Мужчина выпал из негостеприимного дома, и сгибаясь пополам побрел в сторону госпиталя. Она проводила его взглядом, не найдя в себе сил сказать ни слова. Говорить было нечего.
О чем он вообще думал, когда решил напасть на дочь некроманта? Что хрупкая девушка не сможет дать отпор? Что если она не может махать мечом, то и сопротивляться не будет?
Зря. Папины уроки даром не прошли, и сейчас Марианна как никогда ощутила себя не просто дочкой преподавателя, а настоящей боевой магичкой, наследницей магистра некромантии. Ведь колдовать против чудовища было просто. Страшно, тяжело, но у нее не было никаких сомнений в правильности этого поступка.
А вот колдовать против человека – совсем другое. И может быть, если бы не было той битвы, если бы она не приняла в себе всю эту разрушительную силу, то сегодня бы она просто сдалась. Сдалась под этой наглостью и уверенностью.
Степь на границе Альмирии и Саркарима
От всех этих перемен голова шла кругом. Вальтер внял просьбе магистра и больше помалкивал, пока остальные участники отряда рассказывали о выпавших на их долю приключениях.
Он все никак не мог поверить, что та самая песчаная буря на самом деле оказалась настолько долгой. Да, эти минуты, что они провели под навесом, укрываясь от вездесущего песка, текли словно патока, сливаясь в бесконечное жужжание миллиардов песчинок над их головами. Но в самом деле… две недели? Они бы банально умерли от голода, будь это так.
Но магия же… странная магия пустыни, совсем не похожая на все эти фокусы, виденные в академии.
Они следовали за провожатым к новому месте для отряда, и Вальтер только в очередной раз подумал, что жизнь меняется очень стремительно. Он просто не успевает привыкнуть к месту и людям, которые его окружают, как уже пора все бросать и куда-то бежать.
Пыль под сапогами хрустела, будто лагерь вырос не на земле, а на выжженной коже степи. Когда-то их шатры стояли почти у самого штаба, рядом с флагштоком и колодцем — теперь же конвойный сержант повёл их всё дальше и дальше, минуя конюшни и новые ряды палаток.
— Ещё немного, — буркнул тот, не глядя, — для возвращенцев место на дальнем скате.
— Возвращенцев, — передразнил кто-то из отряда. — Словно мы из мёртвых вернулись.
Никто не засмеялся.
Они прошли мимо огороженной площадки, где солдаты тренировались с новыми арбалетами. Вальтер невольно задержал взгляд — чужие лица, чужие глаза. Он не узнавал ни солдат, ни сержантов. Где-то там наверняка тренируются его парни, которых он учил держать щит.
Наконец сержант ткнул рукой в сторону редких кустов.
— Вот. Дальше — запасной периметр. Ставьте палатку здесь, воду — по норме, огонь разводить только после сигнала.
Он развернулся и ушёл.
Вальтер оглянулся. Лагерь гудел где-то далеко, словно за стеной. Вечернее солнце цеплялось за холмы, и флаги над штабом блестели красным — но отсюда даже звука трубы не было слышно.
— Ну что, — сказал Клаус, изрядно повеселевший, — видели там какие девицы? У! Огонь!
Вальтер не ответил. Просто опустил седельную сумку на землю и пошел помогать Брану и Боргу ставить шатёр — тот самый, что спас их от дождя и бурь, но теперь выглядел жалкой тряпкой на краю мира.
- Тебе лишь бы к девкам бегать, в твоем возрасте это подозрительно. – добродушно проворчал Хальдор. – Ладно Саул, он молодой, горячий. А тебе, Клаус, уже бы подыскать себе хорошую женушку, детишек наделать…
- А что сразу Саул? – картинно возмутился парень, но тут же передумал. – Нет, я не против, надо бы пойти проверить этих аппетитных прачек! Мне как раз надо бы рубаху постирать…
- Помилуй, командир! – гордо выпятил грудь Клаус. – Ну зачем мне жена? Она ж начнет мне указывать куда идти, что делать… а мне одного командира хватает.
Вальтер усмехнулся этому немудренному спору, и быстро заколотил колышек в землю. Ну вот, вроде стоит крепко – чуть пошатал опору палатки. Можно укладываться на ночь, тем более что они порядком подустали за этот день.
Он как раз раздумывал стоит ли идти в ту самую походную баню, куда так радостно умчался Саул со своей рубашкой, или же лучше попробовать раздобыть себе немного еды. Ему же полагалось жалование, и какие-то монетки валялись сейчас на дне его сумки.
После недолгих размышлений, он остановился на еде. И пока он топал к той самой солдатской кухне, откуда пахло заманчивой горячей едой, случайно оказался неподалеку от шатра некроманта. Сам же магистр стоял на улице, будто поджидал его тут. Вальтер даже обернулся, но кроме них двоих никого не было.
Он притормозил после приветственного кивка некроманта, и замер в ожидании.
Магистр будто хотел поговорить, но никак не мог решиться. Вальтер же чувствовал себя уставшим, по больше части от того, что буквально все превращалось в какую-то тайну. Он еще не разобрался со своей магией, от которой пока мало толка было, как на него навалилось еще и эта Милость Всевидящего. И от предвкушения какой-то очередной загадки у него болели зубы.
- Вальтер, я хотел тебе кое-что сказать… - магистр начал свою речь, но как-то смущенно замолк. – Ты извини, что я тебя так резко там отшил. Ты хороший солдат, и ты задаешь очень правильные вопросы…
Это все звучало странно. Да, там в командирской палатке магистр был резок, словно преподаватель недовольный своенравным учеником, только вот Вальтер не был учеником. Но, с другой стороны, магистр был куда выше его по званию, и вполне мог бы просто приказать ему молчать.
И он не глупый мальчишка, он знает, что такое субординация. Вот и сейчас он четко понимал, что эти извинения от старшего и по возрасту, и по званию – это проявление уважения. И в свою очередь приготовился извиняться. Но прямо сейчас желание услышать что-то важное удерживало вежливые слова, готовые сорваться с языка.
И он молчал. Молчал и слушал. Если хочешь что-то узнать – приготовься слушать.
- Вальтер, пойми меня правильно. – зашел с другой стороны некромант. – Я как учитель очень ценю жажду знаний, но… ты… когда ты так отчаянно хочешь что-то узнать, то людям сложно тебе не ответить. Понимаешь?
Нет. Он не понимал. Нет-нет, он совершенно точно этого не понимал и не хотел этого понимать. Потому что если за этими словами кроется что-то большее, чем просто преподавательские рефлексы, то это означает, что он, Вальтер Грин, внебрачный сын барона фон Крейнхардт, несет в себе Искушение Всевидящего.
- О чем вы? – он облизнул пересохшие губы. – Я же ничего такого не сделал…
- Не сделал. – согласился некромант. – И нам всем повезло, что ты на нашей стороне. Только тебе надо быть осторожней со своими словами.
- Это значит… что я отмечен Всевышним? – он наконец-то задал тот самый вопрос, который его так мучил.
- Похоже на то, Вальтер. – магистр удрученно вздохнул. – Я не могу объяснить это ничем иным.
- И что же мне делать? – вот до этого разговора у него еще выходило убедить себя, что это просто совпадение, случайность, интуиция, да что угодно, но теперь игнорировать свои способности не выходило. Все что ему оставалось это принять их. – Мне теперь дорога в Орден Безымянных?
- Возможно да, я не знаю. Вальтер, это только тебе решать. Обычно люди сами туда идут, потому что это единственное место, где они могут быть … могут быть самими собой. Ты просто погоди пока всем подряд об этом говорить. Сам понимаешь, люди могут это плохо принять.
Альмирия, Магическая академия
Она понятия не имела, где живет начальник гарнизона. Ну вот вообще просто не задавалась таким вопросом, да и зачем бы ей? И вот сейчас, когда до построения оставалось всего ничего, и уже пора было решаться, она вдруг поняла, что не знает куда идти.
На площадь? Куда придут все остальные? Дожидаться лейтенанта там и при всех докладывать? От одной этой мысли ее замутило еще сильнее. Идти куда-то в главный корпус, где находятся все личные покои руководящего состава? Ну так сейчас почти ночь, и это вдруг показалось ужасно неловким.
Но дольше ждать уже было никак нельзя, за эту ночь она измучилась. Она писала рапорт и рвала его в клочья. Она решала никому ничего не говорить и рыдала в подушку. В конце концов она решила воспользоваться тем единственным, чему доверяла полностью – папиным словам.
Нежить надо добивать, обязательно надо добивать. Надо превратить ее в прах, или заклятием, или огнем, иначе она вернется. Нежить обязательно вернется, чтобы получить свое.
И сержант Хирон совершенно точно был такой вот человеческой нежитью. Пусть его сердце билось как положено, но он точно не был человеком. И это значит, что он вернется за ней, или еще за какой-то другой девушкой.
Она взяла в руки последний вариант рапорта, который писала словно академическую работу, и отправилась к площади перед главным корпусом. Вся ее надежда была на то, что лейтенант всегда первым приходил на построение, будто сон ему вовсе не требовался.
В самом деле ей повезло, у входа в главное здание она увидела лейтенанта ас Леверена. Молодой офицер устало потирал глаза, будто хотел поскорей проснуться. Было немного странно видеть его таким… обыкновенным.
За этот месяц, что он командует тут в академии, они все решили, что он какой-то сверхчеловек или невиданной силы маг. Он никогда не уставал, всегда приходил на тренировочную площадку раньше всех, а уходил последний. Он помнил кому какие приказы отдал, он знал, что делает тот или другой человек в любой момент времени, и вообще производил впечатление профессионала.
И вот сейчас она видит его без прикрас, зевающего и уставшего. От этого зрелища Марианна замешкалась, но было уже поздно. Ноги вынесли ее прям к ступеням здания, и даже в предрассветных сумерках ее было сложно не заметить.
Лейтенант тут же собрался, будто он уже давно проснулся и готов нести службу. И на его лице появилось это самоуверенное выражение, от которого Марианна всегда ощущала себя криворукой и неуклюжей. А ведь она была не самой худшей ученицей!
- Госпожа ас Алеанон? – он с удивлением посмотрел на нее, а затем бросил взгляд на часы – до построения было еще далеко. – Доброе утро.
- Господин лейтенант ас Леверен… - она сбилась, все заготовленные слова стерлись из памяти, а в горле встал ком.
- Что привело вас сюда так рано? – он явно не знал, как себя вести, для построения рано, для светских разговоров… вообще не время.
И она не знала, что отвечать, потому что внутри появился гадкий страх, что ей не поверят. Эта дрянь Элиана не стеснялась распускать гадкие сплетни про нее. И теперь, когда рядом не было магистра ас Алеанон, это вдруг стало проблемой. Теперь за нее заступиться некому. Тактика игнора больше не работала.
Искушение развернуться и убежать обратно домой была настолько велика, что только понимание, что безопасных мест больше нет, удержало ее на месте. Бежать реально некуда, если эта … нежить забралась к ней в дом через окно, то что дальше? Ставить охранные заклинания она не может, внутри академии многие заклинания просто не работают.
И дрожащей рукой она протянула бумагу, пока силы совсем ее не оставили.
- Хм… - удивленно вскинул брови начальник гарнизона.
Машинально щелкнув пальцами, он подвесил перед собой крошечный светлячок, ровно такой, чтобы хватило прочитать написанное. Мелочь, но они не часто видели, как он колдует, потому как шевелить рукой он стал совсем недавно, может неделю назад. И сейчас она с легкой завистью отметила, что для «безрукого» он хорошо колдует. Точно. И не задумываясь.
- Хм… - протянул он нахмурившись. – Вы уверены …вы уверены, что всё изложено верно? – договорил он наконец, поднимая взгляд от бумаги.
Голос у него был тихий, но в нём чувствовалось напряжение, будто каждое слово он взвешивал. Светлячок дрогнул от сквозняка, отразился в его серых глазах.
Марианна кивнула, чувствуя, как сердце бьётся в горле.
– Это ваше заявление? Под присягой?
Она вновь кивнула.
– Тогда… – он чуть выдохнул, словно не верил, что говорит это вслух, – я приму его. – И, бросив взгляд на часы, добавил уже тише: – Но вы должны понимать, к чему это приведёт.
Он аккуратно свернул листок, не глядя на неё, и кончиками пальцев провёл по краю, будто проверяя, не дрожит ли рука.
- А к чему это приведет? – зачем-то спросила она, потому что в голове было пусто.
Она действительно не понимала возможных последствий, в ее голове был только один вариант – этого человека рядом больше не будет. Он просто исчезнет из академии и все. И все будет хорошо.
- Хм… - снова произнес начальник гарнизона, и тут она увидела, насколько он молод. – Я пока не готов что-то утверждать, но… я должен буду провести расследование. Понимаете?
От паники она не смогла ничего сказать и только кивнула, а внутри разливался предательский холод. Он ей не верит. Конечно! Он же служил с этим сержантом, они же друзья, а она кто? Какая-то незнакомая девушка, которую они знают всего ничего.
- Ну так и проводите! – зло выкрикнула ему в лицо, потому что страх колотился внутри.
Если это чудовище будет на свободе, если его никто не остановит, то как они будут тут жить? В постоянном страхе за свою жизнь?
Дариан сжал рапорт в руках так что пальцы побелели. Вздернул подбородок, и решительно произнес.
– Я проведу расследование, – сказал он. – И пока оно не завершено, сержант Хирон не сможет причинить вам вреда.
Марианна заметила, как он слегка сжал концы бумаги, как плечи его едва дернулись. Он не отвёл взгляд, но в этих маленьких жестах было что-то… напряжённое, словно он борется с собой. Она не могла точно понять, что именно происходит у него внутри, но ясно видела: решение уже принято.
- Доброе утро! – мелодичный девичий голосок пропел из-за угла. – Ой, Марианна, а ты уже тут? Или…
Ну конечно, кто же еще. Любимая подружка Элиана, как всегда, принесла полный клювик гадостей. Но почему-то Марианна не смотрела на пришедших, хотя шаги нескольких человек были отчетливо слышны за ее плечом. Она не отрывала взгляд от лица начальника гарнизона.
А лейтенант отчетливо побледнел и поджал губы. И это было так неприятно, что внутри заныло. Неужели он поверил в досужие сплетни и решил, что она такая… доступная… как рассказывает эта интриганка. Наверное, и сержант наслушался этого бреда и поверил. Кому? Иллюзорнице!
Сил не оставалось совсем, то самое облегчение, которое она испытала минуту назад, забрало последние. Но Марианна продолжала сверлить взглядом лейтенанта, и со всем доступным злорадством ощущала его неловкость.
- Приступить к тренировке! – он крикнул отрывисто, прервав все разговоры.
Студенты, недовольно бурча припустили трусцой по кругу, бросая на нее недоумевающие взгляды. А начальник вдруг опустил глаза, будто избегает встречаться с ней взглядом, и произнес так тихо, что услышала только она.
- Отправляйтесь к себе… - он запнулся, глядя в упор на ее руки.
Она тоже опустила глаза и не нашлась с ответом – на ее запястьях отчетливо были видны наливающиеся синяки. Машинально она натянула рукава рубашки, сама не понимая зачем – ей бы сунуть эти улики ему прямо под нос, показать наглядно, что все сказанное ею правда. А еще высказать ему, что это его вина, ведь это он тут главный. Но он и так это знает, вон как побледнел.
- Идите, госпожа ас Алеанон, сегодня вы свободны. Я разберусь. – и добавил более уверенно. – Я обязательно разберусь.
О чем он вообще думал, когда решил напасть на дочь некроманта? Что хрупкая девушка не сможет дать отпор? Что если она не может махать мечом, то и сопротивляться не будет?
Зря. Папины уроки даром не прошли, и сейчас Марианна как никогда ощутила себя не просто дочкой преподавателя, а настоящей боевой магичкой, наследницей магистра некромантии. Ведь колдовать против чудовища было просто. Страшно, тяжело, но у нее не было никаких сомнений в правильности этого поступка.
А вот колдовать против человека – совсем другое. И может быть, если бы не было той битвы, если бы она не приняла в себе всю эту разрушительную силу, то сегодня бы она просто сдалась. Сдалась под этой наглостью и уверенностью.
Глава 2. Стоять за себя
Степь на границе Альмирии и Саркарима
От всех этих перемен голова шла кругом. Вальтер внял просьбе магистра и больше помалкивал, пока остальные участники отряда рассказывали о выпавших на их долю приключениях.
Он все никак не мог поверить, что та самая песчаная буря на самом деле оказалась настолько долгой. Да, эти минуты, что они провели под навесом, укрываясь от вездесущего песка, текли словно патока, сливаясь в бесконечное жужжание миллиардов песчинок над их головами. Но в самом деле… две недели? Они бы банально умерли от голода, будь это так.
Но магия же… странная магия пустыни, совсем не похожая на все эти фокусы, виденные в академии.
Они следовали за провожатым к новому месте для отряда, и Вальтер только в очередной раз подумал, что жизнь меняется очень стремительно. Он просто не успевает привыкнуть к месту и людям, которые его окружают, как уже пора все бросать и куда-то бежать.
Пыль под сапогами хрустела, будто лагерь вырос не на земле, а на выжженной коже степи. Когда-то их шатры стояли почти у самого штаба, рядом с флагштоком и колодцем — теперь же конвойный сержант повёл их всё дальше и дальше, минуя конюшни и новые ряды палаток.
— Ещё немного, — буркнул тот, не глядя, — для возвращенцев место на дальнем скате.
— Возвращенцев, — передразнил кто-то из отряда. — Словно мы из мёртвых вернулись.
Никто не засмеялся.
Они прошли мимо огороженной площадки, где солдаты тренировались с новыми арбалетами. Вальтер невольно задержал взгляд — чужие лица, чужие глаза. Он не узнавал ни солдат, ни сержантов. Где-то там наверняка тренируются его парни, которых он учил держать щит.
Наконец сержант ткнул рукой в сторону редких кустов.
— Вот. Дальше — запасной периметр. Ставьте палатку здесь, воду — по норме, огонь разводить только после сигнала.
Он развернулся и ушёл.
Вальтер оглянулся. Лагерь гудел где-то далеко, словно за стеной. Вечернее солнце цеплялось за холмы, и флаги над штабом блестели красным — но отсюда даже звука трубы не было слышно.
— Ну что, — сказал Клаус, изрядно повеселевший, — видели там какие девицы? У! Огонь!
Вальтер не ответил. Просто опустил седельную сумку на землю и пошел помогать Брану и Боргу ставить шатёр — тот самый, что спас их от дождя и бурь, но теперь выглядел жалкой тряпкой на краю мира.
- Тебе лишь бы к девкам бегать, в твоем возрасте это подозрительно. – добродушно проворчал Хальдор. – Ладно Саул, он молодой, горячий. А тебе, Клаус, уже бы подыскать себе хорошую женушку, детишек наделать…
- А что сразу Саул? – картинно возмутился парень, но тут же передумал. – Нет, я не против, надо бы пойти проверить этих аппетитных прачек! Мне как раз надо бы рубаху постирать…
- Помилуй, командир! – гордо выпятил грудь Клаус. – Ну зачем мне жена? Она ж начнет мне указывать куда идти, что делать… а мне одного командира хватает.
Вальтер усмехнулся этому немудренному спору, и быстро заколотил колышек в землю. Ну вот, вроде стоит крепко – чуть пошатал опору палатки. Можно укладываться на ночь, тем более что они порядком подустали за этот день.
Он как раз раздумывал стоит ли идти в ту самую походную баню, куда так радостно умчался Саул со своей рубашкой, или же лучше попробовать раздобыть себе немного еды. Ему же полагалось жалование, и какие-то монетки валялись сейчас на дне его сумки.
После недолгих размышлений, он остановился на еде. И пока он топал к той самой солдатской кухне, откуда пахло заманчивой горячей едой, случайно оказался неподалеку от шатра некроманта. Сам же магистр стоял на улице, будто поджидал его тут. Вальтер даже обернулся, но кроме них двоих никого не было.
Он притормозил после приветственного кивка некроманта, и замер в ожидании.
Магистр будто хотел поговорить, но никак не мог решиться. Вальтер же чувствовал себя уставшим, по больше части от того, что буквально все превращалось в какую-то тайну. Он еще не разобрался со своей магией, от которой пока мало толка было, как на него навалилось еще и эта Милость Всевидящего. И от предвкушения какой-то очередной загадки у него болели зубы.
- Вальтер, я хотел тебе кое-что сказать… - магистр начал свою речь, но как-то смущенно замолк. – Ты извини, что я тебя так резко там отшил. Ты хороший солдат, и ты задаешь очень правильные вопросы…
Это все звучало странно. Да, там в командирской палатке магистр был резок, словно преподаватель недовольный своенравным учеником, только вот Вальтер не был учеником. Но, с другой стороны, магистр был куда выше его по званию, и вполне мог бы просто приказать ему молчать.
И он не глупый мальчишка, он знает, что такое субординация. Вот и сейчас он четко понимал, что эти извинения от старшего и по возрасту, и по званию – это проявление уважения. И в свою очередь приготовился извиняться. Но прямо сейчас желание услышать что-то важное удерживало вежливые слова, готовые сорваться с языка.
И он молчал. Молчал и слушал. Если хочешь что-то узнать – приготовься слушать.
- Вальтер, пойми меня правильно. – зашел с другой стороны некромант. – Я как учитель очень ценю жажду знаний, но… ты… когда ты так отчаянно хочешь что-то узнать, то людям сложно тебе не ответить. Понимаешь?
Нет. Он не понимал. Нет-нет, он совершенно точно этого не понимал и не хотел этого понимать. Потому что если за этими словами кроется что-то большее, чем просто преподавательские рефлексы, то это означает, что он, Вальтер Грин, внебрачный сын барона фон Крейнхардт, несет в себе Искушение Всевидящего.
- О чем вы? – он облизнул пересохшие губы. – Я же ничего такого не сделал…
- Не сделал. – согласился некромант. – И нам всем повезло, что ты на нашей стороне. Только тебе надо быть осторожней со своими словами.
- Это значит… что я отмечен Всевышним? – он наконец-то задал тот самый вопрос, который его так мучил.
- Похоже на то, Вальтер. – магистр удрученно вздохнул. – Я не могу объяснить это ничем иным.
- И что же мне делать? – вот до этого разговора у него еще выходило убедить себя, что это просто совпадение, случайность, интуиция, да что угодно, но теперь игнорировать свои способности не выходило. Все что ему оставалось это принять их. – Мне теперь дорога в Орден Безымянных?
- Возможно да, я не знаю. Вальтер, это только тебе решать. Обычно люди сами туда идут, потому что это единственное место, где они могут быть … могут быть самими собой. Ты просто погоди пока всем подряд об этом говорить. Сам понимаешь, люди могут это плохо принять.
***
Альмирия, Магическая академия
Она понятия не имела, где живет начальник гарнизона. Ну вот вообще просто не задавалась таким вопросом, да и зачем бы ей? И вот сейчас, когда до построения оставалось всего ничего, и уже пора было решаться, она вдруг поняла, что не знает куда идти.
На площадь? Куда придут все остальные? Дожидаться лейтенанта там и при всех докладывать? От одной этой мысли ее замутило еще сильнее. Идти куда-то в главный корпус, где находятся все личные покои руководящего состава? Ну так сейчас почти ночь, и это вдруг показалось ужасно неловким.
Но дольше ждать уже было никак нельзя, за эту ночь она измучилась. Она писала рапорт и рвала его в клочья. Она решала никому ничего не говорить и рыдала в подушку. В конце концов она решила воспользоваться тем единственным, чему доверяла полностью – папиным словам.
Нежить надо добивать, обязательно надо добивать. Надо превратить ее в прах, или заклятием, или огнем, иначе она вернется. Нежить обязательно вернется, чтобы получить свое.
И сержант Хирон совершенно точно был такой вот человеческой нежитью. Пусть его сердце билось как положено, но он точно не был человеком. И это значит, что он вернется за ней, или еще за какой-то другой девушкой.
Она взяла в руки последний вариант рапорта, который писала словно академическую работу, и отправилась к площади перед главным корпусом. Вся ее надежда была на то, что лейтенант всегда первым приходил на построение, будто сон ему вовсе не требовался.
В самом деле ей повезло, у входа в главное здание она увидела лейтенанта ас Леверена. Молодой офицер устало потирал глаза, будто хотел поскорей проснуться. Было немного странно видеть его таким… обыкновенным.
За этот месяц, что он командует тут в академии, они все решили, что он какой-то сверхчеловек или невиданной силы маг. Он никогда не уставал, всегда приходил на тренировочную площадку раньше всех, а уходил последний. Он помнил кому какие приказы отдал, он знал, что делает тот или другой человек в любой момент времени, и вообще производил впечатление профессионала.
И вот сейчас она видит его без прикрас, зевающего и уставшего. От этого зрелища Марианна замешкалась, но было уже поздно. Ноги вынесли ее прям к ступеням здания, и даже в предрассветных сумерках ее было сложно не заметить.
Лейтенант тут же собрался, будто он уже давно проснулся и готов нести службу. И на его лице появилось это самоуверенное выражение, от которого Марианна всегда ощущала себя криворукой и неуклюжей. А ведь она была не самой худшей ученицей!
- Госпожа ас Алеанон? – он с удивлением посмотрел на нее, а затем бросил взгляд на часы – до построения было еще далеко. – Доброе утро.
- Господин лейтенант ас Леверен… - она сбилась, все заготовленные слова стерлись из памяти, а в горле встал ком.
- Что привело вас сюда так рано? – он явно не знал, как себя вести, для построения рано, для светских разговоров… вообще не время.
И она не знала, что отвечать, потому что внутри появился гадкий страх, что ей не поверят. Эта дрянь Элиана не стеснялась распускать гадкие сплетни про нее. И теперь, когда рядом не было магистра ас Алеанон, это вдруг стало проблемой. Теперь за нее заступиться некому. Тактика игнора больше не работала.
Искушение развернуться и убежать обратно домой была настолько велика, что только понимание, что безопасных мест больше нет, удержало ее на месте. Бежать реально некуда, если эта … нежить забралась к ней в дом через окно, то что дальше? Ставить охранные заклинания она не может, внутри академии многие заклинания просто не работают.
И дрожащей рукой она протянула бумагу, пока силы совсем ее не оставили.
- Хм… - удивленно вскинул брови начальник гарнизона.
Машинально щелкнув пальцами, он подвесил перед собой крошечный светлячок, ровно такой, чтобы хватило прочитать написанное. Мелочь, но они не часто видели, как он колдует, потому как шевелить рукой он стал совсем недавно, может неделю назад. И сейчас она с легкой завистью отметила, что для «безрукого» он хорошо колдует. Точно. И не задумываясь.
- Хм… - протянул он нахмурившись. – Вы уверены …вы уверены, что всё изложено верно? – договорил он наконец, поднимая взгляд от бумаги.
Голос у него был тихий, но в нём чувствовалось напряжение, будто каждое слово он взвешивал. Светлячок дрогнул от сквозняка, отразился в его серых глазах.
Марианна кивнула, чувствуя, как сердце бьётся в горле.
– Это ваше заявление? Под присягой?
Она вновь кивнула.
– Тогда… – он чуть выдохнул, словно не верил, что говорит это вслух, – я приму его. – И, бросив взгляд на часы, добавил уже тише: – Но вы должны понимать, к чему это приведёт.
Он аккуратно свернул листок, не глядя на неё, и кончиками пальцев провёл по краю, будто проверяя, не дрожит ли рука.
- А к чему это приведет? – зачем-то спросила она, потому что в голове было пусто.
Она действительно не понимала возможных последствий, в ее голове был только один вариант – этого человека рядом больше не будет. Он просто исчезнет из академии и все. И все будет хорошо.
- Хм… - снова произнес начальник гарнизона, и тут она увидела, насколько он молод. – Я пока не готов что-то утверждать, но… я должен буду провести расследование. Понимаете?
От паники она не смогла ничего сказать и только кивнула, а внутри разливался предательский холод. Он ей не верит. Конечно! Он же служил с этим сержантом, они же друзья, а она кто? Какая-то незнакомая девушка, которую они знают всего ничего.
- Ну так и проводите! – зло выкрикнула ему в лицо, потому что страх колотился внутри.
Если это чудовище будет на свободе, если его никто не остановит, то как они будут тут жить? В постоянном страхе за свою жизнь?
Дариан сжал рапорт в руках так что пальцы побелели. Вздернул подбородок, и решительно произнес.
– Я проведу расследование, – сказал он. – И пока оно не завершено, сержант Хирон не сможет причинить вам вреда.
Марианна заметила, как он слегка сжал концы бумаги, как плечи его едва дернулись. Он не отвёл взгляд, но в этих маленьких жестах было что-то… напряжённое, словно он борется с собой. Она не могла точно понять, что именно происходит у него внутри, но ясно видела: решение уже принято.
- Доброе утро! – мелодичный девичий голосок пропел из-за угла. – Ой, Марианна, а ты уже тут? Или…
Ну конечно, кто же еще. Любимая подружка Элиана, как всегда, принесла полный клювик гадостей. Но почему-то Марианна не смотрела на пришедших, хотя шаги нескольких человек были отчетливо слышны за ее плечом. Она не отрывала взгляд от лица начальника гарнизона.
А лейтенант отчетливо побледнел и поджал губы. И это было так неприятно, что внутри заныло. Неужели он поверил в досужие сплетни и решил, что она такая… доступная… как рассказывает эта интриганка. Наверное, и сержант наслушался этого бреда и поверил. Кому? Иллюзорнице!
Сил не оставалось совсем, то самое облегчение, которое она испытала минуту назад, забрало последние. Но Марианна продолжала сверлить взглядом лейтенанта, и со всем доступным злорадством ощущала его неловкость.
- Приступить к тренировке! – он крикнул отрывисто, прервав все разговоры.
Студенты, недовольно бурча припустили трусцой по кругу, бросая на нее недоумевающие взгляды. А начальник вдруг опустил глаза, будто избегает встречаться с ней взглядом, и произнес так тихо, что услышала только она.
- Отправляйтесь к себе… - он запнулся, глядя в упор на ее руки.
Она тоже опустила глаза и не нашлась с ответом – на ее запястьях отчетливо были видны наливающиеся синяки. Машинально она натянула рукава рубашки, сама не понимая зачем – ей бы сунуть эти улики ему прямо под нос, показать наглядно, что все сказанное ею правда. А еще высказать ему, что это его вина, ведь это он тут главный. Но он и так это знает, вон как побледнел.
- Идите, госпожа ас Алеанон, сегодня вы свободны. Я разберусь. – и добавил более уверенно. – Я обязательно разберусь.
