Продолжая наблюдать за хозяином краем глаза, Бастиан вовремя успел заметить, как блеснуло лезвие в свободной руке парня-раба.
Прежде, чем он успел осознать, что и почему делает, херге отбросил тренировочный меч в сторону и метнулся вперёд.
Едва успел – негодяй уже готовился нанести удар, когда Бастиан точным ударом выбил узкий стилет, после чего повалил парня на землю, лицом в пыль, заламывая руку до хруста в костях. Раб закричал от боли, безуспешно пытаясь вырваться, но этим делал себе лишь хуже.
Как только Бастиан передал перепуганного насмерть паренька подоспевшей страже, господин Азиль велел:
- Шкуру содрать и повесить над воротами.
Раб заскулил, а потом и вовсе отчаянно заверещал, когда его поволокли прочь с тренировочной площадки.
- Простите, господин, - осмелился обратиться к хозяину Бастиан и когда тот посмотрел на него, кивком разрешая продолжать, спросил: - Почему вы сначала не велели допросить его? Разве вы не хотите знать, по чьему приказу он собирался вас убить?
На губах господина Азиля появилась улыбка, как показалось херге, грустная.
- В этом нет необходимости, Бастан. Я и так знаю, кто столь истово желает моей смерти.
Бастиан внезапно и сам догадался, о ком именно говорил хозяин. Лишь в одних глазах он видел неприкрытую зависть и ненависть. Но разве может один брат пойти на убийство другого?
Перед мысленным взором тут же, словно наяву предстало лицо Ремзи, его взгляд в тот момент, когда остриё меча вошло в плоть.
Когда-то они тоже были братьями. Не по крови – по духу.
Странно, но теперь воспоминания почти не бередили душу, превратившись в далёкие, почти ничего не значащие отголоски прошлого. Прежнего Бастиана Деффина больше не было. Он переродился в Бастана – херге Азиля Агартура , убийцу Белого духа, мужа прекрасной Найлинь.
Господин позволил им вступить в брак по халийским обычаям, как только Бастиан достаточно окреп и смог снова приступить к тренировкам. Жрец смешал их кровь в ритуальной чаше с вином, и они с Найлинь разделили её на двоих, сплетая вместе свои жизни и судьбы. Теперь их сын родиться в законном браке.
Внезапно, в небе громыхнуло, заставив Бастиана отвлечься от воспоминаний.
Господин Азиль поднял взгляд на небо, после чего нахмурился и, не говоря ни слова, покинул тренировочную площадку.
- Это ещё что такое? – озадачено пробормотал Бастиан, чувствуя, как нарастает в душе пока ещё смутная, тревога.
- … и тогда прекрасный принц преодолел все преграды, сразил чудовище и освободил принцессу из заточения. Конец.
Греджи сонно моргнул, стараясь удержать зевок, и заёрзал в кресле.
"Каждый вечер, - подумал он, - Каждый вечер приходится слушать одни и те же сказки"
Когда нянька ушла за отваром, которым поили девочку перед сном, Вероника тихо позвала:
- Греджи…
Он вздохнул, поднимаясь из кресла и пересаживаясь на кровать. Лихорадка давно спала, но принцесса до сих пор выглядела немного болезненно из-за бледности и тёмных кругов под глазами.
- Я здесь, Ваше Высочество, - мягко произнёс Греджи, чувствуя, как его ладонь сжимают маленькие пальчики.
Это было одно из обязательных условий – обращаться к маленькой подопечной только согласно её титулу. Веронике не давали забыть о том, кто она такая.
- Греджи, а когда я выросту, меня тоже найдёт прекрасный принц?
Он не смог удержаться от улыбки.
- Рановато вам ещё о принцах думать, Ваше Высочество.
Греджи пригладил её светлые, немного вьющиеся волосы, заправив за ухо выбившуюся прядь.
- Ты хороший, - заявила принцесса, глядя на него светло серыми, с голубыми искорками, глазами. – Жалко, что не принц.
Лекарь негромко рассмеялся и легонько щёлкнул девочку по носу, заставив её смешно фыркнуть.
- Да уж, не принц, Ваше Высочество.
Внезапно, за окном громыхнуло.
- Что это?
Голос Вероники прозвучал испуганно.
- Укройтесь-ка одеялом, Ваше Высочество, - велел Греджи, и когда девочка послушалась, открыл створки, впуская в спальню морозный воздух.
- Что б меня… - выдохнул лекарь, выглядывая в окно, - Это ещё что такое?
Агата стояла у окна, поглаживая уже слегка выступающий живот. Сегодня её почти не тошнило, и она даже смогла немного поесть, не опасаясь, что еда тут же исторгнется обратно.
Первое дитя давалось ей тяжело, но оно того стоило. Если поначалу её желание забеременеть обуславливалось необходимостью - усилить расположение Лейнара и обеспечить королевство наследником, то после, когда пришло осознание что в её чреве зародилась новая жизнь, мир для Агаты навсегда переменился. Теперь, в те мгновения, когда было особенно плохо, она представляла себе лицо своего будущего сына, или своей дочери, и слабость постепенно отступала. На кого он будет похлож? Стоило признать, что ни сама Агата, ни её венценосный супруг красотой не блистали, но она точно знала, что её ребёнок будет для неё самым прекрасным.
Королева улыбнулась своим мыслям, и собиралась было позвать служанку, чтобы та помогла ей облачиться к совместному обеду с мужем, как вдруг услышала глухой рокот, похожий на громовой раскат. Взглянув на небо, Агата невольно ахнула:
- Что…
Резкая боль внизу живота заставила женщину закричать и согнуться.
- Сюда! Скорее, кто-нибудь, сюда!
Агата с ужасом смотрела на кровь, пропитывающую её платье. Она чувствовала, как та бежит по её ногам, пятная ковёр.
"Нет, нет, только не это! Пожалуйста, только не это!"
Послышались чьи-то торопливые шаги, испуганные вскрики, приказ немедленно позвать лекаря, но Агата почти не осознавала, что происходит. В какой-то момент она совершенно точно почувствовала – поняла, что жизнь внутри неё оборвалась. Мир рухнул.
"Очнись… очнись, мой маленький авгур…"
Тору словно вынырнул из небытия, с ужасом обнаружив, что снова оказался в Чёрной пустоши. Посмотрев на свою руку, он не увидел на пальце кольца-артефакта. Когда он успел его снять? Память предательски молчала.
Он стоял на плато, глядя на бескрайнюю мёртвую землю, и замершую безмолвно армию, дожидающуюся решающей команды.
Алиссара возникла рядом, словно соткавшись из окружающего Мрака, дотронулась до его плеча, чуть царапнув ткань куртки острыми когтями. Вторую руку она вытянула перед собой, и ласково обратилась к Тору:
- Узри же, мальчик мой, скоро завеса падёт, и наши миры, наконец, станут едины.
Мертвецы зашевелились, медленно расступаясь и образуя пустое пространство, которое начало мерцать, наливаясь зловещим бледно-лиловым светом. Тору показалось, что это похоже на огромный вихрь или водоворот, уходящий глубоко в безжизненную растрескавшуюся землю.
- Осталось немного, - Алиссара не сводила с мальчика взгляда, от которого стыло сердце, - и мы будем вместе, мой авгур.
Внезапно, она склонилась и прежде, чем Тору успел отстраниться, коснулась ледяными губами его лба. Вслед за этим, в глаза ударила ослепительная вспышка, и мальчик, громко вскрикнув, проснулся.
Сев в постели Тору понял, что не узнаёт это место, да и вообще, почти не помнит что с ним произошло с того самого момента, как…
Он нахмурился. Воспоминания никак не желали возвращаться.
"Я был в доме Паттаки, ждал возвращения Сэй и Сетмы, затем… затем кто-то пришёл…"
Перед мысленным взором возник образ высокой, похожей на чёрную ворону женщины. Она назвала его по имени – откуда узнала? А после… после лишь серая пелена и Чёрная пустошь.
Тору взглянул на свою руку. Кольца-артефакта по-прежнему не было. Сам бы он его ни за что не снял, значит, это сделал кто-то другой. Кто именно – догадаться не сложно. Но зачем?
"Ментальная магия" – понял внезапно Тору, - "Кольцо могли снять, почувствовав, что оно защищает моё сознание от постороннего вторжения!"
Следующая мысль заставила мальчика подскочить с кровати: Сэй и Сетма! Они наверное уже ищут его и очень волнуются!
"Нужно скорее выбираться отсюда!" – решил Тору, и только сейчас обнаружил, что стоит босой и в одном исподнем.
Бегать по улицам Коссхоэна почти голышом представлялось не самой удачной идеей. Значит, для начала, нужно разыскать одежду.
Однако приступить к поискам мальчик не успел – за дверью послышались чьи-то торопливые шаги, после чего в спальню вошла его похитительница. В этот раз она была в простом, скорее всего домашнем платье, а чёрные волосы её были заплетены в тяжёлую косу, небрежно перекинутую через плечо.
- Ты очнулся… - голос женщины показался растерянным, но она сумела взять себя в руки, и натянуто улыбнулась: - Я рада, что ты наконец пришёл в себя.
- Где я? Что происходит? – тут же спросил Тору, глядя на "ворону" зло и насторожено. – Кто вы такая?
- Успокойся, - мягким, вкрадчивым тоном обратилась к нему незнакомка, и мальчик почувствовал, как его сознание снова начинает заволакивать липкий туман. Злость переросла в ослепляющую ярость, испытывать которую ему прежде ещё не доводилось.
Тору и сам не понял, что именно произошло – в какой-то момент, всё его тело словно переполнила сокрушительная по своей мощи сила, которая высвободившись из вскинутых рук, ударила в грудь вскрикнувшей женщины. "Ворону" отбросило назад и ударило о стену.
Мальчик прошёлся по комнате, заглянул в шкаф и облегчённо выдохнул – его одежда, выстиранная и даже подлатанная, обнаружилась именно там. Оставалось только найти кольцо.
Раздражённо вздохнув, Тору торопливо оделся и, подойдя к женщине, склонился, щупая живительную жилку, как учила его Сэй, после чего похлопал "ворону" по щекам. Она застонала и приоткрыла мутные глаза.
- Что… что произошло? – нетвёрдым голосом спросила она, пытаясь сесть и морщась при этом от боли. – Что ты сделал?
- Где моё кольцо? – пропустив мимо ушей её вопросы, в свою очередь требовательно спросил Тору. Ярость всё ещё клокотала в груди, но ему пока что удавалось её контролировать.
- Тору… клянусь, я не желаю тебе зла! – зачем-то сказала женщина.
- Где. Моё. Кольцо? – зло цедя каждое слово, вновь повторил мальчик и когда не получил ответа, схватил её за горло, склонившись совсем близко. – Отвечай!
- Пусти! – прохрипела "ворона" и Тору чуть ослабил хватку. Тут взгляд её встретился с его взглядом, и в нём появился ужас. – Твои глаза! Ты… ты…
- Выродок? – мрачно усмехнувшись, подсказал Тору.
- Я думала… тебя это не коснулось, - она отвернулась, пряча лицо. – Мне жаль…
- Где кольцо? То, что ты сняла с моего пальца, - ещё раз повторил свой вопрос Тору, начиная терять терпение. Сейчас ему было всё равно, что кто-то узнал о нём правду. Его ждут Сэй и Сетма, он должен рассказать им о том, что увидел в Чёрной пустоши, предупредить, что времени совсем мало.
Женщина запустила чуть подрагивающую руку в вырез платья и вытянула тонкую серебряную цепочку, на которую было нанизано знакомое колечко, после чего сняла её и протянула Тору.
"Ворона" явно хотела сказать что-то ещё, но раскатистый звук грома, раздавшийся за окном, отвлёк и её и мальчика.
Тору быстро надел кольцо, коротко, с облегчением выдохнул и поспешил к окну.
Где-то там, на горизонте, в небе появился огромный, пока ещё бледно-лиловый круг. Но мальчик знал – как только Алиссара достаточно напитает его силой, ткань мироздания порвётся, и в этот мир хлынут сотни мертвецов, сметая всё на своём пути. А после, всё что уцелеет содрогнётся, когда древняя сущность войдёт в раскрытые врата.
Больше медлить нельзя. Если Сэй и Сетме не удалось убедить Совет, то ему всё равно придётся вернуться в Вышегорье. Нужно только понять, как заставить арку портала открыться в нужном месте.
- Постой! Куда ты? – поднимаясь на ноги, воскликнула женщина, когда Тору решительно направился к двери.
Мальчик стиснул челюсти. Он знал, что сейчас ему не составит особого труда при желании убить назойливую "ворону", но он предпочёл сдержаться.
Тору понимал, что с ним твориться нечто неладное – словно прорвало в его сознании какую-то брешь, из которой хлынуло всё то, что он так долго и старательно подавлял в себе раньше. Быть может, при других обстоятельствах подобное напугало бы его, но сейчас, когда пришло время для решительных действий, эти новые ощущения, что крепли внутри, делали его сильнее. Страх отступил, и казалось, что теперь для него нет ничего невозможного. Признаться, это было весьма приятное чувство.
- Тору, подожди!
"Ворона" кинулась за ним, нагнав уже на первом этаже, когда он решительно пересекал холл, намереваясь покинуть дом.
Раздражённо выдохнув, мальчик обернулся и, не сдерживая злости, произнёс:
- Я не знаю, зачем понадобился вам, но мне нужно вернуться туда, откуда вы меня похитили. Не советую вставать у меня на пути.
Во взгляде "вороны" читались растерянность и тщательно скрываемый страх, но тем не менее, выражение лица у неё было решительным.
- Тебе нельзя идти… в таком виде. Стоит кому-то увидеть твои глаза и поднимется шум. Так ты только подвергнешь опасности тех, кто тебе дорог – я знаю, что вы прибыли в Коссхоэн через нелегальный портал, ты хочешь, чтобы это дошло до Совета?
Несмотря на те эмоции, что бушевали в груди, Тору вынужден был признать, что в словах женщины был свой резон. Капли Паттаки перестали действовать, и теперь каждый встречный маг без особого труда опознает в нём выродка. Что, если он действительно своими необдуманными действиями навлечёт на Сэй и Сетму беду?
Видя, что Тору замешкался, "ворона" подошла к нему чуть ближе и, покачав головой, предложила:
- Послушай, не обманывала, когда сказала о том, что не желаю тебе зла. Оставайся пока тут, а я обещаю, что постараюсь связаться с твоими друзьями и устроить вам встречу.
- Зачем вам это? – Тору не собирался верить незнакомке на слово, тем более, после того как она применила к нему ментальную магию, заставив покинуть дом Паттаки.
"Ворона" грустно улыбнулась, прикрыла глаза, и совсем тихо произнесла:
- Я очень хорошо знала твоих родителей, Тору. Любила их, словно своих собственных детей и… именно я виновата в том, что с ними произошло…
Разъедающая злость отступила так же внезапно, как и возникла. На плечи, ссутулив их, навалилась гнетущая тяжесть, и мальчик ощутил невероятную усталость. Слишком много всего… Он старается – изо всех сил старается не поддаться унынию и отчаянию, но судьба раз за разом находит бреши в его обороне и бьёт метко, безжалостно, целя в самые уязвимые места.
- Вы не понимаете… - прошептал мальчик, растирая пальцами гладкий, тёплый металл кольца. Вскинув голову, он встретился взглядом с "вороной". – Сейчас это уже не имеет значения, выгляните в окно! Совсем скоро она придёт, и все ваши переживания покажутся не больше, чем обычными пустяками!
"Ворона" нахмурилась и отступила на шаг, в глазах её он прочёл то выражение, с которым должно быть смотрят обычно на безумцев. Губы мальчика исказила горькая усмешка. Она наверное считает, что он подобно прочим выродкам сошёл с ума. Ну и пусть!
- Взгляните на небо, - снова повторил мальчик.- Врата уже почти открыты, время на исходе.
- О чём ты говоришь? – голос женщины едва заметно дрогнул, пальцы напряглись – она явно готова была в любое мгновение применить заклинание.
Тору не шелохнулся, продолжая смотреть на неё выжидающе. Тогда "ворона" поджав губы прошла мимо него к большому, широкому окну, сквозь которое на пушистый ворс ковра падали косые солнечные лучи и, отодвинув в сторону воздушно-лёгкую тюль, выглянула наружу.
Прежде, чем он успел осознать, что и почему делает, херге отбросил тренировочный меч в сторону и метнулся вперёд.
Едва успел – негодяй уже готовился нанести удар, когда Бастиан точным ударом выбил узкий стилет, после чего повалил парня на землю, лицом в пыль, заламывая руку до хруста в костях. Раб закричал от боли, безуспешно пытаясь вырваться, но этим делал себе лишь хуже.
Как только Бастиан передал перепуганного насмерть паренька подоспевшей страже, господин Азиль велел:
- Шкуру содрать и повесить над воротами.
Раб заскулил, а потом и вовсе отчаянно заверещал, когда его поволокли прочь с тренировочной площадки.
- Простите, господин, - осмелился обратиться к хозяину Бастиан и когда тот посмотрел на него, кивком разрешая продолжать, спросил: - Почему вы сначала не велели допросить его? Разве вы не хотите знать, по чьему приказу он собирался вас убить?
На губах господина Азиля появилась улыбка, как показалось херге, грустная.
- В этом нет необходимости, Бастан. Я и так знаю, кто столь истово желает моей смерти.
Бастиан внезапно и сам догадался, о ком именно говорил хозяин. Лишь в одних глазах он видел неприкрытую зависть и ненависть. Но разве может один брат пойти на убийство другого?
Перед мысленным взором тут же, словно наяву предстало лицо Ремзи, его взгляд в тот момент, когда остриё меча вошло в плоть.
Когда-то они тоже были братьями. Не по крови – по духу.
Странно, но теперь воспоминания почти не бередили душу, превратившись в далёкие, почти ничего не значащие отголоски прошлого. Прежнего Бастиана Деффина больше не было. Он переродился в Бастана – херге Азиля Агартура , убийцу Белого духа, мужа прекрасной Найлинь.
Господин позволил им вступить в брак по халийским обычаям, как только Бастиан достаточно окреп и смог снова приступить к тренировкам. Жрец смешал их кровь в ритуальной чаше с вином, и они с Найлинь разделили её на двоих, сплетая вместе свои жизни и судьбы. Теперь их сын родиться в законном браке.
Внезапно, в небе громыхнуло, заставив Бастиана отвлечься от воспоминаний.
Господин Азиль поднял взгляд на небо, после чего нахмурился и, не говоря ни слова, покинул тренировочную площадку.
- Это ещё что такое? – озадачено пробормотал Бастиан, чувствуя, как нарастает в душе пока ещё смутная, тревога.
***
- … и тогда прекрасный принц преодолел все преграды, сразил чудовище и освободил принцессу из заточения. Конец.
Греджи сонно моргнул, стараясь удержать зевок, и заёрзал в кресле.
"Каждый вечер, - подумал он, - Каждый вечер приходится слушать одни и те же сказки"
Когда нянька ушла за отваром, которым поили девочку перед сном, Вероника тихо позвала:
- Греджи…
Он вздохнул, поднимаясь из кресла и пересаживаясь на кровать. Лихорадка давно спала, но принцесса до сих пор выглядела немного болезненно из-за бледности и тёмных кругов под глазами.
- Я здесь, Ваше Высочество, - мягко произнёс Греджи, чувствуя, как его ладонь сжимают маленькие пальчики.
Это было одно из обязательных условий – обращаться к маленькой подопечной только согласно её титулу. Веронике не давали забыть о том, кто она такая.
- Греджи, а когда я выросту, меня тоже найдёт прекрасный принц?
Он не смог удержаться от улыбки.
- Рановато вам ещё о принцах думать, Ваше Высочество.
Греджи пригладил её светлые, немного вьющиеся волосы, заправив за ухо выбившуюся прядь.
- Ты хороший, - заявила принцесса, глядя на него светло серыми, с голубыми искорками, глазами. – Жалко, что не принц.
Лекарь негромко рассмеялся и легонько щёлкнул девочку по носу, заставив её смешно фыркнуть.
- Да уж, не принц, Ваше Высочество.
Внезапно, за окном громыхнуло.
- Что это?
Голос Вероники прозвучал испуганно.
- Укройтесь-ка одеялом, Ваше Высочество, - велел Греджи, и когда девочка послушалась, открыл створки, впуская в спальню морозный воздух.
- Что б меня… - выдохнул лекарь, выглядывая в окно, - Это ещё что такое?
***
Агата стояла у окна, поглаживая уже слегка выступающий живот. Сегодня её почти не тошнило, и она даже смогла немного поесть, не опасаясь, что еда тут же исторгнется обратно.
Первое дитя давалось ей тяжело, но оно того стоило. Если поначалу её желание забеременеть обуславливалось необходимостью - усилить расположение Лейнара и обеспечить королевство наследником, то после, когда пришло осознание что в её чреве зародилась новая жизнь, мир для Агаты навсегда переменился. Теперь, в те мгновения, когда было особенно плохо, она представляла себе лицо своего будущего сына, или своей дочери, и слабость постепенно отступала. На кого он будет похлож? Стоило признать, что ни сама Агата, ни её венценосный супруг красотой не блистали, но она точно знала, что её ребёнок будет для неё самым прекрасным.
Королева улыбнулась своим мыслям, и собиралась было позвать служанку, чтобы та помогла ей облачиться к совместному обеду с мужем, как вдруг услышала глухой рокот, похожий на громовой раскат. Взглянув на небо, Агата невольно ахнула:
- Что…
Резкая боль внизу живота заставила женщину закричать и согнуться.
- Сюда! Скорее, кто-нибудь, сюда!
Агата с ужасом смотрела на кровь, пропитывающую её платье. Она чувствовала, как та бежит по её ногам, пятная ковёр.
"Нет, нет, только не это! Пожалуйста, только не это!"
Послышались чьи-то торопливые шаги, испуганные вскрики, приказ немедленно позвать лекаря, но Агата почти не осознавала, что происходит. В какой-то момент она совершенно точно почувствовала – поняла, что жизнь внутри неё оборвалась. Мир рухнул.
Глава 28
"Очнись… очнись, мой маленький авгур…"
Тору словно вынырнул из небытия, с ужасом обнаружив, что снова оказался в Чёрной пустоши. Посмотрев на свою руку, он не увидел на пальце кольца-артефакта. Когда он успел его снять? Память предательски молчала.
Он стоял на плато, глядя на бескрайнюю мёртвую землю, и замершую безмолвно армию, дожидающуюся решающей команды.
Алиссара возникла рядом, словно соткавшись из окружающего Мрака, дотронулась до его плеча, чуть царапнув ткань куртки острыми когтями. Вторую руку она вытянула перед собой, и ласково обратилась к Тору:
- Узри же, мальчик мой, скоро завеса падёт, и наши миры, наконец, станут едины.
Мертвецы зашевелились, медленно расступаясь и образуя пустое пространство, которое начало мерцать, наливаясь зловещим бледно-лиловым светом. Тору показалось, что это похоже на огромный вихрь или водоворот, уходящий глубоко в безжизненную растрескавшуюся землю.
- Осталось немного, - Алиссара не сводила с мальчика взгляда, от которого стыло сердце, - и мы будем вместе, мой авгур.
Внезапно, она склонилась и прежде, чем Тору успел отстраниться, коснулась ледяными губами его лба. Вслед за этим, в глаза ударила ослепительная вспышка, и мальчик, громко вскрикнув, проснулся.
Сев в постели Тору понял, что не узнаёт это место, да и вообще, почти не помнит что с ним произошло с того самого момента, как…
Он нахмурился. Воспоминания никак не желали возвращаться.
"Я был в доме Паттаки, ждал возвращения Сэй и Сетмы, затем… затем кто-то пришёл…"
Перед мысленным взором возник образ высокой, похожей на чёрную ворону женщины. Она назвала его по имени – откуда узнала? А после… после лишь серая пелена и Чёрная пустошь.
Тору взглянул на свою руку. Кольца-артефакта по-прежнему не было. Сам бы он его ни за что не снял, значит, это сделал кто-то другой. Кто именно – догадаться не сложно. Но зачем?
"Ментальная магия" – понял внезапно Тору, - "Кольцо могли снять, почувствовав, что оно защищает моё сознание от постороннего вторжения!"
Следующая мысль заставила мальчика подскочить с кровати: Сэй и Сетма! Они наверное уже ищут его и очень волнуются!
"Нужно скорее выбираться отсюда!" – решил Тору, и только сейчас обнаружил, что стоит босой и в одном исподнем.
Бегать по улицам Коссхоэна почти голышом представлялось не самой удачной идеей. Значит, для начала, нужно разыскать одежду.
Однако приступить к поискам мальчик не успел – за дверью послышались чьи-то торопливые шаги, после чего в спальню вошла его похитительница. В этот раз она была в простом, скорее всего домашнем платье, а чёрные волосы её были заплетены в тяжёлую косу, небрежно перекинутую через плечо.
- Ты очнулся… - голос женщины показался растерянным, но она сумела взять себя в руки, и натянуто улыбнулась: - Я рада, что ты наконец пришёл в себя.
- Где я? Что происходит? – тут же спросил Тору, глядя на "ворону" зло и насторожено. – Кто вы такая?
- Успокойся, - мягким, вкрадчивым тоном обратилась к нему незнакомка, и мальчик почувствовал, как его сознание снова начинает заволакивать липкий туман. Злость переросла в ослепляющую ярость, испытывать которую ему прежде ещё не доводилось.
Тору и сам не понял, что именно произошло – в какой-то момент, всё его тело словно переполнила сокрушительная по своей мощи сила, которая высвободившись из вскинутых рук, ударила в грудь вскрикнувшей женщины. "Ворону" отбросило назад и ударило о стену.
Мальчик прошёлся по комнате, заглянул в шкаф и облегчённо выдохнул – его одежда, выстиранная и даже подлатанная, обнаружилась именно там. Оставалось только найти кольцо.
Раздражённо вздохнув, Тору торопливо оделся и, подойдя к женщине, склонился, щупая живительную жилку, как учила его Сэй, после чего похлопал "ворону" по щекам. Она застонала и приоткрыла мутные глаза.
- Что… что произошло? – нетвёрдым голосом спросила она, пытаясь сесть и морщась при этом от боли. – Что ты сделал?
- Где моё кольцо? – пропустив мимо ушей её вопросы, в свою очередь требовательно спросил Тору. Ярость всё ещё клокотала в груди, но ему пока что удавалось её контролировать.
- Тору… клянусь, я не желаю тебе зла! – зачем-то сказала женщина.
- Где. Моё. Кольцо? – зло цедя каждое слово, вновь повторил мальчик и когда не получил ответа, схватил её за горло, склонившись совсем близко. – Отвечай!
- Пусти! – прохрипела "ворона" и Тору чуть ослабил хватку. Тут взгляд её встретился с его взглядом, и в нём появился ужас. – Твои глаза! Ты… ты…
- Выродок? – мрачно усмехнувшись, подсказал Тору.
- Я думала… тебя это не коснулось, - она отвернулась, пряча лицо. – Мне жаль…
- Где кольцо? То, что ты сняла с моего пальца, - ещё раз повторил свой вопрос Тору, начиная терять терпение. Сейчас ему было всё равно, что кто-то узнал о нём правду. Его ждут Сэй и Сетма, он должен рассказать им о том, что увидел в Чёрной пустоши, предупредить, что времени совсем мало.
Женщина запустила чуть подрагивающую руку в вырез платья и вытянула тонкую серебряную цепочку, на которую было нанизано знакомое колечко, после чего сняла её и протянула Тору.
"Ворона" явно хотела сказать что-то ещё, но раскатистый звук грома, раздавшийся за окном, отвлёк и её и мальчика.
Тору быстро надел кольцо, коротко, с облегчением выдохнул и поспешил к окну.
Где-то там, на горизонте, в небе появился огромный, пока ещё бледно-лиловый круг. Но мальчик знал – как только Алиссара достаточно напитает его силой, ткань мироздания порвётся, и в этот мир хлынут сотни мертвецов, сметая всё на своём пути. А после, всё что уцелеет содрогнётся, когда древняя сущность войдёт в раскрытые врата.
Больше медлить нельзя. Если Сэй и Сетме не удалось убедить Совет, то ему всё равно придётся вернуться в Вышегорье. Нужно только понять, как заставить арку портала открыться в нужном месте.
- Постой! Куда ты? – поднимаясь на ноги, воскликнула женщина, когда Тору решительно направился к двери.
Мальчик стиснул челюсти. Он знал, что сейчас ему не составит особого труда при желании убить назойливую "ворону", но он предпочёл сдержаться.
Тору понимал, что с ним твориться нечто неладное – словно прорвало в его сознании какую-то брешь, из которой хлынуло всё то, что он так долго и старательно подавлял в себе раньше. Быть может, при других обстоятельствах подобное напугало бы его, но сейчас, когда пришло время для решительных действий, эти новые ощущения, что крепли внутри, делали его сильнее. Страх отступил, и казалось, что теперь для него нет ничего невозможного. Признаться, это было весьма приятное чувство.
- Тору, подожди!
"Ворона" кинулась за ним, нагнав уже на первом этаже, когда он решительно пересекал холл, намереваясь покинуть дом.
Раздражённо выдохнув, мальчик обернулся и, не сдерживая злости, произнёс:
- Я не знаю, зачем понадобился вам, но мне нужно вернуться туда, откуда вы меня похитили. Не советую вставать у меня на пути.
Во взгляде "вороны" читались растерянность и тщательно скрываемый страх, но тем не менее, выражение лица у неё было решительным.
- Тебе нельзя идти… в таком виде. Стоит кому-то увидеть твои глаза и поднимется шум. Так ты только подвергнешь опасности тех, кто тебе дорог – я знаю, что вы прибыли в Коссхоэн через нелегальный портал, ты хочешь, чтобы это дошло до Совета?
Несмотря на те эмоции, что бушевали в груди, Тору вынужден был признать, что в словах женщины был свой резон. Капли Паттаки перестали действовать, и теперь каждый встречный маг без особого труда опознает в нём выродка. Что, если он действительно своими необдуманными действиями навлечёт на Сэй и Сетму беду?
Видя, что Тору замешкался, "ворона" подошла к нему чуть ближе и, покачав головой, предложила:
- Послушай, не обманывала, когда сказала о том, что не желаю тебе зла. Оставайся пока тут, а я обещаю, что постараюсь связаться с твоими друзьями и устроить вам встречу.
- Зачем вам это? – Тору не собирался верить незнакомке на слово, тем более, после того как она применила к нему ментальную магию, заставив покинуть дом Паттаки.
"Ворона" грустно улыбнулась, прикрыла глаза, и совсем тихо произнесла:
- Я очень хорошо знала твоих родителей, Тору. Любила их, словно своих собственных детей и… именно я виновата в том, что с ними произошло…
Разъедающая злость отступила так же внезапно, как и возникла. На плечи, ссутулив их, навалилась гнетущая тяжесть, и мальчик ощутил невероятную усталость. Слишком много всего… Он старается – изо всех сил старается не поддаться унынию и отчаянию, но судьба раз за разом находит бреши в его обороне и бьёт метко, безжалостно, целя в самые уязвимые места.
- Вы не понимаете… - прошептал мальчик, растирая пальцами гладкий, тёплый металл кольца. Вскинув голову, он встретился взглядом с "вороной". – Сейчас это уже не имеет значения, выгляните в окно! Совсем скоро она придёт, и все ваши переживания покажутся не больше, чем обычными пустяками!
"Ворона" нахмурилась и отступила на шаг, в глазах её он прочёл то выражение, с которым должно быть смотрят обычно на безумцев. Губы мальчика исказила горькая усмешка. Она наверное считает, что он подобно прочим выродкам сошёл с ума. Ну и пусть!
- Взгляните на небо, - снова повторил мальчик.- Врата уже почти открыты, время на исходе.
- О чём ты говоришь? – голос женщины едва заметно дрогнул, пальцы напряглись – она явно готова была в любое мгновение применить заклинание.
Тору не шелохнулся, продолжая смотреть на неё выжидающе. Тогда "ворона" поджав губы прошла мимо него к большому, широкому окну, сквозь которое на пушистый ворс ковра падали косые солнечные лучи и, отодвинув в сторону воздушно-лёгкую тюль, выглянула наружу.
