Попробуйте наделать такие латы на всю армию. Сколько на это потребуется лет? Десять? Двадцать? А денег? Второе, о чём я думал, – это зажигательные смеси. Здесь тоже были свои сложности. Прежде всего нужна нефть. Здесь её знали и даже добывали в небольших количествах вместе с битумом. Однако добыть нефть – это даже не полдела. Какие горючие смеси я знаю? Для коктейля Молотова нужны спирт и бензин. Делать перегонку нефти и дистиллятор, а потом ещё нечто вроде огнемёта? Теоретически возможно, практически – пуп надорву. А для греческого огня нужны сера и селитра. Но если они у меня будут, то куда легче сделать чёрный порох. И возни с ним меньше. Я уже узнал, что вещество, по свойствам похожее на серу, добывают и используют при лечении кожных и некоторых других болезней. Берут кувшин с небольшим отверстием в днище, и засыпают его землёй, в которой много серы. Сосуд начинают нагревать, и расплавленная сера вытекает в подставленную внизу ёмкость. Потом её размалывают в порошок и продают аптекарям. Древесный уголь для пороха получить несложно, а нужный сорт древесины можно подобрать опытным путем. А вот селитра была проблемой. Её нужно было много и быстро. Лучше всего найти пещеры, в которых обитали летучие мыши. Я боялся, что их не будет в этом мире. При внешней схожести многих растений и животных, иные разительно отличались, а некоторых не было вообще. Но к счастью, были в местных горах и пещеры, и жившие в них летучие мыши, причём, как мне сказали, в огромных количествах. Я собирался сразу после сезона дождей устроить экспедицию в горы и посмотреть на месте, а если повезёт, сделать запас селитры. Я не питал иллюзий насчёт создания огнестрельного оружия. Местные мастеровые смогли бы изготовить ружьё с фитильным или даже кремниевым запалом, но дальность стрельбы и скорость перезарядки такого оружия были бы не лучше, чем у арбалета, зато стоило бы оно очень дорого. И для чего тогда возиться? Пушки давали большие преимущества, но требовали огромных затрат. Я думал использовать порох иначе. Китайцы чёрт-те когда применяли нечто вроде ручных гранат. Гранаты я оставил на будущее, а сейчас хотел сделать основной упор на пороховые бомбы, начинённые металлоломом, которые запускались бы в противника с помощью катапульт. Это стало бы страшным оружием. Даже одна удачно выпущенная бомба могла разогнать крупный отряд кавалерии. Попробуйте управлять обезумевшей от страха лошадью! Фитили неудобны для использования бомб, нужны детонаторы, которые подрывали бы заряд при ударе о землю. Самым простым было бы использовать гремучую ртуть. Из прочитанных книг я знал, что для производства нужны сама ртуть, азотная кислота и спирт. К сожалению, подробностей того, как её сделать, в книге не было, указывалось только, что процесс очень опасный и чреват взрывом. Проблемой было то, что в этом мире не было придурков, пытавшихся химическим путем создать золото из других веществ. Заменой отсутствующим алхимикам могли стать аптекари, которые единственные здесь занимались тем, что с большой натяжкой можно было назвать химией. Были ещё красильщики, но они подходили мне ещё меньше. Я не собирался сразу хвататься за производство пороха и первым нести в этот мир такое страшное оружие, но подготовиться нужно было заранее. Если не заниматься этим сейчас, то потом я ничего не успею сделать. Поэтому хотел создать в подвалах моего замка большие запасы серы и селитры, опробовать процесс производства пороха и решить вопрос с детонаторами. Я сомневался в том, что остальные игроки смогут придумать что-то другое. Вряд ли кто-нибудь из них дойдёт до использования отравляющих газов или бактериологической войны, поэтому и инструкцию писал для обнаружения таких, как я, по тем действиям, которые собирался предпринять сам.
Пока не начало темнеть, решил ближе познакомиться с новым капитаном, а заодно договориться с ним о тренировках и взять охранение для поездки в особняк. Рука уже не болела, и я думал приступить к обучению с завтрашнего дня, а свою инструкцию хотел отдать как можно раньше из-за грозившей установиться непогоды. Может, у Маркуса получится отправить до дождей хоть кого-то. Свен Маршан встретил меня настороженно и отказал и в тренировках, и в эскорте, причём даже не пытаясь скрывать своего пренебрежительного отношения.
– В связи с попыткой переворота у гвардии сейчас много других забот, – ответил он, насмешливо глядя мне в глаза, – поэтому ничем не могу вам помочь, милорд.
– Вы всего лишь барон? – спросил я, соображая, чем вызвано его неприкрытое хамство. – Не герцог? Я точно понял мажордома?
– Какое это имеет значение? – Его напускная весёлость разом исчезла, уступив место откровенной неприязни.
– Самое прямое. – На этот раз насмешка сквозила уже в моём голосе. – Хамите не по чину. Для вас я не милорд, а ваше высочество. Милордом я разрешил называть себя вашим подчинённым, а не вам.
– Брачный титул!
– Вот что вам не нравится. Я и без этого титула выше вас по положению. Делафер были графами больше шести столетий назад, когда ваши предки пасли гусей. Ваша наглость должна иметь объяснение, и не сами вы отказываете мне в услугах гвардии. Так приказал король?
Он не ответил, но я уже не нуждался в ответах.
– Ладно, обойдусь без вашей помощи, – сказал я. – А вы всё-таки подумали бы своей головой. Иногда такое бывает полезным. Его величество не хочет жениться вторично, и единственной наследницей трона является одна из моих жён. И что в таком случае ожидает вас? Впрочем, вы мне уже неинтересны.
– Что так быстро? – спросила меня Лана. – Ты же собирался в особняк.
– Я и поеду, но сначала хотел поговорить с вами. Король отказал мне в услугах гвардии. Новый капитан открыто хамил, даже не пытаясь как-то мотивировать свой отказ. Твой отец явно хочет подмять меня под себя и лишить самостоятельности. Меня не устраивает это по многим причинам.
– И что думаешь делать? – спросила Алина.
– Завтра сообщу ему, что вместе с семьёй покидаю дворец и поблагодарю за гостеприимство. Весь высший свет воспримет это, как плевок в сторону его величества, и будет прав. А чтобы это заявление не было голословным, сегодня же сниму деньги у Креджей и отдам на хранение ордену с просьбой подыскать для нас в городе достойное жильё. Так будет надёжней, потому что король имеет право арестовать наши счёта в банке и, чтобы я не выделывался, может им воспользоваться.
– Завтра я сама с ним поговорю! – прошипела Лана. – Я имею право на выплаты из казны, но не получила ни одной монеты!
– А вот тебе пока не нужно встревать, – остановил я, – иначе это будет скандал в благородном семействе. Обещаю, что передам ему твои претензии.
– Так ты собрался ехать без эскорта! – дошло до Алины.
– Ничего страшного. Улицы уже опустели, и на Звере я туда мигом домчусь, а обратно доставят братья. Только вы зря не волнуйтесь из-за задержки, мне ещё ехать в банк.
– Ты чего это на ночь глядя? – удивился Маркус, увидев меня на пороге своего кабинета.
– Возьми инструкцию и распоряжение для Лардока, – я положил ему на стол два листа. – Сам писал и только две кляксы. У тебя есть свободные люди?
– Если быстро, то десяток могу найти прямо сейчас, а если подождёшь, то соберу и полсотни. Зачем они тебе?
– Его величество решил испытать меня на прочность, а мне не хочется терять самостоятельность, я уже успел к ней привыкнуть. Поэтому хочу пустить кровь банку Креджей и забрать у них все сбережения, которые лежат в столичном отделении. Это нужно для покупки дома, а также для того, чтобы король не наложил на них руку. Пусть пока побудут у вас. Заодно завтра подыщите приличный особняк, куда я мог бы переехать с семьёй, но пока не покупайте. Есть у меня подозрение, что король может пойти на уступки. Родная дочь и единственная наследница уходит из дома – это же позор!
– Да, такого он от вас точно не ожидает, – согласился Маркус. – А особняк мы подыщем, король ведь может и упереться. Завтра же, пока с неба не льёт, купим сотню лошадей и перегоним в твоё графство. Заодно надо купить и корм для них и перебросить в замок часть людей, пусть начинают там обустраиваться.
В банкирском доме меня явно не ждали. Наверное, они уже подумывали о том, чтобы на сегодня его закрыть.
– Я хочу узнать, сколько у меня здесь денег, – сказал я стоявшему за конторкой работнику, передавая ему лист своего счёта.
Два вооружённых до зубов охранника подозрительно уставились на сопровождающих меня братьев. Клерк немного покопался в бумагах, после чего озвучил итоговые цифры:
– На этом счёте одна тысяча пятьсот тридцать золотых.
– Значит, я забираю полторы тысячи, а тридцать пусть там полежат.
– Извините, но я не распоряжаюсь такими суммами! – отказал вспотевший работник, а охранники разом напряглись и ухватились за рукоятки мечей.
– А вам и не надо, – любезно улыбнулся я. – Своими суммами я распоряжаюсь сам, ваша задача – мне их выдать. А если не можете сделать этого сами, позовите того, кто может. Я могу и подождать, только недолго.
Служащий поспешил уйти, и вскоре я имел удовольствие беседовать с одним из членов семьи Креджей.
– Мариус Кредж, – представился он. – Мне сказали, что вы, ваше высочество, собираетесь закрыть у нас свой счёт.
– Я подумаю об этом, если мне немедленно не выдадут моих денег. Пока же я только хочу снять часть своих средств. На этом же счёте в Росвеле лежит больше тысячи монет.
– Не извольте беспокоиться, – заверил он, – деньги уже считают. У нас всё делается быстро, так что мы вас не задержим. Соблаговолите поставить здесь свою подпись.
Я расписался и минут через пять покинул банк, предоставив братьям нести золото. Мы вскочили на лошадей и в сопровождении остальных охранников, которые дожидались нас во дворе банка, понеслись к особняку. Улицы полностью опустели, и можно было гнать лошадей без риска кого-нибудь сбить. Добрались без происшествий, оставили золото казначею ордена и в том же составе выехали к королевскому дворцу. Вскоре я уже был дома.
– Наконец-то! – Алина подошла ко мне и поцеловала в губы. – Мы уже начали волноваться.
– Да, теперь тебе нужно нас утешать, – добавила младшая, тоже прикладываясь к моим губам. – И утешать будешь долго. Если ездишь верхом, значит, рука уже зажила.
– Куда я от вас денусь! – я взял её на руки и начал целовать сам. – Хочешь, прямо сейчас начну расплачиваться?
– Хочу!
– Подожди, – остановила её Алина. – Пусть сначала поужинает, а то его хватит на одни поцелуи. Деньги снял?
– И деньги снял, – сказал я, ставя недовольную Лану на пол, – и дом Маркус подберёт, но пока не будет покупать.
– А чем мы располагаем?
– Полторы тысячи я снял сейчас, ещё тысяча лежит в Расвеле, и триста пятьдесят в банке Мороев плюс сумка с драгоценностями, которую я вам оставлял. Что с ней, кстати?
– Стоит в шкафу. Мы с Ланой отобрали что понравилось. Немного, примерно треть. Остальное можно отдать Маркусу на нужды ордена. Я думаю, что нам теперь часто придётся пользоваться его услугами.
– Перед тем как отдавать, я ещё пороюсь! – сказала Лана.
– А что тогда останется на отдачу? – рассмеялся я. – Не думал, что принцессы такие барахольщицы! Бери пример со старшей.
– За такие слова я тебя покусаю!
– Сначала поужинаем, а потом кусай, – разрешил я. – Ты сейчас голодная, отгрызёшь что-нибудь от мужа, сама потом будешь жалеть!
– Ах ты!
Одним словом, мы не стали ждать ужина, но никто об этом не жалел, кроме Лины. Кажется, слуга стучал в дверь, но не дождался ответа. Ларша осуждающе посмотрела на кутерьму на кровати и ушла спать в гостиную.
Видимо, капитан доложил королю о нашем с ним разговоре, потому что Игнар, придя на завтрак, посмотрел на меня с нескрываемым любопытством, ожидая, какой будет ответная реакция на унижение. Я, как обычно, с ним поздоровался и больше за завтраком не разговаривал. Когда Игнар поднялся, оповещая тем самым о конце застолья, я к нему обратился:
– Ваше величество, вы можете уделить мне немного времени? Мне надо с вами поговорить, можно даже по пути к вашему кабинету.
На его лице мелькнула довольная улыбка, почти тотчас сменившаяся высокомерным выражением.
– О чём разговор? Мне сейчас недосуг заниматься делами.
– Нет так нет, – сказал я. – Не хотелось быть невежливым и уехать, не поблагодарив за гостеприимство.
От неожиданности он даже сбился с шага.
– Как это уехать? Ты в своём уме?
– А что в этом такого? Нам у вас не нравится и есть возможность лучше устроиться, так почему бы ею не воспользоваться?
– Обиделся?
– На вас? На королей не обижаются, но я не намерен терпеть хамство от ваших холуев. Я вынужден беспокоиться о своей безопасности и о безопасности семьи, а мне отказывают в охране. Нужно заводить свою гвардию? Я могу, только боюсь, что у вас будут возражения.
– А если я арестую твои счета?
– А на каком основании? Впрочем, я такое предвидел и вчера снял с них почти все деньги. Дом для нас уже нашли, так что как-нибудь проживём.
– Я не позволю тебе подвергать опасности мою дочь!
– Там она будет подвергаться опасности меньше, чем здесь. У меня есть свой орден, в котором три сотни классных бойцов – это больше, чем вся ваша гвардия. И без охраны её не оставят.
– Чего ты хочешь?
– Вообще-то, я уже сказал, что хочу уехать.
– На каких условиях ты согласен остаться?
– Замена капитана гвардии на вменяемого человека. Естественно, должны быть сняты все ограничения. И ещё одно. Лана обижалась на то, что ей, в отличие от брата, не выплачено из казны ни монеты.
– Тебе и так выдали пять тысяч!
– Из которых я ничего не взял, и вы это знаете. Всё ушло на дело, которым вы сами обязали меня заняться.
– Хитёр! Я даю ему деньги и особняк, а он, используя всё это, создаёт себе орден!
– Я вложил немало своих денег и предоставил ордену замок в качестве постоянной базы. Я член вашей семьи, и орден служит в первую очередь её интересам. Вы должны нас поддерживать, а не ставить палки в колёса!
– Я уже должен?
– А вы как думали? Конечно, вы нам должны как отец, глава семьи и правитель королевства! Или вы, как некоторые сопляки, уверены в том, что король сам по себе и ни за что не должен отвечать?
– Тебе сейчас отдать корону?
– Перебьюсь, носите её сами. Только решите для себя, прав я был или нет, меняя жизнь вашего сына на вашу! Если неправ, то готов принять наказание, а если прав, то оставьте придирки и мелочную месть и извольте не мешать, а помогать, мне и без того нелегко.
– Останетесь здесь, – припечатал Игнар, – а я подумаю над твоими словами.
– Мы планируем сегодня поездку к родственникам моей старшей, но до особняка придётся добираться без охраны.
– Будет охрана. Когда вы намерены выехать?
Пока не начало темнеть, решил ближе познакомиться с новым капитаном, а заодно договориться с ним о тренировках и взять охранение для поездки в особняк. Рука уже не болела, и я думал приступить к обучению с завтрашнего дня, а свою инструкцию хотел отдать как можно раньше из-за грозившей установиться непогоды. Может, у Маркуса получится отправить до дождей хоть кого-то. Свен Маршан встретил меня настороженно и отказал и в тренировках, и в эскорте, причём даже не пытаясь скрывать своего пренебрежительного отношения.
– В связи с попыткой переворота у гвардии сейчас много других забот, – ответил он, насмешливо глядя мне в глаза, – поэтому ничем не могу вам помочь, милорд.
– Вы всего лишь барон? – спросил я, соображая, чем вызвано его неприкрытое хамство. – Не герцог? Я точно понял мажордома?
– Какое это имеет значение? – Его напускная весёлость разом исчезла, уступив место откровенной неприязни.
– Самое прямое. – На этот раз насмешка сквозила уже в моём голосе. – Хамите не по чину. Для вас я не милорд, а ваше высочество. Милордом я разрешил называть себя вашим подчинённым, а не вам.
– Брачный титул!
– Вот что вам не нравится. Я и без этого титула выше вас по положению. Делафер были графами больше шести столетий назад, когда ваши предки пасли гусей. Ваша наглость должна иметь объяснение, и не сами вы отказываете мне в услугах гвардии. Так приказал король?
Он не ответил, но я уже не нуждался в ответах.
– Ладно, обойдусь без вашей помощи, – сказал я. – А вы всё-таки подумали бы своей головой. Иногда такое бывает полезным. Его величество не хочет жениться вторично, и единственной наследницей трона является одна из моих жён. И что в таком случае ожидает вас? Впрочем, вы мне уже неинтересны.
– Что так быстро? – спросила меня Лана. – Ты же собирался в особняк.
– Я и поеду, но сначала хотел поговорить с вами. Король отказал мне в услугах гвардии. Новый капитан открыто хамил, даже не пытаясь как-то мотивировать свой отказ. Твой отец явно хочет подмять меня под себя и лишить самостоятельности. Меня не устраивает это по многим причинам.
– И что думаешь делать? – спросила Алина.
– Завтра сообщу ему, что вместе с семьёй покидаю дворец и поблагодарю за гостеприимство. Весь высший свет воспримет это, как плевок в сторону его величества, и будет прав. А чтобы это заявление не было голословным, сегодня же сниму деньги у Креджей и отдам на хранение ордену с просьбой подыскать для нас в городе достойное жильё. Так будет надёжней, потому что король имеет право арестовать наши счёта в банке и, чтобы я не выделывался, может им воспользоваться.
– Завтра я сама с ним поговорю! – прошипела Лана. – Я имею право на выплаты из казны, но не получила ни одной монеты!
– А вот тебе пока не нужно встревать, – остановил я, – иначе это будет скандал в благородном семействе. Обещаю, что передам ему твои претензии.
– Так ты собрался ехать без эскорта! – дошло до Алины.
– Ничего страшного. Улицы уже опустели, и на Звере я туда мигом домчусь, а обратно доставят братья. Только вы зря не волнуйтесь из-за задержки, мне ещё ехать в банк.
– Ты чего это на ночь глядя? – удивился Маркус, увидев меня на пороге своего кабинета.
– Возьми инструкцию и распоряжение для Лардока, – я положил ему на стол два листа. – Сам писал и только две кляксы. У тебя есть свободные люди?
– Если быстро, то десяток могу найти прямо сейчас, а если подождёшь, то соберу и полсотни. Зачем они тебе?
– Его величество решил испытать меня на прочность, а мне не хочется терять самостоятельность, я уже успел к ней привыкнуть. Поэтому хочу пустить кровь банку Креджей и забрать у них все сбережения, которые лежат в столичном отделении. Это нужно для покупки дома, а также для того, чтобы король не наложил на них руку. Пусть пока побудут у вас. Заодно завтра подыщите приличный особняк, куда я мог бы переехать с семьёй, но пока не покупайте. Есть у меня подозрение, что король может пойти на уступки. Родная дочь и единственная наследница уходит из дома – это же позор!
– Да, такого он от вас точно не ожидает, – согласился Маркус. – А особняк мы подыщем, король ведь может и упереться. Завтра же, пока с неба не льёт, купим сотню лошадей и перегоним в твоё графство. Заодно надо купить и корм для них и перебросить в замок часть людей, пусть начинают там обустраиваться.
В банкирском доме меня явно не ждали. Наверное, они уже подумывали о том, чтобы на сегодня его закрыть.
– Я хочу узнать, сколько у меня здесь денег, – сказал я стоявшему за конторкой работнику, передавая ему лист своего счёта.
Два вооружённых до зубов охранника подозрительно уставились на сопровождающих меня братьев. Клерк немного покопался в бумагах, после чего озвучил итоговые цифры:
– На этом счёте одна тысяча пятьсот тридцать золотых.
– Значит, я забираю полторы тысячи, а тридцать пусть там полежат.
– Извините, но я не распоряжаюсь такими суммами! – отказал вспотевший работник, а охранники разом напряглись и ухватились за рукоятки мечей.
– А вам и не надо, – любезно улыбнулся я. – Своими суммами я распоряжаюсь сам, ваша задача – мне их выдать. А если не можете сделать этого сами, позовите того, кто может. Я могу и подождать, только недолго.
Служащий поспешил уйти, и вскоре я имел удовольствие беседовать с одним из членов семьи Креджей.
– Мариус Кредж, – представился он. – Мне сказали, что вы, ваше высочество, собираетесь закрыть у нас свой счёт.
– Я подумаю об этом, если мне немедленно не выдадут моих денег. Пока же я только хочу снять часть своих средств. На этом же счёте в Росвеле лежит больше тысячи монет.
– Не извольте беспокоиться, – заверил он, – деньги уже считают. У нас всё делается быстро, так что мы вас не задержим. Соблаговолите поставить здесь свою подпись.
Я расписался и минут через пять покинул банк, предоставив братьям нести золото. Мы вскочили на лошадей и в сопровождении остальных охранников, которые дожидались нас во дворе банка, понеслись к особняку. Улицы полностью опустели, и можно было гнать лошадей без риска кого-нибудь сбить. Добрались без происшествий, оставили золото казначею ордена и в том же составе выехали к королевскому дворцу. Вскоре я уже был дома.
– Наконец-то! – Алина подошла ко мне и поцеловала в губы. – Мы уже начали волноваться.
– Да, теперь тебе нужно нас утешать, – добавила младшая, тоже прикладываясь к моим губам. – И утешать будешь долго. Если ездишь верхом, значит, рука уже зажила.
– Куда я от вас денусь! – я взял её на руки и начал целовать сам. – Хочешь, прямо сейчас начну расплачиваться?
– Хочу!
– Подожди, – остановила её Алина. – Пусть сначала поужинает, а то его хватит на одни поцелуи. Деньги снял?
– И деньги снял, – сказал я, ставя недовольную Лану на пол, – и дом Маркус подберёт, но пока не будет покупать.
– А чем мы располагаем?
– Полторы тысячи я снял сейчас, ещё тысяча лежит в Расвеле, и триста пятьдесят в банке Мороев плюс сумка с драгоценностями, которую я вам оставлял. Что с ней, кстати?
– Стоит в шкафу. Мы с Ланой отобрали что понравилось. Немного, примерно треть. Остальное можно отдать Маркусу на нужды ордена. Я думаю, что нам теперь часто придётся пользоваться его услугами.
– Перед тем как отдавать, я ещё пороюсь! – сказала Лана.
– А что тогда останется на отдачу? – рассмеялся я. – Не думал, что принцессы такие барахольщицы! Бери пример со старшей.
– За такие слова я тебя покусаю!
– Сначала поужинаем, а потом кусай, – разрешил я. – Ты сейчас голодная, отгрызёшь что-нибудь от мужа, сама потом будешь жалеть!
– Ах ты!
Одним словом, мы не стали ждать ужина, но никто об этом не жалел, кроме Лины. Кажется, слуга стучал в дверь, но не дождался ответа. Ларша осуждающе посмотрела на кутерьму на кровати и ушла спать в гостиную.
Видимо, капитан доложил королю о нашем с ним разговоре, потому что Игнар, придя на завтрак, посмотрел на меня с нескрываемым любопытством, ожидая, какой будет ответная реакция на унижение. Я, как обычно, с ним поздоровался и больше за завтраком не разговаривал. Когда Игнар поднялся, оповещая тем самым о конце застолья, я к нему обратился:
– Ваше величество, вы можете уделить мне немного времени? Мне надо с вами поговорить, можно даже по пути к вашему кабинету.
На его лице мелькнула довольная улыбка, почти тотчас сменившаяся высокомерным выражением.
– О чём разговор? Мне сейчас недосуг заниматься делами.
– Нет так нет, – сказал я. – Не хотелось быть невежливым и уехать, не поблагодарив за гостеприимство.
От неожиданности он даже сбился с шага.
– Как это уехать? Ты в своём уме?
– А что в этом такого? Нам у вас не нравится и есть возможность лучше устроиться, так почему бы ею не воспользоваться?
– Обиделся?
– На вас? На королей не обижаются, но я не намерен терпеть хамство от ваших холуев. Я вынужден беспокоиться о своей безопасности и о безопасности семьи, а мне отказывают в охране. Нужно заводить свою гвардию? Я могу, только боюсь, что у вас будут возражения.
– А если я арестую твои счета?
– А на каком основании? Впрочем, я такое предвидел и вчера снял с них почти все деньги. Дом для нас уже нашли, так что как-нибудь проживём.
– Я не позволю тебе подвергать опасности мою дочь!
– Там она будет подвергаться опасности меньше, чем здесь. У меня есть свой орден, в котором три сотни классных бойцов – это больше, чем вся ваша гвардия. И без охраны её не оставят.
– Чего ты хочешь?
– Вообще-то, я уже сказал, что хочу уехать.
– На каких условиях ты согласен остаться?
– Замена капитана гвардии на вменяемого человека. Естественно, должны быть сняты все ограничения. И ещё одно. Лана обижалась на то, что ей, в отличие от брата, не выплачено из казны ни монеты.
– Тебе и так выдали пять тысяч!
– Из которых я ничего не взял, и вы это знаете. Всё ушло на дело, которым вы сами обязали меня заняться.
– Хитёр! Я даю ему деньги и особняк, а он, используя всё это, создаёт себе орден!
– Я вложил немало своих денег и предоставил ордену замок в качестве постоянной базы. Я член вашей семьи, и орден служит в первую очередь её интересам. Вы должны нас поддерживать, а не ставить палки в колёса!
– Я уже должен?
– А вы как думали? Конечно, вы нам должны как отец, глава семьи и правитель королевства! Или вы, как некоторые сопляки, уверены в том, что король сам по себе и ни за что не должен отвечать?
– Тебе сейчас отдать корону?
– Перебьюсь, носите её сами. Только решите для себя, прав я был или нет, меняя жизнь вашего сына на вашу! Если неправ, то готов принять наказание, а если прав, то оставьте придирки и мелочную месть и извольте не мешать, а помогать, мне и без того нелегко.
– Останетесь здесь, – припечатал Игнар, – а я подумаю над твоими словами.
– Мы планируем сегодня поездку к родственникам моей старшей, но до особняка придётся добираться без охраны.
– Будет охрана. Когда вы намерены выехать?
