– Твое увлечение переходами давно вышло за границы благоразумия. Твоя беспочвенная вера в то, что ты выбрал себе самую достойную команду, вместо того, чтобы воспользоваться помощью проверенных, сильных Искателей, и вовсе опасна. Второй раз твой сводный брат уклоняется от выполнения своих прямых обязанностей охранять тебя. – Испепеляющие взгляды снова сыпались на Мирна. – Мне доносят, что теперь в его обязанности входит охрана девчонки, нашпигованной тайнами, как вьетская котлета травами и орехами.
Шаровые молнии рвались перед глазами Аны. Еще бы знать, какого она вкуса, эта вьетская котлета. Нужно будет спросить у Гаи.
– Ваше Величество, – попытался что-то сказать Ларс, но ощутимая волна отцовского гнева пригнула его голову, заставляя замолчать.
– Я начинаю сомневаться в искренности всей вашей истории. Слишком похоже на плетения чужой воли. Поэтому я подвергну вас всех троих проверке на метку подчинения.
– Отец!
– Всех троих! – отрезал Аларик и подошел к дверям, крикнул своего личного помощника и отдал ему приказ.
Ана не разобрала слов, потому что была оглушена теми, что уже прозвучали. Паника охватила тело и тянула ледяные руки к сердцу, чтобы поиграть им, как мячиком, подбрасывая вверх, до сжатого от напряжения рта.
Что означает проверка на метку подчинения? Это о метках за запястье? Тех самых, о которых говорил Дэш?! Шпинель рассказал кому-то о том, что скрывается на руке Аны?
Аларик вернулся на середину комнаты, к застывшим в виноватых позах Скользящим, требуя подробного рассказа о нападении в городе.
Наследнику пришлось откашляться, чтобы заговорить, и перед глазами Аны всплыл момент, когда все изменилось.
Она тогда поднимала голову, чтобы посмотреть в глаза Ларса, заново привыкая к его объятиям, и вдруг увидела, как его взгляд скользнул ей за спину. Раздался оглушительный свист, Ларс дернул девушку на себя, и они покатились вниз по склону обрыва. Первой мыслью Аны было – как хорошо, что она надела платье из жесткой ткани. Размокшая земля успела превратиться в глину, и верхние слои скользили вместе с телами, смягчая падение до тех пор, пока под ними не оказался твердый выступ. Быстроты реакций Ларсу и Ане было не занимать, они вскочили на ноги, Ларс схватил Ану за плечо, чтобы переместиться, но ничего не случилось…
– Почему не скользнул из оврага? – потребовал ответа Аларик после того, как Наследник замолчал.
– Нападавшие использовали смесь, блокирующую скольжение.
– Если она смогла остановить тебя, значит, это было подготовленное покушение на жизнь Наследника, – гневно зарычал Король.
Ана вспомнила, что кроме звука был еще и накрывший их запах, преследовавший во время падения шлейфом незнакомых ароматов.
Как Король собирается проверять наличие метки подчинения? Он же не может быть сильнее Истинного, от которого Дэш сумел скрыть следы на запястье? Но за кем или за чем ушел слуга? За жрецом?
Мысли стучали в голове, и рассказ Ларса звучал издалека, смешиваясь с воспоминаниями о недавно пережитой погоне.
Овраг тянулся между городом и дворцовым холмом, убегая прочь от столицы, пугая темной дырой еще более глубокого обрыва. Яркий свет Второй луны освещал пустой от растительности склон, где невозможно было спрятаться. Сзади уже спускались трое преследователей. Сверху по краю спешили еще двое, чтобы перекрыть пути к бегству.
– Овраг обрывался еще раз в глубину, так что нам не оставалось выбора, только бежать вдоль или постараться подняться по скользкому склону наверх, – отчитывался Наследник, хмуря брови.
Король разразился некоролевской бранью, закончив тираду обвинением.
– Как можно было додуматься прийти на край города в пустынное место? Хотелось облегчить задачу убийцам?
– В толпе с ними расправились бы еще быстрее, – влез в разговор Мирн, заслужив прожигающий насквозь взгляд отца.
– Твоя очередь еще не наступила, щенок. Лучше пока подумай, чем объяснить, почему так поздно сработали маячки.
Ана вздрогнула от грубого обращения Короля к официально признанному им бастарду и вспомнила рассказ Мирна о детстве и подробностях клятвы, которую он еще мальчишкой должен был принести Ларсу. Неужели Аларик признал ребенка кружевницы не потому, что хотел позаботиться о сыне? Вернее, только потому, что заботился о другом, Наследном, одним умным ходом превращая возможного конкурента на Отбор в верного помощника и охранника? Ана посмотрела на Короля в поисках подтверждений своих мыслей. Разве может отец быть так жесток по отношению к собственному сыну? История Мирна и холодность Аларика говорили, что может.
На некоторое время девушка даже забыла о собственных страхах и едва заметно коснулась руки друга с безотчетным желанием поддержать.
Тем временем Ларс уже рассказывал о попытке подняться по склону, когда, отрезая путь, перед ними оказались два человека. Наследник подтолкнул Ану вверх, а сам развернулся, чтобы сбить вниз подбежавшего к нему преследователя.
От воспоминаний появилась тянущая боль – напоминание, в ногах, как они скользили в мокрой, жидкой грязи, а потом – боль в плече, которое схватили жестокие руки, пытаясь бросить Ану лицом вниз. Она извернулась, падая сама и увлекая за собой преследователя, проехала по грязному склону вниз, на несколько мгновений отрываясь от нападавшего. А потом покатилась еще ниже, но уже специально, под ноги наемнику, бежавшему к занятому поединком Ларсу. И как она чудом тоже не улетела вслед за ним? Лежала в грязи, восстанавливая дыхание всего в нескольких шагах от безжалостной драки. Дождь и липкая грязь, скользкий склон под ногами превратили поединок в свалку, все перемешалось – кто нападал и кто был жертвой.
– Когда раздался первый выстрел? – перебил Король.
Когда Ларс уже расправился с двумя преследователями, а к Ане подлетел третий из уцелевших наемников. Стрела просвистела, впиваясь в плечо склонившегося над ней убийцы, и тот с криком боли скатился по склону. Сразу последовала еще одна. И еще, воткнувшаяся в землю рядом с рукой Аны. Едва не задевшая Ларса. Тот, кто стрелял сверху, не слишком заботился о жизни наемников внизу. В тот момент, когда в душе разлилось отчаяние, рядом с темной фигурой стрелка появились люди в форме Королевской гвардии, короткая схватка – и преступник упал на землю, а с края оврага спустился Мирн.
– Теперь вопрос к тебе, верный брат Наследного принца, – Король повернулся к бастарду и обрушил на него весь пыл настойчивого допроса. – Почему так поздно сработали маячки Наследника?
Мирн опустил взгляд и пожал плечом.
– У меня нет на него ответа, Ваше Величество, как только пришел сигнал, я призвал в помощь охрану и переместился к Наследнику.
– Нет ответа? – оглушил Аларик. – Или он в том, что ты не слишком спешил?
Трое Скользящих вскинули головы, поднимая возмущенные взгляды на Короля, действуя в этот момент как команда.
– Ваше Величество... – три возмущенных голоса слились вместе.
Открылась дверь, пропуская в комнату слугу Короля с шкатулкой в руках, украшенной темно-красными камнями. Гранаты, определила Ана, камни, способные заглянуть в будущее и распознать ложь.
Паника снова вцепилась цепкими пальцами в сердце, лишая девушку возможности двигаться – только смотреть застывшими глазами, как Аларик достает из шкатулки молочное стекло в рамке из серебра, украшенной множеством мелких камней. Взгляд прилип к похожему на лупу предмету в руках Короля. Попытайся Ана убежать прочь, у нее ничего не вышло бы, потому что она не чувствовала ног, только сильное головокружение. Чтобы не свалиться в обморок от страха, девушка заставляла себя рассматривать камни в драгоценной рамке и повторять слова из книг о кристаллах, которые изучала последние дни.
– Аквамарин способен распознать ложь, изменив свой цвет на желтый, – звучал в голове Аны монотонный голос отчаяния.
Кристалл в оправе был неровным и небрежно обработанным.
Король назвал имя бастарда, и Мирн сделал шаг к отцу, протягивая вперед руки и открывая запястья.
– Аметист – камень супружеской верности или камень Вдов. Позволяет вскрыть истинную сущность вещей.
Их было несколько – гладко отполированных, неправильной формы и разных оттенков от фиолетового до светло-лилового.
Аларик пристально рассматривал левую руку Мирна, пока Ана изучала несколько полосатых камней – оранжевый, серый, коричневый.
– Агаты – хранители прошлого. Любимые камни ясновидящих. Из них получаются сильные амулеты от лжи и обмана. – Холодные капли пота покатились по спине.
Король закончил осматривать правое запястье Мирна. Очередь Аны?
Имя прозвучало, ударом в медный колокол.
Ну вот как?! Как сдержать дрожь в руках? Почти невозможно.
– Горный хрусталь – ловец момента, указывающий путь к счастью. – Ана повторяла про себя слова из книг, как слова молитвы. – Кристалл воды. Камень гадалок, способный дотянуться до тайн из прошлого и приоткрыть будущее. На Земле он относится к духовной чакре, обеспечивающей связь со Вселенной и Богами.
Руки Короля оказались мягче, чем ожидала девушка. Не холодные, но и не жаркие. Одна из них держала ладонь Аны, другая водила над ней странной лупой.
От матового стекла по коже растекалось тепло, как если бы оно и вправду было увеличительным, а с потолка сверкали солнечные лучи.
Сапфир – корунд, вместе с рубином означает начало начал. Камень мудрости и очищения от ненужных эмоций. Защищает от лжи. Укрепляет власть и тайное влияние. Идеальный кристалл для Дагана, мечтающего о могуществе.
Вот уже и правая рука в ладонях Короля. Аларик сдвигает ремешок ограничителя и другие украшения и снова не по-королевски ругается, что они ему мешают, и что это за безвкусица надета на помощницу Наследника, достойная продажных девок на городских окраинах.
Ана заставляла себя дышать, потому что в глазах потемнело, и даже цвет камней на оправе стало невозможно различить. Что там еще может находиться?
Гагат или черная яшма? Камень-соединитель, непредсказуемый и непостоянный? Связь всех времен и олицетворение превращений и изменений? Он поглощает плохую энергию и распознает ложь.
Тоненький, невидимый луч касался кожи запястья и обжигал в то время как по спине струился холодный пот. Мышцы всего тела болели от напряжения, потому что Ана пыталась сдержать крупную дрожь. Спасибо непогоде за окнами, иногда отвлекающей взгляды и разрывающей тишину разрядами грома, иначе бы всем вокруг был слышен стук ее зубов.
Бирюза и гиацинт могут быть на необычной лупе.
Ана уже гадала, не в силах смотреть вниз, на руки Короля и свои. Что, если на запястье проступают светлые линии?
Аларик, наконец, отпустил ее ладонь, но продолжал хмуриться. Зачем-то приказал позвать Истинного и приступил к осмотру рук Наследника.
Выдохнув украдкой, Ана благодарно улыбнулась Мирну, почувствовав его руку у себя на плече.
– Все хорошо, Лягушонок. Потерпи еще немного, – прошептал он, заслужив гневный взгляд Короля.
Белая, молодая бирюза считается камнем молодых – воинов с сильным характером. Зрелая, голубая, подходит людям, наделенным властью. А мертвую, зеленую, можно носить только тем, кто достиг своей цели. Но любая бирюза защищает от лжи.
Осмотр старшего сына Аларик проводил с той же тщательностью, как и его помощников. Кожа на правом запястье Аны горела, словно от ожога, и ей хотелось спросить Мирна, испытывает ли он что-то подобное, но не решалась. Зачем Король позвал Истинного?
Гиацинт (кристалл, а не весенний цветок с Земли), оттенка выдержанного дорогого вина, когда в красном уже преобладают коричневые тона. Камень любви и достатка и еще один амулет от обмана. Согласно земной легенде, он появился из крови погибшего возлюбленного Бога. Гиацинт приносит удачу и может защитить от удара молнии.
Почему не сейчас, в этом пустом зале? От молний, разлетающихся из глаз Короля?
От пота у Аны промокла уже не только вся спина, но даже белье. Когда-нибудь закончится эта пытка?
– Сними ей ограничитель, – приказал Аларик, закончив осматривать Наследника.
– Зачем? – напрягся Ларс, а вместе с ним почти умерла Ана.
– Вопросы? – Аларик не был настроен на объяснения.
Оказывается, сердце тоже может превратиться в камень, подскочить в горло, перекрывая его и превратить человека в рыбину, хватающую ртом воздух на берегу.
– Сними ремешок и держи свою помощницу за руку, чтобы она внезапно не исчезла.
– О чем ты говоришь, отец?
Ларс шагнул вперед, загораживая Ану от Короля.
– Ее руки осмотрит Истинный. Я хочу быть уверен, – с неохотой пояснил Аларик.
Ларс открыл ремешок, удерживая его в своей руке, и взял Ану за плечо, осторожно поглаживая пальцами и пытаясь успокоить.
А Ана думала, как начинать с ним прощаться? И задавала себе вопросы, убьют ее сразу, в этой комнате, или сначала бросят в подземелье? Когда послышались шаги Истинного, перекрывавший горло камень растворился, в легкие попал воздух, наполняя их до головокружения, и наступила апатия. Ана превратилась в безвольное перышко на ветру… Разве когда-нибудь у нее была возможность выбирать? Тогда есть ли смысл сопротивляться?
Вот бы здорово найти в оправе лупы цитрин! Покровитель лжи и обмана. Кристалл воров и преступников. Авантюристов и искателей приключений.
Ана решила, что если переживет эту ночь, то закажет себе амулет из цитрина.
Молочная лупа исчезла в шкатулке, когда в комнату зашел Истинный и, бросив быстрый взгляд на Скользящих, поприветствовал Аларика.
Услышав просьбу, жрец удивленно поднял бровь.
– Я осматривал Ану день назад, вы не доверяете мне, Ваше Величество?
– У меня нет ни малейшего сомнения в силе вашего дара, иначе бы я не пригласил вас сюда посреди ночи. Но я не уверен в девушке перед вами, вернее, в тех тайнах, которые она может скрывать. Насколько я знаю, знаки проявляются на ее теле спонтанно. Может, Первый дождь смыл какие-то следы или проявил то, что было скрыто до этого. Проверьте ее правое запястье.
Все.
В глазах потемнело, и только рука Ларса, до боли стиснувшая плечо, удержала Ану от падения и потери сознания.
– Ана, – мягкий голос Мирна выдернул из глубины полузабвения, полуобморока, – протяни руку.
Вот они. Последние мгновения до того, как ее объявят чьим-то безвольным орудием, и Король прикажет избавиться от нее. Перед глазами застыла целая галерея картинок из книг и фильмов по средневековью с кровавыми вариантами последних минут жизни. На выбор. Может, ей дадут возможность принять яд? Зачем она проснулась от наведенного сна? Такая смерть была бы легкой, под ласковый шепот – Шенми. С этим словом было связано что-то очень хорошее…
Может, скинуть руку Ларса и переместиться, пока нет ограничителя? Но куда?
В единственном месте этого мира, куда Ана могла бы попасть – поселке Варна – ей тоже не обрадуются. Только Рок. Вот кто мог бы попробовать укрыть ее, но она никогда не сможет найти этого человека сама.
Почувствовав, что Ларс тянет ее к двери, Ана решила, что уже пора на плаху и криво улыбнулась, не в силах сдерживать полившиеся слезы.
– Повышенное внимание к девчонке было ошибочным, Ваше Величество, у ее тайн нашлось объяснение, – сквозь густую пелену долетели слова Истинного.
Ана чувствовала, как приобнял ее сзади за плечи Мирн, как руки Ларса вернули на запястье ремешок ограничителя. Когда за спиной закрылась дверь, друзья смотрели на нее озабоченно, а не с ненавистью. Она поняла, что все закончилось, и потеряла сознание.
Шаровые молнии рвались перед глазами Аны. Еще бы знать, какого она вкуса, эта вьетская котлета. Нужно будет спросить у Гаи.
– Ваше Величество, – попытался что-то сказать Ларс, но ощутимая волна отцовского гнева пригнула его голову, заставляя замолчать.
– Я начинаю сомневаться в искренности всей вашей истории. Слишком похоже на плетения чужой воли. Поэтому я подвергну вас всех троих проверке на метку подчинения.
– Отец!
– Всех троих! – отрезал Аларик и подошел к дверям, крикнул своего личного помощника и отдал ему приказ.
Ана не разобрала слов, потому что была оглушена теми, что уже прозвучали. Паника охватила тело и тянула ледяные руки к сердцу, чтобы поиграть им, как мячиком, подбрасывая вверх, до сжатого от напряжения рта.
Что означает проверка на метку подчинения? Это о метках за запястье? Тех самых, о которых говорил Дэш?! Шпинель рассказал кому-то о том, что скрывается на руке Аны?
Аларик вернулся на середину комнаты, к застывшим в виноватых позах Скользящим, требуя подробного рассказа о нападении в городе.
Наследнику пришлось откашляться, чтобы заговорить, и перед глазами Аны всплыл момент, когда все изменилось.
Она тогда поднимала голову, чтобы посмотреть в глаза Ларса, заново привыкая к его объятиям, и вдруг увидела, как его взгляд скользнул ей за спину. Раздался оглушительный свист, Ларс дернул девушку на себя, и они покатились вниз по склону обрыва. Первой мыслью Аны было – как хорошо, что она надела платье из жесткой ткани. Размокшая земля успела превратиться в глину, и верхние слои скользили вместе с телами, смягчая падение до тех пор, пока под ними не оказался твердый выступ. Быстроты реакций Ларсу и Ане было не занимать, они вскочили на ноги, Ларс схватил Ану за плечо, чтобы переместиться, но ничего не случилось…
– Почему не скользнул из оврага? – потребовал ответа Аларик после того, как Наследник замолчал.
– Нападавшие использовали смесь, блокирующую скольжение.
– Если она смогла остановить тебя, значит, это было подготовленное покушение на жизнь Наследника, – гневно зарычал Король.
Ана вспомнила, что кроме звука был еще и накрывший их запах, преследовавший во время падения шлейфом незнакомых ароматов.
Как Король собирается проверять наличие метки подчинения? Он же не может быть сильнее Истинного, от которого Дэш сумел скрыть следы на запястье? Но за кем или за чем ушел слуга? За жрецом?
Мысли стучали в голове, и рассказ Ларса звучал издалека, смешиваясь с воспоминаниями о недавно пережитой погоне.
Овраг тянулся между городом и дворцовым холмом, убегая прочь от столицы, пугая темной дырой еще более глубокого обрыва. Яркий свет Второй луны освещал пустой от растительности склон, где невозможно было спрятаться. Сзади уже спускались трое преследователей. Сверху по краю спешили еще двое, чтобы перекрыть пути к бегству.
– Овраг обрывался еще раз в глубину, так что нам не оставалось выбора, только бежать вдоль или постараться подняться по скользкому склону наверх, – отчитывался Наследник, хмуря брови.
Король разразился некоролевской бранью, закончив тираду обвинением.
– Как можно было додуматься прийти на край города в пустынное место? Хотелось облегчить задачу убийцам?
– В толпе с ними расправились бы еще быстрее, – влез в разговор Мирн, заслужив прожигающий насквозь взгляд отца.
– Твоя очередь еще не наступила, щенок. Лучше пока подумай, чем объяснить, почему так поздно сработали маячки.
Ана вздрогнула от грубого обращения Короля к официально признанному им бастарду и вспомнила рассказ Мирна о детстве и подробностях клятвы, которую он еще мальчишкой должен был принести Ларсу. Неужели Аларик признал ребенка кружевницы не потому, что хотел позаботиться о сыне? Вернее, только потому, что заботился о другом, Наследном, одним умным ходом превращая возможного конкурента на Отбор в верного помощника и охранника? Ана посмотрела на Короля в поисках подтверждений своих мыслей. Разве может отец быть так жесток по отношению к собственному сыну? История Мирна и холодность Аларика говорили, что может.
На некоторое время девушка даже забыла о собственных страхах и едва заметно коснулась руки друга с безотчетным желанием поддержать.
Тем временем Ларс уже рассказывал о попытке подняться по склону, когда, отрезая путь, перед ними оказались два человека. Наследник подтолкнул Ану вверх, а сам развернулся, чтобы сбить вниз подбежавшего к нему преследователя.
От воспоминаний появилась тянущая боль – напоминание, в ногах, как они скользили в мокрой, жидкой грязи, а потом – боль в плече, которое схватили жестокие руки, пытаясь бросить Ану лицом вниз. Она извернулась, падая сама и увлекая за собой преследователя, проехала по грязному склону вниз, на несколько мгновений отрываясь от нападавшего. А потом покатилась еще ниже, но уже специально, под ноги наемнику, бежавшему к занятому поединком Ларсу. И как она чудом тоже не улетела вслед за ним? Лежала в грязи, восстанавливая дыхание всего в нескольких шагах от безжалостной драки. Дождь и липкая грязь, скользкий склон под ногами превратили поединок в свалку, все перемешалось – кто нападал и кто был жертвой.
– Когда раздался первый выстрел? – перебил Король.
Когда Ларс уже расправился с двумя преследователями, а к Ане подлетел третий из уцелевших наемников. Стрела просвистела, впиваясь в плечо склонившегося над ней убийцы, и тот с криком боли скатился по склону. Сразу последовала еще одна. И еще, воткнувшаяся в землю рядом с рукой Аны. Едва не задевшая Ларса. Тот, кто стрелял сверху, не слишком заботился о жизни наемников внизу. В тот момент, когда в душе разлилось отчаяние, рядом с темной фигурой стрелка появились люди в форме Королевской гвардии, короткая схватка – и преступник упал на землю, а с края оврага спустился Мирн.
– Теперь вопрос к тебе, верный брат Наследного принца, – Король повернулся к бастарду и обрушил на него весь пыл настойчивого допроса. – Почему так поздно сработали маячки Наследника?
Мирн опустил взгляд и пожал плечом.
– У меня нет на него ответа, Ваше Величество, как только пришел сигнал, я призвал в помощь охрану и переместился к Наследнику.
– Нет ответа? – оглушил Аларик. – Или он в том, что ты не слишком спешил?
Трое Скользящих вскинули головы, поднимая возмущенные взгляды на Короля, действуя в этот момент как команда.
– Ваше Величество... – три возмущенных голоса слились вместе.
Открылась дверь, пропуская в комнату слугу Короля с шкатулкой в руках, украшенной темно-красными камнями. Гранаты, определила Ана, камни, способные заглянуть в будущее и распознать ложь.
Паника снова вцепилась цепкими пальцами в сердце, лишая девушку возможности двигаться – только смотреть застывшими глазами, как Аларик достает из шкатулки молочное стекло в рамке из серебра, украшенной множеством мелких камней. Взгляд прилип к похожему на лупу предмету в руках Короля. Попытайся Ана убежать прочь, у нее ничего не вышло бы, потому что она не чувствовала ног, только сильное головокружение. Чтобы не свалиться в обморок от страха, девушка заставляла себя рассматривать камни в драгоценной рамке и повторять слова из книг о кристаллах, которые изучала последние дни.
– Аквамарин способен распознать ложь, изменив свой цвет на желтый, – звучал в голове Аны монотонный голос отчаяния.
Кристалл в оправе был неровным и небрежно обработанным.
Король назвал имя бастарда, и Мирн сделал шаг к отцу, протягивая вперед руки и открывая запястья.
– Аметист – камень супружеской верности или камень Вдов. Позволяет вскрыть истинную сущность вещей.
Их было несколько – гладко отполированных, неправильной формы и разных оттенков от фиолетового до светло-лилового.
Аларик пристально рассматривал левую руку Мирна, пока Ана изучала несколько полосатых камней – оранжевый, серый, коричневый.
– Агаты – хранители прошлого. Любимые камни ясновидящих. Из них получаются сильные амулеты от лжи и обмана. – Холодные капли пота покатились по спине.
Король закончил осматривать правое запястье Мирна. Очередь Аны?
Имя прозвучало, ударом в медный колокол.
Ну вот как?! Как сдержать дрожь в руках? Почти невозможно.
– Горный хрусталь – ловец момента, указывающий путь к счастью. – Ана повторяла про себя слова из книг, как слова молитвы. – Кристалл воды. Камень гадалок, способный дотянуться до тайн из прошлого и приоткрыть будущее. На Земле он относится к духовной чакре, обеспечивающей связь со Вселенной и Богами.
Руки Короля оказались мягче, чем ожидала девушка. Не холодные, но и не жаркие. Одна из них держала ладонь Аны, другая водила над ней странной лупой.
От матового стекла по коже растекалось тепло, как если бы оно и вправду было увеличительным, а с потолка сверкали солнечные лучи.
Сапфир – корунд, вместе с рубином означает начало начал. Камень мудрости и очищения от ненужных эмоций. Защищает от лжи. Укрепляет власть и тайное влияние. Идеальный кристалл для Дагана, мечтающего о могуществе.
Вот уже и правая рука в ладонях Короля. Аларик сдвигает ремешок ограничителя и другие украшения и снова не по-королевски ругается, что они ему мешают, и что это за безвкусица надета на помощницу Наследника, достойная продажных девок на городских окраинах.
Ана заставляла себя дышать, потому что в глазах потемнело, и даже цвет камней на оправе стало невозможно различить. Что там еще может находиться?
Гагат или черная яшма? Камень-соединитель, непредсказуемый и непостоянный? Связь всех времен и олицетворение превращений и изменений? Он поглощает плохую энергию и распознает ложь.
Тоненький, невидимый луч касался кожи запястья и обжигал в то время как по спине струился холодный пот. Мышцы всего тела болели от напряжения, потому что Ана пыталась сдержать крупную дрожь. Спасибо непогоде за окнами, иногда отвлекающей взгляды и разрывающей тишину разрядами грома, иначе бы всем вокруг был слышен стук ее зубов.
Бирюза и гиацинт могут быть на необычной лупе.
Ана уже гадала, не в силах смотреть вниз, на руки Короля и свои. Что, если на запястье проступают светлые линии?
Аларик, наконец, отпустил ее ладонь, но продолжал хмуриться. Зачем-то приказал позвать Истинного и приступил к осмотру рук Наследника.
Выдохнув украдкой, Ана благодарно улыбнулась Мирну, почувствовав его руку у себя на плече.
– Все хорошо, Лягушонок. Потерпи еще немного, – прошептал он, заслужив гневный взгляд Короля.
Белая, молодая бирюза считается камнем молодых – воинов с сильным характером. Зрелая, голубая, подходит людям, наделенным властью. А мертвую, зеленую, можно носить только тем, кто достиг своей цели. Но любая бирюза защищает от лжи.
Осмотр старшего сына Аларик проводил с той же тщательностью, как и его помощников. Кожа на правом запястье Аны горела, словно от ожога, и ей хотелось спросить Мирна, испытывает ли он что-то подобное, но не решалась. Зачем Король позвал Истинного?
Гиацинт (кристалл, а не весенний цветок с Земли), оттенка выдержанного дорогого вина, когда в красном уже преобладают коричневые тона. Камень любви и достатка и еще один амулет от обмана. Согласно земной легенде, он появился из крови погибшего возлюбленного Бога. Гиацинт приносит удачу и может защитить от удара молнии.
Почему не сейчас, в этом пустом зале? От молний, разлетающихся из глаз Короля?
От пота у Аны промокла уже не только вся спина, но даже белье. Когда-нибудь закончится эта пытка?
– Сними ей ограничитель, – приказал Аларик, закончив осматривать Наследника.
– Зачем? – напрягся Ларс, а вместе с ним почти умерла Ана.
– Вопросы? – Аларик не был настроен на объяснения.
Оказывается, сердце тоже может превратиться в камень, подскочить в горло, перекрывая его и превратить человека в рыбину, хватающую ртом воздух на берегу.
– Сними ремешок и держи свою помощницу за руку, чтобы она внезапно не исчезла.
– О чем ты говоришь, отец?
Ларс шагнул вперед, загораживая Ану от Короля.
– Ее руки осмотрит Истинный. Я хочу быть уверен, – с неохотой пояснил Аларик.
Ларс открыл ремешок, удерживая его в своей руке, и взял Ану за плечо, осторожно поглаживая пальцами и пытаясь успокоить.
А Ана думала, как начинать с ним прощаться? И задавала себе вопросы, убьют ее сразу, в этой комнате, или сначала бросят в подземелье? Когда послышались шаги Истинного, перекрывавший горло камень растворился, в легкие попал воздух, наполняя их до головокружения, и наступила апатия. Ана превратилась в безвольное перышко на ветру… Разве когда-нибудь у нее была возможность выбирать? Тогда есть ли смысл сопротивляться?
Вот бы здорово найти в оправе лупы цитрин! Покровитель лжи и обмана. Кристалл воров и преступников. Авантюристов и искателей приключений.
Ана решила, что если переживет эту ночь, то закажет себе амулет из цитрина.
Молочная лупа исчезла в шкатулке, когда в комнату зашел Истинный и, бросив быстрый взгляд на Скользящих, поприветствовал Аларика.
Услышав просьбу, жрец удивленно поднял бровь.
– Я осматривал Ану день назад, вы не доверяете мне, Ваше Величество?
– У меня нет ни малейшего сомнения в силе вашего дара, иначе бы я не пригласил вас сюда посреди ночи. Но я не уверен в девушке перед вами, вернее, в тех тайнах, которые она может скрывать. Насколько я знаю, знаки проявляются на ее теле спонтанно. Может, Первый дождь смыл какие-то следы или проявил то, что было скрыто до этого. Проверьте ее правое запястье.
Все.
В глазах потемнело, и только рука Ларса, до боли стиснувшая плечо, удержала Ану от падения и потери сознания.
– Ана, – мягкий голос Мирна выдернул из глубины полузабвения, полуобморока, – протяни руку.
Вот они. Последние мгновения до того, как ее объявят чьим-то безвольным орудием, и Король прикажет избавиться от нее. Перед глазами застыла целая галерея картинок из книг и фильмов по средневековью с кровавыми вариантами последних минут жизни. На выбор. Может, ей дадут возможность принять яд? Зачем она проснулась от наведенного сна? Такая смерть была бы легкой, под ласковый шепот – Шенми. С этим словом было связано что-то очень хорошее…
Может, скинуть руку Ларса и переместиться, пока нет ограничителя? Но куда?
В единственном месте этого мира, куда Ана могла бы попасть – поселке Варна – ей тоже не обрадуются. Только Рок. Вот кто мог бы попробовать укрыть ее, но она никогда не сможет найти этого человека сама.
Почувствовав, что Ларс тянет ее к двери, Ана решила, что уже пора на плаху и криво улыбнулась, не в силах сдерживать полившиеся слезы.
– Повышенное внимание к девчонке было ошибочным, Ваше Величество, у ее тайн нашлось объяснение, – сквозь густую пелену долетели слова Истинного.
Ана чувствовала, как приобнял ее сзади за плечи Мирн, как руки Ларса вернули на запястье ремешок ограничителя. Когда за спиной закрылась дверь, друзья смотрели на нее озабоченно, а не с ненавистью. Она поняла, что все закончилось, и потеряла сознание.
