Пока шелестели платьями торопливо покидающие комнату девушки, Ана рассматривала рисунок, оживавший на растянутом на специальной рамке полотне, и видела потемневшее в преддверии Песчаной бури небо, острые, как клыки, горы и колонны, наметившиеся на плоской стене одной из них. Аль Ташид.
Проследив взгляд спутницы сына, Королева проговорила, ни к кому не обращаясь:
– Полотно будет закончено к ночи Трех Лун.
И поднялась со своего места.
Даже простая будничная туника, украшенная зеленой вышивкой, подчеркивала статность и осанку Ее Величества Магды. Убранные в высокую прическу белые волосы открывали длинную шею. Королеве было около пятидесяти и, родив троих детей, она сохранила хорошую фигуру. Годы добавили ее лицу морщин, но они не отвлекали внимание от выразительных глаз, изучавших Ану с ног до головы, словно женщина видела ее в первый раз.
– Значит, все-таки она... – проговорила Магда, приглашая своих гостей к небольшому столу с более удобными стульями, чем кожаные скамеечки вокруг полотна.
– Мне нужны союзники, мама.
Наследник сначала помог сесть Королеве, потом Ане, опустился на стул сам.
Ана уставилась на огромную чашу с фруктами, изучая богатый набор сортов винограда – с ягодами разной формы, размеров и цветов: от светло-зеленого до чернильного.
– И ты пришел с этим ко мне. Хороший ход, – призналась Королева.
Ана все еще чувствовала на себе пытливый оценивающий взгляд, от которого хотелось спрятаться, но нельзя было показывать растерянность или стеснение. Никакой слабости. Испытания уже начались.
– Правильно я понимаю, что это не только выбор для Аль Ташида?
– Правильно. Как Избранник, я могу выбрать в невесты свою пару для Аль Ташида.
В комнате установилась тишина, нарушаемая лишь птичьим пением в саду. Не так давно рядом с балконом Королевы были устроены огромные клетки с певчими птицами. Ана видела, как их собирали, когда жила во дворце перед переездом в имение Мелины. Испуганной канарейкой появилась запоздалая мысль, что гораздо проще было согласиться на роль любовницы, которую селят не во дворце, а в красивом доме неподалеку.
Слабость, это была слабость и трусость.
– Нам предстоит долгий и сложный путь, Наследник.
Эти слова – согласие?! Неужели Королева так легко приняла чудовищно-неправильный выбор сына?
– Твоей девочке, – таким же тоном Магда могла бы сказать о собачке, – нужно многому научиться, у нее совсем нет манер, она не подготовлена к жизни при дворе, а главное, к своей роли рядом с тобой.
Ана оторвалась от разглядывания винограда и развернулась к Королеве.
– Я быстро учусь.
Ее собственный голос – не дрожавший! – должен был прозвучать как можно раньше.
Королева сделала вид, что ничего не услышала, и продолжила, глядя на сына.
– Я всегда узнавала в тебе черты моего отца, а тот не ведал, что такое отказываться от собственных планов, какими бы сложными или опасными они ни были. К тому же, я не поддерживаю навязчивую идею Аларика устроить ваш союз с Кайрой. – Тонкие пальцы Королевы с длинными аккуратными ногтями начали постукивать по столу, выдавая ее волнение. – Долина слишком велика для одного правителя, проблемы растут, как ущелья Карьера. У Рассветной слишком сильный характер, и она уже вкусила власть. Значит, ваш брак может превратиться в поединок. А этого твой отец не способен предвидеть, потому что привык недооценивать женщин. И он слишком мечтает о едином Королевском доме.
Вот и прозвучал сомнительный комплимент из уст Магды, вместе с озвученным местом Аны рядом с ее сыном – она должна быть слабой и не мешать.
Ларс молча слушал, позволяя матери высказаться.
– Я вижу больше преимуществ в деловом союзе. Рассветная уже проявила себя как разумный правитель. Значит, будет выбирать интересы королевства, а не действовать в угоду женской ревности и оскорбленному самолюбию. Но Кайра может помочь нам устранить Дагана.
– Каким образом? – прозвучал первый вопрос Наследника.
– Он сделал предложение Мирелле, открывшей вход в Лабиринт, и тем самым оставил себе возможность участвовать в Отборе.
– Кайра настроена вынудить Миреллу тянуть с ответом.
– Для нас важно, чтобы это желание у Рассветной не исчезло, а значит, она должна продолжать думать, что ты сделаешь выбор в ее пользу.
Королева наконец скользнула взглядом по Ане.
– Как умная женщина, Кайра приняла существование этой девушки рядом с тобой и не видит в ней угрозы своим планам.
Ларс подался немного вперед на стуле и проговорил, перебивая Королеву.
– Мою будущую невесту зовут Ана. Ты приняла мой выбор, мама, так что обращайся к ней с должным уважением.
Если бы подобных слов не прозвучало, Ана отказалась бы от своих обещаний Ларсу, выйдя из комнат Королевы. Но они прозвучали, обозначая готовность Наследника защищать свою избранницу от неприятия двора, с которым придется столкнуться.
И если Магде не понравилось заявление сына, она не подала вида, едва заметно кивнув:
– Хорошо, я буду обращаться к ней по имени. Но уважение не дается только за место рядом с тобой или в твоем сердце. Его нужно заслужить.
Взгляд королевы впился в Ану, не оставляя возможности отвернуться.
– То, как тебя воспримут двор и подданные королевства, зависит, прежде всего, от тебя самой. И будет иметь прямое влияние на отношение к Наследнику. Это большая ответственность. Прежде чем мы начнем делать первые шаги по превращению безродной, ничего не знающей о жизни в Долине девочки в будущую Королеву Закатного, я хочу, чтобы вы оба это понимали.
Золотая клетка захлопнулась, в ушах Аны звенели, дрожали, резонировали длинные прутья. От этого звука вспотели ладони. Она совсем не подумала о метке на запястье и о том, что она может скрывать!
– Мы все понимаем, – ответил за двоих Ларс.
– Тогда Ана должна оставаться в тени до самого дня определения пар. У вас с Кайрой право последнего голоса. Значит, Рассветная успеет расстроить союз Дагана, прежде чем услышит о твоем выборе. До этого момента Ану придется спрятать среди зрителей. Наши планы и подготовку твоей будущей Избранницы нужно хранить в тайне.
– Кайра может выбрать Дагана после того, как узнает мое решение.
Королева громко рассмеялась,
– Ты плохо знаешь женщин, мой мальчик.
В глазах Магды Ана увидела блеск азарта. Похоже, у них не просто появился союзник, но этот союзник рад брошенному вызову.
– И что-то нужно делать с безродностью Аны. Просто Рассветная для невесты Наследника будет недостаточно, – проговорила Королева, заканчивая разговор. – Нам придется найти ей родственников. Какой-нибудь разорившийся род, который согласится на удочерение. Но это можно сделать после Аль Ташида.
Слова Королевы преследовали Ану всю дорогу до имения. Ларс был молчалив, но на его лице блуждала довольная улыбка, и он заметно расслабился после встречи с матерью. Чтобы отвлечься от волнений по поводу знаков на запястье, Ана стала расспрашивать Наследника о том, что слышала от Гаи, и ответы подтвердили правдивость слов подруги.
– Наступает опасное время, Ана. Чем выше недовольство обычного народа, тем легче зажечь огни ненависти и раздражения и воспользоваться ситуацией.
– Кого ты имеешь в виду?
– Совет. Я думаю, что в Закатном королевстве скоро будет серьезное столкновение за власть. Даган и Рам превращаются в союзников, мне необходимо как можно скорее получить место в Совете, поэтому я буду настаивать на более раннем определении пар и Избранников.
Значит, у Аны тоже оставалось мало времени.
– Ты уверен в своей победе, несмотря на то, что выбираешь меня, а не сильного Искателя?
– У нас есть Око.
– И что оно может?
– Все, – загадочно улыбнулся Ларс, но не стал продолжать.
Щадя камни и силы Наследника, вместо скольжения возвращение в имение Мелины проходило в закрытой карете. Ана смотрела через окно на разноцветные дома: розовые, желтые, голубые, фиолетовые – все они были приглушенных пастельных тонов и складывались в еще один пример совпадений между мирами. Оказался он случайностью или пожеланием одного из Скользящих на Землю? Люди в Гавре говорили, что у одной из Закатных королев случались частые приступы мигрени, которые становились невыносимыми при виде белоснежных стен, и любящий муж приказал выкрасить фасады домов на площадях и центральных улицах в мягкие цвета. Может, этой королевой была Мелина? Ане казалось, что не в характере той женщины, с которой она чувствовала особую связь, было насаждать свою волю. Хотя... никто не пострадал, а город заслужил еще большую славу. Кто знает, может, перед тем, как удалиться в имение, королева с затаенной тоской о Земле превратила свой город в Кюрасао?
Ана снова думала о прабабушке Ларса. Если оставив мужа и двух детей, она нашла в себе силы стать правительницей и любящей матерью, значит, Ана тоже сумеет.
* * *
Но чтобы будущая избранница Наследника не превратилась в избранницу под топор палача, ей нужно было как можно быстрее встретиться с Дэшем, который исчез из Гавры после посвящения в Храме.
Просить помощи у Ларса Ана не решилась. Тогда пришлось бы признаваться в сокрытии тайн и секретных встречах со Шпинелем в те времена, когда он еще был соперником Наследника. Так что, загнав себя в ловушку и осознав, что времени ждать случайной встречи нет, Ана попробовала использовать камень для связи. Она снова прикладывала плоский кружок к запястью и улыбалась, вспоминая себя за повозками на рыночной площади с камнем у уха вместо сотового телефона. Как давно это было! Словно не месяцы, а годы назад.
Неизвестно, сработал амулет связи или это было совпадением, но на следующий день, ближе к вечеру, Ларс появился вместе с Истинным.
– Прикажи Гае собрать вещи на один день, – сказал Наследник и добавил: – Истинный – наш союзник. Он знает о моем выборе и о камне Амари и отведет нас в безопасное место, где мы время от времени будем заниматься твоим даром, исследовать свойства Ока и сможем настроить через него нашу связь для Аль Ташида.
Услышав про «безопасное» место, Ана не предполагала, что окажется там, где была вместе Ларсом и Мирном почти год назад. Широкое плато грибом торчало посреди рукавов ущелья, все следы разрушения исчезли, а на месте деревни Краста возвышалось несколько отремонтированных домов с добротными крышами.
– Храм использует это место для своих целей, – ответил Истинный на непрозвучавший вопрос. – В основном для обучения и тренировок посвященных.
Стемнело, и в трех домах светились окна. На звук голосов из одного вышел служка в сером одеянии с опущенным на плечи капюшоном, и Ана узнала Дэша. Не сразу. Сначала увидела высокую фигуру, потом при свете ночных ламп у входа блеснула лысая голова. Это было так неправильно! Дико. Вместо длинных непослушных кудрей смотреть на открытый череп с высоким лбом и крупными ушами. Или они казались такими от маслянистого света ламп и без толстой шапки волос? На левом виске парня уже появилось несколько знаков. Сильный дар – определила Ана один из них.
Пока Ларс бросал недовольные, даже раздраженные взгляды в сторону молодого жреца, девушка кусала губы. Заметив ее замешательство, Дэш отвернулся. Потом спохватился, что находится перед Наследником и, сдержанно поздоровавшись, пошел навстречу.
Гаю и Ану определили в один дом, Наследника во второй, в третьем расположились Истинный и его ученик.
Простой до аскетизма ужин собрал за столом необычную компанию, оказавшуюся на удивление непритязательной. Даже Гае разрешили сесть вместе со всеми, и она бросала испуганные взгляды на Ларса и Истинного. Разговор шел о нескольких новых законах, которые затрагивали интересы треугольника власти – Храм, Совет, Король.
Не справляясь с собой, Ана слишком часто смотрела на Дэша, приучая себя к новому облику Шпинеля. Искала в глазах парня ответ на вопрос – почему? И не находила. Молодой служка не превратился в одночасье в подобие своего учителя. На его лице по-прежнему проступало много эмоций – раздражение, сменявшееся то решительностью, то вдруг несвойственной Дэшу покорностью.
Как же девушке хотелось поговорить с ним! После нескольких необычных встреч, что у них были, он стал для нее не чужим человеком. Ана даже собиралась принять его предложение, пусть только ради интересов Ларса! Но все же мысль о Дэше рядом не пугала.
Ночь на новом месте прошла беспокойно. Без привычных толстых стен имения или дворца Ана чувствовала себя незащищенной. На нее обрушились звуки ночи. Огромный оркестр состоял из разных ветров – ветра, шуршащего соломой крыши, и ветра, завывавшего внизу в сосудах ущелья, ветра, скользившего вдоль его высоких стен и того, что тонко свистел у окон. К оркестру добавлялся хор ночных птиц и зверей – грубая какофония, от которой хотелось закрыть уши. Разными голосами – от глубоких басов до высоких свистящих фальцетов и почти рэповской азбуки Морзе – пели камни, заявляя в своем присутствии.
Невозможно было спать!
Измучавшись, Ана заснула только под утро. А на рассвете пришел Истинный, вслед за ним Наследник, который не пожелал оставить девушку наедине с жрецом, и знаки на спине Аны снова изучали четыре глаза. Без постыдного раздевания. Кажется, оно навсегда осталось в прошлом. Запястья жрец обошел стороной.
Потом Истинный забрал с собой Наследника и оставил Ану с Дэшем.
– Жрец в обучении, – проговорил он, выделяя каждое слово, – с уникальным даром Искателя. Лучше него никто не сможет помочь вашей Избраннице стабилизировать дар.
Уникальность Дэша была в том, что он одинаково хорошо чувствовал кристаллы разными способами, в то время как большинство Искателей пользовались только одним каналом. Он их слышал, видел на изнанке век или сверканием в прозрачном воздухе, вдыхал их ароматы. И да, парень был настолько силен, что напоминал ходячую антенну, сканирующую пространство, создавая при этом такое мощное поле, что Ана начинала чувствовать вместе с ним. Обычно ей открывались голоса (скорее, шепот) камней, но пока она исследовала с Дэшем новые ответвления ущелья, у нее дважды получилось увидеть полупрозрачный кристалл над тем местом, где он находился, и ветер приносил ей незнакомые ароматы. Создавалось впечатление, что перед Аной раскрыли несколько книг на незнакомом языке, и она пытается разгадать значение странных знаков. Это было интересно и завораживающе, пока она не зазвучал особый зов камня. Не пение, а ровный ритм. Пульсация, словно рядом бьется живое сердце. И с каждым ударом в душе Аны обрушивались стены с трудом обретенного спокойствия. Дикая, дикая... Совершенно дикая мысль пронзила насквозь – что это сердце Бэя. Оно бьется – в этом мире или между мирами. В ее душе. Памяти... Ана шла, не разбирая дороги, пока не споткнулась, и упала бы в песок, если бы Дэш не удержал ее и не усадил на плоский камень в тени.
– Ты! Слышишь? Ты! Слышишь? – повторяла она в такт настойчивому ритму, получая растерянное покачивание головой в ответ. Так продолжалось неизвестно сколько раз, неизвестно сколько минут, пока неведомый пульс не затих. Пропал, оставив девушку обессиленной и опустошенной.
Ана еще долго приходила в себя и тряслась холодным ознобом под взволнованными взглядами своего юного учителя.
– Расскажешь? – спросил Дэш, когда девушка немного успокоилась.
– Я слышала очень странный голос камня. Как бой колокола, – соврала она, но правда была слишком личным переживанием. – Если ты ничего не заметил, значит, мне показалось?
Проследив взгляд спутницы сына, Королева проговорила, ни к кому не обращаясь:
– Полотно будет закончено к ночи Трех Лун.
И поднялась со своего места.
Даже простая будничная туника, украшенная зеленой вышивкой, подчеркивала статность и осанку Ее Величества Магды. Убранные в высокую прическу белые волосы открывали длинную шею. Королеве было около пятидесяти и, родив троих детей, она сохранила хорошую фигуру. Годы добавили ее лицу морщин, но они не отвлекали внимание от выразительных глаз, изучавших Ану с ног до головы, словно женщина видела ее в первый раз.
– Значит, все-таки она... – проговорила Магда, приглашая своих гостей к небольшому столу с более удобными стульями, чем кожаные скамеечки вокруг полотна.
– Мне нужны союзники, мама.
Наследник сначала помог сесть Королеве, потом Ане, опустился на стул сам.
Ана уставилась на огромную чашу с фруктами, изучая богатый набор сортов винограда – с ягодами разной формы, размеров и цветов: от светло-зеленого до чернильного.
– И ты пришел с этим ко мне. Хороший ход, – призналась Королева.
Ана все еще чувствовала на себе пытливый оценивающий взгляд, от которого хотелось спрятаться, но нельзя было показывать растерянность или стеснение. Никакой слабости. Испытания уже начались.
– Правильно я понимаю, что это не только выбор для Аль Ташида?
– Правильно. Как Избранник, я могу выбрать в невесты свою пару для Аль Ташида.
В комнате установилась тишина, нарушаемая лишь птичьим пением в саду. Не так давно рядом с балконом Королевы были устроены огромные клетки с певчими птицами. Ана видела, как их собирали, когда жила во дворце перед переездом в имение Мелины. Испуганной канарейкой появилась запоздалая мысль, что гораздо проще было согласиться на роль любовницы, которую селят не во дворце, а в красивом доме неподалеку.
Слабость, это была слабость и трусость.
– Нам предстоит долгий и сложный путь, Наследник.
Эти слова – согласие?! Неужели Королева так легко приняла чудовищно-неправильный выбор сына?
– Твоей девочке, – таким же тоном Магда могла бы сказать о собачке, – нужно многому научиться, у нее совсем нет манер, она не подготовлена к жизни при дворе, а главное, к своей роли рядом с тобой.
Ана оторвалась от разглядывания винограда и развернулась к Королеве.
– Я быстро учусь.
Ее собственный голос – не дрожавший! – должен был прозвучать как можно раньше.
Королева сделала вид, что ничего не услышала, и продолжила, глядя на сына.
– Я всегда узнавала в тебе черты моего отца, а тот не ведал, что такое отказываться от собственных планов, какими бы сложными или опасными они ни были. К тому же, я не поддерживаю навязчивую идею Аларика устроить ваш союз с Кайрой. – Тонкие пальцы Королевы с длинными аккуратными ногтями начали постукивать по столу, выдавая ее волнение. – Долина слишком велика для одного правителя, проблемы растут, как ущелья Карьера. У Рассветной слишком сильный характер, и она уже вкусила власть. Значит, ваш брак может превратиться в поединок. А этого твой отец не способен предвидеть, потому что привык недооценивать женщин. И он слишком мечтает о едином Королевском доме.
Вот и прозвучал сомнительный комплимент из уст Магды, вместе с озвученным местом Аны рядом с ее сыном – она должна быть слабой и не мешать.
Ларс молча слушал, позволяя матери высказаться.
– Я вижу больше преимуществ в деловом союзе. Рассветная уже проявила себя как разумный правитель. Значит, будет выбирать интересы королевства, а не действовать в угоду женской ревности и оскорбленному самолюбию. Но Кайра может помочь нам устранить Дагана.
– Каким образом? – прозвучал первый вопрос Наследника.
– Он сделал предложение Мирелле, открывшей вход в Лабиринт, и тем самым оставил себе возможность участвовать в Отборе.
– Кайра настроена вынудить Миреллу тянуть с ответом.
– Для нас важно, чтобы это желание у Рассветной не исчезло, а значит, она должна продолжать думать, что ты сделаешь выбор в ее пользу.
Королева наконец скользнула взглядом по Ане.
– Как умная женщина, Кайра приняла существование этой девушки рядом с тобой и не видит в ней угрозы своим планам.
Ларс подался немного вперед на стуле и проговорил, перебивая Королеву.
– Мою будущую невесту зовут Ана. Ты приняла мой выбор, мама, так что обращайся к ней с должным уважением.
Если бы подобных слов не прозвучало, Ана отказалась бы от своих обещаний Ларсу, выйдя из комнат Королевы. Но они прозвучали, обозначая готовность Наследника защищать свою избранницу от неприятия двора, с которым придется столкнуться.
И если Магде не понравилось заявление сына, она не подала вида, едва заметно кивнув:
– Хорошо, я буду обращаться к ней по имени. Но уважение не дается только за место рядом с тобой или в твоем сердце. Его нужно заслужить.
Взгляд королевы впился в Ану, не оставляя возможности отвернуться.
– То, как тебя воспримут двор и подданные королевства, зависит, прежде всего, от тебя самой. И будет иметь прямое влияние на отношение к Наследнику. Это большая ответственность. Прежде чем мы начнем делать первые шаги по превращению безродной, ничего не знающей о жизни в Долине девочки в будущую Королеву Закатного, я хочу, чтобы вы оба это понимали.
Золотая клетка захлопнулась, в ушах Аны звенели, дрожали, резонировали длинные прутья. От этого звука вспотели ладони. Она совсем не подумала о метке на запястье и о том, что она может скрывать!
– Мы все понимаем, – ответил за двоих Ларс.
– Тогда Ана должна оставаться в тени до самого дня определения пар. У вас с Кайрой право последнего голоса. Значит, Рассветная успеет расстроить союз Дагана, прежде чем услышит о твоем выборе. До этого момента Ану придется спрятать среди зрителей. Наши планы и подготовку твоей будущей Избранницы нужно хранить в тайне.
– Кайра может выбрать Дагана после того, как узнает мое решение.
Королева громко рассмеялась,
– Ты плохо знаешь женщин, мой мальчик.
В глазах Магды Ана увидела блеск азарта. Похоже, у них не просто появился союзник, но этот союзник рад брошенному вызову.
– И что-то нужно делать с безродностью Аны. Просто Рассветная для невесты Наследника будет недостаточно, – проговорила Королева, заканчивая разговор. – Нам придется найти ей родственников. Какой-нибудь разорившийся род, который согласится на удочерение. Но это можно сделать после Аль Ташида.
Слова Королевы преследовали Ану всю дорогу до имения. Ларс был молчалив, но на его лице блуждала довольная улыбка, и он заметно расслабился после встречи с матерью. Чтобы отвлечься от волнений по поводу знаков на запястье, Ана стала расспрашивать Наследника о том, что слышала от Гаи, и ответы подтвердили правдивость слов подруги.
– Наступает опасное время, Ана. Чем выше недовольство обычного народа, тем легче зажечь огни ненависти и раздражения и воспользоваться ситуацией.
– Кого ты имеешь в виду?
– Совет. Я думаю, что в Закатном королевстве скоро будет серьезное столкновение за власть. Даган и Рам превращаются в союзников, мне необходимо как можно скорее получить место в Совете, поэтому я буду настаивать на более раннем определении пар и Избранников.
Значит, у Аны тоже оставалось мало времени.
– Ты уверен в своей победе, несмотря на то, что выбираешь меня, а не сильного Искателя?
– У нас есть Око.
– И что оно может?
– Все, – загадочно улыбнулся Ларс, но не стал продолжать.
Щадя камни и силы Наследника, вместо скольжения возвращение в имение Мелины проходило в закрытой карете. Ана смотрела через окно на разноцветные дома: розовые, желтые, голубые, фиолетовые – все они были приглушенных пастельных тонов и складывались в еще один пример совпадений между мирами. Оказался он случайностью или пожеланием одного из Скользящих на Землю? Люди в Гавре говорили, что у одной из Закатных королев случались частые приступы мигрени, которые становились невыносимыми при виде белоснежных стен, и любящий муж приказал выкрасить фасады домов на площадях и центральных улицах в мягкие цвета. Может, этой королевой была Мелина? Ане казалось, что не в характере той женщины, с которой она чувствовала особую связь, было насаждать свою волю. Хотя... никто не пострадал, а город заслужил еще большую славу. Кто знает, может, перед тем, как удалиться в имение, королева с затаенной тоской о Земле превратила свой город в Кюрасао?
Ана снова думала о прабабушке Ларса. Если оставив мужа и двух детей, она нашла в себе силы стать правительницей и любящей матерью, значит, Ана тоже сумеет.
* * *
Но чтобы будущая избранница Наследника не превратилась в избранницу под топор палача, ей нужно было как можно быстрее встретиться с Дэшем, который исчез из Гавры после посвящения в Храме.
Просить помощи у Ларса Ана не решилась. Тогда пришлось бы признаваться в сокрытии тайн и секретных встречах со Шпинелем в те времена, когда он еще был соперником Наследника. Так что, загнав себя в ловушку и осознав, что времени ждать случайной встречи нет, Ана попробовала использовать камень для связи. Она снова прикладывала плоский кружок к запястью и улыбалась, вспоминая себя за повозками на рыночной площади с камнем у уха вместо сотового телефона. Как давно это было! Словно не месяцы, а годы назад.
Неизвестно, сработал амулет связи или это было совпадением, но на следующий день, ближе к вечеру, Ларс появился вместе с Истинным.
– Прикажи Гае собрать вещи на один день, – сказал Наследник и добавил: – Истинный – наш союзник. Он знает о моем выборе и о камне Амари и отведет нас в безопасное место, где мы время от времени будем заниматься твоим даром, исследовать свойства Ока и сможем настроить через него нашу связь для Аль Ташида.
Услышав про «безопасное» место, Ана не предполагала, что окажется там, где была вместе Ларсом и Мирном почти год назад. Широкое плато грибом торчало посреди рукавов ущелья, все следы разрушения исчезли, а на месте деревни Краста возвышалось несколько отремонтированных домов с добротными крышами.
– Храм использует это место для своих целей, – ответил Истинный на непрозвучавший вопрос. – В основном для обучения и тренировок посвященных.
Стемнело, и в трех домах светились окна. На звук голосов из одного вышел служка в сером одеянии с опущенным на плечи капюшоном, и Ана узнала Дэша. Не сразу. Сначала увидела высокую фигуру, потом при свете ночных ламп у входа блеснула лысая голова. Это было так неправильно! Дико. Вместо длинных непослушных кудрей смотреть на открытый череп с высоким лбом и крупными ушами. Или они казались такими от маслянистого света ламп и без толстой шапки волос? На левом виске парня уже появилось несколько знаков. Сильный дар – определила Ана один из них.
Пока Ларс бросал недовольные, даже раздраженные взгляды в сторону молодого жреца, девушка кусала губы. Заметив ее замешательство, Дэш отвернулся. Потом спохватился, что находится перед Наследником и, сдержанно поздоровавшись, пошел навстречу.
Гаю и Ану определили в один дом, Наследника во второй, в третьем расположились Истинный и его ученик.
Простой до аскетизма ужин собрал за столом необычную компанию, оказавшуюся на удивление непритязательной. Даже Гае разрешили сесть вместе со всеми, и она бросала испуганные взгляды на Ларса и Истинного. Разговор шел о нескольких новых законах, которые затрагивали интересы треугольника власти – Храм, Совет, Король.
Не справляясь с собой, Ана слишком часто смотрела на Дэша, приучая себя к новому облику Шпинеля. Искала в глазах парня ответ на вопрос – почему? И не находила. Молодой служка не превратился в одночасье в подобие своего учителя. На его лице по-прежнему проступало много эмоций – раздражение, сменявшееся то решительностью, то вдруг несвойственной Дэшу покорностью.
Как же девушке хотелось поговорить с ним! После нескольких необычных встреч, что у них были, он стал для нее не чужим человеком. Ана даже собиралась принять его предложение, пусть только ради интересов Ларса! Но все же мысль о Дэше рядом не пугала.
Ночь на новом месте прошла беспокойно. Без привычных толстых стен имения или дворца Ана чувствовала себя незащищенной. На нее обрушились звуки ночи. Огромный оркестр состоял из разных ветров – ветра, шуршащего соломой крыши, и ветра, завывавшего внизу в сосудах ущелья, ветра, скользившего вдоль его высоких стен и того, что тонко свистел у окон. К оркестру добавлялся хор ночных птиц и зверей – грубая какофония, от которой хотелось закрыть уши. Разными голосами – от глубоких басов до высоких свистящих фальцетов и почти рэповской азбуки Морзе – пели камни, заявляя в своем присутствии.
Невозможно было спать!
Измучавшись, Ана заснула только под утро. А на рассвете пришел Истинный, вслед за ним Наследник, который не пожелал оставить девушку наедине с жрецом, и знаки на спине Аны снова изучали четыре глаза. Без постыдного раздевания. Кажется, оно навсегда осталось в прошлом. Запястья жрец обошел стороной.
Потом Истинный забрал с собой Наследника и оставил Ану с Дэшем.
– Жрец в обучении, – проговорил он, выделяя каждое слово, – с уникальным даром Искателя. Лучше него никто не сможет помочь вашей Избраннице стабилизировать дар.
Уникальность Дэша была в том, что он одинаково хорошо чувствовал кристаллы разными способами, в то время как большинство Искателей пользовались только одним каналом. Он их слышал, видел на изнанке век или сверканием в прозрачном воздухе, вдыхал их ароматы. И да, парень был настолько силен, что напоминал ходячую антенну, сканирующую пространство, создавая при этом такое мощное поле, что Ана начинала чувствовать вместе с ним. Обычно ей открывались голоса (скорее, шепот) камней, но пока она исследовала с Дэшем новые ответвления ущелья, у нее дважды получилось увидеть полупрозрачный кристалл над тем местом, где он находился, и ветер приносил ей незнакомые ароматы. Создавалось впечатление, что перед Аной раскрыли несколько книг на незнакомом языке, и она пытается разгадать значение странных знаков. Это было интересно и завораживающе, пока она не зазвучал особый зов камня. Не пение, а ровный ритм. Пульсация, словно рядом бьется живое сердце. И с каждым ударом в душе Аны обрушивались стены с трудом обретенного спокойствия. Дикая, дикая... Совершенно дикая мысль пронзила насквозь – что это сердце Бэя. Оно бьется – в этом мире или между мирами. В ее душе. Памяти... Ана шла, не разбирая дороги, пока не споткнулась, и упала бы в песок, если бы Дэш не удержал ее и не усадил на плоский камень в тени.
– Ты! Слышишь? Ты! Слышишь? – повторяла она в такт настойчивому ритму, получая растерянное покачивание головой в ответ. Так продолжалось неизвестно сколько раз, неизвестно сколько минут, пока неведомый пульс не затих. Пропал, оставив девушку обессиленной и опустошенной.
Ана еще долго приходила в себя и тряслась холодным ознобом под взволнованными взглядами своего юного учителя.
– Расскажешь? – спросил Дэш, когда девушка немного успокоилась.
– Я слышала очень странный голос камня. Как бой колокола, – соврала она, но правда была слишком личным переживанием. – Если ты ничего не заметил, значит, мне показалось?
