- И что же это такое? – спросил Елизар, глядя на приближающееся блестящее нечто.
- Вода! – хором крикнули братья, и в тот момент аэросани вылетели на твёрдую блестящую поверхность замёрзшего подземного озера.
- Точнее - лёд! – констатировал брат первый, многозначительно подняв палец.
Теперь их необычный транспорт летел по льду, прозрачному, как воздух. Только многочисленные трещины, пронизывающие толщу замёрзшей воды и тёмные тени рыб, где-то далеко внизу, указывали на то, что путешественники не в небе, а на твёрдой поверхности.
- Правь туда, - указал второй брат в сторону какого-то нагромождения на горизонте.
- Почему туда? – спросил Елизар.
- Чувствую, - кратко ответил малец, и надулся от важности.
- Он всегда чувствует, - пожал плечами его брат, - и никогда не ошибается.
Елизар послушался и направил сани к чему-то отдалённо напоминающему пристань с портовыми постройками. Ещё через минуту они «причалили» к мосткам, видимо предназначенным для лодок. Лётчик заглушил мотор, и все присутствующие переглянулись.
- Где мы? – спросила Они, оглядывая возвышающиеся вокруг на циклопическую высоту, стены, с небольшим, но ослепительно ярким пятном синего неба наверху.
- В кратере потухшего вулкана, я полагаю, - проговорил второй брат, а первый закивал при этом головой.
- Ты полагаешь? – иронично заметил Елизар. – Значит, вы не знали, куда мы попадём?
- Откуда ж? – пожал плечами первый. – Мы что, похожи на пророков? Между прочим, здесь мы такие же чужаки, как и вы, только в тюрягу нас никто не сажал, хоть и ловили всем городом.
- Так кто же вы такие? – спросила Они, разглядывая лихих малюток, которые никуда не убегали, уверенные в своей неуловимости.
- Мы, - ответил первый близнец торжественно, - Адские гонщики!
- У-гонщики, - уточнил близнец второй. – Адские угонщики! Меня зовут Милли, а его – Билли.
- Билли и Милли, приятно познакомиться! - улыбнулась Они. – Билли, это, то же что Билл, я полагаю? А вот Милли...
- Миллисента! – фыркнул их собеседник. – Ну, что, похожа я на принцессу?
Они и Елизар в недоумении переглянулись.
- Ну что вы рты раззявили? – набычился брат Миллисенты. – Да, она девчонка, так что с того?
- Н-ничего, - ответила Они и поправила челюсть Елизару, который и впрямь сидел, открыв рот. – Оч-чень даже хорошо...
- Ничего в этом нет хорошего! – взвизгнула Милли. – Все только смеются, когда узнают кто я на самом деле. Хочу быть парнем!
- Я вот не смеюсь! – заявил Елизар, и тут же хохотнул, не удержавшись.
Милли подарила ему взгляд полный обиды и презрения, после чего картинно надулась.
- Эй, я вот тоже девчонка, но ничуть не жалею об этом, - попыталась разрядить обстановку Они.
- Ага, ты красивая! – зло фыркнула Милли.
- А ты считаешь, что ты некрасивая? – спросила Они. – Или тебе это кто-то сказал?
Милли смерила её долгим задумчивым взглядом.
- Мне бы такие рожки, - вздохнула она. – Но у меня такая красота ещё так нескоро вырастет!
Они невольно пощупала свои подросшие за время болезни «рожки».
- Вообще-то они у меня обычно меньше, - сказала она. – И я надеюсь, что они обратно уменьшатся, когда я окончательно поправлюсь или когда мы покинем этот мир. А иначе придётся их срезать...
- С ума сошла такое срезать?! – почти крикнула Милли. – Да у нас бы все девчонки от зависти лопнули!
- Эй, хватит уже рассуждать о своих бабьих штучках! – перебил её Билли. – Мы что, так и будем сидеть в кабине или всё-таки пойдем, посмотрим, что здесь да как?
- Точно! – вскинулась Милли, тут же забыв о своих обидах. – Раз тут есть пристань и постройки, значит это какая-то станция, а раз в такой холод нет дыма из труб, значит, станция покинута. Это и хорошо, и плохо.
- Пока не вижу ни хорошего, ни плохого, - проворчал Елизар, открывая дверь.
- Секи момент, брателло, - наставительно проговорил коротыш Билли. – Нет людей – хорошо, значит, никто нас не станет ловить, за нами гоняться и мешать нам, жить так, как нам хочется. Но это же самое и плохо, потому что там, где нет людей, там нет жратвы и угнать, как правило, нечего! Ну, и поприкалываться тоже не над кем.
- Но всё равно там можно найти что-нибудь полезное, - снова заговорила Милли. – Так что хватит время терять, и пошли. Только, сестрёнка, сделай милость – понеси нас.
- Зачем? – удивилась Они.
- А затем, что по льду и снегу босиком бегать холодно, - резонно ответила Адская угонщица.
- Я вас могу понести, - вызвался Елизар, которому на самом деле не слишком-то этого хотелось.
- Не, ты сумки тащи, - нахально зевнув, распорядился Билли. – У вас там много всякого полезного, так что не растеряй. Да, и канистру не забудь!
............................................................................
- Вот поэтому я и говорю, что некрасивая! – с обидой говорила Милли, стоя перед Они на табуретке и держа кепку в руках.
Из её растрёпанной шевелюры цвета ржавчины торчали смешные белые рожки. Но они были не такие, как у Они до болезни – изящные и тоненькие, а какие-то широкие и скруглённые на концах. Девушка смотрела на такое чудо, открыв рот. Она впервые видела рожки на голове человекоподобного существа вне своей семьи. У неё ведь было несколько сестёр и братьев, у которых тоже имелось такое украшение на голове, поскольку отцом их всех являлся капитан Барбарус Бодакула. Они пребывала в твёрдой уверенности, что других таких существ в природе не существует. Оказывается, она ошибалась.
- Парням-то что! – рассуждала Милли. – У них рога растут вдвое быстрее нашего, а мне ещё лет двести выслушивать насмешки и всякие глупости. Поэтому, я хочу быть парнем!
Она с завистью поглядела на брата, который, сидя у печки, увлечённо грыз кость от окорока.
- Да что же вы на самом деле такое? – спросил Елизар, который уже несколько минут отчаянно чесал в затылке.
- Не что, а кто! – ворчливо отозвался Билли, отрываясь от своей кости. – Полусатиры мы, вот кто!
- Полусатиры? – удивилась Они.
- Чему тут удивляться-то? – пожал плечами адский угонщик. – Сама-то ты разве не из наших будешь?
- Хм, нет, не из ваших, - ответила девушка. – Не поймите неправильно, я ничего не имею против сатиров и полусатиров, но сама я не то и не другое. Я, видите ли, на четверть коза!
Билли даже кость выронил от такого признания. Теперь брат и сестра во все глаза смотрели на Они, которой пришла очередь смутиться.
- Расскажи, - попросила Милли, натягивая кепку и забираясь к ней на колени. – Расскажи, пожалуйста!
- Эй, не всё можно рассказывать детям! – вмешался Елизар.
Брат и сестра переглянулись и рассмеялись.
- С точки зрения сатиров мы действительно дети, - пояснил Билли их неожиданное веселье. – Дети, потому что растём и своих детей пока не делаем. А вот с точки зрения людей... Сам посуди – нам с Милли по... не важно, сколько лет каждому, но поверь, что человеческое совершеннолетие мы уже давно пережили. И мы всё про дела любовные очень даже хорошо знаем! Насмотрелись и наслушались всякого, ты уж поверь, ведь мы отлично умеем прятаться. Кроме того, сатиры от своих детей ничего не скрывают, они ведь не люди и не страдают всякими глупостями. Так что, подруга, рассказывай всё, как есть, и если тебе удастся нас удивить, то смутить уж точно не получится!
Они прикинула что-то про себя, и начала рассказ о своей семье, который Елизар уже слышал.
- Так что раз мой дедушка по природе козёл, хоть и необычный, из другого мира, то отец у меня полукозёл, козлиный мулат. У него есть рога и копыта на ногах, козьи глаза, а на бёдрах густая шерсть, и мама что-то говорила про маленький хвостик. Ну, а я, выходит, коза на четверть – квартеронка! Отсюда и рожки.
- Вот здорово! – воскликнула Милли, даже запрыгав от восторга. – В каких только мирах нам бывать ни приходилось, а такого не слышали.
- Слушай, подруга, а тебе лет-то сколько? – серьёзно спросил Билли.
- Восемнадцать, - ответила Они, и почему-то смутилась.
Брат и сестра присвистнули.
- А выглядишь на все триста, - сказал Билли. – Значит, ты живёшь, как человек?
- Ну, да, - сказала Они, почему-то смутившись ещё больше. – Но дядя Огги, тот, который на самом деле красный дракон, говорит, что от мамы мне передалось очень много драконьих свойств, хоть мама и не дракон по рождению. А это значит, что здесь очень много неясностей, но скорее всего я проживу драконий век.
- А это сколько?
- Бывает несколько сотен тысячелетий, но случается и поболее.
В тесной бытовке, где остановились путешественники, повисло молчание. Теперь почему-то смутился Елизар.
- Вот что, ребята, - сказал он, - вы начали про себя рассказывать, но не закончили. Итак, вы полусатиры, это ясно. А полу кто ещё? Люди, нет?
- Нет, - вздохнул Билли, - не люди. Мы сами точно не знаем, потому что сатиры забрали нас из племени, где мы родились, чтобы воспитывать самим. Они всегда так делают, чтобы не оставлять следов своих похождений. Те ещё ходоки по бабам всех рас и видов, но детей своих не бросают. Мы росли среди сатиро-нимф и сатиро-эльфов. Там было много ещё всяких чудиков посмешнее нас и пострашнее. Но мы были самыми маленькими, меньше сатиро-гномов, зато самыми ловкими!
Сказав это, он приосанился, а Милли лихо щёлкнула пальцами.
- Скорее всего, мы родственники какой-то разновидности людей по материнской линии, - продолжал Билли свои рассуждения. – У людей много разных родственников, о которых они знать не знают, потому что те проживают в других мирах. Рядом с человеком, видите ли, жить опасно! Он, видите ли, считает себя пупом мироздания и везде, где бы ни появился, старается расчистить территорию для себя любимого, не считаясь с тем, что там живёт кто-то ещё. Есть и такие места, где люди думают, что они одни в целой Вселенной. Вот уж глупость, так глупость! Это всё равно, что тараканы, живущие в буфете, решат, что они одни во всём доме, между тем, как кухня ими кишмя кишит!
Брат и сестра захихикали, считая эту шутку крайне удачной.
- Но надо отдать людям должное, - продолжал мелкий полусатир, - они невероятно изобретательны! Ни одна из подобных им рас не придумала и сотой доли таких интересных штук, каких наварганили люди. Вот, скажем та игрушка, на которой мы сюда приехали. Мы слямзили её из измерения, которое местные называют – «Земля»...
- Как, как? – воскликнул Елизар. – Так вы бывали на Земле?
- Не только бывали, но и предпочитаем угонять всякие штуки именно оттуда, - ответил Билли. – В других местах техника либо примитивная, как здесь, (правда, нам нравятся здешние паровозы), либо совсем уж крутая – полжизни надо потратить на изучение инструкции, чтобы сдвинуть с места. А на Земле всё клёво! Чего мы оттуда только не позаимствовали. Мотоциклы, автомобили всякие, однажды пароход угнали...
- Не однажды, - поправила его Милли.
- Хорошо, не однажды, - не стал спорить с ней брат. – Пароходов и прочих кораблей, мы угнали несколько, я сам не помню сколько. Даже парусники уводили, но это не то, нам больше нравится то, что ездит за счёт мотора!
- Погодите, - нахмурился Елизар, - вы говорили, что вам не так много лет, а сами рассказываете про пароходы и парусники, и тут же про автомобили. Чтобы такое охватить, нужно жить подольше.
- Так мы же не живём там, - рассмеялась Милли. – Когда нам хочется чего-нибудь интересненького, просто выбираем себе эпоху и вперёд!
- Выбираете эпоху? - навострила уши Они. – Значит, вы не только по измерениям путешествовать можете, но и по времени?
- Ну, да, а что тут такого? – пожал плечами Билли. – Время ведь, это тоже измерение само по себе, и ходить по нему можно так же, как и по любому другому.
- Научите?
- Запросто! Но надо добраться до точки пересечения измерений, и тогда всё расскажем и покажем, как есть.
- А здесь-то вы что забыли? – спросил Елизар. – Сами же говорите, что с техникой в этом мире туго.
- Зато здесь горы, вон какие! – рассмеялся Билли. – А где же обкатывать санки, как ни на горках? На Земле тоже горы имеются, но там стрёмно – то горы слишком крутые, то слишком населённые, а жители такие пугливые, что сразу стрелять начинают, как увидят то, чего раньше не видели.
- Например, аэросани, которыми никто не управляет, - вставила Милли. – Правда, когда видят, что ими управляем мы, то бывает ещё хуже!
- Вот мы и решили погонять здесь, где жителей не так много, и гнаться за нами на снегоходах никто не будет, - продолжал Билли. – Но мы малость просчитались.
- Не надо было в город заезжать! – ехидно пропела Милли.
- А кто говорил – «Ой, какие башенки! Ой, как вкусно пахнет!»
Брат и сестра покраснели, как две свёклы, и, похоже, собирались устроить перепалку, но Они поспешно спросила:
- Так вас поймали в этом городе?
- Не поймали и не в этом, - ответил Билли, моментально остыв. – Там, где мы проехали, жители обалдели, ну, просто опешили, потому что никогда не видели ничего подобного!
- Я даже крендель с лотка ухватила! – похвасталась Милли.
- Зато они телеграфировали в тот город, который вы тоже немного узнали, - вздохнул Билли. – Нас там уже ждали с дубьём и дрекольем, а ещё, с цепями, сетями и верёвками. Даже святой водой облили, и это на морозе-то, брр! Но мы не сдались и устроили им показательные гонки. Такой был шурум-бурум! Эти дураки классически лупили друг друга, стараясь попасть по нам, а сколько добра переломали! И всё же нас загнали в угол, машину пришлось бросить и спрятаться в ближайшем подвале. Какие там были колбасы! А окорока! А сыр! А пиво! А капуста квашенная! А огурчики бочковые! Век бы оттуда не выбрались, но душа была не на месте, от того, что наша техника в руках неприятеля. Спасибо, что они её не разбили и не разобрали на части. Всё ждали какого-то учёного в гости, а он всё не ехал и не ехал. Месяц мы мучились – замок на цепи открыть пробовали или цепь распилить. Но не тут-то было! Замок тамошний оказался нам не по зубам, а ведь мы в замках понимаем – не в первый раз их открывать приходится. Что же касается цепи, то её не то чтобы разбить или распилить, даже поцарапать не выходило! Мы совсем уже отчаялись, а тут вы на город свалились с неба!
- Мы сразу решили – тут всё не просто, и тюрьмой этих двоих долго не удержишь, - продолжила Милли за брата. – Смотрим – действительно, не прошло и суток, а вы уже из кутузки выходите. И начальника тюряги уходили, и жену его с соплявками перепугали, и пограбили неплохо, и быстро сообразили, что наши санки в этом городе самая интересная для вас вещь. Ну, а, когда цепь раздраконили, тут сразу стало ясно – это наши ребята!
Они и Елизар переглянулись. Крыть было нечем, и опровергать слова Адских угонщиков смысла не было. Пусть их вели обстоятельства, но слова Милли содержали львиную долю правды.
- Вот только уйти без нас у вас не получилось бы, - снова заговорил Билли. – Мы-то этот маршрут давно для себя приметили и всё рассчитали. Не хватало только санок! Так что вас пришлось только поправить.
- Но вы же не знали, куда ведёт «Червячный лаз»? – возмутился лётчик. – А вдруг и впрямь в лаву или ещё куда похуже? Этот туннель мог просто окончиться тупиком, и я не думаю, что нам хватило бы сил подняться обратно?
- Во-первых, - начал Билли, взмахнув костью, как преподаватель указкой, - такое дело, это всегда риск. Во-вторых, мы верим в удачу, и она нас никогда не подводила. А, в-третьих – посмотри, какое приключение! Разве ты жалеешь, что оно с тобой случилось?
- Вода! – хором крикнули братья, и в тот момент аэросани вылетели на твёрдую блестящую поверхность замёрзшего подземного озера.
- Точнее - лёд! – констатировал брат первый, многозначительно подняв палец.
Теперь их необычный транспорт летел по льду, прозрачному, как воздух. Только многочисленные трещины, пронизывающие толщу замёрзшей воды и тёмные тени рыб, где-то далеко внизу, указывали на то, что путешественники не в небе, а на твёрдой поверхности.
- Правь туда, - указал второй брат в сторону какого-то нагромождения на горизонте.
- Почему туда? – спросил Елизар.
- Чувствую, - кратко ответил малец, и надулся от важности.
- Он всегда чувствует, - пожал плечами его брат, - и никогда не ошибается.
Елизар послушался и направил сани к чему-то отдалённо напоминающему пристань с портовыми постройками. Ещё через минуту они «причалили» к мосткам, видимо предназначенным для лодок. Лётчик заглушил мотор, и все присутствующие переглянулись.
- Где мы? – спросила Они, оглядывая возвышающиеся вокруг на циклопическую высоту, стены, с небольшим, но ослепительно ярким пятном синего неба наверху.
- В кратере потухшего вулкана, я полагаю, - проговорил второй брат, а первый закивал при этом головой.
- Ты полагаешь? – иронично заметил Елизар. – Значит, вы не знали, куда мы попадём?
- Откуда ж? – пожал плечами первый. – Мы что, похожи на пророков? Между прочим, здесь мы такие же чужаки, как и вы, только в тюрягу нас никто не сажал, хоть и ловили всем городом.
- Так кто же вы такие? – спросила Они, разглядывая лихих малюток, которые никуда не убегали, уверенные в своей неуловимости.
- Мы, - ответил первый близнец торжественно, - Адские гонщики!
- У-гонщики, - уточнил близнец второй. – Адские угонщики! Меня зовут Милли, а его – Билли.
- Билли и Милли, приятно познакомиться! - улыбнулась Они. – Билли, это, то же что Билл, я полагаю? А вот Милли...
- Миллисента! – фыркнул их собеседник. – Ну, что, похожа я на принцессу?
Они и Елизар в недоумении переглянулись.
- Ну что вы рты раззявили? – набычился брат Миллисенты. – Да, она девчонка, так что с того?
- Н-ничего, - ответила Они и поправила челюсть Елизару, который и впрямь сидел, открыв рот. – Оч-чень даже хорошо...
- Ничего в этом нет хорошего! – взвизгнула Милли. – Все только смеются, когда узнают кто я на самом деле. Хочу быть парнем!
- Я вот не смеюсь! – заявил Елизар, и тут же хохотнул, не удержавшись.
Милли подарила ему взгляд полный обиды и презрения, после чего картинно надулась.
- Эй, я вот тоже девчонка, но ничуть не жалею об этом, - попыталась разрядить обстановку Они.
- Ага, ты красивая! – зло фыркнула Милли.
- А ты считаешь, что ты некрасивая? – спросила Они. – Или тебе это кто-то сказал?
Милли смерила её долгим задумчивым взглядом.
- Мне бы такие рожки, - вздохнула она. – Но у меня такая красота ещё так нескоро вырастет!
Они невольно пощупала свои подросшие за время болезни «рожки».
- Вообще-то они у меня обычно меньше, - сказала она. – И я надеюсь, что они обратно уменьшатся, когда я окончательно поправлюсь или когда мы покинем этот мир. А иначе придётся их срезать...
- С ума сошла такое срезать?! – почти крикнула Милли. – Да у нас бы все девчонки от зависти лопнули!
- Эй, хватит уже рассуждать о своих бабьих штучках! – перебил её Билли. – Мы что, так и будем сидеть в кабине или всё-таки пойдем, посмотрим, что здесь да как?
- Точно! – вскинулась Милли, тут же забыв о своих обидах. – Раз тут есть пристань и постройки, значит это какая-то станция, а раз в такой холод нет дыма из труб, значит, станция покинута. Это и хорошо, и плохо.
- Пока не вижу ни хорошего, ни плохого, - проворчал Елизар, открывая дверь.
- Секи момент, брателло, - наставительно проговорил коротыш Билли. – Нет людей – хорошо, значит, никто нас не станет ловить, за нами гоняться и мешать нам, жить так, как нам хочется. Но это же самое и плохо, потому что там, где нет людей, там нет жратвы и угнать, как правило, нечего! Ну, и поприкалываться тоже не над кем.
- Но всё равно там можно найти что-нибудь полезное, - снова заговорила Милли. – Так что хватит время терять, и пошли. Только, сестрёнка, сделай милость – понеси нас.
- Зачем? – удивилась Они.
- А затем, что по льду и снегу босиком бегать холодно, - резонно ответила Адская угонщица.
- Я вас могу понести, - вызвался Елизар, которому на самом деле не слишком-то этого хотелось.
- Не, ты сумки тащи, - нахально зевнув, распорядился Билли. – У вас там много всякого полезного, так что не растеряй. Да, и канистру не забудь!
............................................................................
- Вот поэтому я и говорю, что некрасивая! – с обидой говорила Милли, стоя перед Они на табуретке и держа кепку в руках.
Из её растрёпанной шевелюры цвета ржавчины торчали смешные белые рожки. Но они были не такие, как у Они до болезни – изящные и тоненькие, а какие-то широкие и скруглённые на концах. Девушка смотрела на такое чудо, открыв рот. Она впервые видела рожки на голове человекоподобного существа вне своей семьи. У неё ведь было несколько сестёр и братьев, у которых тоже имелось такое украшение на голове, поскольку отцом их всех являлся капитан Барбарус Бодакула. Они пребывала в твёрдой уверенности, что других таких существ в природе не существует. Оказывается, она ошибалась.
- Парням-то что! – рассуждала Милли. – У них рога растут вдвое быстрее нашего, а мне ещё лет двести выслушивать насмешки и всякие глупости. Поэтому, я хочу быть парнем!
Она с завистью поглядела на брата, который, сидя у печки, увлечённо грыз кость от окорока.
- Да что же вы на самом деле такое? – спросил Елизар, который уже несколько минут отчаянно чесал в затылке.
- Не что, а кто! – ворчливо отозвался Билли, отрываясь от своей кости. – Полусатиры мы, вот кто!
- Полусатиры? – удивилась Они.
- Чему тут удивляться-то? – пожал плечами адский угонщик. – Сама-то ты разве не из наших будешь?
- Хм, нет, не из ваших, - ответила девушка. – Не поймите неправильно, я ничего не имею против сатиров и полусатиров, но сама я не то и не другое. Я, видите ли, на четверть коза!
Билли даже кость выронил от такого признания. Теперь брат и сестра во все глаза смотрели на Они, которой пришла очередь смутиться.
- Расскажи, - попросила Милли, натягивая кепку и забираясь к ней на колени. – Расскажи, пожалуйста!
- Эй, не всё можно рассказывать детям! – вмешался Елизар.
Брат и сестра переглянулись и рассмеялись.
- С точки зрения сатиров мы действительно дети, - пояснил Билли их неожиданное веселье. – Дети, потому что растём и своих детей пока не делаем. А вот с точки зрения людей... Сам посуди – нам с Милли по... не важно, сколько лет каждому, но поверь, что человеческое совершеннолетие мы уже давно пережили. И мы всё про дела любовные очень даже хорошо знаем! Насмотрелись и наслушались всякого, ты уж поверь, ведь мы отлично умеем прятаться. Кроме того, сатиры от своих детей ничего не скрывают, они ведь не люди и не страдают всякими глупостями. Так что, подруга, рассказывай всё, как есть, и если тебе удастся нас удивить, то смутить уж точно не получится!
Они прикинула что-то про себя, и начала рассказ о своей семье, который Елизар уже слышал.
- Так что раз мой дедушка по природе козёл, хоть и необычный, из другого мира, то отец у меня полукозёл, козлиный мулат. У него есть рога и копыта на ногах, козьи глаза, а на бёдрах густая шерсть, и мама что-то говорила про маленький хвостик. Ну, а я, выходит, коза на четверть – квартеронка! Отсюда и рожки.
- Вот здорово! – воскликнула Милли, даже запрыгав от восторга. – В каких только мирах нам бывать ни приходилось, а такого не слышали.
- Слушай, подруга, а тебе лет-то сколько? – серьёзно спросил Билли.
- Восемнадцать, - ответила Они, и почему-то смутилась.
Брат и сестра присвистнули.
- А выглядишь на все триста, - сказал Билли. – Значит, ты живёшь, как человек?
- Ну, да, - сказала Они, почему-то смутившись ещё больше. – Но дядя Огги, тот, который на самом деле красный дракон, говорит, что от мамы мне передалось очень много драконьих свойств, хоть мама и не дракон по рождению. А это значит, что здесь очень много неясностей, но скорее всего я проживу драконий век.
- А это сколько?
- Бывает несколько сотен тысячелетий, но случается и поболее.
В тесной бытовке, где остановились путешественники, повисло молчание. Теперь почему-то смутился Елизар.
- Вот что, ребята, - сказал он, - вы начали про себя рассказывать, но не закончили. Итак, вы полусатиры, это ясно. А полу кто ещё? Люди, нет?
- Нет, - вздохнул Билли, - не люди. Мы сами точно не знаем, потому что сатиры забрали нас из племени, где мы родились, чтобы воспитывать самим. Они всегда так делают, чтобы не оставлять следов своих похождений. Те ещё ходоки по бабам всех рас и видов, но детей своих не бросают. Мы росли среди сатиро-нимф и сатиро-эльфов. Там было много ещё всяких чудиков посмешнее нас и пострашнее. Но мы были самыми маленькими, меньше сатиро-гномов, зато самыми ловкими!
Сказав это, он приосанился, а Милли лихо щёлкнула пальцами.
- Скорее всего, мы родственники какой-то разновидности людей по материнской линии, - продолжал Билли свои рассуждения. – У людей много разных родственников, о которых они знать не знают, потому что те проживают в других мирах. Рядом с человеком, видите ли, жить опасно! Он, видите ли, считает себя пупом мироздания и везде, где бы ни появился, старается расчистить территорию для себя любимого, не считаясь с тем, что там живёт кто-то ещё. Есть и такие места, где люди думают, что они одни в целой Вселенной. Вот уж глупость, так глупость! Это всё равно, что тараканы, живущие в буфете, решат, что они одни во всём доме, между тем, как кухня ими кишмя кишит!
Брат и сестра захихикали, считая эту шутку крайне удачной.
- Но надо отдать людям должное, - продолжал мелкий полусатир, - они невероятно изобретательны! Ни одна из подобных им рас не придумала и сотой доли таких интересных штук, каких наварганили люди. Вот, скажем та игрушка, на которой мы сюда приехали. Мы слямзили её из измерения, которое местные называют – «Земля»...
- Как, как? – воскликнул Елизар. – Так вы бывали на Земле?
- Не только бывали, но и предпочитаем угонять всякие штуки именно оттуда, - ответил Билли. – В других местах техника либо примитивная, как здесь, (правда, нам нравятся здешние паровозы), либо совсем уж крутая – полжизни надо потратить на изучение инструкции, чтобы сдвинуть с места. А на Земле всё клёво! Чего мы оттуда только не позаимствовали. Мотоциклы, автомобили всякие, однажды пароход угнали...
- Не однажды, - поправила его Милли.
- Хорошо, не однажды, - не стал спорить с ней брат. – Пароходов и прочих кораблей, мы угнали несколько, я сам не помню сколько. Даже парусники уводили, но это не то, нам больше нравится то, что ездит за счёт мотора!
- Погодите, - нахмурился Елизар, - вы говорили, что вам не так много лет, а сами рассказываете про пароходы и парусники, и тут же про автомобили. Чтобы такое охватить, нужно жить подольше.
- Так мы же не живём там, - рассмеялась Милли. – Когда нам хочется чего-нибудь интересненького, просто выбираем себе эпоху и вперёд!
- Выбираете эпоху? - навострила уши Они. – Значит, вы не только по измерениям путешествовать можете, но и по времени?
- Ну, да, а что тут такого? – пожал плечами Билли. – Время ведь, это тоже измерение само по себе, и ходить по нему можно так же, как и по любому другому.
- Научите?
- Запросто! Но надо добраться до точки пересечения измерений, и тогда всё расскажем и покажем, как есть.
- А здесь-то вы что забыли? – спросил Елизар. – Сами же говорите, что с техникой в этом мире туго.
- Зато здесь горы, вон какие! – рассмеялся Билли. – А где же обкатывать санки, как ни на горках? На Земле тоже горы имеются, но там стрёмно – то горы слишком крутые, то слишком населённые, а жители такие пугливые, что сразу стрелять начинают, как увидят то, чего раньше не видели.
- Например, аэросани, которыми никто не управляет, - вставила Милли. – Правда, когда видят, что ими управляем мы, то бывает ещё хуже!
- Вот мы и решили погонять здесь, где жителей не так много, и гнаться за нами на снегоходах никто не будет, - продолжал Билли. – Но мы малость просчитались.
- Не надо было в город заезжать! – ехидно пропела Милли.
- А кто говорил – «Ой, какие башенки! Ой, как вкусно пахнет!»
Брат и сестра покраснели, как две свёклы, и, похоже, собирались устроить перепалку, но Они поспешно спросила:
- Так вас поймали в этом городе?
- Не поймали и не в этом, - ответил Билли, моментально остыв. – Там, где мы проехали, жители обалдели, ну, просто опешили, потому что никогда не видели ничего подобного!
- Я даже крендель с лотка ухватила! – похвасталась Милли.
- Зато они телеграфировали в тот город, который вы тоже немного узнали, - вздохнул Билли. – Нас там уже ждали с дубьём и дрекольем, а ещё, с цепями, сетями и верёвками. Даже святой водой облили, и это на морозе-то, брр! Но мы не сдались и устроили им показательные гонки. Такой был шурум-бурум! Эти дураки классически лупили друг друга, стараясь попасть по нам, а сколько добра переломали! И всё же нас загнали в угол, машину пришлось бросить и спрятаться в ближайшем подвале. Какие там были колбасы! А окорока! А сыр! А пиво! А капуста квашенная! А огурчики бочковые! Век бы оттуда не выбрались, но душа была не на месте, от того, что наша техника в руках неприятеля. Спасибо, что они её не разбили и не разобрали на части. Всё ждали какого-то учёного в гости, а он всё не ехал и не ехал. Месяц мы мучились – замок на цепи открыть пробовали или цепь распилить. Но не тут-то было! Замок тамошний оказался нам не по зубам, а ведь мы в замках понимаем – не в первый раз их открывать приходится. Что же касается цепи, то её не то чтобы разбить или распилить, даже поцарапать не выходило! Мы совсем уже отчаялись, а тут вы на город свалились с неба!
- Мы сразу решили – тут всё не просто, и тюрьмой этих двоих долго не удержишь, - продолжила Милли за брата. – Смотрим – действительно, не прошло и суток, а вы уже из кутузки выходите. И начальника тюряги уходили, и жену его с соплявками перепугали, и пограбили неплохо, и быстро сообразили, что наши санки в этом городе самая интересная для вас вещь. Ну, а, когда цепь раздраконили, тут сразу стало ясно – это наши ребята!
Они и Елизар переглянулись. Крыть было нечем, и опровергать слова Адских угонщиков смысла не было. Пусть их вели обстоятельства, но слова Милли содержали львиную долю правды.
- Вот только уйти без нас у вас не получилось бы, - снова заговорил Билли. – Мы-то этот маршрут давно для себя приметили и всё рассчитали. Не хватало только санок! Так что вас пришлось только поправить.
- Но вы же не знали, куда ведёт «Червячный лаз»? – возмутился лётчик. – А вдруг и впрямь в лаву или ещё куда похуже? Этот туннель мог просто окончиться тупиком, и я не думаю, что нам хватило бы сил подняться обратно?
- Во-первых, - начал Билли, взмахнув костью, как преподаватель указкой, - такое дело, это всегда риск. Во-вторых, мы верим в удачу, и она нас никогда не подводила. А, в-третьих – посмотри, какое приключение! Разве ты жалеешь, что оно с тобой случилось?
