- А мы нужны будем? Нам надо будет его подписывать? - обеспокоенно спросил Эдик, опасаясь непредвиденной задержки.
- Нет, Вы подписываете сегодня оригинал на государственном языке! - пояснила нотариус. - А все остальные переводы и копии заверяю только я!
У Эдика отлегло от сердца!
- Сейчас я буду зачитывать договор! - снова заговорила нотариус. - Правильно ли я понимаю, что буду читать его и сразу своими словами переводить на русский язык?
Эдик и Николай Михайлович утвердительно покивали головами.
Нотариус знала своё дело - она переводила буквально каждую фразу договора, напечатанного на четырёх листах, время от времени останавливалась и, поглядывая на участников договора, проверяла таким образом их согласие с написанным.
Стоимость каждого грузовика составила по пять с небольшим тысяч эстонских крон! Дойдя до этого пункта, нотариус уточнила у договаривающихся сторон это число:
- Вчера Вы говорили, что грузовики стоят по пять тысяч долларов! Сейчас Вы не ошибаетесь?
Николай Михайлович опять видимо от волнения начал багроветь.
- Видите ли, - нашёлся Эдик, - вчера мы тоже говорили про пять тысяч! Только перепутали доллары и эстонские кроны.
- Ну, да, конечно! - нотариус сделала вид, что поверила.
Она прочитала ещё несколько фраз и дошла до пункта о сдаче и приёмке движимого имущества, то есть этих самых грузовиков.
- Вы со своего учёта их сняли, надеюсь? - спросила она командира воинской части.
- А, надо? Уже сейчас? - с тревогой спросил он. - Ведь оплата ещё не прошла!
- Николай Михайлович, покупатель не может приобретать имущество, не свободное от обременения! - пояснила Оксана Григорьевна, как профессиональный юрист. - Значит сделка сейчас невозможна!
- Что Вы! Что Вы! Оксанночка Григорьевна, - замахал руками командир части. - Считайте, что сняты! Вы же меня знаете! Вчерашним числом сняты с учёта! Эдуард Михайлович, - рукой он показал на Эдика, - был вчера у меня в части и осмотрел эти грузовики!
Эдик подтвердил.
- Не просто осмотрел, а принял! Правильно? - формализовала процесс нотариус. - То есть можем написать в договоре, что сдача и приёмка имущества до момента подписания договора уже состоялась! Так?
Тут уже начал потеть Эдик! Соглашаться ли с такой трактовкой? Грузовики ещё стоят в части, а формально он их уже принял. Вдруг с таким договором командир части ничего ему не отдаст!
И тут Эдик вспомнил о долларах! Как же здорово, что он не отдал Николаю Михайловичу тридцать тысяч до нотариата! Вот железные тиски, которыми он держит продавца! Не важно, что написано в договоре! Он обязательно получит грузовики с оборудованием в обмен на вожделенное вознаграждение Николая Михайловича!
- Да, мы согласны! - заявил Эдик от лица обеих сторон договора.
- Ну, вот и хорошо! Тогда всё логично! Оплату Вы проведёте сегодня на мой расчётный счёт - помощница предоставит Вам реквизиты, а я переведу на расчётный счёт юридического лица продавца завтра. Ещё вопрос - какая сторона будет оплачивать услуги нотариуса, гос пошлину, перевод, копирование? Или будете платить поровну?
- Нет, - сказал Эдик, - все расходы оплачиваю я, как покупатель!
Нотариус сделала пометки в этом абзаце. Передала листы с договором Эдику для проверки - он ошибок не нашёл. Потом кнопкой селектора вызвала к себе помощницу и передала ей только что зачитанный и проверенный Эдиком договор для распечатки на гербовой бумаге!
Пока помощница готовила оригиналы Оксана Григорьевна договаривалась с Николаем Михайловичем о времени встречи через два дня для вручения ему заверенных договоров на русском языке, потом говорила о чём-то общем для них уже по-дружески. Минут через пятнадцать вернулась помощница с оригиналами! Эдик с Николаем Михайловичем подписали все экземпляры, потом нотариус заверила их своей подписью и печатью.
- Моя помощница сейчас их прошьёт и скрепит специальной печатью! И, Вы господа, свои экземпляры, получите сразу! На этом разрешите проститься с Вами! Уже видимо подошли следующие клиенты!
Эдик с Николаем Михайловичем встали и церемонно с ней раскланялись! Формальная часть большого дела была выполнена!
Глава 10.
На грани срыва.
Эдик и Николай Михайлович вышли из кабинета нотариуса, прошли по коридору и вышли из солидного здания на улицу.
- Ну, что, Эдуард Михайлович, - обратился к Эдику командир воинской части. - Теперь то отметим? Всё-таки договор подписали!
«Не отстанет он от меня», - подумал Эдик. - «Да, и покушать мне надо, а то уже под ложечкой сосёт!»
- Да, - сказал он вслух. - Я знаю не далеко от банка, в котором проведу оплату по договору, неплохое кафе - там можем и по рюмашке опрокинуть!
- Вот - это другое дело! - Николай Михайлович заулыбался.
Они шагали по улице - оба в костюмах, без плащей - сказывалась многолетняя военная закалка обоих мужчин. Этот сентябрьский день был по-осеннему прохладным - ветер гнал по улице сорванную пожелтевшую листву. Хорошо, хоть дождя не было!
По пути Николай Михайлович завёл, приятный его сердцу разговор о том, что ещё он мог бы продать шведской фирме Эдуарда Михайловича.
- Я ещё много, чего продать Вам могу!
Эдик хотел сказать: « Не сомневаюсь!»
Но вместо этого уточнил:
- А, что именно? Ну, кроме третьего грузовика с медью?
- Да, хотя бы металлический ангар, в котором сейчас стоят эти три грузовика. Мы Вам аккуратно разберём и даже пронумеруем все составляющие, а Вы потом у себя в Швеции соберёте, как детский конструктор.
- Интересно! - прокомментировал Эдик задумчиво.
- Да, это раз. Во-вторых, могу продать забор, которым сейчас обнесена наша воинская часть! Нас скоро расформируют, а значит забор станет не нужным!
Эдик поглядел на капитана 3-го ранга и подумал, как ему удалось прослужить столько времени на командирских должностях и до сих пор не сесть в тюрьму - ведь тяга к расхищению била в нём коммерческой жилкой через край!
- Можете не продолжать! - резюмировал Эдик. - Вижу, что Вы многое сможете продать - от материального оборудования до белья!
- Как я забыл! - спохватился командир и ударил себя по лбу. - Ну, конечно! Вафельные полотенца для личного состава мы же получали в рулонах. Знаете сколько у меня этих рулонов? Наверное километр в длину получится! Купите!
- Следующий раз обязательно! А пока узнаю, кому в Швеции нужны Ваши вафельные полотенца.
- Мы с Вами таких дел наворотим! - Кап 3 Грищенко от радости даже потёр ладони друг об друга. - Вы со мною мультимиллионером станете!
«С Вами - скорее заключённым местной тюрьмы», - подумал про себя Эдуард.
***
За разговорами они подошли к «Сведбанку» - было даже хорошо, что командир части лично убедится, как быстро шведской фирмой будет произведена банковская оплата его грузовиков!
В операционном зале банка не то, что очереди, но вообще посетителей не было! Отделение открылось недавно, городок был маленький - клиентскую базу ещё надо было формировать!
К Эдику и Николаю Михайловичу сразу подбежали две сотрудницы. Эдик с одной девушкой в униформе пошёл к операционной стойке оформлять платежи, а Николаю Михайловичу, севшему в кожаное кресло для посетителей, к его удовольствию был предложен бокал минеральной газированной воды. Он пил после ходьбы и разговоров воду крупными глотками - газы приятно щекотали в горле, а рядом сидела симпатичная девушка в униформе и что-то рассказывала ему не громким голосом. Свет лился в зал отовсюду - проникал в зал не только из больших окон, но даже сквозь прозрачную верхушку потолка. На отдельных тумбах стояли аквариумы, и в них плавали яркие разноцветные рыбки. Николай Михайлович явно наслаждался всей этой обстановкой и уважительным к нему отношением!
Когда Эдик закончил банковские дела, показал командиру части платёжные поручения с банковским акцептом, а потом они вместе вышли на улицу, то Николай Михайлович с нескрываемым удовольствием сказал:
- Я пять минут побыл клиентом шведского банка, и мне это очень понравилось! С Вами, Эдуард Михайлович, жизнь моя стала наполняться какими-то красками, стала веселее что ли!
«Это хорошо для моего дела!» - подумал Эдик. - «Что он расположен ко мне!»
Минут через пятнадцать они вошли в городское кафе, где ещё вчера обедал Эдик. Портфель он теперь не собирался выпускать из рук, хотя вор орудовал не здесь, а в кафе при гостинице - причём ещё сегодня утром. А теперь после утреннего задержания вора и последующего нотариального оформления показалось, что было всё это пару суток назад!
Поскольку уже миновал полдень, то капитан 3-го ранга взял себе тоже, как и Эдик, полный комплексный обед. Разливному коньяку они доверять не стали! Эдик купил бутылку французского коньяка с эмблемой VSOP - он уже пил такой коньяк, став бизнесменом, у себя в Санкт-Петербурге и знал, что пробка у бутылки качественная - недопитое можно будет взять с собой.
«Что там мои орлы делают?» - вдруг вспомнил Эдик о своих водителях. - «Только бы Николая не потянуло куда-нибудь из гостиницы!»
Пообедали они без приключений - Эдик выпил из приличия одну рюмку в 50 граммов, Николай Михайлович, ссылаясь на свой значительный вес, выпил 3 рюмки.
- А остальное? - спросил он Эдика нерешительно, демонстрируя, что в бутылке остаётся ещё добрая половина.
- Николай Михайлович, конечно забирайте! Мы же эту бутылку оплатили, купили то есть! - ободрил его собеседник.
Заканчивая обед и пряча бутылку в свой портфель, капитан 3-го ранга деловито сказал Эдику:
- Сейчас пойдём в местное ГАИ - там начальником служит мой хороший знакомый Григорий Владимирович. В моём доме в соседнем подъезде живёт. Он нам во всём поможет в лучшем виде!
***
Прода 10 апреля
Через полчаса прогулочными шагами они подходили к серому трёхэтажному зданию местного управления автоинспекции. Поднялись на третий этаж, по ковровой дорожке прошли до кабинета начальника ГАИ и, постучавшись, вошли в приёмную. Секретарём начальника оказалась молодая эстонка в блузке и юбке.
- Странно, раньше у него секретарём была тоже знакомая мне Ольга Ивановна. Правда ей уже под пятьдесят. Неужели Григорий Владимирович взял себе секретаршу помоложе? - всё это Николай Михайлович успел проговорить в ухо Эдику пока секретарша заканчивала разговор по телефону.
Когда она повесила трубку и вопросительно посмотрела на мужчин, то Николай Михайлович с улыбкой сказал:
- Мы к начальнику Вашему, к Григорию Владимировичу!
Секретарша, скривив губы, сказала на эстонском:
- Я не понимаю, о чём Вы говорите!
Тут вступил Эдик и повторил уже на эстонском языке то, что только что сказал Николай Михайлович.
Секретарша развела руками и уже со спокойным выражением лица ответила Эдику на государственном языке:
- Бывший начальник переведён в архив - это на втором этаже. Кабинет...
Она посмотрела на лист, лежащий у неё на столе.
- Кабинет номер 24.
- Спасибо! - поблагодарил её Эдик и, подталкивая Николая Михайловича в спину, вышел вместе с ним в коридор.
- Вот так казус! - огорчённо воскликнул Николай Михайлович, когда Эдик перевёл ему сообщение секретарши. - Как же это они с ним так? Он лет десять тут начальником служил! Да, и до пенсии ему ещё не скоро!
- Пойдёмте, Николай Михайлович, в архив к Вашему знакомому! - предложил Эдик. - Всё-таки он всех здесь знает! Да, и его офицеры наверное, как бывшего начальника, уважают! Может он нам сможет помочь?
***
Они спустились на второй этаж, прошли к кабинету номер 24, постучались и вошли. В этой комнате слева и справа от входной двери стояли стеллажи с картонными коробками, под потолком горела жёлтым светом одинокая лампочка, за узким столом сидел мужчина в гражданском костюме с багровым от напряжения лицом - бил по дыроколу ладонью, пробивая стопку документов, и нанизывал пробитые листы в папку скоросшивателя. За его сидящей фигурой просматривалось пыльные стёкла небольшого окна.
Увидев знакомого Николая Михайловича в своём, с позволения сказать, кабинете, он отпрянул от своей работы, вскочил и, умоляюще сложив руки на груди, заговорил:
- Сосед, Николай, прошу тебя... - голос его осёкся.
Он сглотнул и с усилием продолжил:
- Прошу, жене моей не говори! Для неё я всё так же на службу хожу - даже в старой милицейской форме! Здесь вот, - он указал рукой куда-то в сторону, - переодеваюсь.
Зрелище было жалкое! И многое стало очевидно - русский начальник без свободного знания государственного языка был смещён со своей должности! И из милости отправлен дорабатывать стаж до пенсии в архиве.
- Скажите, Григорий Владимирович, - Эдику надо было прояснить ситуацию. - Кто сможет нам помочь провести регистрационные действия?
- А что Вам надо? - уточнил бывший начальник.
- Воинская часть сняла с учёта грузовики, а моя фирма купила их по договору, оформленному нотариально. Теперь на время перегона до места назначения надо их, как гражданские автомобили, поставить на временный учёт у Вас в ГАИ!
- Всё правильно Вы сказали! Так в чём проблема? Привозите эти грузовики с документами снятия с воинского учёта и с договором купли на досмотровую площадку! Здесь инспектор их осмотрит, сличит VIN номера и выдаст временные регистрационные знаки. Всё законно и просто!
- Григорий Владимирович, вот как раз на досмотр мы привезти их не можем - у нас там технические проблемы! - проговорил Эдик, стараясь говорить максимально спокойно.
- Боюсь, что без досмотра не получится! Кто же на себя такую ответственность взвалит? - Григорий Владимирович даже руками развёл, показывая невозможность просьбы.
- Григорий Владимирович, - продолжил Эдик, - мы понимаем, что Вы сейчас не в силе кому-либо приказать! Но можете ли Вы нужного инспектора попросить об услуге для нас? Я смогу хорошо отблагодарить! В твёрдой валюте!
Глаза у бывшего начальника ГАИ чуть слезами не наполнились:
- Поймите меня, товарищи, мне до пенсии пять лет дослужить надо! К кому сейчас обратиться - все «русские» боятся увольнений! Офицеры эстонцы, получившие повышения, с нами вообще никаких дел иметь не хотят! Обстановка здесь - хуже некуда!
- То есть, Вы помочь нам не сможете? - уточнил Эдик.
- Никак! Даже не просите! Не имею никакой возможности!
- Ладно, Григорий Владимирович, будем думать сами... - Эдик повернулся и пошёл из кабинета.
Николай Михайлович пошёл за ним. В спины им Григорий Владимирович умоляюще заклинал:
- Николай! Николай Михайлович жене моей ничего не говори, пожалуйста! У неё сердце больное! Не выдержит она переживаний этих!
