переговоры, не раз и не два, за время своей карьеры сталкивался как с криминальными авторитетами, так и с политиками и с уголовниками – да с кем только его не сводила судьба, а потому выбить из колеи Сергея Максимова было не так просто. Вообще не просто, если уж на то пошло. – Мне кажется, мы отклонились от темы. Перед вами лежат документы о разводе, ваша… супруга никаких претензий к имуществу не предъявляет. Ознакомьтесь, пожалуйста, озвучьте свои несогласия, если таковые имеются, и… давайте уж покончим с этим делом. Право слово…
- Слышь ты, блондинка, - Фомин перебил Максимова и подался вперед всем телом. Смотрел он при этом только на Богдана, в упор. И усмехался. Нехорошо так усмехался. – Я никаких делов с тобой иметь не собираюсь. За исключением одного. Верни мою бабу, если хочешь еще раз увидеть свою. Целиком. Времени у тебя до завтра. И то, не уверен я, что удержу парней. Твоя-то чикса вся сама из себя, гладенькая да чистенькая. Мои бойцы на таких только облизываться могут, а тут… сама удача и прямиком в руки.
Богдан почувствовал, как обмирает сердце, и холод распространяется по венам вместо крови. Ледяной холод, обжигающий.
- Ты… - и голос отказал.
- Я, - Фомин поднялся, - все сказал. Если утром моя жена не будет у меня, ты свою кралю только по частям соберешь. А вот это, - он подхватил увесистую пачку бумаг, испещренных мелким машинописным текстом, потряс их в воздухе и, не размахиваясь, швырнул в лицо Богдану и Сергею Максимову, - можешь себе в зад засунуть.
Когда дверь за Фоминым захлопнулась, в кабинете повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь шорохом опадающих на пол и столешницу листов бумаги.
Богдан и Максимов сидели не шевелясь какое-то время. Затем Сергей Иванович нервно сглотнул и, оттянув галстук, словно бы тот вдруг стал его душить, прохрипел:
- Где Марина?
Богдан вздрогнул.
- Не знаю, полдня не могу ей дозвониться.
Максимов выхватил из кармана телефон, предусмотрительно поставленный на беззвучный режим, и принялся названивать племяннице.
- Отключен, - прохрипел он, два раза выслушав сообщение оператора. – А если так… - он набрал еще один номер, нетерпеливо постукивая ногой, дождался пока ему ответят. – Ирочка, привет. А скажи-ка… ой, что там у вас происходит? А… Антон своих проказниц подкинул. Ну-ну, он тебя не забывает. Скажи-ка мне, золотая моя, - голос его лился, точно мед. – А дочь твоя блудная, дома? Нет? А где она, а то у меня тут вопрос возник по ее части, проконсультироваться хочу, а она не поднимает. Да, телефон выключен.
Богдан сидел, напряженно вслушиваясь в голос Максимова. Внутри у него уже нарастала буря.
- Ясно, ну ладно, завтра позвоню. Мне не к спеху. Супругу привет передавай, да сама не скучай.
Сергей Иванович сбросил вызов и весь как-то сгорбился, голову опустил.
- Марины дома нет. Она, вроде встречается с подругой. Институтской. Где именно, Ирина не знает. Ушла около часа назад и… - он сглотнул и закрыл лицо руками.
Богдан тряхнул волосами, и набрал номер уже на своем телефоне. Долго вслушивался в длинные гудки – ему тоже никто не взял трубку.
- Лиза тоже не берет, - глухо отозвался он, когда звонок рассоединили.
- Я звоню Николаю. Пусть поднимает своих ребят. Это уже не шутки, Богдан Родионович. Совсем не шутки. Ввязывать во всю эту муть свою семью я не позволю никому.
Спустя полчаса на кухне в доме Максимовых собрались все участники этого разговора в купе с Николаем Ивановичем. Ирину Дмитриевну, супруг выпроводил из дома вместе с приехавшим за девочками Антоном.
- Помоги ему там, а то мужик один с двумя детьми… - напутственно произнес он вслед. – Сама понимаешь.
И Ирина поняла. Знала уже, что когда муж вот так говорит, сухо, коротко, отрывисто, то случилось что-то нехорошее, а приехавшие почти сразу после этого разговора Сергей и Богдан еще больше убедили ее, что дело неладно. И потому она нарочито весело принялась что-то рассказывать девочкам, подхватила под руку сына и почти силой вытолкала его из квартиры.
- Едем, Антош, едем. Поздно уже, девочек спать пора укладывать.
Николай же, дождался пока супруга и сын сядут в машину – проследил за ними из окна – и отъедут со двора, повернулся к брату и Богдану.
- А теперь рассказывай, во что ты втянул мою дочь, - и пусть он смотрел исключительно на младшего брата, ни у кого из мужчин даже сомнений не возникло, к кому именно он обращался.
Один коктейль. Второй. И третий. Громкая музыка и танцы. Марина хотела забыться. Выбросить из головы неприятности, а из памяти Богдана. Но не получалось.
Алкоголь, вопреки всему не приносил забыться и не спешил повышать настроение, неумолимо скатывающееся в яму. От громкой музыки разболелась голова, а череда сменяющихся партнеров стала раздражать.
Вывернувшись из слишком откровенных объятий какого-то парня, младше ее лет на пять минимум, Марина, пихаясь и расталкивая народ локтями, пробилась к бару. Хотела было заказать себе еще коктейль или, быть может, что-нибудь покрепче, но передумала. Отрицательно качнула головой предусмотрительному бармену и нетвердой походкой направилась к выходу. Надо было освежить голову. Проветриться и хоть немного прийти в себя.
Альбина давно уже потерялась где-то, но Марина не слишком переживала по этому поводу. Алька уж точно не пропадет. Может, ушла с очередным кавалером или встретила знакомых. Она сможет о себе позаботиться сама, не в первый раз.
Оказавшись в пустом и прохладном коридоре, ведущем куда-то к уборным, Марина выдохнула и, закрыв глаза, прислонилась к стене, не заботясь о том, насколько та чистая. От громкой музыки гудело в ушах, а выпитый алкоголь все же подействовал и мир вокруг слегка раскачивался.
- Пить больше не буду, - решила Марина и открыла глаза. Осмотрелась.
В коридоре на удивление почти никого не было, только в самом его тупике находилась какая-то парочка. Из-за приглушенного освещения, Марина не могла разобрать, что именно они там делают, только и успела, что заметить длинные светлые волосы девушки. Та дернулась, волосы рассыпались по плечам, до слуха Марины донесся приглушенный вопль:
- Пусти! Да чтоб тебя! Пусти, кому сказала! – блондинке все же удалось вырваться из объятий мужчины и, развернувшись, она бросилась от него прочь.
В другой раз Марина не обратила бы на это внимания. Просто развернулась бы и пошла своей дорогой, но сейчас что-то заставило ее остаться на месте и внимательно всмотреться в быстро приближающуюся к ней девушку. Ее парень, кстати, не остался в стороне и попробовал догнать беглянку. Марина прищурилась, мотнула головой… Что-то знакомое было в этой девушке, что-то…
- Лиза? – удивленно воскликнула Марина, когда девица оказалась на расстоянии в несколько шагов от нее.
- Марина? – Незабудка споткнулась и едва не полетела на пол, Марина в последний момент смогла ее подхватить.
- Что ты здесь делаешь? – вопрос они задали одновременно и вместо ответа ошарашено уставились друг на друга.
С сестрой Богдана Марина, конечно же, была знакома, но особо близких отношений они не поддерживали. Так, встречались несколько раз в той же «Пирамиде», болтали о пустяках, пока Арбенин занимался своими делами, но и только.
Приятель Незабудки уже догнал ее и слишком грубо ухватил за локоть.
- Ну все, - буквально прорычал он. – Набегалась. Идем, хватит…
- Да пусти же меня! – Лиза попыталась вырваться, но на этот раз мужчина держал крепко.
- Отпусти ее, - Марина не узнала свой голос. – Ну же, убери руки.
- Пошла ты… - выругался мужчина, дергая Незабудку на себя. Та пошатнулась и со всего размаху опустила каблук ему на ногу, одновременно вырывая собственный локоть.
- Бежим! – взвизгнула и схватив Марину за руку, потащила за собой куда-то в переплетение коридоров. Вслед им неслись проклятия.
Они бежали недолго, Незабудка, судя по всему, прекрасно ориентировалась в клубе и уже совсем скоро, обе женщины выскочили на небольшой пятачок, обнесенный невысоким забором – парковка для персонала.
- Куда ты, ненормальная? – попыталась было утихомирить девушку Марина, но Лиза не слушала. Захлопнула за собой тяжелую дверь и принялась оглядываться по сторонам.
Здесь было относительно светло – фонари горели исправно, освещая задний двор и парковку. И их уже увидели. Несколько мужчин неподалеку обернулись и направились в их сторону.
- Вот же…! – выругалась Лиза и дернулась открыть дверь, но с той стороны их уже поджидал тот самый мужчина, от которого они собственно и убегали.
Отшатнувшись от него, Лиза изо всех сил сжала запястье Марины.
- Черт, и что теперь делать? – в голосе ее послышались слезы.
- Да что происходит? – Марина поежилась. Пальто, как впрочем и сумочка, остались в гардеробе клуба. В карманах у нее был только телефон и деньги, ну и еще жетон из гардероба. Ночь была холодной и ветреной и Марина тут же замерзла.
- Пи…., что происходит, - выругалась Незабудка и всхлипнула. – Бежать надо. И быстро!
Но они не успели и шага ступить. На парковку с визгом вырулил автомобиль. Следом за ним еще один и еще. Мужчины, что уже были в трех шагах от девушек резко остановились и оглянулись. Тот, которого Незабудка приложила в клубе, выругался и в два шага оказался подле девушек, снова грубо ухватил Лиза за локоть, дергая на себя:
- Будешь трепыхаться, кости переломаю, - прорычал он, низко склоняясь над ее лицом. – Поняла меня?
Лиза сглотнула. Марина чувствовала, как она дрожит, и сама уже не могла сдержать дрожи. Страх или холод – разбираться не приходилось.
- Отпусти, - резкое предупреждение заставило вздрогнуть всех: и марину, и Лизу и того, кто ее держал.
- Слышь, - он, кстати, был единственным, кто не растерялся. – Шел бы ты отсюда, друг. А то не ровен час…
Договорить ему не дали. Спустя мгновение, он уже корчился на земле, слабо поскуливая. Марина перевела ошарашенный взгляд с него на подошедшего. Сглотнула. Посмотрела на Незабудку. На той лица не было. Синие глаза широко распахнуты, по перепуганной мордашке ручьями текут слезы, смывая макияж, губы трясутся – вот хоть сейчас в кино сниматься.
- Ну, здравствуй, Незабудка, - с ехидцей в голосе произнес незнакомый мужчина, приблизившийся к ним. Смотрел он исключительно на Лизу, улыбался даже. – Набегалась?
Девушка вздрогнула и сильнее вцепилась в руку Марины. От нее исходили такие волны страха, что даже Марине сделалось не по себе. Очень не по себе.
- Идем, - мужчина просто протянул руку, предлагая Лизе ладонь. – Сейчас здесь будет очень жарко.
Та судорожно вздохнула и сильнее сжала запястье Марины.
Драка на парковке набирала обороты, слышались крики, нецензурная брань, стоны и звуки ударов.
- Ну же, - незнакомец начинал терять терпение, - нет времени на твои сопли. Мне вот совершенно не катит с ментами тут разбираться.
И Лиза пошла за ним, так и не отпустив запястье Марины. Казалось, что сделай она это, тут же упадет и уже не сможет подняться. А Марина была настолько ошеломлена происходящим, что даже не подумала возмутиться или попытаться освободиться. Шла, словно сомнамбула, следом за Незабудкой. Молча села в незнакомую машину. И только вздохнула, когда та рванула с места, унося их и того странного незнакомца в ночь.
Лиза сидела точно заколдованная, смотрела прямо перед собой широко раскрытыми глазами, но вряд ли что-то видела, и только сильнее сжимала пальцы на запястье Марины. Молодая женщина поморщилась, и попыталась было освободить руку – не вышло. Незабудка всхлипнула несчастно, но разжать пальцы не сподобилась.
«Синяк будет, - подумала Марина, оставляя попытки освободиться».
- Куда вы нас везете? – спросила вслух.
Ответа не получила. А вскоре заметила, как автомобиль выехал из города. Эту дорогу Марина знала, правда, не так чтобы очень хорошо. В нескольких километрах впереди находился элитный поселок. Все кА положено: ограждения, охрана, никого чужого на территории. Перспективы не радовали и молодую женщину начала затоплять злость.
Правда, выхода это чувство не нашло, машина въехала на охраняемую территорию и остановилась.
- Выходите, - незнакомец выбрался первым и открыл задние двери со стороны Марины. Даже руку подал.
Пришлось выбираться из автомобиля, вытаскивать на свет Незабудку, которая дрожала, как листик на осеннем ветру и все еще выглядела так, словно бы совершенно ничего не понимает.
«Может, она обкурилась? – мелькнуло в голове Марины. – На пьяную вроде не похода, отчего тогда такая реакция?»
Но и эту мысль додумать она не успела – их провели в большую комнату на первом этаже. И первым, что отметила Марина, это настоящий камин, на дровах, и в нем ярко пылал огонь.
- Кайф, - простонала молодая женщина, приближаясь к источнику тепла и протягивая руки. В одном тонком джемпере она успела основательно продрогнуть.
Незабудка же просто рухнула на диван и так и осталась там сидеть. Незнакомец покосился сразу на нее, затем на Марину. Нахмурился.
- Попрошу приготовить вам чего-нибудь горячего, - произнес он, обращаясь к Марине. – Тут где-то одеяла должны быть, укройтесь. Только соплей ваших мне для полного счастья и не хватало. – И он вышел, оставив их вдвоем.
Марина передернула плечами и огляделась по сторонам. Обстановка впечатляла. Мило, уютно, как на картинках из журналов. Камин, деревянная мебель, пушистый ковер – ну просто кадр из кино.
Плед нашелся в одном из кресел и, подхватив его, она подошла к Незабудке, набросила сверху.
Девушка вздрогнула и словно бы очнулась. Обвела осоловевшим взглядом комнату, нахмурилась:
- А… где? – одними губами спросила.
- Без понятия, - пожала плечами Марина и уселась рядом с ней. Стащила обувь и пристроила ноги под пледом.
Лиза проследила за ее действиями и тоже сбросила свои сапоги на пол, поджала ноги к груди и уперлась в колени подбородком.
- Рассказывай, - жестко произнесла Марина. – Во что ты меня втянула и что вообще происходит.
Незабудка вздрогнула, покосилась на Марину и виновато опустила глаза.
- Долгая история, - прошептала в ответ.
- Ну, времени, как я понимаю, у нас предостаточно. Выкладывай.
- Да как-то все… Я просто невезучая. Определенно. Все, к чему прикасаюсь порчу. С самого детства. Я же поздний ребенок. Меня всегда баловали. И мама, и отец. Богдан вот тоже… всегда, - она всхлипнула. – А я… странно так. Все вроде как нормально было. Школа там, кружки разные, секции, друзья, вечеринки, парни. Меня никогда ни в чем не ограничивали: ни в деньгах, ни в чем другом. Я же родилась, когда отец уже в отставку вышел, начал бизнесом заниматься, деньги появились немаленькие. Да и потом… девочка, он меня и не муштровал особо. Нет, ты не подумай, папа он… хороший. И нас с Даном любит. Очень. Но… одно дело сын, а совсем другое – дочка, которая к тому же еще и младше первого ребенка намного. Мама рассказывала, что я для них вообще неожиданностью стала, они уже и не собирались больше детей заводить, а тут вот так…
Марина кивнула. Она и сама сталкивалась с подобным отношением. Николай Иванович был хорошим отцом, но… то что он мог простить любимой младшей дочери, никогда бы не спустил старшему сыну. И не потому, что любил его меньше, а просто… ну сын же, наследник, мужчина, который должен отвечать не только за свои поступки, но и за тех, кого последствия этих поступков коснутся. Так что ситуация в семье Арбениных была Марине знакомой не понаслышке.
- Слышь ты, блондинка, - Фомин перебил Максимова и подался вперед всем телом. Смотрел он при этом только на Богдана, в упор. И усмехался. Нехорошо так усмехался. – Я никаких делов с тобой иметь не собираюсь. За исключением одного. Верни мою бабу, если хочешь еще раз увидеть свою. Целиком. Времени у тебя до завтра. И то, не уверен я, что удержу парней. Твоя-то чикса вся сама из себя, гладенькая да чистенькая. Мои бойцы на таких только облизываться могут, а тут… сама удача и прямиком в руки.
Богдан почувствовал, как обмирает сердце, и холод распространяется по венам вместо крови. Ледяной холод, обжигающий.
- Ты… - и голос отказал.
- Я, - Фомин поднялся, - все сказал. Если утром моя жена не будет у меня, ты свою кралю только по частям соберешь. А вот это, - он подхватил увесистую пачку бумаг, испещренных мелким машинописным текстом, потряс их в воздухе и, не размахиваясь, швырнул в лицо Богдану и Сергею Максимову, - можешь себе в зад засунуть.
Когда дверь за Фоминым захлопнулась, в кабинете повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь шорохом опадающих на пол и столешницу листов бумаги.
Богдан и Максимов сидели не шевелясь какое-то время. Затем Сергей Иванович нервно сглотнул и, оттянув галстук, словно бы тот вдруг стал его душить, прохрипел:
- Где Марина?
Богдан вздрогнул.
- Не знаю, полдня не могу ей дозвониться.
Максимов выхватил из кармана телефон, предусмотрительно поставленный на беззвучный режим, и принялся названивать племяннице.
- Отключен, - прохрипел он, два раза выслушав сообщение оператора. – А если так… - он набрал еще один номер, нетерпеливо постукивая ногой, дождался пока ему ответят. – Ирочка, привет. А скажи-ка… ой, что там у вас происходит? А… Антон своих проказниц подкинул. Ну-ну, он тебя не забывает. Скажи-ка мне, золотая моя, - голос его лился, точно мед. – А дочь твоя блудная, дома? Нет? А где она, а то у меня тут вопрос возник по ее части, проконсультироваться хочу, а она не поднимает. Да, телефон выключен.
Богдан сидел, напряженно вслушиваясь в голос Максимова. Внутри у него уже нарастала буря.
- Ясно, ну ладно, завтра позвоню. Мне не к спеху. Супругу привет передавай, да сама не скучай.
Сергей Иванович сбросил вызов и весь как-то сгорбился, голову опустил.
- Марины дома нет. Она, вроде встречается с подругой. Институтской. Где именно, Ирина не знает. Ушла около часа назад и… - он сглотнул и закрыл лицо руками.
Богдан тряхнул волосами, и набрал номер уже на своем телефоне. Долго вслушивался в длинные гудки – ему тоже никто не взял трубку.
- Лиза тоже не берет, - глухо отозвался он, когда звонок рассоединили.
- Я звоню Николаю. Пусть поднимает своих ребят. Это уже не шутки, Богдан Родионович. Совсем не шутки. Ввязывать во всю эту муть свою семью я не позволю никому.
Спустя полчаса на кухне в доме Максимовых собрались все участники этого разговора в купе с Николаем Ивановичем. Ирину Дмитриевну, супруг выпроводил из дома вместе с приехавшим за девочками Антоном.
- Помоги ему там, а то мужик один с двумя детьми… - напутственно произнес он вслед. – Сама понимаешь.
И Ирина поняла. Знала уже, что когда муж вот так говорит, сухо, коротко, отрывисто, то случилось что-то нехорошее, а приехавшие почти сразу после этого разговора Сергей и Богдан еще больше убедили ее, что дело неладно. И потому она нарочито весело принялась что-то рассказывать девочкам, подхватила под руку сына и почти силой вытолкала его из квартиры.
- Едем, Антош, едем. Поздно уже, девочек спать пора укладывать.
Николай же, дождался пока супруга и сын сядут в машину – проследил за ними из окна – и отъедут со двора, повернулся к брату и Богдану.
- А теперь рассказывай, во что ты втянул мою дочь, - и пусть он смотрел исключительно на младшего брата, ни у кого из мужчин даже сомнений не возникло, к кому именно он обращался.
Прода от 06.11.2017, 21:31
***
Один коктейль. Второй. И третий. Громкая музыка и танцы. Марина хотела забыться. Выбросить из головы неприятности, а из памяти Богдана. Но не получалось.
Алкоголь, вопреки всему не приносил забыться и не спешил повышать настроение, неумолимо скатывающееся в яму. От громкой музыки разболелась голова, а череда сменяющихся партнеров стала раздражать.
Вывернувшись из слишком откровенных объятий какого-то парня, младше ее лет на пять минимум, Марина, пихаясь и расталкивая народ локтями, пробилась к бару. Хотела было заказать себе еще коктейль или, быть может, что-нибудь покрепче, но передумала. Отрицательно качнула головой предусмотрительному бармену и нетвердой походкой направилась к выходу. Надо было освежить голову. Проветриться и хоть немного прийти в себя.
Альбина давно уже потерялась где-то, но Марина не слишком переживала по этому поводу. Алька уж точно не пропадет. Может, ушла с очередным кавалером или встретила знакомых. Она сможет о себе позаботиться сама, не в первый раз.
Оказавшись в пустом и прохладном коридоре, ведущем куда-то к уборным, Марина выдохнула и, закрыв глаза, прислонилась к стене, не заботясь о том, насколько та чистая. От громкой музыки гудело в ушах, а выпитый алкоголь все же подействовал и мир вокруг слегка раскачивался.
- Пить больше не буду, - решила Марина и открыла глаза. Осмотрелась.
В коридоре на удивление почти никого не было, только в самом его тупике находилась какая-то парочка. Из-за приглушенного освещения, Марина не могла разобрать, что именно они там делают, только и успела, что заметить длинные светлые волосы девушки. Та дернулась, волосы рассыпались по плечам, до слуха Марины донесся приглушенный вопль:
- Пусти! Да чтоб тебя! Пусти, кому сказала! – блондинке все же удалось вырваться из объятий мужчины и, развернувшись, она бросилась от него прочь.
В другой раз Марина не обратила бы на это внимания. Просто развернулась бы и пошла своей дорогой, но сейчас что-то заставило ее остаться на месте и внимательно всмотреться в быстро приближающуюся к ней девушку. Ее парень, кстати, не остался в стороне и попробовал догнать беглянку. Марина прищурилась, мотнула головой… Что-то знакомое было в этой девушке, что-то…
- Лиза? – удивленно воскликнула Марина, когда девица оказалась на расстоянии в несколько шагов от нее.
- Марина? – Незабудка споткнулась и едва не полетела на пол, Марина в последний момент смогла ее подхватить.
- Что ты здесь делаешь? – вопрос они задали одновременно и вместо ответа ошарашено уставились друг на друга.
С сестрой Богдана Марина, конечно же, была знакома, но особо близких отношений они не поддерживали. Так, встречались несколько раз в той же «Пирамиде», болтали о пустяках, пока Арбенин занимался своими делами, но и только.
Приятель Незабудки уже догнал ее и слишком грубо ухватил за локоть.
- Ну все, - буквально прорычал он. – Набегалась. Идем, хватит…
- Да пусти же меня! – Лиза попыталась вырваться, но на этот раз мужчина держал крепко.
- Отпусти ее, - Марина не узнала свой голос. – Ну же, убери руки.
- Пошла ты… - выругался мужчина, дергая Незабудку на себя. Та пошатнулась и со всего размаху опустила каблук ему на ногу, одновременно вырывая собственный локоть.
- Бежим! – взвизгнула и схватив Марину за руку, потащила за собой куда-то в переплетение коридоров. Вслед им неслись проклятия.
Они бежали недолго, Незабудка, судя по всему, прекрасно ориентировалась в клубе и уже совсем скоро, обе женщины выскочили на небольшой пятачок, обнесенный невысоким забором – парковка для персонала.
- Куда ты, ненормальная? – попыталась было утихомирить девушку Марина, но Лиза не слушала. Захлопнула за собой тяжелую дверь и принялась оглядываться по сторонам.
Здесь было относительно светло – фонари горели исправно, освещая задний двор и парковку. И их уже увидели. Несколько мужчин неподалеку обернулись и направились в их сторону.
- Вот же…! – выругалась Лиза и дернулась открыть дверь, но с той стороны их уже поджидал тот самый мужчина, от которого они собственно и убегали.
Отшатнувшись от него, Лиза изо всех сил сжала запястье Марины.
- Черт, и что теперь делать? – в голосе ее послышались слезы.
- Да что происходит? – Марина поежилась. Пальто, как впрочем и сумочка, остались в гардеробе клуба. В карманах у нее был только телефон и деньги, ну и еще жетон из гардероба. Ночь была холодной и ветреной и Марина тут же замерзла.
- Пи…., что происходит, - выругалась Незабудка и всхлипнула. – Бежать надо. И быстро!
Но они не успели и шага ступить. На парковку с визгом вырулил автомобиль. Следом за ним еще один и еще. Мужчины, что уже были в трех шагах от девушек резко остановились и оглянулись. Тот, которого Незабудка приложила в клубе, выругался и в два шага оказался подле девушек, снова грубо ухватил Лиза за локоть, дергая на себя:
- Будешь трепыхаться, кости переломаю, - прорычал он, низко склоняясь над ее лицом. – Поняла меня?
Лиза сглотнула. Марина чувствовала, как она дрожит, и сама уже не могла сдержать дрожи. Страх или холод – разбираться не приходилось.
- Отпусти, - резкое предупреждение заставило вздрогнуть всех: и марину, и Лизу и того, кто ее держал.
- Слышь, - он, кстати, был единственным, кто не растерялся. – Шел бы ты отсюда, друг. А то не ровен час…
Договорить ему не дали. Спустя мгновение, он уже корчился на земле, слабо поскуливая. Марина перевела ошарашенный взгляд с него на подошедшего. Сглотнула. Посмотрела на Незабудку. На той лица не было. Синие глаза широко распахнуты, по перепуганной мордашке ручьями текут слезы, смывая макияж, губы трясутся – вот хоть сейчас в кино сниматься.
- Ну, здравствуй, Незабудка, - с ехидцей в голосе произнес незнакомый мужчина, приблизившийся к ним. Смотрел он исключительно на Лизу, улыбался даже. – Набегалась?
Девушка вздрогнула и сильнее вцепилась в руку Марины. От нее исходили такие волны страха, что даже Марине сделалось не по себе. Очень не по себе.
- Идем, - мужчина просто протянул руку, предлагая Лизе ладонь. – Сейчас здесь будет очень жарко.
Та судорожно вздохнула и сильнее сжала запястье Марины.
Драка на парковке набирала обороты, слышались крики, нецензурная брань, стоны и звуки ударов.
- Ну же, - незнакомец начинал терять терпение, - нет времени на твои сопли. Мне вот совершенно не катит с ментами тут разбираться.
И Лиза пошла за ним, так и не отпустив запястье Марины. Казалось, что сделай она это, тут же упадет и уже не сможет подняться. А Марина была настолько ошеломлена происходящим, что даже не подумала возмутиться или попытаться освободиться. Шла, словно сомнамбула, следом за Незабудкой. Молча села в незнакомую машину. И только вздохнула, когда та рванула с места, унося их и того странного незнакомца в ночь.
Прода от 07.11.2017, 14:32
Лиза сидела точно заколдованная, смотрела прямо перед собой широко раскрытыми глазами, но вряд ли что-то видела, и только сильнее сжимала пальцы на запястье Марины. Молодая женщина поморщилась, и попыталась было освободить руку – не вышло. Незабудка всхлипнула несчастно, но разжать пальцы не сподобилась.
«Синяк будет, - подумала Марина, оставляя попытки освободиться».
- Куда вы нас везете? – спросила вслух.
Ответа не получила. А вскоре заметила, как автомобиль выехал из города. Эту дорогу Марина знала, правда, не так чтобы очень хорошо. В нескольких километрах впереди находился элитный поселок. Все кА положено: ограждения, охрана, никого чужого на территории. Перспективы не радовали и молодую женщину начала затоплять злость.
Правда, выхода это чувство не нашло, машина въехала на охраняемую территорию и остановилась.
- Выходите, - незнакомец выбрался первым и открыл задние двери со стороны Марины. Даже руку подал.
Пришлось выбираться из автомобиля, вытаскивать на свет Незабудку, которая дрожала, как листик на осеннем ветру и все еще выглядела так, словно бы совершенно ничего не понимает.
«Может, она обкурилась? – мелькнуло в голове Марины. – На пьяную вроде не похода, отчего тогда такая реакция?»
Но и эту мысль додумать она не успела – их провели в большую комнату на первом этаже. И первым, что отметила Марина, это настоящий камин, на дровах, и в нем ярко пылал огонь.
- Кайф, - простонала молодая женщина, приближаясь к источнику тепла и протягивая руки. В одном тонком джемпере она успела основательно продрогнуть.
Незабудка же просто рухнула на диван и так и осталась там сидеть. Незнакомец покосился сразу на нее, затем на Марину. Нахмурился.
- Попрошу приготовить вам чего-нибудь горячего, - произнес он, обращаясь к Марине. – Тут где-то одеяла должны быть, укройтесь. Только соплей ваших мне для полного счастья и не хватало. – И он вышел, оставив их вдвоем.
Марина передернула плечами и огляделась по сторонам. Обстановка впечатляла. Мило, уютно, как на картинках из журналов. Камин, деревянная мебель, пушистый ковер – ну просто кадр из кино.
Плед нашелся в одном из кресел и, подхватив его, она подошла к Незабудке, набросила сверху.
Девушка вздрогнула и словно бы очнулась. Обвела осоловевшим взглядом комнату, нахмурилась:
- А… где? – одними губами спросила.
- Без понятия, - пожала плечами Марина и уселась рядом с ней. Стащила обувь и пристроила ноги под пледом.
Лиза проследила за ее действиями и тоже сбросила свои сапоги на пол, поджала ноги к груди и уперлась в колени подбородком.
- Рассказывай, - жестко произнесла Марина. – Во что ты меня втянула и что вообще происходит.
Незабудка вздрогнула, покосилась на Марину и виновато опустила глаза.
- Долгая история, - прошептала в ответ.
- Ну, времени, как я понимаю, у нас предостаточно. Выкладывай.
- Да как-то все… Я просто невезучая. Определенно. Все, к чему прикасаюсь порчу. С самого детства. Я же поздний ребенок. Меня всегда баловали. И мама, и отец. Богдан вот тоже… всегда, - она всхлипнула. – А я… странно так. Все вроде как нормально было. Школа там, кружки разные, секции, друзья, вечеринки, парни. Меня никогда ни в чем не ограничивали: ни в деньгах, ни в чем другом. Я же родилась, когда отец уже в отставку вышел, начал бизнесом заниматься, деньги появились немаленькие. Да и потом… девочка, он меня и не муштровал особо. Нет, ты не подумай, папа он… хороший. И нас с Даном любит. Очень. Но… одно дело сын, а совсем другое – дочка, которая к тому же еще и младше первого ребенка намного. Мама рассказывала, что я для них вообще неожиданностью стала, они уже и не собирались больше детей заводить, а тут вот так…
Марина кивнула. Она и сама сталкивалась с подобным отношением. Николай Иванович был хорошим отцом, но… то что он мог простить любимой младшей дочери, никогда бы не спустил старшему сыну. И не потому, что любил его меньше, а просто… ну сын же, наследник, мужчина, который должен отвечать не только за свои поступки, но и за тех, кого последствия этих поступков коснутся. Так что ситуация в семье Арбениных была Марине знакомой не понаслышке.
