Распахнув глаза, и испуганно посмотрела на застывших предо мной храмовников и двух священнослужителей, а по лицу и волосам стекала вода. Шумно выдохнула, отфыркивая от воды, и потянула руку, чтобы вытереть капли с лица, как поняла, что руки были прикованы. Вперилась взглядом на настенные кандалы, в которые были заключены запястья. Антимагические…
- Это и есть богоотступница? – самый старый из священнослужителей смотрит на меня с презрением и злостью. Второй с гадкой ухмылкой кланяется ему:
- Ты и есть, ваше святейшество, епископ Эрен.
Епископ? Вот дьявол… Один из самых высших санов храма. Выше него только понфик, который может занимать только один доди. А вот епископов всего тридцать на весь мир. Отвечаю старику таким же взглядом:
- Где я?
- Тебе этого не нужно знать, преступница! – заявляет епископ.
- Преступница? – фыркаю, - И, позвольте узнать, в чем меня обвиняют?
- Ты оскорбила своим поведением и слова Святую Деву, и опорочила наш храм, и навлекла гнев богини на всех ее последователей!
- А в чем ее гнев выражается?
- Не сей открывать свой поганый рот, преступница! Ты, тварь, понесешь священное наказание за отступничество!
- Я никого не убивала, всего лишь сказала пару крепких словечек, и вы готовы за это сжечь меня на костре!? Вы что, шутите? Многие оскорбляют богов, но при этом сжигаете меня!?
- Ты оскорбила ее, когда она явила нам свой божественный лик, спустившись к смертным! Вчера Святая Дева впервые проигнорировала наш ежегодный священный праздник в главном храме в Ронине! Мы должны искупить грехи! Завтра состоится судный день! Вернее уже сегодня! – епископ бросает взгляд на небольшую дыру в стене с решетками, аз которыми виднелась непроглядная ночь без луны. – Покайся в своих грехах, возможно, богиня проявит милость и твоя смерть в священном огне будет быстрой!
- Вы идиоты! Сумасшедшие! Да у вас крыша поехала!
- Заткнись, мерзавка! – я охаю, когда старик наносит ногой удар в живот и сгибаюсь от боли, а глаза жгут слезы обиды. За что!? Я же не виновата! Возможно и виновата, но это настоящее безумие!
Лейдорин был зол. Очень зол. Его алые глаза и белок полностью заволокла черная пелена. Князь молчал, громко постукивая пальцами по столешнице стола, и генералы, а так же доверенные лица, находящиеся в его кабинете, нервничали, чувствуя, как внутри нарастает страх. Его мощь была огромной, и давила на них, призывая преклонить колено. Только демон оставался спокойным, чему глава эльфийских шпионов очень завидовал.
- Атед, есть какие новости? – князь наконец вырывается из размышлений и предположительно смотрит на него.
- Увы, нет. Храмовники настоящие мастера иллюзий, и не так просто отследить их. – в отличие от остальных генералов, он не боится говорить о неудаче. Пусть, его повелитель в гневе страшен, но он знает, что тот никогда намеренно не причинит вреда друзьям и подданным.
- Динар?
- Аналогичный ответ. –один из верховных генералов армии, глава обороны и разведки, нервно сглатывает, но сохраняет спокойствие.
- Вот как… Никаких результатов… - недобро произносит эльф, но замолкает, услышав громкий стук в дверь, и разрешает войти. В кабинет входит эльф-священнослужитель в одеянии епископа. Хоть он и выглядел молодым, но в его взгляде виднелся настоящий опыт прожитых готов. Это был очень древний эльф.
Князь улыбается:
- Наконец-то!
- Ты уж прости старика, что так долго, не мог уйти без подозрений. – мягко улыбается эльф, приветствуя всех присутствующих в кабинете, а затем серьезнеет, - Я смог разузнать все о похищенной девочки. Ее собираются сжечь в священном огне утром. Сейчас она в главном храме Ронине.
- Пустые земли. – скривился Дэвид, скрещивая руки на груди, - Телепортироваться не сможем, а своим порталом святоши не дадут воспользоваться.
- Сможете, если разрешение дам я. – хмыкнул епископ, пристально глядя в черные бездны князя, - Хоть мы и так опоздаем, но, что-то мне подсказывает, не стоит так сильно волноваться.
- Верно, там будет настоящее веселье. – недобро улыбается эльф, вставая, приказывает - Собрать отряд! – а затем, когда все покидают кабинет, снова поворачивается к епископу, - Понфик в курсе?
- В том и дело, что нет, а его заместитель сторонник радикальных мер, да и по натуре садист. – пожимает плечами пожилой эльф, а затем лукаво улыбается, - А теперь расскажи старику про девочку.
- Дедушка! Ну, хватит!
- Ах, эта ночь, ах, эти губы, пускай они меня сведут с ума! Ах, эта ночь, ах, эти очи, пуская меня погубят и спасут!
- Да заткните уже ее кто-нибудь! – истерично орал противный епископ, в компании трех своих коллег, - Она несет разврат!
- И огонь, и вода, нам от этого не деться никуда, ты сегодня зажгла, ты сегодня и гори!
- Ваше светлейшество, мы не можем подойти к ней из-за огня!
- Да пристрелите ее из лука!
- Святейшество, но это оскорбление богине!
- Минутный порыв говорить пропал не лучше ли молча допить свой бокал! – при этих слов епископы подавились, а я продолжала орать от души строчки песен родного мира, которые успела запомнить. Знаю, нет у меня таланта петь, даже мои сестры каждый раз напоминали об этом, когда пару раз начинала петь.
- О нет! Ну почему она не горит!?
Действительно, я «горела» уже давно, но при этом священный огонь не причинял мне вреда. Отличие священного огня от обыкновенного в том, что он полностью состоял из магии, и был белого цвета. Все недоумевали, а я знала причину – артефакт, подаренный эльфом, сослужил хорошую службу. Удивительно, что его не изъяли. Наверняка, подумали, что это простая побрякушка, и антимагических браслетов будет достаточно. Сейчас я была так рада, что не стала снимать подарок князя. И снова, благодаря ему, я спасена. К глазам подступали слезы облегчения и неимоверной благодарности к этому мужчине – я не была уверена, что Дева Мария бы спасла меня. Ах да, об этом.
- Может вы уже потушите огонь? – интересуюсь у растерявшихся храмовников, стоявших возле костра.
Мужчины переглянулись и посмотрели в сторону епископов. Те, не стесняясь присутствующих, ругались. Их главной темой был страх, что слухи, от том, что богоотступница не горит, дойдут до святого понфика. Пристально прислушавшись к их разговору, я поняла, что они его очень боялись, как и трех его самых приближенных епископов. Раэль, Барил, Варис, Таймир. Ага, я запомнила их имена, правда, так и не поняла кто из них кто, кроме Вариса, который был святым понфиком – имя столь, почти легендарной личности, было известно каждому, даже мне, попаданке.
Поговаривали, что он был истинным любимцев всех богов, и те постоянно вступали с ним в контакт. Его биография уникальна – демон, выходец из простых доди, стал сильнейшим арийцем. Арийцы – по легенде, маги, заимствующие силу у богов, продав им свою душу. На деле, подозреваю, никто никому душу не продавал, и понфик был просто сильным магом. Хоть он и управлял маленькими по территории нейтральными землями святых, его власть была равна королям.
- Разведите еще один костер! Раз священный не берет, то обыкновенный точно сожжет эту проклятую ведьму!
Обыкновенный костер!? Только не это! Магический артефакт против него бесполезен!
- Постойте! – истерично кричу, в испуге глядя, как один из храмовников с факелом в руках медленно приближался ко мне, - Раз я не горю, может Святая Дева не считает меня виновной?!
- Мы сами вершим суд на земле! Боги будут судить на небесах! – заявил мне сумасшедший епископ, а вот его трое коллег неодобрительно покачали головами, и что-то сказали ему. Тот помолчал минуту, а затем наорал на них, велев валить отсюда, или, наоборот, молчать и смотреть до конца.
- Помогите… пожалуйста… - в отчаянии шепчу я, но старики лишь равнодушно качают головами, а храмовники подчинялись только им.
Немигающим взглядом смотрю, как факел медленно приближается к нетронутым священным пламенем полену, и обреченно прикрываю глаза. Маша… нет, Святая Дева, ты этого хотела? Перенесла меня в этот мир, где я должна так быстро умереть!? Ну… спасибо! Удружила! Ненавижу тебя!
Чувствуя, как появляется запах гари на фоне священного огня без запаха, и откидываю голову, глядя на чистое голубое небо. Не хочу смотреть, как пламя будет пожирать меня. Я буду смотреть на прекрасное небо, символ свободы и надежды. Язычок пламени касается моей ступни, и я до боли прикусываю губу, чувствуя, как горит моя обувь. Скоро оно доберется до кожи…
Внезапно небо стало абсолютно черным, а все ощущения температуры, боли пропали. Кругом послышались возгласы удивления. Опускаю голову и вздрагиваю от неожиданного зрелища – кругом остались только три цвета и их оттенки – черный, белый, и серый. Кругом у всех кожа стала светло-серого цвета, волосы более темного цвета, глаза белыми с черными белками, рот черным, одежда и дома пестрили разнообразием белых и серых оттенков. Среди храмовников и епископов наступила паника, пока один из них не вскрикнул, указывая куда-то в сторону. Проследив за его направление, я нервно вздрогнула.
К нам приближался эльф. Князь. И он был в бешенстве. Эльфа объяло черное пламя, и он медленно приближался ко моему столбу горения. Грудную клетку словно сдавила невидимая сила, которая стала придавливать к земле и подавлять волю – такова невероятная сила князя-архимага.
- Ты посмел прервать священный ритуал! – заместитель понфика указал в сторону эльфа и заорал, - Убейте его!
Ни один храмовник не шелохнулся – в их взглядах застыл ужас, а тела оцепенели от страха.
- Какие громкие слова! – с нескрываемой радостью вижу Атеда, выглядывающего из-за спины князя, который сразу спешит ко мне вместе с лерром Дэвидом. Я, признаюсь, была очень рада появлению эльфа, но сейчас он пугал меня, и помощь от его союзников я приняла с облегчением. Дэвид под изумленные возгласы, без труда погасил пламя, а Атед развязал мои запястья от веревок, освободил от столба и подхватил на руки, когда я, обессилевшая, коснулась ногами земли и те подкосились.
- Ты как? – с беспокойством спрашивает Атед, и я вымученно улыбаюсь:
- Могло быть и хуже. Артефакт его величества спас меня…
- Епископ Раэль, телепортируйте их. – звучит безэмоциональный голос князя, и только сейчас я замечаю позади его небольшой отряд эльфов и одного эльфа, облаченного в одеяния епископа. Раэль? Один из приближенных понфика?
- Как скажешь, Лейдорин, но для этого нужно активировать портал. – на губах эльфа появляется странная улыбка. – А разрешение есть у Огана.
- Оган? – переспрашивает князь, и слышится шум – епископы покинули свои места и пустились в бегство. – Вот как… Дэвид, будешь учувствовать?
- Еще спрашиваешь!? Конечно, буду! – ухмыляется тот.
- А вы… на вас храмовники.
- Будет выполнено, ваше величество. – отряд эльфов склоняет головы, а затем обнажает свои оружия.
- Атед, отнеси Кэтрин в храм.
- Не беспокойся, Кэтрин, сейчас Лейд разберется со святыми, и ты снова очутишься в княжестве эльфов, в безопасности. Не волнуйся, святые больше тебя не потревожат.
- Он… - нервно сглотнув, едва слышно спрашиваю, пристально глядя в белые глаза эльфа, - Они убьют их?
- Не забивай себе голову подобными вопросами. – после непродолжительного молчания отвечает Атед и заходит в первое попавшееся помещение. Им оказалось небольшая комнатка отдыха. Эльф бережно опускает меня на диван и прикрывает глаза. Я чувствую исходящие от мужчины волны магии – он сканирует пространство, и, явно найдя что-то, извиняющим тоном пробормотал:
- Кэтрин, прости, мне сейчас нужно уйти на пару минут. Я позову стражников, чтобы они побыли с тобой…
- Не нужно! – Атед недоуменно хмурится, и я поспешно поясняю, - Мне нужно исцелить кое-какие раны…
- Понял, предупрежу, чтобы без стука не входили. Ты, если что, кричи. – напоследок бросив на меня внимательный взгляд, полный сомнения, эльф покидает комнатку, а я с нескрываемым облегчением вздыхаю, и перестаю притворяться, что все хорошо.
На глазах наворачиваются слезы облегчения и стресса. Громко шмыгнув носом, вытираю слезы и вздыхаю. В сердце крепко спряталась ноющая боль, и страх, который теперь заставлял вздрагивать от звуков – ночь ожидания в темной и сырой камере сделали свое дело. Но, вместе с этими чувствами пришло и нескрываемое облегчение. От радости можно плакать…
Вновь вытерев слезы тыльной стороной ладони, и неаккуратно откидываюсь на спинку дивана и зашипела от боли, принизывающей спину и шею. Гады, слишком крепко привязали меня к столбу! Воровато оглядываю помещение, и, заметив зеркало рядом с дверью, подбегаю к нему и расстегиваю рубашку. Нужно оценить повреждения и постараться залечить их. Оставшись сверху только в нижнем белье, покрутилась вокруг своей оси и горько усмехнулась. Травмы не были опасными, но сильно болели и на их местах теперь красовались темные синяки.
Дотронувшись до запястий, которые сильнее всего болели, а местами кожа была разодрана из-за веревок, шумно выдохнула воздух, когда пальцами коснулась ее. Прикрыв глаза, стала вливать магию в правое запястье, исцеляя его. Такие же манипуляции я проделала со всем телом, и криво улыбнулась себе в зеркале. Синяки невозможно свести магией. Немигающим взглядом смотрю на огромный синяк на животе и прикладываю ладошку к нему. Больше нее…
Что ж, сумасшедший епископ, надеюсь, ты понесешь заслуженное наказание. Внутри кипела злость по отношению к служителям храма, но в то же время я постоянно одергивала себя. Нельзя желать людям зла, иначе все вернется к тебе в большем размере.
«Кэт, не злись, и никогда не желай людям зла! Просто мысленно плюнь на них и перестань вникать в их бессмысленные слова! Никогда не поддавайся ненависти, и не ввязывайся в спор или драку – только опустишься до их уровня!»
Я слабо улыбнулась, вспомнив золотые слова бабушки, а в душе посветлело от теплых воспоминаний столь чудесной женщины, учителя жизни, и любимой бабушки. Жизнь без ненависти гораздо проще, если ты умеешь отделать от себя негативные эмоции. Вот почему бабушку всегда любили, она была всем интересна, и у нее не было врагов. От воспоминаний мне стало легче, и немного отпустило, когда подавила в себе негативные эмоции.
Внезапно дверь резко распахивается, и я от неожиданности сначала недоуменно уставила на вошедшего князя, который выглядел удивленным, а затем его взгляд опускается ниже моего лица и мрачнеет. До меня запоздало доходит понимание ситуации, и я, визгнув, схватываю рубашку, и ею прикрываюсь:
- Князь, демоны тебя подери, ну ведь предупредили, что стучаться надо!
Сверкающими от возмущения глазами смотрю на гвардейцев, которые виновато потупили взгляды, и вздохнула. Ну да… попутайся тут еще и предупреждения давать собственному разозленному владыке.
- Меня не предупредили. – равнодушным голосом заявили мне, и я открыла рот, чтобы выпалить нервную тираду, но, как всегда, выручил вовремя появившийся Атед. Эльф сначала растерялся, но, быстро сориентировавшись, возмутился:
- Это и есть богоотступница? – самый старый из священнослужителей смотрит на меня с презрением и злостью. Второй с гадкой ухмылкой кланяется ему:
- Ты и есть, ваше святейшество, епископ Эрен.
Епископ? Вот дьявол… Один из самых высших санов храма. Выше него только понфик, который может занимать только один доди. А вот епископов всего тридцать на весь мир. Отвечаю старику таким же взглядом:
- Где я?
- Тебе этого не нужно знать, преступница! – заявляет епископ.
- Преступница? – фыркаю, - И, позвольте узнать, в чем меня обвиняют?
- Ты оскорбила своим поведением и слова Святую Деву, и опорочила наш храм, и навлекла гнев богини на всех ее последователей!
- А в чем ее гнев выражается?
- Не сей открывать свой поганый рот, преступница! Ты, тварь, понесешь священное наказание за отступничество!
- Я никого не убивала, всего лишь сказала пару крепких словечек, и вы готовы за это сжечь меня на костре!? Вы что, шутите? Многие оскорбляют богов, но при этом сжигаете меня!?
- Ты оскорбила ее, когда она явила нам свой божественный лик, спустившись к смертным! Вчера Святая Дева впервые проигнорировала наш ежегодный священный праздник в главном храме в Ронине! Мы должны искупить грехи! Завтра состоится судный день! Вернее уже сегодня! – епископ бросает взгляд на небольшую дыру в стене с решетками, аз которыми виднелась непроглядная ночь без луны. – Покайся в своих грехах, возможно, богиня проявит милость и твоя смерть в священном огне будет быстрой!
- Вы идиоты! Сумасшедшие! Да у вас крыша поехала!
- Заткнись, мерзавка! – я охаю, когда старик наносит ногой удар в живот и сгибаюсь от боли, а глаза жгут слезы обиды. За что!? Я же не виновата! Возможно и виновата, но это настоящее безумие!
***
Лейдорин был зол. Очень зол. Его алые глаза и белок полностью заволокла черная пелена. Князь молчал, громко постукивая пальцами по столешнице стола, и генералы, а так же доверенные лица, находящиеся в его кабинете, нервничали, чувствуя, как внутри нарастает страх. Его мощь была огромной, и давила на них, призывая преклонить колено. Только демон оставался спокойным, чему глава эльфийских шпионов очень завидовал.
- Атед, есть какие новости? – князь наконец вырывается из размышлений и предположительно смотрит на него.
- Увы, нет. Храмовники настоящие мастера иллюзий, и не так просто отследить их. – в отличие от остальных генералов, он не боится говорить о неудаче. Пусть, его повелитель в гневе страшен, но он знает, что тот никогда намеренно не причинит вреда друзьям и подданным.
- Динар?
- Аналогичный ответ. –один из верховных генералов армии, глава обороны и разведки, нервно сглатывает, но сохраняет спокойствие.
- Вот как… Никаких результатов… - недобро произносит эльф, но замолкает, услышав громкий стук в дверь, и разрешает войти. В кабинет входит эльф-священнослужитель в одеянии епископа. Хоть он и выглядел молодым, но в его взгляде виднелся настоящий опыт прожитых готов. Это был очень древний эльф.
Князь улыбается:
- Наконец-то!
- Ты уж прости старика, что так долго, не мог уйти без подозрений. – мягко улыбается эльф, приветствуя всех присутствующих в кабинете, а затем серьезнеет, - Я смог разузнать все о похищенной девочки. Ее собираются сжечь в священном огне утром. Сейчас она в главном храме Ронине.
- Пустые земли. – скривился Дэвид, скрещивая руки на груди, - Телепортироваться не сможем, а своим порталом святоши не дадут воспользоваться.
- Сможете, если разрешение дам я. – хмыкнул епископ, пристально глядя в черные бездны князя, - Хоть мы и так опоздаем, но, что-то мне подсказывает, не стоит так сильно волноваться.
- Верно, там будет настоящее веселье. – недобро улыбается эльф, вставая, приказывает - Собрать отряд! – а затем, когда все покидают кабинет, снова поворачивается к епископу, - Понфик в курсе?
- В том и дело, что нет, а его заместитель сторонник радикальных мер, да и по натуре садист. – пожимает плечами пожилой эльф, а затем лукаво улыбается, - А теперь расскажи старику про девочку.
- Дедушка! Ну, хватит!
***
- Ах, эта ночь, ах, эти губы, пускай они меня сведут с ума! Ах, эта ночь, ах, эти очи, пуская меня погубят и спасут!
- Да заткните уже ее кто-нибудь! – истерично орал противный епископ, в компании трех своих коллег, - Она несет разврат!
- И огонь, и вода, нам от этого не деться никуда, ты сегодня зажгла, ты сегодня и гори!
- Ваше светлейшество, мы не можем подойти к ней из-за огня!
- Да пристрелите ее из лука!
- Святейшество, но это оскорбление богине!
- Минутный порыв говорить пропал не лучше ли молча допить свой бокал! – при этих слов епископы подавились, а я продолжала орать от души строчки песен родного мира, которые успела запомнить. Знаю, нет у меня таланта петь, даже мои сестры каждый раз напоминали об этом, когда пару раз начинала петь.
- О нет! Ну почему она не горит!?
Действительно, я «горела» уже давно, но при этом священный огонь не причинял мне вреда. Отличие священного огня от обыкновенного в том, что он полностью состоял из магии, и был белого цвета. Все недоумевали, а я знала причину – артефакт, подаренный эльфом, сослужил хорошую службу. Удивительно, что его не изъяли. Наверняка, подумали, что это простая побрякушка, и антимагических браслетов будет достаточно. Сейчас я была так рада, что не стала снимать подарок князя. И снова, благодаря ему, я спасена. К глазам подступали слезы облегчения и неимоверной благодарности к этому мужчине – я не была уверена, что Дева Мария бы спасла меня. Ах да, об этом.
- Может вы уже потушите огонь? – интересуюсь у растерявшихся храмовников, стоявших возле костра.
Мужчины переглянулись и посмотрели в сторону епископов. Те, не стесняясь присутствующих, ругались. Их главной темой был страх, что слухи, от том, что богоотступница не горит, дойдут до святого понфика. Пристально прислушавшись к их разговору, я поняла, что они его очень боялись, как и трех его самых приближенных епископов. Раэль, Барил, Варис, Таймир. Ага, я запомнила их имена, правда, так и не поняла кто из них кто, кроме Вариса, который был святым понфиком – имя столь, почти легендарной личности, было известно каждому, даже мне, попаданке.
Поговаривали, что он был истинным любимцев всех богов, и те постоянно вступали с ним в контакт. Его биография уникальна – демон, выходец из простых доди, стал сильнейшим арийцем. Арийцы – по легенде, маги, заимствующие силу у богов, продав им свою душу. На деле, подозреваю, никто никому душу не продавал, и понфик был просто сильным магом. Хоть он и управлял маленькими по территории нейтральными землями святых, его власть была равна королям.
- Разведите еще один костер! Раз священный не берет, то обыкновенный точно сожжет эту проклятую ведьму!
Обыкновенный костер!? Только не это! Магический артефакт против него бесполезен!
- Постойте! – истерично кричу, в испуге глядя, как один из храмовников с факелом в руках медленно приближался ко мне, - Раз я не горю, может Святая Дева не считает меня виновной?!
- Мы сами вершим суд на земле! Боги будут судить на небесах! – заявил мне сумасшедший епископ, а вот его трое коллег неодобрительно покачали головами, и что-то сказали ему. Тот помолчал минуту, а затем наорал на них, велев валить отсюда, или, наоборот, молчать и смотреть до конца.
- Помогите… пожалуйста… - в отчаянии шепчу я, но старики лишь равнодушно качают головами, а храмовники подчинялись только им.
Немигающим взглядом смотрю, как факел медленно приближается к нетронутым священным пламенем полену, и обреченно прикрываю глаза. Маша… нет, Святая Дева, ты этого хотела? Перенесла меня в этот мир, где я должна так быстро умереть!? Ну… спасибо! Удружила! Ненавижу тебя!
Чувствуя, как появляется запах гари на фоне священного огня без запаха, и откидываю голову, глядя на чистое голубое небо. Не хочу смотреть, как пламя будет пожирать меня. Я буду смотреть на прекрасное небо, символ свободы и надежды. Язычок пламени касается моей ступни, и я до боли прикусываю губу, чувствуя, как горит моя обувь. Скоро оно доберется до кожи…
Внезапно небо стало абсолютно черным, а все ощущения температуры, боли пропали. Кругом послышались возгласы удивления. Опускаю голову и вздрагиваю от неожиданного зрелища – кругом остались только три цвета и их оттенки – черный, белый, и серый. Кругом у всех кожа стала светло-серого цвета, волосы более темного цвета, глаза белыми с черными белками, рот черным, одежда и дома пестрили разнообразием белых и серых оттенков. Среди храмовников и епископов наступила паника, пока один из них не вскрикнул, указывая куда-то в сторону. Проследив за его направление, я нервно вздрогнула.
К нам приближался эльф. Князь. И он был в бешенстве. Эльфа объяло черное пламя, и он медленно приближался ко моему столбу горения. Грудную клетку словно сдавила невидимая сила, которая стала придавливать к земле и подавлять волю – такова невероятная сила князя-архимага.
- Ты посмел прервать священный ритуал! – заместитель понфика указал в сторону эльфа и заорал, - Убейте его!
Ни один храмовник не шелохнулся – в их взглядах застыл ужас, а тела оцепенели от страха.
- Какие громкие слова! – с нескрываемой радостью вижу Атеда, выглядывающего из-за спины князя, который сразу спешит ко мне вместе с лерром Дэвидом. Я, признаюсь, была очень рада появлению эльфа, но сейчас он пугал меня, и помощь от его союзников я приняла с облегчением. Дэвид под изумленные возгласы, без труда погасил пламя, а Атед развязал мои запястья от веревок, освободил от столба и подхватил на руки, когда я, обессилевшая, коснулась ногами земли и те подкосились.
- Ты как? – с беспокойством спрашивает Атед, и я вымученно улыбаюсь:
- Могло быть и хуже. Артефакт его величества спас меня…
- Епископ Раэль, телепортируйте их. – звучит безэмоциональный голос князя, и только сейчас я замечаю позади его небольшой отряд эльфов и одного эльфа, облаченного в одеяния епископа. Раэль? Один из приближенных понфика?
- Как скажешь, Лейдорин, но для этого нужно активировать портал. – на губах эльфа появляется странная улыбка. – А разрешение есть у Огана.
- Оган? – переспрашивает князь, и слышится шум – епископы покинули свои места и пустились в бегство. – Вот как… Дэвид, будешь учувствовать?
- Еще спрашиваешь!? Конечно, буду! – ухмыляется тот.
- А вы… на вас храмовники.
- Будет выполнено, ваше величество. – отряд эльфов склоняет головы, а затем обнажает свои оружия.
- Атед, отнеси Кэтрин в храм.
Глава шпионов молча кивает головой, но по его лицу я замечаю тень беспокойства, которая быстро исчезает. Эльф немного натянуто улыбается мне, стремительно вбегая по ступенькам храма вместе с двумя гвардейцами.
- Не беспокойся, Кэтрин, сейчас Лейд разберется со святыми, и ты снова очутишься в княжестве эльфов, в безопасности. Не волнуйся, святые больше тебя не потревожат.
- Он… - нервно сглотнув, едва слышно спрашиваю, пристально глядя в белые глаза эльфа, - Они убьют их?
- Не забивай себе голову подобными вопросами. – после непродолжительного молчания отвечает Атед и заходит в первое попавшееся помещение. Им оказалось небольшая комнатка отдыха. Эльф бережно опускает меня на диван и прикрывает глаза. Я чувствую исходящие от мужчины волны магии – он сканирует пространство, и, явно найдя что-то, извиняющим тоном пробормотал:
- Кэтрин, прости, мне сейчас нужно уйти на пару минут. Я позову стражников, чтобы они побыли с тобой…
- Не нужно! – Атед недоуменно хмурится, и я поспешно поясняю, - Мне нужно исцелить кое-какие раны…
- Понял, предупрежу, чтобы без стука не входили. Ты, если что, кричи. – напоследок бросив на меня внимательный взгляд, полный сомнения, эльф покидает комнатку, а я с нескрываемым облегчением вздыхаю, и перестаю притворяться, что все хорошо.
На глазах наворачиваются слезы облегчения и стресса. Громко шмыгнув носом, вытираю слезы и вздыхаю. В сердце крепко спряталась ноющая боль, и страх, который теперь заставлял вздрагивать от звуков – ночь ожидания в темной и сырой камере сделали свое дело. Но, вместе с этими чувствами пришло и нескрываемое облегчение. От радости можно плакать…
Вновь вытерев слезы тыльной стороной ладони, и неаккуратно откидываюсь на спинку дивана и зашипела от боли, принизывающей спину и шею. Гады, слишком крепко привязали меня к столбу! Воровато оглядываю помещение, и, заметив зеркало рядом с дверью, подбегаю к нему и расстегиваю рубашку. Нужно оценить повреждения и постараться залечить их. Оставшись сверху только в нижнем белье, покрутилась вокруг своей оси и горько усмехнулась. Травмы не были опасными, но сильно болели и на их местах теперь красовались темные синяки.
Дотронувшись до запястий, которые сильнее всего болели, а местами кожа была разодрана из-за веревок, шумно выдохнула воздух, когда пальцами коснулась ее. Прикрыв глаза, стала вливать магию в правое запястье, исцеляя его. Такие же манипуляции я проделала со всем телом, и криво улыбнулась себе в зеркале. Синяки невозможно свести магией. Немигающим взглядом смотрю на огромный синяк на животе и прикладываю ладошку к нему. Больше нее…
Что ж, сумасшедший епископ, надеюсь, ты понесешь заслуженное наказание. Внутри кипела злость по отношению к служителям храма, но в то же время я постоянно одергивала себя. Нельзя желать людям зла, иначе все вернется к тебе в большем размере.
«Кэт, не злись, и никогда не желай людям зла! Просто мысленно плюнь на них и перестань вникать в их бессмысленные слова! Никогда не поддавайся ненависти, и не ввязывайся в спор или драку – только опустишься до их уровня!»
Я слабо улыбнулась, вспомнив золотые слова бабушки, а в душе посветлело от теплых воспоминаний столь чудесной женщины, учителя жизни, и любимой бабушки. Жизнь без ненависти гораздо проще, если ты умеешь отделать от себя негативные эмоции. Вот почему бабушку всегда любили, она была всем интересна, и у нее не было врагов. От воспоминаний мне стало легче, и немного отпустило, когда подавила в себе негативные эмоции.
Внезапно дверь резко распахивается, и я от неожиданности сначала недоуменно уставила на вошедшего князя, который выглядел удивленным, а затем его взгляд опускается ниже моего лица и мрачнеет. До меня запоздало доходит понимание ситуации, и я, визгнув, схватываю рубашку, и ею прикрываюсь:
- Князь, демоны тебя подери, ну ведь предупредили, что стучаться надо!
Сверкающими от возмущения глазами смотрю на гвардейцев, которые виновато потупили взгляды, и вздохнула. Ну да… попутайся тут еще и предупреждения давать собственному разозленному владыке.
- Меня не предупредили. – равнодушным голосом заявили мне, и я открыла рот, чтобы выпалить нервную тираду, но, как всегда, выручил вовремя появившийся Атед. Эльф сначала растерялся, но, быстро сориентировавшись, возмутился:
