Красивое имя. Оставалось надеяться, что он понятливый и не будет претендовать на какие-то отношения, о чем я еще несколько раз и сообщила ему, пока мы шли. Тот терпеливо слушал, но в очередной раз моих предупреждений не выдержал и рассмеялся:
— Хорошо-хорошо, убедила, согласен на дружбу, — и при этом он даже не выглядел обиженным. Скорее забавляющимся.
Игорь немного удивился, когда мы подошли к старому потрепанному зданию общежития, но ничего не сказал. Он пожал мне руку на прощание, несколько театрально поклонившись. Я же подумала, что было бы неплохо, чтобы он еще раз меня встретил около суда. Чтобы закрепить произведенный эффект, так сказать.
— А ты не мог бы как-нибудь еще около суда меня подождать?! Допустим, в конце недели? И байк свой заодно захватить?!
Игорь некоторое время молчал, раздумывая над моим предложением, а затем легонько кивнул. Не отказался, я облегченно выдохнула и еле удержала себя, чтобы не прыгнуть к нему на шею от радости.
Игорь
Он не собирался вспоминать девчонку. Ни к чему ему эти мысли о ней. Но чем больше старался, тем сильнее лезла она в его голову. Ее холодные бедра, которые прижимались к его, это сладкое утомление в ожидании того, что она сожмет свои ноги сильнее, прижимаясь к нему всем своим телом. А потом воображение вообще начало рисовать откровенные картинки того, как ее волосы рассыпаются по подушке, как ее стройное тело извивается под тяжестью его веса. Он гнал от себя это наваждение, но никак не мог прогнать. Вновь и вновь перед его мысленным взором представала Лера. И ему было все равно, что это избалованная кукла, которая только и умеет, разве что тратить папины денежки и развлекаться в ночных клубах. Еще одна Лариса. Может быть, не такая прожженная, сохранившая кое-какое человеческое обличие, но у нее все еще впереди. А наивность … Тем же хуже для нее. Игорь обещал себе больше не иметь дело с такими, как она. В общем-то, да и никаких дел с Лерой не предвиделось, только и выкинуть из головы ее не получалось. Чем-то она его зацепила. Он хотел ее, в этом-то он уж точно мог себе признаться.
Игорь ждал клиента около здания суда, когда оттуда неожиданно выпорхнула Лера и направилась прямиком к нему. Он даже растерялся. Тем более, не ожидал, что она подойдет к нему и поцелует. Ее губы были такие мягкие и теплые, прямо как в его фантазиях, разве что, в воображении она была смелее и решительнее. В реальности же девчонка нервничала, наступила ему на ногу, не замечая этого, и постоянно куда-то оглядывалась. Выглядела она сегодня уже не как роковая женщина, простые бежевые брючки и белая непрозрачная кофточка с длинным рукавом. Практически ненакрашенная, прямые темные волосы, распущенные по плечам. Без косметики она показалась ему куда более милой и симпатичной. Может быть, не такой агрессивно яркой, но естественной и гармоничной. Словно из ее внешности был устранен нелепый диссонанс несоответствия обертки и содержимого. С такой Лерой Игорь чувствовал себя комфортнее.
Лера прервала его разглядывания себя, потянув мужчину прочь от здания суда. Он не сопротивлялся. Вовка, которого он ждал, сам виноват, что задержался, он потом решит с ним вопросы. А сейчас его больше интересовала девушка, и внутри все заныло от ожидания, возможно ли такое, чтобы его фантазии реализовались в реальности?! Ему тогда полегчает, и фиг с ним, с полковником, девчонка уже не маленькая и сама проявила инициативу.
Но практически сразу же Игорю пришлось закатать губу обратно. Только они скрылись из зоны видимости коллег Леры, девушка резко отстранилась и заявила:
— У меня есть парень. Можешь рассчитывать только на дружбу, — почему-то эти слова вызвали у Игоря усмешку, означающую что-то вроде — «конечно-конечно, только мы это еще посмотрим».
А потом, когда они шли мимо небольшого рынка, она вообще совершила, на его взгляд, нелогичное действие. Нелогичное, с точки зрения образа Леры, который Игорь себе создал. Она подошла к пожилой женщине, стоящей у самого края базара с огромным ведром, наполненным цветами, и купила у нее три букета полевых ромашек. Потом протянула один букет Игорю со словами: «Держи. Дарю».
— Это что, намек? — удивился Игорь. Конечно, она, наверное, хотела получить от него цветов и знаков внимания. Наверняка, где-то рядом находится ларек с розами, мужчина подозрительно поглядывал по сторонам, не обнаружив искомого цветочного магазина.
— Не поняла, о чем ты? На что намек? — искренне удивилась она, смотря на Игоря своими большими карими глазами, которые казались в этот момент такими искренними и наивными. Ему сразу же стало не по себе. Без этой дикой раскраски на лице, девушка выглядела такой простой и невинной, что даже подозревать ее в манипулировании было как-то странно. — Я просто бабушке хотела помочь. Думаешь, она от хорошей жизни стоит и эти цветы продает? А тебе и мне будет приятно. Смотри, какие цветочки миленькие, разве они не прелесть?
— А третий букет кому? — сухо спросил он, несколько злясь на себя за свои подозрения.
— Руське, подруге моей, ты меня как раз к ней провожаешь. Она точно любит вот такие ромашечки! — Валерия с такой нежностью уткнулась в букетик, наслаждаясь запахом, словно он был самый чудесный на свете.
¬— А-а-а, — понимающе протянул Игорь, хотя на самом деле ничего не понял. Да и его больше сейчас занимали собственные мысли. Девчонка в который раз поразила его. Заставила испытать чувство вины за собственные скептические мысли по отношению к ней. Неужели он настолько разочарован в людях и жизни, что даже в таких простых действиях видит подвох?!
Когда она скрылась за дверью ветхого общежития, Игорь еще некоторое время задумчиво смотрел ей вслед, не понимая своих мотивов. Зачем он согласился еще раз с ней встретиться? Ведь ясно же, что его первоначальные планы обречены на провал — Валерия не собирается его соблазнять…
Она, конечно, удивила его. Неужели у дочки полковника водятся подруги в таком … ммм… захудалом месте, и она общается не только со сливками общества. Первое впечатление от девушки складывалось не в ее пользу, но оно стремительно разлеталось на осколки. Его бывшая Лариса ни за что не согласилась бы даже зайти в подобный дом, даже если бы Игорь пообещал ей за это подарить дорогое колье с бриллиантами, хотя та очень любила дорогие побрякушки. Уж слишком Лариса гордилась своей разборчивостью, хотя, скорее, Игорь это назвал бы по-другому — заносчивостью, гонором или безосновательным зазнайством…
Хотя, кто знает эту Валерию, возможно, в этом странном местечке располагается какой-нибудь притон, куда она так спешила прожигать свою жизнь. Без косметики и с букетиком полевых ромашек. Игорь ни капельки не поверил в эту дикую идею про притон, но на всякий случай версию не стал скидывать со счетов. Повертел в руках букетик, почему-то так и не выбросив его, засунул ромашки в карман куртки, достал телефон, набирая Вовку, извиняясь и перенося встречу.
Я стучала в Руськину дверь, но мне никто не отвечал. Где подруга, мы же договорились. Она должна была бы меня ждать. Я осторожно позвала ее по имени, неловко перетаптываясь на месте:
— Русь…. — и уже собиралась уходить, как дверь резко отворилась, а на пороге меня встречала заплаканная подруга. По ее потерянному виду я сразу поняла, что что-то произошло.
— Русь? — взволнованным тихим голосом вопросила я. Действительно, видеть Руську расстроенной мне практически никогда не доводилось. Наоборот, я всегда заряжалась от нее бодростью и оптимизмом. Девушка только сморгнула ресницами слезу и просто обняла меня. Я решила дать подруге выплакаться, прежде чем начну ее пытать, хотя в уме перебирала, кто посмел обидеть мою Руську, и как я этому негодяю жестоко отомщу?!
Мы сидели за столом, пили чай, и я слушала, что же случилось у подруги.Руська мялась, то краснела, то бледнела. Запиналась. Но я кое-каквсе же выяснила следующее.Руську обидел преподаватель. И не как преподаватель, а как мужчина. Это ведь надо быть такой сволочью, чтобы воспользоваться своим положением и начать приставать к студентке!Я была возмущена до глубины души. Он и до этого момента слишком часто попадался подруге на пути, когда она была одна,останавливал ее в коридорах университета, чтобы обсудить процесс написания курсовой работы. При этом пытался приобнять ее за талию, вроде бы легонько, чтобы отойти в сторону от проходящей по коридору толпы студентов, но в то же время подругу настораживало подобное излишнее внимание. Руська хоть и испытывала напряжение от подобных встреч, но даже подумать не могла, что тот решится на что-то большее. И вот сегодня на зачете он практически при всей группе, когда подошла Маруськина очередь отвечать, положил ей руку на колено. Никто, естественно, этого не видел. Подруга вся покраснела, попыталась убрать руку, и в результате не сдала зачет!
Руська! Не сдала! Зачет!
Да моя подруга одна из самых прилежных и усидчивых студенток, да и по специальности уже подрабатывает. Чтобы она на что-то не ответила – я не верю! Мы смотрели с ней друг на друга, понимая, что это означает. Она пойдет на пересдачу, будет там одна, так как остальные-то свой зачет получили. И все повторится. И даже если этот гад не пойдет на откровенное домогательство, второй раз пережить подобного рода унижение и, вероятно, получить вновь незачет — не веселая перспектива.
Ни у меня, ни у Руськи не было слов, чтобы обозначить его мерзкие действия.Руська сгорала от стыда, рассказывая мне, а потому сразу отмела мое предложение пожаловаться в деканат.
— Нет, — печально решила подруга, — в деканат идти нельзя, у меня нет доказательств. Сейчас получается, я одна зачет не сдала, и сразу же давай жаловаться на злобного преподавателя. Мне просто никто не поверит.
— Тогда я с тобой пойду, — твердо решила я. — Я буду свидетелем, при мне он не решится на подобное. Включу диктофон и камеру, и пусть потом попробует сказать, что ты плохо подготовилась! — Это, конечно, был выход, только…
— Даже если я тебя проведу в здание университета, в аудиторию тебя точно никто не пустит. Да и что я скажу, моя подруга тут посидит, она пришла меня от Вас защищать?! Он же просто рассмеется, и в лучшем случае просто не даст мне даже попробовать что-то сдать — выгонит, и на тебя как преступницу еще заявит за незаконное проникновение в учебное заведение.
Мы перебирали варианты, и ничего подходящего в голову не приходило. Одна надежда была на то, что до дня пересдачи мы что-нибудь точно придумаем.
Игорь потер рукой подбородок, придирчиво рассматривая свое отражение в зеркале. Он уже и забыл, как выглядит без бороды. Некоторое время он честно пытался себя убедить в том,что ничего особенного не сделал, и бритва в его руках — это всего лишь акт личной гигиены и ничего больше. Опрятный вид еще никому не помешал в жизни.Только вотстранная улыбка, которая то и дело своевольно посещала его лицо, разбивала в пух и прах все его оправдания.На губах все еще оставался след воспоминаний о неловком поцелуе Валерии, ее огромные темные умоляющие глаза, и ее непроизвольно сморщившееся личико от соприкосновения с его жесткой щетиной.Он же собирался сегодня вновь встретить девчонку,должен же он ей помочь произвести впечатление на коллег?!Она его обязательно еще раз поцелует, и в этот раз ей должно понравиться больше… Он поморщился и мысленно сплюнул в сторону. Джентльмен хренов. Кого он обманывает? Если кому и хочет он сегодня помочь, то только себе.Девчонка с самой первой встречи не выходила у него из головы. Игорь не любил врать, а себе тем более, и сейчас этого делать не стал. Он признал, что хочет женщину. Нет, не так. Он очень хочет именно Леру, дочку полковника Власова, его бывшего шефа. И ему плевать на то, чем это все может закончиться. И даже то, что девушка оказалось не той, кем выглядела в первую встречу, Игоря не смущало. Ничего, он подождет.
Игорь расположился напротив здания суда, где работала Лера, усевшись сбоку на сиденье своего харлея, скрестил перед собой ноги, постаравшись не пялиться на постоянно хлопающую дверь. Он из-под опущенных ресниц видел, как девушка появилась в проеме двери, в ее глазах зажглись искры восторга, при виде его мотоцикла, и она было направилась в его сторону, но тут же нерешительно остановилась, ее глаза погасли, и она нетерпеливо начала озираться по сторонам. Забавно, она его не узнала, как он и ожидал. Игорь силой воли подавил довольную улыбку, привстал со своего места и активно замахал Лере обоими руками.
Надо было отдать девчонке должное, она быстро сообразила, что к чему, широко улыбнулась и звонко воскликнула:
— Игорюсик! Ты ли это?! — Игорь чуть не подавился от того, как можно было, оказывается, вывернуть его имя. Руки машинально опустились вниз, а нижняя челюсть слегка отвисла.
— Игрусечка ты мой, — Валерия быстро схватила Игоря своими тонкими пальчиками и потрепала за щеку, а тот и не сопротивлялся, застигнутый врасплох и временно выведенный из дееспособности от необычных звуков своего имени. Так его еще никто не называл. Одно радовало и разливало бальзам по сердцу — Валерия смотрела на него, с интересом разглядывая его новый образ. Он надеялся,что теперь-то она не будет обвинять его в том, что он старый. Ему было всего двадцать девять. Всего-то лет шесть разницы.
Игорь сморгнул, мягко убрал руки девушки со своего лица, приложил палец к ее нежным губам:
— Т-с-с-с, никаких Игорюсиков, Грусиков и подобных имен, дорогая. А то я за себя не ручаюсь,— прошептал он, и тут только заметил, что его тоже ждал сюрприз. Вместо длинных волос у девушке на голове красовалась стрижка до плеч, да и волосы к тому же стали светлыми и сильно волнистыми.
Несколько дней до следующей встречи с Игорем я ходила на работу воодушевленной. А все дело в том, что коллеги не оставили не замеченным мое представление. Даже Танька полюбопытствовала, кто это такой интересный меня встречал после работы. Я постаралась небрежно ответить, что, мол, так, знакомый один. На что девчонки с сомнением поморщились. Как я ни старалась придать своему лицу выражение естественной непринужденности, наверняка, ничего не вышло, и девчонки заподозрили, что я чего-то не договариваю, вид у меня явно был загадочным и довольным. Может быть, так оно даже лучше получилось. Самое главное, приставать и подкалывать меня по поводу Валеры они перестали. К тому же и сам герой моего романа что-то не заглядывал вот уже который день. Хотя это-то на самом деле понятно — Любовь Васильевна взяла отгулы, и ее сыну просто-напросто нечего было здесь делать.
Да и мне было не до Валеры, все мои мысли занимал Игорь и его байк. Я в какой-то момент обеспокоилась, а вдруг он не приедет?! Ладно, я. Мне очень хотелось произвести впечатление на своих коллег, восстановить, так сказать, свою репутацию, чтобы работа перестала быть такой мучительно невыносимой. Но Игорь… Зачем ему это нужно? Наверное, не стоило так категорично настаивать, что у меня есть парень. Расставить все точки над и можно было бы и попозже. Оставалась надежда, что я ему очень понравилась, и он не упустит возможность еще раз со мной увидеться, чтобы меня завоевать. В том, что я ему приглянулась, я не сомневалась, ведь нашел же он как-то место, где я работаю, караулил… Зачем бы ему это все делать?!
— Хорошо-хорошо, убедила, согласен на дружбу, — и при этом он даже не выглядел обиженным. Скорее забавляющимся.
Игорь немного удивился, когда мы подошли к старому потрепанному зданию общежития, но ничего не сказал. Он пожал мне руку на прощание, несколько театрально поклонившись. Я же подумала, что было бы неплохо, чтобы он еще раз меня встретил около суда. Чтобы закрепить произведенный эффект, так сказать.
— А ты не мог бы как-нибудь еще около суда меня подождать?! Допустим, в конце недели? И байк свой заодно захватить?!
Игорь некоторое время молчал, раздумывая над моим предложением, а затем легонько кивнул. Не отказался, я облегченно выдохнула и еле удержала себя, чтобы не прыгнуть к нему на шею от радости.
Игорь
Он не собирался вспоминать девчонку. Ни к чему ему эти мысли о ней. Но чем больше старался, тем сильнее лезла она в его голову. Ее холодные бедра, которые прижимались к его, это сладкое утомление в ожидании того, что она сожмет свои ноги сильнее, прижимаясь к нему всем своим телом. А потом воображение вообще начало рисовать откровенные картинки того, как ее волосы рассыпаются по подушке, как ее стройное тело извивается под тяжестью его веса. Он гнал от себя это наваждение, но никак не мог прогнать. Вновь и вновь перед его мысленным взором представала Лера. И ему было все равно, что это избалованная кукла, которая только и умеет, разве что тратить папины денежки и развлекаться в ночных клубах. Еще одна Лариса. Может быть, не такая прожженная, сохранившая кое-какое человеческое обличие, но у нее все еще впереди. А наивность … Тем же хуже для нее. Игорь обещал себе больше не иметь дело с такими, как она. В общем-то, да и никаких дел с Лерой не предвиделось, только и выкинуть из головы ее не получалось. Чем-то она его зацепила. Он хотел ее, в этом-то он уж точно мог себе признаться.
Игорь ждал клиента около здания суда, когда оттуда неожиданно выпорхнула Лера и направилась прямиком к нему. Он даже растерялся. Тем более, не ожидал, что она подойдет к нему и поцелует. Ее губы были такие мягкие и теплые, прямо как в его фантазиях, разве что, в воображении она была смелее и решительнее. В реальности же девчонка нервничала, наступила ему на ногу, не замечая этого, и постоянно куда-то оглядывалась. Выглядела она сегодня уже не как роковая женщина, простые бежевые брючки и белая непрозрачная кофточка с длинным рукавом. Практически ненакрашенная, прямые темные волосы, распущенные по плечам. Без косметики она показалась ему куда более милой и симпатичной. Может быть, не такой агрессивно яркой, но естественной и гармоничной. Словно из ее внешности был устранен нелепый диссонанс несоответствия обертки и содержимого. С такой Лерой Игорь чувствовал себя комфортнее.
Лера прервала его разглядывания себя, потянув мужчину прочь от здания суда. Он не сопротивлялся. Вовка, которого он ждал, сам виноват, что задержался, он потом решит с ним вопросы. А сейчас его больше интересовала девушка, и внутри все заныло от ожидания, возможно ли такое, чтобы его фантазии реализовались в реальности?! Ему тогда полегчает, и фиг с ним, с полковником, девчонка уже не маленькая и сама проявила инициативу.
Но практически сразу же Игорю пришлось закатать губу обратно. Только они скрылись из зоны видимости коллег Леры, девушка резко отстранилась и заявила:
— У меня есть парень. Можешь рассчитывать только на дружбу, — почему-то эти слова вызвали у Игоря усмешку, означающую что-то вроде — «конечно-конечно, только мы это еще посмотрим».
А потом, когда они шли мимо небольшого рынка, она вообще совершила, на его взгляд, нелогичное действие. Нелогичное, с точки зрения образа Леры, который Игорь себе создал. Она подошла к пожилой женщине, стоящей у самого края базара с огромным ведром, наполненным цветами, и купила у нее три букета полевых ромашек. Потом протянула один букет Игорю со словами: «Держи. Дарю».
— Это что, намек? — удивился Игорь. Конечно, она, наверное, хотела получить от него цветов и знаков внимания. Наверняка, где-то рядом находится ларек с розами, мужчина подозрительно поглядывал по сторонам, не обнаружив искомого цветочного магазина.
— Не поняла, о чем ты? На что намек? — искренне удивилась она, смотря на Игоря своими большими карими глазами, которые казались в этот момент такими искренними и наивными. Ему сразу же стало не по себе. Без этой дикой раскраски на лице, девушка выглядела такой простой и невинной, что даже подозревать ее в манипулировании было как-то странно. — Я просто бабушке хотела помочь. Думаешь, она от хорошей жизни стоит и эти цветы продает? А тебе и мне будет приятно. Смотри, какие цветочки миленькие, разве они не прелесть?
— А третий букет кому? — сухо спросил он, несколько злясь на себя за свои подозрения.
— Руське, подруге моей, ты меня как раз к ней провожаешь. Она точно любит вот такие ромашечки! — Валерия с такой нежностью уткнулась в букетик, наслаждаясь запахом, словно он был самый чудесный на свете.
¬— А-а-а, — понимающе протянул Игорь, хотя на самом деле ничего не понял. Да и его больше сейчас занимали собственные мысли. Девчонка в который раз поразила его. Заставила испытать чувство вины за собственные скептические мысли по отношению к ней. Неужели он настолько разочарован в людях и жизни, что даже в таких простых действиях видит подвох?!
Когда она скрылась за дверью ветхого общежития, Игорь еще некоторое время задумчиво смотрел ей вслед, не понимая своих мотивов. Зачем он согласился еще раз с ней встретиться? Ведь ясно же, что его первоначальные планы обречены на провал — Валерия не собирается его соблазнять…
Она, конечно, удивила его. Неужели у дочки полковника водятся подруги в таком … ммм… захудалом месте, и она общается не только со сливками общества. Первое впечатление от девушки складывалось не в ее пользу, но оно стремительно разлеталось на осколки. Его бывшая Лариса ни за что не согласилась бы даже зайти в подобный дом, даже если бы Игорь пообещал ей за это подарить дорогое колье с бриллиантами, хотя та очень любила дорогие побрякушки. Уж слишком Лариса гордилась своей разборчивостью, хотя, скорее, Игорь это назвал бы по-другому — заносчивостью, гонором или безосновательным зазнайством…
Хотя, кто знает эту Валерию, возможно, в этом странном местечке располагается какой-нибудь притон, куда она так спешила прожигать свою жизнь. Без косметики и с букетиком полевых ромашек. Игорь ни капельки не поверил в эту дикую идею про притон, но на всякий случай версию не стал скидывать со счетов. Повертел в руках букетик, почему-то так и не выбросив его, засунул ромашки в карман куртки, достал телефон, набирая Вовку, извиняясь и перенося встречу.
ГЛАВА 4
Я стучала в Руськину дверь, но мне никто не отвечал. Где подруга, мы же договорились. Она должна была бы меня ждать. Я осторожно позвала ее по имени, неловко перетаптываясь на месте:
— Русь…. — и уже собиралась уходить, как дверь резко отворилась, а на пороге меня встречала заплаканная подруга. По ее потерянному виду я сразу поняла, что что-то произошло.
— Русь? — взволнованным тихим голосом вопросила я. Действительно, видеть Руську расстроенной мне практически никогда не доводилось. Наоборот, я всегда заряжалась от нее бодростью и оптимизмом. Девушка только сморгнула ресницами слезу и просто обняла меня. Я решила дать подруге выплакаться, прежде чем начну ее пытать, хотя в уме перебирала, кто посмел обидеть мою Руську, и как я этому негодяю жестоко отомщу?!
Мы сидели за столом, пили чай, и я слушала, что же случилось у подруги.Руська мялась, то краснела, то бледнела. Запиналась. Но я кое-каквсе же выяснила следующее.Руську обидел преподаватель. И не как преподаватель, а как мужчина. Это ведь надо быть такой сволочью, чтобы воспользоваться своим положением и начать приставать к студентке!Я была возмущена до глубины души. Он и до этого момента слишком часто попадался подруге на пути, когда она была одна,останавливал ее в коридорах университета, чтобы обсудить процесс написания курсовой работы. При этом пытался приобнять ее за талию, вроде бы легонько, чтобы отойти в сторону от проходящей по коридору толпы студентов, но в то же время подругу настораживало подобное излишнее внимание. Руська хоть и испытывала напряжение от подобных встреч, но даже подумать не могла, что тот решится на что-то большее. И вот сегодня на зачете он практически при всей группе, когда подошла Маруськина очередь отвечать, положил ей руку на колено. Никто, естественно, этого не видел. Подруга вся покраснела, попыталась убрать руку, и в результате не сдала зачет!
Руська! Не сдала! Зачет!
Да моя подруга одна из самых прилежных и усидчивых студенток, да и по специальности уже подрабатывает. Чтобы она на что-то не ответила – я не верю! Мы смотрели с ней друг на друга, понимая, что это означает. Она пойдет на пересдачу, будет там одна, так как остальные-то свой зачет получили. И все повторится. И даже если этот гад не пойдет на откровенное домогательство, второй раз пережить подобного рода унижение и, вероятно, получить вновь незачет — не веселая перспектива.
Ни у меня, ни у Руськи не было слов, чтобы обозначить его мерзкие действия.Руська сгорала от стыда, рассказывая мне, а потому сразу отмела мое предложение пожаловаться в деканат.
— Нет, — печально решила подруга, — в деканат идти нельзя, у меня нет доказательств. Сейчас получается, я одна зачет не сдала, и сразу же давай жаловаться на злобного преподавателя. Мне просто никто не поверит.
— Тогда я с тобой пойду, — твердо решила я. — Я буду свидетелем, при мне он не решится на подобное. Включу диктофон и камеру, и пусть потом попробует сказать, что ты плохо подготовилась! — Это, конечно, был выход, только…
— Даже если я тебя проведу в здание университета, в аудиторию тебя точно никто не пустит. Да и что я скажу, моя подруга тут посидит, она пришла меня от Вас защищать?! Он же просто рассмеется, и в лучшем случае просто не даст мне даже попробовать что-то сдать — выгонит, и на тебя как преступницу еще заявит за незаконное проникновение в учебное заведение.
Мы перебирали варианты, и ничего подходящего в голову не приходило. Одна надежда была на то, что до дня пересдачи мы что-нибудь точно придумаем.
***
Игорь потер рукой подбородок, придирчиво рассматривая свое отражение в зеркале. Он уже и забыл, как выглядит без бороды. Некоторое время он честно пытался себя убедить в том,что ничего особенного не сделал, и бритва в его руках — это всего лишь акт личной гигиены и ничего больше. Опрятный вид еще никому не помешал в жизни.Только вотстранная улыбка, которая то и дело своевольно посещала его лицо, разбивала в пух и прах все его оправдания.На губах все еще оставался след воспоминаний о неловком поцелуе Валерии, ее огромные темные умоляющие глаза, и ее непроизвольно сморщившееся личико от соприкосновения с его жесткой щетиной.Он же собирался сегодня вновь встретить девчонку,должен же он ей помочь произвести впечатление на коллег?!Она его обязательно еще раз поцелует, и в этот раз ей должно понравиться больше… Он поморщился и мысленно сплюнул в сторону. Джентльмен хренов. Кого он обманывает? Если кому и хочет он сегодня помочь, то только себе.Девчонка с самой первой встречи не выходила у него из головы. Игорь не любил врать, а себе тем более, и сейчас этого делать не стал. Он признал, что хочет женщину. Нет, не так. Он очень хочет именно Леру, дочку полковника Власова, его бывшего шефа. И ему плевать на то, чем это все может закончиться. И даже то, что девушка оказалось не той, кем выглядела в первую встречу, Игоря не смущало. Ничего, он подождет.
Игорь расположился напротив здания суда, где работала Лера, усевшись сбоку на сиденье своего харлея, скрестил перед собой ноги, постаравшись не пялиться на постоянно хлопающую дверь. Он из-под опущенных ресниц видел, как девушка появилась в проеме двери, в ее глазах зажглись искры восторга, при виде его мотоцикла, и она было направилась в его сторону, но тут же нерешительно остановилась, ее глаза погасли, и она нетерпеливо начала озираться по сторонам. Забавно, она его не узнала, как он и ожидал. Игорь силой воли подавил довольную улыбку, привстал со своего места и активно замахал Лере обоими руками.
Надо было отдать девчонке должное, она быстро сообразила, что к чему, широко улыбнулась и звонко воскликнула:
— Игорюсик! Ты ли это?! — Игорь чуть не подавился от того, как можно было, оказывается, вывернуть его имя. Руки машинально опустились вниз, а нижняя челюсть слегка отвисла.
— Игрусечка ты мой, — Валерия быстро схватила Игоря своими тонкими пальчиками и потрепала за щеку, а тот и не сопротивлялся, застигнутый врасплох и временно выведенный из дееспособности от необычных звуков своего имени. Так его еще никто не называл. Одно радовало и разливало бальзам по сердцу — Валерия смотрела на него, с интересом разглядывая его новый образ. Он надеялся,что теперь-то она не будет обвинять его в том, что он старый. Ему было всего двадцать девять. Всего-то лет шесть разницы.
Игорь сморгнул, мягко убрал руки девушки со своего лица, приложил палец к ее нежным губам:
— Т-с-с-с, никаких Игорюсиков, Грусиков и подобных имен, дорогая. А то я за себя не ручаюсь,— прошептал он, и тут только заметил, что его тоже ждал сюрприз. Вместо длинных волос у девушке на голове красовалась стрижка до плеч, да и волосы к тому же стали светлыми и сильно волнистыми.
***
Несколько дней до следующей встречи с Игорем я ходила на работу воодушевленной. А все дело в том, что коллеги не оставили не замеченным мое представление. Даже Танька полюбопытствовала, кто это такой интересный меня встречал после работы. Я постаралась небрежно ответить, что, мол, так, знакомый один. На что девчонки с сомнением поморщились. Как я ни старалась придать своему лицу выражение естественной непринужденности, наверняка, ничего не вышло, и девчонки заподозрили, что я чего-то не договариваю, вид у меня явно был загадочным и довольным. Может быть, так оно даже лучше получилось. Самое главное, приставать и подкалывать меня по поводу Валеры они перестали. К тому же и сам герой моего романа что-то не заглядывал вот уже который день. Хотя это-то на самом деле понятно — Любовь Васильевна взяла отгулы, и ее сыну просто-напросто нечего было здесь делать.
Да и мне было не до Валеры, все мои мысли занимал Игорь и его байк. Я в какой-то момент обеспокоилась, а вдруг он не приедет?! Ладно, я. Мне очень хотелось произвести впечатление на своих коллег, восстановить, так сказать, свою репутацию, чтобы работа перестала быть такой мучительно невыносимой. Но Игорь… Зачем ему это нужно? Наверное, не стоило так категорично настаивать, что у меня есть парень. Расставить все точки над и можно было бы и попозже. Оставалась надежда, что я ему очень понравилась, и он не упустит возможность еще раз со мной увидеться, чтобы меня завоевать. В том, что я ему приглянулась, я не сомневалась, ведь нашел же он как-то место, где я работаю, караулил… Зачем бы ему это все делать?!
