – Ты же сказал, что сборище будет у твоего друга.
– Сборище! Слово-то какое нашла. У друга квартира побольше моей и помимо жены есть домработница. Я скажу, кого хотел бы увидеть, и он всё устроит. Там будут наш ректор и несколько зубров от науки. Конечно, кто-нибудь может не прийти, но такое бывает редко. Его сын живёт отдельно и вряд ли приедет к отцу, если не пригласить.
– Ладно, – согласилась девочка, – рискну, но только один раз. Скажи, дед, твои зубры знают какие-нибудь языки, кроме английского?
– Самохин и Ляхов знают французский, а Брагинский – испанский, – ответил он. – А для чего это тебе? Ты же вроде знаешь все языки. Хочешь блеснуть талантами?
– Можно и блеснуть, – согласилась она, – но я спросила не поэтому. Понимаешь, может, я и знаю все языки, но не могу вспомнить ни одного, пока не услышу. С английским было просто, потому что я его хоть как-то знала, а вот на украинском заговорила только после того, как услышала разговор.
– Давай проверим, – предложил дед и перешёл на французский: – Понимаешь, что я говорю?
– Странное ощущение, – по-французски сказала Настя. – Я не знала ни одного слова, но стоило тебе заговорить, как сразу всё стало ясным и понятным. Можешь попросить своего испанца сказать несколько слов?
– Конечно, – ответил старик, – а для чего тебе? Если возникнет необходимость, и с тобой заговорят...
– Не знаю, когда она возникнет, но теперь могу любого обучить французскому за несколько дней. Таньке не помешает знать несколько языков, да и Оле тоже. Я ведь и русскому учила её магией.
– Полезная способность, – сказал он, – не помню, чтобы ты о ней рассказывала. Многого я о тебе не знаю? Ладно, на этот вопрос можешь не отвечать, ответь на другой. Чем думаешь заняться? Ты ведь не собираешься сидеть в школе четыре года?
– Я думаю закончить школу за год, – ответила Настя, – а дальше пока тёмный лес. Дед, твоим пирожным пришёл конец, и сейчас нужно будет уделять внимание внучке. Давай я оставлю её здесь, а сама вернусь домой. У нас теплей и нет дождя, а по Москве ещё поброжу. Отец дома, поэтому я прямо сейчас с ним поговорю. Как он скажет, так и сделаю. Есть и другие дела. Скажи, когда мне подскочить.
– В выходные мы собираемся к четырём, а ты приходи на час раньше. Успеешь переделать свои дела?
– Успею. У тебя есть какой-нибудь большой цветок, чтобы поставить на подоконник? Тогда я влетала бы сюда со двора.
– Я раздал цветы, – виновато ответил он. – Это у Вали они цвели, а у меня стали вянуть. Может, подойдёт вентилятор? Он достаточно большой.
Дед собрался куда-то везти Олю, а Марку включил компьютер, поэтому домовой решил пока остаться и Настя улетела одна.
– Что так рано? – спросила встретившая в гостиной мать. – И куда дела Олю?
– Я ненадолго, – ответила она. – Где папа?
– Я отобрала у него телевизор, поэтому читает в нашей комнате.
Отец читал журнал «Полиция России» и тоже удивился раннему возвращению.
– Твой дед купил мало пирожных? – пошутил он. – Или уже надоела Москва?
– В ней сейчас холодно и дождь, – ответила Настя. – В казино меня не пустят, а больше там делать нечего. Папа, отвлекись от журнала, надо поговорить. Понимаешь, у меня была мечта побывать на коралловом острове...
– Надо полагать, что ты втихаря её осуществила. И когда это было?
– Несколько дней назад. Но там нет людей и вообще ничего опасного. И остров совсем маленький, а возле берега...
– А почему пришла с этим сейчас? – перебил он оправдания. – Есть причина?
– Дед узнал и сказал, что одной опасно, и вообще... Я ведь могу отвезти туда всех. Не сразу, а в три приёма. Только во всё нужно посвятить маму с Таней. Вот я и подумала...
