Так и попал к безопасникам. В последний раз мы сутки искали парня, который заблудился и пошёл в противоположную от купола сторону, а браслет передавал неверные координаты из-за того, что этот уникум прятался от грозы в пещерах.
Я отломила дольку и отправила в рот. Ларий проследил за ней и сбился на полуслове, позабыв, о чём только что говорил. Вторую дольку я протянула уже ему, гадая, возьмёт ли он её губами? Ларий аккуратно рукой забрал у меня фрукт.
– Спасибо, – тихо произнёс и, глядя мне в глаза, съел угощение.
Следующий кусочек помесина я сперва облизнула, а потом сделала вид, что втягиваю дольку, как макаронину.
– Ты издеваешься? – на грани слышимости прошипел Ларий и взлохматил радужные волосы
– Уже можно, – я проглотила кусочек фрукта и улыбнулась Ларию.
– Что можно? – не понял он.
Я поманила парня пальцем, а когда он перегнулся через стол, поцеловала.
Очень волнительно – дарить кому-то его первый поцелуй. Я вдруг чувствовала себя студенткой, которая украдкой бегает на свидания тайком от строгих родителей. Ларий оказался импульсивным, жадным, горячим во всех смыслах слова, и при этом поразительно сдержанным. Он словно боялся разбить меня, будто я хрупкая статуэтка.
Я же не сдерживалась. Углубила поцелуй, слегка прикусила ему нижнюю губу, провела рукой по волосам, – не жёсткие, врут слухи, – слегка обрисовала плечи пальцами, мечтая поскорее снять с Лария водолазку, и отстранилась.
Ларий целую секунду смотрел на меня через стол. Потом выругался так, что я только охнула, оттолкнул стол, и тот улетел в угол комнаты. Ларий стремительно оказался рядом, встал на колени, и наши лица оказались почти на одном уровне.
Я как под гипнозом смотрела в его полные золотого безумия глаза. Ларий медленно протянул руку, кончиками пальцев коснулся моего лица – и тут же горячо поцеловал. У меня внутри предвкушающе сжалось, я ждала, когда смогу почувствовать тело Лария под своими ладонями и ощутить его руки на себе.
Дождалась. Ларий нетерпеливо скомкал блузку у меня на спине, я почувствовала, как его пальцы скользнули вперёд, на грудь, нащупали застёжку. Не разрывая поцелуя, Ларий попытался расстегнуть блузку, а когда не вышло, просто рванул ткань в сторону. Застёжка сдалась.
Я почувствовала неожиданно прохладный воздух на своих плечах. Ларий спустил чашечки белья и разорвал безумный поцелуй – только для того, чтобы тут же приникнуть к груди.
От контраста прохлады кухни и горячих губ, от выражения наслаждения на лице Лария, от едва заметной дрожи в его пальцах, которые гладили мою кожу, от неотвратимой уверенности, с которой он раздвинул мои колени, чтобы встать ближе, от ощущения власти на грани поражения, – я застонала.
Словно эхо, Ларий застонал в ответ, не прекращая ласки, и этот стон больше походил на рык.
Я потянула его водолазку наверх, и Ларий послушно поднял руки, а избавившись от кофты, тут же схватился за пояс брюк. Ларий плавно поднялся, брюки вместе с бельём свалились на пол, и я жадно уставилась на хорошо сложенное мужское тело. Дорожка тёмных волос начиналась от пупка и уходила вниз, и в силе желания Лария не было ни малейших сомнений.
Ларий переступил, окончательно избавляясь от одежды, и я с предвкушением обхватила ладонью его член. С нажимом провела по всей длине, и Ларий сжал кулаки, прикрыл глаза, потом, словно передумав, обжёг меня взглядом от моей груди к плечам, ключицам, шее, губам. Я словно чувствовала эти прикосновения на коже.
Поймав взгляд Лария, я медленно, смакуя, облизала головку. Ларий застонал, аккуратно, но настойчиво отстранил меня и попытался уложить на кухонный диванчик.
Я упёрлась руками ему в грудь.
– Нет.
И я снова восхитилась выдержкой этого мужчины. Он замер, глубоко вздохнул и чуть отстранился.
– Нет? Почему? – он смотрел на меня недоверчиво, раздражённо, разочарованно.
– Мне нужно ещё время. И здесь неудобно, – я чуть улыбнулась, пытаясь смягчить даже не отказ, промедление.
Ларий виновато отвёл взгляд.
– Я… – он взлохматил радужные волосы, продолжая одной рукой опираться на спинку диванчика и по-прежнему нависая надо мной.
– Разденешь меня? – шепнула я, потянувшись вперёд, и чуть прикусила изгиб шеи.
Дважды просить не пришлось. Ларий решительно поднялся, помог мне встать, на миг «взвесил» в руках мою грудь. А потом, медленно скользя ладонями по коже, мучительно-неспешно снял с меня блузку и опустился передо мной на колени. Я расстегнула и сняла бюстгальтер, ощущая, как пальцы Лария скользят от щиколоток вверх. Ларий поцеловал живот прямо над поясом и потянул брюки вниз.
Я поочерёдно подняла ноги, придерживаясь за плечи Лария, и он не глядя отбросил брюки в сторону. Горячие ладони заскользили по моим ногам, пальцы огладили кожу по краю белья, легко провели между ног прямо через ткань, и я рвано вздохнула.
Словно нарочно, Ларий ласкал меня медленно и тягуче. Поцелуи обжигали живот и бёдра, он ловил зубами край трусиков и отпускал, почти не сдвинув, его руки оказывались на груди, между ног, и я охала, но Ларий тут же отступал, как волны от берега.
Приятная горячая тяжесть внизу живота начала превращаться в раздражение. Ну нет, это не то, что я хотела.
Ларий послушно встал, стоило только легко потянуть его наверх. И я поцеловала его, так, как мне хотелось, как мне было нужно.
Между нами словно лопнула невидимая преграда. Ларий снова стал ураганом, цунами, который обжигал меня везде, где прикасался. У меня кончились мысли, важно было только продолжать – продолжать поцелуй, продолжать скользить ладонями по его телу, ощущать сильные мышцы, чувствовать, что его сердце бьётся, как сумасшедшее.
Как мы оказались на полу, не представляю. Я планировала пойти в спальню, но вот Ларий уже подо мной, сжимает ягодицы, подмахивает бёдрами. Я невольно царапаю его плечи, и ему это, кажется, нравится. Безумно горячо, безумно быстро. Ларий на грани, сдерживается из последних сил.
Я оглаживаю собственную грудь, скольжу рукой ниже, по животу, опускаю между нами и ласкаю самую чувствительную точку. Ларий пытается замедлится, чтобы дать мне время, но я недовольно прикусываю его за плечо, сама задаю темп, усиливаю нажим.
Дрожь рождается внутри, заставляет выгнуть спину, прокатывается горячей волной по телу. Ларий погружается на всю длину и напрягается, стонет в голос.
Я без сил опускаюсь ему на грудь. Мышцы превратились в кисель, и я глупо улыбаюсь, рисуя пальцем узоры на его коже. Кажется, наши сердца бьются в одном безумном темпе. Сил едва хватает, чтобы приподнять голову.
– Было здорово, – произносим мы одновременно, и я довольно фыркаю, снова опуская голову Ларию на плечо.
Никогда ничего подобного у меня не было ни с Вадиком, ни с парой ухажёров до него. Страшно представить, что будет, когда мы с Ларием познакомимся друг с другом получше.
Разгорячённую кожу обдувает отчего-то включившийся кондиционер, ноги начинают замерзать.
– Я отнесу тебя в душ, – поднимается Ларий, и мне с неохотой приходится его отпустить.
– Сама дойду, – фыркаю я и опираюсь на протянутую руку.
Ларий выглядит умиротворённым. Золото в его взгляде побледнело, стало видно, что глаза изначально карие. Уютный цвет.
Стоило подняться, как Ларий притянул к себе, заглянул мне в лицо, задорно улыбнулся. А потом его взгляд остановился на моих губах, улыбка медленно растаяла, и мы одновременно потянулись за поцелуем.
Есть что-то магическое в прикосновениях. Хотелось вечность вот так стоять голышом посреди кухни, целоваться и чувствовать, как симпатичный мне мужчина обнимает меня всё сильнее, как лёгкие поглаживания по спине переходят во что-то более интимное.
Громкий треск заставил вздрогнуть. Я обернулась к стене, где на боку лежал откинутый Ларием стол. И этот стол искрил, по-видимому, блок вирт-панели пришёл в негодность. Ну то же, ещё работа для Милара. Может, проще взять его на должность приходящего домашнего мужа?
Ларий провёл носом у меня за ушком, я невольно улыбнулась. Подумаешь, стол.
– Какие на сегодня планы? – излишне бодро поинтересовался Ларий, чуть отстраняясь.
Я задумалась, прикидывая, что сделать в первую очередь.
– Нужно пообщаться с парой детективов, связаться кое с кем на Земле, заскочить на плановый осмотр в медцентр, поставить чип над бровью, если ты не возражаешь. Найти специалиста по замкам, я тут в одну комнату не могу попасть.
– Ты неправильная венерианка, – со смешком прервал меня Ларий.
– Это ещё почему? – шуточно возмутилась я и легонько ткнула его кулаком в плечо.
– У настоящей венерианки первым пунктом шла бы забота о себе. Ну, там, салон красоты, массаж, медцентр. Потом шли бы всякие «хочу». «Хочу жареных космических креветок на обед под соусом из маринованных помесинов», – изобразил возвышенно-капризный голос Ларий, и я снова толкнула его в плечо, на котором виднелись розовые полоски от моих ногтей. – Ну а в конце были бы разные «надо». Не знаю, может, надо заехать в клуб решить пару вопросов с деловыми партнершами или поручить мужу найти детектива. А у тебя всё наоборот. Кстати, зачем тебе детектив?
Разговаривать, когда тебя гладят по спине, с одной стороны, приятно, с другой, очень неудобно.
– Хочу найти пропавшего отца, – ответила я и нашла в себе силы отойти от Лария. Он с сожалением вздохнул и окинул меня таким взглядом, что по телу пошли мурашки. – А тебе нужно в душ, ты весь мокрый!
И я сбежала, не в силах продолжать разговор. Космос всемогущий, как же здорово, когда на тебя смотрят с восхищением, а не командуют из другой комнаты: «Алина, когда будет готов отчёт, ты обещала к вечеру, а уже почти полночь! Кстати, ты мою белую рубашку не видела?». И о чём я только тогда думала?
Когда я вышла из ванной, Ларий уже ждал меня, подпирая стену напротив. Вокруг возился робот-уборщик, а Ларий играл с ним, подставлял ногу, мешая проехать.
– У меня предложение, – просиял Ларий и взлохматил свою безумную радужную причёску. Робот, как мне показалось, радостно уехал дальше по коридору. – Ты когда в последний раз отдыхала? Я так понял, вернулась на Венеру ты совсем недавно. Разрешишь устроить тебе отпуск? С экскурсиями, обедами в кафе и всякими спа?
Я сперва опешила, потом проглотила раздражение – я что, выгляжу уставшей и замученной? Поймала счастливый взгляд Лария, и не смогла не улыбнуться в ответ.
Вдох-выход. Неплохая идея, на самом деле. Интересно посмотреть, что придумал мой первый венерианский муж, и это поможет узнать его получше. Стало немного грустно из-за того, что Тилар никак себя не проявил, не захотел ко мне в семью. Может, ему это просто не нужно, бизнес и работа важнее? Да и смогла бы я видеть в нём его самого, а не напоминание о Вадике?
Тилар
Холодная вода обжигает, смывая последствия самопомощи, а на стенной вирт-панели душевой комнаты гаснет изображение Алины. Я уже выучил каждый её вздох, каждый жест, каждую секунду нашей единственной встречи.
И точно знаю, что она смотрела на меня с раздражением, неприятием, хотя и пыталась это скрыть. Чем я ей так противен? И больше всего её злил мой пиджак.
Единственное, что приходит в голову – что она, как и все венерианки, не воспринимает мужчину как делового партнера, как кого-то стоящего, а не просто набор частей тела, которые можно использовать по своему усмотрению.
Не хочется в это верить.
И ребёнок…
Я хочу, чтобы Алина мне улыбалась по-настоящему. Во сне я слышу её смех, касаюсь её кожи, вижу, как наш сын делает первые шаги. Я просто не могу это пропустить!
Хорошо, что я сделал свой офис пригодным для жилья, возвращаться в холостяцкую квартиру было слишком тяжело. Не теперь, когда я знаю, что где-то по Венере гуляет Алина.
Из душа я вышел в одном полотенце. Ларус, секретарь, как обычно уже хозяйничал в кабинете. Он достал из шкафа отпаренный костюм, вежливо отвернулся, пока я одевался.
– Господин, вот ваш кофе. Главный механик просил рассмотреть возможность включения в бюджет расходов на нового бурового робота. Совещание с отделом аналитики через десять минут.
– Ларус, отправь госпоже Алине цветы и фрукты. На прошлые подарки ответов не поступало?
– Нет, господин, – покачал головой Ларус, отводя взгляд. – Быть может, вам лучше настоять на личной встрече? Вам стало бы легче…
– Это тебя не касается. Брысь с моих глаз, – отмахнулся я от зарвавшегося секретаря.
Алина
Представляю, что сказала бы мама, если бы узнала, что я позволяю мужчине вмешиваться в мои планы. Но я не вижу ничего плохого в том, чтобы прислушиваться к хорошим советам.
Начинать с заботы о себе – на мой взгляд, отличный подход. Поэтому я начала с медцентра.
Мне выписали новые витамины, посоветовали не увлекаться воздушными коктейлями с добавками и поменьше волноваться. И да, мне поставили кристалл!
Не знаю, как проходил медосмотр Ларий, но из соседнего кабинета он вышел крайне смущённым. Пунцовые уши и щёки вместе с радужными волосами смотрелись крайне забавно.
Медбрат хлопнул Лария по плечу и сообщил врачу, что Ларий действительно на меня отреагировал. Врач загрузил в сканер каплю крови Лария, ввёл какие-то данные, и, предупредив, что будет холодно, коснулся аппаратом, похожим на лазерный пистолет, точки над бровью.
Кожу действительно обожгло холодом, но больно не было. Потом мне разрешили посмотреть на себя, и я довольно улыбнулась – наконец-то прозрачная капля кристалла рядом с чёрной. Правда, кожа вокруг нового «украшния» покраснела, и ближайшие три дня нужно будет мазать специальным гелем.
Ларию рассказали, как обрабатывать мой кристалл, пока он не приживётся окончательно, какие продукты мне можно и нельзя, что разрешен бассейн, но лучше не прыгать с вышек и не подвергать меня экстремальным нагрузкам, каких поз при близости пока стоит избегать, и пока убрать все миостимуляторы.
Я про себя посмеивалась, с таким серьёзным видом Ларий всё это слушал. Интересно, эту лекцию читают каждому новому мужу, или мне просто с врачом повезло?
Из клиники Ларий выходил слегка оглушённый. Покосился на меня, широко улыбнулся.
– Что теперь, космические креветки или зоопарк?
Мне? В зоопарк? Да это место для прогулок с малышами! И креветок я не люблю. Лучше что-нибудь сливочное.
– Зоопарк очень взрослое место! Вот ты когда-нибудь каталась на бронтозавре? Или расчёсывала снежного смилодона?
Пришлось признать, что на искусственно выращенных динозаврах я не каталась, а о том, что в венерианском зоопарке есть саблезубые кошки из системы Белой Пурги, даже не знала.
– Это не опасно? – я невольно положила руку на живот.
– На динозавра пускают только в страховочной экипировке, и он с детства приучен к такому. А смилодон вообще домашний питомец одной из совладелиц зоопарка, по средам, а сегодня как раз среда, она разрешает с ним играть. Под присмотром дрессировщика и ветеринара, конечно.
Я почувствовала себя маленькой девочкой, которую родители впервые везут в развлекательный центр. Венера, жди, я иду искать самые интересные твои места!
Зоопарк подавлял своими размерами. Некоторые зоны оказались открыты только для взрослых, были и такие, куда пускали только с детьми. В последний сектор мне пока было рано, и Ларий сразу повёл меня дальше, в ту часть, куда пускали только взрослых венерианок с сопровождением.
Я отломила дольку и отправила в рот. Ларий проследил за ней и сбился на полуслове, позабыв, о чём только что говорил. Вторую дольку я протянула уже ему, гадая, возьмёт ли он её губами? Ларий аккуратно рукой забрал у меня фрукт.
– Спасибо, – тихо произнёс и, глядя мне в глаза, съел угощение.
Следующий кусочек помесина я сперва облизнула, а потом сделала вид, что втягиваю дольку, как макаронину.
– Ты издеваешься? – на грани слышимости прошипел Ларий и взлохматил радужные волосы
– Уже можно, – я проглотила кусочек фрукта и улыбнулась Ларию.
– Что можно? – не понял он.
Я поманила парня пальцем, а когда он перегнулся через стол, поцеловала.
Очень волнительно – дарить кому-то его первый поцелуй. Я вдруг чувствовала себя студенткой, которая украдкой бегает на свидания тайком от строгих родителей. Ларий оказался импульсивным, жадным, горячим во всех смыслах слова, и при этом поразительно сдержанным. Он словно боялся разбить меня, будто я хрупкая статуэтка.
Я же не сдерживалась. Углубила поцелуй, слегка прикусила ему нижнюю губу, провела рукой по волосам, – не жёсткие, врут слухи, – слегка обрисовала плечи пальцами, мечтая поскорее снять с Лария водолазку, и отстранилась.
Ларий целую секунду смотрел на меня через стол. Потом выругался так, что я только охнула, оттолкнул стол, и тот улетел в угол комнаты. Ларий стремительно оказался рядом, встал на колени, и наши лица оказались почти на одном уровне.
Я как под гипнозом смотрела в его полные золотого безумия глаза. Ларий медленно протянул руку, кончиками пальцев коснулся моего лица – и тут же горячо поцеловал. У меня внутри предвкушающе сжалось, я ждала, когда смогу почувствовать тело Лария под своими ладонями и ощутить его руки на себе.
Дождалась. Ларий нетерпеливо скомкал блузку у меня на спине, я почувствовала, как его пальцы скользнули вперёд, на грудь, нащупали застёжку. Не разрывая поцелуя, Ларий попытался расстегнуть блузку, а когда не вышло, просто рванул ткань в сторону. Застёжка сдалась.
Я почувствовала неожиданно прохладный воздух на своих плечах. Ларий спустил чашечки белья и разорвал безумный поцелуй – только для того, чтобы тут же приникнуть к груди.
От контраста прохлады кухни и горячих губ, от выражения наслаждения на лице Лария, от едва заметной дрожи в его пальцах, которые гладили мою кожу, от неотвратимой уверенности, с которой он раздвинул мои колени, чтобы встать ближе, от ощущения власти на грани поражения, – я застонала.
Словно эхо, Ларий застонал в ответ, не прекращая ласки, и этот стон больше походил на рык.
Я потянула его водолазку наверх, и Ларий послушно поднял руки, а избавившись от кофты, тут же схватился за пояс брюк. Ларий плавно поднялся, брюки вместе с бельём свалились на пол, и я жадно уставилась на хорошо сложенное мужское тело. Дорожка тёмных волос начиналась от пупка и уходила вниз, и в силе желания Лария не было ни малейших сомнений.
Ларий переступил, окончательно избавляясь от одежды, и я с предвкушением обхватила ладонью его член. С нажимом провела по всей длине, и Ларий сжал кулаки, прикрыл глаза, потом, словно передумав, обжёг меня взглядом от моей груди к плечам, ключицам, шее, губам. Я словно чувствовала эти прикосновения на коже.
Поймав взгляд Лария, я медленно, смакуя, облизала головку. Ларий застонал, аккуратно, но настойчиво отстранил меня и попытался уложить на кухонный диванчик.
Я упёрлась руками ему в грудь.
– Нет.
И я снова восхитилась выдержкой этого мужчины. Он замер, глубоко вздохнул и чуть отстранился.
– Нет? Почему? – он смотрел на меня недоверчиво, раздражённо, разочарованно.
– Мне нужно ещё время. И здесь неудобно, – я чуть улыбнулась, пытаясь смягчить даже не отказ, промедление.
Ларий виновато отвёл взгляд.
– Я… – он взлохматил радужные волосы, продолжая одной рукой опираться на спинку диванчика и по-прежнему нависая надо мной.
– Разденешь меня? – шепнула я, потянувшись вперёд, и чуть прикусила изгиб шеи.
Дважды просить не пришлось. Ларий решительно поднялся, помог мне встать, на миг «взвесил» в руках мою грудь. А потом, медленно скользя ладонями по коже, мучительно-неспешно снял с меня блузку и опустился передо мной на колени. Я расстегнула и сняла бюстгальтер, ощущая, как пальцы Лария скользят от щиколоток вверх. Ларий поцеловал живот прямо над поясом и потянул брюки вниз.
Я поочерёдно подняла ноги, придерживаясь за плечи Лария, и он не глядя отбросил брюки в сторону. Горячие ладони заскользили по моим ногам, пальцы огладили кожу по краю белья, легко провели между ног прямо через ткань, и я рвано вздохнула.
Словно нарочно, Ларий ласкал меня медленно и тягуче. Поцелуи обжигали живот и бёдра, он ловил зубами край трусиков и отпускал, почти не сдвинув, его руки оказывались на груди, между ног, и я охала, но Ларий тут же отступал, как волны от берега.
Приятная горячая тяжесть внизу живота начала превращаться в раздражение. Ну нет, это не то, что я хотела.
Ларий послушно встал, стоило только легко потянуть его наверх. И я поцеловала его, так, как мне хотелось, как мне было нужно.
Между нами словно лопнула невидимая преграда. Ларий снова стал ураганом, цунами, который обжигал меня везде, где прикасался. У меня кончились мысли, важно было только продолжать – продолжать поцелуй, продолжать скользить ладонями по его телу, ощущать сильные мышцы, чувствовать, что его сердце бьётся, как сумасшедшее.
Как мы оказались на полу, не представляю. Я планировала пойти в спальню, но вот Ларий уже подо мной, сжимает ягодицы, подмахивает бёдрами. Я невольно царапаю его плечи, и ему это, кажется, нравится. Безумно горячо, безумно быстро. Ларий на грани, сдерживается из последних сил.
Я оглаживаю собственную грудь, скольжу рукой ниже, по животу, опускаю между нами и ласкаю самую чувствительную точку. Ларий пытается замедлится, чтобы дать мне время, но я недовольно прикусываю его за плечо, сама задаю темп, усиливаю нажим.
Дрожь рождается внутри, заставляет выгнуть спину, прокатывается горячей волной по телу. Ларий погружается на всю длину и напрягается, стонет в голос.
Я без сил опускаюсь ему на грудь. Мышцы превратились в кисель, и я глупо улыбаюсь, рисуя пальцем узоры на его коже. Кажется, наши сердца бьются в одном безумном темпе. Сил едва хватает, чтобы приподнять голову.
– Было здорово, – произносим мы одновременно, и я довольно фыркаю, снова опуская голову Ларию на плечо.
Никогда ничего подобного у меня не было ни с Вадиком, ни с парой ухажёров до него. Страшно представить, что будет, когда мы с Ларием познакомимся друг с другом получше.
Разгорячённую кожу обдувает отчего-то включившийся кондиционер, ноги начинают замерзать.
– Я отнесу тебя в душ, – поднимается Ларий, и мне с неохотой приходится его отпустить.
– Сама дойду, – фыркаю я и опираюсь на протянутую руку.
Ларий выглядит умиротворённым. Золото в его взгляде побледнело, стало видно, что глаза изначально карие. Уютный цвет.
Стоило подняться, как Ларий притянул к себе, заглянул мне в лицо, задорно улыбнулся. А потом его взгляд остановился на моих губах, улыбка медленно растаяла, и мы одновременно потянулись за поцелуем.
Есть что-то магическое в прикосновениях. Хотелось вечность вот так стоять голышом посреди кухни, целоваться и чувствовать, как симпатичный мне мужчина обнимает меня всё сильнее, как лёгкие поглаживания по спине переходят во что-то более интимное.
Громкий треск заставил вздрогнуть. Я обернулась к стене, где на боку лежал откинутый Ларием стол. И этот стол искрил, по-видимому, блок вирт-панели пришёл в негодность. Ну то же, ещё работа для Милара. Может, проще взять его на должность приходящего домашнего мужа?
Ларий провёл носом у меня за ушком, я невольно улыбнулась. Подумаешь, стол.
– Какие на сегодня планы? – излишне бодро поинтересовался Ларий, чуть отстраняясь.
Я задумалась, прикидывая, что сделать в первую очередь.
– Нужно пообщаться с парой детективов, связаться кое с кем на Земле, заскочить на плановый осмотр в медцентр, поставить чип над бровью, если ты не возражаешь. Найти специалиста по замкам, я тут в одну комнату не могу попасть.
– Ты неправильная венерианка, – со смешком прервал меня Ларий.
– Это ещё почему? – шуточно возмутилась я и легонько ткнула его кулаком в плечо.
– У настоящей венерианки первым пунктом шла бы забота о себе. Ну, там, салон красоты, массаж, медцентр. Потом шли бы всякие «хочу». «Хочу жареных космических креветок на обед под соусом из маринованных помесинов», – изобразил возвышенно-капризный голос Ларий, и я снова толкнула его в плечо, на котором виднелись розовые полоски от моих ногтей. – Ну а в конце были бы разные «надо». Не знаю, может, надо заехать в клуб решить пару вопросов с деловыми партнершами или поручить мужу найти детектива. А у тебя всё наоборот. Кстати, зачем тебе детектив?
Разговаривать, когда тебя гладят по спине, с одной стороны, приятно, с другой, очень неудобно.
– Хочу найти пропавшего отца, – ответила я и нашла в себе силы отойти от Лария. Он с сожалением вздохнул и окинул меня таким взглядом, что по телу пошли мурашки. – А тебе нужно в душ, ты весь мокрый!
И я сбежала, не в силах продолжать разговор. Космос всемогущий, как же здорово, когда на тебя смотрят с восхищением, а не командуют из другой комнаты: «Алина, когда будет готов отчёт, ты обещала к вечеру, а уже почти полночь! Кстати, ты мою белую рубашку не видела?». И о чём я только тогда думала?
Глава 7
Когда я вышла из ванной, Ларий уже ждал меня, подпирая стену напротив. Вокруг возился робот-уборщик, а Ларий играл с ним, подставлял ногу, мешая проехать.
– У меня предложение, – просиял Ларий и взлохматил свою безумную радужную причёску. Робот, как мне показалось, радостно уехал дальше по коридору. – Ты когда в последний раз отдыхала? Я так понял, вернулась на Венеру ты совсем недавно. Разрешишь устроить тебе отпуск? С экскурсиями, обедами в кафе и всякими спа?
Я сперва опешила, потом проглотила раздражение – я что, выгляжу уставшей и замученной? Поймала счастливый взгляд Лария, и не смогла не улыбнуться в ответ.
Вдох-выход. Неплохая идея, на самом деле. Интересно посмотреть, что придумал мой первый венерианский муж, и это поможет узнать его получше. Стало немного грустно из-за того, что Тилар никак себя не проявил, не захотел ко мне в семью. Может, ему это просто не нужно, бизнес и работа важнее? Да и смогла бы я видеть в нём его самого, а не напоминание о Вадике?
Тилар
Холодная вода обжигает, смывая последствия самопомощи, а на стенной вирт-панели душевой комнаты гаснет изображение Алины. Я уже выучил каждый её вздох, каждый жест, каждую секунду нашей единственной встречи.
И точно знаю, что она смотрела на меня с раздражением, неприятием, хотя и пыталась это скрыть. Чем я ей так противен? И больше всего её злил мой пиджак.
Единственное, что приходит в голову – что она, как и все венерианки, не воспринимает мужчину как делового партнера, как кого-то стоящего, а не просто набор частей тела, которые можно использовать по своему усмотрению.
Не хочется в это верить.
И ребёнок…
Я хочу, чтобы Алина мне улыбалась по-настоящему. Во сне я слышу её смех, касаюсь её кожи, вижу, как наш сын делает первые шаги. Я просто не могу это пропустить!
Хорошо, что я сделал свой офис пригодным для жилья, возвращаться в холостяцкую квартиру было слишком тяжело. Не теперь, когда я знаю, что где-то по Венере гуляет Алина.
Из душа я вышел в одном полотенце. Ларус, секретарь, как обычно уже хозяйничал в кабинете. Он достал из шкафа отпаренный костюм, вежливо отвернулся, пока я одевался.
– Господин, вот ваш кофе. Главный механик просил рассмотреть возможность включения в бюджет расходов на нового бурового робота. Совещание с отделом аналитики через десять минут.
– Ларус, отправь госпоже Алине цветы и фрукты. На прошлые подарки ответов не поступало?
– Нет, господин, – покачал головой Ларус, отводя взгляд. – Быть может, вам лучше настоять на личной встрече? Вам стало бы легче…
– Это тебя не касается. Брысь с моих глаз, – отмахнулся я от зарвавшегося секретаря.
Алина
Представляю, что сказала бы мама, если бы узнала, что я позволяю мужчине вмешиваться в мои планы. Но я не вижу ничего плохого в том, чтобы прислушиваться к хорошим советам.
Начинать с заботы о себе – на мой взгляд, отличный подход. Поэтому я начала с медцентра.
Мне выписали новые витамины, посоветовали не увлекаться воздушными коктейлями с добавками и поменьше волноваться. И да, мне поставили кристалл!
Не знаю, как проходил медосмотр Ларий, но из соседнего кабинета он вышел крайне смущённым. Пунцовые уши и щёки вместе с радужными волосами смотрелись крайне забавно.
Медбрат хлопнул Лария по плечу и сообщил врачу, что Ларий действительно на меня отреагировал. Врач загрузил в сканер каплю крови Лария, ввёл какие-то данные, и, предупредив, что будет холодно, коснулся аппаратом, похожим на лазерный пистолет, точки над бровью.
Кожу действительно обожгло холодом, но больно не было. Потом мне разрешили посмотреть на себя, и я довольно улыбнулась – наконец-то прозрачная капля кристалла рядом с чёрной. Правда, кожа вокруг нового «украшния» покраснела, и ближайшие три дня нужно будет мазать специальным гелем.
Ларию рассказали, как обрабатывать мой кристалл, пока он не приживётся окончательно, какие продукты мне можно и нельзя, что разрешен бассейн, но лучше не прыгать с вышек и не подвергать меня экстремальным нагрузкам, каких поз при близости пока стоит избегать, и пока убрать все миостимуляторы.
Я про себя посмеивалась, с таким серьёзным видом Ларий всё это слушал. Интересно, эту лекцию читают каждому новому мужу, или мне просто с врачом повезло?
Из клиники Ларий выходил слегка оглушённый. Покосился на меня, широко улыбнулся.
– Что теперь, космические креветки или зоопарк?
Мне? В зоопарк? Да это место для прогулок с малышами! И креветок я не люблю. Лучше что-нибудь сливочное.
– Зоопарк очень взрослое место! Вот ты когда-нибудь каталась на бронтозавре? Или расчёсывала снежного смилодона?
Пришлось признать, что на искусственно выращенных динозаврах я не каталась, а о том, что в венерианском зоопарке есть саблезубые кошки из системы Белой Пурги, даже не знала.
– Это не опасно? – я невольно положила руку на живот.
– На динозавра пускают только в страховочной экипировке, и он с детства приучен к такому. А смилодон вообще домашний питомец одной из совладелиц зоопарка, по средам, а сегодня как раз среда, она разрешает с ним играть. Под присмотром дрессировщика и ветеринара, конечно.
Я почувствовала себя маленькой девочкой, которую родители впервые везут в развлекательный центр. Венера, жди, я иду искать самые интересные твои места!
Зоопарк подавлял своими размерами. Некоторые зоны оказались открыты только для взрослых, были и такие, куда пускали только с детьми. В последний сектор мне пока было рано, и Ларий сразу повёл меня дальше, в ту часть, куда пускали только взрослых венерианок с сопровождением.
