Тщательно натерев неизвестные плоды, она вернулась к дому. Старец сидел на земле, оперевшись о широкий ствол дерева, небольшим ножиком он вырезал из болванки какую-то фигурку.
— В пустой кастрюле будешь варить? — кивнул он в сторону стоявшей у костра посудины.
Нелли хотела возмутиться, но старец уже не смотрел на нее. И, глупо постояв с минуту, она вновь отправилась к ручью.
По указкам старца девушка приготовила похлебку из неизвестных корений, добавив туда разные пряные травы из запасов старика, тщательно выдержав пропорции, которые он назвал. Вкус получился потрясающим, корнеплоды напоминали картофель, с ярким насыщенным ароматом букета трав.
Солнце клонилось к закату, когда Нелли закончила уборку и, потушив костер, зашла в хижину. Старик снова приготовил лечебную смесь и подошел к ней, когда она легла на кровать. Рана вела себя хорошо и быстро затягивалась. Он аккуратно обматывал бинтом тонкую щиколотку.
— Сколько я спала? — осторожно поинтересовалась Нелли.
— Трое суток, — констатировал он.
Нелли ахнула. Она почувствовала благодарность к старику, но вслух ничего не сказала.
Каждый день он приносил еду и заставлял Нелли готовить и убирать. Она уже освоилась в хижине и вокруг, умывалась у ручья, начала различать пряности в его доме. Он дал ей какие-то лохмотья, и она смогла постирать свою одежду.
Старик уходил рано утром и возвращался к вечеру. Он почти все время молчал, даже в те недолгие минуты, когда они вместе сидели у костра. А на ее вопросы часто отвечал лишь сердитым взглядом.
— Этот остров далеко от материка? — допытывалась Нелли.
— Да, — резко отвечал старец, и дальше задавать вопросы становилось бессмысленно.
Следующим вечером девушка не потушила костер полностью и ночью, тихонько выбравшись из хижины и взяв лампаду, отправилась к берегу. Она развела огромный костер на пляже в надежде, что проплывающие суда или кто-то с дрона, ведь может же такое быть, что кто-то отправит сюда дрон, выложила “SOS” на берегу. Усевшись на песок, девушка слушала шум моря и треск огня, пылающего вдоль побережья. Убаюканная этими мерными звуками, она задремала.
— Что ты творишь! Глупая! — старик неуклюже бегал по пляжу и тушил огонь. Нелли, сразу пробудившись, вскочила.
— Стой! — отчаянно закричала она и бросилась отгонять сумасбродного старика. — Прекрати! Это сигнал о помощи!
— О помощи! — вскричал он, отталкивая ее. — Это сигнал для пиратов!
Когда огонь был потушен, Нелли поплелась за стариком обратно в хижину. Она ненавидела этого болвана! Пустоголовый старик просто не хочет отпустить ее! Он прячется здесь и боится жизни!
Весь следующий день и вечер она не вставала с кровати и игнорировала этого слабоумного. На второй вечер, когда он готовил на костре, она, взяв, заготовленную еще днем воду, выплеснула всю ее в костер, затушив его.
— Чтобы пираты не пришли! Вот! Сиди теперь голодным! — и, отшвырнув посудину, Нелли рванула быстрым шагом в лес, думая, что идет к берегу. Но моря все не было, и вскоре она поняла, что заблудилась. Она остановилась и притихла, лес молчал в ответ, ни единого шороха. Страх холодком побежал по телу. Девушка осторожно присела под деревом и, обхватив колени руками, легонько всхлипывая, зашептала:
— Я хочу домой! Я хочу домой!
Утром ее разбудило щебетание птиц, она не слышала такого красивого щебета около хижины. Интересно, далеко ли она ушла? Хотела позвать старика, но поняла, что даже не знает его имени. Не кричать же «старик»!
Он сам нашел ее.
— Идем, — позвал он, оставив ее выходки без комментариев.
Девушка послушно пошла за ним. Она так обрадовалась старику, что не сразу заметила в его руках лук и стрелы.
Они вышли на небольшую поляну, и он жестом указал ей встать рядом с ним. Взглянув по направлению его взора, она увидела самодельную мишень на противоположной стороне поляны. Он поднял лук и натянул тетиву. Вдруг она увидела перед собой не сгорбленного старика, а ловкого, помолодевшего на глазах мужчину.
— Смотри, — проговорил он и спустил тетиву. Выпущенная стрела попала точно в цель. — Теперь ты, — он протянул ей лук.
Нелли неуверенно взялась за гладкое древко лука. Обойдя девушку, он выправил ее спину, заставив расправить плечи, коснулся подбородка, чтобы поднять его, указал, как правильно поставить ноги, и вложил стрелу в ее ладонь. Что есть сил стараясь все сделать без ошибки, Нелли даже перестала чувствовать боль в пальцах, натягивающих тетиву.
— Давай! — скомандовал старик. И, расслабив пальцы, она выстрелила. Стрела улетела куда-то в кусты, и Нелли испугано взглянула на старца.
— Мда, тут придется много работать, — тихо произнес он и вложил в ее руку следующую стрелу.
Нелли, промолчав, лишь судорожно сглотнула.
Пролетело много часов, и только сидя у костра Нелли поняла, как же она устала.
— Прости за мою выходку, — проговорила она, уплетая сытные кусочки мяса и запивая их чистейшей прохладной водой. Сегодня еда казалась особенно вкусной. Не дождавшись ответа, она переключилась на другую тему: — Я даже не спросила, как тебя зовут. Меня Нелли.
— Здесь нет имен, — сказал старик и, немного помедлив, добавил: — Называй меня Лис.
Он поднялся и медленно пошел в хижину, небрежно бросив:
— Завтра встаем рано, выходим перед рассветом.
Спустя несколько часов, зевая и потирая ладонью глаза, Нелли уже осторожно шла за Лисом. Было еще очень темно, но ему не нужен был свет, чтобы ориентироваться. Вскоре он остановился и указал ей сесть на землю.
— Слушай! — тихо проговорил он. — Все звуки!
Нелли послушно села и попыталась сконцентрироваться на звуках. Кроме обычного легкого шелеста листвы и стрекота цикад, ничего различить не получалось. Но вот ухнула какая-то птичка. Что-то легко зашуршало в траве. «Ах, змея!» — испугалась Нелли. Хрустнула ветка. Вскоре стали различимы далекие тихие звуки. Странное надрывное пение не то животного, не то птицы. Еле различимый мерный шум как будто роя мошек.
Вскоре забрезжил рассвет, и пространство вместе с поднимающимся солнцем наполнилось голосами все новых и новых птиц. Она услышала то же красивое пение, что и в ту ночь, когда потерялась в лесу.
— А что это за птичка? — спросила она старика. Но тот шикнул, и Нелли, замолчав, снова сконцентрировалась на звуках.
Спустя несколько часов старик поднялся и снова повел ее на поляну. Еще один день терпеть эти мучения с луком совершенно не хотелось. Стоя с недовольным лицом, она все же усердно выпускала стрелу за стрелой, ни разу так и не попав в цель.
Так продолжалось много дней: медитация, приготовление еды, занятия с луком, сон. Потом к этому добавилось метание ножа. Приходилось многие часы стоять, совершая одни и те же движения снова и снова.
Но старик на этом не успокоился. Теперь они осваивали рыбную ловлю самодельным гарпуном. «Зачем мне вообще это надо?» — начала терять терпение Нелли, простояв несколько часов в воде.
Ничего не получалось. Стрела не летела в цель, нож падал на землю, попасть же в рыбу было вообще невозможно!
— Я устала как собака заниматься этим всем! — выкрикнула она после очередной неудачной попытки. И, отшвырнув гарпун, пошлепала к берегу.
— Тебе повезет, и ты сдохнешь быстро, когда останешься одна! — ехидно бросил ей вслед старец.
— Иди к черту! — выругалась она. — Как же я хочу виски!
Приготовив ужин из пойманной Лисом рыбы, она прибирала у костра, когда тот подошел.
— Самое печальное и опасное — это ученик, из которого ни черта не вышло! — произнес он с высоты своего роста и скрылся в хижине.
На утро Лис не разбудил ее на медитацию. Когда девушка проснулась, его уже не было. Побродив вокруг, она решила отправиться в лес. Стараясь не заблудиться, она долго шла вперед, рассматривая травы и цветы. Она вышла на небольшую поляну, усыпанную кустарником с красивыми плодами, которые источали потрясающий аромат. Нелли присела рядом и прикоснулась к одному, его бархатистая кожица манила, как будто приглашая: «Съешь меня скорее». Не зная, ядовиты ли эти фрукты, она долго сомневалась, стоит ли пробовать. И наконец сорвав один, девушка поднесла его к губам, откусив очень маленький кусочек. Сочный плод, похожий на приторный персик, с переплетающимся вкусом лесных ягод: она почувствовала и малину, и чернику. Отбросив сомнения, девушка съела фрукт полностью. Она была очень голодна и решила, что еще один плод будет не лишним. Налопавшись вдоволь, Нелли поднялась и пошла обратно к хижине. Дорога была незнакомой. Она ошиблась и отправилась в другом направлении?
Вскоре она ощутила легкое головокружение, но не придала этому значения. Джунгли сгущались, еще шаг, и она вышла к живописному водоему. В середине по водной глади плавали лебеди.
— Ух ты! — удивленно вскинула брови Нелли и протянула руку к воде. Зачерпнув в ладонь, она поднесла ее к губам, но выпить так и не удалось, она, пошатнувшись, плюхнулась в приятную прохладную воду. Вынырнув, она решила немного поплавать и потом расположилась около берега, вылезать из прохладной воды не хотелось. Она задремала.
Что-то твердое тыкало ее в плечо, побуждая выйти из забытья. Она пыталась прийти в себя, все тело саднило, как с глубокого похмелья. И еще этот отвратительный запах! Еле разлепив веки, она обнаружила, что сидит в мутной булькающей жиже. Ее замутило. Подняв глаза, она увидела стоявшего на берегу старца, он тыкал ее палкой в плечо.
— Свинья наконец нашла свое место на этом острове? — с отвращением произнес он.
Нелли почувствовала себя гадко. Как она могла пасть так низко? Как она вообще могла сюда попасть? Это же была чистая вода!
Старик шел за ней на большом расстоянии, и когда они дошли до хижины, он крикнул:
— Не смей заходить! Свиньи спят в кустах! — махнул он рукой прочь от дома.
Нелли поплелась к дереву и в изнеможении опустилась на землю. Вскоре из-за хижины показался старик и бросил ее какой-то плод. Она подняла его и начала жевать, не понимая, что это вообще такое, а после снова выключилась.
После сна голова прояснилась. Девушка открыла глаза и осмотрела свое тело и руки, нестерпимую вонь источали ее одежда и кожа. Она поднялась и пошла к ручью, потратив кучу времени, чтобы отмыться, но этот запах все равно преследовал ее. Стоя голой в чистой прохладной воде ручья, она вдруг расплакалась навзрыд. Ей стало так стыдно и противно от себя самой. «Я же не свинья! Что я собой сделала?» — а слезы все текли и текли по щекам.
Тряпье, видимо, придется выбросить и отправиться до хижины нагишом, авось она сможет найти какие-нибудь лохмотья в жилище старика. Он, как назло, сидел около костра, прислонившись к дереву, и что-то вновь вырезал ножом. Незаметно проскользнуть не удалось, и Нелли пришлось пережить удар его презрительного взгляда. Сильно покраснев, она забежала в хижину. Тряпье висело рядом с кроватью; быстро натянув его, она притаилась на постели, не отваживаясь выйти наружу и столкнуться с брезгливым взглядом старика.
«Что же теперь делать? Он, наверное, теперь не будет меня учить. Он вообще не будет со мной разговаривать. Как я здесь выживу?» — размышляла она, и ей стало страшно.
— Ну я и дура, — добавила она самой себе уже вслух.
На следующее утро Лиса снова не было. В хижине она нашла нож для метания и отправилась на поляну. Вспоминая, чему он учил ее, Нелли пробовала вновь и вновь. И о чудо, нож стал попадать в цель, вонзаясь в мягкую древесину! Нелли не видела, как Лис издали спокойно наблюдал за ней.
Он действительно перестал говорить с ней. Но занятия их продолжились. Вот и первая стрела, попавшая ровно в цель, и первая рыбина, пронзенная заостренной и обожженной палкой-копьем.
— Ура! Получается! Получается! — радовалась Нелли. А Лис лишь еле заметно улыбался.
Пришло время и охоты из лука.
— Я не могу. Не могу убивать животных, — тихо произнесла Нелли, но встретив напряженный взгляд старца, не смогла больше ничего возразить. Это было в сто раз сложнее, чем стрелять по неподвижной мишени. Выслеживать мелких зверьков было невероятной задачей, а уж попасть в них стрелой и подавно. Нелли очень старалась. Ее даже начало удивлять, как у нее получается так тихо перемещаться по лесу. Но попасть все никак не получалось. То сильно чесалась голова, то руки, то что-то еще отвлекало ее от охоты.
В одно утро она проснулась после особенно крепкого сна без сновидений и, надевая лохмотья, которые она уже называла одеждой, вдруг ощутила, что что-то не так. Девушка медленно подняла руку, чтобы коснуться головы — там не было волос! В ужасе выскочив из хижины, она помчалась к ручью. В зыбком отражении она наблюдала свой лысый череп. Проводя рукой снова и снова по гладко выбритой коже, она испытывала ярость к несносному старикашке! «А может, они все выпали? — думала она. — Но на постели их не было!»
Вскочив, она понеслась на его поиски.
— Совсем охренел?! — кричала она срывающимся голосом. — За что ты обрезал мои волосы, старый козел?! Почему ты издеваешься надо мной?!
Лис спокойно стоял и как будто даже и не слышал ее криков.
— Глупая девчонка, — помолчав, все же произнес он.
Нелли раскраснелась от злости и, развернувшись, побежала прочь. Разревевшись от бессилия и жалости к себе и своим волосам, она сидела на берегу под палящим солнцем.
Лис вышел к ней на берег и, бросив тряпицу, прикрикнул:
— Надень, а то быстро обгоришь!
Нелли, всхлипывая, подобрала тряпку и прикрыла голову. Еще немного посидев на берегу, она поднялась, решив, что волосы обязательно отрастут.
Шли дни и недели. Нелли освоилась с охотой и рыбной ловлей, знала лечебные и съедобные травы. Ориентировалась в лесу. Лис рассказал ей про плод, который она так неосмотрительно съела в тот злополучный день, перед тем как оказаться в болоте. Он оказался сильным галлюциногеном, но его сок можно было использовать как обезболивающее. А тот плод, что он бросил ей позже из хижины, был противоядием.
Она так увлеклась новыми знаниями, что даже позабыла о своем желании вернуться к цивилизации.
«Интересно, чем сейчас занимается Кейт и Мария? — размышляла она. — Ищут ли они меня или считают погибшей?»
По ее подсчетам, она жила на острове несколько месяцев. Как будто уже целую жизнь. Ей нравилось чувствовать себя уверенной в этом диком лесу, среди экзотических растений и зверей. Лис потихоньку становился более мягким, говорил о животных, обитавших здесь, часто рассуждал о звездах, когда они лежали у костра и вместе смотрели в небо. Рассказывал разные фантастические истории. Нелли считала, что он их придумал сам, но ей было интересно его слушать.
Волосы начали отрастать, и она с усмешкой вспоминала свой гнев. Старик потом, гораздо позднее, объяснил, почему он это сделал. Она подцепила какую-то заразу в том болоте, вот отчего у нее чесалось все тело, особенно волосяной покров на голове — поэтому он сбрил ей волосы.
— Я хочу домой, — в один из вечеров задумчиво и спокойно произнесла Нелли, когда они лежали рядом и смотрели на звезды.
Лис молчал, а затем спросил:
— И что ты там будешь делать?
— Не знаю. Видимо, буду искать новую работу. Наконец найду себе мужчину, — начала размышлять Нелли.
— Ты нисколько не поумнела, — протянул старец.
— Ты постоянно унижаешь меня! — возмутилась Нелли. — Говоришь, что я глупа, а сам торчишь всю жизнь на этом острове и еще называешь себя лисом — олицетворением хитрости и коварства! Ты даже не пытаешься жить среди людей. Что толку в твоей мудрости?
— В пустой кастрюле будешь варить? — кивнул он в сторону стоявшей у костра посудины.
Нелли хотела возмутиться, но старец уже не смотрел на нее. И, глупо постояв с минуту, она вновь отправилась к ручью.
По указкам старца девушка приготовила похлебку из неизвестных корений, добавив туда разные пряные травы из запасов старика, тщательно выдержав пропорции, которые он назвал. Вкус получился потрясающим, корнеплоды напоминали картофель, с ярким насыщенным ароматом букета трав.
Солнце клонилось к закату, когда Нелли закончила уборку и, потушив костер, зашла в хижину. Старик снова приготовил лечебную смесь и подошел к ней, когда она легла на кровать. Рана вела себя хорошо и быстро затягивалась. Он аккуратно обматывал бинтом тонкую щиколотку.
— Сколько я спала? — осторожно поинтересовалась Нелли.
— Трое суток, — констатировал он.
Нелли ахнула. Она почувствовала благодарность к старику, но вслух ничего не сказала.
Каждый день он приносил еду и заставлял Нелли готовить и убирать. Она уже освоилась в хижине и вокруг, умывалась у ручья, начала различать пряности в его доме. Он дал ей какие-то лохмотья, и она смогла постирать свою одежду.
Старик уходил рано утром и возвращался к вечеру. Он почти все время молчал, даже в те недолгие минуты, когда они вместе сидели у костра. А на ее вопросы часто отвечал лишь сердитым взглядом.
— Этот остров далеко от материка? — допытывалась Нелли.
— Да, — резко отвечал старец, и дальше задавать вопросы становилось бессмысленно.
Следующим вечером девушка не потушила костер полностью и ночью, тихонько выбравшись из хижины и взяв лампаду, отправилась к берегу. Она развела огромный костер на пляже в надежде, что проплывающие суда или кто-то с дрона, ведь может же такое быть, что кто-то отправит сюда дрон, выложила “SOS” на берегу. Усевшись на песок, девушка слушала шум моря и треск огня, пылающего вдоль побережья. Убаюканная этими мерными звуками, она задремала.
— Что ты творишь! Глупая! — старик неуклюже бегал по пляжу и тушил огонь. Нелли, сразу пробудившись, вскочила.
— Стой! — отчаянно закричала она и бросилась отгонять сумасбродного старика. — Прекрати! Это сигнал о помощи!
— О помощи! — вскричал он, отталкивая ее. — Это сигнал для пиратов!
Когда огонь был потушен, Нелли поплелась за стариком обратно в хижину. Она ненавидела этого болвана! Пустоголовый старик просто не хочет отпустить ее! Он прячется здесь и боится жизни!
Весь следующий день и вечер она не вставала с кровати и игнорировала этого слабоумного. На второй вечер, когда он готовил на костре, она, взяв, заготовленную еще днем воду, выплеснула всю ее в костер, затушив его.
— Чтобы пираты не пришли! Вот! Сиди теперь голодным! — и, отшвырнув посудину, Нелли рванула быстрым шагом в лес, думая, что идет к берегу. Но моря все не было, и вскоре она поняла, что заблудилась. Она остановилась и притихла, лес молчал в ответ, ни единого шороха. Страх холодком побежал по телу. Девушка осторожно присела под деревом и, обхватив колени руками, легонько всхлипывая, зашептала:
— Я хочу домой! Я хочу домой!
Утром ее разбудило щебетание птиц, она не слышала такого красивого щебета около хижины. Интересно, далеко ли она ушла? Хотела позвать старика, но поняла, что даже не знает его имени. Не кричать же «старик»!
Он сам нашел ее.
— Идем, — позвал он, оставив ее выходки без комментариев.
Девушка послушно пошла за ним. Она так обрадовалась старику, что не сразу заметила в его руках лук и стрелы.
Они вышли на небольшую поляну, и он жестом указал ей встать рядом с ним. Взглянув по направлению его взора, она увидела самодельную мишень на противоположной стороне поляны. Он поднял лук и натянул тетиву. Вдруг она увидела перед собой не сгорбленного старика, а ловкого, помолодевшего на глазах мужчину.
— Смотри, — проговорил он и спустил тетиву. Выпущенная стрела попала точно в цель. — Теперь ты, — он протянул ей лук.
Нелли неуверенно взялась за гладкое древко лука. Обойдя девушку, он выправил ее спину, заставив расправить плечи, коснулся подбородка, чтобы поднять его, указал, как правильно поставить ноги, и вложил стрелу в ее ладонь. Что есть сил стараясь все сделать без ошибки, Нелли даже перестала чувствовать боль в пальцах, натягивающих тетиву.
— Давай! — скомандовал старик. И, расслабив пальцы, она выстрелила. Стрела улетела куда-то в кусты, и Нелли испугано взглянула на старца.
— Мда, тут придется много работать, — тихо произнес он и вложил в ее руку следующую стрелу.
Нелли, промолчав, лишь судорожно сглотнула.
Пролетело много часов, и только сидя у костра Нелли поняла, как же она устала.
— Прости за мою выходку, — проговорила она, уплетая сытные кусочки мяса и запивая их чистейшей прохладной водой. Сегодня еда казалась особенно вкусной. Не дождавшись ответа, она переключилась на другую тему: — Я даже не спросила, как тебя зовут. Меня Нелли.
— Здесь нет имен, — сказал старик и, немного помедлив, добавил: — Называй меня Лис.
Он поднялся и медленно пошел в хижину, небрежно бросив:
— Завтра встаем рано, выходим перед рассветом.
Спустя несколько часов, зевая и потирая ладонью глаза, Нелли уже осторожно шла за Лисом. Было еще очень темно, но ему не нужен был свет, чтобы ориентироваться. Вскоре он остановился и указал ей сесть на землю.
— Слушай! — тихо проговорил он. — Все звуки!
Нелли послушно села и попыталась сконцентрироваться на звуках. Кроме обычного легкого шелеста листвы и стрекота цикад, ничего различить не получалось. Но вот ухнула какая-то птичка. Что-то легко зашуршало в траве. «Ах, змея!» — испугалась Нелли. Хрустнула ветка. Вскоре стали различимы далекие тихие звуки. Странное надрывное пение не то животного, не то птицы. Еле различимый мерный шум как будто роя мошек.
Вскоре забрезжил рассвет, и пространство вместе с поднимающимся солнцем наполнилось голосами все новых и новых птиц. Она услышала то же красивое пение, что и в ту ночь, когда потерялась в лесу.
— А что это за птичка? — спросила она старика. Но тот шикнул, и Нелли, замолчав, снова сконцентрировалась на звуках.
Спустя несколько часов старик поднялся и снова повел ее на поляну. Еще один день терпеть эти мучения с луком совершенно не хотелось. Стоя с недовольным лицом, она все же усердно выпускала стрелу за стрелой, ни разу так и не попав в цель.
Так продолжалось много дней: медитация, приготовление еды, занятия с луком, сон. Потом к этому добавилось метание ножа. Приходилось многие часы стоять, совершая одни и те же движения снова и снова.
Но старик на этом не успокоился. Теперь они осваивали рыбную ловлю самодельным гарпуном. «Зачем мне вообще это надо?» — начала терять терпение Нелли, простояв несколько часов в воде.
Ничего не получалось. Стрела не летела в цель, нож падал на землю, попасть же в рыбу было вообще невозможно!
— Я устала как собака заниматься этим всем! — выкрикнула она после очередной неудачной попытки. И, отшвырнув гарпун, пошлепала к берегу.
— Тебе повезет, и ты сдохнешь быстро, когда останешься одна! — ехидно бросил ей вслед старец.
— Иди к черту! — выругалась она. — Как же я хочу виски!
Приготовив ужин из пойманной Лисом рыбы, она прибирала у костра, когда тот подошел.
— Самое печальное и опасное — это ученик, из которого ни черта не вышло! — произнес он с высоты своего роста и скрылся в хижине.
На утро Лис не разбудил ее на медитацию. Когда девушка проснулась, его уже не было. Побродив вокруг, она решила отправиться в лес. Стараясь не заблудиться, она долго шла вперед, рассматривая травы и цветы. Она вышла на небольшую поляну, усыпанную кустарником с красивыми плодами, которые источали потрясающий аромат. Нелли присела рядом и прикоснулась к одному, его бархатистая кожица манила, как будто приглашая: «Съешь меня скорее». Не зная, ядовиты ли эти фрукты, она долго сомневалась, стоит ли пробовать. И наконец сорвав один, девушка поднесла его к губам, откусив очень маленький кусочек. Сочный плод, похожий на приторный персик, с переплетающимся вкусом лесных ягод: она почувствовала и малину, и чернику. Отбросив сомнения, девушка съела фрукт полностью. Она была очень голодна и решила, что еще один плод будет не лишним. Налопавшись вдоволь, Нелли поднялась и пошла обратно к хижине. Дорога была незнакомой. Она ошиблась и отправилась в другом направлении?
Вскоре она ощутила легкое головокружение, но не придала этому значения. Джунгли сгущались, еще шаг, и она вышла к живописному водоему. В середине по водной глади плавали лебеди.
— Ух ты! — удивленно вскинула брови Нелли и протянула руку к воде. Зачерпнув в ладонь, она поднесла ее к губам, но выпить так и не удалось, она, пошатнувшись, плюхнулась в приятную прохладную воду. Вынырнув, она решила немного поплавать и потом расположилась около берега, вылезать из прохладной воды не хотелось. Она задремала.
Что-то твердое тыкало ее в плечо, побуждая выйти из забытья. Она пыталась прийти в себя, все тело саднило, как с глубокого похмелья. И еще этот отвратительный запах! Еле разлепив веки, она обнаружила, что сидит в мутной булькающей жиже. Ее замутило. Подняв глаза, она увидела стоявшего на берегу старца, он тыкал ее палкой в плечо.
— Свинья наконец нашла свое место на этом острове? — с отвращением произнес он.
Нелли почувствовала себя гадко. Как она могла пасть так низко? Как она вообще могла сюда попасть? Это же была чистая вода!
Старик шел за ней на большом расстоянии, и когда они дошли до хижины, он крикнул:
— Не смей заходить! Свиньи спят в кустах! — махнул он рукой прочь от дома.
Нелли поплелась к дереву и в изнеможении опустилась на землю. Вскоре из-за хижины показался старик и бросил ее какой-то плод. Она подняла его и начала жевать, не понимая, что это вообще такое, а после снова выключилась.
После сна голова прояснилась. Девушка открыла глаза и осмотрела свое тело и руки, нестерпимую вонь источали ее одежда и кожа. Она поднялась и пошла к ручью, потратив кучу времени, чтобы отмыться, но этот запах все равно преследовал ее. Стоя голой в чистой прохладной воде ручья, она вдруг расплакалась навзрыд. Ей стало так стыдно и противно от себя самой. «Я же не свинья! Что я собой сделала?» — а слезы все текли и текли по щекам.
Тряпье, видимо, придется выбросить и отправиться до хижины нагишом, авось она сможет найти какие-нибудь лохмотья в жилище старика. Он, как назло, сидел около костра, прислонившись к дереву, и что-то вновь вырезал ножом. Незаметно проскользнуть не удалось, и Нелли пришлось пережить удар его презрительного взгляда. Сильно покраснев, она забежала в хижину. Тряпье висело рядом с кроватью; быстро натянув его, она притаилась на постели, не отваживаясь выйти наружу и столкнуться с брезгливым взглядом старика.
«Что же теперь делать? Он, наверное, теперь не будет меня учить. Он вообще не будет со мной разговаривать. Как я здесь выживу?» — размышляла она, и ей стало страшно.
— Ну я и дура, — добавила она самой себе уже вслух.
На следующее утро Лиса снова не было. В хижине она нашла нож для метания и отправилась на поляну. Вспоминая, чему он учил ее, Нелли пробовала вновь и вновь. И о чудо, нож стал попадать в цель, вонзаясь в мягкую древесину! Нелли не видела, как Лис издали спокойно наблюдал за ней.
Он действительно перестал говорить с ней. Но занятия их продолжились. Вот и первая стрела, попавшая ровно в цель, и первая рыбина, пронзенная заостренной и обожженной палкой-копьем.
— Ура! Получается! Получается! — радовалась Нелли. А Лис лишь еле заметно улыбался.
Пришло время и охоты из лука.
— Я не могу. Не могу убивать животных, — тихо произнесла Нелли, но встретив напряженный взгляд старца, не смогла больше ничего возразить. Это было в сто раз сложнее, чем стрелять по неподвижной мишени. Выслеживать мелких зверьков было невероятной задачей, а уж попасть в них стрелой и подавно. Нелли очень старалась. Ее даже начало удивлять, как у нее получается так тихо перемещаться по лесу. Но попасть все никак не получалось. То сильно чесалась голова, то руки, то что-то еще отвлекало ее от охоты.
В одно утро она проснулась после особенно крепкого сна без сновидений и, надевая лохмотья, которые она уже называла одеждой, вдруг ощутила, что что-то не так. Девушка медленно подняла руку, чтобы коснуться головы — там не было волос! В ужасе выскочив из хижины, она помчалась к ручью. В зыбком отражении она наблюдала свой лысый череп. Проводя рукой снова и снова по гладко выбритой коже, она испытывала ярость к несносному старикашке! «А может, они все выпали? — думала она. — Но на постели их не было!»
Вскочив, она понеслась на его поиски.
— Совсем охренел?! — кричала она срывающимся голосом. — За что ты обрезал мои волосы, старый козел?! Почему ты издеваешься надо мной?!
Лис спокойно стоял и как будто даже и не слышал ее криков.
— Глупая девчонка, — помолчав, все же произнес он.
Нелли раскраснелась от злости и, развернувшись, побежала прочь. Разревевшись от бессилия и жалости к себе и своим волосам, она сидела на берегу под палящим солнцем.
Лис вышел к ней на берег и, бросив тряпицу, прикрикнул:
— Надень, а то быстро обгоришь!
Нелли, всхлипывая, подобрала тряпку и прикрыла голову. Еще немного посидев на берегу, она поднялась, решив, что волосы обязательно отрастут.
***
Шли дни и недели. Нелли освоилась с охотой и рыбной ловлей, знала лечебные и съедобные травы. Ориентировалась в лесу. Лис рассказал ей про плод, который она так неосмотрительно съела в тот злополучный день, перед тем как оказаться в болоте. Он оказался сильным галлюциногеном, но его сок можно было использовать как обезболивающее. А тот плод, что он бросил ей позже из хижины, был противоядием.
Она так увлеклась новыми знаниями, что даже позабыла о своем желании вернуться к цивилизации.
«Интересно, чем сейчас занимается Кейт и Мария? — размышляла она. — Ищут ли они меня или считают погибшей?»
По ее подсчетам, она жила на острове несколько месяцев. Как будто уже целую жизнь. Ей нравилось чувствовать себя уверенной в этом диком лесу, среди экзотических растений и зверей. Лис потихоньку становился более мягким, говорил о животных, обитавших здесь, часто рассуждал о звездах, когда они лежали у костра и вместе смотрели в небо. Рассказывал разные фантастические истории. Нелли считала, что он их придумал сам, но ей было интересно его слушать.
Волосы начали отрастать, и она с усмешкой вспоминала свой гнев. Старик потом, гораздо позднее, объяснил, почему он это сделал. Она подцепила какую-то заразу в том болоте, вот отчего у нее чесалось все тело, особенно волосяной покров на голове — поэтому он сбрил ей волосы.
— Я хочу домой, — в один из вечеров задумчиво и спокойно произнесла Нелли, когда они лежали рядом и смотрели на звезды.
Лис молчал, а затем спросил:
— И что ты там будешь делать?
— Не знаю. Видимо, буду искать новую работу. Наконец найду себе мужчину, — начала размышлять Нелли.
— Ты нисколько не поумнела, — протянул старец.
— Ты постоянно унижаешь меня! — возмутилась Нелли. — Говоришь, что я глупа, а сам торчишь всю жизнь на этом острове и еще называешь себя лисом — олицетворением хитрости и коварства! Ты даже не пытаешься жить среди людей. Что толку в твоей мудрости?
